Вечером Мария ждала султана. Нур передала ей о том, что султан желает ее видеть. Она подготовилась к этой долгожданной встрече, ведь они с ним не виделись уже неделю. Мария одела красивое платье и заплела свои длинные русые волосы в толстую косу. Такую прическу во дворце из женщин не носил никто. И вот двери отворились и на пороге ее покоев появился султан Мехмет. Мария бросилась в его объятия.
– Мой султан! Я так скучала по тебе – нежно проговорила Мария.
– Приветствую тебя душа моя – ласково ответил султан и наклонившись поцеловал Марию в губы – Я вижу лекарь вылечил тебя! Ты, как и прежде стала передвигаться на своих ногах. Я щедро отблагодарю его, но после, сейчас я хочу насладиться тобой, моя Мария…
Султан поднял Марию на руки и поднес ее к широкой дубовой кровати. Осторожно опустив ее на шелковые простыни, он лег рядом и нежно провел своей рукой по ее щеке.
– Я верил, что ты поправишься… Я каждый день просил Аллаха, чтобы он даровал тебе свою милость…
– Спасибо, Мехмет… – едва слышно сказала Мария и взяв его за руку, которой он только что гладил ее щеку, поцеловала ее.
– Скажи тебе по нраву эти покои?
– Они прекрасны!
– Я приготовил тебе подарок. Он пока в моих покоях, но утром я велю его доставить сюда. Я создавал его долго и вложил в него всю свою любовь к тебе.
– Я очень хочу знать, что это за подарок – сказала улыбнувшись, Мария.
– После. Все после, милая… Сейчас есть что – то поважнее… – нежно сказал султан и прислонился своими губами к губам Марии.
***
Айше не находила себе места. Фатима доложила ей, что султан отправился в покои Марии и пока еще не выходил от – туда. Айше металась по комнате и не нала, что предпринять. Малышка Гюльшах спала в своей люльке, а Фатима следила за передвижениями своей госпожи. Вдруг Айше резко остановилась и рассмеялась во весь голос.
– Фатима! Я знаю, что нужно сделать, чтобы эта гадюка навсегда уползла из дворца! И как я могла об этом забыть? Лекарь! Нужно рассказать султану об их связи!
– Но ведь у них не было ничего, госпожа – охнула Фатима.
– И, что?! Ты же сама мне сказала, что слышала, как Нур говорила Елене, будто бы лекарь этот Марию полюбил!
– Говорила, госпожа. Но так, то лекарь полюбил, а не Мария его полюбила…
– Фатима! Какая же ты глупая женщина! Да какая разница кто – кого полюбил! Я скажу, что она и пусть эта гадюка попробует доказать обратное!
В этот момент проснулась Гюльшах. Айше недовольно фыркнула.
– Фатима, где кормилица?! Почему она постоянно где – то блуждает?! Султанша проснулась и хочет есть, а ее нет в покоях!
– Простите госпожа, я сейчас сбегаю в гарем, наверняка она ушла туда по каким – то делам – сказала Фатима и направилась к выходу из покоев Айше. Как только Фатима вышла. Айше приблизилась к люльке, в которой истошно плакала девочка. Айше закрыла свои уши руками.
– Да замолчи ты уже! – крикнула Айше с раздражительностью в голосе и села на кровать.
***
Валиде Ясемин давала распоряжения калфе, когда в гарем влетела Фатима.
– Фатима! – прикрикнула на нее Зейнеп, а потом обратилась к Валиде – Простите госпожа, эта девчонка все время летает по дворцу как угорелая! Она, наверное, не знает, как полагается – ходить.
Валиде взглянула на присмиревшую девушку Фатима остановилась возле них и опустила голову.
– Фатима, как себя чувствует моя внучка? – спросила Ясемин у девушки.
– Все в порядке, Валиде Ясемин! Она только что вот проснулась, и я прибежала за кормилицей – сказала Фатима.
– А, что же кормилицы в покоях нет? – поинтересовалась калфа.
– Она вышла… только вот не знаю надолго ли… Малышка уже проснулась, а ее еще нет. Айше султан послала меня за ней – пояснила Фатима.
Валиде Ясемин это не понравилось. Приставленная кормилица к ее внучке должна быть постоянно в покоях.
– Зейнеп хатун, распорядись найти новую кормилицу. А ту, что ослушалась и гуляет где – то по дворцу, найдите, отдайте причитающуюся часть жалованья и прогоните из дворца – велела Ясемин.
– Как прикажите госпожа – ответила Зейнеп и Валиде Ясемин вышла из гарема, направляясь к себе в покои.
***
Пошло несколько дней.
Ферузе султан уже много раз побывала в доме визиря Мустафы и Елены, но ей так и не удалось поговорить с ним. Да она особо и не хотела этого, этого хотела ее мать – Халиме султан. Ферузе все чаще стала ловить себя на мысли, что ей очень интересно что там делает конюх Селим и было бы здорово покататься на лошадях. Ферузе скрывала свои мысли ото всех, даже казалось, от себя самой. И вот, в один из дней, ничего никому не сказав, она отправилась в конюшню. Главный конюх, Селим, стоял у изгороди, в округу которой резвились молодые подростки – жеребята. Его рубашка снова была закатана под самые плечи и эти мускулистые руки так и приковывали к себе взгляд молодой султанши. Она осторожно приблизилась к изгороди и встала рядом. Селим заметил ее и повернулся к ней, опустив голову, в знак уважения и приветствия, а потом подняв ее, он посмотрел в красивые глаза султанши и та смущенно отвела свой взгляд в сторону.
– Приветствую вас, госпожа! – улыбнувшись сказал Селим.
– И я вас… приветствую… ответила Ферузе.
– Вы пожаловали снова учиться?
– Нет. Прошлого учения о лошадях мне хватило с лихвой. Сегодня я желаю покататься на лошади.
– Конечно! На какой? Все лошади прекрасны! Выбирайте любую. Они все красивы и обучены.
– В этом выборе я положусь на вас – ответила Ферузе.
– Ну что же… Тогда ожидайте. Я сейчас выведу вам лошадь из конюшни- сказал Селим, и скрылся в деннике.
Спустя некоторое время он вывел, оттуда, очень красивую гнедую лошадь, держа ее за уздцы.
– Как вам эта лошадь, Ферузе султан?
– Красивая.
– Да и спокойная. Ее зовут Принцесса.
Ферузе подошла поближе к лошади и погладила ее за шею.
– Вы поможете мне забраться на нее? – спросила Ферузе.
– Конечно, госпожа – ответил Селим.
Через пару минут при помощи конюха, Ферузе забралась на лошадь.
– А, еще мне нужно ваше сопровождение, Селим! Потому как я наездница так себе…
– Как прикажите госпожа – ответил Селим, и взяв лошадь за уздцы повел ее.
Ферузе ехала на лошади и ей стало страшно. Она никогда не каталась вот так верхом. Это было впервые. Селим вел лошадь медленно и осторожно, но от этого все равно было страшно. И Ферузе не могла расслабиться.
– Стойте! – крикнула султанша и Селим остановился, остановилась и лошадь – Все! Достаточно… Помогите мне спуститься…
Селим подошел к боку лошади и протянул руки, чтобы поймать султаншу, она соскользнула с тела лошади и оказалась в объятиях конюха. Их лица были так близко, что оба перестали дышать. Селим рискуя всем, посмотрел на пухлые губы султанши и нестерпимо захотел их поцеловать, но он знал, что за такую дерзость лишится своей головы. Ферузе отпрянула от Селима и не сказав ни слова побежала во дворец. Она была вся в непонятном волнении и ее щеки пылали огнем…
Валиде Ясемин была в гареме, она сидела на высоких расшитых узорами подушках, и пила сок, одновременно наблюдая за танцующими девушками. Неожиданно в гарем вошла повитуха Зухра. Валиде Ясемин тут с поднялась с подушек и буквально подлетела к ней.
– Как ты посмела исчезнуть, как посмела покинуть дворец?! Как позволила себе такое?!! – кричала сердитая Валиде.
Повитуха виновато опустила голову.
– Отвечай! Тебе еще хватило наглости вернуться обратно?!! Ты заслуживаешь казни за такой проступок, ты ушла накануне родов наложницы повелителя!!! Как посмела, отвечай?!! – снова выкрикнула Валиде Ясемин и ударила повитуху по щеке.
Музыка в гареме тут же смолкла, девушки затаились и затихли.
– Простите госпожа, я знаю, что заслужила это – сказала Зухра, держась за ударенную щеку – Мне нет оправдания… Но я должна была уйти из гарема… Я была уверена, что Айше хатун не родит, до моего возвращения… Я должна была помочь одной женщине, она тяжело рожала… Она не чужая мне, она дочка брата моего… – соврала повитуха и сказала, то, что ей было приказано сказать людьми Халиме султан.
– Меня совершенно не волнует эта женщина, Зухра! Твое счастье, что Халиме султан нашла новую повитуху и вовремя приказала привести ее во дворец и благодаря ей Айше хатун смогла родить здоровую девочку! – продолжала кричать Валиде Ясемин – Я не знаю, что с тобой делать теперь, Зухра. Ты опытная повитуха, это правда, но твой поступок ужасен. Твою участь пусть решит наш повелитель, мой сын Мехмет. А теперь, уйди вон с глаз моих! И до решения султана не выходи из своей лечебницы!
– Как прикажите Валиде Ясемин, как прикажете… – грустно поговорила повитуха и вышла из гарема.
В коридоре ее догнала калфа.
– Зухра хатун!
Повитуха обернулась к Зейнеп и калфа заметила слезы на щеках у пожилой женщины.
– Зухра хатун… почему ты соврала Валиде Ясемин? Ведь нету у тебя никакого брата и отродясь не было. Уж я – то это знаю. Мы с тобой вместе выросли и воспитались одной доброй женщиной, упокой Аллах, ее душу. Скажи правду, где ты была?
Зухра обняла Зейнеп.
– Не могу, Зейнеп… не могу сказать правды… Но, молю тебя, не говори никому, что я солгала, во имя нашего детства, не говори… – слезно попросила Зейнеп повитуха и отстранившись от калфы, побрела в свою лечебницу.
Зейнеп долго смотрела ей в след, пока та, не скрылась за углом. Что – то здесь не так, что здесь не чисто. Зейнеп знала Зухру с самого детства. Они и сюда во дворец вместе пришли. Зейнеп очень хорошо помнила этот день. В тот день они с Зухрой пошли на рынок, а там в сопровождении охраны шла молодая госпожа Ясемин Султан, но неожиданно она закричала и плавно спустилась на землю. У молодой госпожи начались роды. Зухра подбежала к госпоже и попросила отнести ее в ближайший дом и помогла ей родить. У Ясемин родился сын – султан Мехмет. Уже после, когда молодая мать была во дворце, она вспомнила, что не отблагодарила свою спасительницу и велела слугам найти Зухру и привести во дворец. Когда слуги нашли Зухру, она пришла во дворец, но не одна, а с Зейнеп и маленькой девочкой. Ясемин султан велела назначить Зухру – дворцовой повитухой и приставила ее в ученицы к старой и опытной повитухе Михре, которая в последствии научила ее акушерскому делу сполна и после ее смерти Зухра стала главной дворцовой повитухой. А Зейнеп… А Зейнеп первое время была обычной рабыней, но умелой и послушной, а потому Ясемин султан, после смерти предыдущей калфы, поставила Зейнеп на эту должность. Так они и жили тут вместе и по сей день…
***
Айше султан стояла у окна и смотрела в сад. Кормилица держала на руках Гюльшах. В покои зашел султан.
– Султан Мехмет! Вот так радость, мой господин! С вашим появлением, день стал ярче! – весело сказала Айше.
– Я пришел проведать мое сокровище – произнес Мехмет и подошел к кормилице.
Она подала ему ребенка. Султан осторожно взял девочку на руки и прижал к себе. Он смотрел на нее и улыбался.
– Счастье мое, моя султанша… – нежно сказал Мехмет, а потом также осторожно, как и взял, вернул девочку в руки кормилицы.
– Ну, а как ты себя чувствуешь, Айше? – спросил султан и приблизился к Айше.
– Прекрасно, мой господин – улыбаясь сказала Айше – Маленькой Гюшах очень повезло, что вы ее отец! Вы не только справедливый повелитель, но и очень милосердный человек.
Султан с удивлением и неким подозрением посмотрел на Айше. Слишком льстивые слова она говорит.
– Вы меня миловали, мой господин, за такой ужасный проступок. Я о нем и вправду сожалею. А теперь и Марию простили…
– Марию? – не понял султан.
– Да – кокетливо сказала Айше – Ваше сердце такое доброе, что оно смогло простить Марию хатун и принять ее обратно в гарем, несмотря на то, что она с лекарем любви предавалась…
Султан резко посерел от услышанного и близко подойдя к Айше схватил ее за предплечье.
– Что ты сказала? – по слогам спросил султан.
– А… а вы разве не знали ничего, мой господин? Ведь о том уже весь гарем знал и шептал давно… – пропищала Айше, глядя испуганными глазами на султана.
Султан отпустил Айше, так, что она даже пошатнулась и поджав губы от злости, быстрым шагом удалился из покоев Айше.
Айше засмеялась во весь голос.
– Тебе конец, Мария… Попробуй теперь оправдайся… – прошипела, словно змея, Айше и снова засмеялась.
Кормилица, которая стояла невдалеке, с ребенком на руках, все слышала и только сочувственно покачала головой.
Султан Мехмет с невероятной скоростью шел по длинному коридору в покои Марии. Достигнув нужной двери, он одним рывком распахнул тяжелую дубовую дверь и оказался внутри комнаты. Мария сидела по постели и вышивала. Неподалеку от нее сидела Нур. При появлении султана в покоях, Нур соскочила со своего места и опустила голову, а Мария бросив пяльца с вышивкой, подбежала к султану. Она бросилась ему на шею, но не получила в ответ теплых объятий, а только злой взгляд холодных глаз. Султан отстранил от себя Марию.
– Нур, выйди! – велел султан и девушка поспешно покинула покои.
Мария была очень удивлена такому поведению султана.
– Что с тобой? – спросила Мария.
Султан больно схватил Марию за предплечие и подведя к кровати – бросил девушку на нее, а потом навис на ней.
– Как ты посмела?! Как посмела предать меня?! Меня?!! Султана такой огромной Империи!!! Ты низко пала в моих глазах, Мария! – прокричал султан прямо в лицо испуганной девушке – Я сегодня же казню твоего любовника! А ты… ты будешь изгнана из дворца! Я знать тебя больше не желаю!
Султан резко развернулся и направился к выходу из покоев.
– Султан Мехмет! – выкрикнула Мария и поднялась с кровати, Мехмет остановился, но не обернулся – Мне совсем не понятно, что я такого сделала, чем огорчил тебя и о каком любовнике идет речь…
Султан развернулся к Марии и снова приблизился к ней.
– Мне доложили, что ты предавалась любовным утехам с лекарем Димитрием…
Мария округлила свои глаза от услышенного.
– Это ложь… это не правда, Мехмет…
– Для тебя я больше не Мехмет, Мария, а Султан! Ты разбила мое сердце, Мария и я мог бы отдать приказ о твоей казни, но я не могу этого сделать… Я отдам другой приказ, о том, чтобы ты сегодня же покинула дворец. Можешь возвращаться на родину или уйти, уехать куда угодно… А вот лекарю пощады не будет! Он будет казнен на рассвете!
– Нет! Нет! Нет! Ты… Вы не можете этого сделать Султан! Он же поставил меня на ноги, он толковый лекарь! Да и не виноват он ни в чем! И я не виновата… Это чья – то злая шутка над нами… – сквозь слезы, проговорила Мария.
– Не виноваты, говоришь? Чья – то злая шутка, говоришь? Ну, что же, хорошо… Я проведу расследование, Мария. Если ты сейчас говоришь правду я молить тебя стану о прощении, а того, кто навел клевету казню без сожалений. Но если ты мне солгала, Мария я ни минуты не подумаю о том, чтобы отменить приговор на лекаря, а тебя сам лично выставлю из дворца! – в грубом тоне произнес султан и вышел из покоев.
Как только разгневанный султан вышел, в покои тут же вернулась Нур. Мария сидела на полу возле кровати и плакала.
– Госпожа… госпожа… – села рядом возле Марии, Нур и обняла ее – Что случилось? Почему вы плачете?
– Нур… Я еще никогда не видела султана с таким злым и безразличным взглядом на меня… Кто —то навел на меня клевету и сказал султану, что я изменила ему с лекарем…
Нур охнула и приложила пальцы к губам.
– Это кто же на такое осмелился? Ведь это же не правда, а чистой воды ложь…
– Да… Только султан не верит мне…
– И, что же теперь, госпожа?
– Теперь? Он сказал, что проведет расследование… Но я, что —то сомневаюсь, что польза будет в мою сторону. Нужно предупредить и спасти Димитрия! – сказала Мария и вскочила на ноги, а потом подбежала к двери.
– Госпожа, может не стоит…
– Нур! Да как же ты не понимаешь?! Из – за чьей – то лжи, может погибнуть ни в чем не виноватый человек! – воскликнула Мария и выскочила из своих покоев.
***
Султан Мехмет был очень рассержен, оскорблен и подавлен одновременно. Он позвал к себе, только что вернувшегося из провинции визиря.
– Мустафа! Прошу сделай все. Но выясни, было ли что – то между Марией и этим лекарем!
– Я непременно разберусь в этом деле, султан.
– Лекаря пока заприте в темнице, до выяснения обстоятельств – велел султан.
– Как прикажите, мой господин! Я могу идти?
– Да, Мустафа, можешь идти!
Визирь вышел.
***
Халиме Султан прогуливалась по саду. Приятная погода и теплое солнышко радовали госпожу, и она улыбалась, пока не увидела, как ее дочь – Ферузе султан верхом на лошади в сторону конюшен ехала, а лошадь вел за уздцы молодой конюх Селим ага. Было заметно, что они, о чем – то мило беседуют и Ферузе даже смеялась! Халиме Султан остановилась, ее улыбка тут же сошла с лица, и она нахмурилась, вглядываясь в даль и наблюдая за этой парой.
– Немедленно приведите мою дочь ко мне! – велела она одной из служанок, что шли рядом.
– Хорошо, госпожа – сказала одна из девушек и направилась к Ферузе султан
Через некоторое время Ферузе султан подошла к матери. Глаза девушки сияли, и она была довольной и радостной. Халиме султан сердито посмотрела на дочь.
– Это, что такое, Ферузе?! – выкрикнула Халиме.
– О чем вы, матушка? – улыбаясь спросила Ферузе.
– Не держи меня на глупую женщину, Ферузе! Я видела сейчас своими собственными глазами, как ты прогуливалась верхом на лошади по саду, с той стороны дворца!
– И, что матушка? Разве это не дозволено? Катание верхом на лошади очень мне понравилось.
– Катание верхом конечно же дозволено, Ферузе, но как ты себя вела с тем рабом?!
– Он главный конюх, матушка. Его зовут Селим.
– Ферузе! Не гневи меня еще больше! Не могу поверить, что это я родила тебя! Ты такая глупая или нарочно притворяешься, что попить моей крови?!! Да, у тебя же на лице все написано, ты сияешь словно начищенная золотая монета! Ты влюбилась в этого раба!
Ферузе опустила глаза в низ. Матушка была права. Селим очень нравился ей, но она боялась в этом признаться даже самой себе. Халиме взяла дочь за подбородок и подняла ее лицо так, чтобы глаза Ферузе встретились с ее глазами.
– Если я увижу тебя еще раз в компании этого конюха, Ферузе, то он навсегда исчезнет с этой земли… А, ты знаешь, что я слов на ветер просто так не пускаю. Сейчас его жизнь будет зависеть лишь от твоего правильного решения, дочь моя. Твоя цель – это визирь Мустафа! Это его ты должна полюбить и его влюбить в себя. Ты поняла меня? – приказным тоном спросила Халиме и отпустила подбородок дочери.
– Это ваша цель, матушка… Я не хочу отбивать Мустафу у Елены и вообще не хочу править и занимать трон! – выкрикнула Ферузе.
Глаза Халиме гневно сверкнули, и она отвесила дочери оплеуху.
– Я повторяю тебе, Ферузе. Ты должна стать женой визиря Мустафы, хочешь ты этого или нет. Я прикажу следить за тобой, и если ты еще раз встретишься с этим конюхом, ты этим самым подпишешь ему смертный приговор! Ты поняла меня?! – прокричала Халиме.
Ферузе молчала опустив голову.
– Поняла?! – еще раз требовательно спросила Халиме.
– Поняла, матушка – едва слышно ответила Ферузе.
– Вот и хорошо. Вот и умница – с улыбкой сказала Халиме – А теперь пойдем во дворец. Уже смеркается.
Ферузе пошла впереди матери. Она была раздосадована и очень на нее обиделась. Ферузе пока не знала, как, но она все равно найдет выход и обязательно встретится с ним.
***
Мария прибежала к покоям лекаря и затарабанила в его двери. Он открыл.
– Мария? Что случилось? – спросил Димитрий, увидев ее испуганные глаза.
– Димитрий, ты должен сейчас же покинуть этот дворец!
– Но почему? – не понимая ничего, спросил лекарь.
– Кто – то оклеветал нас. И султан хочет тебя казнить… – со слезами в голосе сказала Мария – уходи, уходи скорее, Димитрий! Уезжай на родину, пожалуйста…
Но в этот момент в коридоре послышались громкие шаги и из-за угла показалась стража с впереди идущим визирем Мустафой.
Стража схватила Димитрия и повела его. Мария в ужасе взяла за руку визиря Мустафу.
– Мустафа Паша, он не виноват! Вы казните совершенно не виновного человека! Это все клевета!!!!
Мустафа с сожалением посмотрел на Марию и осторожно убрал ее руки от себя.
– Мария хатун… Ты лучшая и единственная, близкая подруга моей жены Елены и мне искренне жать тебя. И лекаря жаль. Но я человек подневольный, я служу султану и не могу ослушаться его приказа. Мне велено посадить лекаря в темницу до выяснения всех обстоятельств.
– Он не виноват… И я не виновата перед султаном….
– Мария, я обещаю, что сделаю все, что в моих силах и если кто – то намеренно оклеветал вас обоих, я узнаю это.
Мустафа развернувшись ушел, оставляя Марию одну в этом пустом, холодном и длинном коридоре. Мария не знала, что делать. Султан ей не верит и идти к нему и снова говорить о том, что это все ложь, бессмысленно. Ждать, пока визирь Мустафа все разузнает? А если не сможет? Что тогда? Исход итак ясен. Мария медленно побрела в сторону гарема. Давно она там не была, авось, что услышит ненароком.
***
Валиде Ясемин была занята своими делами. Она просматривала отчетные записи по делам гарема и разъясняла калфе, что необходимо сделать в ближайшее время. Зейнеп хатун все старалась запомнить.
– Зейнеп, я надеюсь ты все запомнила?
– Разумеется, госпожа.
– Скоро у нас намечается праздник. День рождение моего сына, султана Мехмета. Во дворец приедут важные персоны со всей округи. Я хочу, чтобы праздник прошел на высшем уровне и без каких- либо неприятностей.
– Конечно, Валиде Ясемин!
– Я приготовила своему сыну особый подарок. Надеюсь он оценит его по достоинству – улыбаясь сказала валиде и закрыла гаремную книгу для записей.
– Кстати, Зейнеп, что- то я ничего не слышу о Марии в последнее время.
– Она полностью поправилась и встала на ноги, госпожа. Султан Мехмет ей выделил покои своей покойной тетушки. Она уже несколько дней там находится.
– Это интересно. Пожалуй, я навещу ее сегодня. Лекарь оказался толковый. И с ним я тоже желаю побеседовать, может быть он захочет остаться у нас во дворце?
Зейнеп хатун промолчала.
– Можешь идти, Зейнеп – сказала валиде – Я через некоторое время приду в гарем, пусть подготовят мне горячий щербет и свежие фрукты.
– Как прикажите, госпожа – ответила Зейнеп и вышла.
***
Мария была в гареме, она печально сидела у окна и наблюдала за девушками. Девушки были несколько удивлены ее появлением и первое время пристально на нее смотрели перешептываясь. Они были уверены, что Мария больше никогда не сможет ходить, а тут на тебе, явилась в гарем собственной персоной, да еще и на своих ногах! Девушки знали, что султан Мехмет относится к ней с трепетом и любовью и потому, они ревностно к ней относились. Никто из девушек не горел желанием общаться с ней и уж тем более водить дружбу. Мария чувствова себя здесь «словно не в своей тарелке», было так неуютно и так холодно от этих «едких» глаз наложниц, что Мария уже много раз пожалела о том, что пришла сюда. Вдруг в гарем зашла Айше хатун. Ее глаза просто светились от счастья и радости. На губах играла улыбка, а осанка выдавала всю важность, на которую она была сейчас способна. Айше «прошлась» взглядом по всему гарему и увидела у окна Марию. Она медленно приблизилась к ней.
– Мария… Рада тебя видеть! Приветствую! – звонко произнесла Айше, чтобы услышали все.
– Прости, но не могу сказать тебе тоже самое – ответила Мария.
– Нет, вы посмотрите на нее! Какая невоспитанность! С ней поздоровались, а она нос воротит! – еще громче сказала Айше и посмотрела на любопытствующих наложниц – Видите?! Видите, какая она жалкая!!
Мария встала с подушек и поравнялась с Айше.
– Жалкая? – переспросила Мария – Это на тебя сейчас всем будет жалко смотреть!!! И как же я сразу не догадалась, что это ты оклеветала нас с лекарем!!! – прокричала Мария и со всей злостью вцепилась в волосы Айше.
Айше закричала, но Мария была словно одержима бесом. Она продолжала таскать Айше за ее длинные волосы так рьяно, что на мраморный пол полетели все головные украшения Айше.
– Змея! Ты поплатишься за свою ложь!!! – кричала Мария.
– Она с ума сошедшая! Уберите ее от меня!!! – кричала в ответ Айше.
Девушки смотрели на это представление столпившись возле них. Никто не мог понять истинной причины этого концерта.
– Что здесь происходит?!! – раздался гневный голос вошедшей в гарем, Валиде Ясемин.
Мария нехотя отпустила Айше, оставив в своих руках клок ее волос. Айше как побитая собака, скуля и плача отошла подальше в сторону. Валиде Ясемин приблизилась к Марии. Она посмотрела сначала на девушку, а потом на ее руку, в которой были зажаты вырванные волосы Айше.
– Немедленно объясни, что это все значит, Мария! – властным голосом потребовала Ясемин.
– Простите, госпожа… Но она заслужила это и даже больше – ответила Мария и бросила на пол вырванные волосы Айше.
Валиде непонимающе уставилась на Марию, взглядом требуя пояснить. Но Марию опередила Айше. Чувствуя защиту со стороны Валиде, Айше подошла к ней.
– Валиде Ясемин! Эта рабыня, не только с ума сошедшая, но и изменщица! Разве вы не знаете, что она изменила нашему повелителю с лекарем!
Все девушки – наложницы так и ахнули, услышав такое из уст Айше.
– Что?! – спросила Валиде – От куда ты знаешь, Айше? И есть ли у тебя доказательства?!!
– Есть – уверенно ответила Айше – Моя служанка Фатима подтвердит. Это она мне рассказала об этом.
Мария едва сейчас сдерживала себя, чтобы снова не вцепиться в волосы этой ведьме.
– Это ложь, Валиде Ясемин – сказала Мария.
Валиде с подозрением посмотрела на Марию, а потом подозвала Зейнеп.
– Отведи эту проходимку в темницу – велела Ясемин.
– Но, госпожа… А, что если об этом узнает султан Мехмет? Ему это может не понравиться – проговорила Зейнеп.
– С моим сыном я сама поговорю. Уведи ее, Зейнеп! – велела Ясемин и направилась из гарема к сыну.
Зейнеп взяла Марию под локоть и тоже повела на выход. Мария молчала, вплоть до самой темницы. Придя туда, Зейнеп передала ее стражникам.
– В чем провинилась эта девушка? – спросил один из стражников у калфы.
– Ой, тебе лучше не знать! Запри ее. Приказ Валиде Ясемин.
Марию толкнули в темницу. Она не удержалась и упала на солому. По соседству, сидел лекарь Димитрий. Он увидел Марию и тут же подскочил к решетке, которая их разделяла.
– Мария…
Мария подняла на него глаза и криво усмехнулась.
– Мне кажется, нам уже никто не поверит, Димитрий… – печально произнесла Мария – Ты был прав… Я никогда не стану единственной у султана. Здесь куча соперниц, одна из которых и оклеветала нас. Если бы это было возможным, я бы вернула время вспять и согласилась бы уехать с тобой на родину, пусть даже и тайно…
– Мария… ты очень дорога мне… И я счастлив, не смотря ни на что! Судьба подарила мне встречу с тобой и благодарю ее за это…
Стражники с любопытством следили за их разговором, но понять ничего не смогли. Ведь говорили они на своем родном славянском языке.
***
Валиде пришла в покои сына. Султан Мехмет рисовал на холсте.
– Сынок… Дорогой мой… До меня дошли неприятные разговоры. Неужели это правда?
– Я не понимаю, о чем вы говорите, матушка.
– О Марии. Это правда, что она изменила тебе с лекарем?
Скулы султана задергались. Он бросил кисть на стол и развернулся лицом к матери.
– Матушка! Правда это или наговор я не знаю. Я велел визирю разобраться в этом деле.
Валиде видела, как плохо на душе у ее любимого сына. Как боль и грусть съедает его изнутри, а он крепится и даже слезинки не проронит. Она подошла к нему и обняла его.
– Дорогой мой! Мустафа Паша непременно разберется во всем. Он очень умный и преданный тебе. Коли правда все, что о Марии и лекаре говорят, за тобой решение будет о наказании. А коли ложь все это, наговор, так радоваться нужно будет, значит Мария твоя чиста сердцем и душой и лекарь этот тоже… В гареме много интриг бывает, мой милый, уж я – то знаю это как никто другой. Мне приходилось и видеть эти интриги и даже в них участие принимать. Да! И не смотри на меня так, Мехмет, такова суровая правда гарема.
Султан улыбнулся матери. Какая же она все – таки мудрая и добрая… И как ему повезло, что его матерью стала именно она, а не другая женщина.