Огромный леонбергер Сиг, едва почувствовав моё приближение, громким лаем оповещает о нём хозяина и заодно жителей всех близлежащих домов. Мощными передними лапами он кидается на решётку вольера, которая, я уверен, однажды не выдержит. Пару дней назад Грэхем говорил, что собирается сегодня свернуть шеи нескольким переставшим нестись курам, и обещал отдать мне одну тушку за работу. В этот день мне совсем не хочется соприкасаться со смертью хоть какого-то существа, поэтому надеюсь, что старик уже покончил с птицами. Проходя мимо загона для кур, замечаю пропажу, как минимум, троих пернатых. Грэхем уже ощипывает безголовые тушки, сидя под навесом позади дома. Оторвавшись от своего дела, поднимает удивлённый взгляд на меня:
– Пришёл таки… Ну, здравствуй.
– Здравствуйте, ― стараюсь не смотреть на куриные трупики. ― Да, чем без дела слоняться, лучше уж у Вас… Что нужно сделать?
– Что делать… ― повторил Грэхем задумчиво. ― Пока выгреби навоз из коровника, пока я тут закончу. А дальше ― я одно дерево сухое на дрова приглядел, поедем, напилим его, да привезём.
– Хорошо…
Старик тяжело вздыхает:
– Да, смотрю ты совсем как в воду опущенный . Я вот тоже бессонницей всю ночь маялся, вспоминал Аврору… Такая девчонка была хорошая, добрая, мухи не обидела, и так с ней вышло… Как вижу качели, которые тогда смастерил для вас ― сердце кровью обливается, так она любила их… А как она мне Сига ещё щенком притащила, сама возилась с ним, нянчилась… ― по его сухим губам проскальзывает лёгкая, несколько неуместная улыбка: ― Ещё вспоминал, как мы вас всем скопом по лесу искали, когда вы к холмам решили дойти. И чего вас туда дёрнуло? Хорошо хоть летом и в белую ночь, а то добром бы точно не кончилось…
Киваю молча, не в силах протолкнуть через сжавшееся горло слова, и отворачиваюсь, быстро шагаю к коровнику, часто моргаю и вытираю то нос, то глаза.
Стряхнув рукой в мягкой вязаной варежке снег с широкого деревянного сиденья качелей, Аврора села, придвинувшись к левому краю, чтобы рядом мог поместиться Рик.
– Приземляйся, ― пригласила она.
Когда парень сел рядом, они синхронно оттолкнулись ногами от земли, раскачиваясь.
– Что будем делать, когда покачаемся? ― поинтересовался Рик, глядя на собеседницу.
Её лицо было почти невозможно разглядеть в профиль из-за распущенных волос, которыми Аврора в последнее время старалась скрыть подростковые несовершенства кожи.
– Не знаю… Пойдём ещё куда-нибудь. Можно ко мне, папа вчера вкусную халву привёз, попьём чай. Хочешь? ― она повернулась к собеседнику.
Её кончик носа и скулы, виднеющиеся над тёплым шарфом, были розовыми от холода.
– Давай, ― охотно согласился Рик. ― Только сначала один раз высоко раскачаемся.
Чао, как всегда, абсолютно счастливый, выскочил навстречу хозяйке, едва та успела приоткрыть ворота, Рик тоже получил свою порцию радостных поскуливаний. Наклонившись, он почесал пса по голове и загривку, зарываясь покрасневшими обветренными пальцами в густую шерсть. Отец Авроры чистил двор от снега, остановившись, он улыбнулся и подал подошедшему гостю руку, предварительно стянув с неё толстую перчатку.
– Здравствуйте, ― Рик пожал крепкую, горячую кисть мужчины.
– Привет. Замёрзли что ли?
– Да так, немного, ― отозвалась Аврора.
Она сидела на коленях прямо в снегу и чесала пузико довольному Чао.
– А я, вот, наоборот вспотел. Может поменяемся? ― в шутку предложил ей отец.
– Вам помочь? ― на всякий случай уточнил Рик, хотя ему не очень хотелось работать после того, как вчера пришлось кидать снег с крыши дома, а утром расчищать дорожку до калитки и туалета.
– Нет, мы с Чао тут сами справимся. Идите грейтесь, бабушка пирог как раз испекла.
– Какой? ― живо спросила Аврора, поднявшись.
– С яблочным вареньем и орехами.
– Ура! Рик, бежим есть…
Улыбнувшись, Рик прошёл к двери подругой, потопав ногами на крыльце, чтобы стряхнуть снег с обуви.
На весь дом приятно пахло свежей выпечкой, из гостиной невнятно звучало радио, настроенное на какую-то музыкальную волну. Аврора повесила на один из металлических крючков пуховик и свои тёплые болоньевые штаны с лямками, оставшись в длинном жёлтом свитере и серых рейтузах, заправленных в большие шерстяные носки. У Рика такой зимней экипировки не было, поэтому ему каждый раз было неловко в гостях за несколько слоёв обносков, которые он вынужден был надевать, чтобы не мёрзнуть.
– Тори, это ты?! ― донёсся со второго этажа женский голос.
– Нет, это мы! ― громко отозвалась Аврора. ― А где все?
– Поехали с Леннатом в город, ― послышался другой голос из гостиной, и радио притихло.
Рик заглянул в комнату и вежливо поздоровался. Бабушка Авроры, как всегда, вязала, покачиваясь в своём кресле. Увидев парнишку, она заулыбалась, от весёлых синих глаз разбежались лучики морщинок:
– Привет, солнышко. А я как раз вчера закончила тебе варежки вязать. Авушка! Принеси из моей комнаты! Там в шкафу, в корзинке, руковицы и носки зелёные! ― обратилась она к внучке.
– Сейчас принесу!
– Спасибо большое, ― смущенно проговорил Рик, ощущая, что краснеет.
– Да не за что, носи, не мёрзни. Видел, какого снеговика мы с Аделинушкой слепили утром? ― поинтересовалась бабушка, кивнув в сторону окна, которое выходит на задний двор.
– Ещё нет… Очень здорово получился, ― оценил снежное произведение Рик.
На лестнице послышались шаги с тихим поскрипыванием, и на первый этаж спустилась мама Авроры ― Адель. Она была одета в старую клетчатую рубашку мужа с подвёрнутыми до локтей рукавами, волосы убраны под повязанный на голову платок ― всё это говорило о том, что женщину оторвали от уборки.
– Привет, Рик…
– Здравствуйте…
– Как у тебя дела?
– Всё хорошо, спасибо.
– Тебе не нужны сахарница и заварник из одного сервиза? ― неожиданно спросила Адель.
Рик удивлённо округлил глаза и помотал головой:
– Нет…
– А вышивка с лошадьми? На стену можно повесить в рамку.
– Тоже нет…
– Ну ладно, ― женщина улыбнулась. ― Просто разбираю завал на чердаке. Ты же читать любишь, у нас там целая коробка книг ― посмотри, может выберешь что-нибудь. Только я сначала пыль протру, а то уделаешься. Ты обедал сегодня?
– Да… Спасибо… Ещё нет, ― парнишка замешкался, не зная, на что отвечать.
– Нашла, ― сообщила Аврора, вернувшись в комнату, и вручила другу носки и варежки.
– Спасибо, ― в очередной раз поблагодарил тот.
– Идите пообедайте или хотя бы чай с пирогом попейте. И не забудь сегодня почистить клетку Тика, ― напомнила Адель дочери, после чего отправилась на второй этаж.
В прихожей Рик остановился перед большим зеркалом, чтобы положить на тумбу под ним свои вязанные обновки.
– Ого, ― Аврора, глядя на отражение, подошла к парню и встала, прижавшись своим плечом к его. ― Ты что, дорос до меня?
Рик выпрямил спину и чуть приподнял голову:
– Даже перерос немного, ― заметил он, самодовольно улыбнувшись.
Позже, дожидаясь пока чай немного остынет, Аврора придвинулась ближе к Рику и заговорила, отправив в рот очередной кусочек халвы:
– Забыла рассказать. Мне сегодня такой странный сон снился…
– Какой на этот раз? ― поинтересовался парнишка.
– Мне снились разные люди, точнее даже не люди, а тени. Они по очереди выходили из тумана парами, держась за руки, и проходили сквозь меня… Я оглядывалась по сторонам и далеко внизу видела огоньки нашего поселения…
– Ты опять про лысый холм? ― Рик подул в свою кружку и осторожно, с швырканьем, отхлебнул немного ароматного сладкого чая.
– Вот и я подумала, что это похоже на лысый холм… ― согласилась Аврора. ― Как думаешь ― может это знак? ― поддев лопаткой второй кусок пирога, положила его себе на тарелку.
– Хочешь опять заблудиться, поднять на уши всех и отхватить от родителей?
– На этот раз мы не заблудимся. Будем отмечать дорогу, возьмём компас, ― она заговорчески понизила тон, покосившись на вход в кухню.
– В тот раз было лето и светло, а сейчас холодрыга и темень. Хочешь тоже стать отмороженным духом и топать по холму? ― Рик нахмурился.
– Мы тепло оденемся, возьмём с собой спички и термос с горячим чаем. Встретимся в час ночи возле школы.
– Если мой папа ещё может не заметить, как я смоюсь, то тебя родители точно хватятся, ― парень не оставлял попыток переубедить подругу.
– Я оставлю записку, что ушла с тобой на романтическую прогулку, ― она улыбнулась, подперев голову рукой.
Сделав от неожиданности слишком большой глоток чая, Рик обжёг рот и сплюнул обратно в кружку.
– Осторожнее, ― Аврора испуганно повысила голос. ― Так испугался духов с холма, что подавился?
– Я не испугался, дурь ты с глазами, ― парень несильно пихнул её кулаком в плечо.
– Тогда в час возле школы? ― тут же подхватила Аврора.
– Ладно. Только учти, что ждать тебя до утра я не буду, так что не опаздывай, ― Рик неохотно сдался. ― И не ной потом, что замёрзла.
Визг бензопилы стихает, но его эхо задерживается в ушах. Сняв защитные очки, передаю их Грэхему. Прочёсываю волосы, стараясь избавиться от опилок, которые, скорее всего, будут сыпаться с меня ещё пару дней, чисто символически отряхиваю шинель. Остальную работу оставляю порывам холодного ветра.
– Вот и всё. Теперь перетаскаем всё это в прицеп и готово, ― подводит итог старик.
Умудряюсь зацепить несколько заноз и, уже сев в машину, безуспешно пытаюсь их выковырять. Без иголки не справиться. Стоит посмотреть в окно ― натыкаюсь взглядом на далёкие холмы.
– Как думаете, почему на других холмах растут деревья, а на том ― нет? ― зачем-то спрашиваю у Грэхема.
Он бросает короткий взгляд в мою сторону и пожимает плечами:
– Может вымерзло всё, а может и выгорело… ― примерно такой же неопределённый ответ дал мне когда-то отец.
Только Рора уверенно и точно ответила на этот вопрос, хоть и выдумкой.
Замёрзшие ресницы слипались при моргании, влажный от тёплого дыхания шарф стоял колом у рта. Далеко внизу виднелись редкие огоньки поселения. Уставшие от дальней дороги и подъёма в гору подростки шли молча и лишь пыхтели. Добравшись до вершины, они, не сговариваясь, свалились на снег и уставились в небо, выдыхая облака пара.
– Мы смогли… ― проговорила Аврора, немного отдышавшись.
– Да уж. Знать бы ещё зачем… ― Рик поправил шапку.
– Будем ждать духов. Сколько сейчас времени?
– Понятия не имею, я не брал часы.
– Ну и ладно. Будем просто лежать и ждать.