–Нашел о чем беспокоиться,– хмыкнул другой парень, и его голос показался мне очень знакомым,– Уж с чем-чем, а с фантазией у меня отлично!
Голос показался мне смутно знакомым, но я не обратил внимания.
–Вот и хорошо, – сладко проговорил Алик, – молодцы. И помните, вас ждет великое будущее, вам еще спасибо скажут!
Да, уж, прямо словесная патока! И как только на это можно купиться? Пожалуй, мне их даже не жалко. Вас ждет великое будущее. Ха. Меня сейчас стошнит.
Выпроводив парней, дядя заглянул ко мне.
–Ну как я тебе? Здорово я их уломал, да?
–Да, у тебя талант, дядя. Но почему международные отношения? – последние два слова дались с большим трудом,– Занялся бы, обувью, например. Не зависел бы ни от кого, сам свои деньги зарабатывал бы….
–Э-э, ты опять учить меня вздумал? А может мне еще в театр устроиться, певичкой? Сколько тебе платят? На сигареты хватает? – издевался дядя.
–Я не курю,– тихо огрызнулся я.
–Чего это ты такой грустный? А я тебя в парке видел, с этой, ну, той, твоей! Как ее звали, Анна? Может, возьмешь ее второй женой? Ох, крепко же ты ее зацепил, мужик, горжусь тобой, так им и надо, всему женскому полу, пускай плачут, страдают из-за нас! Сколько она тебя ждала! Все заходила, спрашивала, где он, когда приедет! Эх, жаль в группу женщин не берут, я бы ее мигом уговорил, сказал бы что так и так, Радим тебя приглашает, ждет тебя, погуляла бы по Турции… – мечтательно посмотрев вдаль, закончил он.
Мне захотелось заехать кулаком по его слащавой физиономии. Выбить пару зубов. И нос сломать. Еле сдержался.
Если промолчу, уйдет быстрее. А мне как раз одному побыть надо. Как назло, это был один из тех редких дней, когда дяде хотелось поговорить.
Хорошо, вдруг его мобильник зазвонил, и он, взглянув, кто звонит, сразу выскочил из комнаты.
–Ага, ага. Да, Гэми, сейчас иду.
Ясно, это Гамлет. Его любовь, единственная и неповторимая. Я посмотрел на ручку двери, которой коснулся дядя. Опять накатило чувство брезгливости. Пожалуй, стоит протереть каким-нибудь дезинфицирующим средством. Так, на всякий случай.
Анна.
Кажется, она меня не забыла. Тем хуже для нее.
Выполню задание и уеду. Навсегда. Женщина существо ветреное. Ей просто придется меня забыть. И я забуду. Мы ведь просто друзья. Даже не друзья, а знакомые. Милая девочка. И все. С чего бы мне любить ее. Я люблю другую.
Почему я промолчал, почему не сказал ей, что женился?
А может мне это показалось? Может, я ей дорог просто как друг?
Дурак, все и так ясно. Кого я обманываю?
Мне впервые в жизни захотелось напиться до бесчувственности.
Нет.
Надо взять себя в руки.
Не надо больше с ней встречаться. У меня есть жена. Она не должна страдать из-за моей глупости. Она ни в чем не виновата.
Да, ведь никто не виноват!
Как я мог? Я ведь думал, что между нами уже давно нет ничего, и никогда не было. А теперь?
И как это я ее не заметил в парке? Даже подготовиться не успел. Но живя на одной улице, рано или поздно бы мы встретились. И ведь я ждал этой встречи. Возмущенный взгляд, разлетевшиеся ненавистные ноты. Я был зол на всех и вся. Почему я должен торчать в этом городишке, почему именно я? Директор театра не переносил меня, как и я его. И нечего было орать, что репетицию срываю. Я возвращался домой, на всех парах, решив, что мне плевать на все, собираю вещички и уматываю домой, и тут, налетел на нее, сбил с ног. Мгновение, и я узнал ее. Она чем-то напоминала мадонну, с картин старых мастеров, наверное, мягкими чертами лица, длинными светлыми волнистыми волосами и что-то такое в глазах…
Я сразу понял, что останусь. Пока. Другого варианта не было.
Да, она изменилась. Маленькая девочка выросла. Какая же она была смешная. Здорово было. Весело. А теперь? Жаль, что все так получилось. И зачем я только пообещал ей встретиться?
Зацепил. Кто кого зацепил это еще вопрос.
И почему дядя выбрал именно этот город, и именно этот свой отвратительный бизнес. Мне бы не пришлось приезжать сюда, изображая профессионального певца. И почему именно певца? Ну и выражение было у директора, когда он увидел аргументы моих спутников. Да, пистолеты кого хочешь, уговорят. Ха. Клоун, а не певец. Лучше бы дворником.
И откуда они только узнали про Аннушку? Я никому о ней не говорил. За все это время мы не виделись, не звонили друг другу, не писали.
Я женился, в конце концов. И почему угрожают именно ей? Есть куча других близких мне людей, родственников.
Я должен сдать собственного дядю. Мужа сестры моей мамы. Хотя сделаю это с удовольствием. Какая же мерзость! Правоверный называется. И как только Лара столько лет его терпела? Да, не зря она хотела уйти от него. Жаль, что осталась. Хотя, ведь она и не знает ничего. Детей еще родила от извращенца этого. Как вообще можно заниматься такими гнусными делами? Как только земля его еще носит!
Скорее бы все кончилось.
В дверь постучали. Кто бы это мог быть? Очередные наивные бедняги – улов дядюшки? Я открыл дверь.
–Что ты тут делаешь? – удивился я. Передо мной стоял Димка.
–А поздороваться? Здорово, Радим!
–Привет. Так это ты был тут только что?
Димка кивнул и уселся в кресло, стоящее за дверью.
–Твой дядя, я видел, к любовничку своему побежал. Вот я и решил к тебе заглянуть.
–Как ты узнал, что я дома? Ты же не видел, как я вошел.
–Элементарно, Ватсон. Когда в доме никого, Гэми сам приходит. А тут твой дядька побежал. Значит ты дома! – торжественно завершил он.
Я все еще не совсем понимал ситуацию. С чего это я ему понадобился?
–Анна сказала, ты уехал на учебу в другой город.
–Ну, да, так и есть. Я – учусь.
–Не понял.
–Ладно. Раскроем карты. Твой дядюшка занимается противозаконными делами. А я учусь эти дела прикрывать. А что дяденьки с пистолетами ничего тебе не объяснили?
–Ты хочешь поймать Алика с поличным? Поэтому прикидываешься, что хочешь поехать в Турцию?
–Вообще-то я не прикидываюсь, что хочу. Я бы с удовольствием съездил! Но ведь дядюшка не туда билеты выписывает, не так ли?
–Откуда ты знаешь про любовничка?
–Обижаешь. Работа такая.
Его лицо так и светилось от самодовольства, смотрите на меня, какой я крутой. Внезапно меня осенило.
–Это ты им про Аннушку растрепал? – я схватил его за ворот рубашки. Захотелось голову ему снести.
–Легче, легче. Ничего я им не говорил. Это письмо прислал я. Ведь по-другому ты не явился бы.
–Ну, почему именно она? С чего ты взял, что мне не все равно, жива она останется или нет?
–Ты шутишь? Да ты же по уши в нее влюблен был!
–Вот именно – был! Я же женился!! Посчитай, сколько лет прошло, идиот!
–Но ты же здесь? Значит не такой уж и идиот, – с таким же самодовольным видом заключил он, – Да и потом, из родственников твоих я никого не знаю. Ну, кроме сестер двоюродных. Но я подумал, что на Анну ты лучше отреагируешь. И не ошибся! А про жену, так это вообще… несостоятельная отговорка.
Мне и в голову не могло прийти, что Димка может быть связан с такими делами.
–Может, отпустишь? Ты мне рубашку помял,– пожаловался он.
–Извини, – я не смог скрыть сарказма в голосе,– И что теперь? Каков твой план?
–Вот это конструктивный подход к делу! Это я люблю! Кофе принесешь? С рогаликами. Там на столе осталось.
Димка в своем репертуаре.
–А почему бы мне тебя не послать? Теперь-то я знаю, что Анне ничего не грозит.
–Грозит. Носить передачки любимому в места не столь отдаленные.
–Что?! – интересно сколько раз за сегодня мне еще захочется прибить человека?
–А что? За укрывательство!
–Ну, ты и …
–Ужас, я знаю, – хитро улыбнулся он,– Ты как, долго тебя еще ждать?
Значит, Димка тоже замешан. И я. И дядя. И Анну сюда же приплели. Интересно, кто там еще из знакомых окажется?
–Значит так, – проговорил Димка, набивая рот сладкой сдобой,– План мой легок и прост. Я еду с Аликом куда пошлет, кстати, ты не в курсе, куда конкретно и по какому маршруту? Ладно, у тебя впереди неделя, разберешься…
–Кто, я что ли? – идея мне не нравилась с самого начала.
–А что, мне он не скажет. Итак, ты узнаешь, куда и по какому маршруту их, то есть нас отвезут, я передаю информацию своим, еду, а там, на месте, его уже будут поджидать мои люди. Цап-царап, птичка в клетке!
–Но он сам никогда не отвозит людей на место. По его разговору с Гэми я понял, что их несколько раз пересаживают и меняют людей.
–Вот видишь, от тебя уже польза! А ты его тоже Гэми зовешь,– ухмыльнулся Димка.
–Прекрати, пока не получил. Захочу, вышвырну тебя. Ты же зовешь его так же. Может, это что-то значит?
–Ладно. Спасибо за гостеприимство. К концу недели свидимся. Обсудим окончательный план. Кстати. Вот номер ее мобилки, – Димка положил листочек с цифрами на столик,– Ты, небось, постеснялся спросить. Ромео, ха.
Захватив последний рогалик и, внимательно оглядев окрестности, он быстро ушел.
6
Интересно. Когда же он появится? Может, еще через семь лет? Или вообще никогда? Может, зря я поверила его обещанию? И почему это я должна его вообще ждать? В ответ на мои мысли в сумке зазвонил мобильный. Номер незнакомый.
–Привет, Анна, это я. Радим.
–Здорово! Ты уже уладил свои дела?– надо же, мой голос совсем не дрожит!
–Да, давай я зайду к тебе сейчас, ты не против?
–Нет, что ты, заходи, конечно! Буду ждать. А как ты узнал мой номер, я же тебе его не давала?
–У меня свои источники.
Что же у меня нет таких источников, через которые бы я могла тебя найти, когда мне нужно. Необходимо.
Я быстренько стала собирать разбросанные по всей комнате вещи и запихивать их в шкаф. Неудобно, если он застанет меня в таких завалах. Голос мне его не очень понравился, напряженный какой-то. Чего опять ждать? И к чему такая срочность? Может, решил признаться, что женат? Разве женитьба это преступление, чтоб в этом признаваться? А почему это собственно он должен мне что-то рассказывать? Пойми, наконец, Анна, он тебе никто, никто, никто! Однако лихорадочное состояние, охватившее меня, говорило об обратном.
Мама будет не в восторге. И почему «турки», как она их называет, ей так не нравятся? Я быстренько сбежала по ступенькам вниз, чтобы самой встретить его.
–Мам, это Радим пришел! – сказала я, внутренне вся съежившись.
К моему облегчению, встреча прошла без потерь, даже удивительно до чего мама спокойно приняла его визит. Как будто, так и надо.
–Проведи гостя в дом, чего ты его в дверях держишь, – сказала мама, – вы там посидите, хорошо, Радим, а мне к соседке надо.
Иногда мама проявляет чудеса чуткости.
–Я тут принес кое-что. Это тебе, потом откроешь – он подал мне пакетик, с коробочкой шоколадных конфет. Шоколадки принес. Зачем? Один только его приход, только встреча с ним для меня – подарок.
Я не могла поверить в реальность происходящего. Он тут, сидит в моей комнате и смущенно оглядывается.
–Спасибо.
–Сколько у тебя всего. Фотографии, книги….
–Что-то случилось?
–Нет, то есть да. Я не знаю. Это трудно объяснить…
У меня защемило в груди. Так и знала.
–Ты уезжаешь. Надолго. Навсегда?
–Нельзя по-другому.
Я снова падала в пропасть. Это было знакомое ощущение. Безнадежность. А чего я ждала, что он останется, и будет любить меня вечность? Он ведь ни разу не дал повода думать, что я ему нравлюсь. Мы просто друзья. И он не хочет ничего менять. И у него есть жена. Любимая.
–Почему не сказал, что женился? – прозвучало вполне непринужденно.
Он подозрительно посмотрел на меня, нахмурился и пожал плечами.
–Я бы хоть поздравила тебя. А фотка есть?
Поверить не могу. Я прошу его показать фотографию жены. Ну, конечно надо же сравнить, убедиться, что я лучше. Или нет?
Я изо всех сил сдерживала поднимавшуюся волну боли вперемешку с обидой. Она нависала надо мной и, вот-вот должна была обрушиться, раздавив своей тяжестью, спасала только мысль о том, что он мне ничего не должен и никогда не был. Я была близка к истерике, сжалась в комок. Лишь бы удержаться, лишь бы он не увидел моих слез.
–Нет, флешка полетела. Все фотографии потерял.
–Нельзя любимую женщину надолго оставлять. Когда собираешься?
–Думаю, в конце недели.
–О, ну тогда у нас куча времени! – неужели я улыбаюсь? Улыбаюсь, а внутри тот самый пушистый котенок, который мурлыкал, от одной мысли о встрече с ним, превратился в монстра, терзающего когтями мое и так покалеченное сердце.
Облегчение в его глазах трудно было не заметить. Он сразу повеселел, но иногда настороженно на меня поглядывал.
На глаза ему попалась старая книга, сборник сочинений восточных писателей раскрытый на отрывке из поэмы Низами. Впопыхах, я забыла ее закинуть на место.
–Ты читаешь Низами? – изумленно спросил он.
–А что там такого? – с вызовом спросила я его и тут же почувствовала, как начинают гореть щеки. Надеюсь, ты никогда не догадаешься, что восток стал привлекать меня, потому, что ты – с Востока. Что я стала слушать восточную музыку, искать на карте город, в котором ты живешь. Что стала интересоваться новостями, событиями, происходящими у вас в стране, даже настроила радио на вашу волну, хотя почти ни слова не понимала из того, что говорят. А Низами … Он особо мне нравится не только потому, что с Востока. Это маленькая загадка, также связанная с тобой.
Он внимательно смотрел на меня и улыбался. Сердце трепетало и таяло. Как бы я хотела, чтобы всегда так было. Чтобы он не прятал глаза, не отводил взгляд. Через секунду он, словно опомнился и опустил глаза.
–Нет, здорово. Отличный выбор. Я тоже очень его уважаю.
Так и прошел вечер. Он сказал, что с работой не вышло и ему надо уехать. Что еще мне остается? Несколько дней и все. Может быть, стоит просто лечь и умереть? К сожалению такого, по заказу не бывает. Совершить самоубийство – страшный грех.
Радим переминался с ноги на ногу в дверях. Неужели мне показалось или ему правда не хочется уходить?
–Может, останешься еще? – с надеждой спросила я.
–Спасибо. Мне действительно пора. До завтра, да? – поколебавшись, добавил он.
– Заходи пораньше. Ты же свободен целый день? Можно часов в восемь утра. У меня есть идея!
Он удивленно приподнял брови, и сразу улыбнулся.
–А ты не изменилась. Все такая же…. – он не договорил. И как обычно поспешил уйти.
***
Вот спасибо тебе. И это называется отшить девчонку, да? Слабак ты, вот кто, что стоило сказать ей, что мы и не увидимся больше! Придумал проблемы с работой, чтобы был повод держаться подальше, а потом пообещал встретиться.
И зачем я соврал насчет флешки?
Ладно. Раз уж обещал неудобно не прийти. Завтра и все. Последний раз.
Почему я сам не сказал ей, что женился? Каким идиотом я выгляжу теперь в ее глазах!
Какая мне разница, что она обо мне думает?
И что еще придумала эта девчонка? Она в своем репертуаре. Постоянно новые идеи. С ней не соскучишься. Не зря они с Димкой соседи, вместе выросли. А ведь странно, что она не заметила, что он здесь. Между их домами даже забора нет.
Утром меня разбудил телефон. Сообщение. От нее. Что-то случилось? «Надень удобную обувь!» Интригующее начало.
Перехватив на ходу бутерброд с сыром, я помчался к ней. И поймал себя на мысли, что к Айне я так никогда не спешил. Хотя любил ее. Кажется, Алик кричал мне что-то вдогонку, но я не понял. Не хотелось его видеть после вчерашнего визита к Гамлету.
Она ждала меня во дворе. Розовая кепка козырьком назад, и полосатая сорочка повязана на талии. У ее ног лежали два небольших рюкзака.
–Ты вовремя! – сияя, она вручила мне один из рюкзаков, – Здорово, что пришел! На, держи, это тебе. Пошли.
–А как же твой институт?
–Учеба не волк – в лес не убежит! – радостно заявила она, – А вот нам не помешает туда сходить. Грибы любишь?
–Мы идем в лес? – я опешил от удивления.
–Ну, не то чтобы совсем в лес.… Так побродим по пригородному лесопарку. А ты что, против? Только скажи и…
–Нет, отличная идея! Только с грибами у меня туговато.
–Ничего. Думаю, не отравимся. Главное брать только то, в чем уверен!
–Шампиньоны что ли?
–Сухарики! – она весело продемонстрировала мне пакетик. Как же все-таки с ней здорово.
–Так я не понял, мы идем в лес за грибами или за сухариками? – ее шутливое настроение тут же передалось мне.
–Думаю, мы можем найти там кое-что интереснее даже сухариков!
–А волки там не водятся в вашем лесопарке?
–Нет, какие волки. Их всех уже давно медведи съели.
–Отличная перспектива.
–И не говори. А если серьезно, мы можем встретить самого страшного хищника на земле – человека! Особенно опасная разновидность – человек-грибник. Они проявляют явные признаки агрессии по отношению к другим себе подобным, да и вообще всем, кто покушается на их добычу. Так что не попадись ему, держи ухо востро!
Лес был недалеко, он примыкал прямо к городу с западной стороны, надо было только забраться на пригорок, а с восточной отделялся всего лишь узеньким шоссе. Мы, а вернее Анна решила отправиться на западную сторону. Весь путь от ее дома до лесопарка составил не больше четверти часа. Она рассказала, что когда-то эти сосны насадили специально, чтоб они держали почву и не давали сползать ей к городу, местность холмистая, а городок находиться в ущелье, со всех сторон, кроме южной его окружают горы. Хотя если посмотреть вдаль на юг, то и там, в ясную погоду можно отчетливо увидеть холмы.
Сосны ровными рядами стояли вдоль тропинки, по которой мы шли. Прямо как солдаты на параде. Только кое-где деревьев не хватало, где спилили, а где сломали. Мимо пробежал мужик в синих спортивках, лицо красное и круглое. Да весь он был на колобка похож, казалось вот-вот покатится по дорожке.
–Я от бабушки ушел, я от дедушки ушел… – не выдержал я.– Это случайно не грибной хищник?
Грибной хищник на мгновение оглянулся на нас и побежал дальше.
–Нет, – засмеялась Анна, – Я его знаю. Это дядя Миша, он тут каждое утро бегает, в любую погоду. Просто не узнал меня! А насчет колобка это ты точно подметил. Как и про голову, круглую, как дыня. Ну и воображение у тебя!
–Кто бы говорил. Кстати, насчет Димы. Ты когда его последний раз видела?
–Летом еще. До того как к тете поехала. Даже не попрощались, я думала, пораньше приеду. Обидно.
–Не переживай, у тебя еще будет возможность это сделать.
Она не придала моим словам значения, только благодарно посмотрела на меня. И, кажется, слегка покраснела.
–Чего ты улыбаешься?
–Да так, анекдот вспомнил, – отшутился я.
Она не поверила и встала передо мной, перегородив собой путь. Скрещенные на груди руки и хмурый взгляд ничего хорошего не сулили.
–Не сойду с этого места, пока не скажешь.
–Ладно,– придется признаться, так как в голову ничего сразу не пришло – Ты покраснела.
–По-твоему это смешно?
Мне только ссориться с ней не хватало. А вдруг она расплачется сейчас?
–Нет, нет, это совсем не смешно, да я и не смеялся над тобой, просто сейчас так редко кто умеет краснеть.… Только не плачь, ладно?
–Испугался? Я пошутила. А вообще, не так уж это и приятно – краснеть постоянно.
Так прошел день. И чем дальше, тем больше я сожалел о том, что с ней встретился, что согласился с ней пойти. Мне так хорошо сейчас. Слишком трудно будет потом отходить от этого. Все равно расстанемся. Какой смысл наших встреч?
***
Мы сидели под деревьями, это был небольшой островок среди сосен, густо поросший елками. День кончался. Я собирала остатки еды и все, что мы намусорили.
–Надо успеть, пока не стемнело. Какая радость встречать сомнительных личностей в пригородном лесопарке, да?
–Да. Ты права, – он стал помогать мне складывать вещи в рюкзаки.
Поблизости послышался шум подъезжающей машины.
–Кто-то приехал. Пошли отсюда.
Послышались голоса. Похоже, они приехали сюда на разборки, агрессию в их речи трудно было не заметить. Лиц не было видно, как и самих говорящих, их скрывали деревья. Я ничего не могла понять из того, что они говорили, но Радим внезапно остановился и прижал палец к губам, чтобы я молчала.
–Что? – шепотом спросила я.
–Тихо. Стой здесь. Я сейчас, – и, вместо того, чтобы уйти подальше от этих людей, он наоборот, пошел на голос.
Стоять одной в стороне, тем более, после захода солнца в лесу, пусть и ненастоящем, без волков и медведей, было как-то не по себе. Я потянулась за ним. Голоса продолжали ссориться. Вдруг он резко повернулся и бросился ко мне.
–Бежим, быстро! Тише! – он схватил меня за руку и мы помчались что есть силы. Только спустившись с пригорка, он остановился и отпустил мою руку. Я ничего не понимала, но мне было жаль, что его рука больше не касается моей. Может вернуться туда, чтобы он опять увел меня за ручку, как ребенка?
–Ты так испугался страшилки про грибников? Я забыла сказать – после захода солнца они не выходят на охоту, – еле переводя дыхание, пролепетала я.
–Зато есть ночные хищники, ты про них не знаешь. Кажется, они не заметили нас. Пошли отсюда.
Он выглядел очень встревоженным. Снова крепко взял меня за руку.
Мы шагнули на дорогу, чтобы перейти на другую сторону уже в город. Вдруг перед нами на бешеной скорости пронесся автомобиль и с визгом затормозил, преградив нам путь. Я даже испугаться не успела, как из машины выскочили два мужика, и подбежали к нам. Одного из них я знала, это был дядя Радима. Алик сразу же накинулся на племянника и с криком стал запихивать его в машину, Радим сопротивлялся и что-то кричал в ответ, но потом, дядя что-то сказал ему, кивнув на меня. Лицо Радима перекосилось от гнева, я заметила, как потемнели его глаза, но он послушно полез на заднее сидение авто.
–Что происходит? – я не на шутку разозлилась. Мы себе отдыхаем, никого не трогаем, тут являются они и собираются куда-то увезти от меня Радима. Да какое они имеют право? Незнакомец, высокий, смуглый и худой поймал меня за руки и скрутил. – Отпустите меня сейчас же! Кто вы такой! Радим!
А потом я услышала крик Радима, тупую боль в затылке и провалилась в темноту.
7
Запястья ныли и горели. Мне было темно, жестко и холодно, а в ушах гудело. Вдобавок ко всему меня подбрасывало и трясло. Я не могла понять, что со мной такое. Где Радим? И где я? Может, умерла и попала в чистилище? Так мне и надо, столько лет любила иноверца. Вот и расплата. Я попыталась расправить затекшую ногу и не смогла – рядом что-то было.
–Анна, как ты? – это был его голос.
Он здесь, он со мной! Я хотела позвать его, но язык не слушался. Попыталась повернуть голову. Боль в затылке напомнила о предшествующих событиях. Мы были в лесу, голоса, машина, дядя Алик и глиста сушеная. Ну, мужик, который скрутил меня. Очередной толчок и с моих губ слетел стон. Да что же это такое, где это я, в конце концов? Я сообразила, что шумит не у меня в ушах, а исходит извне. Следующий толчок окончательно привел меня в сознание. Я в машине. И меня куда-то везут. И самое главное – рядом Радим.
–Анна, как ты себя чувствуешь? – все так же тихо спросил он.
–Пока не знаю. Не вижу ничего. Это везде так темно или я ослепла? Где мы?
–Не переживай, не ослепла, – я услышала веселые нотки в его голосе, или мне почудилось? – Сейчас ночь и мы в машине. Вернее в кузове грузовика.
–А почему дышать так тяжело?
–Какой же я дурак! – я почувствовала, как в темноте его руки нащупали мою голову и стали стаскивать что-то вонючее и жесткое, – На тебя же Гамлет мешок надел. А я боялся пошевелить тебя, вдруг у тебя повреждение какое. Как голова?
–Не знаю. Поможешь сесть?
Блуждающие в темноте руки, опустились до плеч, схватили за грудь и тут же исчезли. Я задохнулась и, несмотря на темноту, почувствовала головокружение.
–Прости, я не хотел, правда, я в темноте не вижу,– голос был явно расстроенный. Это мне не понравилось. Хочется, чтобы он обнял меня и больше никогда, никогда не отпускал.
Он подхватил меня и осторожно приподнял. Даже не видя лица, я чувствовала его замешательство. Ничего, не все же мне смущаться. Теперь его очередь.
–Гамлет, это тот тощий, который меня скрутил?
–Ну, да.
–А куда мы едем? И почему нас поймали? Там же был еще твой дядя?
–У дяди бизнес нехороший. А Гамлет его … партнер.
–Что за бизнес? А мы тут причем?
–Они думают, что мы слышали, о чем они говорили. Вернее, что я слышал, ведь ты по-нашему не понимаешь. И почему-то думают, что я тебе все рассказал. Одним словом – мы свидетели.
–А куда нас везут? На расстрел? Убрать свидетелей? – я попыталась пошутить, но как-то не вышло. Ситуация слишком серьезная. Сознание стало проясняться, и до меня дошел весь ужас нашего положения. Пальцы рук похолодели и задрожали мелкой дрожью.
–Не знаю, Анна. Но нам надо бежать. Подняться сможешь?
Я кое-как попробовала встать на ноги.
–И долго мы так едем?
–Часа четыре точно. Когда нас поймали, было еще светло, а теперь видишь.
Мама, наверное, с ума сходит. Я никогда не уходила из дому надолго, не предупредив заранее.
Что-то тянуло меня за плечо, и я только сейчас обратила внимание. Да это же мой рюкзак!
–Радим, мой рюкзак! Он все еще на мне! А у меня там карманный фонарик!
И ножик!
Я порылась в переднем отделе и быстро нашла перочинный нож. Спасибо тебе, папа. Даже после смерти ты мне помог.
–Держи, – я подала Радиму ножик, и в темноте наши пальцы на мгновение соприкоснулись.
Фонарик был в соседнем кармане. Я посветила ему, и он быстро открыл замок. Дверца кузова приоткрылась. Ночь была темной, луну заволокли тучи, тусклый свет еле пробивался сквозь них. И вдруг я поняла, что мне надо будет спрыгивать отсюда на ходу. Неужели все это происходит со мной? Может, я сплю?
Он быстро сложил ножик и поправил на мне рюкзак.
– Прыгать невысоко, скорость небольшая. Давай!
Через мгновение мы очутились на земле. Не скажу, что ощущение приятное, но все оказалось, не так страшно, как я себе представляла, и мы сломя голову бросились вниз по склону горы прочь от шоссе. Радим крепко держал меня за руку и время от времени бросал на меня взгляд. Колени дрожали, все тело болело, я то и дело спотыкалась о камни, запутывалась в траве, но остановиться не могла. Ледяной страх толкал вперед, быстрее, подальше от наших обидчиков. Ноги сами несли меня вслед за Радимом, сырой холодный ветер пронизывал насквозь, сбивая дыхание. Вдруг они заметят, что мы сбежали и поймают нас? Эта мысль придавала сил одеревеневшему после долгого лежания на жестком дне кузова телу. Нервы были на пределе, каждая жилочка напряженна. Чем дальше мы бежали, тем становилось страшнее. Они могли убить нас! А вдруг я потеряю его? Каким бы стал для меня мир без него? Нет, быстрее, быстрее!
Стали чаще попадаться деревья, и склон уже не был таким крутым. Мне почудилось, что я начинаю лучше различать деревья, кустики, траву и камни, встречающиеся на пути. Еле дыша, я взглянула на небо и увидела край луны, выглядывающий из-за черных туч. Так вот в чем дело. Скоро ветер прогнал облака, и стало совсем светло. Почва под ногами стала мягкая, пружинистая и зыбкая. Обувь стала скользить. Высокие стройные стволы деревьев окружили нас плотной стеной. Оказалось, мы в густом сосновом лесу, а под ногами хрустят сухие опавшие иголки. Мы продолжали бежать, но уже немного медленнее. Деревья стали ниже, видимо старые деревья остались позади, а это молодые сосны, зеленые и с густыми раскидистыми ветками.
Радим замедлил ход, и я постаралась немного притормозить, хотя от долгого бега ноги онемели, и перестали слушаться.
–Думаю, нам надо передохнуть, – тяжело дыша прошептал Радим. Я так устала, продрогла, что хотелось просто свалиться на землю и отключится.
Даже представить себе не могу, куда мы теперь денемся. Не стоять же посреди леса всю ночь? А вдруг они уже заметили, что мы удрали и пошли нас искать? Мне захотелось рвануть и бежать дальше, но ноги так отяжелели, что я даже пошевелиться не смогла. А если тут звери дикие водятся? Я потянулась ближе к Радиму и сама ухватила его за руку.
–Дрожишь? Тебе холодно?
А я и не заметила. Меня действительно слегка знобило, но скорее всего это от пережитого страха и нервного напряжения. Со мной так бывает всегда, когда я сильно волнуюсь.
– Давай-ка мне свой рюкзак.
Забрав у меня мою ношу, он снял с себя ветровку и накинул на меня.
–Нет, ничего, не надо. Со мной все хорошо.
– Надень. В горах ночью всегда холодно. Попробуем найти хоть что-то похожее на ночлег.
Я нервно захихикала. Ночлег на голых скалах. Тут наверняка есть гостиница специально для таких сбежавших от криминала, заблудившихся путников, как мы. Радим обеспокоенно поглядывал на меня. А я еле волоча ноги, плелась вслед за ним.
–Кажется, здесь не так круто, можно спуститься. Потерпи еще чуть-чуть. Мы что-нибудь сейчас найдем.
Не знаю точно, сколько мы шли, недолго, может полчаса, а может больше.
Остановились у большого дерева. Радим ободряюще потрепал меня по плечу.
– Ты совсем замерзла. Тут и заночуем.
Он стал сгребать сухие сосновые иголки и устроил нечто вроде подстилки. Я помогала ему. Острые концы иголок кололи пальцы, но я уже и не обращала на это внимания.
–Может, пойдем дальше? – пролепетала я, когда мы закончили, и он посадил меня у ствола, – А вдруг они нас уже ищут? Вдруг найдут?
Я чувствовала, как все леденеет у меня внутри, при мысли о том, что они могут с нами сделать.
–Нет. Нам надо отдохнуть, иначе завтра мы идти не сможем.
–Садись со мной рядом, пожалуйста.
И стоило ему устроиться рядом, я тут же прижалась к нему, крепко обхватив его руками. Да, у тебя жена, ну и что? Никому я тебя не отдам. Радим охнул от неожиданности.
–Не бойся, Анна,– в его голосе было столько теплоты, что я чуть не разрыдалась, – Поспи.
И он осторожно приобнял меня. И в то мгновение никого счастливее меня не было на земле.
8
Я проснулась от того, что солнце светило в глаза. А еще я замерзла. В горах и летом по ночам холодно, а осенью тем более. Утренняя сырость пробрала меня насквозь. Я попыталась расправить затекшие руки и ноги.
–Доброе утро, спящая красавица! – поздоровался Радим.
Оказывается моя голова лежала у него на коленях. Я резко отпрянула. Краска снова бросилась мне в лицо, когда я вспомнила, как кинулась ему на шею вчера ночью. Тогда это было таким естественным, но сейчас при свете дня ситуация казалась не такой страшной. И как только я могла такое себе позволить? Совсем стыд потеряла.
–Ты что всю ночь так сидел?
–Нет, почему. Сначала я долго сражался с твоими руками, пытаясь выбраться из твоих нежных объятий, – хихикал он, наслаждаясь тем, как я все больше смущаюсь, – А потом ты все-таки разрешила себя уложить.
Последняя фраза прозвучала как пошлость. Это было уже слишком. На глаза навернулись слезы от обиды и смущения. Я была готова броситься на него с кулаками.
–Ты! Ты просто! – я не нашлась что сказать.
–Что?
–Ух!
Он продолжал веселиться. И все-таки он странный. Как будто в нем два человека. Один романтик, стеснительный и робкий, а другой, ну, просто слов не хватает, как его назвать! Нахал! Только дай повод поиздеваться.
Я потянулась к волосам и тут же забыла про свою злость. Это же кошмар, я наверно выгляжу как чучело огородное! Кровь на затылке спеклась, волосы свалялись.