– Не нравится мне это, – пробормотала Лика и последовала за указанием.
Дверь оказалась заперта, поэтому ей пришлось применить силу. Когда замок всё же поддался, Лика осторожно вошла внутрь помещения, включив фонарик на телефоне. В помещении отвратительно пахло нечистотами и кровью. Когда свет четко выхватил то, что было внутри комнаты, Лика застыла, широко раскрыв глаза. Она вдруг почувствовала, что не может дышать. Не осознавая, что делает Лика развернулась на каблуках и стремительно выбежала на улицу. Её бурно вырвало. Руки и ноги заметно тряслись. «Нет, нет, нет», повторяла она, согнувшись. Лике еле удалось собраться, чтобы снять наложенные заклинания. После того, как все задвигались снова, она потащилась домой, всё время спотыкаясь.
***
– Кто же мог такое сотворить? – разговаривала сама с собой Лика, стоя на кухне. Она зло насыпала кофе в аппарат и нажала кнопку. Кофемашина жалобно застонала и начала изливать в чашу коричневую жидкость. – Это ведь сделали бесы, я видела их следы. Но почему такая жестокость? И эта несчастная девушка как-то связана со мной. Или нет?
Её размышление неделикатно были прерваны звонком в дверь. Учитывая последние события, Лика напряглась и осторожно заглянула в глазок, но затем выдохнула и открыла дверь. На пороге стоял молодой человек в сером худи и штанах «адидас» и смущённо улыбался.
– Лика, доброе утро. Простите за беспокойство, но м-можно у вас попросить сахар? Хотел чай попить, а про сахар забыл ещё со вчерашнего дня. Увидел с балкона, как вы возвращаетесь и решил зайти.
Лике нравился этот застенчивый, слегка заикающийся молодой человек, живущий в квартире по соседству. Около года назад Антон вернулся из одной азиатской страны, где зарабатывал большие деньги, будучи программистом, и планировал купить недвижимость, чтобы осесть там, на другом конце света. Но по какой-то причине молодой человек вернулся сюда, в доставшуюся по наследству трехкомнатную квартиру. Антон много работал, хорошо зарабатывал и словно светился далеким экзотическим светом. Он не вписывался в атмосферу этого города, впрочем, как и Лика. Возможно, поэтому они быстро нашли общий язык, став практически друзьями. Зимой Антон, бывало, заглядывал в гости с банкой варенья, доставшейся ему от родственников, а летом они вместе часто выбирались на крышу дома, чтобы болтать о пустяках, наблюдая вечернюю городскую суету.
Лика улыбнулась Антону, как вдруг почувствовала, как сердце у неё в груди забилось очень часто. На коже проступил холодный пот. Как будто прямо перед ней в потемневшем подъезде стояло нечто ужасающее. Оно сгустилось в воздухе и нависло прямо над молодым человеком. Но Антон этого не чувствовал и вопросительно глядел на застывшую в дверях соседку.
– Зайди, Антош, – Лика постаралась унять дрожь в голосе и втянула молодого человека в квартиру. Захлопнув за ним дверь, она прислушалась. Но ничего не произошло.
Страх рассеялся как по щелчку.
– Проходи на кухню, посмотрим, есть ли у меня самой сахар, – бросила Лика и уловила на себе его удивлённый взгляд. Спохватилась. – Ой, Антон, не пугайся, это цветные линзы! Я на вечеринку ходила, забыла снять, – она попыталась хихикнуть для убедительности.
– Выглядит впечатляюще, – заворожено произнёс Антон и замер посередине кухни в нерешительности.
В этот момент оконное стекло с жалобным звоном разлетелось на мелкие кусочки. Антону удалось резко отпрыгнуть и загородить собой растерявшуюся Лику. Оказавшись на полу, она бесцеремонно отпихнула его, и они оба уставились на существо, оказавшееся на кухне.
Парящая на кожистых крыльях тварь напоминала осьминога, покрытого жесткой и редкой щетиной. Издавая неприятные чавкающие звуки, оно угрожающе двинулось на обитателей квартиры.
Выругавшись, Лика метнула в отвратительное создание чашку. Твари это не понравилось. Открыв круглую пасть, усеянную мелкими зубами, она удлинила щупальца и собиралась напасть. Но в этот момент Антон обрушил на неё стул. Пока тварь замешкалась, Лика быстро накинула на неё скатерть и со всей силы ударила барахтающийся ком об пол. Послышался шлепок, и на плитке образовался чёрный мокрый след. Не выпуская скатерть из рук, Лика с силой ударила несколько раз. Когда тварь затихла, Лика выбежала на лестничную площадку и кинула ужасный сверток в мусоропровод.
Зайдя в квартиру, по которой теперь гулял свежий утренний ветер, Лика истерически захохотала: Антон аккуратно подметал осколки стекла и оставшиеся чёрные чешуйки в совок.
– Н-не знаю, что это было, но я рад, что мы это убили, – произнес сосед, передернув плечами и выкинув мусор в ведро.
– Антон, а ты не из пугливых, – осторожно заметила Лика.
– Чего я только не насмотрелся в Азии, такими кузнечиками меня не испугать, – он попытался изобразить бодрый голос, но выходило не очень. Лика заметила, как дрожат его руки, которые он не понимает, куда деть, как расширены его зрачки.
Щурясь на свет, она достала из ящика стола сигареты и закурила. Лика протянула пачку Антону, но он отрицательно помотал головой. Казалось, что он где-то совсем не здесь.
– Лика, я давно хотел с вами п-поговорить, – внезапно серьёзно начал он. И застыл.
Стрелки на часах жалобно дёрнулись, замерев. Но Лика продолжала двигаться: она вздохнула, потянулась. Действие её заклинания длилось лишь несколько минут, однако этого времени должно хватить на всё задуманное.
Первым делом был наведён морок на разбитое окно. Будь она демоном от природы, то могла бы превратить осколки в полноценное стекло, но Лике удавалось лишь творить мороки и иллюзии. Этому навыку некогда обучил её отец ещё в детстве.
Смотря на Антона, она снова подумала, какой он славный. Он мог бы стать хорошим помощником. Лика уже несколько раз пыталась на него наложить заклятие служения, но оно так и не срабатывало. А вот Забвение работало всегда прекрасно. Вложив ему в руку чашку, Лика посмотрела в его серые глаза.
– Мне так жаль, что я опять морочу тебе голову, – её голос казался хриплым.
Она аккуратно дотронулась до его виска и отпрянула.
– Кажется, мне пора, спасибо за сахар, – Антон мягко улыбнулся. Его движения казались скованными, сдержанными. – Если вам что-то будет н-нужно, просто скажите.
Мне нужно поймать двух сверхъестественных сущностей, как тебе такая просьба, пронеслось в голове Лики. Но она раздвинула губы в улыбке и махнула соседу на прощание рукой, чувствуя себя неловко.
Войдя в комнату, Лика задернула плотные шторы, а затем зажгла несколько свечей и расставила их на полу. Затем мягких мелом начертила на ламинате несколько символов внутри круга из свечей. Глядя на пламя, Лика сложила пальцы определенным образом и на выдохе произнесла «самаэль».
Свечи полыхнули столбами света, а символы на полу засветились. В круге появилось бледное лицо, окруженное ореолом рыжих волос. Змеиные глаза уставились на Лику.
– Кто послал мне тентаклехору? – агрессивно спросила она.
– Похоже, вежливость сейчас совсем не в моде, – осклабился демон. На секунду показался змеиный тонкий язык.
– Сейчас не время для обмена любезностями! Бесы сожрали несколько человек, а потом кто-то аккуратно развесил в заброшенном здании их внутренности и прикрыл за собой дверь. Но чтобы этот шедевр нашли, рядышком положил труп, который указал точно на место бойни.
– Это скверно, – он перестал улыбаться.
– Очень, – угрюмо согласилась Лика.
– Это точно не человек?
– На стенах были отпечатки бесов.
– Но кишки развесили явно не они. И вся эта идея с трупом слишком сложна для их мозгов. Это сделал кто-то другой.
– Я думаю, что здесь замешан демон или кто—то более высоко ранга, чем бес, – нахмурилась Лика. – За мной всё время кто-то как будто наблюдает. И эта история с тентаклехорой. Этот кто-то, похоже, знает, что я ищу бесов.
Лика вдруг со стоном обхватила голову.
– О, Сатана! Это мог бы быть Левиафан. Это так похоже на его почерк. Ведь в прошлые разы убийства выглядели похоже.
При упоминании этого имени рыжеволосый демон ощерился, показав острые клыки.
–Но он ведь был развоплощён, – прошелестела Лика, чувствуя, как кожа становится похожей на гусиную.
Самаэль болезненно скривил рот.
– Я давно хотел тебе рассказать… – начал он. – Мы не поймали его тогда. Он был сильно ранен, но умудрился исчезнуть в одном из миров хаоса. Патруль и я не смогли его найти. Когда стало ясно, что мы потеряли Левиафана, я не смог тебе это сообщить. Боялся, что эта новость сломает тебя окончательно.
–Значит, он всё это время жив… – смотря вниз расширенными глазами, пробормотала Лика. – Почему же ты не рассказал потом?
– О нём не было никакой информации. Я думал, что он умер в тенях.
– Если Левиафан появился здесь, то, скорее всего, у него счёты со мной. Ведь я сдала его Департаменту, я предала его.
– Не говори так. Левиафан втёрся к тебе в доверие, завладел твоим разумом и сломил волю. Он управлял тобой. Это чудо, что в последний момент ты смогла вызвать меня. Я был поражён твоей силой, – демон выглядел подавленным.
– Мне пришлось звать на помощь. В чём же тут сила?
– В той ситуации даже обратиться за помощью было не просто. Ты ведь смогла сбросить его контроль. Пусть ненадолго, но ты пересилила его.
– Когда я думаю обо всех тех жертвах… Это ведь из-за меня они погибли. Левиафан убивал их моими руками. Если бы я раньше смогла увидеть, какой он на самом деле, всего этого могло бы не случиться.
– Не кори себя. Это не твоя ошибка. Только Левиафан ответственен за свои деяния.
– Иногда я думаю, это в нашей природе – быть такими… монстрами?
– Сложно говорить, что действительно в нашей природе. Предопределена ли она заранее? В чём—то – наверняка, да. Набор каких—то качеств, возможно, у нас общий. Но мы не монстры, не некое глобальное зло.
– Вселенским добром нас точно не назовешь, – хмыкнула Лика.
– Понимаешь, нет абсолютного зла или добра. Мы лишь поддерживаем всеобщий порядок. Левиафан же стремится к хаосу. Он убивал людей, демонов, ангелов, желая разрушить всё на своём пути. Но он так и не понял, что в итоге ему придётся разрушить самого себя.
– Он говорил, что хочет новый порядок.
– Как же его идея не нова, – качнул головой Самаэль. – Обо всём этом мне нужно переговорить с начальством, – обеспокоенно произнес демон.
– А я продолжу поиски. Может быть, всё-таки это работа бесов.
– Лика, я сниму с тебя это задание. Если мы имеем дело с Левиафаном, то ты в опасности.
– Сложно судить, он ли это, но необходимо остановить бесов и того, кто совершил это гнусное убийство, – она быстро затушила одну из свеч. Самаэль исчез прежде, чем успел возразить.
Оставшись в полном одиночестве, Лика долго сидела и смотрела в темноту. Сколько сил ей когда—то потребовалось, чтобы перестать думать о Левиафане.