Дожидаться возвращения Лео я не стала. Мне было тяжело находиться в одной комнате с Максом, поэтому я решила отправиться к себе, умыться и привести мысли в порядок. Черт попытался меня остановить, но я, продолжая злиться на его выходку, была непреклонна и, проследовав в свою комнату, под пристальным взглядом мужчины, громко хлопнула дверью.
Я чувствовала, как голова снова начинала неукротимо болеть. Слишком много событий для такого короткого промежутка времени, слишком много эмоций и, кажется, энергия начинает потихоньку таять. Это злило меня еще больше. Осознание того, что через несколько дней я буду совсем в разбитом состоянии либо же мне придется искать новый источник энергии, заставляло пульсировать виски еще сильнее. Разум ехидно подсунул воспоминание о том, как в прошлый раз с энергией мне помог черт. Я скривилась. «Почему он решил все за меня?» – эта мысль не давала мне покоя, вертясь в голове на повторе.
Вода в тазу давно остыла, но была чистой, зачерпнув полные ладони, я несколько раз резко плеснула себе на лицо. Холодные капли неприятно стекали по шее, но зато щеки перестали так сильно гореть. Усевшись на подоконник, закурила сигарету, выпуская дым тонкими струйками. Во дворе терема кипела жизнь, упыри неспешно прогуливались, прикрывая головы платками, прячась от солнца, петух на соседнем заборе заливисто голосил на всю округу.
«Интересно, Лео, уже поговорил с Главой? Когда нам можно будет возвращаться домой? – я затушила сигарету, и вновь взгляд зацепился за черный орнамент метки. – Лео что-то говорил о выборе, но по факту, мне его не предоставили».
Я чувствовала себя разбитой, усталость накатила резко, сделав веки тяжелыми. Переместившись на кровать, свернулась поверх одеяла клубочком. Прикрыв глаза, решила просто полежать в тишине, от меня все равно нет пользы в этом расследовании, до сих пор не понимаю, зачем Лихо взял меня с собой. Может, стоит поговорить с ним, чтоб отпустил меня домой? Тело понемногу расслаблялось, головная боль не прошла полностью, но стала не такой резкой, и я сама не заметила, как провалилась в сон.
***
– Поговорили? – мужчина тихо вошёл в свою комнату.
– Да. – черт двумя пальцами потер переносицу. – В некотором роде.
– Она согласилась? – Лихо старался казаться безразличным, но с совсем не проявить интерес не получалось.
– Она в ярости, но дала мне время.
Лео задумчиво потер подбородок. Ведающая не давала ему покоя, он сам не знал почему, эта наглая девчонка разожгла в нем интерес, а теперь и эта метка, которую так поспешно поставил на нее другой… С другой стороны, зачем ему – Главному Бедствию Человечества какая-то смертная? Нужно просто выкинуть ее из головы.
– Как прошла встреча с Главой клана? – Макс перевел разговор, решив сосредоточиться на работе. Ники занимала все его мысли, каждый день, уже на протяжении нескольких лет, но сейчас она не хочет его видеть, злясь на его решение. Ему остается только продолжить начатое расследование и постараться уберечь ее от любых неприятностей.
– Он уверен, что его клан не замешан в убийствах. И я вынужден согласиться с этим, мы только зря теряем тут время. Нет никаких улик, да и упыри не похожи на сошедших с ума от жажды крови зверей. Они даже на насытившихся не похожи, ходят бледные и наполовину высохшие. – свое раздражение Лихо выместил на столешницу, ударив по ней кулаком. – Есть другие версии, но, завтра нам лучше покинуть клан, пока нас терпят, скрипя зубами. – Лео грустно усмехнулся.
– Как скажешь, босс. – черт направился к двери.
– Куда собрался?
– К ней, хочу убедиться, что она не разгромила половину терема. – улыбнулся черт.
– Не стоит. Дай ей время успокоится. Она взрослая девочка и не будет так подставляться. – Лихо выглянул в окно, на небе не было ни облачка, солнечный день был в самом разгаре, значит все упыри клана сейчас максимально уставшие, хоть и продолжают заниматься повседневными делами. – Давай пока проработаем вторую версию, что ты скажешь на счет визита к альвам?
– Лесные духи? – Макс удивился. – Эти напыщенные индюки не способны на убийство. Они слишком ценят жизнь и все прекрасное в ней.
– Согласен. – голос Лиха был непреклонен. – Но, у Святибора отличная сеть шпионов, я думаю, он располагает некоторыми сведениями.
– Хм, если ты так считаешь. – черт присел в кресло напротив камина. – Тогда давай обсудим детали.
***
Проснувшись на закате, потянулась в миг занывшим от сна в неудобной позе телом. Ярко-оранжевые всполохи уходящего дня поспешно отгорали за окном. Ветер доносил вечернюю прохладу и запах цветущих яблок. Вздохнув полной грудью, я решила, что жизнь продолжается. Со всеми проблемами разберусь по мере поступления, а пока что постараюсь не убить несносного черта и принять его столь оригинальную защиту, в конце концов, не потянет же он меня под венец насильно. Надеюсь.
Пустота в желудке и многозначительное урчание дали понять, что я пропустила не только обед, но и ужин. «Надо бы сходить в комнату Лиха, может они что-то оставили для меня?» – я встала в кровати, чтоб переодеть помятую после сна рубашку. Стягивая грубую ткань через голову, застыла от ужаса, почувствовав укол холодной стали под ребра.
– Ни звука, ведающая, ни к чему создавать панику. – знакомый женский голос зашипел мне в ухо.
– Влада? – выдавила, медленно опуская руки, смотря, как рубаха падает к моим ногам.
– Ждала кого-то другого? – женщина вдавила сталь ножа еще сильнее, от чего я ощутила резкую боль и то, как что-то горячей струйкой заскользило по коже. – Не дергайся.
– Влада, что происходит? – я понимала, что нужно ее отвлечь, попытаться разговорить, но страх стальными тисками сжимал горло, даже если бы я не была уверена, что упырица не проткнет меня в ту же секунду, как я решусь закричать, то все равно не смогла бы сделать этого осипшим голосом.
– Ничего личного, Ведающая, но он не должен совершить задуманное.
– Что совершить? – я облизала пересохшие губы. – Кто он?
– Тебе не нужно знать. – женщина больно схватила меня за руку, с брезгливостью рассматривая метку.
«Может она говорит про Макса?» – мысли в голове путались от страха, острие ножа сильно вонзалось в кожу. – Почему она решилась на такое, ведь не может не понимать, что ей потом грозит? – версий совершенно не было, да и не нужны они мне будут, когда Влада осуществит задуманное.
– Подожди, – я старалась тянуть время, сама не зная для чего. – Ты ведь понимаешь, что тебя казнят? Влада, ты тоже умрешь, если сделаешь это.
– Все умрут, если я этого не сделаю. – вымученно засмеялась упырица, проворачивая нож в ране.
Я стиснула зубы, слезы текли по щекам, но я всеми силами старалась не поддаться слепой панике. На подоконнике стоял графин с водой, если я смогу дотянуться то…
– Влада, послушай меня, – продолжила я, старательно делая незаметный шаг в сторону окна. – Давай решим проблему по-другому, со мной два высших, они смогут помочь. – еще один маленький полушаг в сторону окна. – Ты ведь знаешь, что они могут многое.
– Именно из-за них все и начнется. Уже началось! – женщина в ярости встряхнула мою руку, в запястье которой продолжали впиваться ее ногти. – Прости, Ведающая, иначе никак.
Я успела лишь почувствовать, как сталь начала увеличивать нажим, понимая, что сейчас одним толчком нож по рукоять войдет в мое тело. «Или сейчас или никогда, Ника» – я сделала один резкий широкий шаг в сторону окна, чувствуя как приставленный нож, глубоко прорезает мышцы, ускользающей от него добычи. Рывок, и уже схватив заветный графин, мои пальцы разжимаются от оглушительного грохота слетевшей с петель двери.
– Ники!
– Держи ее!
До моего сознания доносятся смутно знакомые голоса. Перед глазами все плывет, я чувствую, как холодеют пальцы, зажимающие разорванный бок и как из раны течет кровь, много крови. Оседая на пол, чувствую, но не вижу чьи-то руки, удержавшие меня в последний момент от встречи с полом, и окончательно проваливаюсь в темноту.
– Как она? – черт опустился на колени рядом с кроватью, где лежала Ника.
– Скоро придет в себя, я дал ей своей крови. – круги под глазами Лиха стали еще заметнее за последние сутки.
Вот уже пять дней прошло с того ночного нападения, а мужчины до сих пор не переставали винить себя в том, что оставили ведающую без защиты. Они дежурили у ее кровати, периодически меняясь для того, чтобы поспать пару часов или успеть что-то поесть на ходу, но не оставляли больше девушку одну ни на минуту.
– Все настолько плохо, что ты решил дать кровь? Сказал бы мне, она носит мою метку! – Макс сжал кулаки, повышая голос.
– Я сильнее. – спокойно ответил Лихо.
– Что ты хочешь этим сказать? – угрожающе прошипел черт.
– Лишь то, что сказал. – Лео не сводил взгляда с девушки, разговаривая с чертом голосом полным равнодушия.
Челюсть брюнета сжалась, в глазах заплясал огонь. Его огненная натура требовала выход, но он боялся потревожить Нику, поэтому сдержался, попытавшись утихомирить свои эмоции:
– Иди, отдохни, моя очередь сидеть с ней.
Лихо молча поднялся со своего места, еще раз посмотрел на девушку и только сейчас посмотрел на собеседника:
– Она должна проснуться к утру, тогда и отправимся к альвам.
– Она выдержит путь? – черт с сомнением посмотрел на босса.
– Здесь оставаться еще опаснее, в любом случае. – Лихо покинул комнату, плотно прикрыв за собой дверь.
Черт так и стоял на коленях возле ее кровати, не в силах отойти ни на шаг. В голове постоянно всплывали воспоминания о том дне, когда он чуть было, не потерял свою малышку.
Это было просто чудо, что они с Лихом каким-то шестым чувством ощутили неладное и решились все-таки навестить свою спутницу. Он хорошо помнил, как подойдя к двери ее комнаты, услышал запах ее крови и страха, как разум затопила неконтролируемая ярость, как он вышиб дверь в безумном желании успеть, во что бы то ни стало.
Упырицу ждала бы страшная смерть, если бы Лео не отобрал, ее бьющееся в ужасе истерики, тело у черта. Передав изломанную Владу, сбежавшимся на крики, обитателям терема, во главе с побледневшим от осознания происходящего Савелием, Лео стребовал с того клятву крови. Несчастный отец не посмевший нарушить закон, подписал собственной дочери приговор.
Лео до последнего не допускал Макса в пыточную, пытаясь допросить Владу. Но девушка, казалось, лишилась рассудка, твердя про какой-то обряд в котором две души поглотят два сердца. Упырица была безумна, временами завывала диким зверем, скребла ногтями каменный пол и стены своей камеры, но чаще хохотала, выкрикивая несвязные фразы о смерти и чьем-то могуществе. Ее постоянно повторяющийся крик: «Два! Их должно быть два!» – еще долго стоял в ушах. Так и не узнав ее мотивов, Лихо решил закончить с дознанием. Наутро третьего дня Владу казнили на месте. Лео самостоятельно занес над ее головой меч, именно ему по статусу приходилось карать или миловать. Великое Бедствие Человеческое был опасен не только для мира смертных.
Черт устало выдохнул, погладив Нику кончиками пальцев по щеке. Все те три первых дня, пока Лихо выполнял свой долг, Макс неотрывно находился с раненной девушкой. Ее рана была не смертельной, повезло, что внутренние органы оказались, не задеты, но ведающая потеряла слишком много крови, поэтому никак не хотела приходить в сознание.
Липкий страх потерять ее, змеей поселился в его сердце, отравляя своим ядом и обнажая худшие черты его натуры. Черт понимал, что никогда не откажется от Ники, даже если она сама будет умолять об этом. Он просто не сможет, прожить без той части души, что уже успел отдать ей.
***
Опять эта головная боль, как же я устала от нее. «Почему веки такие тяжелые и все тело словно превратилось в камень?» – я закашлялась, с усилием приоткрывая глаза. Слабый утренний свет резанул по ним не хуже факела, издав протяжный стон боли, постаралась моргать медленнее, но все равно почувствовала покатившуюся по щеке горячую дорожку слезы.
– Малышка, – взъерошенный черт смотрел на меня глазами полными надежды. – Малышка, ты пришла в себя. – словно не веря повторил он.
Я снова закашлялась, неуклюже попытавшись приподняться на локтях. Макс бережно приобняв меня за талию, перевел такое непослушное сейчас тело в сидячее положение.
– Ники, не спеши, ты была без сознания больше пяти дней. – черт поднес к моим губам кружку с водой и я, начав было жадно пить прохладную жидкость, подавилась от услышанного. «Пять дней…» – это слишком долго для тела находящегося в неподвижном состоянии.
Подняв на мужчину вопросительный взгляд, попыталась задать вопрос, но услышала только сдавленный хрип, отдаленно напоминающий мой голос.
– Не разговаривай, Ники, отдохни еще немного, нам и так предстоит уже сегодня покинуть земли клана. – черт поправил подушку у меня за спиной и принялся рассказывать мне обо всем, что я пропустила валяясь тут в беспамятстве.
По мере того, как он продолжал рассказ, черт спокойно читал мою реакцию, как открытую книгу, по красноречивым эмоциям, отображавшимся на моем лице: я то шокировано распахивала глаза, то нервно закусывала пересохшие губы. Он выстраивал свой монолог, понимая, где мне нужно больше подробностей, а что можно умолчать.
Неуверенно приподняв руку с меткой, я смогла все-таки произнести:
– Не помогло…
Мужчина нахмурился, но через долю секунды понял смысл моих слов.
– Я говорил, что никто в здравом уме не подумает навредить невесте высшего, а Влада потеряла рассудок.
– Савелий? – пока что я смогла только назвать его имя, но черт продолжил, угадывая мой вопрос:
– Мы не видели его со дня казни. Нас терпят тут только из-за страха полного уничтожения клана и потому что, их глава допустил приговор дочери, но, малышка, нам нужно как можно скорее убираться отсюда, кто знает, насколько безграничным окажется их терпение.
Я кивнула, признавая его правоту. Я могла идти, я это чувствовала, тело ломило, в районе наложенной на ребра повязки неприятно тянуло, но это все было уже не смертельно, а выбираться из этого места нам было действительно необходимо.
– Как ты себя чувствуешь? – черт нежно провел рукой по моим спутавшимся волосам. – Словно нет энергии уже месяц? – попытался пошутить он.
– Год. – я попыталась улыбнуться в ответ.
– Плохо. И в таком состоянии не пришла бы ко мне? – багровые глаза выжидающе посмотрели из-под густых ресниц.
– Не пришла бы.
Положа руку на сердце, я не знаю, чтобы делала и о чем думала, если бы смогла довести себя до подобного одним энергетическим голоданием. Вероятно, просто сошла бы с ума намного раньше, либо снова поддалась бы проклятому инстинкту выживания, приняв «помощь» того, кто захочет ее предложить. Я устало прикрыла глаза, но потом в ужасе слишком резко распахнула их, добившись того, что перед ними заплясали темные круги, меня прошибло резкое осознание, что все пять дней меня кто-то кормил, переодевал и о Боги… – вероятно мыл.
Удивившийся моей неожиданной реакции черт вопросительно изогнул брови.
– Макс, кто… кто меня… – приступ кашля царапал горло словно когтями.
– Мы оба .– черт отвел глаза в сторону, но продолжил ровным тоном. – Мы не могли подпустить к тебе никого из упырей, сама понимаешь. – брюнет словно извиняясь пожал плечами. – Поэтому пришлось все делать самим.
Боги, мне никогда еще не было так стыдно. В этом момент я пожалела, что Влада просто не прирезала меня, вместо того позора, что сейчас обрушился на мою больную голову.
– Она проснулась? – в комнату широким шагом зашел улыбающийся Лихо. – Наконец-то, ведающая, я рад снова видеть тебя во здравии.
При взгляде на Лихо мой стыд возрос в геометрической прогрессии. Кажется, что даже мои уши стали пунцового цвета. Я натянула на себя с головой одеяло, стараясь провалиться сквозь землю.
– Что это с ней? – удивленный Лихо смотрел то на меня, старательно пытающуюся мимикрировать под окружающую среду, то на ухмыляющегося черта.
– Вредничает, не обращай внимания, босс. – не выдал меня черт.
По темным стенам грота пляшут многочисленные блики свечей, плавящих свой воск на острых камнях повсюду, куда достигает зрение. Мерный звук, падающих с потолка каменного зала капель воды, отдается многократным эхом.
Высокая фигура в длинном плаще стоит с простертыми к высокому потолку руками. Широкий капюшон полностью закрывает лицо неизвестного, приглушая звуки голоса:
«…Правь ушла по дороге времени, освещаясь каждым днем Яви, Навь же остается Навью, сейчас и по окончанию веков. Как день и ночь неразрывно следуют друг за другом, так и Правь сменяется Навью. Никому не замедлить ход времени, не изменить порядка мироздания. Ни Бажьбогу, ни Велесу, ни Сварогу, ни Макоши. Как Навь поглощает детей Прави, так и Двоедушник поглотит два сердца отданных добровольно…»
Голос то возвышается, то опускается до шёпота, произнося слова словно молитву. Фигура подняла голову и в темноте под капюшоном сверкнули два глаза. Я не видела его лица, но поняла, что последнюю фразу неизвестный произнес, неотрывно смотря мне в глаза: «Я жду».
***
– Ника, проснись!
Открыв глаза и смахнув с себя остатки неприятного сна, я увидела взволнованное лицо Лиха нависающего надо мной. Мужчина сидел на траве рядом с моим спальником, придерживая мои плечи.
– Лео? – хриплый после сна голос неприятно прозвучал в тишине ночного леса.
– Ты кричала во сне, металась, я решил тебя разбудить. – мужчина смущенно пригладил свои волосы.
– Спасибо, просто дурной сон. – я села высвобождаясь от спальника. Спать абсолютно расхотелось, а ночная прохлада только взбодрила еще сильнее. Я посмотрела на угли догорающего костра, яркие всполохи гипнотизировали, дарили ощущение тепла.
Вот уже три дня мы шли в сторону Лебединой страны – пристанища всех альвов. Как объяснили мне спутники, у повелителя этого народа – Святибора, богатая шпионская сеть по всему тонкому миру и миру людей, а так же довольно внушительная библиотека, хранящая в себе множество древних писаний, что могло помочь мне в моих поисках ответов.
Я уже практически оправилась от полученного ранения, только небольшой светлый шрам на боку, напоминал мне о том вечере. Процесс заживления шел невероятно быстро, благодаря крови Лео, которой он меня, оказывается, напоил, пока я лежала без сознания в тереме упырей. Рассказывая обо всем случившемся, за те пять пропущенных мной дней, мужчины периодически перебивали друг друга, подначивали, иной раз даже начинали зло шипеть, что неизменно меня веселило. «Ох уж эти демоны, шипят как змеи, – я мысленно засмеялась. – Или котята».
Лео рассказал, что хоть Влада и пыталась меня убить, по одной ей ведомой причине, но к убийствам в городе она не имела отношения, что ставило наше расследование практически в тупик. Именно поэтому он, как главный, в нашей небольшой группе решил выдвинуться в сторону Лебединой страны, чтобы запостись дополнительной информацией и сделать передышку. Нам с Максом, как обычно, ничего не оставалось, как молча согласиться с его решением.
– Расскажешь, что тебе снилось? – рядом со мной опустился Лихо, заправляя непослушную прядь волос мне за ухо.
– Обычный кошмар. – слабо отмахнулась я. – Ничего особенного, что-то про два сердца, Правь, Навь и… – я задумалась вспоминая. – Не помню точно, но что-то связанное с душой.
– Хм, интересно. – взгляд Лиха стал сосредоточенным.
– Лео, а где Макс? – у догорающего костра мы сидели вдвоем, и нашего третьего спутника не было нигде видно.
– Пошел на ночную охоту. Сказал, что устал от мелких фазанов и кроликов, ему добычу побольше подавай. – усмехнулся мужчина. – Энергию девать некуда, вот и беситься. – тихо добавил Лео смотря себе под ноги.
– Это в его духе. – я хмыкнула при мысли о том, как черт бегает по лесу в поисках кабана, и потянулась за фляжкой с водой.
Небо постепенно начало терять свою непроглядную черноту, уступая холодному серому цвету. Звезды были еще хорошо различимы, но я знала, что скоро они начнут таять в первых лучах рассвета. Где-то уже завел свою песню соловей.
– Возьми. – Лихо протянул свою фляжку, предлагая мне. – Чтобы не замерзла. – подмигнул он.
Я вопросительно наклонила голову, но, не дождавшись ответа, а только лишь удостоившись хитрой улыбки, сделала первый глоток. Язык и горло приятно опалила сладость медовухи. Довольный Лео смотрел на то, с каким удовольствием я облизываю губы:
– Я знал, что ты оценишь, особенно после всего пережитого.
– А я всегда знала, что ты отличный товарищ! – выпалила я, чмокнув «великого и ужасного» Лиха в щеку.
– Да, на счет этого, Ника… – Лихо замялся в нерешительности, но несколько раз крепко стиснув зубы, все-таки продолжил. – Как я уже говорил Максу, у тебя остается право выбора. – мужчина кивнул на мою руку, метка на которой поднялась уже практически до локтя.
«По-моему, Макс этого не понимает и выбор мне предоставлять не собирается» – я с раздражением вспомнила про упрямого рогатого, который вообще имел наглость заклеймить меня, как какой-то скот! Мысли вслух я произносить не стала, почему-то не хотелось рассказывать о своих проблемах.
– Все нормально, он дал мне время подумать. – я постаралась не слишком фальшиво улыбнуться в конце. – Но, на всякий случай, как снять метку без согласия жениха? – я решила, что знать запасные пути отступления мне совершенно не помешает.
– Убить его, все очень просто. – Лео улыбнулся, запуская пятерню в и так взлохмаченные волосы. – Высший не сможет взять свое только после смерти.
– И как убить бессмертного Высшего? – я с интересом уставилась на задумавшегося о чем-то Лео, в нетерпении потирая бок фляжки. Я понимала, что убийство высшего практически невыполнимая задача, да и, не смотря на то, как поступил со мной черт, зла ему не желала, а спросила скорее из вредности.
– Попросить другого Высшего сделать это для тебя. – глухим голосом ответил Лихо.
Я отсалютовала фляжкой, признавая немое поражение. Лихо говорил о немыслимом, рассуждая при этом спокойным тоном. Но, к моему удивлению, мужчина продолжил:
– Я хочу, чтобы ты просто знала, что можешь рассчитывать на меня. – Лихо говорил это таким голосом, словно давно уже все решил для себя, а сейчас просто озвучивал мысли вслух.
– Хорошо, я…
– Ника, – Лео дотронулся до моей щеки костяшками пальцев, аккуратно очерчивая изгиб моего лица. – Ты не должна ему ничего, просто знай это.
Я кивнула, сглотнув подступивший ком, а Лео немного наклонив голову, начал медленно наклоняться к моему лицу, словно собираясь поцеловать меня.
– Извините, что мешаю, но уже рассвет, а завтрак сам себя не приготовит. – ехидный тон в голосе Макса был приправлен изрядной порцией яда.
Черт грузно скинул тушу оленя, которая до этого покоилась на его плечах, у наших ног и внимательно посмотрел на нас двоих, сложив руки на груди.
– Все хорошо, Макс, ты не помешал. – Лихо встал, как ни в чем не бывало, на ноги и направился в сторону леса. – Я принесу дров для костра.
– Малышка? – хвостатый перевел вопросительный взгляд на меня.
Я похлопала по траве возле себя:
– Садись, будем готовить завтрак.
После того, как все плотно поели, выдвинувшись в путь, я шла то и дело, поднимая глаза на яркое летнее солнце. Настроение, вопреки всему, было отличное, даже головные боли давно меня не тревожили, что давало, хоть и призрачную, но надежду, на еще несколько более-менее спокойных дней. Макс тоже перестал дуться на нас, видимо решив, что утром ему просто показалось. А, в сущности, так оно и было. Не мог же Лихо действительно хотеть меня поцеловать? Это было бы полным бредом, всегда спокойный и рассудительный Лео не пошел бы на такой ребяческий поступок просто, чтоб насолить своему подчиненному, я была в этом уверена.
Благодаря стационарному порталу-переносу, который мы встретили, около часа назад, путь до страны альвов значительно сократился. Я знала лишь то, что по людским преданиям, Лебединая страна находится или находилась где-то в районе Черноморского побережья. Без портала наше путешествие заняло бы еще около недели, но сейчас нам оставались, примерно, сутки пути. Вдалеке уже показались густо покрытые зеленью горы.
Макс идя во главе нашего отряда, по узкой тропе, которая, не переставая вилась, все время от момента нашего выхода из портала, резко затормозил, указывая на что-то впереди. Я ничего не видела из-за широкой спины мужчины, поэтому, когда Лео присвистнув, резко развернул меня, утыкая лицом к себе в грудь, забарахталась в сильной хватке, стараясь, высвободится, находясь в полном недоумении.
– Ведающая, не смотри, там трупы. – Лихо прижал меня посильнее.
– Людей? – пискнула я, прекращая свою бессмысленную возню.
– Нет, – Макс ответил первым .– Животных, но на такое лучше не смотреть.
Лео взял меня за плечи, наклонился и умоляюще посмотрел в глаза:
– Ника, останься тут, прошу. Мы с чертом быстро осмотрим тела и расчистим дорогу.
– Все настолько плохо? – я не понимала реакцию мужчин, они прекрасно знали, что работая в медицине, я ни раз сталкивалась с трупами и смертью в целом. Что же такого было на этой тропе, раз они так отчаянно решили меня уберечь от неприятного зрелища?
Отойдя от меня, Лео молчал несколько долгих минут, по всей видимости, осматривая место гибели и самих животных, но потом все-таки ответил:
– Косули и вот это непонятное месиво, предполагаю, что было стаей птиц. – я не видела на что указывал Лихо, но ощущала холодок прошедший по спине. – Макс, мне кажется, или характер ран схож с теми, что были на телах погибших людей?
– Да, босс, можно сказать, что работа выполнена один в один. – уверенность в голосе Макса не оставляла надежды на ошибку.
– Интересно. – протянул Лео. – И так близко к границам альвов. Не зря мы сюда пришли, оказывается.
– Мальчики, когда повернуться то можно? – мне надоело разглядывать однообразный пейзаж и старательно прислушиваться к этим двум приверженцам патриархата.
За спиной послышалась какая-то возня, шорохи и звук, напоминающий, словно по земле волочили что-то очень тяжелое.
– Готово. – повернувшись, увидела довольного Макса машущего мне рукой с предложением подойти поближе.
Я огляделась вокруг, заметив лишь темные запекшиеся пятна на траве и камнях. Чуть поодаль от тропы росли раскидистые кусты можжевельника, по всей видимости, туда два демона все и отволокли.
– И? – я вопросительно уставилась на мужчин.
Лео, неопределенно пожал плечами:
– Почерк как в городе, только жертвами, на этот раз стали животные.
– Ты хочешь сказать, что убийца где-то рядом? – я поежилась, от одного предположения о том, что неизвестный маньяк может в эту самую минуту даже наблюдать за нами, стало не по себе.
– Возможно, – хвост черта обвился вокруг моей лодыжки. – Малышка, не бойся, мы ведь рядом.
– Иногда именно этого я и боюсь. – пробурчала я себе под нос, как можно тише.
– Пойдемте, – Лео недовольно посмотрел на черта. – Макс, прекрати распускать хвост и живо в путь. Скоро мы выйдем к сторожке, там и останемся до следующего дня. В сумерках, все равно опасно двигаться через горы.
В ответ Макс оскалил появившиеся клыки, но промолчал. Мне казалось, что припираться, у этих демонов вошло уже в привычку, своеобразное развлечение, ведь никто из них всерьез не переходил черту дозволенного, а лишь иногда, как сейчас Макс, «показывал зубки».
Я устало поплелась за ними, сетуя на судьбу, закинувшую меня с этими сумасшедшими непонятно куда и непонятно для чего. – «Боги, неужели я решила, что обещанного вознаграждения хватит за все происшествия в этом пути? Я явно просчиталась, надо было выторговывать у Лиха намного больше». – продолжая самобичевания, понуро опустила голову, нехотя переставляя ноги и пиная попадающиеся по пути камушки.
Как и говорил Лихо, небольшое деревянное строение, именуемое сторожкой, я увидела примерно через час невеселых дум о смысле бытия. Избушка была совсем покосившейся. Местами прогнившая дверь висела на одной петле, неприятно поскрипывая от каждого дуновения ветерка. Перед крыльцом когда-то были ступеньки, от которых сейчас осталось несколько досок, валяющихся тут же. К сторожке одной стеной примыкал крохотный амбар, находившийся в не лучшем состоянии.
– Да… – без капли энтузиазма вырвалось у меня.
Мужчины разделились: черт пошел проверять амбар, а Лихо скрылся за дверью избы. Несколько минут относительного одиночества хватило мне, чтобы опять вспомнить про нашу страшную находку у тропы и возможную близость убийцы. Мурашки прошлись по позвоночнику, заставив передернуть плечами.
– Все чисто. – выкрикнул Лео, показываясь в дверном проеме.
– Не сказал бы, что «чисто», но мы тут явно одни. – присоединился к нему голос Макса, выходящего из амбара и снимающего на ходу соломинку с плеча.
– Ты что, сеновал там проверял? – спросил Лихо, уставившись на Макса, который сейчас пытался очистить свою одежду и волосы от множества маленьких соломинок.
– Конечно, босс, – лукаво подмигнул черт. – Проверял, будет ли тебе там удобно сегодня ночью.
Я направилась к сторожке, хотелось само оценить уровень условий на эту ночевку. Да и перепалки двух демонов уже порядком утомили.
За спиной донеслось, как Макс не может угомониться:
– Я в сторожке могу поспать, с невестой, а ты в амбаре, чтобы нам не мешать.
Не выдержав крикнула из-за спины:
– Невеста спит одна, а в кровати или на сене, решайте сами, как мужчины.
Раздалось недовольное сопение черта и практически истерический хохот Лиха. Рыжий начальник явно получал удовольствие от неудачи своего коллеги.
Внутри действительно было все не так плохо, как могло показаться из-за первого впечатления от внешнего вида строения. Сухо, относительно тепло, только из-под покосившейся двери немного поддувает, но ночи сейчас теплые, поэтому такая незапланированная вентиляция не создаст проблем. Пройдя через узкие сени, я попала в большую комнату, которую на современный манер, можно было окрестить «студией» из-за соседства спального и обеденного места. Небольшая, застеленная вязаным пледом кровать, с горой пестрых подушек, сразу же привлекла мой уставший взгляд. Почувствовав, вмиг загудевшие напряженные ноги, с удовольствием представила как, завернувшись в одеяло, свернусь на ней калачиком и засну, сейчас подобное казалось наивысшим наслаждением после нескольких ночей в спальнике. Пройдя мимо круглого дубового стола, пальцем смахнула слой пыли с его столешницы: «Пыльно, но поправимо». Даже то, что старые половицы издают протяжный скрип на каждый мой последующий шаг, абсолютно не расстраивало, в конце концов, это было временное пристанище, и оно меня полностью устраивало.
– Ники, тебе помочь? – в комнату ворвался вихрь под названием Макс. Парень счастливо улыбался, опираясь боком об косяк входной двери. – Лео на заднем дворе освежевывает кроликов к ужину, так что мы одни. – черт подошел вплотную, обняв меня за талию и произнес, обдавая мочку уха горячим дыханием. – Малышка, я скучал.