Przejdź do audiobooka
– Что я могу сказать? – В свою очередь нахмурился Принц. – Чего ты ждешь от меня? Мне пасть на колени, умолять о прощении, Лев?
Принц поднялся и подошел к окну, отодвинул занавески. В сонное лицо Льва ударил туманный свет с улицы, он зажмурился от неожиданности.
– Не хочешь – не прощай. – Продолжил юноша. – Мне будет больно, обидно, неприятно, но это твое дело. Пожалуйста! Какая к черту разница, кто я? Знаешь, что? Я не собираюсь никого умолять. Я сыт по горло постоянными упреками в мою сторону. Да, вы правы! И ты, и Ластор правы! Я вообще ничего из себя не представляю, так и есть!
Лев молча смотрел на него, что-то очень напряженно соображая.
– Что мне теперь делать, если вы все ставите на мне крест, скажи мне пожалуйста? – Принц активно жестикулировал руками, но говорить ему становилось все сложнее из-за вновь нагрянувших эмоций. – Я просто хотел быть… счастливым. Как и ты. Я просто хотел быть нужным. Я просто… У меня все это было рядом с тобой. Но, оказывается, по мнению некоторых, я этого не заслуживаю. Это правда? Ты так считаешь?
Лев промолчал.
– Да, я ушел, да, я всех бросил… Наверное, родители бы были разочарованы, так и есть… Но что я могу сделать? Что я могу сделать?..
Принц сел на рядом стоящий стул, опрокинул голову на ладони. Между собеседниками возникла тишина, ничто не нарушало ее довольно долгое время, пока Лев наконец не встал.
– Чарли…– Он подошел к Принцу, сел рядом с ним.
Тот медленно поднял голову, но на Льва не посмотрел.
– Ты можешь уйти, я пойму. – Вздохнул он. – Я тебя обманул, я сбежал, спрятался. Наверное, я сам во всем и виноват. Я знаю, что это так. Просто я думаю, что, останься я здесь, ничего бы не изменилось, потому что я не знаю, что делать. От меня совсем ничего не зависит.
Снова помолчали, будто бы это было необходимо для того, чтоб продолжить беседу.
– Я должен подумать. – Вздохнул Лев. Принц вздохнул: лучше бы ушел, не думая. И насовсем. Чем медлил с ответом. Сердце скрипит от совсем крохотной надежды, что Лев все-таки останется с ним…
– Что с нами случилось в Стелле? – Спросил Лев.
– Мы оба потеряли сознание из-за этой сволочи, – невесело хмыкнул Принц, – говорят, что вирус убил… унес полгорода. Даже… Больше половины. И стали появляться эти существа. Те, кого вирус не тронул, перебрались в замок, теперь тут около восьми тысяч человек.
– Замок… Твой замок такой большой?.. – Молодой человек с удивлением посмотрел на собеседника.
– О, ты не представляешь, насколько. Для меня и моих родителей он был…Слишком большим. И представь теперь, когда ты остаешься… Совсем один?
– Кажется, что все вот-вот обрушится на тебя, – добавил Принц, спустя минуту, – и иногда хочется, чтоб обрушилось. Вряд ли ты успеешь почувствовать что-нибудь, зато уйдешь легко и без лишних страданий.
Лев задумчиво откинулся на спинку стула.
– Тебе этого не понять, твое одиночество было куда приятнее. – Усмехнулся Принц. – Ты не был оставлен, ты изначально был один, от того тебе и легче.
– Тебе будет… Больно лишиться меня? – Спросил Лев, и Принц посмотрел на него.
– Мне ли не привыкать к лишениям? Не привязывайся ко мне, если не хочешь дожить этот месяц счастливо. Ты можешь уйти на другой этаж, найти там что-то, кого-то…
Лев думал достаточно долго, заставляя все внутренности Принца корчиться в этом, несомненно, болезненном ожидании.
– Я не хочу жертвовать своим счастьем. И не стал бы этого делать ради кого-то…
– Даже ради того, кем дорожишь? – Несвоевольно перебил Принц. Вопрос прозвучал достаточно напряженно, так что Лев не мог не понять, о чем он на самом деле.
– Я тебе уже говорил свое мнение о привязанности и любви. Они деструктивны.
– Хорошо. Значит, ты уходишь. – Принц поднялся, зачем-то отряхнул рубашку и протянул Льву свою влажную ладонь.
Лев вопросительно выгнул бровь.
– Прощай, – пояснил Принц, стараясь смотреть куда угодно, но только не в лицо собеседнику, – рад был… Был рад с тобой… Я был рад. Удачи.
Две минуты полных гробовой тишины между ними. Принц все так же протягивал ладонь, Лев сидел, изображая мраморную статую, одну из тех, что украшали анфилады замка.
Наконец последний осторожно пожал руку юноше. Принцу захотелось выдернуть свою руку из его. Где-то внутри что-то взорвалось, и последствия взрыва подкатывали к горлу, от них щипало в глазах, но парень владел собой: на его бледном лице не дрогнул и мускул.
Лев отпустил. Принц резко повернулся к двери, и собирался было выйти, но…
– А я не сказал, что ухожу.
Юноша запрокинул голову к потолку, беззвучно проклиная этот день, и только после этого развернулся к говорившему.
– Что?
– Я еще не принял решение. – Сказал Лев совершенно искренне.
Принц смотрел на него несколько секунд. Таким взглядом смотрят на разворотившую дом собаку в отсутствие хозяев. Или на разбитый детьми сервиз. Так смотрел юноша на сидящего на стуле Льва, на виляющий хвост-кисточку.
– А я принял. – Наконец ответил Принц. – Катись к чертовой матери.
После этого он вышел из комнаты, предварительно хлопнув дверью так, что грохот от этого звука, казалось, оглушил всех в радиусе пяти метров.
***
Замок гудел от обилия народа. То тут, то там спали, кутаясь в простыни, пледы, платки – в общем во все, во что можно было укутаться от подступившей прохлады вечера. Незанятыми оставались только верхние комнаты замка, куда нельзя было пройти, не напоровшись на охрану.
Добравшись до балкона, Принц опустил голову вниз, разглядывая несчастных горожан. Кричали дети, кто-то ругался, где-то началась драка, все это сопровождалось громкими рыданиями. Стражи пытались утихомирить людей, но все это было бессмысленно.
Было понятно, что их проблемы только начинаются. Невозможно обеспечить такое огромное количество народа, особенно тогда, когда они тебя не слушают…
Принц сел на пол, свесив ноги между балясин. И сделать ничего нельзя, и не делать ничего нельзя. Что у него за положение такое? Еще и Лев… Впрочем, о Льве хотелось думать в последнюю очередь. Ему и правда лучше уйти…
Внезапно Принц заметил шевеление на втором балконе, что находился ниже его. Он высунул голову, чтоб разглядеть происходящее.
Туда вышла некая процессия людей, одетых в темные одежды, во главе которых шагал Ластор. Стражи в серебряных шлемах и с длинными копьями замыкали это шествие.
Снизу толпу людей раздвигали, чтоб вытащить в центр зала невероятно огромный диск. Его подвесили за мощную веревку на деревянную конструкцию. Подошел невысокий страж без копья, но с большой и тяжелой палкой, размахнулся, да ударил ей по золотому диску.
Удар сотряс многовековые стены замка. Принц зажал уши, снизу послышались вздохи и ахи, однако толпа людей благоговейно притихла.
– Внимание! – Громогласно крикнул Ластор со своего балкона. – Уважаемые жители Стеллы! Мы пониманием, что вам сейчас далеко не до наших рассуждений о ситуации! Но хочу вам сообщить, что сейчас состоится большое совещание! На нем мы придумаем дальнейший план действий! Просим вас сохранять твердость духа, и не сеять ссор!..
Толпа снова заволновалась.
– Вы говорили это и вчера!
– Катись к черту со своими обещаниями!
– Пожалей наших детей!
Негодование росло ежесекундно. В Ластора летели проклятия и ругательства такого рода, что Принц удивлялся, как люди вообще умудрились такое выдумать. Однако, они кричали, заглушали Ластора, даже кидались в него различного вида предметами.
Но страж снова ударил по диску, и все угомонились.
Ластор с процессией скрылся за бардовыми шторами, свисающими на выходе с балкона.
– Что это за собрание такое?.. – Подумал Принц вслух. Неожиданно он понял, что ему непременно нужно там быть, просто чтоб понять дальнейший план действий, который примет Ластор. Во всяком случае, это лучше, чем просто прятаться в своей комнате в уюте и роскоши, пока тысячи людей страдают там внизу.
Он поднялся и поспешил на лестничный пролет, чтоб увидеть, в какую сторону пойдет Ластор и «компания». Спускаясь вниз, Принц услышал их голоса и прижался спиной к стене, так, чтоб они его не заметили. Затем спрятался за стражниками.
Идущие впереди что-то бурно обсуждали, обращаясь к Ластору, но тот молчал. Принц не без ехидства подумал о том, что Ластор сам не знает, что делать, и что этот «совет», собственно, ничего не даст.
Его это даже развеселило, но потом юноша вспомнил, что радоваться в такой ситуации более чем странно.
Все-таки Ластор – умный человек. Конечно, умнее Принца, который о правильном подходе к организации какого-либо процесса читал только в книге, которую ему Лев подарил. Благодаря этим книжкам Принц так же знал, как быть финансово грамотным гражданином, как уметь говорить «нет», но все это не могло помочь ему сейчас. Парень подумал, что все эти ученые, что тратили свое драгоценное время на написание этих книг, никогда не сталкивались с тем, что на город нападал непонятный вирус, многие умирали, и с тем, что другая половина населения вынуждена была сидеть в одном здании в ужасных условиях. Интересно почитать книгу, в которой рассказано, что с этим делать.
Тем временем Ластор со своей свитой вошли в большое помещение с широким круглым столом. Однако, мест за ним на всех не хватило, поэтому многие остались стоять. Принцу это было на руку: он все еще мог прятаться за их спинами, чтобы Ластор его не видел.
Сам регент сел, поднял руку, чтоб устранить переговоры участников собрания, после чего, кашлянув в кулак, начал.
– И так, дорогие члены Совета. Наша ситуация – критическая. Мы на карантине, еды и воды для восьми тысяч людей, нам, соответственно, не хватит без чужой помощи… Люди напряжены, устраивают драки между собой. Сейчас в лазаретных комнатах не более тридцати человек, но на подходе еще тридцать, и их число растет. Многие просятся в лазареты просто чтоб поспать на нормальных кроватях… Нам нужно придумать план. Сейчас.
Возникшее минутное молчание прервалось сразу несколькими голосами. К ним постепенно прибавились остальные. Ластор в растерянности пытался слушать то одного, то другого. Участники совета ссорились, кричали то ли предложения, то ли ругательства… В этом кромешном хаосе Принц сидел на полу позади всех и напряженно думал.
Интересно, какова вообще природа болезни? Если бы это можно было узнать, то, как минимум, можно было принять какие-то меры, чтоб зараза не расходилась дальше. К тому же… Знание этого помогло бы понять, откуда недуг взялся. А это уже много…
– Надо расспросить людей… – Подумал Принц вслух. – Надо провести опрос, и тогда…
– Скажи это им?
Он неожиданности Принц вздрогнул. За его спиной стоял Лев. Он рассеянно смотрел на бушующий совет, и чуть покачивался на носочках. Как ни в чем не бывало.
– Что ты тут делаешь? – Спросил Принц, не понимая, злиться ему или радоваться.
– Пришел узнать, как у тебя дела. А ты сидишь тут, как мышь какая-то, бормочешь себе под нос дельные вещи, вместо того, чтоб поделиться ими с этим чудиком посередине.
– С Ластором.
– С Ластором.
– Они навряд ли станут меня слушать. Тем более, меня вообще никто не услышит в этом галдеже.
– Сейчас мы привлечем их внимание.
Ничего не объясняя, Лев поднял Принца, и, как котенка, отнес к круглому столу, по пути распихивая советников Ластора. Парень не успел опомниться, как уже стоял на гладкой поверхности, возвышаясь над всем Советом.
Воцарилась всеобщая тишина, так как все смотрели на Принца. Ластор тоже поднял голову. На его лице читалось смешанное с возмущением недоумение.
Лев показательно кашлянул в кулак.
– Я вас слушал… – Робко начал Принц, желая провалиться сквозь землю прямо сейчас. – И… Я подумал…
– Думать – это полезно, дорогой. – Вдруг сказал Ластор, и громовое эхо от его голоса разлетелось по помещению. – Может быть в следующий раз ты подумаешь, прежде чем лезть во взрослые разговоры? Отведите его…
– Нет, послушайте! – Перебил Принц в отчаянии. – Я хотел предложить, может, нам стоит поговорить с…
– Отведите его. – Ластор махнул рукой стражникам, что стояли за его спиной. – Его величество разнервничалось, ему нужно побыть в своих покоях некоторое время.
Принц в бессилии смотрел на членов Совета, которые вновь поворачивались к регенту, постепенно забывая про его существование. Стража приближалась с другой стороны.
Принц не успел и пискнуть, как Лев снова схватил его двумя руками, спуская со стола. Затем настойчиво взял юношу за плечи, и они вместе вышли из помещения.
***
– Он не дал тебе и слова сказать.
– Теперь ты понимаешь, о чем я говорю?
Лев и Принц сидели в увядшем саду, раскинувшемуся подле мраморных стен замка. Черные деревья с посеревшей листвой скрывали их от окон, так что здесь долгое время можно было оставаться незамеченными.
Через ночную темноту проявлялись серые сгустки тумана, так что вокруг собеседников раскинулся полумрак, освещаемый лишь светом из окон замка.
Принц положил голову на колени.
– Почему ты остался? – Спросил он у лежащего на траве Льва.
– Что мне делать в горах, когда все «веселье» здесь? – Усмехнулся тот. – Да и ваш этаж на карантине, как бы я уехал?
Слабое чувство радости в груди Принца моментально улетучилось.
– Получается, только это тебя здесь держит… – Вздохнул он.
Лев сел рядом с юношей.
– Послушай, Чарли, – начал он, помолчав, – Я знаю, что хочешь, чтоб я был рядом…
– Да, Лев, обычно так и поступают люди, которые нужны друг другу. – Процедил Принц, отодвигаясь. – Но я тебе не нужен, поэтому тебе так просто уйти…
Оба молчали достаточно долго под давлением этих слов.
– Если бы я сейчас же смог достать тебе тот эликсир из тыквы, что бы ты загадал? – Наконец спросил Принц.
– Наверное быть подальше отсюда или прожить оставшиеся мне дни так, как мне бы хотелось. Чар, привязанность – это деструктивно…Я говорил. Мне тебя жаль.
– Не надо жалости. – Принц нахмурился и посмотрел прямо в зеленые глаза собеседника. – И я тебя ненавижу. Ты убиваешь меня, за что мне тобой дорожить? Хотя, знаешь, если бы ты вел себя иначе, то я готов был пожертвовать всем, чтоб тебя осчастливить.
– Я никогда не буду жертвовать ничем ради тебя. Не потому, что ты мне не нужен, а…
– О, не обманывай себя! Так и есть!..
– Да послушай! – Вскипел Лев, кончик хвоста упрямо ударился о землю. – Разве не лучше прожить счастливую жизнь, чем погубить себя ради кого-то одного? Тем более, когда можно найти лучше… Поэтому любовь и разрушительна. Я понимаю, что… Сейчас все выглядит так, будто я тобой пользовался, развлекался. Возможно, так и есть…
– Ради всего святого, замолчи. Не порть все то хорошее, что я еще в силах помнить.
Голос сорвался, и Принц смолк.
– Раз уж я остаюсь, то я помогу тебе.
– Чем? – Принц поднялся с сухой травы, отряхнул рубашку. – Я ничего не могу сделать, ты же видел.
– Разве Ластору обязательно знать о всех твоих действиях?
Принц с сомнением повернулся ко Льву, задумавшись. А что, может быть, и правда…
– Ты предлагаешь нам… Мне самому провести расследование?
– Да, если можно так сказать.
Лев тоже поднялся с травы. Его белая рубашка измялась, волосы мужчина собрал в небрежный пучок, но все же эта катастрофически опасная красота являла себя. И даже сейчас, чувствуя по отношению ко Льву обиду и злость, Принц не мог отрицать, что он поистине хорош собой.
Да только больно нужно это превосходство, когда его носитель так равнодушен и даже жесток. Ищет выгоду для себя, не думая о последствиях… И почему он вообще стал так важен для Принца?
Впрочем, вспоминать было некогда. Принц кивнул Льву и двинулся обратно в черный проход арки (тайного хода в замок из сада).
Дорогу они провели в молчании. Принц был сосредоточен на их миссии: он боялся, что люди не станут с ним разговаривать, или поднимется волнение, которое выдаст Принца Ластору с потрохами.
Они вышли в залу, переполненную людьми. Однако здесь было гораздо тише, чем пару часов назад. Детей укладывали спать на расстеленные простыни и одеяла, кто-то спал на мешках, столах, тафте. Притащили диваны и кресла из верхних комнат… Ужасная картина.
Большинство уже спало. Некоторые еще блуждали по темнеющей зале туда-сюда, кто-то перешептывался, сидя возле колонн. Через несколько минут погас большой свет – задули свечи на тяжеловесной люстре под потолком. То тут то там появлялись трепещущие огоньки в фонариках.
Принц вздохнул. Лев хотел положить руку ему на плечо, но юноша отстранился.
– С кого бы начать? – Спросил он шепотом.
– Я думаю, лучше обращаться к тем, кто помладше. Вон там сидят, видишь? Разговаривают.
– Ладно.
– Чарли?
– Что?
Лев взял его за руку. Принц вздрогнул, будто ошпаренный, но от пристального взгляда молодого человека растерялся, поэтому беспомощно замер на месте.
– У тебя все получится. – Убедительно кивнул Лев.
– Знаю. – Фыркнул Принц и выдернул руку. Он хотел было что-то сказать, но прикусил губу и пошел прочь. Не время для очередной ссоры, это точно.
– Эй, привет. – Негромко сказал парень, садясь рядом с двумя девочками в коротких платьицах, на ткань которых ниспадали длинные завитки волос. Должно быть они жили в одной из обеспеченных семей Стеллы: они были довольно красиво одеты, умыты и причесаны, на тоненьких ручках и в прядях волос блестели камушки лазурного цвета.
– Привет? – Робко откликнулась одна из них. – Ой, ты же Принц!..
– Да, только тихо… – Принц прислонил палец к губам и воровато обернулся. – Как вас зовут, юные леди?
– Доротея.
– Аннабель.
– Какие красивые имена. Слушайте, мне нужна ваша помощь… У нас сейчас очень большая беда, понимаете?
– Да, болезнь.
– Мама говорит, что это вирус, Дори… – Аннабель покачала головой. – Наша подруга заболела… Она… Она…
Девочка всхлипнула. Ее собеседница обхватила голову Аннабель руками, прижимая к себе.
– Что с ней стало? – Спросил Принц, преисполненный сочувствием.
– Сначала она много плакала, потом стала говорить странные вещи… – Ответила Доротея, блеснув большими синими глазами. – Она говорила, что не будет с нами играть, потому что в этом нет никакого смысла! Так и сказала.
– У нее раньше были такие глаза: голубые и яркие, как Вега. Но потом они стали черными, совсем черными… – Плакала Аннабель.
– Она все худела и худела, а потом… Уснула прямо в саду. Может быть, она там и сейчас лежит…
Принц поблагодарил девочек за откровенный рассказ, кое-как попытался их успокоить, хотя ему самому было тяжело.
Он опросил еще пару десятков людей, прежде чем нашел Льва. Принц порядком устал, так как далеко не все хотели с ним говорить, иногда приходилось применять все свои дипломатические способности, чтоб войти в доверие.
Не смотря на кризис ситуации, на свою усталость, Принц почувствовал некоторую гордость за себя – он стал гораздо уверенней. Общаться с людьми не так уж и сложно, как казалось. Правда, некоторые не узнавали в нем наследника трона, поэтому говорили достаточно грубо, но он даже не винил их за это. Сложно оставаться любезным в такой ситуации… Они же все вымотаны и голодны…
Лев дремал на ступеньке лестницы, когда Принц подошел к нему. Парень вздохнул и сел чуть поодаль, но на ту же ступеньку.
– Как успехи? – Вдруг спросил молодой человек.
– Я думал, ты спишь.
– Я тоже спрашивал людей. Наверное, человек пятнадцать опросил.
– А я не считал… И что говорят?
– В основном то, что заболевшие начинали вести себя странно. Они много тосковали, худели, говорили о бесполезности всего вокруг, а затем либо пропадали, либо умирали. А у тебя что?
– То же самое. – Принц всплеснул руками. – Это какая-то титаническая грусть, которая доводит людей до изнеможения. Только разве душевные терзания бывают заразными? Ах, да… Еще многие говорили про тех, в белом…
– Сдается мне, все дело в них.
– Я снова потерял сознание, когда мы увидели… И у меня было видение, как в тот раз. Хотя, может и просто сон…
Лев оживленно повел мягкими ушами.
– То есть они вызывают у тебя видения?
– Не совсем. Я вижу родителей…
Принц запнулся. Он вдруг осознал, что еще ни с кем и никогда не обсуждал смерть своей семьи, и то, что он видел их во сне… И почему-то совсем не хотелось делиться этим со Львом.
– А что случилось с тобой? – Скороговоркой поинтересовался юноша, желая сменить тему.
Лев озадаченно нахмурился. Он каким-то тяжелым взглядом уставился себе под ноги.
– Я видел Эми. – Мрачно ответил он. –Мы гуляли по Селенскому саду, что находится в центре Стеллы. Там цвели такие красивые серебряные растения… Не знаю их названия. Она бежала по мосту… На ней было такое легкое платье, волосы растрепались. В общем, она была так красива… Даже лучше, чем в моих воспоминаниях. И я почувствовал себя таким… Таким счастливым!.. Но внезапно мост стал разваливаться, и она рухнула вниз, в бездну… И все вокруг стало рушиться, но потом меня облили холодной водой. Я очнулся, стал звать Эмилию, потом потерял сознание. Очнулся уже в той комнате, где ты меня нашел. Это был… Худший кошмар в моей жизни.
– Лев, она была важна тебе. – Вздохнул Принц. – Зачем же ты врал мне, будто это не так?
– Я не врал, ты был мне важен тоже.
Они посмотрели друг на друга. Принц грустно улыбался, и по этому его взгляду Лев должен был понять, что юноша совсем ему не верит.
– У Ире-Долоре самый подходящий момент, чтоб взорваться. – Хмыкнул парень после трех минут молчания.
– Возможно.
Принц сидел на ступеньке рядом со Львом и чувствовал себя таким разбитым, каким еще никогда в жизни не чувствовал. Он уже не лелеял никаких надежд – все они разом рухнули вниз, в бездну, в которую упала Эмилия во сне Льва. Да, ведь последний любил ее… Ради нее он бы остался? Ей бы, наверное, не пришлось его умолять, он бы перед ней стоял на коленях…
Каким же надо быть дураком, чтоб поверить в то, что ты действительно кому-то нужен.
– Я пойду к себе. – Тихо сказал Принц. – А ты где собираешься спать?
– Не пустишь на ночевку? – Лев поднял брови.
– И не мечтай. – Буркнул юноша и поспешил вверх по лестнице.
Его комната.
Он захлопнул дверь, спустился на холодность пола. Это все-таки слишком большое помещение для него одного. Особенно, когда на душе так же паршиво, как и сейчас.
Весь день он сдерживался, чтобы не заплакать, а теперь, когда уже можно, слезы не идут. Принц со вздохом закрыл глаза, свернулся калачиком.
Хочется просто исчезнуть. Вряд ли о нем кто-то будет по-настоящему переживать… Как тогда переживал Лев. Сейчас-то…
Вставая, Принц говорил себе, что все это ерунда. Иногда самые большие трагедии в жизни лишь кажутся трагедиями, особенно, если вспоминать о них через несколько лет. Хотелось бы, чтоб эти «несколько лет» еще были в запасе в будущем. А то неизвестно: будет ли вообще это будущее?
Ластор прав. Ластор прав на его счет. Он ни к чему не способен, он просто лишнее звено… Пока что так. Почему пока что?
Неужели в Принце опять появилась какая-то зыбкая надежда на то, что он может повлиять на исход событий? Даже после того, как его целиком и полностью разбил этот день?
Парень улыбнулся. Не горькой, не радостной была эта улыбка, потому что он представил Королеву. Представил, как она сидит подле него на кровати в своей иссиня-черной ночной рубашке с золотыми швами. Ее белые волосы растекаются по прямой спине, нежные руки лежат на коленях.
Принц закрыл глаза и попытался представить, что бы она сказала.
– Сегодня был сложный день, да?
– Да, даже очень. – Ответил бы Принц.
– Но ты справился.
Здесь должна возникнуть многозначительная пауза.
– Мам, мне очень сложно без тебя. – Он взял бы ее за руку, настойчиво, прямо-таки по-детски. – Я не верю в то, что я справлюсь. Мне очень страшно. Я… ошибался. Мне больно и одиноко… Только ты можешь меня выслушать… Ты же не против?
– Конечно нет, мой свет. – Мягкая улыбка легла бы на красивое лицо матери. – Ты же знаешь, я всегда рядом, когда тебе нужно поговорить.
– Я устал. – Принц роняет голову ей на плечо. – Я хочу к тебе…
– Сын…
– Какой смысл от моего существования, если я совсем не счастлив?
Снова молчание. Королева бы закрыла глаза, думая, прежде чем ответить.
– За счастье нужно бороться. Вопрос в том, хватит ли у тебя сил, свет мой. И, зачастую, по-настоящему счастье ценят те, кому оно досталось с великим трудом. Я верю в то, что у тебя все еще впереди.
Наверное, он бы лег к ней на колени, она бы гладила его по голове, рассказывая что-то о звездах и будущем. И в комнате стало бы гораздо уютней и теплее, шум снизу оказался ночным ветром за окном. Все это таяло в сознании, превращаясь в несбыточную мечту…
Принц не заметил, как уснул, обхватив себя руками, будто от холода. Ему снился деревянный дом, высокие горы, запах лесных деревьев, прозрачная вода, берег. Красивый юноша с цветком в шоколадных завитках волос.
Пряный запах.
Часть вторая
Глава первая.
Взрыв
Ластор мерил Принца уничижительным взглядом. В кабинете сквозил холод, впрочем, как и во всем замке, но замерз Принц скорее от мучительного ожидания. Хотя ответ можно было предугадать, даже не пытаясь…
– И вы знаете, что я скажу на всю эту вашу утопию. – Тяжело выдохнул мужчина, закатывая глаза. – То же, что и много-много раз до этого…
– Думаете, я остановлюсь? – Нахмурился юноша. – Я предлагаю хоть что-то… Хоть какие-то варианты!
– В ваших вариантах уйма недочетов.
Ластор тряхнул папкой бумаг перед носом невысокого собеседника и грубо толкнул ее ему в руки. Принц бережно поправлял выбившиеся листы, пока регент медленно обходил его по кругу, будто озабоченная акула вокруг своей жертвы.
– Разделить общество на несколько групп? Выдавать пайки на каждую по отдельности? – Смешок. – Вы не подумали, о том, что люди… не захотят делиться пайками, или о том, что вы только посеете вражду между группами?
– По-вашему лучше вообще ничего не делать, так? – Фыркнул Принц.
– А вот это уже я буду решать, что делать, а чего не делать.
Ластор со вздохом вновь опустился в кресло. На его вымученном бледном лице трещинами легли новые морщины.
Впервые за неделю Принца догнала мысль, что все это бесполезно. Совершенно бессмысленно приходить к Ластору каждый день с новыми предложениями. Регент каждый день читает его ночные трактаты, посмеивается, да возвращает обратно, находя все больше и больше недочетов. В первые дни Принц соглашался с ним. Переделывал план снова и снова. Но потом придирки Ластора перестали нести в себе какой-либо смысл.
Сам-то он ничего не делал. Практически. Из нововведений было только то, что всех особо буйных граждан запирали на несколько часов в темницах, да проводили лекцию о том, что так себя вести нельзя. Некоторые старались умерить свой пыл, но другие так и оставались в темницах. Правда, многие из них имели неплохие шансы замерзнуть насмерть.
Звездный остров окутал холод и туман. От первого страдали больше всего: за несколько дней он унес жизни больше пяти сотен человек. Люди мерзли. И на всех одежды не хватало…
Стали шить теплые вещи. Однако, так как за работой никто не следил, дела не шли. Все погружалось в пучину хаоса, где швеи устраивали драки за теплую ткань, замерзшие убивали друг друга за лишний лоскуток… Так же дело обстояло и с едой.
Никто ни за чем не следил. Больше всего было жалко детей: некоторые из них терялись в бесконечных коридорах замка, где замерзали и… Матерям относили лишь посиневшие тельца, если находили, конечно…
Принц со злостью покосился на регента, прежде чем уйти.
– Если все погибнут, кем вы будете править? – Напоследок кинул он и хлопнул дверью.
Уже входя в свою комнату, Принц чувствовал горький осадок. Он смотрел на заваленный бумагами стол, графитные карандаши, на прибитую к стене меловую доску, что покосилась и совершенно не вписывалась в основной интерьер комнаты. Доска была испещрена белыми завитками, расчетами, таблицами. Впрочем, это ничего не дало, ведь планы Принца снова отвергли.
Кутаясь в свое легкое пальто, юноша лег на кровать, не удосужившись снять туфель. Какая теперь разница? Все медленно катится в никуда…
Парень почувствовал, что очень сильно устал. Ежедневные смерти, кризис… И как бы он не старался – юноша не может ничего изменить.
Выпить бы сейчас. Да? В прошлый раз после выпивки он проснулся в сарае… Хорошая ли это мысль? Хотя… Разве могут сейчас быть плохие мысли… Именно сейчас, когда всем вокруг плохо, все голодают и мерзнут, чей-то труп, наверное, уже лежит на полу, там, на первом этаже. И хорошо, если это не ребенок, а то… Да ну. Даже думать об этом не хочется. Что бы сказала Королева? Что бы сказал отец? По правде сказать, это все – вопросы без ответа, и Принц устал их задавать самому себе. Ну что тут сказать? Да ничего тут не скажешь…
К Ластору больше ни ногой. Придется думать, как самому решить этот вопрос. Все самому. Казалось, что он должен этому радоваться – Принц теперь самостоятельный, никто за ним не бегает, не приглашает на утомительные чаепития. Но все это кончилось слишком резко. Теперь приходилось очень много думать, очень долго бродить по комнате, ложиться спать всего на два-три часа, потом снова думать, потом снова бродить…
Принц некоторое время все еще лежал на кровати, размышляя над тем, как скоро он сойдет с ума при таких обстоятельствах. Он уже многое просто не помнит. Вот, например, что было позавчера? Хотя, где находится винный погреб он помнил очень даже хорошо…
Как ни странно, в погребе было теплее, чем в комнате Принца. Среди длинных шкафов со спиртным, юноша чувствовал себя таким маленьким и глупым, будто бы ему внезапно снова стукнуло пять лет. На него с осуждением качнулась висящая желтая лампа, поддавшаяся сквозняку, проникшему через щель двери.
Вздрогнув, парень усмехнулся. Это всего лишь лампа. А это… Что это вот тут? Это длинная темно-красная бутыль с вином. Золотая этикетка ничего не говорит каким-то непонятным языком с засечками. Наверное, это подарочное…
Принцу стало немного не по себе. Наверное, это вино хотели разделить на каком-нибудь празднике, или мать с отцом мечтали распить сей напиток, сидя на полукруглом балконе под цветущим деревом. И лунный свет романтичным абажуром накрывал бы их беседу…
Такого уже не случится никогда, подумал Принц, так что совсем не жаль открыть… Сегодня я буду праздновать день, когда я почти окончательно сдался. Когда сдамся совсем-совсем, возьму сразу две бутылки. А лучше три. Лучше я в тот день умру от переизбытка алкоголя. Зато весело. Или нет… Как вообще это работает?
Но неожиданная проблема «очень вовремя»ёё себя обнажила: Принц понятия не имел, как открыть бутылку. В прошлый раз он уже нашел ее открытой, а тут… Боже, ну почему все так сложно?
Может, разбить ее и… И что? Пить с пола? Купаться в луже из вина? Что за бред. Ну а что делать-то?
Принц и бутылка долго смотрели друг на друга, окруженные тишиной и вереницей пылинок, падающих на свет желтой лампы.
Внезапно дверь в погреб открылась. Принц повернулся к зашедшему в помещение Льву.