«Какой-то странный мужчина у тебя получается. Выходит, если кто-то скажет ей хоть слово, я непременно должен буду налететь на него, размахивая кулаками?» – парировал его легкий выпад в мою сторону.
«Хорошо, тут ты прав. Только не советую вам здесь задерживаться надолго. Скоро госпроверка, сам знаешь, чем это может закончиться… Терпеть не могу это государство. Жаль, что оно одно на весь белый свет…»
Он задумался. Вихры на его голове застыли и по щеке катилась скупая слеза. В ней отражалось горе человеческое. Минутный крик души был оборван Аланом, когда он с ощутимой тяжестью в голосе сказал:
«Пора готовиться ко сну. Завтра рано вставать. Пойдем»
Когда мы вернулись обратно, Альтис сидела, обернувшись шерстяным пледом, и, с упоением сёрпая, пила чай. Она как будто не понимала сути происходящего. Это заставило задуматься: правильно ли я поступил, забрав её оттуда? С одной стороны, там на ней ставили опыты, скорее всего, не спросив у неё согласия. А с другой стороны, чем лучше моё похищение?
Надо спросить у неё – чего она хочет. Но не сегодня. Нам всем нужно поспать – завтра ждет тяжелый день.
Я провалился в сон.
«Хватит дрыхнуть! Подъём, салаги!» – рявкнул человек в форме Сопротивления.
«Тебе что, особое приглашение нужно?! Быстро встать!» – одернул он меня лично. Мы встали, надели форму и побежали на выход.
«Сегодня вам надо пробираться через тщательно продуманные заслоны противника. Задача: проникнуть в штаб штурм-генерала Айзенханда и забрать флеш-карту с данными о расположении отрядов Третьей Республики. Побочным заданием объявляю захват языков. Группа «Альфа» – вы идете через здания наркомата обороны. «Бета» – вы через 5-й пищеблок. «Гамма» – отвлекаете на себя основной блок противника на площади. Всем отрядам приказ: «Ни шагу назад!» Вперед, Сопротивление! Liberté!» – приказал нам командующий операцией.
«Луи, давай за мной!» – сказал какой-то сопротивленец, смотря в мою сторону.
Мы побежали…Вокруг были слышны выстрелы из плазменных пушек и взрывы акустических бомб. Еще я слышал крики людей: истошные, раздирающие глотку крики, которые разрывали не только голосовые связки, но, казалось, и барабанные перепонки. Во всем этом ужасе я разглядел девочку с глазами, полными страха и надежды. Надежды, что это всё не взаправду, и она сейчас проснется. Она закрывала глаза, потом открывала. Но кошмар был не в её голове. Она сжимала в своих руках маленького мишку, у которого не хватало одного ушка и сбоку была дырка, откуда вываливался пух…
Мы бежали дальше. Где-то в пятидесяти метрах впереди была дверь, ведущая к основному зданию наркомата. Вероятно, за ней нас уже ждут и явно не с хлебом-солью. Каждый из сопротивленцев прекрасно это понимал. Но мы не можем отступить. Не только потому, что в спину нам дышал политрук с пушкой наперевес, но и потому, что кроме нас противостоять Республике больше некому.
Все полегли в тот день в том здании. Не выжил никто. Осталась лишь память в сердцах людей, жаждущих мести за павших братьев, отцов, сынов.
Мы выбили дверь и вспышка…
Меня передернуло, и я проснулся. Странный сон. К чему это всё? Сопротивление, операция, Айзенханд…
Время на часах – 7:42. В 9:00 – экзамен. На этот раз по истории Третьей Республики. Его легко сдать, если в тебе нет ни капли сомнений в единственно верной идеологии единственной и всеми обожаемой партии. Мы заранее знали вопросы и ответы к ним. Их давало правительство. Поэтому многие даже не смотрели варианты при решении тестов, а только списывали. На экзамен давали очень мало времени и понятно почему. Чтобы у человека не было возможности подумать над всеми вопросами и вариантами ответа, которые он считает верными. В общем, этот экзамен я напишу без особых проблем. Мне сейчас надо было продумать план действий относительно Альтис. Еще нужно разобраться с журналом из лаборатории. Возможно, стоит показать его Форшу: может он подскажет, в чем заключается эффект сыворотки.
Экзамен у нас принимает сам Айзенханд. Да, тот самый штурм-генерал из сна. Он давно начал преподавать в нашем вузе и, в конечном итоге, стал его политическим куратором.
«О, кого я вижу…Неужели, это наш Артемочка. Ну-с, здравствуй. Как идет твоя учеба? Всё также ассистируешь профессору Отто Вершвигну? Он у нас золотой человек,» – сказал Айзенханд, поскрипывая своей железной рукой. Этот протез ему поставили после того самого дня, когда атаковали его кабинет. По крайней мере, он так рассказывал.
«Да, господин куратор. Всё отлично,» – постарался максимально четко ответить я.
«Слыхал про вчерашний инцидент? Говорят, в лабораторию твоего руководителя пробрался один из студентов и навёл там шороху. Как бы я не хотел оказаться на месте этого прохвоста. А ты что думаешь по этому поводу, ммм?» – начал он проверять почву под моими ногами.
На лбу начали проступать капельки пота. Сердце билось вдвое быстрее. Нельзя себя выдать.
«Да, я…ничего…действительно, не хотел бы и я попасть к властям после такого под раздачу»
«Ладно, иди дорогой. Береги себя. Отец у тебя – хороший человек. Не подведи его,» – напомнил мне про Трейтора Айзенханд.
Надо было быстрее бежать к Алану. Времени мало. Скоро начнутся обыски по всему району. Когда Альтис найдут – всё будет потеряно. Я полагаю, что именно в ней кроется ключ к победе в войне. По пути я заглянул в аптеку: мне нужны шприцы, жгут, спирт. Форшу может понадобиться образец крови с содержащейся в ней сывороткой. Возможно, это ускорит процесс исследования. Купив все необходимое, я побежал обходными путями к лаборатории друга. Альтис всё еще мирно спала на диванчике, а Алан что-то вычерчивал на своей доске в другой комнате. Это определенно была схема аппарата, но сходу понять, что к чему, у меня не вышло.
«А, вот и ты! Наконец-то пришел! Только взгляни на это. Я воссоздал излучатель ЭМ-волн твоего профессора! Это прорыв! Я практически разобрался в принципе, но есть кое-какие неувязки. И это КАТАСТРОФА! Мы в тупике,» – запаниковал Алан.
«Успокойся. Попробуй донести суть,» – попросил его я.