Czytaj książkę: «Краткое изложение книги «Бегущая с волками. Женский архетип в мифах и сказаниях». Автор оригинала – Кларисса Пинкола Эстес», strona 11

И все же бывают времена, когда его откровения причиняют боль и становятся почти невыносимыми. Ведь наравне с красотами этой жизни, он распознает предательство, слабость, зависть и неприязнь. И нас самих он освещает так же ярко – и наши сокровища, и наши слабости. Именно это знание вынести труднее всего.

Добравшись до дома, череп начинает следить за мачехой и сестрами. У Василисы добрая душа, и, хотя семья отправила ее на смерть, она готова была их простить, но череп не добр: его дело – быть зорким. Поэтому он испепеляет женщин, оставив от них лишь горстку пепла в одном варианте, а в другом три уголька.

В трех маленьких черных угольках воплощена интересная мысль. В Ветхом Завете Бог сотворил мужчину и женщину из земли, грязи, глины, в зависимости от перевода. Сколько ему понадобилось – мы не знаем. Но в других историях о творении мир и его обитатели часто бывают сотворены из комочка, щепотки чего-то. Таким образом, три уголька – это вотчина Матери Жизни-Смерти-Жизни. В душе они сгорают без остатка, лишаются либидо. Теперь может произойти что-то новое.

Эстес видит в этом испепелении еще кое-что: невозможно сохранить сознание, приобретенное благодаря встрече с Богиней-Ведьмой, если на внешнем или внутреннем уровне живешь рядом с жестокими людьми. Потому что они душат ваши чувства.

Женщина должна с умом выбирать друзей и возлюбленных, иначе и те, и другие превратятся в злую мачеху и мерзких сестер. Нам важно иметь рядом человека из сильных мышц и нежной кожи, который умел бы читать в душе, что нам нужно. Чтобы он понимал, что мы подобны дереву в лесу или розе в саду, что мы живем и дышим, но вдобавок состоим из очень тонких, волшебных вещей.

Нас окружает мир, в котором многое нас манит, но есть в нем и то, что взывает к нам из глубин души. Эстес приводит пример со шведским столом: мы видим множество вкусной еды и можем выбрать из того, что есть. Но надо задать себе вопрос: «А чего именно я жажду? К чему лежит душа?» Есть ли это на шведском столе? Может, да, а может, нет. Чаще всего – нет. Нам придется потратить время на поиски, но мы будем рады, что решились найти то, чего жаждет душа.

Умение различать, которому учится Василиса, отделяя маковые семена от грязи и свежее зерно от гнилого, – один из самых сложных навыков, ибо он требует духа, воли и душевности, а это означает необходимость добиваться того, что хочешь. Отчетливее всего это проявляется в выборе супруга и любовника. Любимого не выберешь, как на шведском столе. Его нужно выбирать по зову души. Выбирая то, от чего слюнки текут, никогда не утолишь голод души-Самости.

Связь с интуицией нужно укреплять. Нужно обращаться к ней, чтобы узнать, что кроется в самых отдаленных частях души. Замысел, даже мимолетный или заурядный, стоит согласовать с инстинктивной самостью, прибегнув к одному или нескольким доступным аспектам, символами которых выступают куклы, старуха Баба-яга и пылающий череп.

Одна из самых замечательных особенностей использования интуиции, по мнению Эстес, состоит в том, что она приносит способность к стихийным и безошибочным прорывам. «Стихийный» не значит «неразумный». Быть собой – не значит быть безрассудной. Это значит слушать Мифологический Голос. А для этого нужно на время отключить эго и предоставить слово тому, кто хочет говорить.

В повседневной реальности мы можем общаться с маленькими дикими матерями во плоти. Есть женщины – стоит их увидеть, как что-то внутри вздрагивает и говорит: «Мама». Вы знаете, что эти женщины – источник питания, они руководят вами и страшно гордятся вашими достижениями. Они вскрывают заторы и ошибочные взгляды в вашей творческой, эмоциональной, духовной и интеллектуальной жизни и вокруг нее.

Их цель – помогать вам, лелеять ваши умения, связывать вас с дикими инстинктами, выявлять ваши врожденные лучшие качества. Они направляют возрождение интуитивной жизни. Они радуются, когда вы встречаетесь с куколкой, гордятся, когда вы находите Бабу-ягу, и ликуют, когда вы возвращаетесь с пылающим черепом.

Заканчивая обновляющую инициацию женской души, мы видим юную женщину, обладающую солидным опытом, научившуюся следовать тому, что она знает. Выполнив все задания, она прошла посвящение. Возможно, познать интуицию – самая легкая из задач, но сохранить ее в сознании и позволить жить тому, что может жить, и умереть тому, что должно умереть, – задача куда более трудная и в то же время благодатная.

Тема окончания сказки – умение позволять умереть. Василиса – прилежная ученица.

Как человек приходит к такому решению? Благодаря Той, Что Знает. Она Мать Веков. Ее ничем не удивишь, она видела все. Для большинства женщин решение позволить умереть не противоречит природе – оно противоречит воспитанию. Но это можно изменить.

Это открывается светом пылающего черепа.

Глава 4. Пара: союз с другим

Если женщины хотят, чтобы мужчины их узнали по-настоящему, то им следует поделиться с ними своим сокровенным знанием. Некоторые говорят, что слишком устали, потратили много сил, это потому, предполагает Эстес, что они пытались учить мужчин, которые не хотят учиться. Он сам проявит готовность узнать правду, его душа попросит об этом. И с этим объяснением нам поможет язык.

В мифе, как и в жизни, нет сомнений, что Первозданный Мужчина ищет свою скрытую под землей невесту. И женщина-дикарка никого не любит так, как мужчину, который ей под стать. Но снова и снова ее супруги не вполне уверены, что понимают ее истинную природу. Чего на самом деле хочет женщина? Это древний вопрос, загадка для души, предмет которой – та дикая и таинственная природа, которой обладает каждая женщина. Истинно, что женщина хочет быть хозяйкой своей жизни, но есть и другая истина, которая служит ответом на этот вопрос.

Эстес предлагает ознакомиться со сказкой, которая, по ее мнению, даст ответ на извечный вопрос об истинной природе женщины. Тот, кто в совершенстве усвоит методы и средства, изложенные в этой сказке, навеки станет первозданной женщине возлюбленным и супругом. Давным-давно автору подарили эту маленькую афроамериканскую сказку, которую она дополнила, превратив в историю под названием «Манауи».

Жил-был человек, который посватался к двум сестрам-близнецам. Но их отец сказал: «Ты не сможешь взять их в жены, пока не угадаешь, как их зовут». Манауи гадал и гадал, но никак не мог угадать имена сестер. Отец девушек каждый раз качал головой и отсылал Манауи прочь.

Однажды, отправившись угадывать в очередной раз, Манауи захватил с собой своего песика, и тот заметил, что одна из сестер красивее, а другая милее. И хотя ни одна из девушек не была верхом совершенства, песику они очень понравились, потому что угощали его и улыбались, глядя ему в глаза.

Манауи снова не сумел угадать имена девушек и поплелся домой. А песик вернулся к хижине, где жили сестры. Он притаился у боковой стены и навострил уши. Девушки, хихикая, обсуждали красоту и мужественный вид Манауи и при этом называли друг друга по имени. Услыхав это, песик со всех ног помчался к хозяину, чтобы все ему рассказать. Но по пути он почуял запах кости с остатками мяса, которую лев бросил рядом с тропинкой, и, недолго думая, кинулся за ней в кусты. Песик долго лизал и грыз кость, пока она не потеряла весь свой запах. И тут он вдруг вспомнил про неотложное дело, но, к несчастью, имена девушек выскочили у него из головы.

Тогда он снова бросился к хижине двойняшек. Уже наступила ночь, и девушки умащали друг друга маслом, будто готовились к празднику. И снова песик услыхал, как они называли друг друга по имени. От восторга он высоко подпрыгнул и помчался по тропинке к хижине Манауи, – но тут из кустов донесся запах свежего мускатного ореха.

А надо сказать, что песик любил мускатный орех больше всего на свете. Поэтому он быстро свернул с тропинки и помчался туда, где на бревне остывал дивный пирог с фруктовой начинкой. Скоро от пирога ничего не осталось, а у песика из пасти разливалось благоухание мускатного ореха. Труся домой с раздувшимся брюшком, он попытался вспомнить имена девушек, но увы! – он опять их забыл.

Тогда песик снова бросился к хижине сестер. На этот раз они готовились к свадьбе. «Только не это, – подумал песик, – ведь времени почти не осталось!» И как только девушки назвали друг друга по имени, он запомнил их имена крепко-накрепко и помчался назад, твердо и непреклонно решив, что на этот раз ничто не помешает ему сообщить Манауи два драгоценных слова.

На тропинке песик заметил чью-то свежую добычу, но без колебаний перепрыгнул через нее и побежал дальше. Потом ему показалось, что в воздухе запахло мускатным орехом, но он и ухом не повел и продолжал нестись к дому хозяина. Но песик никак не мог предполагать, что из кустов вдруг выскочит страшный незнакомец, схватит его за шею и начнет его трясти, да так, что чуть хвост не отвалился.