Впервые она достала приемник через неделю после выхода из гипера, когда уже редкие огоньки звезд еще мерцали в широких иллюминаторах. «Удильщик» двигался по самой кромке войда Волопаса, готовясь нырнуть в него. Шестова округлила глаза.
– Что? Есть же не просит, – Аннушка улыбнулась и погладила радиоприемник как шиншиллу, одними кончиками пальцев. – Знаешь, Шестова, я когда приматывала его по деталькам к телу, мне хотелось как в сказках – тонны богатой сложной дребедени бессильны перед маленьким, простым и прочным. Смысл в этом.
– Понимаю. Поэтому, когда мы висели на земной орбите, Ольга Владимировна велела, кроме прочего, доставить сюда эту сумку с припоем, изолентой и прочим барахлом?
– Да, поэтому. Я ей обещала выходить в открытый космос, когда нужно будет паять схемы, ха. Простые вещи, Шестова, они…
В боковом иллюминаторе рубки «Удильщика» погасла последняя звезда. Корабль готовился к новому короткому прыжку.
– Бессильны.
– Да.
* * *
Наш Волопас – идеально пустое пространство, пусть и с крохотной зазубринкой – ну что значит сотня-другая галактик для такого невероятного расстояния от точки до точки? Гипотетический фотон несется миллионы световых лет и не встречает ничего. Замерший-в-себе и продолжающий движение одновременно. Волна, которую некому отразить. Частица без наблюдателя, предоставленная сама себе, она никогда не изменится.
И мы с тобой здесь, Аннушка. В этом круглом сундуке Вселенной, самом большом известном нам хранилище – чего? Мы забрались так глубоко, глубже и глубже – и всё еще не уловили нашим сверхчувствительным оборудованием ни одного вшивого нейтрино, ни одного фотона. И уж точно ни одной даже самой паршивенькой радиоволны моим, то есть твоим радиоприемником. Нам всегда темно, мы застыли на месте, но при этом мы действительно движемся вперед – я чую это по гулу, по редким вибрациям, когда выпускаю водяной пузырь в воздух кухонного отсека и хватаю его ртом, когда сажусь на тренажер, чтобы за несколько долгих часов – долгих чего? – вогнать немного крови в худые ноги.
Кажется, я больше не старею здесь, Аннушка, но на мой день рождения давай разведем порошкового вина и закроем ненадолго шторки иллюминаторов. Умоляю тебя.
* * *
– Миссия очень ответственная.
– Да, Ольга Владимировна.
– Я бы хотела быть на вашем месте, – четко сказала начальница полета и посмотрела Шестовой в глаза долгим-долгим испытующим взглядом, отчего переферийному зрению Шестовой показалось, что кабинетные стены сменились школярскими.
– Понимаю.
– Понимаете. Войд Волопаса важен, Аня. С 1981 года, когда его впервые нашли и описали, четких ответов о том, почему он такой, не появилось. Пусть мы и научились с горем пополам улавливать следы частиц темной материи, стабилизировать результаты пока не смогли. А войд… Даже если мы способны обнаружить и проанализировать практически любую материю в видимой части Вселенной, взглянуть на пустоту полезнее будет собственными глазами. Твоими глазами. Происхождение такого огромного войда почти идеальной сферической формы крайне интересно, Аня, его существование – серьезная загадка. Столько пустого пространства, и…