Przejdź do audiobooka
Мужчина громко бил себя по лицу, хватался за горло. По его впалым щекам текли слезы. Но он сделал несколько шагов вперед.
Принц своевременно подпрыгнул и попятился назад от наступающего Ластора.
– Может мне лучше убить и тебя? – Глаза регента по дикому сверкнули. – Все равно ведь никто не увидит… а ты еще возьмешь, да и выдашь все мои тайны, а? А уже все… Я убийца, ведь я убийца… Я убил один раз, убить можно и второй, так ведь? Пропала моя душа… Пропала, пропала…
– Не подходите…
Но Ластор уже кинулся к Принцу, схватил его за ворот рубашки и швырнул об стену. Юноша еще не успел упасть, как носок ботинка Ластора врезался ему под ребра.
– Это все ведь из-за тебя, дрянь… – Говорил обезумевший, наступая парню на щеку. – Если бы ты не родился, я бы еще мог быть с ней…
Принца подняли за горло и прижали к стене. Он не доставал ногами пола.
– До чего же ты на нее похож… Проклятье… – Говорил Ластор. Его лицо исказилось в странной гримасе, мало чем похожей на человеческую.
Принцу удалось выпасть из рук регента, но тот тут же навалился на него сверху, сжал горло юноши обеими руками.
– Отпустите, я же… Кх… – Задыхался Принц. Наконец он со всей яростью двинул коленкой Ластору под дых, что позволило Принцу выскользнуть. Но его враг быстро опомнился, перехватил юношу поперек и снова бросил на пол.
Парень сильно ударился головой, на некоторое время у него потемнело в глазах. Уши прорезал неприятный звон.
– Ты не представляешь, мне так сложно, – говорил Ластор откуда-то издалека, но Принц чувствовал, что тот придавил его сверху, – ты ведь действительно похож на Королеву, я бы даже сказал, что ты ее копия…
Мужчина наклонился к самому лицу своей жертвы. Принц с отвращением чувствовал, как регент дышит ему на щеку, одной рукой гладит по волосам, будто окончательно сошел с ума.
– Если бы ты знал, как я ненавидел твоего отца… – Бормотал Ластор, не отставая. Принц с силой отпихнул его от себя, отползая к стене, но регент последовал за ним.
– Прости меня, я должен это прекратить, Принц… – Холодные мокрые ладони Ластора снова целились вцепиться в горло.
– Не надо этого делать. – Сказал парень, пытаясь восстановить расплывающуюся картинку перед глазами.
Мужчина рывком впечатал сидящего Принца в стену, а тот не успел увернуться. Опять стало нечем дышать.
– Пожалуйста…
– Извини меня. – Ластор со всей силы душил Принца, запрокинув голову назад. – Да простит меня Всевышний…
На глаза выступили слезы. Он ногтями впивался в руки Ластора, но тиски не становились слабее. Принц отчаянно кашлял, брыкался, но и это не приносило результата.
– Она не хотела тебе такой смерти… – Плакал Ластор. – Прости…Я… А!
Ластор опустил взгляд. Принц ошарашенно смотрел на свои руки, сжимающие рукоять кинжала. Лезвие вошло в грудь регента. Теперь по белой рубахе мужчины расползалось большое красное пятно.
Ластор отстранился, в растерянности щупая грудь.
– Простите… – Выдохнул Принц.
– Да как ты мог…
– Вы сами это начали.
– Ты… наглец!..
Принц вскочил на ноги и кинулся в другую комнату. Раненый Ластор все же нашел в себе силы последовать за ним.
– Я до тебя доберусь, несчастный! – Вопил он, хромая. Принц выставил перед собой стул, но Ластора это почти не остановило. Наоборот: он поднял препятствие вверх и бросил в Принца.
Того откинуло к стене. Из носа брызнула кровь, какое-то время парень не мог подняться на ноги. Немедля, Принц ухватился за отпавшую от стула серебряную ножку, стараясь защититься от Ластора, но тот оказался ближе, чем казалось.
Ножка вошла мужчине меж ребер, пробив его насквозь. Регент кашлянул кровью прямо в лицо юноше, его тело постепенно обмякало. Он повалился назад.
Принц свалился на него сверху, все еще сжимая свое оружие.
– Простите меня. – Шепотом сказал он, по-глупому улыбаясь. – Вы сами это начали.
То, что происходило дальше, Принц помнил с трудом.
Голова гудела, в ушах отдавался бешеным стуком пульс. Принц тяжело дышал. От железного привкуса крови его тошнило. Руки пробивала крупная дрожь. Руки, на которых была чужая кровь.
Несколько минут все кружилось, да вертелось перед глазами, будто мир вокруг превратился в большую несуразную карусель. Принц подавил рвотный позыв и откашлялся, прижимая ладонь к саднящей гортани.
Он прошелся по комнате, вороша кучи вещей и записок. Принц безумно раскидывал вещи, будто целясь найти что-то определенное. Заглянул в комод. В самом нижнем ящике обнаружилась несортированная груда писем. Парень вытащил несколько посланий, убедившись, что все они написаны Королевой. Сел на кровать под светом нескольких свечей, стоящих на высоком канделябре.
«Любимый, – писала Королева своим красивым почерком, на который одна за одной капали слезы ее сына, – я с нетерпением жду нашей встречи. Мысль о том, чтобы делить кровать с другим мужчиной – меня ужасно мучает. Но нам нужно подождать…».
«Этот мальчик, мой сын, – настоящая ошибка. Нет более жалкого создания, чем он. Я вижу, что муж его любит, но мне противен этот дуэт. Ненавижу их обоих, ведь так тягостна жизнь с ними. Притворяться, притворяться, притворяться… Как я устала, мой сердечный друг.».
«Моя любовь…»
Моя любовь? Моя любовь. Моя любовь.
– Неужели это писала ты… – С горечью Принц рвал старые послания, уже никому не нужные и бессмысленные. – Да как ты…
– Прости меня. – Сказал образ Королевы, присевший рядом. – Но ты же знаешь, что это не правда, я же всегда рядом… Я говорила тебе, мой милый.
– Нет, это я хотел, чтоб ты это говорила. – Мотнул головой Принц. – Я придумывал все твои высказывания о любви. Я боготворил то, во что ты заставила меня поверить. Из тебя вышла хорошая актриса.
– Но кто я тогда?
– Ты… Я придумал тебя…Ты то, чего никогда и не было. Тебя нет!
Принц обернулся к призраку Королевы, но не увидел ничего.
Он рывком поднялся, подошел к мертвому Ластору. Наклонился, чтобы вытащить серебряную ножку, торчащую из груди трупа. В голове что-то щелкнуло.
– Да что с вами со всеми не так?
Снова раздался хруст.
– Мама, почему? Скажите мне… Почему меня постоянно обманывали…
Брызги, брызги, брызги.
– Почему я думал, что нужен тебе, почему, почему, почему… Я ошибка? Я… Да знала бы ты, сколько я сделал, чтоб ты мной гордилась!!!
Принц остановился. Лицо Ластора превратилось в красное месиво, Принц с ног до головы был испачкан кровью. Он тяжело дышал. Серебряная ножка звякнула на пол.
– Мам… Да как же так? – Парень устало запрокинул голову к потолку, будто бы оттуда сверху на него глядело что-то, что могло бы с легкостью все объяснить.
В соседней комнате лежала мертвая Королева, под саркофагом, который уже не отражал блик погибшей звезды Ире-Долоре.
Взорвалась.
***
Это был цветущий сад. Принц сидел с блестящей тыквой на коленях, глупо уставившись в бурлящий фонтан. В прозрачной воде плавали легкие бутоны розовых цветов, на них светило прекрасное солнце, пробиваясь сквозь кроны раскидистых деревьев.
На краешке фонтана сидела девушка, расчесывая свои белые волосы, волнами струящиеся по плечам и голубому платью, больше похожему на занавеску.
– Ну и что ты собираешься делать? – Спросила она, улыбаясь.
– Опять ты. – Нахмурился Принц. – Не хочу тебя видеть.
– Ну что поделать? – Королева грустно пожала плечами. – Я уже привыкла являться тебе.
– Нет. Мне нужен совет от кого-то… Кто не ты.
Тут из-за раскидистого куста вышел одетый в иссиня-черный фрак Король, поглаживая свою длинную бороду.
– Пап. – Принц обратился к нему.
– Да, сын. С каких пор ты носишь красное?
Принц покосился на свою рубашку, до плеч залитую кровью. Должно быть, кровь так же испачкала и его лицо.
– Это сейчас не важно… – Смущенно ответил Принц. – Мне нужен совет.
– Да?
Королева обиженно молчала, пальцем рисуя круги на воде.
– Что мне делать с этим? – Спросил юноша, взглядом показывая на тыкву.
– А что ты можешь сделать?
– Я могу использовать ее сам, или отдать Льву…– Принц задумчиво уставился себе под ноги. – Просто я… Я хочу спасти всех, но хочу, чтоб спасся и Лев. Недавно я заметил, что отсчет на его запястье возобновился… Сейчас там уже двадцать пять дней.
– Это печально, мой дорогой. – Король снова почесал бороду. – А знаешь ли ты, как готовить эликсир?
– Как готовить… Лев знает. Я – нет. Но, если он узнает о тыкве… Вряд ли он захочет мне помогать. Ему самому она нужна.
– А может не говорить ему? – Не выдержала Королева.
Принц хмуро посмотрел в ее сторону, и она отвернулась.
– Лев мне важен. Я… Вряд ли я смогу ему соврать.
На поляне вдруг возникла еще одна фигура. Принц пригляделся. Это была Теле, облаченная в белую рубашку и такого же цвета юбку. Босиком она прошуршала по траве, направляясь к Принцу.
– Величество, – улыбнулась она, – ты звал меня?
– Да. Милая Теле…
Девушка подошла к нему и присела рядом на деревянную скамеечку.
– Величество, подумай. Подумай скольких людей… Сколько жизней ты ставишь в противовес одной? Я же знала многих. Детей, их родителей…
Теле положила свою маленькую ладонь на щеку юноше. Он в задумчивости прикрыл глаза.
– Я не хочу жертвовать Львом, понимаешь…
– Я знаю. Но разве есть другой выход? Ты позволишь этим людям умереть? Всем тем, кому ты улыбался, тем, кто признал тебя, кто помогал тебе… Все, что ты делал… Оно просто исчезнет в никуда!
– И ты умрешь сам. – Добавила Королева.
– Но для эликсира тебе нужен Лев…– Сказал Король.
Принц в растерянности смотрел на тыкву. Она безмолвно блестела яркими боками.
– Я должен обмануть Льва… Но как?
– Найди два одинаковых бутылька, когда эликсир будет готов, подмени один на другой. – Кивнула Королева. – Отдай ему бутылек с окрашенной водой.
– Сок другой тыквы, обычной. – Подсказал Король.
– Так и сделай. – Согласилась Теле. – Приступай сейчас… Времени мало.
– Холодает.
Принц снова оказался на темных ступеньках мраморной лестницы. Где-то сзади, наверху, оставались два трупа… Ластор и его мать. Как первому вообще удавалось сохранять ее тело? Магия саркофага?
Юноша решил перестать думать над вопросами, на которые у него нет ответа. Спустя минут двадцать он спустился вниз, собираясь зайти на кухню. У самого порога он остановился, поняв, что он весь в кровавых пятнах.
На его удачу, на кухне никого не было. Принц понял, что, скорее всего, сейчас перерыв у какой-то из секций, а другая еще не успела прийти.
Парень кинулся к бочкам с чистой водой. В одной из них вода еще не успела превратиться в лед, и он, ругаясь, стал наспех смывать с себя красное. Рубашку он швырнул в печь, которую пришлось очень долго приводить в действие.
Он успел. Через пару мгновений, на кухню уже спешили новые работницы. Две девушки остановились напротив полуголого Принца, смущенно уставившись в разные стороны.
– Здравствуйте. – Сказал тот.
– Ваше величество, вам помочь?
– Нет. То есть… Да. Вы умеете делать сок?
– Это не проблема. Вам из этой тыквы сделать сок? Из нее можно было бы сделать пюре, или…
– Марта, замолчи! Ваше величество?
– Да, мне нужен сок… – Принц растерянно переминался с ноги на ногу. – Но не из этой… Вы можете ее посторожить, я принесу другую… И, эм. Простите за такой вид.
– Ничего страшного…
– Но может вам нужна рубашка?
– Нет, нет! Просто… Посторожите эту тыкву, я скоро вернусь, понятно?
Глава одиннадцатая.
И снова лжец
Лев спал неспокойно. Однако усталость взяла над ним вверх, как только он донес Принца до постели. Тот снова словил какой-то припадок. Лев терпеливо выжидал, пока тот не уснет, после чего закрыл глаза и сам.
Однако он часто просыпался от холода. Заснуть получилось только когда его внезапно окутало тепло, Лев не задумывался, откуда оно взялось. Открыв глаза несколько часов спустя, молодой человек обнаружил, что его сверху укутали еще одним слоем пледа. А Принца нигде не оказалось.
С тяжелым сердцем Лев поднялся с кровати, залез в еще один свитер, благо, их у него было несколько – гораздо раньше он перенес большинство вещей из своего дома сюда. Ну а что?
Кончик хвоста, однако, согреть не получалось. Лев несколько минут сидел на краю матраса, тер его по-всякому, но ничего путного из этого не вышло. Тогда мужчина, фыркнув, бросил это занятие.
Он поймал себя на мысли, что всячески старается избежать воспоминаний о вчерашнем дне. Решив, что так даже лучше, он продолжал настойчиво размышлять над тем, куда подевался Принц. Паранойя – не его стиль, но все-таки… Но все-таки иголочки волнения пробежались по спине Льва.
Молодой человек уже собирался выйти из подвала и направиться на поиски, но тут Принц сам появился на пороге. Правда, выглядел юноша странным образом: на нем были только штаны и туфли. Волосы взъерошены, щеки совсем впали, взгляд какой-то безумный.
– Чарли… Какого?.. – Обеспокоенно спросил Лев, но тут же осекся. Принц смертельно побледнел, сжался, даже задрожал.
– Прости… – Зачем-то извинился парень. Лев поспешно подошел к нему, снял с себя второй свитер и настойчиво накинул ее на Принца.
– Ты чего извиняешься?
– Ты сказал «какого…».
– Так я же удивился, что ты, извините, голый бегаешь. Эй, да что с тобой? Ты дрожишь так сильно… Замерз. Тц. Так и знал.
– Я не чувствовал холода.
– Вот дурак, как можно было не почувствовать минусовую температуру. Ты, значит, не замерз, а вода замерзает? Боюсь предположить, куда ты убежал без меня, да еще и раздетый.
– Не знаю… – Очень тихо сказал Принц. Лев с удивлением посмотрел на него.
– Не знаешь? В каком смысле?
– Это не важно…П-пойдем?
– Куда?
– На кухню.
– Зачем?
Принц вдруг опустил взгляд на пол, длинные ушки чуть упали назад. Лев осторожно притянул его в свои объятия и погладил по голове. Юноша дергался, будто бы непроизвольно. Какой-то у него тик на нервной почве, подумал Лев.
– У тебя ведь снова идет отсчет? – Спросил Принц.
– Да, есть такое.
Лев сам чуть не содрогнулся от еще одной мысли, которую он так старался избегать. Однако она пугала его вновь и вновь, каждый день. Не давала покоя, разрастаясь, впиваясь в кожу. Страх уже был частью жизни Льва. Иногда он задумывался над словами Теле… Но раз уж ему так мало осталось… Какой смысл? Только хуже будет.
Но так не хотелось умирать. Все же так не хотелось…
И еще больше не хотелось возвращаться. Унижение для него – вещь, сравнимая смерти, во-первых. Во-вторых, он слишком полюбил свободу, так что не смыслил себя без нее, однако…
Было что-то, что вдруг заставило его сомневаться. Впервые Лев почувствовал это, тут же разозлился на себя. Нет. Лев и свобода. Свобода и Лев. Это одно целое. Независимость – главный принцип. Он по нему будет следовать до конца.
Пусть даже он и умрет, но умрет с честью, не предав своих интересов. Как иначе? Иначе он просто… Просто будет несчастен! А счастье – тоже один из принципов.
Он до сих пор не понимал Принца. Зачем ему счастье других людей, когда он сам не счастлив? Ну ладно, раз уж ему так хотелось, Лев решил потерпеть. Одного его оставлять нельзя, а то еще запустит себя совсем. Вон голый бегает. А если бы не Лев? Заболел бы и помер еще в начале всего этого «цирка». Бедные людишки, кого они избрали в лидеры? Конечно, он фактически ничем не лидирует, за него все решает их парламент с хорошими людьми, которые до Рубикона почему-то никак не могли выйти сами и организоваться. Но он ведь там какие-то планы понапридумывал, системы… Сидел по ночам, писал что-то, весь корячился в темноте. Как он может заботиться о стольких людях, когда он и о себе не может позаботиться?
Лев усмехнулся про себя, одной рукой поглаживая Принца по спине. Вот как его одного оставить? Никак, конечно.
Но скоро придется…
Лев тяжело вздохнул, хмурясь. Эти мысли наводили на него ужасную тоску.
– Зачем нам на кухню, Чар?
– Я должен… Я должен тебе показать кое-что.
***
На кухне, на удивление, никого не было. Странно, подумал Лев, неужели кухарки не должны сейчас готовить?
– Еды почти не осталось. – Вдохнул Принц. – Люди стали умирать от холода. Дети… Все очень плохо, Лев. Девушки не могут раздробить лед в бочках… Несколько ведер – это все, что им удалось вскипятить.
– Это ужасно. – Согласился Лев. – А ты еще и бегаешь без одежды…
– Ничего. – Принц как-то неожиданно весело улыбнулся, резко повернувшись к собеседнику. – Справимся. Это же так… Пустяки!
– Пустяки?..
Принц продолжал давить какую-то пустую неестественную улыбку. Он подошел к одной из белых столешниц и достал оттуда нечто большое. Лев не поверил своим глазам.
Это была тыква. Очевидно, та самая тыква, которую он так долго искал, потому что выглядела она крайне необычно. Яркая, будто светится изнутри…
Лев переводил взгляд с Принца на тыкву и не мог сказать ни слова.
– Лев, ты же знаешь, как делать эликсир? – Осторожно спросил юноша.
– Ты… Спрашиваешь! Конечно…
– Я тут нашел, мгм… – Принц замялся, доставая какую-то коробочку из той же самой столешницы. – Ингредиенты? Посмотри, может, тут есть что-то, что тебе нужно… Это было у Ластора.
– Ты украл тыкву у Ластора?
Принц снова стал белым как простыня. Лев не придал этому значения, подумав о том, что, наверное, кража – тяжелый поступок для такого чистого невинного Принца, вот он и переживает.
– Да, тут есть все, что нужно… Зачем Ластору эликсир?
– Понятия не имею. – Как-то странно протянул Принц. – В общем, ты… Ты можешь сделать то, что так давно хотел…
Лев поднял взгляд на собеседника. Он не мог поверить своим ушам и глазам. Но… Что-то в лице Принца его напрягло, будто было оно слишком натянутым, вместе с этим и серьезным.
Лев еще некоторое время смотрел на тыкву. Столько времени он потратил, чтобы найти ее. Неужели это ему не снится? От переполнявших его чувств так громко и быстро забилось сердце, перехватило дыхание.
– Да. Я могу сделать эликсир.
***
Принц смотрел на то, с каким энтузиазмом Лев носится по кухне. Он ничего не чувствовал, кроме дикого желания уснуть прямо тут, на полу. Однако, от нервного волнения его руки дрожали, становились мокрыми и холодными. Парень безуспешно вытирал их об кофту.
Наверное, он все-таки простыл, так как его немного лихорадило. Время от времени чернело в глазах, и юноша думал, что настал момент упасть в обморок. Хотя, может, это от голода.
– Величество, ты нашел время, чтоб спать. – Усмехнулась Теле, сидя на фурнитуре верхом и болтая ногами. – Ты же помнишь, что ты должен сделать?
– Да, конечно. – Ответил Принц. Он протер глаза.
– Лев думает, ты украл эту тыкву. Ты не собираешься ему рассказать, как ты убил Ластора?
Принц вздрогнул. Его обдало холодным потом, когда перед ним так явственно возникла картина: белая рубашка Ластора залита кровью, из груди торчит тонкая вытянутая ножка стула. Безумные глаза открыты, выпучены, как у рыбы, глотающей последние моменты жизни на разделочной доске.
Внезапно по его щекам стали расползаться кровавые дыры. Их становилось все больше и больше. Они протыкали нос, рот, проникали в зрачки.
Принц в ужасе закрыл руками лицо.
– Ты убийца, величество. – Раздавался веселый смех Теле. – У-б-и-й-ц-а.
– Нет, нет…
– Как же нет? Посмотри на свои ручки!
Парень отдернул ладони от лица. Они все были испачканы в крови, в красной крови, которая уже начинала чернеть.
– Нет, это не я…
– Ты!
– Чарли?..
Принц вернулся в реальность. Лев стоял у печи, грея какой-то маленький горшочек и смотрел на юношу с немым вопросом в глазах.
– С кем ты разговариваешь?
– Да так, с с-собой. – Принц нервно улыбнулся. Он снова посмотрел на свои руки. Чистые и белые.
– А я, собственно, все.
– Приготовил?
– Иди сюда.
Принц медленно приблизился к Льву. Тот прищурился и улыбнулся ему в ответ, погладил юношу по плечу.
– Мне не верится, – вдохновенно говорил он, – что этот день настал. Представляешь? Я больше ничего не буду бояться.
У Принца внутри все обрушилось. Его трясло. Он с замиранием сердца смотрел на то, как Лев наполняет протянутый Принцем бутылек оранжевой жидкостью.
– Что ты туда д-добавил? – Спросил юноша.
– Вряд ли ты знаешь, что такое «дельта-девять-тетрагидроканнабинол». Интересно, откуда Ластор все это добыл? На этом этаже это сделать невозможно…
– Ч-червоточины. Кстати, об этом… Ты же теперь сможешь уйти.
Лев как-то странно посмотрел на Принца, чуть нахмурившись. Тот опустил глаза в пол.
– Да… могу… – Со вздохом согласился мужчина, но в его голосе не было ожидаемой Принцем радости.
Бутылек был наполнен. Лев слегка взболтал его.
– Именно такое количество волшебства содержится в одной тыкве. К сожалению, никак не больше. – Лев с тоской посмотрел на Принца. – Нельзя разделить его на двоих, потому что эффект совершенно непредсказуем. Тыква, хм… Сама решает, как ей поступить. Можно так сказать.
Принц печально смотрел на золотистую оранжевую жидкость. Сейчас ему придется сделать самую отвратительную в его жизни вещь. И, возможно, он никогда себя за это не простит.
– Лев, ты бы принес нам чего-нибудь выпить. Надо же отпраздновать. Ты же помнишь, где у нас хранится вино?
– Может, ваше величество желает шампанского? – Улыбнулся Лев.
– Что угодно. – Принц заставил себя рассеянно кивнуть, чтобы собеседник наконец удалился с кухни. Юноша неровно вздохнул, выждал еще пять секунд, после чего быстро сунул бутылек с эликсиром в ближайший ящик столешницы, откуда же достал такую же емкость, но с обычным тыквенным соком.
Некоторое время Принц ни о чем не думал. Ему показалось странным, что провернуть сие злодеяние было так легко и быстро. Хоть руки все еще дрожали, а от волнения начинало тошнить.
– Весь в мать пошел. – Возникла Королева, усевшись на край стола. – Даже не знаю, стоит ли мне тебя хвалить…
– Это ради Стеллы. – Процедил Принц.
– Да? Значит, цель оправдывает средства? Или ты правда поверил в то, что я тебе говорила?
– Во что?
Королева подошла ближе, шурша своим невесомым платьем по холодному полу.
– У тебя мои глаза. Помнишь?
– Настоящая бестия так никогда бы не сказала.
– С каких пор ты называешь так родную мать?
– С тех пор, как она предала сначала отца, а потом и меня.
– А как же та вся ее любовь, которую ты так часто вспоминал?
Принц нетерпеливо закрыл глаза.
– Когда мать умерла, я только и делал, что собирал ее образ по кусочкам, отметая все плохое. Ее неуверенность во мне, ее равнодушие и показательная забота. Мне хотелось… Мне хотелось, чтобы у меня была семья.
– Раз ты скучаешь по ней, значит она была?
– Я… Я как раз скучаю по тому, чего не было. Я был нужен только отцу, но у нас было так мало времени… Со мной всегда была эта лживая, подлая, мерзкая предательница.
Королева обиженно надула губы и отступила. Они некоторое время молчали. Принц наблюдал за призраком с длинными волосами, распущенными до самого пояса. Женщина прикрыла глаза, грустно улыбнулась.
– Наверное, ты бы хотел, чтобы я попросила у тебя прощения? – Сказала она.
– Какой в этом смысл, если тебя нет?
– Прости. Все равно…
Принц с гневом отвернулся от говорящей, от волнения обхватив себя руками.
– Я бы хотел, чтобы ты так сказала. Поэтому я это и слышу от тебя сейчас…Мам, я просто хотел, чтобы ты была со мной, такая, какой бы я хотел тебя видеть… Ведь ты такая красивая и умная. Такая прекрасная. И тебя так много людей любило… Я же видел, что тебя все любят. Но ты так далеко, что нельзя было стать тебе ближе… Я просто хотел, чтоб ты любила меня больше, чем свою свободу, мам… Но теперь я понимаю, что я никогда бы этого не заслужил, да?
Когда Принц обернулся, образ Королевы уже исчез. Все погрузилось в тишину, вплоть до того момента, как появился Лев с бутылкой шампанского в руках.
– Я решил, что изобретательность с вином нам ни к чему, и взял «твое любимое» шампанское. Эй, Чарли?
Молодой человек подошел к Принцу. Они посмотрели друг на друга, так, будто оба что-то скрывали. Лев улыбнулся, но как-то странно, безрадостно. Принц не понимал его выражение лица, но в зеленых глазах снова не было того живого блика… Почему? Почему Льву тоже грустно?..
Он подошел и взял бутылек дрожащими руками. Еще раз обернулся на Принца, словно сомневался в своих действиях. Зачем-то поднял его, повертел в руках. Кончик хвоста застыл в воздухе, выражая ужасное волнение.
– Что ж. Долой рабство. – Охрипшим голосом сказал молодой человек. – И… Спасибо, Чарли.
Принц кивнул, хотя внутри него все замерло.
Лев медленно поднес бутылек к губам и… Выпил его. Пил он медленно, и с каждым глотком Принц ощущал наваливающееся чувство вины, которое почти прижимало его к полу.
Мужчина зажмурился. Замер. Принц знал, что ничего не произойдет, но почему-то… Почему-то тоже стал чего-то ждать.
Лев медленно открыл глаза. Весь содрогаясь, поднял запястье…
Мягкие уши разом упали назад, кисточка хвоста коснулась пола. Некоторое время на кухне царила тишина.
– Ничего. – Пустым голосом сказал Лев. – Не получилось.
– Как… – Одними губами отозвался Принц и опустил глаза. Он не хотел смотреть на Льва.
– Двадцать четыре дня. Мне осталось двадцать четыре дня, Чарли.
Сердце Принца разрывалось от каждого произнесенного Львом слова.
– Надо было догадаться, – разбито улыбнулся тот, – все это сказки, чья-то глупая шутка, в которую я так свято верил. Я идиот, заслужил.
– Нет.
– Чарли. Я очень плохо поступил с тобой.
Принц пересилил себя, чтобы поднять виноватый взгляд на Льва. Он улыбается, но от этой улыбки веет ноющей болью, просто невыносимой.
– Лев, мы уже говорили…
– Нет, я чувствую, что заслужил. Значит, мне следовало вести себя иначе, быть… Быть тем, на кого бы ты мог положиться. Правда же?.. Ты же хотел, чтобы я был рядом. И я обещал тебе. Предал тебя.
Лев усмехнулся, но Принцу показалось, что что-то внутри него хрустнуло.
– Я должен сказать тебе спасибо. – Сглотнув давящий горло комок, продолжил Лев. – Ведь ты дал мне надежду. Не твоя вина, что у нас ничего не получилось.
«Моя, моя вина. – Хотел кричать Принц, но предательски молчал. – Я же обманул тебя, это мне надо просить прощения…».
– Пойдем выпьем? – Как-то глупо сказал он.
– Хорошо, Чарли. – Лев снова взял бутылку шампанского в руки. – Куда пойдем?
***
В главной зале творилось что-то ужасное. Люди бегали с воплями ужаса, тащили за руки плачущих детей, снова раздавалась ругань. С каждой секундой народа становилось все больше.
Принц и Лев стояли у входа в залу, растерянно осматриваясь. Хаос вокруг смешивался невыносимым холодом, пронизывающим до костей.
– Что тут происходит? – Спросил Принц.
– Смотри…Тут лед на полу…
– Ваше величество!
К Принцу подбежал один из участников парламента. Весь взъерошенный, худощавый, с мокрым от пота лицом.
– Фредерик?
– Творится что-то непонятное! – Выпалил подчиненный. – Никто из парламента не явился на собрание с утра. Холод… Холод повсюду. Несколько из наших погибло, у воспитательниц большие потери. Дети не успевают дойти до лазарета… Охотники второй день отказываются выходить из замка и это понятно: настолько холодно снаружи, что прогулка в лес окажется смертельной, даже будь они трижды тепло одеты. Народ бунтует… Нужно, чтоб вы вышли и поддержали…
– Фредерик… – Принц устало закрыл глаза. – Боюсь, это невозможно. Что бы мы ни делали, замок замерзнет. Вы же видите этот лед на полу.
– Но, ваше величество, неужели ничего нельзя сделать?
Принц обратился взглядом ко Льву и вздохнул. Тот понял его без лишних слов.
Залу оглушил громкий рев, но обеспокоенная толпа замерла не сразу. Все уставились на выступившего вперед Принца, только после этого внимание залы обратилось к нему.
– Я знаю, что всем сейчас страшно. – Громко начал Принц. – К сожалению… Страшно и мне самому. Но с этой минуты… Стелла прекращает свое существование. Простите меня. И… Проведите последние часы друг с другом. Это самое лучшее, что можно сейчас сделать.
Принц слышал, как попеременно в толпе раздаются крики и плач. Он дернул Льва за рукав, и они удалились из залы под всеобщий вопль отчаяния.
Что-то громыхало. По коридорам спешили стаи людей, поскальзываясь на льду, путаясь в плащах. Принц схватил Льва за руку, чтобы не потеряться. На пути им встречалось множество искаженных страхом лиц, упавшие замертво девушки, кричащие матери, злые мужчины, дерущиеся граждане, пихающие друг друга к стенам.
Во всем происходящем Принц различал только тепло ладони Льва, который вел его куда-то вперед. Юноша не заметил, как они оказались на балконе.
Принц смотрел на черное небо, покрытое толстым слоем туч, на падающие хлопья снега. Как много было снега. Что-то прекрасное в этом виделось парню, хотя происходящее вокруг и ужасало.
Голод мрачнел где-то внизу. Снег навалился на башенки, узорчатые заборы, лестницы, мощеные белым кирпичом дороги. Сады чернели. Ничего не было слышно, кроме протяжного завывания ветра. Принц почувствовал, как сверху на него накинули что-то большое и теплое.
Лев обернул их обоих с ног до головы какой-то упавшей шторой синего цвета. Они присели на бортик балкона, вжавшись друг в друга, как замерзшие воробьи.
Принц посмотрел на Льва. Тот уже отколупал пробку бутылки и делал несколько глотков прямо из горла. Тяжело выдохнув, протянул шампанское Принцу.
– За что мы пьем? – Спросил тот.
– За конец света.
Юноша отпил пьянящей жидкости и шмыгнул носом.
– А что ж без тоста? – Усмехнулся он.
– Ну, значит, тост. – Задумался Лев. – Пьем за Стеллу. За прекрасный город.
– С прекрасными людьми.
– Которые скоро все передохнут, как мухи.
– Именно.
– Жаль, конечно, этих добряков. Даже того придурка из цирюльни.
– Кого? Подожди, ты ходил к цирюльнику?
– Да, хотел придать форму усам, так сказать. Только оброс, понимаешь, а бриться передумал. Усы – это тема.
– Согласен. Я сначала на твои усы посмотрел, а потом только на тебя.
– А он мне, значит, говорит, мол, я девушек не брею, занимайтесь этим как-нибудь сами в своих женских кругах.
– Да ну? Он тебя с женщиной перепутал?
– Конечно. Видно, у вас только женщины ходят с длинными волосами.
– Мой отец ходил…
– Гребанные буржуи со своими привилегиями…
– Не волнуйся, скоро и они сдохнут.
– Да я рад, только вот самому умирать как-то не хотелось.
– Понимаю.
– Только начал чувствовать вкус жизни.
– И я. У нас так много общего…
– Познакомимся?
– А смысл? Мы все равно тоже умрем.
– Ну хоть перед смертью пусть случится что-то хорошее.
– Хорошо, давайте знакомиться. Я Принц.
– Нет, там не так было.
– Где «там»?
– Ты должен сказать: «Я, э-э-э, м-м-м… Ну-у… Ч-Чарли. Я Чарли».
– А вот эта «увертюра» перед именем действительно была?
– Да. Ты так долго мялся, что я подумал, что ты шмякнулся головой, поэтому ничего не можешь вспомнить. А ты просто придумывал себе имя, врунишка.
– Ну а что? Неужели ты бы не отправил меня домой, если бы я сказал: «Привет, я Принц, я хочу к тебе домой. Пустишь?»?
– Я бы подумал, что ты идиот. Возможно, я бы даже умер от испанского стыда.
– Вот видишь. Ладно, хорошо. Я Чарли.
– А я Лев.
С серьезными лицами они пожали друг другу руки.