Задумалась: сангвинический или сангвинистический? Принимаюсь рыться в словарях, но ответа не нахожу. Ладно, пусть будет «обладающий темпераментом сангвиника». Правда, это звучит, как «обладающий темпераментом пингвина», зато грамотно. А то попадется еще какой-нибудь умник, начнет ошибки исправлять. Лучше уж пингвин.
Идем дальше. «Что вы ненавидите в мужчинах?» «Ваши интересы». «Ваше образование». Ну, это просто! Ненавижу мужчин на три «Л»: Лживых Ленивых Ловеласов. Мои интересы – кулинария, путешествия… Путешествия – это обязательно, сегодня тот, кто не любит путешествия, считается унылым неудачником. Даже если ты обожаешь свой прекрасный дом и удивительный город, любишь проводить свое свободное время именно в своем доме и в своем городе, если в самолетах тебе страшно, а в экзотических странах кишечные болезни – все равно обязан любить путешествия. Хотя бы воображаемые.
Что еще я люблю? Красоту! Потому что красота – моя профессия. Бывший муж, разбогатев, по моей просьбе дал мне денег на собственный салон красоты. Конечно, случай почти анекдотический, но я была счастлива. Выучилась на косметолога, открыла студию красоты «Жемчуг» и теперь живу в атмосфере красоты постоянно. Поэтому пишу «красота» в графе про интересы и ни капельки не смущаюсь. Достаточно фантазий про путешествия.
Образование. Высшее плюс курсы. Про курсы не пишу, а то потенциальные кавалеры решат, что я хвастаюсь и провоцирую развитие у них комплекса неполноценности.
Дальше – труднее. «Ваши предпочтения в сексе» (ну да, так я тут и выставлю на всеобщее обозрение все свои эротические места и сценарии развлечений с шелковыми лентами). «Ваш рост» и, господи боже мой, «ваш вес»! Ну зачем же так. Вес – это очень личное. Как я могу раскрыть перед всем интернет-сообществом одиночек свою самую большую тайну?! Это еще хуже, чем возраст.
Поэтому вес я просто-напросто не указываю, а размещаю в анкете свое фото десятилетней давности, на котором хорошо видны мои выпирающие ключицы. Я как-то читала советы одного знатока мужчинам – «Как распознать жируху, знакомясь по интернету». Так вот, он писал, что главное – это ключицы. Если они заметно проступают под кожей – значит, дама достаточно стройная для того, чтобы мужик обратил на нее внимание. А если они не заметны – значит, сала в ее теле столько, что ниже ключиц можно вообще не смотреть, а знакомиться тем более.
На этой фотографии я стою на берегу реки в своем любимом золотисто-черном купальнике, мои длинные волосы чуть влажные, на голове – венок из белых лилий, на бедрах – яркое парео в диковинных цветах. Королевна, да и только! То есть русалка. Меня не волнует, что на фото мне еще меньше, чем тридцать шесть. Это ведь я? Я. И поправилась с тех пор всего на десять кило, а не на сорок. Этого почти не заметно. Тем более, что на мне еще и солнцезащитные очки. Волосы того же цвета, что и раньше. Правда, чуть короче, но это не важно. Словом, никто не скажет, что я теперешняя и эта фотография не похожи.
Так, о чём там еще спрашивают? Отношение к религии? Татуировки? Что вы ненавидите в людях? Чего вы никогда не простите партнеру? Ну и вопросики у них.
О сексуальных предпочтениях предпочитаю умалчивать, поэтому оставила поле незаполненным. Если бы я хотела чего-то необычного, то сидела бы не на банальном сайте знакомств, а искала бы увлекательные сайты для ценителей БДСМ, или ЛГБТ, или еще чего-нибудь. Для особых вкусов существуют особые ресурсы. А мне не нужно ничего особенного – просто нежность, любовь и хороший здоровый секс (которого, между прочим, у меня не было больше восьми лет!). Можно ли назвать это предпочтениями? На всякий случай не пишу ничего. Мало ли что можно представить себе под словами «хороший здоровый секс».
Остальные графы кое-как заполнила, и даже была близка к правде. Все-таки ищу родственную душу.
Наконец с анкетой покончено. Нажимаю «ввод». Внезапно понимаю, что теперь на сайте – я. Пускай и «Елена, 36», но все же – я!
Не выдерживаю напряжения, поднимаюсь из-за письменного стола и иду на кухню, чтобы заварить кофе и выкурить сигарету. Поскольку дети спят, я могу открыто курить на балконе без боязни быть застуканной своими надзирателями. Особенно Марьей. Она – ярая сторонница здорового образа жизни. Ванька более снисходителен к моим слабостям. Тем более, что я уже больше года в состоянии «бросаю курить», постепенно уменьшаю дозу. Теперь моя недельная норма ограничивается тремя сигаретами. Сейчас как раз повод выкурить одну из них.
А потом я ложусь спать. Мне снится Прекрасная Елена, которая танцует босиком на берегу теплого синего моря. Солнечные блики отражаются в ее волосах, свежий бриз играет ее прозрачной туникой, а потом появляется дворник из мультфильма «Пластилиновая ворона» и машет на Прекрасную Елену своей метлой, приговаривая:
– Ходют тут всякие! Ишь, расплясалась, а путешествовать не желает!
Просыпаюсь разбитая, с тяжелой головой и твердым намерением переходить к заключительному этапу борьбы с курением: с завтрашнего дня – одна сигарета в неделю. И через три месяца нужно распрощаться с противной привычкой окончательно. А то подобные кошмары снятся из-за токсичного воздействия табака на мозг, не иначе.
Утром, проводив детей до школьного автобуса, я отправляюсь на работу. Близнецы учатся в частной гимназии, и одно из ее прекрасных преимуществ – доставка всех учеников от подъезда до школы и обратно.
Моя студия расположена в доме напротив. Нужно только перейти улицу – и я на месте. Меня встречают красивая вывеска с перламутровыми буквами – «Жемчуг», окруженная специально высаженными розами аккуратная тротуарная дорожка и дизайнерская деревянная скамейка с коваными витыми ножками. Возле самого входа – несколько кипарисов и две темно-розовых магнолии в больших керамических светло-серых кадках. Каждый раз, подходя к студии, я испытываю гордость: наш салон, действительно, лучший в округе!
– Доброе утро! – радостно здороваюсь с девочками, своими сотрудницами. У нас есть лишь один сотрудник мужского пола, Валерий, которого мы все называем Венечкой. Однажды он нам признался, что мать хотела назвать его Вениамином, но отец воспротивился. И теперь он чувствует сакральную связь с этим именем. С тех пор Валерий стал Венечкой, и мы даже не вспоминаем о том, как его зовут на самом деле.
Венечка каждый день опаздывает, но и я, и клиентки прощаем ему эту слабость. Во-первых, потому, что он – настоящий гений, способный из самых неказистых жиденьких волос создать настоящий шедевр парикмахерского искусства. А во-вторых, опаздывает он ненадолго.
Вот и сегодня, едва я успела попросить администратора Олю заварить мне кофе, дверь отворилась, и явился Венечка:
– Привет! До чего же вы все сегодня прекрасны, дамы! Прошу прощения за вынужденное опоздание. Передвижение в общественном транспорте – это боль и страдания. Мне пришлось пропустить два микроавтобуса, прежде чем я получил возможность войти в салон без тесного физического контакта с посторонними людьми!
Из сострадания к Венечке я отдаю ему свой кофе:
– Венька, покупай машину. Будешь ездить в салоне один. Без физического контакта.
Веня благодарно смотрит на меня и отпивает большой глоток:
– Отличный кофе! Оля, это новый сорт какой-то? Итальянский, похоже?
– Ничего себе! По первому глотку понял! – восхищается Оля и демонстрирует нам яркую шоколадно-голубую упаковку с надписью «Ferarra». – Подруга посоветовала. Мягкая обжарка.
– А, ну если мягкая… – соглашаюсь я и тоже наливаю себе кофе в чашку, отпиваю глоток и закатываю глаза от удовольствия. С хорошим кофе сравнится только хороший секс! Которого, кстати, у меня не было… давно, короче, не было.
– Я так и знала, что согласишься, – радуется Ольга.
Вообще, я очень покладистый директор. Веня утверждает, что подчиненные из меня верёвки вьют. Ну и ладно! Зато все они хорошо работают. А с Венькой мы вообще подружились на почве общности кинематографических вкусов.
Вот и сегодняшнее утро началось с обсуждения нового фильма – Веню угораздило пойти в кинотеатр на очередную серию «Чужого», и он громко жаловался:
– Это не просто плохое кино. Это ужасное кино! С каждой серией у меня создается ощущение, что я смотрю один и тот же фильм, причём с каждым повтором этот фильм кажется всё хуже, – сказал он печально.
И в эту минуту происходит нечто действительно ужасное: дверь в студию резко открывается, можно сказать, «с размаху», и входит Аркадий Игоревич Мельников, один из наших любимых клиентов.
Он прилетает в наш город на встречу с компаньонами по бизнесу раз в месяц и непременно посещает «Жемчуг». Эта нежная дружба длится уже больше пяти лет – с тех пор, как офис партнеров Мельникова переехал в новый бизнес-центр, открывшийся рядом с нашей студией. Тогда Мельников, прогуливаясь по окрестностям, набрел на наше заведение – оно тоже только что открылось, и мы не успели даже убрать праздничные шарики, украшающие входную дверь.
– О, девчонки, вы тоже новосёлы? – громко и весело спросил Мельников вместо приветствия, войдя в помещение.
Я как раз записывала клиентов на первые процедуры по купонам с пригласительными скидками.
– Новосёлы, – улыбнулась я в ответ.
– Тогда давайте мне всё: первое, второе и компот! То есть, стрижку, маникюр, педикюр. А в придачу – красивую грелку на все тело!
И заразительно засмеялся.
Шутки Аркадия Игоревича были грубоваты, а иногда вообще на грани фола. Но мы его сразу полюбили. Мельникову было немного за пятьдесят, жил он в Батуми с первой (и единственной) горячо обожаемой женой-грузинкой с крутым нравом и их четырьмя детьми.
– Девчонки, я ведь только к вам и могу заявиться, чтобы навести красоту, – жаловался Мельников, пока наша Алина колдовала над его руками. – Жена моя Наина любит, чтобы я всегда выглядел, что называется, «с иголочки». А вы представляете, что обо мне подумают, если я в Грузии пойду делать маникюр?! Я, солидный мужчина, уважаемый бизнесмен, и вдруг с каким-то маникюром и даже педи-, прости господи, – кюром!
Тут Мельников, крякнув, многозначительно косился на Венечку, обычно в это время трудившегося над прической очередной клиентки.
Венечка, не заметив намека, невозмутимо комментировал:
– Боже мой, Аркадий Игоревич, что за консерватизм! Пора, наконец, чтобы кто-то сказал вам правду: на дворе двадцать первый век! В моде – мультикультурность, разнообразие и терпимость.
– Вот-вот… терпимость эта. Политкорректность, мать вашу! До чего она Европу довела! – внезапно начинал волноваться Мельников, все так же искоса поглядывая на Венечку.
Однако, несмотря на столь архаичные и несовременные взгляды, Мельников оставался желанным гостем. Был он грузен, весел, галантен и излишне щедр: кроме неизменных чаевых, которые Аркадий Игоревич оставлял не скупясь, с каждым визитом презентовал нам какие-то эксклюзивные сладости и особо утонченный алкоголь. То на заказ к 8 Марта тортик привезет, то конфеты «Моцарт» («девчонки, я прямиком из Вены, специально для вас купил!»). А по презентованным Мельниковым винам мы уже успели изучить всю винную географию планеты и сами почти стали профессиональными сомелье. Хотя Аркадий Игоревич практически не пил и никогда не был замечен в пристрастии к алкоголю.