Накануне, глядя на звезды, Стив подумал о смысле жизни. Потом о смысле смерти. Затем снова о смысле жизни. И снова о смысле смерти. Так в бессоннице, совершенно бессмысленно прошла вся ночь.
Стив не выспался.
Георг
Георг был голоден. Он не ел второй день. Его топливом были мысли. Мыслей было много.
Они кружились, роились и приглашали друг друга на танец.
Гиацинт долбил и долбил, а Георг все возил и возил. Огромные тяжелые снаряды.
Невольный участник невольничьего рынка.
Стив
Рабочий день только начался, а Стив уже внутренне торопился домой.
Вечером он должен был встретиться с Джонни – его давним другом, и, в каком-то смысле, коллегой. Тот работал оператором морских блох в соседнем агентстве.
Недавно ребята в офисе на день рождения подарили Стиву последнюю подборку фирменных эротических снов с широким кинестетическим разрешением.
Полная реалистичность, не считая досадного недоразумения – довольно заметного логотипа SleepSonic в правом нижнем углу поля зрения, который портил все впечатление.
Джонни нашёл пиратскую прошивку для домашнего нейропроектора, которая должна убрать дурацкую надпись.
Георг
Георг услышал крики, понял голову.
Расчет суетился и странно размахивал руками, как будто хотел отогнать назойливых насекомых.
Орудие обреченно, с каким-то нездоровым свистом и шипением, выплюнуло недалеко снаряд и замолкло навсегда.
Его товарищи почернели от тучи насевших мух и стали обессиленно оседать.
У Георга душа ушла в пятки, ноги стали ватные. Чувства и мысли оцепенели, скукожились, застыли. Мышцы от страха утратили свои эластичные свойства и забетонировались. Нужно было убегать, куда-то прятаться, что-то делать, а он стоял как вкопанный и не мог пошевелиться.
Стив
Стив как-то посмотрел старый сериал про то, как выкуривали моджахедов из пещер Таро Бора с помощью модифицированных тараканов с размеров с собаку, с вживлёнными блоками управления. Их толстые хитиновые панцири не брали даже огнемёты. Трупы по сюжету утилизировали с помощью гигантских жирных улиток, которых потом отправляли в рестораны.
Это было мерзко. Стива тогда чуть не стошнило.
Георг
Склон с игрушечной пушкой и мгновение назад застывшими бравыми оловянными солдатиками.
Никто не знает, что c ними случилось. Ослабла пружина, закончился завод, сточились шестеренки или вовсе – производственный брак, под списание. Поди догадайся.
Они лежали там неподвижно. В помятой и испачканной одежде. С перекошенными лицами. Со спутанными волосами. С грязью под ногтями. Безобразно неживые.
Где-то разбросаны, где-то вповалку.
Без права на могилу.
Их жизненные соки, их истлевшая плоть сделают этот безжизненный грунт плодороднее. Сделают его почвой. А затем, затем, эта земля достанется тем, другим.
Стив
Кофеин не бодрил. Стив вяло дожевал свое пирожное, хрустнул пальцами рук и посмотрел, что в заказе. Ландшафт не подарок, циклон с юга, неприкрытые фланги. На пределе дальности. Встречный ветер, ближе к вечеру грозовой фронт. Минус третий технологический уровень. Риски: досрочное прерывание и/или частичное выполнение миссии, угроза столкновения с вершинами, угроза потери улья.
Не самая простая история, но и ничего сверх сложного, что весьма кстати.
Конец недели, бессонная ночь, нетерпение попасть побыстрее домой – Стив чувствовал себя разбитым и рассеянным. Был не в духе от слова совсем. Работоспособность на минимуме. По-хорошему нужно было не геройствовать, а взять больничный. В таких обстоятельствах высокий технологический уровень был бы не самой радостной новостью.
Привычным повелевающим жестом Стив взмахнул руками и улей послушно взмыл в атмосферу.
Георг
Мухи облепили Георга. Они больно кусались прямо сквозь одежду. Георг истошно кричал, голос срывался. Он пытался их сбросить, раздавать, прихлопнуть, отогнать.
Внутри каждой из них, на мгновение загорался тусклый огонёк. Эти красные микронные маячки, почти невидимые человеческому глазу, то вспыхивали, то гасли, но не хаотично, а гармонично и упорядочено, будто бы подчиняясь партитуре беззвучной симфонии и невидимой дирижерской палочке.
У Георга ничего не получалось. Мухи жалили без пощады, без остановки.
Окружающие звуки стали приглушенными, воздух вокруг – плотным. Плавно подхватил слабеющее тело Георга и мягко опустил на землю.
Стив
Операции были достаточно напряжёнными, и это напряжение иногда выплескивалось достаточно болезненным образом. Например, Стиву часто снилось как он теряет контроль над ульем, и на него набрасываются его же комарики. Некоторые коллеги Стива периодически исчезали со своих рабочих мест именно по этой причине. Не выдерживали психологических перегрузок и слетали с катушек.
Недавно Стив сам чуть не влип. Один из датчиков уловил у него дефектную сигнатуру мозговой активности и тут же, не мешкая, подленько настучал на Стива работодателю.
Как и попросил доктор, Стив долго смотрел на квадраты: сначала на белый, затем на черный, потом снова на белый и снова на черный.
Стив был послушный.
К счастью, доктору понравился послушный Стив. Он написал, что Стив здоров.
Георг
В детстве Георг много раз пытался представить, что он умер, и увидеть себя мертвым.
И каждый раз ему грезился незнакомый рыжий мальчик. Как-то так выходило, что мальчик был им же, каким-то другим живым Георгом.
Пластичное детское сознание оберегало психику от травмирующей информации. Не давало ему мысленно умереть, услужливо конструируя образ какого-то следующего Георга.
Стив
У Стива, как и положено развитому существу, все разложено по полочкам. Рабочие цели сформулированы, разбиты на три группы и мотивированы личными устремлениями.
Краткосрочная цель – рутинная, она редко менялась, оказаться лучшим в звене за каждую неделю, и по итогу месяца получить повышенные выплаты.
Среднесрочная – цель успешно пройти ежегодную аттестацию, которая вот-вот на носу.
Дальнесрочные цели – карьерные.
Стив планировал расширить своё жизненное пространство на один базовый уровень. Сейчас он занимал ячейку Type C, а мечтал переехать в более просторную, ячейку Type D. Недавно Совет в очередной раз пересмотрел индекс токсичности жилых модулей, увеличил экосбор. Аренда снова подорожала. Единственным способом угнаться за мечтой – существенное увеличение доходов. Без карьерного скачка не обойтись.