Хроника потерянного города. Сараевская трилогия

Книга не только о городе, потерянном безвозвратно.

Это и история о неспокойной земле на Балканах, куда, спустя сотни лет так и не пришел мир. А если и приходил – долго не задерживался никогда. Стране, которой уже нет на карте. Югославии.

Похоже, что Сараево - это город, который никогда не сумеет стать забытым и заштатным, тихим местом в спокойной Европе. Только за один ХХ век в нём начались два грозных события, которые взбаламутили мир и в очередной раз перекроили карту. Этот город стоит на перекрёстке культур и религий, всегда был населён разными людьми, для каждого из которых сумел стать своим, родным и любимым. В таких городах непросто жить, но о них невозможно забыть, особенно если они так плотно вросли в жизнь и судьбу писателя, как это стало, например, для Иво Андрича, книги которого я читала уже несколько раз, или вот для его потомка Момчило Капора, с тремя романами которого, изданными под одной обложкой, я встретилась только в этом году. Интересно, что этот человек - художник, и его тексты удивительно образно рисуют картину происходящего. Заметила, кстати, что в последние годы мне всё чаще нравится то, как художники пишут прозу. Причем как классики - Петров-Водкин или Коровин, так и современники, среди которых особенно хорош оказался Эдуард Кочергин, и как теперь выяснилось, Момо Капор. В сборнике три романа, первый из которых, "Хранитель адреса", пронизан ностальгией по беспечной юности, когда можно было завидовать приятелю Бель Ами, который в качестве компенсации за погибших родителей на вожделенном складе, похожем на закрытый распределитель, описанный у Жванецкого, выбрал "огромный кожаный летный шлем с наушниками и резиновым хоботом для подвода кислорода", чем навсегда потряс своих деда и бабку; трепетать в волнении по поводу отданной в редакцию рукописи рассказа и размышлять о необычности любви между Жаном-Полем Сартром и Симоной де Бовуар; вспоминать первые встречи с вином или мечты о Париже, который, конечно, в итоге оказался совсем не таким, каким представлялся в мечтах... Текст пронизан литературными, кинематографическими и музыкальными аллюзиями, и при чтении всё время возникает ощущение объемности впечатления - возникают знакомые зрительные образы, звучит музыка, вспоминаются эпизоды прочитанных романов и пьес. Второй роман, "Последний рейс на Сараево", посвящен причудливой смести двух важных тем: поначалу довольно невнятной для мужчины теме отцовства, но не того, формального, когда твоя женщина родила тебе ребёнка, а подлинного, когда ты вдруг почувствовал свою связь с этим другим, часто не слишком на тебя похожим и не во всём тебе созвучным человеком, и осознал свою ответственность, свою тревогу за него; и тяжелой теме изгнанничества, когда твоя родина в огне, а ты в ней не просто нежелательный элемент, а олицетворенный враг, и все твои взгляды, идеи и личные предпочтения никому не нужны и не интересны... Просто ты - серб, и значит по умолчанию виновен во всём, что творится в Сараево и вокруг него. И отвечать будешь даже не за дела свои, а просто за национальность. И вот молодящийся плейбой, давно уехавший из того самого охваченного пожаром межнационального и межконфессионального конфликта Сараево на проплаченной богатым одноклассником встрече в Белграде сталкивается с юными выпускниками, среди которых его дочь, прекрасная и непримиримая, прячущая свою недозволенную любовь к предателю-отцу под маской равнодушия и цинизма. Этот роман немного напомнил мне "Вечер в Визнтии" Ирвина Шоу, где чем-то похожий на Боба Деспота Джесс Крейг внезапно встает перед вопросами о том как и зачем он прожил жизнь. Нет, герои друг на друга похожи мало, как и обстоятельства их жизней. Похожи, скорее, вопросы, которые, судя по всему, мало зависят от страны, сферы деятельности и даже внешних обстоятельств. Ну а третий, "Хроника потерянного города" - это почти невыносимый рассказ о том, как разрушен привычный мир, как любимый город твоего детства, отторгший часть своего прошлого, становится для тебя чужим. Совсем недавно я слушала рассказ о таком же чувстве Марины Давыдовой, которая потеряла свой Баку, которая даже копии свидетельства о рождении получить в нём не может. Потому что она - наполовину армянка, а армяне стёрты из истории Баку, и даже упоминание их когда-то вполне благополучного существования стало в этом городе невозможным. Я столкнулась с этим сама, когда побывала в этом прекрасном городе в 2019-м году, и вот только теперь, читая Момо Капора, начала осознавать хотя бы отчасти эту боль стертых из всех документов людей, утративших корни. Вот только ужасно жаль, что наша нынешняя повседневность делает такими изгнанниками постоянно огромное множество людей из недавно еще вполне спокойной, удобной и мирной жизни. Этот третий роман - своеобразная история Сараево, в рассказах и зарисовках, с самых древних времён до наших дней, хотя как их называть нашими, если они так безжалостны и бесчеловечны? Само слово "наши" приобрело какие-то другие смыслы, и теперь нашими хочется называть скорее тех, кому также больно, как и тебе, или такое время, когда ты живёшь безмятежно и спокойно, а вовсе не всё это, формально наше... И вот хроника потерь, эта история, которую пишут только победители и всегда именно они, в изображении Момо Капора встает перед глазами читателя, и перед моими глазами проносятся эпизоды фильма "Малена" с невероятно красивой Моникой Белуччи, которая олицетворяет всю эту несправедливую судьбу женщины, города, времени. Интересно, что на картинах Момо Капора тоже очень много красивых женских лиц. Они часто связаны с городами, и буквально несут их на себе. Читая эту невыносимую книгу всё время хотелось закричать: "Хватит! Перестань! Мы всё поняли. Такого больше не повторится." Но кого я обманываю? Не просто повторится, а постоянно повторяется, и мы, те, кто понимает, что за всеми этими громкими пафосными лозунгами ничего нет, кроме жажды денег и власти, расплачиваемся своей свободой, благополучием и жизнью наравне с теми, кто искренне верит, что можно "восстановить справедливость" или "освободить угнетенных". Помнится, крестоносцы в далеких XI-XIII веках тоже надеялись освободить Иерусалим... И мы веками всё толкаемся на нашей крошечной планете, и никак не можем угомониться, пока теряем всё новые города и территории, навсегда лишая их жителей покоя и мира в душе. А это сам Момо Капор, и его картины... Читать ли? Не знаю. Это очень больно.

Безумно трогательное произведение, дающее взглянуть на события с другой стороны, легко читаемая вторая книга, и до слез доводящие последние страницы третьей. Бесконечная сансара человеческой жизни в самом пристальном рассмотрении имеет место быть и в наши дни, как же хорошо выражены все чувства!

Что мы знаем о Сараево? В голове всплывают Слободан Милошевич, баннер времен моей юности "НАТО, руки прочь от Югославии!" и ощущение какой-то локальной, но в то же время отозвавшейся во всем мире трагедии.
В Сараевской трилогии Момо Капора мы получаем возможность взглянуть на события 30-летней теперь уже давности глазами очевидца, который, по счастливому стечению обстоятельств, ещё и неплохой писатель.
Трилогия - это три повести с разной тональностью, структурой и жанровыми особенностями.
Первая "Хранитель адреса" - автобиографическая, сконцентрированная на становлении героя как писателя, неотделимом от родного города мы много узнаем о круге общения юного Момчино, его первых литературных опытах, его больших надеждах и первом проваленном экзамене на ниве отношений и мечтаний.
При чем здесь Сараево? Город уже здесь заявляет о себе как самостоятельный герой, среда, формирующая каждого из своих обитателей. Цветущая зеленая подкова, живущая витающим в воздухе ароматом надвигающейся беды, котел, который непременно перегрузится и взорвется - от внешнего ли, внутреннего ли воздействия - не важно. В свой собственный текст автор намеренно вплетает строки хроникера 18-го века, события в которых удивительным образом перекликаются с современнымм автору. Здесь мы ещё не увидим сараевской катастрофы 90-х, но ее неизбежность кажется предрешенной.
Следующая повесть "Последний рейс на Сараево" переключает ракурс повествовпния с первого лица на третье. Авторское "я" исчезает, в кадре (сюжет очень кинематографичен, на мой взгляд) стареющий, но сам себе в этом не признающийся, стюард международных рейсов Слободан Деспот по прозвищу Боб. Его история - попытка вознестись над уготованной судьбой не очень богатого, не очень уважаемого жителя заштатного городишки Европы. И в то же время это трогательный гимн отцовской любви и история того самого последнего рейса - совершенного как бы между прочим грандиозного спасения беженцев из охваченного огнем города. Как эгоистичный по сути человек, гедонист, развратник и обладатель еще ряда порицаемых обществом пороков, сделав правильный выбор, вырастает в наших глазах и глазах собственной дочери - за этой трансформацией действительно интересно наблюдать.
В заключительной повести "Хроника потерянного города" автор полностью отдается рассуждениям об исторических предпосылках Сараевской трагедии и погружается в воспоминания о самих событиях. Почву для подобных размышлений дает поездка автора в святое место Хиландар. Соприкосновение с православными святынями воскрешает скорбь от потери православного Сараево. Автор не стесняется выражать собственную позицию, отличную от общепринятой в мировом сообществе описываемого периода, справедливо указывая, что сербы не могли напасть на город, в котором сами обитали испокон веку. Те, кого СМИ представляли бандитами, атаковавшими мирный город, всего лишь пытались отстоять свое право тоже жить в нем...
Сараевская трилогия в наше время к прочтению не то чтобы обязательна, но крайне рекомендуема. О причинах межнациональных и религиозных конфликтов написано много - но редко так поэтично и увлекательно. А злободневность сквозит в каждой строчке.

Невероятно правдивая книга, проникнутая столь же невероятными любовью и тоской по потерянной родине. И все это приведено в движение писательским мастерством.