– Адептка Коргут? Лия! – врезался в мое сознание требовательный и почему-то с нотками паники голос преподательницы по зельеварению. – Ты что, уснула?! Немедленно убавь огонь!
Я растерянно моргнула и перевела взгляд на недоваренное зелье. Твою ж, поросятинку!
Бурлящая грязно-коричневая жидкость кое-где уже начала застывать, и похоже намертво пригорела ко дну котла.
Я конечно взмахнула рукой над огнивом – маленьким компактным артефактом, стоящим под котлом. Им пользовались только такие обделённые силой, как я. Правда, толку от моего действия не было от слова совсем – пахнущую горелым мясом омерзительную субстанцию уже было не спасти. А ведь это должно было быть омоложивающее зелье с лепестками роз и тычинками редчайшего в нашей стране огнецвета!
До экспериментов такого уровня пускали только самых способных и толковых адептов, так как ингредиенты для зелья были даже не столько дорогими, сколько редкими.
И я сейчас своими руками угробила и свою репутацию, и мало-мальский шанс на получение повышенной стипендии.
Преподавательница подошла к моему столу и со священным ужасом осмотрела моё творение.
Магистр Линэль была невысокой, аккуратной и практически полностью седой дамой средних лет, одетой всегда в идеально выглаженный синий строгий костюм. Серебряные пряди были стянуты в аккуратный пучок на затылке, а на носу возмущённо поблескивали стекла огромных очков.
– Ты что творишь?! – прошипела она, буравя меня злым взглядом. – Ты представляешь, как сложно было протащить тебя на этот практикум?
Я?! Ещё бы! Ведь допустить человечку до подобного экзамена, который принимали сплошь одни эльфы – это просто подвиг, на который ради меня пошла магистр. Она сама была чистокровным человеком (практически единственным, кто смог подняться до магистра!), пусть и с небольшой примесью эльфийской крови – так что к её словам не смогли не прислушаться, тем более, когда она так красочно восхваляла способности своей ученицы.... То есть, меня.
И вот, стою я, такая красивая, а около меня на всю аудиторию воняет тухлыми яйцами мое «творение». Эльфы из комиссии с их архи-чувствительным нюхом в ужасе морщат носы и не понимают, как вообще могли согласиться на подобное издевательство.
Через пять минут мы, с моей непосредственной наставницей, оказались по ту сторону двери в аудиторию. Поверженные и облитые ледяным презрением. Так умеют делать только эльфы. Они, не говоря ни одного грубого слова, вежливо окунут и вымажут тебя в такой порции грязи, что потом будешь ещё несколько месяцев отмывать свою пострадавшую гордость.
Я сосредоточенно ковыряла носком туфли сверкающую плитку на полу, понимая, что сейчас не самое лучшее время оправдываться.
– Лия, как же так?! – чуть ли не плакала всегда собранная лэра* (*обращение в Анании к замужней даме или вдове. Молодую девушку называют лэри). – У тебя же всегда получалось это зелье! Просто играючи! Я даже подумать не могла, что ты можешь так сильно испортить результат! Ты понимаешь, что второго шанса не будет?
– Простите, магистр. Это моя вина. Не стоило вам ходатайствовать за меня, всё равно бы ничего не вышло.
– Только не говори, что ты сделала это специально!
– Нет! – испуганно замахала я руками, наконец подняв голову. – Конечно, нет! Я просто задумалась…
От моего ответа женщина аж задохнулась негодованием и пошла красными пятнами.
– Ты… Задумалась?! – прошипела она. – О чем же, позволь тебя спросить?
О чём? Нет, правильней будет, о ком…
Я глубоко вздохнула и, ещё раз пятнадцать рассыпавшись в извинениях, поплелась к себе.
О ком я задумалась? Да всё о том, о ком думала уже больше недели! О СОВЕРШЕНСТВЕ… О его блестящих волосах, обаятельной улыбке и мягком, доброжелательном голосе.
На следующий день, после того, как делегация черных волков зачем-то приехала в нашу академию, я случайно наткнулась на него в коридоре.
Точнее, упала, запнувшись о последнюю ступеньку лестницы и оказавшись прямиком в объятиях неземного красавца. Тогда он нежно улыбнулся мне, не смотря на то, что его сородичи, среди которых был хамоватый брюнет, повстречавшийся мне в столовой, только сморщили носы, выражая свое презрение. А ОН поставил меня на ноги и мягко попросил быть аккуратной на лестницах. А потом ещё раз улыбнулся мне. Мне, и только мне!
И от этой улыбки у меня всё внутри перевернулось.
С тех пор я только и делала, что искала встречи с ним, хоть мельком, хоть на одну секундочку. Главное, увидеть его. И естественно, всё свободное время думала о нём же. Он был не такой, как другие, и это видела не только я, но и все вокруг. Но именно для меня это имело решающее значение.
Его звали Мракадан (*у оборотней не было фамилий, как таковых, а только принадлежность к стае), но большинство тех, с кем он общался, называли его просто Мраком. Я бы поспорила с этим утверждением, потому что, как по мне, не смотря на блестящие черные волосы, он был настоящим солнышком! Его родители, наверняка совсем не смотрели на того, кого родили, потому что ему это имя совершенно не подходило. Про себя я продолжала называть его Совершенством. Моим Совершенством....
И вот теперь я своими руками закопала и поставила надгробный памятник своему единственному шансу на повышенную степендию, которая мне ой, как нужна. И всё из-за того, что уловив в котле запах роз, я вспомнила, что именно так пахло от моего СОВЕРШЕНСТВА....
В самом мрачном расположении духа я вышагивала в сторону своего общежития, и естественно не глядела ни под ноги, ни по сторонам. Как следствие, со всего размаху врезалась в чьё-то некстати подвернувшееся тело.
– Смотри куда идёшь, адептка, – услышала я ленивый негромкий голос.
Подняв глаза, оглядела причину моего столкновения. Им оказался столовочный хам из свиты Совершенства.
– Сам смотри, – огрызнулась я, обходя препятствие. Что он вообще здесь делает? Он явно уже не студент – лет на пять меня старше точно. Таким стареньким в академии делать нечего.
В ответ мне что-то неразборчиво пробурчали под нос, и чернявый направился по своим делам.
Я только фыркнула. Вот кого следовало назвать Мракаданом. А лучше – МракоХамом!
Столкновение на лестнице даже как-то подняло мой боевой дух, о существовании которого я практически никогда не вспоминала. Так что дальше я уже шла, не столько думая о своем грандиозном провале, сколько мысленно прикидывая, не подвернётся ли мне ещё какая-нибудь возможность заработь денег? Если повышенная степендия отпадает, то может пойти работать? Например подавальщицей в небольшой трактир недалеко от академии?
С этим была только одна проблема, точнее, две… Первая – останется существенно меньше времени на учебу, точнее, на сон, так как не учиться я точно не смогу. И вторая – завсегдатаи этого трактира были, в большинстве своем, адепты академии, а значит, я буду не просто у всех на виду, но и стопроцентно попаду под град насмешек и презрения, а этого, с учётом моей политики незаметности, делать ой, как не хотелось.
– Ой, Крина! Какая ты красивая! – вырвалось у меня, стоило мне зайти в комнату и увидеть соседку.
Драконница в этот момент, стоя перед зеркалом и высунув от усердия кончик языка, пыталась заколоть свои непослушные густые каштановые волосы заколкой на затылке. На ней было длинное изящное перламутровое платье, переливающееся всеми оттенками серебряного при малейшем движении.
Услышав мой голос, она испуганно ахнула, покачнулась и, подхватив со стула сменную одежду, пулей влетела в ванную, где сразу же закрыла за собой дверь и включила воду в раковине.
Я досадливо поморщилась. Ну вот, кто меня за язык тянул! Теперь будет опять волком на меня смотреть, а ведь у нас только-только установилось нечто вроде нейтралитета.
Через десять минут гордая драконница вышла из ванной в классическом охотничьем костюме с узкими брюками, с которым она практически не расставалась. Застегнутая на все пуговицы, тщательно причесаная, с привычным кинжалом за поясом. Ну вылитая воительница! И что такая, как она, забыла у травников? О недавнем происшествии напоминала только ярко-пурпурная краска, так и не схлынувшая с лица.
Не говоря ни слова, соседка достала из шкафа лук и полный колчан стел, а затем также молча развернулась и буквально вылетела из комнаты, напоследок громко хлопнув дверью.
Всё-таки обиделась! Хотя, если точнее, оскорбилась. Не мудрено! Её, такую сильную и независимую, застали за красованием у зеркала. Да ещё в платье! Немыслимо!
Это мне подобное прощается, ведь, по словам Крины, я – неженка и слабачка, что неудивительно для человечки. Но для неё подобная слабость была неприемлема. И ни на одном академическом балу за все четыре года обучения я никогда не видела, чтобы она появилась не в брюках и без выражения брезгливости на лице.
А всё же она мне нравилась! Несмотря на грубость и замкнутость. Ведь хотя бы от неё я никогда не ожидала гадостей и насмешек. Да, она не была в восторге от меня и никогда этого не скрывала, но считала ниже своего достоинства развлекаться за мой счёт.
С этими мыслями я уселась за стол и привычно погрузилась в мир знаний. Завтра сложный день, и если я хочу не ударить в грязь лицом, должна быть всегда идеально подготовлена и предельно собрана. Впрочем, как и каждый день…
Визуализация Крины— Адептка Коргут? Лия! – врезался в мое сознание требовательный и почему-то с нотками паники голос преподательницы по зельеварению. – Ты что, уснула?! Немедленно убавь огонь!
Я растерянно моргнула и перевела взгляд на недоваренное зелье. Твою ж, поросятинку!
Бурлящая грязно-коричневая жидкость кое-где уже начала застывать, и, похоже, намертво пригорела ко дну котла.
Я конечно взмахнула рукой над огнивом – маленьким компактным артефактом, стоящим под котлом. Им пользовались только такие обделённые силой, как я. Правда, толку от моего действия не было от слова совсем – пахнущую горелым мясом омерзительную субстанцию уже было не спасти. А ведь это должно было быть омолаживающее зелье с лепестками роз и тычинками редчайшего в нашей стране огнецвета!
До экспериментов такого уровня пускали только самых способных и толковых адептов, так как ингредиенты для зелья были даже не столько дорогими, сколько редкими.
И я сейчас своими руками угробила и свою репутацию, и мало-мальский шанс на получение повышенной стипендии.
Преподавательница подошла к моему столу и со священным ужасом осмотрела моё творение.
Магистр Линэль была невысокой, аккуратной и практически полностью седой дамой средних лет, одетой всегда в идеально выглаженный синий строгий костюм. Серебряные пряди были стянуты в аккуратный пучок на затылке, а на носу возмущённо поблескивали стекла огромных очков.
– Ты что творишь?! – прошипела она, буравя меня злым взглядом. – Ты представляешь, как сложно было протащить тебя на этот практикум?
Я?! Ещё бы! Ведь допустить человечку до подобного экзамена, который принимали сплошь одни эльфы – это просто подвиг, на который ради меня пошла магистр. Она сама была чистокровным человеком (практически единственным, кто смог подняться до магистра!), пусть и с небольшой примесью эльфийской крови, так что к её словам не смогли не прислушаться, тем более, когда она так красочно восхваляла способности своей ученицы.... То есть, меня.
И вот, стою я, такая красивая, а около меня на всю аудиторию воняет тухлыми яйцами мое «творение». Эльфы из комиссии с их архи-чувствительным нюхом в ужасе морщат носы и не понимают, как вообще могли согласиться на подобное издевательство.
Через пять минут мы, с моей непосредственной наставницей, оказались по ту сторону двери в аудиторию. Поверженные и облитые ледяным презрением. Так умеют делать только эльфы. Они, не говоря ни одного грубого слова, вежливо окунут и вымажут тебя в такой порции грязи, что потом будешь ещё несколько месяцев отмывать свою пострадавшую гордость.
Я сосредоточенно ковыряла носком туфли сверкающую плитку на полу, понимая, что сейчас не самое лучшее время оправдываться.
– Лия, как же так?! – чуть ли не плакала всегда собранная лэра* (*обращение в Анании к замужней даме или вдове. Молодую девушку называют лэри). – У тебя же всегда получалось это зелье! Просто играючи! Я даже подумать не могла, что ты можешь так сильно испортить результат! Ты понимаешь, что второго шанса не будет?
– Простите, магистр. Это моя вина. Не стоило вам ходатайствовать за меня, всё равно бы ничего не вышло.
– Только не говори, что ты сделала это специально!
– Нет! – испуганно замахала я руками, наконец подняв голову. – Конечно, нет! Я просто задумалась…
От моего ответа женщина аж задохнулась негодованием и пошла красными пятнами.
– Ты… Задумалась?! – прошипела она. – О чем же, позволь тебя спросить?
О чём? Нет, правильней будет, о ком…
Я глубоко вздохнула и, ещё раз пятнадцать рассыпавшись в извинениях, поплелась к себе.
О ком я задумалась? Да всё о том, о ком думала уже больше недели! О СОВЕРШЕНСТВЕ… О его блестящих волосах, обаятельной улыбке и мягком, доброжелательном голосе.
На следующий день, после того, как делегация черных волков зачем-то приехала в нашу академию, я случайно наткнулась на него в коридоре.
Точнее, упала, запнувшись о последнюю ступеньку лестницы и оказавшись прямиком в объятиях неземного красавца. Тогда он нежно улыбнулся мне, не смотря на то, что его сородичи, среди которых был хамоватый брюнет, повстречавшийся мне в столовой, только сморщили носы, выражая свое презрение. А ОН поставил меня на ноги и мягко попросил быть аккуратной на лестницах. А потом ещё раз улыбнулся мне. Мне и только мне!
И от этой улыбки у меня всё внутри перевернулось.
С тех пор я только и делала, что искала встречи с ним, хоть мельком, хоть на одну секундочку. Главное, увидеть его. И естественно, всё свободное время думала о нём же. Он был не такой, как другие, и это видела не только я, но и все вокруг. Но именно для меня это имело решающее значение.
Его звали Мракадан (*у оборотней не было фамилий, как таковых, а только принадлежность к стае), но большинство тех, с кем он общался, называли его просто Мраком. Я бы поспорила с этим утверждением, потому что, как по мне, не смотря на блестящие черные волосы, он был настоящим солнышком! Его родители, наверняка, совсем не смотрели на того, кого родили, потому что ему это имя совершенно не подходило. Про себя я продолжала называть его Совершенством. Моим Совершенством....
И вот теперь я своими руками закопала и поставила надгробный памятник своему единственному шансу на повышенную степендию, которая мне ой, как нужна. И всё из-за того, что уловив в котле запах роз, я вспомнила, что именно так пахло от моего СОВЕРШЕНСТВА....
В самом мрачном расположении духа я вышагивала в сторону своего общежития и, естественно, не глядела ни под ноги, ни по сторонам. Как следствие, со всего размаху врезалась в чьё-то некстати подвернувшееся тело.
– Смотри, куда идёшь, адептка, – услышала я ленивый негромкий голос.
Подняв глаза, оглядела причину моего столкновения. Им оказался столовочный хам из свиты Совершенства.
– Сам смотри, – огрызнулась я, обходя препятствие. Что он вообще здесь делает? Он явно уже не студент – лет на пять меня старше точно. Таким стареньким в академии делать нечего.
В ответ мне что-то неразборчиво пробурчали под нос, и чернявый направился по своим делам.
Я только фыркнула. Вот кого следовало назвать Мракаданом. А лучше – МракоХамом!
Столкновение на лестнице даже как-то подняло мой боевой дух, о существовании которого я практически никогда не вспоминала. Так что дальше я уже шла, не столько думая о своем грандиозном провале, сколько мысленно прикидывая, не подвернётся ли мне ещё какая-нибудь возможность заработать денег? Если повышенная стипендия отпадает, то может пойти работать? Например, подавальщицей в небольшой трактир недалеко от академии?
С этим была только одна проблема, точнее, две… Первая – останется существенно меньше времени на учебу, точнее, на сон, так как не учиться я точно не смогу. И вторая – завсегдатаи этого трактира были, в большинстве своем, адепты академии, а значит, я буду не просто у всех на виду, но и стопроцентно попаду под град насмешек и презрения, а этого, с учётом моей политики незаметности, делать, ой как, не хотелось.
– Ой, Крина! Какая ты красивая! – вырвалось у меня, стоило мне зайти в комнату и увидеть соседку.
Драконница в этот момент, стоя перед зеркалом и высунув от усердия кончик языка, пыталась заколоть свои непослушные густые каштановые волосы заколкой на затылке. На ней было длинное изящное перламутровое платье, переливающееся всеми оттенками серебряного при малейшем движении.
Услышав мой голос, она испуганно ахнула, покачнулась и, подхватив со стула сменную одежду, пулей влетела в ванную, где сразу же закрыла за собой дверь и включила воду в раковине.
Я досадливо поморщилась. Ну вот, кто меня за язык тянул! Теперь будет опять волком на меня смотреть, а ведь у нас только-только установилось нечто вроде нейтралитета.
Через десять минут гордая драконница вышла из ванной в классическом охотничьем костюме с узкими брюками, с которым она практически не расставалась. Застегнутая на все пуговицы, тщательно причесаная, с привычным кинжалом за поясом. Ну вылитая воительница! И что такая, как она, забыла у травников? О недавнем происшествии напоминала только ярко-пурпурная краска, так и не схлынувшая с лица.
Не говоря ни слова, соседка достала из шкафа лук и полный колчан стел, а затем также молча развернулась и буквально вылетела из комнаты, напоследок громко хлопнув дверью.
Всё-таки обиделась! Хотя, если точнее, оскорбилась. Не мудрено! Её, такую сильную и независимую, застали за красованием у зеркала. Да ещё в платье! Немыслимо!
Это мне подобное прощается, ведь, по словам Крины, я – неженка и слабачка, что неудивительно для человечки. Но для неё подобная слабость была неприемлема. И ни на одном академическом балу за все четыре года обучения я никогда не видела, чтобы она появилась не в брюках и без выражения брезгливости на лице.
А всё же она мне нравилась! Несмотря на грубость и замкнутость. Ведь хотя бы от неё я никогда не ожидала гадостей и насмешек. Да, она не была в восторге от меня и никогда этого не скрывала, но считала ниже своего достоинства развлекаться за мой счёт.
С этими мыслями я уселась за стол и привычно погрузилась в мир знаний. Завтра сложный день, и если я хочу не ударить в грязь лицом, должна быть всегда идеально подготовлена и предельно собрана. Впрочем, как и каждый день…
В аудитории было привычно шумно. Я сидела за второй партой у самого окна и меланхолично в него пялилась. – Вы слышали новость?! – влетела в помещение Лизянка – маленькая юркая лисичка-оборотница – первая собирательница сплетен на курсе. Её ярко-рыжие волосы стояли дыбом, а острый носик водил по воздуху, явно унюхав сногсшибательную сенсацию. – Ты кричишь так, будто в академию сейчас зайдет сам король! – фыркнула Верена – первая красавица потока, богачка и общепризнанный лидер среди девушек. Огромные глаза стального оттенка под пушистыми ресницами были бы очень красивыми, если бы не находились вечно в презрительно-полузакатанном состоянии. Хотя… Я другого выражения лица у вампиров никогда и не видела, так что, скорее всего, это норма. – Лучше, Вереночка! – не скрывая торжества, подлетела к ней Лизянка. С размаху уселась на соседний стул и преданно уставилась на свою предводительницу. Разве что лапки перед собой не сложила, подумала я, мельком оглядывая умильную картину. А… Нет, всё же сложила! Не показательно, но как-то доверчиво и трогательно. Не удержавшись, я фыркнула себе под нос. На меня рефлекторно обернулась пара студентов, но я уже оперативно уткнулась носом в учебник, так что подловить меня ни у кого не получилось. Сидит себе заучка, не отсвечивает, и хорошо. Может чихнула нечаянно, кто знает. Не может же она, в самом деле, иметь свое мнение! – Я же говорила вчера, что Лирена с целительского общалась с кем-то из верхушки, и те сказали ей, что делегация черных волков из Албании приехала сюда по обмену молодыми сотрудниками для того, чтобы курировать в нашей академии несколько старших курсов на практике? Для них это – опыт, необходимый всем боевикам, а для академии – временное латание дыр в недостатке персонала. – И что? Нашему курсу на практике куратор-боевик не положен, они, наверняка, с стихийниками поедут или, на худой конец, с теми-же боевиками, или целителями, что едут на границу. Вампирша пожала плечами, явно не в первый раз слыша эту информацию, а я навострила уши. Была бы возможность – подсела бы к компании девиц вплотную. Но кто ж мне даст? Так вот зачем приехал Мракадан и его свита! А я то думала, что они забыли в не самой престижной академии, если сами уже давно не студенты? – А вот и нет! Не в этот раз! – торжество в глазах лисицы можно было в чай добавлять вместо сахара. Она подняла вверх тонкий указательный пальчик с кроваво-красным маникюром и, выдержав эффектную паузу, продолжила: – Сегодня магистр Тетрони, который нас не сможет в этот раз сопровождать, говорил комменданту мужского общежития, что одного оборотня из делегации приставляют к нашему факультету и именно к нашему курсу!!! Что тут началось! Верена вскочила, возбужденно взмахнув аристократичными ручками. За ней подскочили практически все девушки в аудитории, за исключением меня и Крины, и стали возбужденно галдеть, как стая ворон. Да и парни от них не сильно отставали – немудрено – черные волки жили обособленно и не в нашей стране (у нас в Анании вообще оборотней-волков не было – слишком гордые для «человеческой» страны и слишком привязаны к своим стаям, большинство которых находятся на территории свободной Албании). Но кроме этого, об их силе, ловкости, а главное – богатстве ходили легенды. Тут есть от чего голову потерять! Столько экземпляров мужской идеальности и все холостые! Мне было решительно всё равно на все эти образцы, если бы среди них не было моего Совершенства… Так что от желания присоединиться к общему ажиотажу меня удерживало только осознание, насколько я буду нелепо смотреться в этой восторженной толпе магов. Похоже, вопрос, который так и закрутился на языке, волновал не только меня… – А… Кого? – с придыханием уточнила королева курса, нервно поправив идеальные черные локоны. – Неужели… Неужели… Мракадана? Девицы с надеждой в глазах переглянулись, а парни пожали плечами – им было всё равно, кого именно к нам приставили, главное, что из этой легендарной стаи… Вокруг на миг наступила благоговейная тишина, и в этот момент дверь в аудиторию скрипнула, впуская преподавателя по артефакторике, с которым наш курс учился напитывать зельями различные артефакты, а также нейтрализовывать яды на них же. За ним медленным шагом буквально вплыл мой старый знакомый…
Аудитория разочарованно выдохнула женскими голосами, предвкушающе вздохнула мужскими, ну а я просто закатила глаза к потолку. Ну естественно! Кто же это мог еще быть?! С моим-то везением!
– Тишина в помещении! – привычно выкрикнул пожилой эльф, не обращая внимания, что вокруг и так тихо. – Так, третий курс травников, магистр Линель попросила представить вам вашего нового временного куратора на ближайший семестр в академии и еще на месяц практики – Данорана. Он будет помогать магистру, следить за успеваемостью и подготовкой, а также обеспечивать вашу защиту.
Столовочный хам оторвался от созерцания дальней стены и окинул нас безразличным взглядом, на пару секунд задержавшись на каждом лице. Могу поклясться, что он запоминал наши физиономии и мысленно пронумеровывал – подопечный один, подопечный два и так далее. Когда взгляд черных глаз дошел до меня, я демонстративно уставилась в окно, а когда вновь взглянула на нового куратора, он уже досчитывал последнего ученика.
Мой однокурсник оборотень Бром поднял вверх мощную руку и, не дожидаясь разрешения преподавателя, задал интересующий вопрос:
– Разве практика зельеваров может представлять опасность, что с нами направляют профессионального боевика? Да и чем его знания могут помочь нам? На нашем курсе одни девчонки и хиляки… За редким исключением…
На этих словах он самодовольно усмехнулся и обвел ручищей аудиторию, сплошь заполненную девушками, явно причисляя одного себя к последним. Из тридцати человек на курсе парней было ровно три. По одному на десяток – сам Громила Бром, которого я бы охарактеризовала, как «силы много, ума – не очень», щупленький очкастый вампир (что само по себе нонсенс!) Вилли Томсон и эльф Эллион, который в холодности мог составить конкуренцию айсбергу в океане.
Другие эльфы-парни с магией земли, в большинстве своем, учились у стихийников, где зельеварение изучалось тоже не в последнюю очередь. А направление травников всё же больше подходит для женской внимательности и скурпулёзности. И совсем немногие парни могут или хотят копаться в листочках и эликсирах всю жизнь, без возможности устроить кровавое и эффектное побоище.
Даноран небрежным движением головы откинул со лба черную челку и мрачно посмотрел на медведя. Даже у меня от его взгляда мороз по коже пошел, а Бром живенько спрятал поднятую руку под стол.
– Раз ты редкое исключение, – на этих словах оборотень еле заметно насмешливо двинул бровью, – то я уверен, что сможешь, при необходимости, защитить весь свой «девчачий» курс и своего преподавателя, которая тоже хрупкая человеческая женщина? Или вам напомнить, что в этом году вы едете на границу с землями орков? В вашей стране их нет, как данность, а почему? Не потому ли, что Анания уже много лет ведет с ними холодную войну?
– Но орки давно не нападали ни на кого, – робко заметила одна из эльфиек на первом ряду.
На это возражение оборотень ничего не стал отвечать, заметив только напоследок:
– На границе неспокойно, я должен за оставшийся семестр провести минимальную подготовку вашего курса к неожиданным ситуациям во время практики. Для этого ваш преподаватель физической подготовки выделил мне часть своих уроков. Вот и займемся. Спасибо за представление, магистр Ордин.
На этих словах он коротко кивнул эльфу за кафедрой и неспешно пошел на выход, сопровождаемый тихими вздохами женской части факультета. Пусть он не Мракадан, которого все так ждали, но аура уверенности и силы, что окружала мощную гибкую фигуру, всё же успела распространиться по аудитории. А для девичьей неокрепшей психики такое давление непременно приводит к появлению розовых грёз и ночным слезам в подушку. Но я-то знала, как быстро рассыпаются подобные мечты, особенно когда имеешь дело с самоуверенными нахалами, так что заранее сочувствовала разбитым сердечкам однокурсниц.
– Ну а теперь, – магистр Ордин обвел плотоядным взглядом аудиторию, наконец-то предоставленную в его безраздельное пользование, – перейдем к проверке домашнего задания. Так как присутствуют все, то значит, никто не помер во время исполнения домашнего задания. А наоборот, успешно нейтрализовали яд в маленьких зачарованных перстнях.
– Или просто его потеряли, – пробубнил себе под нос Бром, потихоньку возвращая свое привычное самоуверенное настроение с уходом сильнейшего конкурента. Всё же оборотень оборотня чувствует немного иначе, чем другие расы. У них положение сильного практически священно. И то, что Бром был более крупным медведем в обороте, совершенно ни о чем не говорило. Я бы даже навскидку не поставила бы на него ни ломанного экра (*мелкая монета в Анании). Чернявый явно не просто так настолько ленив и спокоен.
Я мимолетно улыбнулась, ничуть не удивлённая, что однокурсник опять потерял артефакт, а затем, выкинув из головы всё лишнее, погрузила её в пучину новых знаний. Тем более, что преподаватель спросил, кто может рассказать о свойствах органитра. Секунда, и моя рука взметнулась вверх… К концу занятия моя рука практически затекла от того, что я бесконечно её тянула. Другим адептам явно была не столь интересна лекция и научные дебаты, в которые я всё же под конец занятия втянула магистра. Он утверждал, что артефакты непременно должны быть жесткой конструкции, иначе их использование нецелесообразно. Я же, на примере газового шарфика с мелкими блестящими бусинами доказывала, что такой артефакт не только не менее «крепкий», но и, что важнее, незаметней огромных фамильных кулонов, вдобавок, радиус действия будет шире при меньших затратах. Особенно, если речь идет об использовании ядов, восстанавливающих элексиров и любых защитных зельев, искусственно вливаемых в камни. Верена со своей подпевалой Лизянкой то и дело фыркали, когда я использовала хоть мало-мальский термин, сложнее по смыслу, чем «маникюр», «прическа» и «обед». Временами она походила на дикого ежа, бесконечно морща идеально ровный аристократический нос. И нет, я не завидую, хоть у меня нос всю жизнь и был формой маленькой картошки. Но зато в моей голове мозги, а не стог сена. И я искренне недоумеваю, как большинство моих однокурсников вообще существуют, не говоря уже о том, что из года в год переходят на следующий курс.... Оглушительный звонок с урока прервал эльфа на полуслове, и он, резко отвернувшись от «человечки», с которой секунду назад рьяно дискутировал, скороговоркой проговорил домашнее задание и отпустил нас на следующую пару. Я недовольно поджала губы, но потом вздохнула и молча начала собирать свои вещи в сумку. В первую очередь, надо было аккуратно сложить мой экспериментальный образец – газовый шарф с бусинами, наполненными сонным зельем. Я вчера полночи скурпулезно вливала эликсир в каждую из сотни бусин. Если таким шарфом окутать человека и произнести кодовое слово, то жидкость из шаров незаметно пропитает легкую ткань, а человек или даже не человек, пару раз вздохнув, моментально уснет. Круто? Круто! Так что будет ужасно жаль, если такой образец случайно порвется или испортится. – Смотри-ка, Верена, наша зубрилка опять выделилась, – по моему столу противно протарабанили длинными красными ногтями. Лизянка противно хихикнула и уточнила: – Коргут, вместо того, чтобы тратить последние гроши на всякую ерунду, – она кивнула на мое изобретение, – ты бы лучше купила себе новое платье… Ну, или не новое, а поношенное, но хотя бы второе. Мои уши мгновенно вспыхнули, а руки инстинктивно дёрнулись, прижимая шарф к животу, как бы закрывая обзор на далеко не новую одежду. Пару секунд спустя, не поднимая головы, я запихала его в сумку и быстро протиснулась мимо оборотницы к выходу. До следующей пары было около получаса и я, вместо того, чтобы идти в столовую, бросилась в академический сад, где в это время никого не было. Тихий шелест листвы и мягкий запах цветов успокаивал и дарил умиротворение. Я плюхнула сумку на лавочку и с размаху на неё уселась. На глаза попалось небольшое коричневое пятно на темно-бордовом материале платья. Обычно его не видно, если просто стоять или аккуратно сесть боком, но сейчас полинялая ткань отогнулась на колене, являя моему взору вечное напоминание о том, что я никогда не стану такой, как другие адепты. Я злобно стукнула кулаком по коленке. Тема одежды, обуви, сумок… И всего, что стоило больше нескольких экров… Была для меня болезненной. Это платье действительно было единственным из того, что я могла носить на занятия. В нем я ходила на пары, ела в столовой, проводила опыты и ездила в город. В общем, жила. Была еще, как называемая форма для физических упражнений, в моем случае, состоявшая из широких деревенских штанов и белой рубашки из грубой ткани, а также одна-единственная ночнушка для сна. Завершали образ небольшие балетки без каблуков для теплой погоды и пожеванные жизнью полусапожки моей бабушки для холодной погоды. Вот и весь мой гардероб… – Я не виновата в этом, – прошептала сквозь зубы, старательно таращась в одну точку и сдерживая слезы, – у меня просто нет выхода. Не все могут рассчитывать на деньги богатых родственников, кому-то в жизни просто не везёт! Нежно-лиловые розы сбоку от лавочки тревожно зазвенели, не понимая причину моего расстройства, а я, взглянув на них, резко выдохнула, приказывая себе успокоиться. – Ну и ладно! Пусть у меня нет нарядов и золотой кареты, зато я умнее всех этих напыщенных баранов вместе взятых, да? – обратилась я к цветам, и те согласно зашумели, потрясая многочисленной листвой. – И платье у меня хорошее, без дырок. Ему всего три года, правильно? – шум в ветках стал еще громче, а я всё уверенней продолжала: – И учусь я не где-нибудь в захудалой деревушке, а в столичной академии магии, верно? Получив очередное подтверждение, я глубоко вздохнула и привела последний контраргумент: – И вообще, деньги у меня есть! И я могу купить платье! И не какое-нибудь, а новое и качественное! Просто я умею деньгими распоряжаться и решила, что лучше оставлю их на обеды и ужины ближайшего месяца, а не потрачу на ненужную тряпку! Я же молодец, правда? – Молодец, молодец! – зазвенело со всех сторон. А я победно улыбнулась. Я не нищая, я – продуманная! Успокоив себя таким образом, я решительно встала со скамьи, забрала сумку и, помахав на прощание гостеприимным цветам, поспешила в раздевалку. Нужно еще было успеть переодеться и морально подготовиться к новой порции насмешек. Ведь следующая пара – физическая подготовка… Верена