Przejdź do audiobooka
Они долго смотрели друг на друга, будто видели в первый раз. Внутри Принца что-то ёкнуло, обдало холодным жаром, но он без какой-либо эмоции на лице вздохнул.
– Привет. – Сухо кивнул юноша, снова поворачиваясь к этикетке на бутылке, будто бы он мог ее прочитать.
– Что ты делаешь? – Спросил Лев, подходя ближе.
Принц кинул на него сложный взгляд, не зная, что ответить. Сказать, что он пьет – нельзя, потому что парень даже бутылку не может открыть. Сказать, что он читает этикетку – тоже нельзя. Что за ерунда? Кто вообще читает этикетки… Действительно, что он вообще делает?
– Не можешь открыть? – Растерянно улыбнулся Лев, сложив брови домиком.
– Могу.
– Почему не открываешь?
– Я собираюсь.
– У тебя хоть штопор есть?
– Что?..
Лев усмехнулся. Он протянул руку, чтоб взять бутылку, но Принц не отпускал.
– Давай помогу.
– Я сам.
– Да давай…
Теперь они уже оба вцепились в горлышко бутылки, обмениваясь странными, ничего не говорящими взглядами.
И под это странное затянувшееся молчание пробка пулей вылетела из сдавленного горлышка. Ехидно стукнулась об стену рикошетом, а затем заставила Льва с Принцем подскочить от неожиданности, врезавшись в пол под их ногами. Содержимое сосуда вырвалось наружу белой струей.
Стоя в шипящей луже, Принц и Лев смотрели друг другу под ноги.
– Это не вино. – Понял Принц вслух.
– С чего ты вообще решил, что это вино? – Лев поднял глаза на золотые буквы этикетки.
– Ну… Бутылка красная.
Принц без усилий притянул к себе бутылку и отошел к стене. Осев на пол, посмотрел на оказавшегося рядом Льва. Они оба прислонились спинами к холодной каменной стене и вздохнули. Каждый о своем.
– Все настолько плохо? – Наконец спросил Лев.
В ответ Принц приложился к бутылке, вливая себя пьянящую жидкость, половина которой теперь лежала беспомощной лужей в центре погреба.
Лев снова издал глубокий вздох.
– А у тебя как? – Без особого интереса хмыкнул Принц.
– Да… Я…
Они помолчали. Принц думал о том, что шампанское он еще не пил никогда, и очень зря, потому что ему понравилось. Может быть, дело было в том, что оно добыто из места, где все бутылки похожи на винные… И пишут на странном языке… Наверное, в этом месте гораздо лучше, чем здесь.
Мысли уже начали путаться, хотя Принц не выпил и половины. Сказывалось отсутствие опыта…
– Вообще-то я хотел… Я подумывал о том, чтобы свалить и забить на чертовы тыквы еще раньше… Просто вот и… Я бы правда ушел и дожил бы оставшееся мне спокойно, но вот появляешься ты, и я…
– Ты зачем это все говоришь? – Принц снова отпил. – Кажется, мы все обсудили…
– Просто я много думал об этом, и считаю проблему нерешенной…
– Так вот. Я все решил. – Принц с прищуром посмотрел на Льва. – И сейчас меня беспокоит совсем другое. Например, умирающие дети. Да не только дети…
Бутылка булькнула в его руках, словно подтверждая сказанное. Лев окинул Принца долгим взглядом.
– Я понимаю, но…
– И хватит выставлять меня виноватым… Все и так с этим успешно справляются.
Постепенно мысли Принца стали расплываться. Грудь наполнилась каким-то мягким теплом. Голова стала одновременно и легкой, и тяжелой. Принц как-то странно кивнул, будто шея перестала его слушаться.
– Раз уж ты здесь, то, тебе совсем плохо? – Донесся голос Льва. – Я помню, как ты радел за… здоровый образ жизни.
– Ага, а еще тогда мы сидели у озера. – Усмехнулся юноша. – Ты… Ты выпил немного какой-то настойки. И начал меня щекотать…
– Ты бегал от меня. – Лев смущенно улыбнулся. – Знаешь, дразнить тебя было очень весело. Об этом я никогда не буду жалеть.
– Ага, бегать от тебя тоже было весело. И не бегать… Ты помнишь, как мы чуть не заблудились в лесу?
– Ты мне рассказал про ту сказку, в которой была… Такая злая девчонка. Она была несчастной, сказал ты, и стала злой.
– Но была и другая… Как ее звали…
– Сторге. Даже не знаю, почему я запомнил…
Принц уронил голову на плечо Льва. Картинка перед глазами качалась, убаюкивая.
– … Сторге. Да. – Сказал он. – И была она светлой, как пшеничное поле заветных земель, а совесть чиста, как безупречна юнца колыбель…
– Это из той книжки?
– Да… Мама очень часто ее читала. Наверное, хотела вырастить кого-то такого же…
– У нее получилось, я думаю.
– Не-а. – Засмеялся Принц. – Кого ты видишь во мне, Лев?
– Я вижу в тебе человека, с которым мы встречали утро каждый день. И вместе ложились спать. И я бы…
– Что?
Лев помолчал. Принц закрыл глаза, вспоминая их маленький неказистый домик, ложбинки между скалами, высокие сосны и почти идеальный круг чистого-чистого озера. И траву, которая щекотала колени. И песок, в который можно было зарыться пальцами. И тепло камина, и горечь черного чая по вечерам.
Дни, когда ничего не было, все равно были наполнены чем-то, что было больше их самих… Больше Принца. Жизнь в то время была одной из самых красивых картинок. Бывало, смотришь себе под ноги, на покрытую солнечными зайчиками траву, и кажется, будто ничего прекраснее ты не видел в жизни. Или на небо. Закрываешь глаза. Пытаешься запечатлеть увиденное. Выжечь на обратной стороне век. Но оно утекает. И… Это тоже прекрасно, думал Принц, потому что вечность со временем теряет ценность. А что-то, что можно назвать вспышкой, что убегает, как бы ты за ним не гнался – наверное, самое лучшее.
– Что такого есть во мне, за что меня можно любить?
– Принц, любят ведь не за что-то. – Помолчав, ответил Лев. – Влюбляются за красоту, за интеллект, талант… Не знаю. Влюбляются за восхищение. А любят… Любят не за что-то.
Принц покачал головой.
– Не понимаю.
– Любовь – это принятие. – Вздохнул Лев. – Когда ты… Ну не знаю. Я любил Эмилию, наверное.
– Ты хотел жертвовать ради нее?
– Наверное, дело не в этом. Просто она казалась мне прекрасной, всегда. И когда она возвращалась взъерошенная и уставшая с работы. Она была… Ну… Я любил ее, когда она смеялась вместе со мной, но и когда ругалась на меня тоже. Я понимал, что все могу ей простить. И все равно буду стремиться к ней, даже когда она пошлет меня к черту. Понимаешь… Недавно, совсем недавно я осознал это. Наверное, я так много тебе врал…
Помолчали. Принц окончательно упал на Льва, оказавшись в его объятиях. Он погрузился в полудрему.
Принц позволил Льву поднять себя на руки, хотя, скорее всего он даже не понял, что с ним делают. Оказавшись в сильных и теплых руках, парень почти полностью погрузился в сон. Тело стало таким легким, просто воздушным, как казалось. Голова сама по себе легла на плечо Льва. Все мыслительные процессы прекратились.
***
Принц проснулся в своей кровати, укрытый большим тяжелым одеялом. Где-то неподалеку скрипнули металлические ножки стула, и юноша понял, что он тут не один.
Парень с усилием поднялся. Голова немного гудела, а по ощущениям живот прилип к спине. Честно говоря, Принц не помнил, когда ел в последний раз. Так еще и шампанское…
Лев сидел напротив меловой доски, блуждая по ней изучающим взглядом. Он заметил Принца и повернулся.
– Это все ты? – Лев обвел рукой наработки.
– А ты тут видишь кого-то еще? – Недовольно фыркнул юноша. Он поежился – холод в замке стал уже постоянным гостем. Пришлось накинуть все то же легкое пальто, которое раньше принадлежало отцу…
– Ты не меняешься, – усмехнулся Лев, играя с прядью волос, – Ну так и что это такое?
– Я пытался придумать… План… – Принц со вздохом всплеснул руками. – Чтобы пережить этот кошмар, нам надо действовать по сценарию. И я пытался придумать систему, я предлагал ее Ластору. Но все это бесполезно…
– И что думаешь делать?
Принц с прищуром посмотрел на Льва, скрестив руки на груди.
– Хочешь сказать, тебе интересно?
Лев улыбнулся, два раза хлопнув глазами. Парень нахмурился, ощутив какую-то странную внутреннюю рябь, будто его внезапно что-то обожгло, но тут же все стихло.
– Хочу. – Ответил Лев, вставая и возвышаясь над Принцем. – В первую очередь, я хочу тебе помочь.
– Спустя сколько дней проснулось такое желание? – Хмуро спросил Принц, но не поднял глаз.
– Чарли, ну… Ты же сам меня прогнал тогда. Я просто не знал, что делать. Ты… Ты меня ставишь в такое дурацкое положение, что…
– Опять не знаешь, что чувствуешь и что тебе делать, да? – Принц с раздражением выдохнул, запустив пальцы в потерявшее пышность жабо, теперь платком спадающее ему на грудь. – Может быть, ты разберешься в себе наконец?
– Я разобрался, это не…
– Да уж я вижу! Извини, помимо тебя… Помимо… Твоих сомнений и переживаний о себе любимом, я беспокоюсь о том, чтоб люди в Стелле смогли вернуться к нормальной жизни! Посмотри!
Юноша рывком отстранился от Льва и вскинул руку на разбросанные по столу рукописи, на измученную меловую доску. Он схватил со стола массивную пачку бумаг.
– Это, – пояснял Принц, – списки людей, я… Я их всех расписывал по группам… Например, южный корпус, второе отделение… Здесь дети десяти лет. А, вот. Здесь план питания, допустим. Тут все во всех количествах.
Принц громыхнул по столу исписанными листами и снова обернулся ко Льву.
– Я придумал безупречную стратегию. Как нам всем… Как… В замке же стало гораздо холоднее, не так ли? Соответственно, всем нужно греться чем-то. Вот. Вот здесь я распределил ежедневные обязанности. Если работать по этому плану, то мы сошьем достаточно большое количество одеял, плащей… Хаоса не будет. Все будет… Правильно, и… Хотя бы половина сможет пережить все это.
Принц замолчал, переводя дух. Его трясло, руки обдавал холодный пот. Усталость застилала глаза и готова была ручейками упасть на впавшие щеки.
– Поэтому, Лев… Поэтому мне сейчас не хочется думать о том, что между нами происходит. Все это было ошибкой, потому что, черт возьми, я ушел… Я бросил все из-за тебя. Может быть, я упустил шанс… Тот момент, когда все пришло к этому… А ты? Ты даже не можешь просто быть рядом. Да, знаешь, что? Ты даже уйти нормально не можешь. Ты мучаешь меня, и ты это знаешь, ты знаешь, что ты мне важен, и что мне тяжело, когда ты мнешься в сомнениях: бросить меня, или нет?
Лев опустил глаза в пол. Взгляд его ничего не выражал. И Принц чувствовал, как злость вскипает губительной волной, как чешет горло. Но он лишь выдохнул.
– Ты думаешь, мне доставляет удовольствие такое положение дел? – Мрачно фыркнул Лев. – Но ты не справишься один.
– Хочешь предложить свою кандидатуру мне в компаньоны? – Принц нахмурился. – Чтобы потом опять меня бросить?
– Я не бросал тебя, я думал, как поступить лучше…
– Лучше для кого? Для тебя?
Лев нехотя поднял взгляд на Принца. Некоторое время они стояли, не роняя ни звука в холодное помещение. Принц подумал о том, что он бы хотел просто упасть на кровать и уснуть вечным сном прямо сейчас. Или вообще никогда не рождаться? Может быть, так было бы гораздо лучше. Для всех…
– Я не игрушка. – Наконец сказал юноша. – У меня тоже есть чувства, желания. Я хочу планировать свое будущее, независимо от твоих решений. А ты и решить-то ничего не можешь. – Юноша сделал многозначительную паузу, прежде чем добавить. – И все-таки мало ты понимаешь в жизни, Лев, хоть и думаешь иначе.
– И ты считаешь, что ты справишься? – Усмехнулся тот с неожиданной едкостью. – Ты-то много понимаешь, Чарли?
Лев сделал шаг навстречу Принцу и тому пришлось отступить назад, вперившись ладонями в поверхность стола.
– Ты многое можешь изменить, думаешь? – Продолжал молодой человек. – Несколько недель назад ты из себя ничего не представлял.
– Что ж, люди меняются. – Парировал Принц. – Но ты не допускал мысли о том, что я просто не знал, что я из себя представляю?.. Я найду способ, как все исправить. Я ищу его и не собираюсь сдаваться.
– А что, если нет? Один против всех, да? Ну-ну.
– По-твоему, лучше ничего не делать? – Искренне не понял Принц. – Даже если я освобожден от ответственности, я не прощу себя, если буду сидеть, сложа руки.
– Ты мог бы наслаждаться жизнью, пока она не кончилась, а не чахнуть здесь… Со всей этой бессмыслицей вокруг тебя.
Лев кивнул в сторону записей и пресловутой доски.
– Мы могли бы… Уйти вместе. – Немного погодя, добавил он.
Принц оторопело хлопал глазами. Лицо Льва будто бы смягчилось, но вместе с тем приняло растерянное выражение.
– Почему бы и нет? – Осторожно спросил он. – У нас ведь и так нет будущего: я совсем скоро исчезну, а ты погибнешь, как весь этот этаж. Давай смотреть правде в глаза? Если бы не это все, мы бы не ссорились…
– И я бы не усомнился в тебе. – Кивнул Принц. – Но, так как это уже произошло, какой смысл в наших отношениях?
Лев нахмурился.
– Думаешь, можешь вот так вот меня изничтожить, а затем вернуться просто… Попросив прощения? – Усмехнулся Принц. – Ты, кстати, даже этого не сделал. Лучше уж я умру, имея при себе остатки достоинства, чем похороню себя трусом, избежавшим ответственности ради соблазна быть счастливее остальных. Быть счастливее остальных с лжецом, с лицемером и эгоистом. С тобой, Лев.
Принц не заметил, как ладони Льва впились ему в шею, но еще не решались сомкнуться удушающими тисками. Их лица были достаточно близко для того, чтоб юноша чувствовал обжигающее дыхание мужчины бледной щекой.
– Кем ты меня назвал? – Прохрипел Лев, сощурившись.
– Я констатировал факты. Убери от меня свои руки.
Внезапно тот повиновался. Однако сузившиеся зрачки все еще впивались в лицо Принца, и парень почувствовал, что по спине скользит неприятная дрожь испуга. Он еще никогда не видел Льва настолько свирепым. Видимо, задел за живое…
– Ничего у тебя без меня не выйдет. – Оскалился мужчина. – Хоть кем меня назови… Ты – маленькое несамостоятельное ничтожество, вообразившее себя… Да вспомни, как мы встретились! Весь такой несчастный, отвергнутый всеми, наврал мне с три короба про ужасную семью… Слабак.
Кончик львиного хвоста два раза стукнулся об пол, изобразив хлыст. Принц не дышал.
– Знаешь, я наслышан о Короле и Королеве. – Продолжал Лев. – О, как хороша была Стелла при них. Всем их очень не хватало, каждый день слышал такое. Бедные-бедные Король и Королева. Какими же хорошими они были. Может быть, их дорогой сын будет таким же? Я представлял его, их сына, как статную, величественную личность, готовую вступить на трон в любой момент после регента. Все так представляли его. Говорили, что не может быть иначе! – Усмешка. – Ведь как могли воспитать достопочтенные Король и Королева нечто вроде… Тебя, Чарли?
Внутри Принца все провалилось куда-то вниз. И летело на неописуемой скорости, собираясь разбиться. Обдало холодом. Отхлынула краска лица.
– И вот, я встречаю их чадо. – Злорадствовал Лев. – И что я вижу? Мальчишка. Инфантильный, глупый… Ты не думал, что бы о тебе сказали твои драгоценные родители, когда убегал? Я бы на твоем месте умер от стыда.
– Прекрати… – Одними губами ответил Принц, но Лев вошел во вкус:
– Ты отважно пытаешься исправить свое положение, поздравляю. – Он хлопком сомкнул ладони прямо перед лицом юноши, заставив того зажмуриться. – Но, знаешь, ты не изменишь того, что ты совсем не похож на своих родителей. Очень-очень жаль. Ты ничего не исправишь, у тебя просто силенок не хватит, дорогой.
– Лев…
– Бедные-бедные Король и Королева, как грустно! Их сын – ходячее разочарование!..
Удар.
Льва отшатнуло в сторону. У Принца пульсировало в ушах, поэтому он не услышал звука от столкновения своего кулака с носом собеседника. Он даже не понял, что произошло, в какой момент он…
Принц тут же испугался, ошалело уставился на свои ладони, задаваясь немым вопросом.
Когда наконец Лев поднял голову, юноша увидел стекающие по усам, губам и подбородку кровавые полосы. Красным капало на белый воротник рубашки, на рукав пальто, стекало по пальцам…
Что это? Ему хочется упасть, начать извиняться, искать носовой платок, но… Нет. Страх в глазах Принца темнеет, превращаясь в стальные блики. Он опускает сжатые кулаки, дыхание ровное. Выпрямляет спину и смотрит Льву прямо в глаза.
Тот таращится на него, как оглушенная кошка. Большие зеленые глаза будто бы остекленели.
– Неужели тебя так задели мои слова? – Принц улыбнулся краешком губ. Ямочка на левой щеке чуть колола изнутри.
– Как легко ранить твое самолюбие. – Продолжал юноша каким-то не своим голосом, эхом ложившимся на стены комнаты. – Не смей говорить о том, чего не знаешь.
Принц как ни в чем не бывало отошел от Льва, обратившись взглядом к туману за окном. Он молчал еще минуту, ни о чем не думая. В голове пусто: ни одно чувство не отзывается.
– Чарли, я…
– Уходи.
– Чар… – Лев сделал несколько шагов в сторону Принца, и тот слишком резко развернулся на каблуках. Молодой человек остановился в растерянности.
– ВОН ОТСЮДА! – Вскричал Принц. – И не подходи ко мне…
– Я не… Я не хотел, я…
– Нет! Не говори ни слова. Уходи. Просто оставь меня в покое.
Лев склонил голову, его уши упали назад, хвост лежал на полу. Бесконечное молчание гудело в голове, но вскоре он развернулся, чтоб покинуть комнату. Только лишь Лев исчез в дверном проеме, Принц осел на пол и закрыл лицо руками.
Он сидел так несколько минут. Затем поднялся. Надо что-то делать. Если Ластору не понравился и этот план, то нужно еще раз посмотреть, что не так…
Принц встал, подошел к столу, разложил стопку бумаг. Слегка потрепанные листы, все исписаны… Так, что здесь?
«Южное крыло, первые комнаты – дети от пяти до десяти…»
И что? Принц перечитывал одну и ту же строчку несколько раз. Все никак не мог сообразить, что он читает… Какие-то слова, все… Вроде все понятно. Но ничего нельзя прочитать. Тяжело думать, что-то совсем не вяжется. Может, это от недосыпа?
Вот строчка и… И тут на витиеватые буквы срывается капля. Она расползается темным пятнышком. Вот застыла. Еще одна.
Принц вытер глаза и посмотрел на свои дрожащие руки. Нет, ему определенно надо поспать. Он подумает над планами, обязательно подумает…
Юноша отправился к кровати, но тут же вспомнил, что он спал совсем недавно. Тогда какой смысл тратить время на сон сейчас? Но и думать как-то тяжело…
Принц все равно сел на постель, свалился головой на подушку. Он закрыл глаза, но сон не шел. Зато голова болела.
Почему-то, если смотреть на эту комнату сверху, она всегда кажется слишком большой. Даже заваленная бумагами. Хотя, касаемо рабочего стола, Принц всегда старался соблюдать порядок…
Он вспомнил, что когда-то это место, наоборот, казалось ему слишком маленьким и измученным. Еще несколько месяцев назад парень бы сказал, что его мир – крохотное ничего, такое крохотное… Что его можно было бы, наверное, обхватить руками.
Принц посмотрел на свои ладони так, будто видел их впервые. Все меняется. Просто раньше эти руки не знали, каково это – сталкиваться с чужой плотью и дробить ее в кровь. Особенно, если это чье-то лицо, красивое… Красивое лицо, которому пристало говорить очень некрасивые вещи.
Нет, Принц не ненавидел Льва. Он все еще видел перед собой его, растерянного, испуганного… Конечно, это было жестоко. Лев… Принц тоже сказал ему много неприятных вещей. А теперь Лев… Да где он? Куда он пошел? Зачем Принц его прогнал…
Как он мог его ударить?
Неожиданно, Принцу стало очень жалко Льва. Так жалко, что он был готов возненавидеть себя.
Надо его найти. Хотя бы… Хотя бы извиниться что ли?
Принц вышел из комнаты, не надевая пальто. Точнее выбежал, повинуясь непонятному импульсу. Недолго думая, свернул в черный ход к саду. Тоннель обдал исхудавшее тело Принца влагой и сырым туманом. Он съежился, обхватил себя руками. Пальто все-таки было бы не лишним.
Сад почернел. Трава стала серой, неба вообще не было видно. Занавешенное сплошным белым облаком, оно ничего не выражало. Над Звездным Островом не горело ни единой звезды, разве что…
Тонкий, едва различимый лучик Ире-Долоре прямо над куполами замка. Принц прищурился, чтоб уловить волнительный блеск, но холод сподвиг его двигаться дальше.
Юноша попытался кричать, но почувствовал себя до того жалким, что растерянно замолчал. Его уставшие шаги шуршали в сухой траве. Время от времени парень натыкался на оледеневшие колонны и статуи.
Сад был до боли знаком ему. Вот изваяние Геракла, пронзающего копьем какое-то чудище… Тут был фонтан когда-то. Сейчас – мрачная пустота, да капает что-то. Еле-еле капает.
Принц чувствовал, что несчастнее он уже быть не может. Он вообще не знал, что ему делать дальше и откуда брать силы для этих дел. Последний раз, когда парень чувствовал себя по-настоящему счастливым, остался в одном из солнечных дней в домике у высоких гор.
Тогда Принц, по обыкновению, провожавший закат на помосте подле озера, перебирал струны маленькой гитары, извлекая из инструмента одну из знакомых Стелле мелодий.
Сзади шелохнулась трава – приближался Лев. Молодой человек, одетый в темные брюки и в белую рубашку с манжетами, присел рядом. Еще утром Принц заплел его шелковистые темные волосы в неопрятный пучок, который почти растрепался к вечеру. Но даже так… Да, Лев всегда невероятно красив.
–… Но она с друзьями, кем были славные звери, королеву пчел и людей одолели… теперь песня живет их рассказами об истории зверя с лапами грязными… – Напел он, улыбаясь.
– Знаешь эту песню? – Спросил Принц.
– Да, как же не знать. Ее часто поют в городе на всяких фестивалях и праздниках. Но слова… Плохо помню, если честно.
Принц хмыкнул и отложил гитару. Оба собеседника посмотрели на заходящее солнце.
Такая родная тишина этого места теплила душу. Где-то пропела последняя птица, укладываясь спать. Ветра почти не было. Блестел поднимающийся диск луны над головами, но на ровной голубой глади озера еще разливались персиковые блики вечера.
– Если бы жизнь можно было поставить на паузу, я бы сделал это прямо сейчас. – Хмыкнул Принц.
– Именно сейчас? А что же завтра? Думаешь, не повторится?
– Я боюсь… Что такое однажды произойдет.
Принц промолчал, прежде чем продолжить.
– Мне очень страшно потерять это.
Лев многозначительно кивнул и осторожно взял руки Принца в свои. Они посмотрели друг на друга.
– Мне тоже страшно, Чарли. Но мы вместе.
– Ты никогда не думал о том, что становится страшно жить дальше, если начинаешь предполагать, что… Однажды придется страдать?
– Вся жизнь – это перечень страданий. Просто иногда мы страдаем чуть меньше. Например, как сейчас. Ты и я. И все хорошо. Наслаждайся моментом…
Принц вздрогнул, налетев на мраморный выступ и опомнившись. Опять воспоминания, чертовы воспоминания… Хотя, это все, чем он сейчас живет. Ладно, хорошо, что они хотя бы есть… Наверное, хорошо.
Однако сейчас они мало чем помогают. Принц совсем выбился из сил. Осев на землю, он понял, что понятия не имеет, где искать Льва. Тот вообще мог не заходить в сад… Может, в лес?
Лес как раз окружал невинный сад мощной стеной. Правда деревья теперь стояли в нем голыми черными столбами, между ними гуляла белая пелена.
Принц вздохнул. Делать нечего? Впрочем, как ни странно, ему сейчас было все равно. Ну заблудится он в лесу, и что… Может, так даже лучше…
На нем были лишь тонкие брюки и рубашка. Ступив в лесную обитель, парень ощутил, что сквозь черные ботинки проникает колючий холод. Мороз пробрался в легкие, заставил дрожать, но… Принц принял решение идти дальше. Сам не зная, зачем, для чего.
Да, некоторые так и замерзли насмерть в этом лесу… Но он же не на долго. Просто поищет тут Льва и пойдет дальше…
– Лев? – Позвал юноша.
Конечно, ответа не последовало.
Принц побрел вперед, не чувствуя ничего, кроме усталости. Ему даже стало смешно от того, как все плохо.
Интересно, как Ластор сам собирается справиться со всем этим мором? Особенно, когда сидит и ничего не делает в этом своем кабинете. А Принц возится, думает… С ночи до утра. Людей жалко… Вот, что главное…
Ведь умирают дети. Просто так…
Главное, хотелось бы понять, что это вообще за враг такой. Чего он хочет, что из себя представляет… Судя по рассказам, столкнувшиеся с ним сначала погружаются в глубочайшую тоску. И, обремененные этим чувством, умирают. Рискуют все, кто хоть сколько-нибудь страдает. А значит…
В зоне риска находится весь замок. Скорее даже… Это – эпицентр страданий.
Принц остановился. Дальше идти было просто невозможно – его пробирала пульсирующая дрожь. Но парень успел зайти довольно-таки далеко, попеременно клича Льва.
И его он не нашел, и себя похоронил. Деться-то некуда – кругом лес. Под ногами бледная, почти белая, земля. Принц пытается растереть замерзшие конечности, но это не сильно помогает.
Голова кружится. Ну, это скорее всего от голода.
Как странно, что, духовно живые люди могут умереть физически, думал Принц. Неужели мы – лишь скопище органов? Разве только пульс, движение клеток и дыхание делают нас людьми? Во всяком случае, когда тело изнемогает, изнемогает и душа, решил парень.
Да, интересные мысли. Особенно, когда готовишься умереть от холода.
Принц в бессилии осел на землю и вздрогнул от того, какая она холодная. Немного подумав, он распластался на ней, устремившись взглядом в бесконечно белое небо.
– Не умирать же стоя, мам. – Сказал Принц, по всей видимости, обращаясь к невидимым теперь звездам наверху.
Он помолчал, прислушиваясь. Но кругом царила тишина.
– Я правда пытался, мам. Я пытался, веришь? Мне даже не дают и шанса. Хотя… Может, я что-то неправильно делаю?
Небо молча вникало в отдающую эхом речь. Но продолжало внушительно молчать.
– Все говорят, что я плохой сын для вас с отцом. Да, я и человек-то не очень, не то, что наследник трона… Зачем я ударил Льва?.. Может быть, ты бы сказала, что он заслужил. – Принц грустно улыбнулся. – Но отец всегда просил решать вопросы путем… Ну, этих… Путем дискуссий. А я – раз. Думаю, это совсем низко для меня. Но… В общем-то я давно перестал быть тем, кого бы вы хотели видеть…
Принц резко замолчал – у него начали стучать зубы от холода. Такого раньше с ним никогда не случалось, и сперва юноша подумал, что это – предсмертные конвульсии.
– Прости, мам. – Выдохнул он совсем тихо.
Ну вот и все? Это конец? Так странно уходить из жизни, но вместе с тем так легко… Кажется, что с тебя спал весь тот груз, который тянул к земле. Ежедневно и жестоко… Жалко, что многих вещей уже не увидишь.
Не увидишь закат, не коснешься ногами песчаного дна озера. Не почувствуешь вкуса горячего чая. Не посмеешься с какой-то глупой шутки, не смахнешь слезу над книгой. Какая это была книга? Какая-то детская сказка, Принц? Почему ты плачешь? Нет, я не плачу, просто в глаз попало. Мне мама в детстве читала нечто похожее. Лев, откуда это у тебя? Да не помню, вроде подарил кто-то. Чарли, я не знал, что ты такой сентиментальный. На себя посмотри, господин романтик! Я романтик? Ага, еще какой…
Ты сплел венок из тех оранжевых цветочков. И щекотал меня травинкой, когда я пытался задремать! Вот и как с тобой быть? Ладно, ладно… Так, ты опять? Зря я тебе сказал, что боюсь щекотки!
А сейчас я, хех, умираю. Наверное, надо сказать… Пока? Что обычно говорят, когда уходят?..
Сознание медленно покидало бледное тело. Картинка перед глазами стала мутной, и…
И вдруг Принц услышал чье-то пение. Совсем неподалеку.
Может, ему кажется? Да нет, вроде отчетливо слышно… И этот приятный ласковый голос становится все ближе и ближе…
Холод все окутал сперва,
И все попрятались в своих домах.
Когда-то зеленый лес
Под тенью врагов совсем исчез,
Но она с друзьями,
Кем были славные звери…
– Королеву пчел и людей одолели…– Допел Принц, вспоминая старую мелодию умирающей Стеллы. – Теперь песня живет их рассказами об истории зверя с лапами грязными…
Последние силы покинули его, и он потерял сознание.
Глава вторая.
Величество!
Скрип двери. Кто-то прошелся по деревянному полу, ругнулся, кидая в камин сухие поленья. За окном что-то шуршало, или капало… С закрытыми глазами было сложно определить.
Пахло хвоей, чем-то горячим и пряным. От колючего пледа отдавало теплом… Что-то мурчало прямо на животе у Принца. Что-то живое.
Он открыл глаза. Прямо над ним висел низкий деревянный потолок, сам он лежал на чем-то не особо мягком. Принц приподнялся на локтях, чуть не спугнув кого-то пушистого. У животного было продолговатое тельце, белый мех и узкая вытянутая мордочка с большими глазами. Существо походило на барашка, правда без обыкновенной овечьей шерсти, а также нетипично маленького размера. Малыш встревоженно вилял длинным кошачьим хвостом, лежа на Принце. Однако, заметив, что тот очнулся, симпатичное нечто спрыгнуло на пол, убежало, цокая серебряными копытцами.
– Что, проснулся, малыш?
Принц обернулся на голос. У играющего огнями камина сидела невысокая девочка, закутанная в темно-зеленый платок. Из-под подола длинного платья высовывались громоздкие ботинки.
В ней, казалось, не было ничего особенного. Если не считать массивных рогов, венчающих кучерявую голову. Принц насторожился.
– На, – девчонка протянула белому существу наполненную чем-то ладонь, – Правда, я супчик сварить хотела-а… Ну, посмотрим, может у меня еще есть этого…
Судя по всему, хозяйка дома не заметила, как Принц проснулся. Она обращалась к своему питомцу. Поэтому юноша сам решил обратить на себя внимание, кашлянув в кулак.
Незнакомка обернулась. У нее было довольно миловидное лицо с большими карими глазками.
– О, и ты проснулся, высочество. – Обрадовалась она. – Жевьен не помешал тебе спать?
– Жев…Жевьен? – Нахмурился Принц.
– Да. – Девушка потрепала своего недо-барашка по пушистой голове.
– Что это за зверь?..
– О, ты разве не видел фелисава? Хотя, откуда ты мог видеть, величество, они же довольно редкие теперь, а ты из замка не выходишь…
Принц хлопал глазами.
– А, так ты, наверное, не знаешь и меня тоже! – Девчонка хлопнула себя по лбу.
Она порывистым шагом подошла к Принцу и протянула руку, поспешно заправляя выбившуюся прядь волос.
– Теле. Не такая редкая, как фелисава, но ты обо мне тоже не мог узнать. Я же живу в лесу!..
– Принц… – Юноша рассеянно пожал протянутую ладошку Теле. Она внезапно рассмеялась.
– Я знаю, кто ты, величество. Ты не понял этого что ли? Ну ладно. Я, хоть и живу в глуши, многое знаю. Слушай… Почему ты тут оказался? Честно говоря, мне было нелегко тащить тебя сюда… Да ты ж еще замерз, чуть ли не на смерть! Вот скажи мне: ты куда в такой холод вышел в легкой рубашечке? И почему один? Или у нас величеств уже никто не сопровождает?
– Подожди… Теле… – Принц сел в кровати. – Неужели ты не знаешь, что происходит в Стелле?
– Нет…– Девушка рассеянно теребила ткань юбки. – Понимаешь, меня довольно долго там не было. Я ж… Ну… иногда я живу в разных местах. Я только недавно перебралась в эту часть леса. И мне ходить в Стеллу просто так не нужно было…
– А зачем… сюда перешла?
Теле запнулась. Некоторое время на ее лице повисло то ли недоумение, то ли странная задумчивость.
– И тебя не удивляет, почему резко стало так холодно? – Принц с подозрением выгнул бровь.