Люсен стояла у дальней стены павильона. Увидев Лёху, она спешно завершила разговор по телефону, отключила его и убрала в сумочку на поясе.
Переговаривалась она с Шалико. Он уже приехал на рынок, и Люсьен пыталась объяснить ему, где они встретятся и как будут действовать. О последнем они не успели переговорить – помешал вошедший в торговый зал Лёха.
Минут семь назад Люсьен позвонила Асламбеку, но тот оставил телефон на «рабочем месте», и трубку взял Шалико.
– Асламбек! Приезжай, я его придержала, – затараторила Люсьен.
– Кого придержала? Это я, Шалико. Асламбек без телефона, – вздохнул плавный грузин.
– Всё равно приезжай, – строго произнесла Люсьен, – Мужик новые баксы принес. Сразу десять штук. Асламбек просил срочно ему про такое дело сказать и задержать клиента пока он не приедет.
– Ладно, – нехотя согласился Шалико, – Ты где?
– Буду ждать у магазина «Вещи для женщин». Хотя…, – в сомнении произнесла Люсьен, – мужик здоровенный, не знаю, как ты с ним справишься? Разве что на характер возьмешь, – выдала она в виде поддевки и саркастически дополнила, – Тока характер у тебя не для таких дел – слабый. Опять всё на меня ляжет.
– Не знаю, что и кто на тебя ляжет, – сердито ответил Шалико, – Не твое дело как я его сделаю. Щас приеду, – ткнул он кнопку отключения телефона и вытянул ящик письменного стола.
Там лежал пистолет Асламбека, но без обоймы. Шалико безрезультатно пошарил в ящике, сунул пустой ствол в карман пиджака, поднялся наверх и поехал на рынок к магазину «Красивые вещи для женщин». Это было в пяти минутах от их подпольной типографии.
У входа в рынок он припарковал машину на ближайшей стоянке, приосанился и направился к магазину.
Люсьен в это время пыталась выдать ему дополнительные инструкции, смысл которых состоял в том, чтобы призвать в помощь Шалико своих товарищей-менял, но появился Лёха, телефонный разговор прервался, и она не успела изложить этот план слабохарактерному грузину.
Алексей подошел к Люсьен и мягко произнес:
– Я не буду менять деньги. Верни мои баксы.
– Как это «вернуть»? – театрально возмутилась Люсьен, – Я уже договорилась. Вам везут нужную сумму по очень хорошему курсу.
Она явно переигрывала, и Лёха ей не поверил. Стало очевидно, что его хотят развести на деньги. Он вздохнул, вынул из карманы свернутые купюры, набрал из них сто пятьдесят рублей.
– Держи. Неустойка за беспокойство и за такси твоим компаньонам, – протянул он деньги меняле, но она их не взяла.
– Сам отдашь. Мне это не надо, – горделиво бросила Люсьен и направилась к выходу из магазина, так и не вернув Лёхе его пачку долларов.
Они вышли из павильона, Люсьен остановилась, осмотрелась по сторонам. Лёха стоял рядом, и тут перед ними появился Шалико.
Представлять джентльменов друг другу не требовалось. Слабохарактерные мужчины, опешив, застыли.
Люсьен кивнула Шалико – действуй, и он первым вышел из оцепенения, сдернул сумку с плеча великана и бросился бежать. Здесь надо отдать должное особым способностям Шалико. Он умел бегать в людской толчее как никто другой. Сказывались навыки посещения в детстве секции футбола. Мама настойчиво водила туда Шалико три года в надежде развить спортивные способности коротышки-сына.
Шалико ловко маневрировал в толпе, а громила Лёха с трудом пробивался в ней, пытаясь догнать верткого колобка. К своему БМВ Шалико добежал с большим отрывом, на ходу открыл с брелока двери, плюхнулся на сиденье, вставил ключ в замок зажигания и, пожалуй, успел бы уехать, но пассажирская дверь распахнулась, и в машине оказалась Инесса.
– Стоять! – скомандовала она, сжала ладонь Шалико и не дала ему завести машину.
В следующую секунду на заднее сидение джипа ввалился Лёха. Он запыхался, но тут же обхватил шею Шалико рукой в захват под локоть. Коротышка сник, выпустил из рук ключ зажигания.
Лёха ослабил хватку, перевел дух и обратился к Инессе:
– А ты здесь откуда?
– На рынок пришла. Ты же сам мне сказал, доллары здесь обменять. Две тысячи обменяла, а тут такое… Этот с твоей сумкой бежит, – зыркнула она на Шалико, – Или я что-то не так сделала? – зазвучали в ее голосе нотки обиды.
– Да нет. Всё так, спасибо. Иначе ушел бы этот гад, – Лёха чуть сильнее прижал Шалико, а потом выпустил совсем.
Тот закашлялся. Все молчали, решая, что им следует предпринять. Сумку с «долларами» Инна держала обеими руками у себя на коленях. Садясь в машину, Шалико бросил ее на пассажирское сидение, и теперь она оказалась у Инны.
Просто забрать у нее сумку, высказав дежурное спасибо, Лёха не решался. Инна тоже не торопилась расстаться с такими «богатствами». Ее заслуга в их спасении была неоспорима.
Шалико решил воспользоваться возникшей заминкой и попытался склонить ситуацию в свою пользу. Так бы и произошло, будь он чуть жестче и расторопнее, но у тихого Шалико это вышло неуклюже и неубедительно. Во внутреннем кармане пиджака у него лежал хоть и без обоймы, но пистолет. Шалико запустил туда руку, вынул его, наставил на Инну и взялся за сумку. Это он сделал почти верно, но вместо того, чтобы рявкнуть: «вон из машины!», вырвать сумку из рук женщины и перевести пистолет на сидящего сзади великана, он негромко произнес:
– Это моё…
Инна не то что-бы не испугалась, она не успела даже удивиться. Мгновение спустя пистолет оказался у Лёхи. Бывший десантник в момент перехватил руку Шалико, свернул ему кисть ладони, и тот выронил пистолет. Держал он его не как положено – твердо и с пальцем на спусковом крючке, а неловко, охватив всю рукоятку снаружи.
Лёха подхватил пистолет, рассмотрел его.
– И пистолетик у тебя липовый. Патронов нет, – замахнулся он на незадачливого «гангстера», и покрутив пугач, бросил его на сидение.
Шалико вжал голову в плечи, и Лёха не решился ударить перепуганного бедолагу, а лишь попросил Инну обыскать его. Тот послушно вывернул карманы брюк и поднял руки.
Обстоятельная немка проверила содержимое его пиджака и последовательно разложила поверх сумки связку ключей, паспорт, кошелек с мелочью и два телефона – один Шалико, а второй Асламбека.
Лёха открыл паспорт, прочел в нем фамилию, имя и отчество.
– Что же с тобой делать, Шалико ЛАдович? – размышляя, кашлянул Алексей, – Отпустим – ты со своими друзьями за нами погонишься.
– Я Ладович, – мягко поправил его Шалико, – Имя моего папы – Ладо. А гнаться за вами зачем? Сумка так, всего чуть нормальных денег стоит.
– То-то и оно, – цокнул языком Лёха, – Она стоит, и не чуть.
– А хотите мой БМВ возьмите, – воодушевился Шалико, – Он быстроходный, с ним никакая машина не сможет тягаться. Давайте моя сумка на мой автомобиль поменяем. Нашему боссу эта сумка нужна. А новый БМВ даже больше сумки потянет, – нашел он решение всех проблем.
– Ну ты молодец, – рассмеялся на столь необычное предложение Лёха, – У нас есть и эта машина, – похлопал он по сидению, – и эта сумочка. Зачем нам менять одно на другое?
Шалико погрустнел, потупился в пол. Его предложение не прошло – машину у него забирают, сумку не отдадут. Успокаивало лишь то, что попался он не ментам и не жестоким бандитам. Верзила приветлив, а от его симпатичной подруги приятно пахло духами. Хорошие запахи успокаивают. Шалико расслабился.
– Телефончики я возьму, а остальное твое, – Лёха забрал изъятые у «гангстера» телефоны и кивнул Инне вернуть остальные вещи их хозяину.
С согласия Лёхи, а он теперь исполнял роль главнокомандующего, она вернула Шалико и ключи от машины. Тот принял ключи, зажал в ладони.
– Заводи, – скомандовал ему «главком», – Поедем отсюда куда подальше.
– Это куда? – насторожился Шалико, но машину завел.
– Сейчас до перекрестка, а там.., – задумался Лёха, – Там направо. Юг же в ту сторону? К морю поедем.
– На юг, к морю? – изумилась Инна, – Если ты к Ларисе собрался, то я не знаю, куда она поехала. Да и потом, я…, – не договорив, в миг погрустнела она.
– Нет. Какая Лариса? – отмахнулся Алексей, – Просто к морю двинем. Чутка взлохматим наши бабосы, пока у них краска не облезла, – дружески потеребил он за плечо Шалико.
Тот на понятную лишь им двоим подколку не ответил, молча выехал на дорогу и прибавил скорости.
– Слышь, Шалико, – умиротворенно произнес Лёха, – А у тебя есть жена? Я спрашиваю, вдруг тебя искать будет? В полицию заявит.
– Жены нет, – уныло проронил Шалико, – Девушка была, а дальше мы не стали.
– Это почему? У тебя не получается или она не захотела?
– Всё у нас получилось. Только жениться не стали, – теперь уже рассерженно буркнул гордый грузин. – Девушка капризная стала, а мама говорит, что жена нужна такая, чтобы потом не разводиться.
– Почему? – улыбнулся Лёха, – Женишься – праздник начала хорошей жизни. Разводишься, снова праздник – окончание плохой.
– Нет. Только жениться праздник, а дальше нет. До свадьбы он и она – такие два ангела во плоти. Муж и жена тоже ничего – одна сатана. А вот после развода они в ангелов не возвращаются. Потом они просто две сатаны, – с особым чувством выдал заключительную фразу Шалико, и прибавил скорости.
– Во как? Это ты сам придумал? – качнул головой Лёха.
– Нет. Так моя мама говорит, – с гордостью произнес Шалико.
– А мама у тебя грузинка. Ты из Абхазии, – размышляя протянул Лёха и быстро принял решение, – В Абхазию рулим. В Гагры. Это и заграница, и въезд по обычному паспорту.
– Ин, у тебя паспорт с собой? – обратился он к Инессе.
Она ответила, что паспорт при ней и чуть прикрыла глаза, как перед сладким сном.
БМВ проскочила городские улицы, выехала на трассу и, обгоняя попутные машины, понеслась шныряя из полосы в полосу. При всей своей плавности, водитель Шалико был отменный.
Отмахав три сотни километров, они въехали на обустроенную стоянку для дальнобойщиков. Там имелась заправка, стильный ресторанчик и небольшая гостиница. Они заправили машину, а потом решили и остановиться. Все немного успокоились, хотелось расслабиться.
А бывший банкир Юрий Львович расслабиться не мог. К этому времени он заподозрил неладное. Телефоны Асламбека и Шалико не отвечали. Усилием воли банкир отбросил осторожность и поехал к ним на работу.
Машина Асламбека стояла у запертых ворот гаража. Юрий Львович настойчиво постучал в них, вскоре послышались шаги изнутри, и дверь отворилась.
До этого Юрий Львович посещал цех по выпуску «печатной продукции» всего один раз и теперь приехал во второй, хотя со временем роли распределились так: он стал боссом фальшивомонетчиков, Асламбек – управленцем, а Шалико, как и был – работником.
– Ну, и как зубы? Не болят? Московские доктора справились? – язвительно бросил босс Асламбеку, пока тот запирал за ним дверь.
Продолжать вранье о больных зубах смысла не имело. Юрий Львович задал вопрос в виде поддевки, а предстать мелким врунишкой было не в характере осетина Асламбека, и он выдал всё, как есть.
– Я никуда не ездил. Зубы в порядке. У нас тут происшествие, – обернувшись к боссу, Асламбек прямо посмотрел ему в глаза.
– Происшествие? – насторожился Юрий Львович.
– Да. Пойдемте, сами увидите, – направился к лестнице в подполье осетин
Юрий Львович последовал за ним, и они спустились в «цех». Представшая там картина ошарашила бывшего банкира. Всё было очевидно, и Асламбек лишь пояснил последствия произошедшего.
– Влезли к нам из соседнего гаража, – показал он на пролом в потолке, – Кое-что взяли и сдернули. Меня не было, а Шалико по голове валиком огрели.
– Эт я понял, что у него с головой не порядок, – процедил Юрий Львович, – Такую ахинею нес, будто я «блондинка Маша» в такой бред поверить, – Что именно у вас взяли? – строго посмотрел он на Асламбека.
– Последнюю партию. Проблема небольшая – мы новую сделаем. Попросите клиента подождать, – развел руками управленец, ожидая решения босса.
Юрий Львович всегда медлил с ответами, но сейчас он обмер и присел на стул. Мрачная пауза затянулась. Асламбек начал злиться. Своей вины в случившемся он не признавал, а босс своим молчанием явно выразил ему претензии.
– Дней десять, и будет новый «лимон», – порывисто уточнил он боссу, но тот оборвал его.
– Не кипятись! То, что вы новых бумажек наштампуете, мне понятно. Дело в другом. Клиент серьезный. У него заказ по три миллиона в месяц. А мы на первой же партии «включаем заднюю», – Юрий Львович мучительно потер лоб, вздохнул и снова замолчал.
– Почему на первой? Мы для них «пробный шар» в прошлом месяце печатали. Всё приняли, похвалили. А срок был минимальный. Я потому и сказал, что Шалико быстро справится, – пояснил боссу горделивый осетин, но тот не слушал его и по-прежнему размышлял о чем-то о своем.
– Хозяина соседнего гаража знаешь? – наконец кивнул он на дыру в потолке.
– Там нет хозяина. Бокс три года пустой стоит. Кто-то другой про нас узнал, ключи к бесхозному гаражу подобрали и таким путем влезли.
– Нет, – покачал головой бывший банкир, – Зачем такие сложности? Если бы подбирали ключи, то сразу к вашему боксу. Замки однотипные.
– Может и так, – согласился Асламбек, – Но хозяина у соседнего гаража точно нет. Он за границу сбежал.
– Понятно, – вздохнул Юрий Львович, – Как звать беглеца знаешь? Фамилия, надеюсь, у него есть?
– Фамилию можно узнать у председателя кооператива. Он здесь рядом живет, в пятиэтажке, – пояснил Асламбек, – У него данные владельцев записаны.
– Так что ты сидишь? Идем к председателю. У тебя деньги через бокс соседа увели, а ты до сих пор его фамилия не выяснил, – резко встал в полный рост банкир.
Его решимость действовать удивила Асламбека, но еще более позабавила. Таким Юрия Львовича он видел впервые. Субтильный банкир никак не походил на грозного предводителя, а тут возбудился, как петух при виде кур, вскочил и первым направился к выходу.
– Наш бокс тридцать шестой, – замкнув дверь гаража показал надпись на воротах Асламбек и, когда они отошли, пояснил, – Гараж мы на Шалико оформили.
– Кстати, – остановился Юрий Львович, – Шалико… Он куда подевался? – вспомнил он об их главном работнике.
– Не знаю, – обронил Асламбек, – Машины нет. Может, от удара при падении перекрытия что-то в станке повредилось? Поехал запчасти купить?
– Уехал и трубку не берет? Странно… Что это за хитрая от меня конспирация? – строго спросил Юрий Львович, но Асламбек лишь пожал плечами, и они продолжили путь к дому председателя кооператива.
Шалико и его новые друзья к этому времени зашли в ресторанчик при заправке. Официант еще не принял у них заказ, и неуверенный в себе «колобок» ерзал на стуле, оглядываясь по сторонам.
– Может я всё-таки вернусь? У меня дел по горло. Вместе покушаем и я отчалю, – посмотрел он на расслабленного Лёху, и тут же перевел взгляд на Инну в надежде найти в ней союзника.
За время совместной поездки, они разговорились, и Шалико со свойственной грузину простотой сделал незамужней женщине немало приятных комплиментов. Из необычных он сказал ей о красоте ее пальцев, чем вызвал у Инны особый интерес.
Мало кому придет в голову сделать женщине такой комплимент, да многие и не знают о его значимости. Рассматривать собственные пальцы можно всегда – хоть специально у зеркала, хоть мимоходом, и всякий раз вспоминать сказанные о них слова восхищения.
Вот и сейчас Инна украдкой поглядывала на свои пальцы под разными углами, и комплимент Шалико продолжал звучать у нее в голове.
Его просьба об освобождении как раз и застала Инну за этим занятием. Она подняла глаза, улыбнулась, но ответила Шалико коротко и жестко:
– Нет. Пока не выедем из России будешь с нами.
Другого решения Шалико и не ожидал, но всё равно вздохнул и опустил глаза.
– Так-то. Желание женщины – закон, – подбодрил его Лёха, – Это не я придумал. Это же у вас, кавказцев, такие штучки, – рассмеялся он, – А, если по правде, то ваши хитрости я знаю на два шага вперед. Мы отсюда только отъедем, и оба… Чей БМВ? Машинка в угоне – хозяин подал заявление.
– Почему так думаешь? Я расписку напишу: «Машину продал, деньги получил». Вы же дадите мне из сумки одну треть? – снизил свои первоначальные пожелания Шалико.
– Нет. Не дадим. Ни треть, ни четверть. Мы не грабители и не бедные люди, – Лёха кивнул на сумку с «долларами», – Прибудем в Абхазию и вернем тебе твой авто просто так.
– А может сейчас? За десятую часть, – продолжил торг Шалико.
Он явно не хотел отступать и мог продолжать свой торг еще и еще, но в кафе вошли девушки в профессиональных костюмах, анонсирующих их древнее ремесло. Шалико запнулся и уставился на одну из них – пухленькую, волосы огненного цвета, в короткой юбке.
Рыжеволосая бестия стрельнула глазами по залу и села вполоборота к барной стойке. В креативности ей было не отказать. К оранжевым чулкам она надела зеленые туфли на высоченных шпильках и демонстрировала свои аппетитные ножки, беспечно болтая ими в воздухе.
– Интересный девушка. Красивый, – проронил Шалико, на что Инесса брезгливо поморщилась, а Лёха улыбнулся.
– И в чем проблема у грузинского мачо? Хочешь познакомиться и боишься? – подтрунил он нерешительного мужчину.
Шалико смутился.
– Хочу… А она? Вдруг она не захочет, – проронил он робко.
– Как это? – улыбнулся Лёха, – Сто процентов захочет, и даже очень захочет. У нас же есть «золотая рыбка». Исполняет любые желания, – похлопал он сумку с фальшивыми деньгами.
К столу подошел официант, подал меню, и Лёха не стал спрашивать Шалико, готов ли тот действовать в отношении путаны прямо сейчас, а сразу начал воплощать в жизнь его пожелания.
– У вас есть свободные комнаты? – спросил он официанта.
– Пока есть. Тридцать долларов в час, – надменно произнес тот, бросив взгляд на плохо одетых гостей.
– Ух ты! – качнул головой Лёха, – Это сколько же выйдет за сутки?
– Если до утра, то восемьдесят. После первого часа скидка, – словно автомат, выдал официант, полагая что окончательно отбил у гостей желание поселяться.
Но в данном случае, не зная, что перед ним «нувориш», он ошибся. Лёха сунул руку в карман джинсов, вынул примятые сто баксов и, кивнув на Шалико, помахал ими рыжей путане. Та подняла ладонь, пошевелила пальцами. Так она одобрила выбор клиента, а заодно и поприветствовала.
Лёха хмыкнул и вручил купюру официанту.
– Комнату для нашего товарища, – указал он на Шалико, – Лучшую, без сдачи, и на сколько ему понадобиться. Хотя, часика через полтора мы уезжаем.
Официант принял купюру, сказал, что принесет ключ от номера люкс, а гости пока изучат меню. Теперь он стал особенно учтив и, уходя, еще раз улыбнулся.
Лёха улыбнулся в ответ. Ему нравилась его новая роль, он потер ладони, открыл меню. Инна же нахмурилась.
– Леша, зачем ты принуждаешь Шалико? Такие вещи делать нельзя! – строго произнесла она прямо ему в глаза.
– Какие вещи? Кто кого принуждает? Мы свободные люди, в свободной стране. И эти девушки тоже, – кивнул он в сторону проституток.
Рыжая путана поняла его кивок как окончательное приглашение, ловко встала с барного стула и, виляя бедрами, направилась к их столику.
– Ну уж это не при мне! – возмутилась Инесса, встала и отошла к окну, не желая видеть безобразий.
На самом деле, искоса она с интересом наблюдала, как там «это» совершается.
А происходило всё буднично. Вернулся официант, вручил Лехе ключ от комнаты этажом выше ресторана. Рыжая бестия присела за стол.
– Если вы оба, то стольник, а если кто-то один, то сороковник. За час, и в баксах, – объявила она условия своих услуг.
– Не, зачем вдвоем? Наш товарищ сам справится, – Лёха подмигнул Шалико, расстегнул сумку, пошарил в ней и достал непочатую пачку в десять тысяч долларов.
Путана зыркнула на деньги, оценила возможности клиентов и, обратившись к Шалико, дополнила перечень необходимых «атрибутов».
– Еще для вдохновения возьмешь мне шампанское «Мартини», шоколадку и что-то из закусок, – показала она в сторону бара.
Шалико стушевался, своих денег у него не было, и он поднял глаза на Лёху. Тот сорвал с пачки банковскую ленту, и не считая, выдал ему пару тысяч долларов.
– Для вдохновения, – подмигнул он шустрой девице.
Шалико направился к бару, а она, подавшись через стол к щедрому финансисту, заискивающе пропела:
– И ты приходи. Десять баксов добавь и приходи. Я быстро работаю, твоя не заметит, – кивнула она глазами на стоявшую у окна Инну.
– Не. Откуда у меня такие деньги? – отшутился Лёха, сунул раздавшийся ворох банкнот в карман и встал из-за стола, ожидая возвращения Шалико из бара.
Тот, как и положено грузинскому мужчине, не поскупился. Едва не роняя покупки на пол, он прижал одной рукой к груди две бутылки «Мартини», а в другой нес пухлый пакет с провиантом.
– Н-да, – хмыкнул Лёха, – Неплохо. Пойдемте, поселю вас с комфортом. Номер как- бы лучший выдали, я до утра оплатил.
Компашка поднялась на второй этаж. Лестница туда вела прямо из обеденного зала. Лёха впустил подопечных в комнату, запер за ними дверь и вернулся в кафе.
Подошла Инна, молча села напротив. Лёха заказал цыпленка табака и по кружке пива. Официант принёс заказ. Приступили к еде.
Разговор не клеился и, чтобы разрядить обстановку, Лёха пару раз улыбнулся Инне, но не естественно и мило, а по-идиотски растянул губы, обнажив зубы.
– Ты зря лыбишься, – проронила она, – Этот грузин не так прост. Сбежит и не заметишь. Хотя…, пусть бы уже и слинял куда. Ты зачем его держишь? Точно ведь не ради машины? Мне кажется, вы с ним знакомы.
– Правильно, – благодушно согласился с догадкой приметливой немки Лёха, – Мы с ним уже виделись. Мельком. А сбежать он не сможет. При нем там охранница, и ключик от дверей у меня. А пока они там, – показал он пальцем наверх, – мы возьмем такси и уедем. Ты думаешь зачем я ему «аттракцию» с дамой предложил? Надоел, пора с ним расставаться.
– Ты их запер?!, Это же.., – удивилась Инна, и хотела высказать Лехе свое возмущение, но остановилась на полуслове.
Она сидела напротив окна и увидела, как с верхнего этажа пролетел женский туфель, а за ним второй. Оба зеленого цвета.
– Леша, смотри, они её туфли выбросили, – воскликнула Инесса.
– Чьи туфли? – Алексей обернулся к пустому окну.
– Твоей рыжей на шпильках.
Лёха нахмурился, но дальнейших объяснений не потребовалось. За окном на секунду зависли женские ноги в желтых колготках, рыжая путана спрыгнула во двор и бросилась наутек. Лёха выбежал из кафе, но её и след простыл. Двери балкона второго этажа были распахнуты, ветер колыхал их шторы.
Алексей вернулся в кафе, поднялся на этаж и отомкнул комнату, где оставил Шалико с проституткой.
На столе стояла пустая бутылка мартини, а грузина не было. Он словно испарился, и только его пиджак висел на стуле.
Леха осмотрелся, выглянул в окно.
– Черт, куда он мог деться? С этой девкой сбежал, – первое что приходило на ум, но в следующую минуту всё прояснилось.
Ручка двери ванной начала лихорадочно трястись, как и сама дверь. Потом в нее последовал удар, как от массивного предмета. Грузин, по-видимому, попытался выбить дверь с разгону своим телом.
Алексей подошел к двери ванной и понял причину произошедшего. Путана вставила в шлиц дверной защелки лезвие ножа – такие есть в номерах вместе со штопорами, а его острый конец вонзила в дверную коробку. Защелка перестала проворачиваться, и Шалико застрял в ванной.
Леха выдернул нож и повернул механизм. Дверь отомкнулась, и всё было бы хорошо, но пленник ванной комнаты этого не знал. Он разогнался и вылетел в незапертую дверь. «Спаситель» едва успел отскочить в сторону – Шалико со всего маха ударился головой о шкаф и упал без чувств. Алексей наклонился, расстегнул на нем рубашку, приложил ухо к груди.
Вошла Инна. Леха прикрыл волосатую грудь кавказца, поднялся, обследовал карманы его пиджака. Те «доллары», что он ему выдал, исчезли.
– Вставай, – вернулся он к Шалико, похлопал его по щекам.
– Как думаешь, он в поряде? – обратился он к Инне,
Она подошла и со знанием медработника (она работала в больнице) пощупала у Шалико пульс, посмотрела зрачки.
– Пока нормально. Дальше не знаю. Если что, ты виноват. Зачем при этой…, прости господи, столько денег ему дал.
– Деньги! – схватился за голову Лёха, выбежал из комнаты и стремглав спустился в кафе.
Сумка лежала на своем месте. Нувориш расстегнул на ней молнию, облегченно выдохнул, присел за стол, притянул к себе сумку и с маху опустошил кружку пива.
Подошла Инна, села рядом.
– Ему уже лучше – встал, голова кружится. Сотрясение. Они с этой «дамдамой» еще и выпили бутылку мартини, а скорее эта…, – покривилась Иннеса, – ему в основном наливала. Теперь пусть отлежится, но лучше, если он пару часиков поспит.
– Пару часиков? – задумался Лёха, – Неплохо. Может, двинем отсюда прямо сейчас на попутке? А грузин проснется и поедет домой. Мы денег ему оставим, – благодушно предложил он Инне, но она вспыхнула:
– Никуда не двинем. Пока бедолага не очухается, будем ждать, – чуть мягче пояснила она.
– Как прикажете. Ждать – не догонять, – ухмыльнулся Лёха, подозвал официанта и попросил себе еще пива, но Инна отменила заказ и подвинула ему свою кружку.
Порционное блюдо она прикончила, а к пиву даже не притронулась.
– Дальше машину я поведу. Ты выпил, а Шалико по твоей милости не в форме.
Официант собрал тарелки, стол опустел, сидеть за ним стало томительно, и Лёха дополнил заказ.
– Что там у вас еще из мясного есть? Солидное, – не открывая меню спросил он официанта, – Вашими куропатками мы как-то не наелись.
– Это не куропатки, – улыбнулся официант, – Такие вот «цыплята табака» вышли – экономные. А из солидного шашлык возьмите. Угли подошли, за полчаса сделаем.
Лёха посмотрел на Инну, она согласно кивнула, и он принял предложение официанта.
Порой в дороге приходится коротать время, и оптимально это делать именно за обедом. Тогда оно течет приятно и незаметно.
Наши путники расслабились, в то время как Юрий Львович нервно поглядывал на часы.
Дома председателя гаражного кооператива они не застали. Там их встретила его жена – полная некрасивая женщина средних лет. С порога она заявила, что по делам кооператива муж принимает посетителей по вторникам, а сегодня среда, и никаких исключений не будет.
Хамка потянула ручку закрыть дверь перед носом докучливых посетителей, но Юрий Львович, предполагая такое развитие событий, сходу вручил ей двести рублей.
– Мы вовсе не просим делать для нас бесплатного исключения, – мягко произнес он, – Позвоните супругу, у нас к нему пустячный вопрос. На три минуты за тысячу, – вынул он из портмоне купюру нужного достоинства.
– Хорошо, – промямлила ушлая бабенка и ловко вытянула тысячную банкноту из рук банкира.
– Раз надо, да еще срочно, – пояснила она свои действия.
– Так вы ему позвоните? – уточнил Юрий Львович.
В делах он любил определенность, а ответ супруги Председателя её не предполагал.
– А куда ему звонить? Разве что в рельсу. Василий Петрович, – уважительно назвала она мужа по имени-отчеству, – по средам ходит на минифутбол. Занятия закончатся, и он приедет.
– Ну, тогда СМС ему напишите. Мы ждем, а он об этом не знает, – Юрий Львович вынул из портмоне вторую тысячу рублей, но на этот раз лишь мельком показал ее, и тут же зажал в ладони.
– Я напишу, – сходу согласилась жена Председателя.
Доплата ее воодушевила, но, чтобы уж точно ее не упустить, проявила строгость и выдала посетителям начальственное указание.
– Муж скоро приедет, но вы здесь не стойте. Внизу у подъезда подождите, —захлопнула она дверь квартиры.
Асламбеку пришлось даже отпрянуть в сторону. Нахалка едва не сшибла его.
– Что такое? – возмутился он, – Деньги выхватила и в дом не пригласила. Может, не будем ждать ее мужика? – обратился он к Юрию Львовичу, – Какой толк искать хозяина гаража? Если он и стащил наши бумажки, так они таковые и есть.
– Бумажки, говоришь, – вытянул губы банкир, – Да нет, они теперь ценнее настоящих. Их надо вернуть. Начнет этот прохиндей ваши «бумажки» сдавать и попадется. А дальше менты вас с Шалико как кузнечиков снимут.
Асламбек пожал плечами, возразить было нечего, и он последовал за боссом. Они вышли во двор, сели в машину.
«Скоро» о котором говорила жена Председателя затягивалось. Ее супруг не появился и спустя полчаса.
Асламбек знал Председателя в лицо, и некоторое время всматривался в проходящих мужчин, а потом оставил это занятие, вышел из машины и сел на лавочку у подъезда соседнего дома. Знай он, где Председатель «играет в минифутбол», мог бы подняться двумя этажами выше, позвонить в квартиру номер 6, и спросить там Василия Петровича на пару минут. Тот всё равно так и не приступил к «спортивным занятиям», а лишь тянул время, сидя на кухне у любовницы.
Пылкая женщина подавала Васильку закуски, кокетливо поправляла на себе халатик, суетилась и наконец тоже присела к столу.
– Котик, что ты такой грустный? Что-то не так? Ты меня больше не любишь? – заглянула она в глаза полюбовнику, ожидая от него признания в обратном.
Но «котик» ее разочаровал.
– Причем тут любишь, не любишь, – отмахнулся Председатель, – Настроение на нуле.
– А я тебе его подниму, – взяла его за коленку любовница.
– Что поднимешь? – отвел взгляд Председатель.
Двусмысленность слов подруги он воспринял как принижение его мужских качеств, сделался обиженным, сердито насупился.
– Понятно, – молодайка отдернула руку, резко встала, – Сердцу не прикажешь.
– Какое сердце? Что ты мелешь? – смягчился увалень, – У нас другие дела, и там тоже не принимают приказы. Я завтра зайду.
– Завтра?! – вскричала разгоряченная женщина, – Нет! Завтра меня не устраивает. Проваливай.
Председатель, по-видимому, только и ждал такого поворота, сразу повеселел и встал из-за стола, намереваясь уйти, но любовница остановила его.
– За обед заплати, – потребовала она, – Давай, гони две тысячи.
– Сколько? – возмутился председатель, но всё-таки вынул кошелек, отсчитал пятьсот рублей, и со словами «не надо делать из меня дурака» положил деньги на стол.
В полный рост, в дорогом костюме и при галстуке главбух выглядел весьма солидно. Председатель трудился на этой ниве в женском коллективе небольшого заводика, пользовался успехом у сотрудниц, и любовница сдалась
– У меня завтра вторая смена, – пояснила она свой отказ принять главбуха у себя на следующий день.
– Созвонимся, – примирительно развел руками Председатель и, хотя в этот раз «футбольный матч» у него не состоялся, он, как и всегда при его завершении, потрепал «напарницу» по волосам.
Прошли в прихожую. Председатель глянул в дверной глазок. Убедившись, что там никого нет, он вышел из квартиры, степенно спустился по лестнице, а через двор уже засеменил.
Асламбек догнал его лишь у подъезда соседнего дома.
– Извините, – остановил его Асламбек, – Я из вашего кооператива, и мне нужна справка.
– Это по вторникам, – попытался сходу отшить просителя председатель, но подошел Юрий Львович.