Пусто. Холодно и пусто вокруг. Джерри открыл глаза и сел в кровати. Он был в своей палате, там же, где и заснул. В этой крохотной комнатке кроме него не было ни души. Джерри вылез из кровати и вышел из палаты в коридор. Увиденное заставило его вздрогнуть – коридор изменился; стены его, когда-то выкрашенные в весёлый салатовый цвет, теперь обгорели и облупились, покрылись сажей и тёмными подтёками. Потолок почернел и раскрошился. Пол из дерева в некоторых местах обвалился, и теперь на месте обвалов зияли дыры, ведущие на нижние этажи. Джерри осторожно заглянул в них. Внизу сгущалась бездонная тьма.
Джерри отпрянул от дыры в полу, как от огня, и зашагал вперёд. Под ногами валялся всякий мусор: обгоревшие деревянные балки, ржавые трубы, кресла-каталки, обрывки бумаги, развалившиеся тумбочки, поперёк коридора лежали выломанные двери, какие-то грязные тряпки, разбитые ампулы и прочее.
Джерри шёл вдоль коридора, переступая через весь этот мусор. Он почувствовал себя очень одиноким. Вокруг не было ни единого звука. Многие лампочки на потолке погасли, а те, что ещё дарили свет, судорожно мигали. В воздухе стоял запах гари и копоти. Лечебница увязла в зловещей тишине.
Джерри дошёл до конца коридора и остановился. Он хотел повернуть за угол и пойти дальше, но там проход был запечатан каменной стеной, ведущей далеко вверх, то же самое творилось и с другой стороны. Джерри обернулся, чтобы пойти назад и поискать другой путь, но и здесь перед ним выросла стена.
Джерри обернулся и увидел дверь.
Единственный потенциальный выход.
Перед ним располагалась обыкновенная деревянная дверь, вот только обыкновенной она была бы для той лечебницы, которую Джерри помнил до этих минут. Она не была обгорелой, как остальные, и краска на ней была абсолютно не тронута. Самая обычная дверь.
Он потянулся к серебряной ручке и ухватился за неё, обвив ладонью. Но тут же отдёрнул руку, как только раскалённый металл коснулся кожи. Боль пронзила ладонь. Что там, за дверью?
Внезапно тишину разорвали крики. Тысячи и тысячи криков, воплей, рыданий. Они звучали отовсюду, но больше всего звук исходил из головы, отдаляясь, как эхо. Они стихали и снова нарастали, подобно волнам океана.
И это пугало больше всего.
Джерри осторожно приложил ладони к двери. Она была холодной, и не просто холодной, а ледяной. Он попытался выломать дверь и со всей силой навалился на неё плечом. Петли жалобно завыли и заскрипели, и она слетела с них, с грохотом рухнув на пол. Потирая ушибленное плечо, Джерри застыл в проходе, уставившись в темноту.
Не единой капли света. Снова этот мрак, окутавший всё пространство вокруг себя.
Внезапно вдалеке показался крохотный лучик света, как от зажжённой спички. Он начал разгораться, становясь всё больше и больше. Джерри почувствовал сухой жар, исходивший от пламени. Оно заполняло тьму, как вода заполняет пустой стакан – стремительно и плавно.
Вдруг что-то с силой толкнуло Джерри в спину. Он споткнулся и полетел прямо в огонь, бушевавший жаром.
Джерри зажмурился и, не удержав равновесия, упал на четвереньки. Сердце в груди колотилось, как бешеное, а тело уже готовилось принять боль от пожирающего пламени, но ничего не произошло.
Джерри открыл глаза и почувствовал под руками мягкую, мокрую от росы траву. Он был на улице, возле большой скульптуры, обвитой плющом. Дождевая свежесть ударяла в нос, а по коже бегал лёгкий холодный ветерок.
Джерри поднялся на ноги и огляделся. Лечебницу объяло неистовое пламя, и в свете наступающего рассвета оно обретало солнечную яркость. Огонь поглощал абсолютно всё: языки пламени вырывались из окон, поднимаясь к небу, обвивали здание, как змея, заглатывая свою жертву.
Горящие балки с треском падали на землю, неподалёку от Джерри. Он чувствовал, как сотрясается земля под их весом.
Джерри заворожённо наблюдал за этим.
Вот огонь добрался до шпиля здания. Теперь он был весь объят золотым свечением. В основании шпиля что-то устрашающе хрустнуло, и конструкция неминуемо полетела к земле.
Джерри смотрел на шпиль, который со стремительной скоростью, рассекая воздух, летел на него. Он мог поклясться, что видел в очертаниях языков пламени Незнакомца. Его лицо – и разрушительная сила огня. И голос.
– Джерри!
Джерри резко открыл глаза. Над ним, с откровенной паникой на лице, нависал Крис. Он тряс Джерри за плечи с такой силой, что, казалось, чуть не вытряс ему всё содержимое головы.
– Что?! – испуганно отозвался Джерри, в смятении оглядываясь по сторонам. Он вздохнул с облегчением, когда понял, что всё это было лишь страшным сном. Опять.
– Ты кричал во сне, – надрывно дыша, сказал Крис.
– Извини, – сонно пробурчал Джерри.
– Да, ладно. Пустяки. Ты всего лишь до смерти нас напугал, – с сарказмом произнёс Крис. В глазах его потихоньку затухала паника.
– Извините, – только и смог выдавить из себя Джерри.
Крис нахмурился.
– И часто так у тебя?
Джерри внимательно посмотрел на него, словно прикидывая, стоит ли ему доверять. Он устало выдохнул.
– Почти всё время.
– А ты не пробовал спать с заклеенным ртом – глядишь, возможно, сработает? – подал голос Иван.
Крис скорчил ему рожу. Иван лишь слегка повёл бровью и отвернулся к стене.
Джерри улыбнулся, потерев глаза руками, и тут же сморщился от ноющей боли. Он попытался привстать, и вдруг плечо пронзили сотни иголок. Джерри застонал от неожиданности и рухнул обратно на подушку.
– Что такое? – насторожился Крис. Его голубые глаза сузились.
– Это сложно объяснить, – выдохнул Джерри.
Ему и раньше приходилось испытывать на себе увечья от своих снов. Но те были крохотными царапинами или лёгкими синяками, которые едва доставляли дискомфорт, а сейчас его плечо горело от боли.
– Когда подъём? – спросил Джерри, стараясь перевести разговор.
– Совсем скоро. К сожалению, здесь долго спать не дают, – проворчал со своей кровати Иван.
Крис стоял возле своей кровати и буравил Джерри взглядом.
Джерри, подавившему жгучую боль, удалось приподняться и сесть. Он задрал рукав своей футболки, чтобы посмотреть на рану. Солнце уже почти взошло, и его лучи мягко расстилались по комнате, пробираясь мимо бирюзовых штор. На предплечье у Джерри образовался большущий лилово-синий синяк, тонкими линиями тянущийся вверх, к шее. Брови Криса моментально взлетели вверх, как только он увидел эту картину.
– Ты что это, во сне так? – спросил он.
Джерри поднял на него растерянный взгляд.
– Да, – подтвердил он и нахмурился. – А как ты… то есть, я и не думал, что…
– Ой! Да брось, Джерри! Неужели ты думал, что мы так же глупы, как и эти докторишки? Типа, мы никому и ни во что не верим. – Крис замолчал, посмотрев на Ивана. Тот многозначительно поднял большой палец вверх. – У тебя не было этого синяка до того, как ты заснул, а из палаты ты не выходил. Глупо не верить тому, что видишь собственными глазами. Психи должны держаться вместе.
Джерри прерывисто рассмеялся. Крис улыбнулся так, как мог улыбаться только он – смешно и серьёзно одновременно. Иван пробормотал что-то нечленораздельное и зарылся с головой в одеяло. Среди них Джерри, впервые за всю свою жизнь, не чувствовал себя потерянным. Одиноким. И, может быть, всё совсем не так ужасно и печально, как он думал, и то, что Джерри оказался здесь, совсем не плохо?
– Давай-ка, Джерри, я проясню немного здешние правила, ну и заодно познакомлю тебя с некоторыми обитателями этого «дома ужасов», – предложил Крис, когда они с Джерри прогуливались по длинному коридору, с одной стороны которого располагались большие, прозрачные окна от пола до потолка. За окнами был чудесный ветвистый лес и… каменный забор, портящий всю романтическую картину.
– Ну давай, рассказывай, – задумчиво произнёс Джерри. Крис всё утро уговаривал его пойти и сделать перевязку плеча, но Джерри отказался. Ему не хотелось, чтобы в его карте числилась запись «Самостоятельное нанесение телесных повреждений» или что-то в таком духе.
Коридор был огромным и в длину, и в ширину. Ближе к стенам, в ряд, располагались громоздкие каменные колонны, к которым привалились пациенты. Кто пришёл сюда книжку почитать, кто – видом из окна полюбоваться, а кто – просто подумать о чём-то своём. Джерри оглядывал каждого, а Крис объяснял ему, кого он видит перед собой.
– Ладно, – начал он, указывая на пациентов пальцем. – Видишь, вот этот, чумазый такой – это Трэвис, он лунатик. Вон там, у окна, худая такая – Мелисса, она считает себя мультяшной героиней, подружкой Микки-Мауса. У колонны, книгу читает, Салли – у него раздвоение личности, так что перед тобой и Салли, и Элизабет. А вон тот, видишь, японец, Нацуме, он…
– Дай угадаю, – перебил его Джерри, – какое-нибудь мифическое японское чудовище?
– Нет, – спокойно ответил Крис. – У него консекоталеофобия.
Джерри непонимающе заморгал.
– Что?
Крис усмехнулся.
– Боязнь палочек для еды.
Джерри задумчиво кивнул.
– Ну да. Я догадывался.
– Так что, как видишь, люди здесь очень разные.
– Ну а ты? – Джерри посмотрел на Криса.
Его друг вопросительно поднял брови. Джерри не особенно любил расспрашивать людей о чём-то, но в этом случае не смог удержаться.
– Почему ты здесь?
– Ну-уу-у… – Крис смутился, устремив взгляд перед собой. Его глаза потемнели. – У меня была зависимость от… героина.
Он показал Джерри руки, на которых красовались мелкие синяки от иголок.
– Вот как… – сочувственно протянул Джерри.
Он только сейчас заметил, какая бледная кожа была у его нового знакомого. Болезненные сероватые круги залегали под глазами. В свете полуденного солнца они вырисовывались достаточно ясно и привлекали к себе внимание больше, чем яркость голубых глаз. Джерри ощутил укол сострадания и подумал: обратил бы он внимание на всё это, если бы Крис ему не сказал?
– Шрамы украшают, – подал голос Крис после долгого молчания. На его лице вновь начала появляться улыбка.
– Мужчин? – спросил его Джерри.
Крис фыркнул в притворном возмущении.
– Нет, только меня! – сказал он. Улыбка меняла его лицо до неузнаваемости. Щёки окрашивал естественный румянец, а глаза горели пуще прежнего. Когда Крис не вспоминал о том, почему оказался здесь, то ему становилось легче быть собой. Собой настоящим, а не тем, которого он помнил и которым являлся для других.
Джерри слегка рассмеялся, хотя, наверное, любой другой человек никогда и не подумал бы смеяться, оказавшись в подобном месте. Любой другой, но только не он.
Внезапно Крис замедлил шаг. Его внимание привлекла знакомая Джерри, старшая медсестра, которая шла по коридору им навстречу. Её пышная причёска покачивалась в такт шагам, а смуглая кожа в лучах яркого солнца приобрела карамельный оттенок. Медсестра прошла мимо, одарив их белоснежной улыбкой.
– Добрый день, сестра Элисон! – бросил ей вслед Крис, сняв невидимую шляпу.
Девушка обернулась и нахмурилась.
– Опять что-то натворил, Крис? – промолвила она, не переставая идти.
– Нет, нет, что вы! Я сама невинность!
Сестра Элисон прищурилась и скрылась за поворотом в конце коридора.
– Ты что, влюбился? – Джерри решил подколоть друга.
– В неё?! – удивился Крис. – Нет! Что ты. Она слегка не в моём вкусе. У меня…
Он умолк и задумался, будто вспомнил что-то очень приятное, и его щёки загорелись румянцем.
– Не важно, – пробубнил он, уперев глаза в пол.
Джерри вздохнул и уставился в окно. Не хотелось терзать друга расспросами. За прозрачным стеклом светило круглое золотое солнце, Джерри слегка вздрогнул, вспомнив, как оно озаряло пламя из его сна, делая огонь разрушительным.
Кроны лиственных деревьев медленно покачивались на слабом ветру, слегка касаясь верхушки каменной ограды. Они тоже словно жаждали оказаться на свободе, за стеной, которая отделяет их от мира.
Джерри осматривал задний двор, как вдруг его внимание привлекла… фигура, выплывающая из пепельно-красного тумана. Крис что-то бормотал, шагая рядом с ним, но Джерри уже не слушал его. Страх проскальзывал в его сознание. Опять он. Опять Незнакомец. Он медленно подходил к окну, пересекая травянистое поле. Его матовое чёрное лицо покрывала ухмылка, а бездонные глаза скрывались под козырьком широкополой шляпы.
Теперь Незнакомец уже не был безликим, хотя и знакомым до сих пор не казался. У него было лицо, но разглядеть его никак не удавалось.
Он не спеша приближался, и Джерри даже не заметил, как сам перестал идти, и теперь стоял перед окном с побелевшим от страха лицом, не в силах оторвать взгляд.
Наконец Незнакомец достиг окна. Их разделяло хрупкое стекло и тонкая железная решётка окна. Джерри прошиб холодный пот, а тело била крупная дрожь. Незнакомец вытащил чёрную руку из кармана плаща и, протянув её через решётку, приложил к стеклу.
Джерри отшатнулся. Его словно сковало невидимыми цепями, и он больше не смог пошевелиться. Вокруг руки Незнакомца образовалось красное пятно, и густые рубиновые капли постепенно стекали вниз по стеклу. Он убрал руку, и она отпечаталась на окне кровавым следом.
И тут Незнакомец начал исчезать. Он медленно растворился в дневном воздухе, как туман. Пепельно-красный дым провожал его, закручиваясь в медленном вихре.
Несколько секунд Джерри просто смотрел на внезапно опустевший двор, который заливало солнце.
– Что это такое было?! – раздался дрожащий голос за его спиной, заставив Джерри дёрнуться в испуге.
Он резко обернулся. Это был Крис. Он стоял за спиной Джерри и всё это время наблюдал за происходящим. На его побледневшем лице застыл ужас.
– Ты что же, видел его?
Крис с трудом перевёл глаза на Джерри.
– Конечно, видел! Я что, слепой, по-твоему?! – чуть не закричал он. Не от злобы, конечно. От только что пережитого любой впадёт в подобный шок. Голос Криса слегка хрипел, но к лицу начинал возвращаться нормальный цвет. – Что это такое было?
Джерри был ошарашен и не смог вымолвить ни слова. Он просто стоял и смотрел на друга с полуоткрытым ртом, как статуя.
Крис тряхнул головой и стремительно подошёл к нему. Он взял Джерри за шкирку и оттащил к ближайшей колонне, в тень.
– Джерри! – Крис замахнулся и дал ему пощёчину. – Что это было?!
Джерри моментально встрепенулся и уставился на друга. Крис явно ждал объяснений, и его глаза горели от притаившегося в глубине души страха.
– Это то, из-за чего меня сюда и отправили. Незнакомец из моих снов, – сказал наконец Джерри, проглотив ком в горле. Он задумчиво посмотрел на Криса. – Я не понимаю, почему ты его видишь. Мои родители его не видели, и я всё время думал, что единственный, кто способен на это. Но ты…
Крис тяжело вздохнул, он привалился к колонне и посмотрел другу в глаза.
– Чувствую, живётся тебе весело, – с горьким сарказмом заметил он.
Джерри печально усмехнулся.
– Не то слово.
Джерри так и не смог понять случившееся – почему Крис тоже видит Незнакомца и тот сон, что приснился ему? Впервые за всю жизнь Джерри в его сознании всплыли иные образы. Иные очертания и облики, ощущения и звуки. Крис быстро оправился от увиденного, стараясь просто забыться в разговорах и шутках, но его руки иногда всё ещё подрагивали, а взгляд уходил куда-то в сторону, словно случайно поймал тень.
Некоторое время они молча шли, задумчиво глядя себе под ноги, пока не дошли до дневной комнаты. Она была довольно большой, как и все другие, светло-зелёного цвета, с рядом зарешеченных окон вдоль правой стены. Множество деревянных столов и кресел, на которых сидели другие пациенты, располагались там. Картины великих художников висели на стенах. А в углу, в двух с половиной метрах над дощатым полом, навис небольшой серый ящик – телевизор.
Обстановка данного помещения, несмотря на краски, навевала уныние. Все здесь находившиеся вели себя как сонные мухи, хотя и Джерри с Крисом выглядели не лучшим образом.
Прямо перед входом располагался сестринский пост – маленькая застеклённая комнатка, одна сторона которой примыкала к стене. Внутри маячили сестра Элисон и санитар – Джерри узнал в нём одного из тех, которые приволокли его в эту дыру.
Крис вглядывался в лица пациентов, находившихся в дневной комнате, пока не заметил Ивана, пристроившегося на кресле у окна всё с той же старенькой книжонкой в руках. Крис незамедлительно направился к нему, прихватив с собой Джерри.
Иван будто бы и не заметил их, когда они подошли к нему и уселись рядышком на соседние кресла. Он не отрывался от книги, шаря по строчкам усталыми глазами.
– Как ты, Иван? Есть чего новенького? – спросил Крис, пробегая ладонью по своим смолисто-чёрным волосам.
Прошло несколько минут, прежде чем Иван неохотно оторвал взгляд от книги и устремил его куда-то в сторону. Джерри проследил за его взглядом и наткнулся на высокого блондина с чёткими скулами и угрюмым лицом. Он сразу же вспомнил этого парня – того, что стоял тогда у окна, задумчивый и мрачный. Джерри пригляделся к нему, стараясь понять, что же в нём его так сильно настораживает. От этого парня веяло каким-то знакомым Джерри холодом. Он восседал на старом, бордовом кресле будто на троне, устремив взгляд ледяных, небесно-голубых глаз куда-то в пустоту.
– Ох ты! – Под боком раздался ехидный голос Криса, выводя Джерри из раздумий. – А я уж надеялся, что его там насовсем оставят.
– А кто этот парень? – спросил Джерри, подавшись чуть вперёд.
Крис прищурился, словно стараясь разглядеть его.
– Это Томас Азер. Он мерзкий тип, скажу тебе, и почти живёт в буйном отделении. Его туда часто сажают.
– А за что его туда сажают?
– Он совсем неадекватный. Бредит, что должен кого-то убить, типа, так ему его дядя говорит или что-то в этом роде. Я и сам до конца не понимаю, что творится с этим парнем, да и мне по барабану. Уж больно он меня пугает своим поведением. Даже для психа он тот ещё псих! – приглушённым голосом произнёс Крис и принялся раскладывать на столе карты. Джерри снова посмотрел на Тома. Блондин медленно встал с кресла, запихал руки в карманы и зашагал к выходу. Когда он проходил мимо Джерри, его холодные глаза, которые, казалось, горели на бледном осунувшемся лице, пронзили Джерри, точно ножи. Тот поёжился, вжимаясь в кресло, и тут же отвёл взгляд от Тома.
Через пару мгновений блондин скрылся в проёме дверей, больше не оглянувшись. Джерри посмотрел туда. Продолговатые лампы на потолках не работали, и чёрные тени плавно блуждали по стенам, словно живые.
Джерри с шумом выдохнул. Он ощущал в этом месте что-то знакомое, и в то же время пугающе отдалённое, как маленький домик в глухом поле, укрытый густым пепельно-серым туманом. Он не видел чего-то, хотя отчётливо знал, что это что-то существует.
Раздумья Джерри прервал Крис, резко вскочивший с кресла. Ободрённый, он вприпрыжку направился к маленькому медно-рубиновому диванчику в заплатках, стоявшему в углу, на котором сидела худющая, бледная девушка с копной длинных, до пояса, бледно-каштановых волос. Она подняла большие зелёные глаза на Криса, когда он подошёл к ней.
Они сразу же начали о чём-то беседовать, смеяться. Девушка улыбалась и хихикала, становясь похожей на тёплое солнышко – её глаза блестели, а на щеках появлялся румянец.
После нескольких минут беспрерывного смеха Крис предложил девушке пойти с ним, любезно подав руку. Она согласно кивнула и, грациозно встав с дивана, направилась с ним к Джерри и Ивану.
– Джерри, разреши представить тебе Софию Ридел – нашу боевую подругу, – торжественно произнёс Крис, когда они с Софи подошли к Джерри. Иван не удостоил их даже взгляда, деланно игнорируя.
Софи протянула хрупкую ручонку Джерри, и он пожал её как можно более осторожно, боясь переломить ей что-нибудь. Она напомнила ему хрустальную вазу. Девушка была такой нежной и удивительно хрупкой, хотя её зелёные глаза скрывали большую силу. Она не была такой уж слабой. Хотя немногие видели это.
Джерри с любопытством рассматривал Софи, когда его перепонки затрещали от ужасного, резкого звука.
– ЛЕКАРСТВА! – выкрикнула медсестра из застеклённого окошка поста. Джерри чуть не подпрыгнул на месте, вцепившись ногтями в подлокотники кресла. Крис и Софи не сдержали смеха и чуть не повалились на пол, заливаясь хохотом.
– Так все новенькие реагируют, – отсмеявшись, сказал Крис. Голос его стал сиплым из-за долгого смеха. – У этой дамочки очень сильный голос.
– Ей бы в опере выступать, – отчуждённо пробормотал Иван, не отрываясь от книги. Но и на его лице еле заметно приподнялись уголки губ – кажется, это он так улыбался.
Пациенты оторвались от своих дел и дружной толпой, как животные на водопое, столпились у сестринского поста. Иван, с явной неохотой закрыв книгу, направился туда же. За ним последовали и Крис с Софи. Джерри задумчиво наблюдал за всеми, но не двигался. Крис, заметив, что Джерри остался на месте, остановился, зашептал что-то Софи, и та последовала за Иваном. Крис подошёл к Джерри.
– Джерри? Вставай, что ты расселся? – сказал он, дёргая друга за рукав.
Джерри хмуро уставился на него.
– Зачем? Мне не нужны эти таблетки, – фыркнул он.
Крис стал озираться, словно боясь, что их кто-то услышат. Затем наклонился ближе к Джерри и зашептал:
– Тебе не обязательно их принимать, просто нужно получить их на руки… И сделать вид, что принял.
– Сделать вид? – озадаченно повторил Джерри.
Крис зашипел, приложив палец к губам, и покосился на сестринский пост.
– Именно, – ещё тише произнёс он. – Вот для них. – Крис указал на санитаров, в глазах которых мелькало презрение и недовольство. Они напоминали двух бойцовых собак, сидящих на цепи, которая в любую секунду может оборваться.
Джерри нервно сглотнул и кивнул.
Он и Крис подошли к очереди за лекарством, где шуму было больше чем на фиесте в бразильском Рио-де-Жанейро. Все толкались, кричали что-то нечленораздельное, и даже, кажется, тихонько ругались.
Крис вглядывался в толпу, стоя рядом с Джерри. Он периодически вставал на носочки, пытаясь разглядеть кого-то поверх толпы. Джерри даже задумался над тем, что с его ростом это навряд ли так необходимо. Однако он продолжал это делать, наверно, искал Софи.
Вскоре подошла очередь Джерри. Из окошка сестринского поста выглядывала Элисон. Её непослушные чёрные волосы походили на корону. Она ласково улыбнулась Джерри, протянув бумажный стаканчик, на дне которого виднелась парочка капсул. Джерри неохотно принял его и отошёл в сторону, пристроившись рядом с Крисом.
Санитары взяли их в свой обзор и теперь неотрывно наблюдали, прожигая взглядом. Крис ухмылялся, явно что-то замышляя. Он высыпал таблетки себе на ладонь: две белых и одну жёлтую капсулу. И разом закинул их в рот.
Джерри удивлённо нахмурился.
«Ну и где же подвох?» – подумал он.
Крис заговорщически вскинул брови, увидев выражение его лица. Он придвинулся поближе к Джерри и слегка раскрыл ладонь, так, чтобы её содержимое никому не было видно, кроме него. Таблетки так и остались лежать в руке, зажатые между пальцев.
Джерри насмешливо закатил глаза и повторил то же самое, что сделал Крис. Оказалось, это не так-то легко. Джерри чуть не подавился.
Экскурсия по лечебнице, задуманная Крисом, походила на этапы какого-то испытания. И, как ни странно, из каждого испытания Джерри удавалось узнавать для себя что-то новое. Теперь новым этапом служил поход в столовую, и Джерри искренне надеялся, что на этом можно будет остановиться.
Столовая, наверное, была самой сладкой частью экскурсии. Ведь за всё это время Джерри успел сильно проголодаться. Синяк на плече уже стал потихоньку заживать и беспокойства теперь практически не доставлял. Лишь немного болел, хотя воспоминания делали боль сильнее. Джерри не мог отвязаться от них. Яркий огонь так и вставал перед глазами, вызывая боль, страх и ненависть. Всё это виделось ему как лавина грязи и снега, скатывающаяся прямо на него с высоченной горы.
Общая столовая не выделялась чем-то особенным. Большая длинная комната с высоким потолком, на котором потрескивали флуоресцентные лампы. Пол был устлан потрескавшейся белой плиткой, которая отражала свет солнца, льющийся сквозь окна. Стены были выкрашены всё в тот же, уже жутко раздражающий Джерри, светло-зелёный цвет. По всей комнате стояла куча продолговатых деревянных столиков, расположенных параллельно друг другу.
В воздухе витал сладковатый запах выпечки.
Джерри взял поднос с едой, так до конца и не поняв, что ему положили, и направился сквозь ряды столиков к Крису, уже ждавшему его за крайним из них, вместе с Иваном и Софи.
Джерри присел рядом с Крисом, а Софи и Иван сидели напротив. Все угрюмо поедали то, что лежало у них в тарелках и не казалось Джерри таким уж съедобным. Он поворошил содержимое тарелки вилкой и скривился.
– А что это вообще такое? Оно съедобно? – спросил Джерри.
– По-моему, это суп, – отозвался Иван. Непривычно было видеть его без своей любимой книжки.
Крис усмехнулся.
– Нет, мой друг. Суп выглядит вот так, – он с энтузиазмом вылил себе в тарелку компот – или что-то отдалённо напоминающее его, – а это какая-то бурда из противной светлой жижи, которую смешали с чем-то похожим на другую, ещё более противную жижу, и подали нам под видом рагу.
– Везде обман, – скорбно заметила Софи, с пристрастием рассматривая содержимое ложки.
– Как же шоколадный кекс? – Джерри с непониманием уставился на Криса.
Иван и Софи переглянулись. Крис с подозрением покосился на кексик.
– Друг… Мне даже представить страшно, из чего он на самом деле, – с иронией заметил он.
Ивана заметно передёрнуло, и он спешно отодвинул поднос.
– Спасибо, Крис. Я как раз доел, – пробубнил он.
– Обращайся! – ехидно хмыкнул Крис, вертя в руке злополучный кексик.
Софи засмеялась, хватаясь за живот, а Джерри улыбнулся. Крис начал что-то весело напевать Ивану, но мелодия резко оборвалась, и он замолк. Радость Джерри и его друзей улетучилась так же быстро, как и пришла. За столик напротив них присел Том. Джерри даже не заметил, как он подошёл.
Парень сидел с полным подносом еды, однако даже не притронулся к ней. Том сидел, слегка ссутулившись, сцепив руки в замок. Его взгляд плавно переходил то на окно в столовой, то на Джерри, и обратно.
Джерри охватил знакомый холод. Он старался не смотреть на Тома, но безуспешно. Он словно притягивал его внимание.
– …Джерри! – прикрикнул Крис, заставляя Джерри отвести взгляд от Тома. Кажется, друг звал его всё это время, а он даже не слышал.
– Да? Прости, Крис. Я задумался. О чём ты говорил? – рассеянно отозвался Джерри.
Крис раздражённо выдохнул.
– Он пытался рассказать тебе историю про одного из работников лечебницы, который выбросился из окна в этой психушке, – равнодушно произнёс Иван.
– Да, классно. Спасибо, Иван! – обиженно пробубнил себе под нос Крис.
– Обращайся, – хмыкнул Иван, вскидывая бровь.
– Подожди. – До Джерри наконец-то дошло. Он удивлённо уставился на Криса. – Кто и откуда выбросился?
– Да забудь уже. Просто я увидел Тома, и мне что-то вспомнился этот случай. Он часто туда ходит. – Крис поднял глаза от тарелки и поймал непонимающий взгляд Джерри. – Ну, к той палате, где это произошло.
– Туда можно попасть? – удивился Джерри. Он не сдержался, метнув взгляд на Тома, и удивился, когда не застал его на месте. Словно его там и не было вовсе.
– Ну, как сказать. Можно, конечно, но нужно серьёзно потрудиться, – задумчиво протянул Крис.
– А что для этого нужно? – осторожно спросил Джерри.
Крис чуть не подавился откушенным кусочком кекса.
– Стоп, стоп! – откашлявшись, захрипел он. – Ты же не хочешь… – Крис замолчал и посмотрел на Джерри как на настоящего сумасшедшего. – Джерри, этот псих Том что, заразил тебя?! Очнись! Это настоящее сумасшествие!
– Что в этом такого? Ещё скажи, что ты никогда не хотел туда попасть.
– Да, хотел, но… Для этого нужна уйма всего! Во-первых – украсть ключ у старшего санитара. Во-вторых – отвлечь всех, чтобы никто тебя не засёк. А в-третьих – ещё множество всяких нюансов! Я, конечно, люблю риск, но…
– Ладно, мы ещё вернёмся к этой теме, – закончил разговор Джерри, встав из-за стола. Крис с недовольным видом посмотрел на него, но ничего не сказал. Лишь продолжил задумчиво уплетать свой кекс. Джерри понимал, что сможет уговорить его, поскольку Крис и сам этого хотел. Его тянуло куда-то, и он не мог понять, куда именно. А теперь Джерри знает, что, возможно, именно туда ему и надо. Может, там найдутся ответы на те вопросы, которые так долго мучают его.
Джерри взял поднос со своей едой, которой так и не убавилось, за исключением шоколадного кекса, и резко подался назад, надеясь добраться до выхода как можно скорее.
Послышался удар.
Поднос с характерным звенящим звуком упал на пол. Его содержимое образовало неприятное пятно на рубашке Тома Азера.
Джерри застыл на месте, прижимая к себе поднос.
Все в столовой смолкли, как птицы в лесу при приближении опасности. Крис, Иван и Софи с ужасом уставились на происходящее.
Том возвышался над Джерри с грозным видом. Его кулаки судорожно сжимались и разжимались. Грудь вздымалась всё чаще. А глаза наливались бешеной злостью – такие холодно-голубые, что от одного его взгляда можно было замёрзнуть.
– Прости, я… я не хотел, – выдавил из себя Джерри.
Том слегка наклонил голову в сторону. Он впился глазами в лицо Джерри.
– Прости? – повторил он, выплёвывая каждую букву. Том буквально кипел от злости.
Он медленными движениями закатал рукава. Мышцы на руках Тома напряглись, и он резко бросился на Джерри.
Джерри опешил, но всё же успел увернуться от летящего на него кулака. С грохотом рука Тома врезалась в стол. От удара пошла ветвистая трещина.
Джерри быстро запрыгнул на стол и побежал к выходу, перепрыгивая с одного на другой. Том, взревев, кинулся за ним, раскидывая всех, кто попадался у него на пути. Разъярённый, он нёсся сквозь толпу, кто-то расступался, завидев его, а кого-то он просто сметал.
Крис что-то кричал, но Джерри не мог понять, что именно. Тишину, которая ещё недавно наполняла столовую, разрывали крики и плач. Джерри остановился у последнего стола и обернулся. Том уже настиг его и стоял у края стола. Запыхавшийся, он смотрел на Джерри холодными глазами.
– Слушай, Том, – Джерри попытался успокоить его, – я же не специально. Давай я куплю тебе новую рубашку? К чему эти ссоры! Мир?
Том подошёл к столу вплотную и, положив на него ладони, посмотрел на Джерри. Теперь уже снизу вверх.
– Джерри… – процедил Том сквозь зубы.
Джерри насторожился.
«Откуда он знает, как меня зовут?» – с дрожью подумал он.
– Я могу простить тебя лишь в одном случае. – Его голос стал слащавым и непривычно мягким. Голубые глаза покрылись холодным металлом. – Если ты… БУДЕШЬ МЁРТВ!
Последние слова он выкрикнул со всей силой. Том резко схватил Джерри за ногу и рывком потянул на себя. Джерри потерял равновесие. Он с грохотом рухнул на стол. Голову пронзила жгучая боль. Перед глазами всё поплыло, а звуки вокруг превратились в далёкий отголосок.