– Найди того, кто поведёт народ, и брось его в темницу… а лучше – казни его… на глазах народа, – дала совет Цирцея. – Народу будет это уроком, что не стоит идти против своего короля.
– Я это и сам знаю, – несколько грубо бросил Фаэтон. – Не первый бунт подавлять собираемся, – с укором в голосе заметил он. – Помоги мне найти того, кто поведёт народ. Помоги найти мне зачинщиков.
– Конечно же, помогу, – произнесла колдунья и подошла к своему заветному зеркалу.
После того, как она взмахнула своей левой рукой, в воздухе описывая ею полукруг, в зеркале появились улицы королевства. Колдунья что-то прошептала и картинки в зеркале начали стремительно меняться. Фаэтон даже не мог за всем этим уследить. Улицы сменялись улицами, дома сменялись домами, люди сменялись людьми. Шёл поиск.
И зеркало Цирцеи, в конце концов, показало Фаэтону зачинщиков нового восстания. И кроме того, зеркало показало ему, где их искать.
– Теперь дело за тобой, Фаэтон! – изрекла колдунья. – Действуй!
3
Фаэтон вмиг собрал своих воинов и отправился за людьми, которых показало ему зеркало Цирцеи. За зачинщиками нового бунта. Всего таковых было пятеро. Взяли только четверых и бросили в темницу. Сопротивление при аресте, конечно же, было, но королевские воины быстро его подавили. Что могли сделать безоружные крестьяне и ремесленники поодиночке против десятка натасканных и до зубов вооружённых воинов.
Четверых бросили в темницу. Оставался ещё один. Кузнец Ксенофан. За ним и отправились королевские воины на край города. Нашли они его, где и полагается быть кузнецу, в кузнице. Он ковал мечи для народа, народа, который желал скинуть короля Эвенора с трона Лайты.
Как и все остальные, Ксенофан оказал сопротивление. И чтобы взять его, королевским воинам пришлось очень сильно потрудиться. Ведь кузнец неплохо владел мечом, да и сила у него была немалая. Не кулаки, а кувалды были у Ксенофана. Кулачищи у него были ещё те. Дух одним ударом из тела вышибить мог. Но воины всё-таки взяли его. С большим трудом, но повязали они кузнеца.
И всё для них завершилось бы хорошо, если бы не появилось два всадника. Кто они и что они – определить было нельзя: их лица были скрыты от любопытных глаз воинов масками. Безо всякого предупреждения всадники начали обстреливать королевских воинов стрелами. Они стреляли отменно. Ни одна стрела не пролетела мимо намеченной цели. Каждая из них вонзилась в тело воина. Все они, в том числе и Фаэтон, были ранены, но никто не был убит. Всадники никого не хотели лишать жизни. Они всего-навсего хотели освободить Ксенофана. И им удалось это сделать.
– Тебе есть, где спрятаться? – спросил у кузнеца один из всадников, когда королевские воины охая да ахая покинули кузнечный двор.
– Да, есть, – ответил удивлённый Ксенофан. – Но Цирцея рано или поздно найдёт меня. Она всегда находит то, что ищет. Зеркало волшебное у неё есть. Оно ей всё и показывает.
– Об этом не беспокойся. Больше она вас не найдёт, – уверил кузнеца один из всадников. – И учти, твоих друзей сегодня бросили в темницу, – поведал он далее.
– Как бросили? – пуще прежнего удивился кузнец. – Когда?!
– Сегодня утром, – ответил всадник. – Благодаря Цирцеи и предателям среди вас, король знает о ваших планах.
– Послушай, нам пора уходить, пока не вернулись королевские воины с подмогой, – прозвучал женский, довольно приятный голос.
– А вы кто такие? – поинтересовался у своих спасителей кузнец. – Кому я должен быть благодарен за своё спасение?
– Всему своё время! – уклончиво ответил ему всадник. – А сейчас не мешкай, Ксенофан! – продолжил он. – Сюда могут вернуться воины короля. Уходи отсюда! – добавил он, после чего развернул коня и вместе со вторым всадником направился в сторону Солнечного леса.
4
– Может быть, стоило ему рассказать? – спросила девушка своим мелодичным голоском, стягивая со своего лица синюю маску. Если немного присмотреться, то на правой щеке красавицы можно было заметить небольшой шрам. Он остался от ранения, которое она получила ещё в детстве. – Ведь люди хотят скинуть моего дядю с трона, – далее заметила светловолосая красавица.
– Нет, не стоило! – категорично ответил ей Лаэрт. – Ещё не время говорить о твоём появлении, Тисса.
– Почему? – полюбопытствовала принцесса.
– Во-первых, Ксенофан мог не поверить, – сказал Лаэрт. – Во-вторых, если бы он поверил, он, скорее всего, рассказал бы о тебе своим людям. Такая новость обязательно пойдёт в народ. И такая новость обязательно дойдёт до короля. Нам это не на руку. Ты считаешься погибшей. Пускай оно пока так и будет.
– Хорошо! Пускай оно пока так и будет, – согласилась Тисса. – Но люди верят в то, что я жива и ждут моего появления, – заметила принцесса.
– Всему своё время, – ответил на это Лаэрт. – Верь мне. Пускай Эвенор думает про нас то, что думает. Пускай спит пока спокойно. Я плохого не посоветую, Тисса.
– Хорошо, Лаэрт, – промолвила принцесса. – Я верю тебе.
– Нам надо пробраться во дворец, – поведал далее Лаэрт. – Скинуть Эвенора с трона будет мало. Он должен сознаться в том, что именно он отравил твоего отца, что он без зазору совести наврал народу Лайты про меня и твою маму, опорочив нас с ней перед народом королевства. Он должен сказать народу правду. – После небольшой паузы воин добавил: – Пойдём этой ночью.
Дальше свой путь Лаэрт и Тисса продолжили молча. А путь они держали к Миневре, которая жила у реки неподалёку от небольшого, но сказочно красивого водопада. Не каждый мог сюда попасть. Тропу специальную знать надо было.
– Как всё прошло? – поинтересовалась она, как только принцесса с Лаэртом вернулись назад.
– Всё хорошо, – по ребячески ответила ей Тисса. – Мы не отдали Ксенофана королевским воинам, – героически добавила она.
– Послушай, Миневра, – обратился к ведьме Лаэрт, – ты можешь как-то повлиять на зеркало Цирцеи? Оно не должно ей больше ничего показывать, ибо король будет знать каждый шаг повстанцев.
– Могу. Вас же я скрывала от неё всё это время, – с лёгкой, приятной улыбкой на устах игриво поведала воину Миневра, немного поправив свою рыжую чёлку. – Теперь зеркало Цирцеи ничего ей не покажет.
Все одиннадцать лет Тисса и Лаэрт жили в Солнечном лесу. Считай под самым носом короля. Волки Миневры спасли их тогда, у тайного хода, когда они бежали из дворца и были настигнуты Эвенором и его свитой. И с тех самых пор завораживающий своей сказочной красотой Солнечный лес стал домом для Тиссы и королевского воина Лаэрта. Время шло, и Тисса росла. Принцесса любила любоваться восходами и закатами солнца. Она любила наблюдать за облаками, неспешно плывущими по лазурному небу. В каждом облаке она всегда высматривала то какую-то фигурку, то какую-то зверушку. Принцесса любовалась каждым цветком, расцветавшим в лесу. Она любовалась сказочно прекрасными пейзажами, которыми был усеян Солнечный лес. Она наслаждалась журчанием лесной реки и шумом ветра. Тисса подружилась с каждым зверем лесным. Каждый был ей по-своему и мил, и забавен, и красив. Но больше всего Тисса подружилась с волчицей Аретой. Принцесса и волчица были почти неразлучны, они почти всегда были вместе. Несмотря на свой дикий нрав, волчица становилась совсем ручной при виде Тиссы.
Принцесса росла и с каждым новым днём она всё больше и больше понимала, что весь этот величественный и восхитительный Солнечный лес – это живое создание. А сколько таких лесов на всей Земле? Великое множество. И ведь все они тоже живые создания! А это значит, что они могут чувствовать и боль, и ласку, что они прекрасно чувствуют и счастье, и печаль. Не надо удивляться, но леса могут и плакать, и смеяться. В этом неоднократно убеждалась принцесса Тисса.
Стоит сказать, что понимать всё это, чувствовать плач Природы или её звонкий радостный смех научила Тиссу Миневра. Прекрасная дева-ведьма научила принцессу понимать Природу, слышать её.
И пока Миневра учила Тиссу понимать Природу, видеть её красоту, королевский воин Лаэрт обучал принцессу искусно владеть мечом, метко стрелять из лука, чётко в цель кидать ножи, мастерски сражаться шестом, а также стоять за себя в тех случаях, когда под рукой нет никакого оружия.
Принцесса Тисса была смышлёной девушкой. Поэтому обучалась она всему быстро и легко всё схватывала на лету. Да и потом. она должна была вернуть себе трон, когда-то незаконно отнятый у её отца. А для этого она должна была стать воином.
Лаэрт, как доблестный воин и высоконравственный человек, помимо всего прочего дал понять Тиссе одну истину: «Чем лучший ты воин, тем больше на тебе ответственности». Лаэрт научил принцессу тому, что все полученные знания от Миневры и от него она не должна применять против Мира, против Добра. Все полученные знания и умения она должна использовать для искоренения Зла, для его изгнания со своей Земли. Она должна стать справедливой правительницей, как говорил Астианакт с Горы Чудес на площади Ясного Солнца.
И когда принцессе исполнилось восемнадцать лет, она решила вернуть себе то, что принадлежит ей по праву. Она твёрдо решила вернуть себе трон.
5
– Цирцея! – позвал Эвенор придворную колдунью рассерженным голосом, войдя в её сумрачные палаты. Он был зол. Очень зол.
– Что стряслось, мой господин? – спокойно спросила колдунья короля.
– Нужно найти кузнеца Ксенофана, – ответил ей Эвенор. – Но в первую очередь, – злость и ненависть блеснули в глазах короля, – нужно найти двух неизвестных всадников, которые помешали моим воинам арестовать кузнеца. Я хочу знать, кто они и откуда взялись.
– Будем искать, – также спокойно изрекла Цирцея и описала в воздухе своей левой рукой полукруг.
Цирцея не ожидала произошедшего. Точнее сказать, не произошедшего. Зеркало-то продолжало отображать её образ, как и до взмаха её руки.
Колдунья взмахнула рукой ещё раз. Изображение в зеркале осталось прежним. Колдунья взмахнула ещё раз. И снова всё без изменений.
– Какие-то проблемы? – поинтересовался у Цирцеи Эвенор, видя её отчаянные попытки «запустить» зеркало.
– Зеркало ничего не показывает, – ничего не скрывая, поведала ему колдунья тем же спокойным голосом.
– Как ничего?!!! – грозно изрёк король. – И ты говоришь об этом так спокойно!!!
– Кто-то навёл на него чары, – поведала Цирцея.
– Кто этот кто-то?!!! – ярость короля нарастала.
– Я не знаю, – продолжала сохранять спокойствие колдунья.
– Узнать можешь? Или хотя бы чары снять? – бросил Эвенор.
– Я попробую, – ответила Цирцея.
И после этого она закрыла глаза, положила руки на зеркало и начала что-то шептать. Эвенору показалось, что сумрачные палаты колдуньи стали ещё темнее. И вот колдунья развела руки в стороны и повернула ладони в зеркало – и из них моментально были выпущены молнии, которые тут же были поглощены зеркалом.
– Ну что?! – в нетерпении изрёк король.
– Ничего, – ответила Цирцея. – Чары не сняты.
– Попробуй ещё раз, – потребовал король.
– Я не сниму этих чар, – призналась колдунья.
– Почему?!!! – удивился Эвенор.
– Чары очень сильные, – далее призналась колдунья. – Я не могу их снять.
– А может быть, твои чары слабы?! – гневно и лукаво бросил король.
– Чары наслала Миневра, – небрежно бросила Цирцея Эвенору. Она злилась. Злилась на своё бессилие. Ведь она не могла противостоять лесной ведьме.
– Миневра?! – удивился тот. – А ей-то какое дело до всего этого?!
– Этого я не знаю, – ответила колдунья. – Но знаю то, что Миневра очень сильная, очень могущественная и опасная ведьма. Сказывают, что её даже Чернобог боится.
– Она даже сильнее тебя?! – спросил её Эвенор.
– Возможно, – коротко и несколько виновато ответила Цирцея.
– Возможно?!!! – удивился ответу король. – Ты не можешь снять её чары. А это значит, что она сильнее тебя, – гневно выпалил король. – Может, мне её взять на службу?.. Вместо тебя.
– Попробуй сначала её найти, – изрекла колдунья. – Никто не знает, где её искать. Даже богам неведомо это. Сказывают, она сама приходит, когда в ней есть надобность. Но если уж тебе удастся её найти, то учти – Миневра никому не служит. Она сама по себе.
– Ты боишься потерять своё место и свои привилегии, которые ты имеешь в моём дворце, поэтому и выдумываешь всякие небылицы, – утвердительно произнёс Эвенор. – Признайся в этом!
– Я тебя просто предупредила, – ответила Цирцея. – Мне нет надобности лгать тебе и выдумывать небылицы.
Эвенор немного посмотрел на колдунью, после чего спешно покинул её палаты.
6
Вернувшись в тронный зал, Эвенор поручил Шеддаду разыскать Сурида, заместителя Фаэтона. Фаэтон был ранен и залечивал сейчас свои раны. А посему он не мог качественно выполнять свои обязанности. Шеддад, не мешкая, тут же разыскал Сурида. Для него это не составило особого труда.
– Вы звали меня, Ваше Величество!? – произнёс Сурид, высокий, худощавый человек с хитрым взглядом, когда вошёл в тронный зал к королю.
– Сожги несколько домов простолюдинов, – приказал ему Эвенор. – Какие хочешь. На свой выбор. И скажи людям, что вот так, дом за домом, я буду сжигать ихние жилища, пока они не отдадут мне кузнеца Ксенофана. Уяснил?
– Да, Ваше Величество! – ответил Сурид.
– Тогда ступай! – бросил Эвенор. – И приступай к делу. Не мешкай с этим.
Заместитель начальника стражи тут же покинул тронный зал. Он созвал воинов и без промедлений направился в город выполнять приказ короля.
7
– Какой же он жестокий! – воскликнула принцесса, видя в волшебном зеркале Миневры, как сгорает домики старого рыбака, бедного гончара и молодой вдовы с двумя детьми на руках.
– Твой дядя никогда не отличался добротой, – ответил на это Лаэрт и посмотрел в окно. – Смеркается уже. Пойдём, когда стемнеет. А к тебе, Миневра, у меня есть просьба.
– Говори! – промолвила ведьма.
– Во дворец мы будем пробираться через подземный ход, – поведал воин. – Ход мы пройдём. Но вот во дворец мы попасть не сможем, ибо вход закрывает камень, который открывается изнутри, из дворца. Тебе надо отодвинуть этот камень. Сможешь это сделать?
– Конечно же, смогу, – ответила Миневра. – Сделать это мне не составит особого труда.
– Тогда мы рассчитываем на тебя, – произнёс Лаэрт.
И вот когда ночь окутала Солнечный лес тьмой, принцесса Тисса и воин Лаэрт во всеоружии и с полной готовностью биться за трон Лайты вышли из дома Миневры и направились к своим лошадям. Тут к принцессе подбежала волчица Арета. По её глазам принцесса поняла, что волчица не хочет, чтобы она уходила.
– Арета! – присела Тисса, поглаживая голову зверю. – Мы встретимся! Обязательно встретимся! Разве я могу обмануть такого преданного друга, как ты?
Арета пролаяла в ответ. И из этого лая Тисса поняла, что волчица будет её ждать.
Принцесса запрыгнула на свою лошадь и сказала Арете: