Над головами моих воинов появляется изображение маленькой улыбающейся рожицы, явное свидетельство улучшившейся морали.
– Что, боец, радуешься жизни? – спрашиваю я ближайшего Витязя.
– Да, радуюсь, Княже. Оно ведь как, тут, во поле, даже ежели и ворог какой повстречается, не обязательно ведь убьёт он тебя. А в Замке как сидеть, так, на то дозвол получи, то без бумажки делать не моги, сбрую лишний раз почистить, так столько всего надо оформить, что пусть лучше оно ржавеет потихоньку. А для кажного раза ведь, очередь выстоять надобно. А коли хочешь, абы твое дельце да разрешилось поскорее, так подношение надо сделать кровопийце-чиновнику. Во жизни смотришь, мелкий человечишка, а как на службу попал, так сразу важным становится…
Ехавшие рядом воины согласно закивали головами. Кое-где раздавались одобрительные возгласы, поддерживавшие говорившего.
– Ну, Витя, зато мы с тобой, пока что, держимся на уровне прокачки, так, вроде, вы говорите? – негромко вставила свои пять копеек мама.
– Да, так, только потеря морали… впрочем, посмотрим, может не так уж все и страшно. – ответил ей я. – Ты мне лучше скажи, что дальше будем строить?
– Конюшню надо расширять, потому что у тебя сейчас лишь десять человек на конях сидят. А конный Витязь, как я успела посмотреть, это довольно таки сильный противник.
Тем временем мой отряд успел выйти на опушку очередной рощи и вдалеке мы увидели шахту.
Кроме серого прямоугольничка на миникарте еще присутствовала целая россыпь красных точек, дававших понять, что данный источник неизвестного, но, наверняка, очень нужного нам, ресурса находится под охраной.
Кот-Баюн, мирно спавший все это время в моей седельной сумке, медленно и вальяжно выбрался наружу, и уселся на круп коня перед моим персонажем.
– Мяу… кто это там, впереди? Никак ящерки? Люблю их. Они такие ловкие, подвижные, с ними так интересно играться.
Да, при ближайшем рассмотрении подтвердилась правота моего пета, против нас торопливо разворачивали шеренгу копейщики кобольдов, низкорослой расы ящероподобных существ.
При наведении на Кота активировалось полупрозрачное меню, содержавшее пункты: приласкать, схватить за шиворот, науськать, другое.
Ради интереса выбираю последний пункт, который развернулся в одну-единственную надпись «попросить пета принять другую форму».
Если Кот сказал, что любит «играться» с ящерицами, то, возможно, не стоит призывать сейчас Волка?
Тем временем, наш отряд почти вплотную подошел к кобольдам, которые стояли, ощетинившись копьями, и не давали ни малейшего намека на возможность диалога с ними.
Баюн выбрался на голову моего коня и уселся там, между ушей так, как обычно садится домашний кот на удобном для него месте, собрав под собой лапки и обернув вокруг них свой шикарный, пушистый хвост. Едва подергивавшийся кончик хвоста выдавал в нем живое существо, не давая принять его за статую.
– Вить, а ну-ка, притормози своих бойцов. – тронула меня за плечо мама.
Кот приподнял переднюю правую лапку к пасти и неожиданно прокашлялся, вынудив вздрогнуть мамину руку, а меня подпрыгнуть в кресле.
– Кхм-кхм… Тра-ля-ля-ля… Ля-ля-ля-ля-а-а-а…
Спи, ящерочек, усни,
В поле погасли огни,
Мышка под лапкою спит,
Кобольд воевать не хотИт…
Глазки скорей закрывай,
Копья на землю бросай,
Спи, мой хороший, усни,
В поле погасли огни,
Усни, у-у-усни-и-и…
Вместе с последними словами, Баюн мягко повел сверху вниз поднятой ранее правой лапкой, словно помогая закрываться глазам слушателей.
Под негромкий «бряк» рухнувшего на землю Витязя, который неосмотрительно высунулся вперед, уронили копья и мягко опустились вниз почти половина кобольдов, вся середина их строя.
Бросившиеся вперед мои воины довольно быстро смяли оставшихся в сознании противников, после чего приступили к вырезанию лежавших на земле неподвижных тел. Я решил просмотреть характеристики одного из еще не убитых.
«Кобольд-пехотинец, первого уровня. Находится под властью чар кота-Баюна. Оставшееся время паралича – одна минута двадцать две секунды.»
Так, кот закончил свою «колыбельную» около полуминуты назад. Следовательно, время воздействия равно его уровню?
Я прошу маму проверить мою догадку на форуме, а сам, тем временем, принимаю участие в пусть и не самом достойном, но, все же, нужном деле – помогаю своим бойцам добить поверженного противника.
Мой «Хозяйственник» деловито обобрал все лежащие тела и наш отряд, дождавшись, когда я подтвержу свое право владения над шахтой с красными кристаллами, вновь двинулся вперед.
– Почему ты не подобрал копья? – спросил я его.
– По-первой, Княже, они не пригодны для метания нами, так как слишком короткие и кривые, а во-вторых… – Витязь замялся, и мне пришлось чуть-чуть подбодрить его.
– Давай, давай, выкладывай, что там еще?
– Да муторно их сдавать потом на Склад. – выпалил единым духом Хозяйственник. – На каждую единицу оружие составь бумажку, где добыли, как добыли, у кого, оценить его состояние. Тьфу, муть, короче, Княже.
Я с изумлением вытянул из свертка позади него один из щитов, подобранных им на поле боя.
«Щит круглый, +1 к Защите. Подобран на поле боя с кобольдами-пехотинцами на четырнадцатый день от начала игры Игрока, Князя Вити Рюрикича. Состояние удовлетворительное.»
– А раньше такое надо было делать? – спрашиваю я у Витязя, аккуратно засовывая щит обратно.
– Нет, раньше я просто привозил и сдавал все, подобранное на поле боя на Склад, и все. Ну, разве что пересчитывали тщательно и все.
Я выразительно оглядываюсь на маму. Да уж, удружила, так удружила, нечего сказать. Я надеюсь, на третьем уровне Канцелярии, мне не надо будет документально оформлять каждый свой шаг? Или мне перед нажатием на каждую кнопочку надо будет сначала получить подтверждение этого действия у Орлова?
Дождавшись, пока я немного остыну и перестану сопеть как паровоз, мама тихонько подходит ко мне сзади.
– Вить, я тут вычитала насчет Баюна. В общем, от его уровня зависит как время воздействия на противников, так и радиус, который он накрывает. Он у тебя сейчас какого уровня?
Я мельком просмотрел параметры Кота.
– Третьего, подрос, однако.
– Ага, значит смотри. Если противники будут первого уровня, он их зачарует на три минуты, второго – на полторы, третьего – на одну…
– Четвертого, пятого… шестого на полминуты, да?
– Нет. Четвертый уровень – на полминуты, пятый – на пятнадцать секунд… В общем, каждый последующий уровень, выше его собственного, делит время в два раза.
– Не совсем понятно, но, в принципе, логично.
Невысокий холм, с огромной пещерой и усеянной костями площадкой перед ее входом, предстал перед нашими глазами.
«Обиталище Чудища» – появилась поясняющая надпись при наведении на него указателем.
– Ну что, воины, посрамим Чудище неведомое, но зело ужасное? – произносит мой персонаж, едва я отдаю приказ атаковать пещеру.
Отряд с громким, хотя и немного нестройным, «Ура!», бросается вперед, чтобы почти сразу же остановиться, словно наткнувшись на невидимую стену громового, продирающего до самых костей, рева, раздавшегося нам навстречу из темного проема.
Миг, и многие из моих воинов застывают на месте от ужаса, о чем свидетельствует соответствующий значок над их головами.
Огромная бурая помесь обезьяны и медведя медленно вылезает из пещеры и замирает, уставившись на нас своими кроваво-красными глазищами.
Длинные, загнутые когти наводят на мысль, что такими, противников можно просто нанизывать, словно шашлык на шампуры. Картинка, представшая перед моими глазами, вынуждает меня передернуть плечами от ужаса. Хорошо, что это все – лишь рисунок, нарисованный на экране, и я нахожусь здесь, дома, в теплом, уютном и мягком кресле.
– Вить, все хорошо, я с тобой. – успокаивающе шепчет позади меня мама.
– Да, да, все хорошо… хорошо, что я не «там»! – отвечаю я ей.
Первые несколько залпов из луков, превращают Чудище в ёжика, утыканного стрелами. В очень большого и сердитого ёжика, который неторопливо разгоняясь, начинает свой бег в нашу сторону. В очень сильно рассерженного и разозленного, надо заметить. Быстрый взгляд на его параметры, говорит мне, что наши стрелы не наносят ему хоть сколько-нибудь значительного урона, зато каждое новое попадание заполняет какую-то красную шкалу, которая медленно нарастает возле серого значка с оскаленной пастью.
Так как у меня нет никакого желания выяснять на собственной шкуре, что этот значок обозначает, я отдаю приказ прекратить обстрел и приготовиться к отражению атаки.
«Паралич»! Зверь, словно и не заметив моего заклинания, продолжает движение.
Лохматая обезьяна, набрав весьма приличный разгон, не успевает затормозить и пролетает сквозь расступившихся перед ее стремительной тушей моих воинов. Эх, как бы сейчас могли пригодиться те самые копья кобольдов, которые мой «Хозяйственник» не захотел брать с поля боя. Ну да все уже, снявши, как говорится, голову, по волосам не плачут.
Кот-Баюн, едва увидев такую «мартышку», жалобно взмяукнул, и скрылся у меня в седельной сумке.
– Кис-кис…
– Неа-у… Там страшно!
– Ну так превращайся в Волка, кто тебе мешает?
– В Волка? Ну, давай…
Кот осторожно высунул голову из сумки и пристально посмотрел в спину вновь промахнувшемуся Чудищу.
– А оно нас не съест?
– Чем дольше будешь думать, тем вероятнее, что оно съест и тебя и меня, а ими – закусит. – кивнув на своих воинов, я быстрым движением хватаю Кота за шиворот и вышвыриваю того наружу из сумки.
Пушистый, со вздыбленной шерстью и выпущенными когтями, комок, прямо в полете превращается в крупного, стремительного зверя, который мягко приземляется на все четыре лапы… чтобы резким движением уйти моему коню под брюхо, испугав того так, что мой персонаж еле удерживается в седле.
– Хозяин, оно страшное и большое! – жалобно скулит Серый Волк.
– Да что там такого страшного? – отвечаю я и разворачиваю вид на Чудище…
Как раз вовремя, чтобы увидеть, как от одного единственного взмаха огромной когтистой лапы сразу трое моих Витязей и один Богатырь отлетают безвольными тряпичными куклами прочь, а их точки из зеленых превращаются в черные, а потом и вовсе гаснут на моей миникарте.
Полоска здоровья у нашего противника словно и не думает уменьшаться, не смотря на все усилия и удары воинов.
Откат и «Опутывание Корнями»! Есть! Зеленые побеги, вырастая из-под земли прямо на глазах, оплетают лапы Чудищу, замедляя его движение, вынуждая его тратить больше сил на разрывание своих пут, чем на борьбу с моими воинами.
Однако нужно отметить, что маны то у меня осталось всего ничего. Почти весь мой резерв и так был исчерпан поддержанием «Райского Сада» над мамиными фермами. Еще одно заклинание и все, я – «пустой».
Даю команду Волхвам пытаться парализовать Чудище, а сам лихорадочно обдумываю, что же делать дальше.
Раздумья обходятся мне в одну Бабу Ягу и еще трех Витязей, когда мой рассеянный взгляд, блуждающий в поисках подсказки по комнате, натыкается на плакат Руслана. Конечно же, былинные богатыри, как же я сразу не подумал! Мельком подумав, что надо в подобных ситуациях давать команду не атаковать летунам высокоуровневых мобов напрямую, я открываю диалог вызова Предков.
– О, предки, взываю к вам о помощи!
Так, кого теперь призвать? Жаль, помощник больше недоступен. Или доступен? Ого, две тысячи золотых монет за один совет? А не много ли они хотят? Нет уж, как-нибудь сами разберемся.
Руслана, между прочим, в списке нет.
– Витя, зови Муромца. Он, вроде как, специалист по борьбе с чудовищами. – подсказывает мама.
– Приветствую тебя, Княже Витя. Ой, недоброе, чай, времечко наступило, коли позвал ты меня. – раздался густой мужской бас из колонок.
Былинный Богатырь окинул взглядом мое войско, потом посмотрел на слегка опешившее от внезапного появления нового противника перед самым носом Чудище и негромко добавил:
– Зови как ты моих побратимов, Добрынюшку да Илюшеньку, ибо не сдюжу я вместе с твоими воинами врага такого.
«Так как вы впервые вызвали Былинного Богатыря против превосходящего его по силам противника и ему потребовалась помощь, призыв прочих Предков будет осуществляться по половинной стоимости.»
Миг, и три богатыря, словно сошедшие с картинки из учебника литературы, бросаются в бой, призывно гикая и маша руками, приглашая мое воинство последовать за ними.
Илья размахивает булавой, постоянно нанося удары по морде Чудища. Добрыня носится вокруг, вгоняя стрелу за стрелой, которые, между прочим, наносят гораздо больше вреда, чем пущенные моими воинами, а Алёша Попович…
Да, а вот этому былинному богатырю не повезло, как и еще одному моему. Один взмах когтистой лапы и сразу двое бойцов слетают со своих коней прочь. Последние, впрочем, оставшись без седоков, не растерялись, а набросились на противника, стараясь укусить того своими белоснежными зубами и нанося удары копытами.
«Вы потеряли в бою одного из былинных Богатырей. Он вернется в список доступных для призыва на следующий день. Если вы потеряете еще одного былинного Богатыря, его можно будет вызвать уже через два дня.»
– За Алёшку! – с надрывом орёт Илья Муромец и с силой опускает свою булаву на голову Чудища. Последняя лопается, разбрызгивая во все стороны красное и серое.
Два богатыря поднимают тело павшего товарища и бережно кладут поперек седла понуро склонившему голову коню.
– Прости нас, Алёшенька, не уберегли мы тебя… – с надрывом произносит Илья Муромец и пять фигур, две человеческих и три конских, растворяются во внезапно налетевшей дымке.
За моей спиной раздается негромкий всхлип.
– Гады они, эти твои разработчики. Понимаю, что это все – лишь картинка, а все равно сердце болит за них, за твоих витязей и богатырей. – виновато отвернувшись, произносит мама.
– Ты еще скажи «старушку жалко». – язвлю я.
– А вот ее, между прочим, ты абсолютно по-глупому потерял! – вскидывается она. – Зачем ты им дал команду атаковать, если знаешь, что они у тебя – колдуньи.
М-да, мой промах, признаю. Ладно, время еще есть, пошли дальше.
«Вы израсходовали семнадцать единиц призыва.» – оповещает меня надпись на экране. Так, это с учетом того, что мне была обещана половинная стоимость за Добрыню и Алёшу, получается… весь бой длился всего-то восемь минут? А показалось, что полчаса.
Почти сразу же перед мордой моего коня появляется Серый Волк, немного помятый, и с просевшим показателей Здоровья. Так вот, оказывается, что за серая тень носилась позади Чудища, кусая того за задние лапы.
– Ты как? – участливо интересуюсь я.
– Нормально… – недружелюбно отвечает тот, после чего добавляет. – открой сумку.
Длинный прыжок, во время которого огромный Волк превращается в пушистого Котика, и вот уже один только хвост виден. Миг, и о присутствии моего пета напоминает лишь несколько шерстинок на седле.
Я решаю, что сегодня мы еще дойдем до во-он того раскидистого дерева и все, повернем домой, а то завтра начало третьей недели, мне войска надо призывать.
Ой, «призывать». Блин, да с этой бюрократической волокитой я уже начинаю бояться того, ЧТО мне предстоит пережить.
Дерево, намеченное мною как конечная цель сегодняшнего похода, оказывается Древом Опыта, из разряда тех, под корнями которых надо закопать некоторое количество ресурсов, а оно в обмен учит тебя чему-либо.
Вот только на его ветвях расселись мускулистые, грудастые женщины в глухих, совсем не фентезийных доспехах, со щитами, мечами и с крыльями за плечами.
– Ух ты, валькирии! – восклицает мама.
Да, Валькирии, полтора десятка. А у меня семь птиц Сирин и четыре Бабы Яги. Надо еще раз обращаться за помощью к Былинным Богатырям.
– О, предки, взываю к вам о помощи!
Стандартный список богатырей, в котором, впрочем, опять изменения. Теперь имя Алёши Поповича серого цвета, а указатель просто перепрыгивает его при попытке выбрать. Напротив Ильи и Добрыни стоит черная повязка, а при наведении на них всплывает подсказка «данные Богатыря скорбят по павшему соратнику, поэтому при участии в бою будут нести штрафы по морали, урону и защите.»
Вообще шикарно. Руслан, значит, смылся с концами, Алёша «пал смертью храбрых», а два его закадычных дружбана, я так понимаю, бухают от горя по-черному. Клёвые предки, что и говорить. Как только разберемся с крылатыми бабами, надо будет накатать письмецо разработчикам, пусть либо прояснят это дело, либо пусть пропатчат. Может это просто глюк такой?
А то я… Ладно, размышления оставим на потом, сейчас надо решить, кого еще призвать себе на помощь.
Тем временем Валькирии, заметив наш отряд, медленно поднимаются в воздух. Скоро они начнут атаковать нас. Времени на долгие размышления особо нет, поэтому я тыкаю наугад на двух богатырей.
«Дунай Иванович» и «Дюк Степанович».
Два статных воина на красивых, словно вылепленных конях, появляются из дымки.
– Чего изволил звать то, Княже?
– Да вот, – я махнул рукой в сторону приближающихся крылатых дев-воительниц. – помощь нужна.
– Эх, стыдобища то какая, а? Княже, не позорился бы ты, звать Богатырей на подмогу супротив баб то сражаться. Хоть бы поляниц кликнул.
«Вам предложено сменить призванных Богатырей. В случае, если Вы не измените свой выбор, Мораль среди Ваших войск упадет на один пункт.»
– Витя, меняй, срочно! Не хватало тебе, чтобы твои бойцы скисли посреди поля боя. – вмешалась мама.
Быстро просмотрев список, я выбираю Василису Микулишну и Настасью Микулишну, как раз на четыре оставшихся единицы призыва.
Две прекрасных, русоволосых женщины, в воинских доспехах и с длинными луками в руках появляются из той самой дымки, в которой растворились двое мужчин.
Практически сразу они вскидывают свое оружие и начинают посылать стрелу за стрелой в сторону нашего противника. Мои наземные воины присоединяются к ним, посылая в воздух в буквальном смысле целую тучу быстрых и метких посланниц смерти.
Птицы Сирин, как оказалось, в прямом бою довольно таки слабые бойцы, так как рук, как таковых, у них нет, а метать перья по летающему противнику гораздо труднее, чем по стоящему внизу, на земле. Зато Бабы Яги в полной мере отработали и за себя, и за своих пернатых «напарниц». Метлы, которыми бойкие старушки орудовали почище, чем многие Витязи своими мечами, за счет длины, не давали возможности Валькириям приблизиться на расстояние удара. В то же самое время, стоило лишь хоть одной противнице зазеваться и пропустить удар, как она оказывалась сбита на землю, где ее тут же добивали пешие и конные воины.
Нескольких Волхвы смогли парализовать, что привело почти к тому же результату, с той лишь разницей, что сбитая метлой падала хоть более менее управляемо, в то время, как зачарованная обрушивалась вниз словно камень, убиваясь в момент касания поверхности.
Василиса и Настасья приветственно взмахивают руками мне и исчезают в туманной дымке. Спустя еще несколько минут последняя Валькирия оказывается повержена, и я получаю еще один уровень, второй за сегодня.
Смысла идти сейчас к Древу Опыта я не вижу, так как предел развития на сегодня достигнут. Отдаю приказ становиться лагерем и ждать утра. Как ни жаль, но сегодня в Замок возвращаться не имеет смысла.
Я сворачиваю игровой клиент и, открыв почту, задумываюсь. Так много всего крутилось на языке буквально десять минут назад, а теперь я даже не могу вспомнить причину, по которой…
Ах да, Предки. Вернее то, как быстро они исчезают из списка доступности. Даже не так.
То, что Былинные Богатыри не бессмертные и не неуязвимые, это то как раз понятно и логично. Непонятно другое, я внимательно (насколько хватило терпения) прочитал описание Замка славян и выяснил, что никакого особого высокоуровневого юнита у них то и нету!
Встреченное мною, или нами, Чудище, это как раз венец развития Замка Варвара. На одного него пришлось бросить целых троих Предков. У меня их в списке…
Ну да, почти три десятка. Это что же получается? Если Варвар успеет набрать десяток Чудищ, то он для меня практически непобедим? А если у него будет еще и всякой «мелочи» на сдачу? Орки там, Тролли… последние, кстати, тот еще подарочек. При почти полной неспособности к магии, обладающие уникальной сопротивляемости магии и регенерации Здоровья прямо на поле боя! То есть, если предположить, что я выставлю против Чудища Былинного Богатыря и буду его лечить, то у последнего есть шанс, в конце концов, «заковырять» мохнатую обезьяну. А вот если это окажется Тролль, то, сколько бы я не лечил Предка, но если он будет наносить урона меньше, чем его противник успевает восстановить, мы проиграем тупо по истеканию у меня запаса маны.
Дисбаланс, однако! Так что, вот вам, ребята, письмецо, читайте и думайте. Витя снова в деле!
Рано утром (ну и что, что воскресенье), я вскочил с кровати и опрометью бросился в залу, к компьютеру. Ведь сегодня первый день третьей недели, надо не задерживаясь, начать прямо с утра, и постараться сделать как можно больше.
Отряд уже бодро маршировал по направлению к Замку, а мама вовсю занималась обработкой ферм на своем компьютере.
– Доброе утро, сынок, как спалось?
– Спасибо, мам, и тебе доброе. Ты как, уровень взяла?
– Нет. И сейчас объясню, почему. – успокаивающе подняла она руку, прерывая мой, уже готовый вырваться из груди, вопль недоумения. – Смотри, у тебя сейчас какой уровень? Двадцать четвертый, так? Я тут прикинула, где-то еще с десяток мы сможем набрать за счет бюрократической волокиты и вот таких же походов, а вот потом развитие замедлится еще сильнее…
– Все, я все понял, мам. Сейчас, когда их набивать легче именно через зарабатывание опыта, лучше получать так, а вот когда каждый последующий будет обходиться нам гораздо «дороже», тогда и возьмем этот.
– Да, все верно. Я вот тебе и памятку написала, под монитором бумажка.
«Вить, неподалеку от Замка мы с тобой оставили Древо Опыта, там брать уровень не раньше тридцать пятого – сорокового».
Ну, не брать, значит не брать.
Приблизительно через час мы наткнулись на полтора десятка гномов, которые в полном боевом облачении неторопливо шли куда-то по своим, гномьим, делам.
Ха, да я их сам порву! Или не порву?
Все же, чтобы не рисковать, я решаю отдать приказ всем своим воинам вести обстрел издалека, а в рукопашную отправляюсь сам. Зачем, спросите вы? Да по одной простой причине, уровень! Если я лично принимаю участие в бою, то и количество опыта, который «капает» моему персонажу, гораздо больше, чем при простом руководстве издалека.
Гномы успевают отреагировать на летящие в их сторону стрелы, но не полностью. Двое падают замертво, а еще трое оказываются сильно раненными. Увы, но все заклинания, направленные как Волхвами, так и Бабами Ягами, отклоняются противниками за счет их внутренней, врожденной сопротивляемости магии.
Еще один залп, после которого двое раненных погибают, и еще двое получают повреждения. Так ,я уже подошел вплотную и, во-первых, могу пересчитать врагов, а во-вторых, даю отмашку своим прекратить стрельбу.
Четверо мертвы, трое покрыты кровью и семеро – целёхоньки и невредимы. Считай, десять гномов будут противостоять мне. Хотя нет, уже меньше. Птицы Сирин, воспользовавшись тем, что гномы прикрываются щитами от лобовой атаки, зашли к ним в тыл и сбросили свой остроносый смертоносный груз на спины и сверху.
Еще трое раненных и двое невредимых ранее падают мертвыми. Все, остальные теперь только мои.
Стена щитов, стоящая передо мной, ненадолго заставляет меня задуматься, как же их атаковать. Поднимаю коня на дыбы, и тот начинает молотить копытами по металлу, высекая с каждым ударом целый сноп искр.
Один из гномов, то ли все же получивший одну стрелу, то ли просто оказавшийся более слабым, чем его собратья, вынужденно делает пару шагов назад под градом ударов, открывая брешь в стене щитов. Я незамедлительно воспользовался этим его промахом и, сдвинув коня вперед, наношу укол копьем вправо. Готов!
Теперь резко сдать назад, уходя из-под атаки слева и, воспользовавшись тем, что атаковавший гном высунулся из-за щита, наношу сильный удар мечом по его приоткрывшейся шее. Мой противник, роняя щит и секиру, отшатывается назад, зажимая широкую рану, из которой в прямом смысле потоком хлещет кровь.
Сильный удар по левому боку приводит к тому, что часть экрана заливается красным, ухудшая мне обзор. А, зараза, все же пропустил…
Отвожу коня еще чуть назад, как раз, чтобы зашедший справа и сзади гном промахнулся, подставив на этот раз уже даже не бок, а сразу всю спину. Удар булавой, взятой в правую руку вместо оставшегося в теле врага копья. Гном падает на землю и умный боевой конь тут же дотаптывает его своими копытами.
– Витя, оглушенный пришел в себя! – подсказывает мне, стоящая за спинкой моего кресла, мама.
Ага, спасибо, мам. Разворачиваю своего персонажа так, чтобы два, оставшихся в живых, гнома были прямо перед ним.
Проблема в том, что из-за пропущенного удара, скорость атаки оружием левой руки снижена на тридцать процентов, а копье, которое могло бы дать мне возможность атаковать издалека, лежит на земле, придавленное телом заколотого им врага.
Направляю своего коня на левого противника, а сам атакую булавой правого. Удар следует за ударом. Гномы изредка пытаются контратаковать, но каждая их попытка высунуться из-под защиты щита заканчивается для них очередной раной.
Над тем, которого атакует мой конь появляется значок, символизирующий оглушение. Гном опускает щит, и я без промедления атакую его мечом, зажатым в левой руке. Да, медленно, да, слабо, но он вообще не прикрывается и мой удар оказывается смертельным.
С оставшимся последним гномом я разобрался довольно быстро.
«Хозяйственник» долго и придирчиво осматривает каждый экземпляр доспехов, тщательно выводя каракули на клочке пергамента, вытащенном из кармана.
– Что пишешь, боец?
– Записываю, Княже, как были добыты доспехи, какие повреждения были нанесены. Чем лучше я сейчас это все опишу, тем легче и быстрее мне потом это все будет сдавать на Склад.
Пять гномов, убитых мною лично, принесли мне опыта больше, чем девять, убитых моими воинами, но даже этого не хватало на следующий уровень. Ну да ничего, у меня созрел план, как дополнительно обратить себе на пользу всю эту волокиту.
***
Вскоре мы подошли к Замку. Так, что у меня по планам? Набрать новых воинов и идти в полнометражный поход на несколько дней, рассчитанный на то, чтобы как можно набить опыта и уровней к концу этой, третьей, недели.
Первый день, это понедельник, даже не смотря на то, что в реальной жизни сегодня – воскресенье.
Отряд входит в ворота и прямо за ними нас встречает невзрачный человечек, в сером костюме и с обязательными налокотниками.
– Сюда, все-все идите сюда. – зовет он нас, размахивая руками. – Обязательно отчитайтесь о командировке! Один, второй, третий… Княже, а где еще воины?
– Нету их, погибли. – отвечаю я.
– Ну, погибли, я понимаю, горе то какое, а? А отчитываться кто будет? Вот, путевые пергаменты, акты на списание обмундирования, кто их теперь подпишет? Погибли они… Погиб, не погиб, а в Замок изволь явиться и отчитаться!
– Дай сюда… – требовательно протягиваю к нему руку. – Что и где подписывать?
– Нет, но… – начал недоуменно озираться чиновник. – как же так?
– А так, я – командир отряда, я – их начальник. Если мои подчиненные отсутствуют, я вместо них буду подписывать и отчитываться.
– А доверенность у тебя есть, Княже? – голос чиновника взвился, казалось, до небес. – На то, чтобы подписывать пергаменты вместо других?
– С какой такой радости нужна какая-то доверенность? – опешил я. – Раньше ничего такого не требовалось.
– Вот! – радостно завопил чиновник. – Вот и развели тут бардак и беспорядок! А если бы был строгий учет и порядок, если бы все-все оформляли как следует, с бумагами и пергаментами, если бы некоторые тут не ставили подписи свои где ни попадя, то и не было бы потерь. Вернулся бы отряд в полном составе.
У меня за спиной подавилась своим кофе мама.
– Ну хорошо, – отвечаю я чиновнику. – давай тогда оформлять эту самую доверенность. Что для этого надо?
– Дык, эта же совсем другое дело. – радостно завопил тот. – Чичас, я все-все сделаю, Княже. Как же, сделать доверенность это же плевое дело.
Человечек выхватил из-за пазухи пергамент, махнул им в воздухе, словно носовым платком, расправляя его, и протянул мне.
– Вот туточки, Княже, нужна твоя подпись, а вот туточки – евойная. – угодливо тыкает он своим пальцем.
– Подожди-подожди, чья это, «евойная»? – вновь опешил я. – Погибшего бойца, что ли?
– Ну да, а чья же еще? – недоуменно и мягко, словно ребенку, ответил чиновник. – Кто доверяет и кому доверяют, ставят подписи. Потом предъявляешь пергамент, и ставишь свою, заместо отсутствующего бойца.
– Да как же я возьму у погибшего подпись то, а? – возмутился я. – Мне его что, из мертвых понимать?
– А енто уже, не моего ума дело, Княже. Хочешь, поднимай из мертвых, что хочешь, то и делай, а подпись получить изволь. Или пусть он сам подписывает все, что следует. Токмо смотри, Княже, коли надумаешь поднятие творить, оформи все должные пергаменты, дабы потом опять не было как теперича.
– К-какие пергаменты?
– Ну, ты ровно дитя малое. Черная некромантия, она же не твоя ворожба, так? Значится, ежели восхотишь ты ее творить, надобно тебе будет получить дозвол на творение от Волхвов наших…
– Нет. Не восхочу, благо нет ее у меня. Погодь, это что значит. Если я захочу произнести заклинание даже из своей Книги Заклинаний, то мне на каждый раз надо…
– Нет-нет, Княже. Чай, мы же не звери какие. У тебя есть дозвол на творение своих заклинаний.
Внезапно мне пришла в голову одна мысль.
– Мам, а как ты там говорила, что-то там про Большую Печать?
– Да, Витя, я тоже об этом подумала. Большая круглая Печать обладает магическим воздействием на любых чиновников в нашем мире. Если она стоит на бумаге, то либо ее, бумагу, принимают, либо говорят, что нужна другая. Но печать – это все, окончательное подтверждение.
Я выхватываю пергамент-доверенность из рук чиновника.
«Своей волей, я, Князь Витя Рюрикич, утверждаю данный пергамент.» и прижимаю Кольцо Власти там, где должна быть подпись.
Чиновник от изумления роняет челюсть на землю.
– Все, документ утвержден? Давай на остальных оформляй, я заверю.
«Дзинь!» Уровень, однако.
Фух… Я сижу в своем кресле, мокрый до такой степени, что мама, сунув руку мне за пазуху, негромко вскрикнула и, мотнувшись в комнату, принесла мне сухую футболку.
– Мам, а что, в реале все точно также? – спрашиваю у нее я, переодеваясь в другую одежду.
– Да, если не хуже. – отвечает она мне, протирая полотенцем само кресло.
– Кошмар!
Но самый большой ужас ждал меня дальше, когда я, вместе с Хозяйственником пошел к Складу, сдавать трофеи.