Przejdź do audiobooka
Отовсюду слышались крики радости и восторга. Зал купался в золоте, оставленном моей кометой.
Ее создание, а тем более воплощение, отняло у меня оставшиеся силы. Я почувствовала, как по виску струйкой потек пот от напряжения. Мои ноги дрожали, но я изо всех сил старался еще продержаться, чтобы мои прекрасные птички еще полетали, радуя гостей, а не банально растворились в воздухе.
Я не хотела показывать, чего мне стоят такие фокусы. Я не хотела быть слабой. Но, очевидно, я не рассчитала своих возможностей. Мне удалось согнать всех птиц на люстру, где они, замерев в разных позах, рассыпались на искры.
Последние силы оставили меня, и я медленно осела на пол клетки. Перед глазами было колышущееся серое море. Люди стали шептаться, возбужденно обсуждая выступление и его концовку.
Я знала, что нужно встать, и дежурно улыбнувшись, поклониться.
«Я не должна разочаровывать!» – с этой мыслью я не без труда поднялась на ноги.
На моих губах расцвела улыбка, а затем я, восстановив равновесие и прогнав пелену с глаз, поклонилась, низко опуская голову.
Зал снова взорвался аплодисментами. Клетка тронулась, и начала плавно спускаться на уровень гостей.
Я мимолетно оттерла пот со лба, нельзя было не чувствовать на себе липкие и неприятные взгляды. И вот сейчас начиналась самая ужасная часть вечера.
Я чувствовала себя зверенышем. Гости обступили клетку, и я боролась с собой, чтобы не начать метаться от одной ее стенки к другой. Их жаркое дыхание было совсем близко.
Мое сердце стучало как сумасшедшее. И я думала только о том, чтобы Хозяин пришел поскорее.
Именно эта часть вечера заставляла меня желать волшебных пилюль Трева. Они бы помогли унять бешеную панику, в которую вгоняли меня собравшиеся.
Они, не стесняясь, комментировали мои достоинства, будто я не понимаю их слов, или же меня вовсе здесь нет. Они оценивали меня, делали ставки, за сколько Хозяин готов меня продать.
Все удовольствие от выступления и моего триумфа улетучилось без следа. Остались лишь ужас и паника, что судорогой сжимали горло.
Я стояла, подняв подбородок, руки свободно покоятся по швам. Я медленно считала про себя, чтобы не слушать все то, что обсуждают между собой гости.
Мужчины в предвкушении потирали руки и облизывали губы, женщины громко смеялись. Музыканты вновь завели непринужденную мелодию, как будто ничего не происходит.
К такому невозможно привыкнуть! Из раза в раз, меня обступают незнакомцы! Те, кто посещает Парадайз не первый раз, обычно стоят в стороне, а кто пришел впервые скалят зубы и шепчутся, а то и кричат друг на друга, споря о том, кому же я достанусь.
Я стоически терпела, ждала и медленно считала про себя.
«Еще немного и я смогу выплакаться у себя в комнате, потерпи, еще немного!» – умоляла я саму себя.
Но вот я досчитала до пятидесяти, а Хозяина все не было. Обычно, не успевала я дойти до сорока, как он спускался со своего балкона по изящной лестнице и разгонял толпу, занимая место рядом со мной.
Его отсутствие добавило мне нервозности. Я сжала кулаки, ногти впились в ладони, оставляя следы.
Публика все распалялась, я стояла будто в эпицентре вулкана. Неожиданно какой-то мужчина, просунув руку сквозь прутья, резко дернул меня за локоть. От неожиданности я не устояла на ногах и впечаталась в решетку.
Толпа не растерялась. Кто-то принялся хватать меня за волосы, оттягивая хвост. Кто-то тащил за юбку, обрывая монеты, грозя разорвать ее в клочья.
От ужаса я взывала к своему дару, но он молчал. Все ушло в красивые фокусы, которые не нужны никому. Я так хотела обжечь их руки, хотела ударить, укусить, сделать хоть что-нибудь.
Крик птицей вылетел из горла. И неожиданно все прекратилось так же быстро, как и началось.
Сквозь слезы в глазах, я увидела, как Хозяин сбежал по лестнице, прыгая сразу через три ступени. Он буквально растолкал собравшихся, а затем без промедления со всего размаху врезал в лицо мужчине, что первым коснулся меня.
Остальные, возмущенно ропща, разошлись в стороны, освобождая место. Я осела на пол своей клетки, пряча голову в коленях.
«Хочу быть невидимкой!» – единственная мысль, что билась у меня в голове.
Я слышала глухие удары, кажется, Хозяин ударил мужчину еще пару раз. Гость простонал что-то, но я ничего не разобрала.
– Я предупреждал вас всех! – голос непривычно полный ярости, наполнил помещение. – Она только для того, чтобы смотреть, а не трогать!
Тишина окутала зал, стихли перешептывания. Я подняла голову, чтобы понять, что происходит.
Мужчина в маске, что первый схватил меня, стоял на коленях, зажимая рукой разбитый нос. Над ним спиной ко мне нависал Хозяин, его руки были крепко сжаты в кулаки.
Тишину нарушил другой мужчина, тот, что выдохнул: «Богиня!», во время моего танца.
– Велор, я отдам любые деньги, чтобы провести с ней ночь! – его запальчивый голос резанул мне уши.
Хозяин медленно обернулся, выискивая взглядом говорившего. Он неторопливо смерил гостя презрительным взглядом из-под темных бровей. Его губы исказила однобокая улыбка, и он сказал:
– Уважаемый, эта птичка никогда не окажется в руках у вас и вам подобных. Ее участь вечно просидеть в золотой клетке, сохраняя свой прекрасный товарный вид. Если же я позволю, кому бы то ни было пересчитать ей перышки, будет ли она потом также хороша? – речь Хозяина вызвала новый поток шепотков, а затем кто-то громко рассмеялся, и его смех был подхвачен.
Я не удержалась и плотно прижала ладони к ушам. Они всё смеялись и смеялись, бурно сотрясаясь от хохота.
Затем Хозяин махнул рукой, и клетка тронулась вниз, вновь погружаясь в темный подвал. И как только люк закрылся, а меня окутала благословенная тьма, я дала волю слезам, которые так отчаянно требовали выхода.
Темнота подвала успокаивающе окружила меня, оставляя позади громкий смех толпы гостей.
Охранник, молча, отпер дверцу клетки и протянул мне плащ. Я накинула его на плечи, по моим щекам мокрыми дорожками сбегали слезы.
– Ярика! – Трев кинулся ко мне, обхватывая за плечи и прижимая к своему телу. – Это было просто ужасно! Идем! – он буквально поволок меня, ныряя в темный переход, и увлекая меня к комнатам, где жили все, кто был собственностью Парадайз.
Мы жили, как правило, по два или три человека. Комнаты были скромно обставлены всеми предметами необходимости, а в особой роскоши мы и не нуждались.
Трев уверенно вел меня по коридорам, ковер скрадывал звук наших шагов. На меня накатила апатия, и я просто машинально переставляла ноги, полностью доверившись оборотню.
Наконец, он остановился перед темно-серой дверью, и, повозившись с ключами, втолкнул меня внутрь, тут же запершись изнутри. Я рассеяно скользила взглядом по скупой обстановке.
Две узкие кровати, шкаф, дверь, ведущая в санузел, а также столик и маленькие кресла около него. Все это в темных тонах, а мебель из тусклого темного дерева.
Я замерла в центре его комнаты и громко шмыгнула носом. Слезы высохли, и я чувствовала себя бесконечно пустой. Усталость и напряжение накатывали волнами, заставляя раз за разом проигрывать в голове сцены прошедшего вечера.
– Ярика, ты только не молчи! – Трев обхватил меня за плечи и посадил в одно из маленьких кресел, опустившись передо мной на колени.
Плащ слегка соскользнул с плеча, открывая вид на то, что осталось от костюма. Я успела заметить, как Трев смущенно отвел взгляд, прежде чем я вновь запахнулась.
– Спасибо, – хрипло сказала я.
– Глупая, – ответил Трев и встал.
На нем были свободные черные брюки и рубашка, видимо, успел переодеться после шоу.
Он прошел к шкафу и, покопавшись там, извлек на свет пузатую бутылку из темного стекла. Невозможно было предположить какого цвета жидкость в ней.
– Вот, поможет немного успокоиться, а то тебя всю трясет, – только после его слов я поняла, что тело и вправду сотрясает нервная дрожь, я послушно вытянула руку и приняла бутыль.
После минутного колебания, я все же вынула пробку и приложилась к горлышку губами. Жидкость лавой влилась в горло, и я закашлялась, однако проглотила крепкий напиток.
– Молодец, а теперь еще один глоток, – Трев сел в соседнее кресло и смотрел на меня, подперев голову руками.
Я кивнула и глотнула вновь. В этот раз я была готова, и напиток скользнул в желудок горячей лавиной. Я протянула Треву бутылку.
– Как у вас прошло? – спросила я, так как не могла наблюдать шоу, ведь пока оно шло, я выжидала в подвале своего выхода.
Обычно сперва участники начинали развлекательную программу с того, что по очереди, либо парами, появлялись на своего рода сцене, где выполняли разные трюки. Это могли быть акробатические номера, как в случае Трева, или какие-либо демонстрации дара.
У каждого был свой цвет одежды, чтобы гостям было проще запомнить понравившегося участника, но я с трудом могу называть наши обрезки одеждой. Они не скрывают, а скорее демонстрируют то, чем нас одарили родители.
После короткого выступления, все спускаются к гостям, где должны продолжать развлекать публику. Все ребята доступны для контакта, и как по мне, нет ничего хуже этого. Ведь, по сути, все мы рабы и принадлежим Парадайз, а значит, не имеем своего мнения, что в свою очередь означает, что в обмен на наше содержание мы обязаны делать то, чего хотят гости.
Если кто-нибудь попросит тебя спеть, ты запоешь, скажут станцевать, станцуешь, и все в таком духе. Лишь мне крупно повезло, и Хозяин, чтобы выполнить свое обещание о неприкосновенности, придумал выпускать меня в зал в клетке.
Трев также приложился к бутылке, делая большие глотки.
– Не так плохо, Дилану какая-то сумасшедшая прокусила губу, Рику лапали все, кто мог до нее дотянуться, а вот меня по ходу Хозяин решил продать.
– Что?! – я прямо-таки подпрыгнула на месте.
Трев кивнул и вновь жадно припал к горлышку.
– Но почему? Кому продать? – голова стала невероятно тяжелой. Очевидно, не стоило мне пить на пустой желудок.
– Ну, я ведь не одаренный! Если бы я был леопардом, тигром, хоть кем-нибудь значимым, у меня было бы больше шансов. Но я всего лишь волк, да к тому же серый, таких как я миллионы! – он широко махнул рукой.
Я не знала, как подбодрить его. Трев всегда был мне другом. Он появился у Хозяина, спустя три месяца, как я начала работать. Как-то незаметно мы стали проводить вместе свободное время. Он поддерживал меня, а я его. И сейчас, услышав о его продаже, мое сердце тоскливо щемило.
– А может оно и к лучшему? – с надеждой в голосе спросила я.
Трев хмуро глянул на меня, и я подавленно замолчала.
Мы пили в полной тишине, передавая бутылку друг другу. Внутри меня горел огонь, или же это все крепкий напиток. Перед глазами стояла пьяная муть, и меня нещадно клонило в сон.
– Трев?
– М? – глухо отозвался он.
– А что нас ждет там … после смерти? – вдруг задала я вопрос. Он сорвался с языка помимо моей воли.
– Ха-ха-ха, кажется, тебе уже хватит, – Трев рассмеялся, бросая на меня лукавый взгляд. – Не хочу я, чтоб меня продали, – вздохнул он. – Как же я оставлю тебя тут, совсем одну.
Я попыталась улыбнуться, что, вероятно, выглядело жалко.
– Знаешь, я пойду к Хозяину и убежду… Нет, и переубежду… Да как же там, переубедю… – я окончательно запуталась, а Трев разразился диким хохотом.
– Переубедишь? – подсказал он, вытирая выступившие на глаза слезы.
– Ага, точно! – я встала, и пол подо мной накренился, как будто я стояла на палубе корабля.
– Да, ты совсеем пьяная! – протянул Трев, улыбаясь от уха до уха. Погодите, уха?!
Я потерла руками глаза, так как не совсем им доверяла. У Трева из макушки торчали серые волчьи уши.
– Ушки! – сказала я, тыча в него пальцем.
– Чего? – не понял он, и провел рукой по голове. – А, и, правда, контроль теряю от пьянства, – сказал он и прилег на стол.
Я не стала больше колебаться, и, шатаясь, вышла в коридор. Я точно не знала, что я вообще собиралась говорить Хозяину, но внутри меня все кипело и требовало выхода. Сидеть на месте было просто невозможно!
Я смело направилась в сторону лестницы, чтобы подняться на этаж, где проживал Хозяин Парадайз.
Я шагала по лестнице, пытаясь мысленно продумать будущий разговор с Хозяином. Но, как назло, ничего путного не приходило в голову! Мысли беспомощно спотыкались друг о друга. Я бросила эти бессмысленные потуги и решила довериться случаю.
Наконец, я замерла перед нужной дверью. Рука нерешительно застыла в воздухе, и я сама не могла себе объяснить, отчего вдруг, уже дойдя до места, засомневалась. Но отступать было уже поздно!
Я постучала и прислушалась в ожидании разрешения войти.
– Входите, – послышался приглушенный голос Хозяина, и я дернула за позолоченную дверную ручку.
Комнаты Хозяина были по сравнению с нашими просто королевскими. Дорогая лакированная мебель и ковер на полу! Картины на стенах, и бархатные шторы.
Дверь, что я открыла, вела в рабочий кабинет Хозяина. Он сидел за столом, напряженно сложив руки в замок, и опустив на них темноволосую голову.
Хозяин клуба Парадайз Велор, его имя означало состоятельность, и как нельзя лучше подходило ему, при моем приближении даже не поднял головы. Когда мы находились в неформальной обстановке, мне было разрешено звать его по имени в честь того, что когда-то он был другом нашей семьи.
Ему было около тридцати, возможно, в его родословной когда-то были фейри – древний лесной народ. От них ему достался необычайно высокий рост и довольно крупные черты лица, которые нисколько не портили его привлекательности. Я внимательно смотрела на него, мучительно пытаясь подобрать нужные слова.
– П-почему… Почему ты опоздал?! – мой голос ощутимо дрожал, я не хотела произносить то, что так назойливо вертелось на уме, однако крепкий напиток Трева развязывал мне язык. Велор устало поднял голову, и по его лицу скользнула жалость и досада.
– Ярика, это ты, проходи, – он махнул мне рукой, указывая на низкий пуфик рядом с собой.
Поколебавшись, я все же села и искоса посмотрела на его величественный профиль.
– Я нарушил наше обещание, я знаю, – тихо произнес он. – Я просто не мог прийти раньше, меня задержали.
Я низко опустила голову, почувствовала, как внутри меня вдруг неожиданно заворочался дар, требуя выместить накопившуюся обиду и стресс. Я судорожно сглотнула, пытаясь хоть как-то успокоиться.
«Почему, когда мне нужно было постоять за себя, дар не проявлялся от слова совсем, зато сейчас, готов вырваться без моего на то желания!» – подумала я с досадой.
– Твое сегодняшнее выступление было изумительным! – Велор, казалось, даже не замечал моего наряженного состояния. – Однако я переживал, что ты взвалила на себя слишком много. Твоих птиц было достаточно, с кометой ты перестаралась! – пожурил меня он, кончиками пальцев приподнимая мой подбородок.
Мои глаза встретились с его темно-карими.
– Я…
– Ярика, послушай, то, что сегодня произошло, может повториться вновь, – сухо сказал он, поджимая полные губы.
После его слов, неприятный холодок пробежал по спине. Я уже догадывалась, что именно он хочет мне сказать.
– Я не смогу все время прятать тебя в золотой клетке, да думаю, и ты сама не захочешь сидеть в ней вечно. Найди в Парадайз себе клиента, который сможет по достоинству оценить тебя. Каждое его слово было равнозначно пощечине. Мне все труднее было сдерживаться! Как он мог говорить такое!
«Найти себе клиента, чтобы он использовал меня, как ему будет угодно!»
– Знаю, я обещал тебе полную неприкосновенность, но ты теперь совсем взрослая, а значит, вполне можешь уже расправить крылья.
– Я приношу мало прибыли? – едва слышно выдохнула я. – Кто-то предложил вам сумму, от которой вы не смогли отказаться? – я отшатнулась и вскочила на ноги.
Вернее сказать, попыталась вскочить, а на деле я опасно покачнулась. Велор вовремя перехватил меня за талию, не давая упасть.
– Ты пьяна?! – казалось, он был удивлен.
– Что с того?! – дерзко ответила я, отстраняя его руки. – Так что?! С чего вдруг, ты решил изменить нашему договору?
Велор рукой взъерошил волосы, но взгляда не отвел.
– Да, ты права. Последнее время, я получаю разные предложения на огромную сумму! А всего то и нужно, что отдать тебя всего на одну ночь! Если подумать, то может тебе даже понравится, почему бы и нет! – черты его лица ожесточились, пропало без следа выражение усталости и грусти.
Я едва не зашипела от его слов.
– В твоих глазах пылает огонь, что такое?! Я разозлил тебя? Может ты не такая тихая девчонка, какой была раньше?! Если хочешь, я могу быть твоим первым, обещаю, я буду с тобой нежен.
Не успел он договорить, как мой дар рванул со всем отчаянием, со всей накопленной яростью. Это было подобно взрыву! Жар лился из ладоней неконтролируемой волной, он обжигал даже меня, оставляя на коже воспаленные волдыри. Вокруг воцарился настоящий хаос!
Велор быстро переместился, заслоняясь столом из крепкого дерева. Все мое существо буквально выворачивалось наизнанку, я тщетно пыталась взять дар под контроль!
Он, словно дикий зверь, впервые вырвавшийся из неволи, разрушал все, до чего мог дотянуться. Я просто не знала, что делать!
«Пусть это закончиться! Пусть прекратиться!» – отчаянно кричала я про себя, не в силах выдавить ни слова вслух от давящего напряжения.
На краю сознания я услышала, как резко распахнулась входная дверь. Порыв воздуха окутал мои босые ноги. Одежда на мне горела, стремительно превращаясь в пепел, из глаз сбегали слезы от боли.
Я увидела смазанное движение сбоку, а затем у самого уха раздался хриплый голос незнакомца:
– Свих тер исшь1! – повеяло холодом и мраком. Мои веки отяжелели, а тело сделалось слабым и безвольным. Мой дар ослабевал вместе с телом, руки обвисли, а пламя обратилось в белесый дым.
Я покачнулась, а затем почувствовала, как чьи-то руки смыкаются на моей талии, а затем и вовсе поднимают меня, прижимая к крупному телу.
Резинка, что держала хвост собранным, давно сгорела, и теперь мои волосы огненной волной окутывали меня, мешая видеть.
Незнакомец что-то гневно кричал, однако для меня каждый звук был равнозначен далекому гулу. Я медленно, но, верно, теряла сознание. Еще напоследок я успела прошептать:
– Не продавай, – или же мне это только приснилось.
До меня доносились голоса. Даже особо не прислушиваясь, я могла с уверенность сказать, что между говорившими идет суровый спор.
Я медленно разлепила глаза, тело на мои попытки подняться отозвалось ноющей болью. Мои руки были покрыты воспаленными волдырями – последствиями неконтролируемого огня, который рвался из меня без моего на то желания. Лежала я на узком диване, судя по всему, в гостиной Хозяина. Полумрак комнаты освещала лишь одна зажженная свеча.
Из-под двери кабинета Хозяина лился свет, и именно оттуда доносились голоса на повышенных тонах. Собрав волю в кулак, я медленно поднялась на ноги, которые стоило перенести на них вес, неловко подогнулись. Я больно стукнулась коленями об пол и глухо простонала.
Спор в соседней комнате моментально стих, а следом послышались уверенные шаги. Я спешно огляделась. На мне не было ничего из одежды! Даже обуви! Ведь после того, как Трев напоил меня, я даже не подумала о том, чтобы сходить к себе и переодеться в простую одежду!
Пока я лежала в беспамятстве, я была укрыта тонким пледом. Я поспешно стянула его с дивана, заворачиваясь в него как в кокон.
Дверь резко распахнулась, и на пороге появился Велор. Он хмуро осмотрел меня, сидящую на полу, укутавшуюся в плед до самого носа.
– Ярика, этот… Он хочет поговорить с тобой, – меня сразу же насторожило, что Хозяин не сказал слова человек, ограничившись упоминанием «этот».
Велор нехотя вернулся в свой кабинет. Спустя мгновение в комнату вошел мужчина в темном плаще. Он закрыл за собой дверь, а затем медленно пересек комнату, сел на один из стульев, деловито закинув ногу на ногу.
Свет одной единственной горящей свечи создавал полумрак и мешал мне рассмотреть вошедшего, я силилась разглядеть черты его лица.
– Зажги свет, если любопытство не дает тебе покоя, – сухо сказал он. Его грудной голос вибрацией прошелся по телу. Я отчетливо поняла, что уже слышала его.
– Это ты остановил меня! – когда мой дар вырвался из-под контроля, кто-то вошел в кабинет, и прекратил то безумие. Я помнила, что, кажется, слышала слова какого-то заклинания прежде, чем потеряла сознание.
На мой удивленный возглас он лишь медленно кивнул.
– Ты Ярика, дочь Святозара и младшая сестра Ориен? – спросил он.
Услышав от незнакомца имена своих отца и брата, я насторожилась. Вот уже два года как я ничего не слышала о своей семье. Все, что я знала, так это то, что Ориен успешно окончил школу год назад и получил великолепный контракт у какого-то состоятельного магистра!
Такие предложение дорогого стоят! Я искренне радовалась за него. Брат действительно достоин служить Великим, ведь его дар поистине огромен.
– Откуда вы знаете эти имена? Вы пришли за мной? – я медленно поднялась с пола, крепко сжимая плед у груди, не давая ему соскальзывать.
Я подошла к подсвечнику, поколебавшись, все же несмело протянула руку, взывая к дару. Сперва я не почувствовала ничего, а затем мне удалось пустить маленькую едва заметную искру, благодаря которой свечи зашлись трепетным слабым огоньком.
В комнате стало значительно светлей и я, наконец, обернулась. Мой удивленный вздох сорвался с губ прежде, чем я успела его сдержать.
Незнакомец действительно не был человеком. Его кожа была бледного какого-то сероватого оттенка. Резкие черты лица добавляли ему особенную опасную привлекательность. Острые скулы, прямой нос и чуть квадратный подбородок, темные волосы, короткие на затылке, но с длинной челкой, отбрасывающей тени на его глаза, а также чуть вытянутые уши.
По такой характерной внешности я сделала вывод, что он, возможно, дроу. Я никогда не видела представителей этой расы, но слышала о них достаточно. Их сильная сторона заключалась во владении темной магии, магии тьмы. Самой опасной во всем мире.
Когда он только вошел, я подумала, что имею дело с взрослым мужчиной, однако сейчас, при свете, я бы сказала, что мы почти ровесники. Черты его лица пусть и были грубоватыми, однако они были далеки от черт лица зрелого мужчины.
– Рассмотрела?! – чуть насмешливо спросил он, хотя в его лице не было и намека на улыбку.
Стоя босиком на паркете, я почувствовала, как мои ноги немеют от холода. Я все так же медленно вернулась к дивану, села, подвернув их под себя.
Он не сводил с меня взгляда, наблюдал, чуть наклонив голову. От него веяло какой-то опасностью.
– Я пришел, чтобы забрать тебя из этого… заведения, – небрежно бросил он, не обращая внимания на мои округлившиеся глаза, он продолжил. – Мой господин поручил мне привезти тебя в поместье. Он в тебе заинтересован. Мое имя Кейр, у тебя есть какие-нибудь вопросы?
Их было множество, и я просто не знала, с чего мне начать.
– Кто твой господин?
– Можно сказать наш господин, – тут же поправил меня Кейр. – Он является правой рукой короля Зария, Великий магистр Лавр Закариус.
Упоминание короля заставило напрячься еще сильнее, а вот имя магистра мне ни о чем не сказало. Я задумалась.
– Какой интерес во мне? Я не владею своим даром, от меня не будет никакой пользы, – сказала я, оголяя свои недостатки. Лучше пусть он все узнает сейчас, прежде чем поймет, что ошибся с кандидатурой.
– Знаю, но я всего лишь выполняю приказ. Мне все равно на то, что твой дар контролирует тебя, а не ты его. Магистр сказал мне привезти Ярику, дочь Святозара, и я просто выполняю его приказ, – бесстрастно сказал он.
– Не понимаю, – вдохнула я. Зачем бы Великому магистру такой неполноценный одаренный как я. Ведь, по сути, Кейр сказал правильно, мой дар контролирует меня, а не я его. Ранее я не задумывалась над этим, но теперь из уст стороннего наблюдателя, это оголенная правда ранила сердце.
– Тогда с разговорами покончено! – Кейр решительно встал, и я в очередной раз поразилась его высокой мускулистой фигуре. – Собирайся, у тебя десять минут, бери только самое необходимое, мы поедем верхом.
– Постой! – окликнула я его, тоже вскакивая на ноги.
Кейр раздраженно обернулся. Длинная темная челка съехала в сторону, и я, наконец, сумела рассмотреть его глаза. Они были серыми с какими-то красными вкраплениями! В них застыло нечто острое и жесткое, и от этого мороз пробегал по коже.
– Ну что еще? – спросил он, так как я продолжала молчать и пялится на него, открыв рот.
– У меня здесь ничего нет, – из своего дома я не забрала ни единой вещи, а все, чем обзавелась здесь, не хотела брать с собой! Пусть все, что было останется тут! – Ты сказал, мы поедем верхом?
Признаться честно, ездить на лошади я не умела. В детстве часто каталась вместе с Ориеном. Он правил лошадью, посылая ее в свободный галоп, а я смеялась от того, как быстро мы мчались по полю, как ветер играл с моими волосами. Воспоминания сжали в тиски мое сердце.
– Тем лучше, оденься во что-нибудь удобное. Я буду ждать внизу. И да, мы поедем верхом, – сказал он, после чего вышел из комнаты, оставляя меня стоять в недоумении.