Тая совершенно не ожидала такого подхода к делу и тут же утерла влажные глаза, немного улыбнулась.
–Вот-вот, я очень и говорю, – подбодрил ее друг, – что бы он тебе не предложил, нужно тянуть время! Это раз!
–А два? – спросила Тая, уже веселее.
–А два – это твой талант найти в нем крюк? Мы ведь об этом Максиме ничего не знаем, так давай займемся. Сначала, надо перекусить. Пошли ко мне, у меня в холодильнике свежая пицца! По кружечки кофейка, и выясним, наконец, что это за мужик.
Где-то в четыре ночи, команда отлепилась от экрана ноутбука.
Максим Алексеевич Очаков не являлся любителем постить свои селфи и объявлять о том, что у него было на обед. Сведения оказались скудными, но Тая была рада и этому. Бывшая жертва кражи являлся одним из учредителей венчурной компании среднего размера по названием «Телец». Фирма занималась тем, что находила хорошие перспективы для вклада инвестиций, по большей части на поприще криптовалюты. Женат Максим никогда не был, его фото с разных мероприятий больше года назад изображали мужчину, который выглядел гораздо старше своих 32 лет. Дорогие костюмы обтягивали немного полное тело, небрежная темная бородка покрывала лицо, которое под собой располагало второй подбородок. Волосы на некоторых изображениях были собраны в хвостик, совсем хлипкий. Именно таким видела Тая своего бывшего клиента в баре «Амстердам». Дело даже было не в лишнем весе или приближающихся проблемах в коленях, а в энергетике Очакова. Ни темно-синий костюм от Cesare Attolini, ни последняя модель айфона, ни золотой перстень на пальце не мог скрыть какой-то совершенно необузданной меланхолии Максима. Да и Тае было не интересно говорить с ним по душам: надо было быстрее напоить клиента, удостовериться, что на квартире у него нет ни супруги, ни друзей и скорее ехать на хату.
Фото, сделанные на какой-то вечеринке где-то месяц назад, показывали практически другого человека: похудевшего, с чисто выбритым лицом и всего одним подбородком, а так же искрой в глазах цвета набухшей влагой тучи. Эту опасную искру Тая помнила очень хорошо, с содроганием вспоминая тот момент, когда Максим стал выводить номер своего телефона на ее руке.
–Что он от меня хочет? – спросила девушка Белкина, валяясь на кровати и понимая, что эликсир бодрости под названием кофе утратил свою силу.
–Спать, Тайка, надо отдохнуть, – ответил друг, накрыл подельницу махровой простыней и ушел в зал на диван.
И вот теперь, подъезжая к парку на такси, Белкин и Тая решили, что самой лучшей стратегией будет слушать, но не признаваться. В конце концов, какие у этого мужика есть доказательства? Тая была уверена на все сто, что ни отпечатков, ни волос на месте преступления не оставляла. А пьяному типу померещиться может всякое.
–Всего хорошего, – попрощался водитель «Убера», и Белкин промямлил что-то вежливое в ответ. Тая хлопнула дверью, и пошла немного впереди так, чтобы Виктор оказался позади ее на несколько метров.
Погода была чудесная: дети носились на площадке, выстроенной администрацией торгового центра, молодые мамашки группками располагались на лавках и обсуждали местные новости. Кафе «Минутка» располагалось тут, прямо у входа в парк, гостеприимно расставив столики полукругом.
Тая глянула на часы: 10.58. Легкий мандраж прогнал остатки недолгого сна.
Максим с заметным азартом разглядывал девушку, сидя за самым дальним столиком. Дружелюбно кивнув своей гостье, Очаков подбородком указал на стул.
Несмотря на яркое солнце, которое слепила глаза, Тая устало выдохнула и сняла солнечные очки, медленно прошла к своему сидению. Устроив сумочку у себя на коленях, девушка сложила руки в замок и посмотрела собеседнику в глаза.
–У них тут совершенно чудесный макиато, я тебе советую, – сообщил мужчина, непринужденно и весело, будто они уже который год встречались по понедельникам попить кофе, – особенно, если попросишь миндальное молоко. У тебя нет аллергии на миндаль?
Тая помотала головой. Из здания кафе показалась девушка, с вежливой улыбкой она остановилась у их столика и вытащила блокнотик и ручку.
–Два макиато с миндальным молоком. И один круассан.
–С шоколадом или джемом?
–Шоколадом. У меня суббота – чит день, – обаятельно объяснил Максим, – мне можно.
Официантка обратилась к Тае:
–А вам?
–А ей нельзя, – ответила за Арсеньеву Очаков, – рано еще. Не заслужила.
Сотрудница «Минутки» хихикнула, поняв, что тут происходит какая-то жутко интересная интрига, и испарилась, оставив парочку наедине.
–Что вам от меня нужно? – спросила Тая, ледяным тоном, всем видом показывая, как противно ей находится рядом со своим собеседником.
Максим ответил не сразу. Он смерил девушку оценивающим взглядом, потом глянул куда-то за ее спиной.
–Что за мальчик с тобой? На сутенера не похож, на охранника тоже: уж сильно хлипкий, интеллигент. Больше похож на айтишника.
–Я приехала одна, понятия не имею о чем вы говорите.
Очаков усмехнулся, между делом проверил телефон, до этого лежащий на столе экраном вниз, разочарованно покачал головой:
–Вы бы хоть приехали на разных машинах, конспираторы хреновы. Мне же отсюда все видно.
Тая на секунду глянула в том направлении, где ее и Белкина высадил «Убер». Действительно, вход в парк из этой точки виднелся, как на ладони. Черт!
–Вам какая разница – ответила Тая, – ну мальчик, ну приехал.
–Попроси его подождать где-нибудь в другом месте.
–Зачем? – спросила Тая, – я вообще вас не знаю! Пришла сюда только из-за вежливости и потому, что вы знакомы с одним из моих клиентов!
Тут показалась официантка с заказом. Она нарочито медленно выставила две чашки с невесомой пенкой, а затем и блюдце с выпечкой. Поняв, что разговор поставлен на паузу и ничего интересного она все равно не услышит, работница «Минутки» скорчила недовольную гримасу и вернулась обратно в здание кафешки.
Сказанное Таей словно повисло в воздухе. Выражение ее лица не выражало ничего, кроме неприкрытого раздражения. Руки, сложенные в замок, так и остались лежать на столе.
Очаков, не сводя серых, прищуренных глаз с лица девушки, залез в карман пиджака и вытащил три фото. Максим выложил их прямо напротив нее, заботливо подкладывая каждую картинку под блюдце, чтобы бумагу не унесло ветром.
На первом изображении Тая увидела свое лицо во время ужина, вчера, на приеме у Цезаревых. Красивые тяжелые серьги тянули мочки ушей вниз. Глаза девушки были опущены на тарелку.
Вторая фотография показывала Арсеньеву, сидящую в кресле мебельного магазина.
Третья, самая последняя картинка была сделана в баре «Амстердам». Очевидно, фотограф был немного пьян, так как хотел запечатлеть свою знакомую, но камера, вместо лица этой девушки, находящегося слишком близко к телефону, сфокусировалась на следующем предмете. Предметом оказалась посетительница бара, в платье-халате и старых туфлях. На носу ее сидели очки в тяжелой оправе, а длинные блондинистые волосы были заплетены в небрежную косу. Напротив этой девушки сидел мужчина: потный, без пиджака, в рубашке с расстегнутым воротом и бокалом в руке.
Все три фотографии, несомненно, изображали одного и того же человека.
После знаменательного вечера в «Амстердаме», Максим вернулся в бар, опросил всех завсегдатаев, пересмотрел селфи, видео, в общем всё, что у людей накопилось в телефонах, созданное в тот день.
Это так же значит, что Очаков позвонил Валечке, поинтересовался именем прекрасной дамы в малахитовых сережках, а потом еще и запросил фото. Может быть, позвонил Илоне Владимировне или Миле. То есть, вполне вероятно, даже имеет адрес проживания Арсеньевой. Агентство официально никогда бы не передало такую информацию постороннему. Но тихонько под обещание никому этот факт не выдавать, за прекрасное вознаграждение?.. Если не мадам, то Мила или администратор Татьяна, разумеется.
Тая нервного сглотнула. Руки сразу же вспотели, пульс стал разгоняться.
Земля разверзлась в стороны, обнажая реку из нечистот, в которую Тая только что провалилась. Ее железные доспехи, скованные из этих совершенно ясных снимков, тянули ее к самому затхлому дну.
Император же, как заядлый садист, с превеликим удовольствием смаковал каждую каплю внутренней паники и страха Таи, которые проглядывали через ее расширившиеся глаза.
–Будем знакомы, «Нюра», – протянул руку собеседник, – Максим Очаков.
–Таисия, – пролепетала девушка, еле как дотронувшись до пальцев мужчины.
–Арсеньева, – закончил за нее любитель макиато и круассаном с шоколадом, – очень приятно. Так как мы теперь вполне знакомы, будь добра, отошли мальчика подальше? Пока я его сам.. не отослал.
Вытащив телефон из сумочки, Тая окинула неуверенно осмотрелась в кафе и парке.
–Расслабься, ничего с тобой не случится, – пообещал Максим, – уйдешь такой же, как пришла. Специально позвал тебя сюда, чтобы у всех на виду, рядом с детьми.
Арсеньева оглянулась на друга, который присел на одной из лавочек. Виктор читал газету в солнечных очках, под таким углом, чтобы можно было спокойно и безостановочно наблюдать за столиками «Минутки».
«Он хочет, чтобы ты ушел. Он знает, что мы пришли вместе», напечатала Тая, «пожалуйста, подожди меня в торговом центре».
Получив смс, Виктор снял очки, и теперь уже в полную меру взирал на парочку, с выражением крайней задумчивости на небритом лице. Максим по-дружески помахал рукой, Тая, обернувшись снова, кивнула другу. Белкин, играя желваками, смял газету, кинул ее в ближайшую урну и направился в «Скандинавию».
–Ну, Таисия Андреевна, 1998 года рождения, – обратился к ней сотрапезник и сделал глоток напитка, пенка которого уже успела немного просесть, – глаголь.
–О чем? – растерялась Тая, пытаясь решить, как теперь строить разговор?
Молить о пощаде? Вернуть награбленное деньгами? Может быть, просто попросить его понять, что жить нынче трудно, и средства на существование иногда приходится зарабатывать нетрадиционными методами? Вполне вероятно, где-то глубоко-глубоко, под костюмом от Huntsman и хлопковой рубашкой от Brooks Brothers, у него живет нормальное человеческое сердце, которое можно заговорить и заставить испытывать не то, чтобы сострадание, но хотя бы понимание.
Максим откусив половину круассана, закрыл глаза, наслаждаясь богатым вкусом начинки.
–О том, как ты докатилась до такой жизни?
Тая молчала. Ей не хотелось плакаться или оправдываться. Ей вообще не хотелось общаться с этим противным типом.
–Эскорт – это нормальная профессия, такая же, как механик или рабочий на заводе…
–О-о-о, нет, милая, – Очаков покачал головой, – ты эскортниц с собой не путай. В первом случае, все по честноку: у нее товар, у него – оплата. Оговоренные условия, никто не в обиде. А вот пьяных мужиков обворовывать, это не профессия. Это, наверно, призвание? Сама придумала, или мальчик твой подсказал? Вы с ним команда или пара?
Прошла минута, затем вторая.
–Ну? – не вытерпел тип и доел булочку, – так что у тебя там? В детстве избивали, игрушки были прибиты к полу? Выросла в детдоме, родителей никогда не видела? Из своих вещей только носки и трусы, и то «секонд хэнд»?
Раздвинув плечи, Тая выпрямила спину и взяла свою кружку с кофе.
Все не так. Никто девушку не бил, вещи у нее были, не самого чудесного качества, но свои. Отца не было, это верно. У него имелась своя, “первая” семья, от которой он в итоге решил не уходить. Мать работала много, но не из-за того, что не любила дочь, а чтобы содержать и себя, и ребенка, а потом уже и молодую девушку, шмотки для которой были невероятно важны. В школе, каждый старался выделиться если не умом, то хотя бы внешностью. Детство как детство, не самое лучшее, но бывает и хуже. А красивые вещи – туфельки от Jimmy Choo или платьица от Valentino – кто же их не любит? Сам-то тип, поди, не в валенках и дырявой рубахе сидит. А в костюме от Paul Smith, две тысячи условных единиц за пару.
–На квартире была только ты или еще кто-то?
–Только я, – Тая сделала деликатный глоток. На верхней губе остался легкий след от пенки.
–Твой мальчик каким-то образом знает, где ты находишься? Чтобы подстраховать?
–Да. Он отслеживает меня по приложению, где родители всегда могут видеть девайсы своих детей на карте.
–Почему я не смог найти никаких отпечатков в своей квартире?
–А вы пытались? – не удержалась от нервной улыбки Арсеньева.
–Пытался. И давай на ты. Ты все-таки меня в труселях видела. В простынь так замотала, как мумию, я потом еле как выбрался.
Уголки губ девушки снова дернулись.
–Я протерла спиртом все предметы, к каким прикасалась.
Максим пожевал губу. Ослабил темно-зеленый галстук.
Неужели этот тип и по субботам носит костюмы? Привычка так одеваться или трудоголик?
–А что, если бы я к тебе приставать начал? Я хоть и бухой, но мужик ведь.
–У меня с собой тейзер и перцовый баллончик.
–Почему ты сама не опьянела, если мы пили на ровнях?
–Я сплевывала жидкость во второй стакан, пока вы… ты отвлекался на другие детали.
–Такие, как высматривание твоей несуществующей подруги-медсестры в толпе?
Девушка кивнула, указательным пальцем стерла пенку с губ.
–Как сбываешь товар?
Тая опустила глаза и поставила кружечку на блюдцу.
–Ясно, – заключил Очаков, – мальчик твой занимается этой стороной бизнеса. Неплохо устроились. И ни разу не попались?
Позади девушки радостно визжали дети. Посетители выходили из “Минутки” со стаканчиками в руках, оживленно обсуждая важные новости. Собаки в ошейниках весело бегали по парку, гонясь за палочками и мячиками, брошенными своими хозяевами.
Решив не отвечать на риторический вопрос собеседника, Тая сказала:
–Я могу вернуть вам деньги за те вещи…
Очаков ее перебил:
–Если у меня в квартире была ты одна, это значит, что ты и взломала мой ящик, закрытый на замок?
Сложив губы трубочкой, девушка кивнула.
–Это было счастливой случайностью, или у тебя талант?
Тая замешкалась:
–Скорее, навык.
–Чудесно, Таисия Андреевна, – лицо Очакова преисполнилось довольной и подозрительной улыбкой. Он постучал пальцами о деревянную поверхность столика, – у меня есть к тебе просьба. Скорее даже, запрос.
Девушка напряглась и лаже задержала дыхание.
–Я уверен, что твоя тех поддержка и ты уже немного прочитали обо мне.
Тая снова кивнула.
–Дополню ваши сведения…
Венчурная компания «Телец» была создана 11 лет назад Максимом и его приятелями: такими же любителями технологий, которые во всю наблюдали, каким образом человечество может измениться, если ему дать забавные и нужные приложения. Очаков хотя и имел образование, позволяющее ему самому создавать различные программы, заниматься этим не хотел. Ему больше нравилась финансовая сторона вопроса: разработка, инвестиции, поиск решений для вывода программ на рынок. Поэтому закончив экономические курсы заочно после первого института, Максим присоединился к группе «Телец», которая занималась тем, что рассматривала перспективные варианты для вкладывания капитала. У «Тельца» имелось несколько направлений, которые формировались с течением времени (видео-платформы, приложения для платежа и так далее), и одним из таких направлений являлся такой цифровой феномен как биткоин.
–Слышала, что это за зверь? – поинтересовался тип и зажмурился от выглянувшего ослепляющего солнца.
–Слышала. Интернетная валюта?
–Ну, примерно, – махнул рукой Очаков, решив не вдаваться в детали, – сложность покупки и продажи этой «валюты» в том, что ее скачки и падения очень непредсказуемы. Это примерно как игра на бирже. Покупаешь акции, положим, «РосУгля». Продаешь их, когда цена за одну акцию подорожала. А если дождешься до того момента, когда цена рухнет, тогда становишься банкротом. Вложенного капитала уже не вернешь, только если «РосУголь» снова сам не вырастет. Понимаешь?
Тая понимала. Она, конечно, не заканчивала заочные курсы экономики, как некоторые тут присутствующие, но и полнейшей идиоткой тоже не являлась.
–Мы с коллегами нашли довольно интересный проект под рабочим названием «Криптодамус». «Крипта» и Нострадамус вместе, – Очаков осуждающе помотал головой, закатил серые глаза, – знаю, ужасное имя. Потом поменяем. Так вот, приложение это занимается тем, что анализирует данные из интернета и дает прогноз движения: вниз или вверх.
–Разве таких приложений сейчас нет?
–Есть, – согласился Максим, – да только прогнозы у них так себе. Не прогнозы, а скорее, вымученные догадки. Парни из «Криптодамуса» придумали и написали обалденный алгоритм. Поверь мне, я как программист по образованию, вижу невероятную ценность этого проекта. Ведь использовать эту программу можно не только по отношению к биткойну, но и другим валютам: этериам, лайткойн, доиджкоин… А там уже и до реальной валюты недалеко. Именно поэтому мы хотим не просто вложится, но и полностью купить «Криптодамус» как интеллектуальную собственность.
Очаков замолчал, вытащил синие солнечные очки из кармана пиджака, протер их салфеткой.
–Я же говорю, что могу вернуть тебе деньги…
–Да уймись ты с этими деньгами, – ответил собеседник, усмехнувшись этой мысли, – что ты мне там вернешь, сто тысяч рублей? Ты бы лучше табакерку вернула, это была семейная реликвия, между прочим. Прадеда моего. Поэтому и закрытая в столе, чтобы не потерялась. «ДО» видела надпись на крышке? Демьян Очаков, расшифровывается. Мой дед ее сквозь войну пронес, а ты вот, самое святое уволокла… За сколько ты ее сбыла, рассудительная ты моя?
Тая прикусила язык, приняв по заслугам заработанные раздражение и злость Максима.
–Так вот. Скоро будет аукцион. Закрытый. Это означает, что каждый из потенциальных покупателей назовет ребятам из «Криптодамуса» свою цифру. У нас в «Тельце» сейчас дела идут нормально, но могли быть и лучше. В любом случае, мы не хотим переплачивать. В этом просто нет смысла. Но и обещать копейки – тоже не вариант. Мне нужно знать, сколько за алгоритм собирается заплатить Холмогорский, чтобы дать больше него, на пять-десять процентов.
Увидев свежее замешательство на лице Таи, Макс взял телефон и ввел незнакомое собеседнице имя в поисковик.
–Холмогорский Герман Петрович, – Очаков повернул экран девайса к девушке. На фото Таисия увидела мужчину средних лет, с седыми висками, приятным лицом и в подтянутой форме. Предмет их дискуссии находился в офисе, восседая за мощным деревянным столом, на котором было видно тонкий ноутбук, папки, бумаги и несколько телефонов, – входит в состав учредителей холдинга «Иероглиф». Холдинг – это компания, у которой в собственности находится много дочерних фирм…
–Я знаю, что такое холдинг, – выпалила Тая.
–Прощу прощения, Таисия Андреевна, – язвительно произнес Максим. Ее реакция его явно раззадорила, – не знал, что в вашем техникуме, кроме квалификации пятого уровня, преподавали еще и про структуры инвестиционных предприятий.
Проглотив и эту колкость, Арсеньева поняла, что Очакову, скорее всего, просто отослали ее заполненную анкету из «Эстер».
–Отчего вы считаете, что этот … Холмогорский уже знает, сколько его компания хочет предложить за алгоритм?
–Хороший вопрос, – похвалил тип, – отвечаю. У нас, как и везде, есть свои шпионы. Предложение, составленное Германом Петровичем уже существует, и не только существует – его даже успел одобрить совет учредителей. Случилось это на прошлой неделе. Аукцион пройдет через 16 дней. Самое интересное в том, что цена, предложенная Холмогорским – это максимум, на что решили раскошелиться учредители. Не все они понимают настоящее чудо этой программы. Поэтому если предложен ие «Иероглифа» не будет принято, что торговаться и поднимать цену холдинг не будет.
–Ну, так подкупите кого-нибудь? Прислугу, например? Что, этот ваш Холмогорский сам свой унитаз моет, что ли?
–Вот, спасибо, башковитая ты моя, как я только жил без тебя всю свою жизнь? – снова съязвил Очаков.
–Не получилось? – догадалась Арсеньева, и пожалела, что ей не досталось круассана с шоколадом – ей внезапно захотелось сладкого. Наверное, чтобы предложить своему организму хоть какой-то источник радости.
–Папка с предложением была отслежена до кабинета в его загородном доме. К сожалению, никто из штата не хочет вскрывать замок и заглядывать в ящик. Одно дело глянуть между делом, когда бумаги валяются на столе. Другое – взломать механизм, за это и уволить могут, и даже привлечь к ответственности. А ключ Холмогорский прицепил брелоком на со свой телефоном и редко с ним расстается.
–Так наймите профессионала, чтобы он незаметно проник в дом и…
Очаков сверкнул белыми зубами на ярком солнце, многозначительно поднял брови.
–Ой нет, нет, нет, нет, – резво замотала головой Тая. Ее телефон ожил сообщением от Белкина: «Что там? Все ок? Ты в порядке?»
–Напиши своему сводному братцу, что мы разрабатываем план под кодовым названием «Криптодамус»…
Тая, молитвенно сложив руки, телом подалась к собеседнику:
–Послушайте…
–«Послушай», мы уже сто лет назад на ты перешли, – перебил ее Максим.
–Я вас прошу, я вам все деньги верну, я даже… я даже больше отдам, – затараторила Таисия, – я вас умоляю, я не хочу ввязываться ни в какие истории и взламывать замки посторонних людей… Еще и таких важных…
–Радость моя, – вкрадчиво произнес Максик будто говорил с ребенком, – у меня еще два месяца, чтобы тебя ленточкой перевязать и нашим достопочтенным органам преподнести. Это, может быть, я один такой, стыдливый, который к ментам после нашей совместной «ночи любви» не накатал на тебя заяву. А менты по сусекам-то поскребут, авось, найдут еще парочку таких же кинутых Ромео, как я, – Максим снял очки и пристально посмотрел Тае в карие глаза, – ты думаешь, у меня рука дрогнет тебя упрятать?
Злой голос, казалось, пронзал девушку насквозь, как умирающую бабочку – металлическая игла. Тая обессилено закопалась лицом в собственным ладонях.
–Если я сделаю это для вас, – сказала она, не договорив свой вопрос.
–Если ты достанешь мне цифру, я обещаю, что отпущу тебя на все стороны. И тебя, и твоего антиквара недоделанного. Даже дам тебе пять звездочек во внутренней системе рейтинга в «Эстер».
Так, хорошо. Это уже что-то. Вот его крюк. Его или Таисии? Тут, разумеется, гадать было глупо. Арсеньева попалась ему в силки, как новорожденный олененок. Расслабилась, решила, что обманутые мужики просто махнут рукой на украденные побрякушки. Только не этот Очаков. Сомкнулся своими зубами на ее шее, как гигантский волк.
Выбора нет. Придется заняться теперь этим глубоко опасным мероприятием, где, мало того что клиент не будет пьян, так еще и весь дом будет наполнен трезвой прислугой.
–Хорошо, – Тая потерла рукой переносицу, снова глянула в пустую чашку, надеясь увидеть там хоть пару капель живительного напитка, – каким образом я могу проникнуть в дом вашего Холмогорского?
–А это, солнышко мое, – Очаков снова надел очки, затянул галстук и встал со стула, положил телефон в карман брюк, – уже твоя забота.
15
Белкин устроился на лавке рядом с морским рестораном. Около входа располагалось гигантский аквариум, где сквозь прозрачную воду парили разного вида существа: рыбы, мурены и ужи. Вылавливать этих обитателей подводного мира было запрещено: они существовали исключительно как украшение «Лагуны». Виктор с наушниками в обоих ушах сидел и наблюдал за плавными движениями зверей, сложив руки на груди, закинув ногу на ногу, нетерпеливо стуча носком кроссовка о пол.
Завидев приближающуюся к нему подругу, парень вскочил с места, вынул наушники. Тая пересказала содержание беседы вкратце, пока они бесцельно бродили по коридорам торгового центра.
Телефон пикнул очередным сообщением: банк оповестил Таю о принятом переводе. Как и договаривались: пятьдесят тысяч рублей. Настроение было на нуле, не хотелось даже приобрести новую футболку или пару сережек.
–Черт, же платье! – воскликнула Тая, вспомнив про хим чистку.
–Давай так, – предложил друг, – ты займешься шмотками, а я этим Холмогорским. Он – фигура публичная, свою контору открыл давненько. Что-нибудь, да накопаю.
Ближе к концу дня в агентстве «Эстер» было тихо. Татьяна, как верный страж офисного порядка, восседала на своем почетном месте.
–Здравствуйте, Таня, – приторно-вежливо поздоровалась Арсеньва и поставила на стол очередную бутылочку газировки.
–Ой, Тая, добрый день, – ответила администратор и от умиления прикрыла рот ладошкой, – что же вы мне каждый раз будете «Колу» приносить? У меня скоро наступит рефлекс Павлова. Стану испытывать ужасную жажду при одном вашем виде. Спасибо большое!
–Не за что, даже не переживайте, – махнула рукой Тая, – я тут сережки от клиента вернуть хотела, – девушка вытащила малахитовую ценность из сумочки, завернутую в хлопковый мешочек.
Татьяна нажала на кнопочку на аппарате внутренней связи:
–Мила Романовна, тут Таисия Арсеньева серьги принесла. Вам занести?
–Нет, я сама выйду, пусть меня подождет, – скомандовал динамик, – Таня, распечатай мне анкету Семеновой и Мартисян.
–Хорошо, – обратившись обратно в компьютер, Татьяна жестом пригласила гостью присесть, – дайте ей пару минут, наверно, не хочет, чтобы вы в ее кабинете видели бардак на столе, – Татьяна хихикнула. Принтер стал заглатывать бумагу для дальнейшей распечатки, – вы тут пока побудьте, а я бутылку в холодильник поставлю.
–У вас тут и холодильник имеется? – удивилась Тая, одной ягодицей устроившись на подлокотнике дивана, – прямо, все условия для работы.
–Да есть, малюсенький, на три полочки, вот там в подсобке. Я сейчас, – пообещала администратор и скрылась в длинном коридоре, ведущем в кабинеты Илоны и Милы.
Компьютер зазывал своей абсолютной доступностью, принтер урчал монотонными звуками. Тая еще раз глянув за спиной, подскочила к столу.
Так, где же у нас база клиентов? Схватившись за мышку, гостья свернула окно с прогнозом погоды. На рабочем столе, помимо папок с названием «Аренда», «Бух», «Кв. Отчет» так же лежал файл формата «Эксель» с названием «Клиенты».
Не может быть – так просто?
Тая закусив губу от азарта, кликнула на файл. Программа открылась, компьютер запросил пароль.
Вот же черт, все у них тут зашифровано, как будто это не бордель, а Моссад!
Открыв ящик, сначала один, затем другой, Тая стала рыскать по столу в поисках каких-нибудь бумажек с комбинацией цифр, знаков и букв. Вполне вероятно, что Татьяна вместо того, чтобы пароль запоминать, просто записала его на шпаргалку, которую засунула в один из углов своего рабочего места.
Ничего: только скрепки, ножницы, бесчисленные прозрачные папки–конверты и другие канцелярские сокровища. Так же бумаги, различные распечатки с подписями обеих Гаршиных и Татьяны Николаевны Ромашкиной. Вот, значит, как полностью звали администратора.
Так, зайдем другим путем. А что у нас с почтой? Ведь присылали же Тае е–мейл из агентства. Значит, и клиентам тоже. И скорее всего, адрес для сотрудниц и «пользователей» сотрудниц – один и тот же.
Вернув окно браузера, Тая открыла историю. Так, вот она страница почты. Кликнув на нее, Арсеньева уже была готова ввести в строку пояска Вадим Красин, как и тут не вышло. Почта, как и файл «Клиенты», требовала пароля.
Крепко сжав зубы, гостья тихо выругалась. Неужто тутошние барышни только и делают, что целыми днями выискивают контактные данные своих кавалеров. Неужели несчастная Татьяна каждый раз при проверки почты вводит пароль по двадцать раз в день?
Закрыв окно с е–мейлами, Тая уже хотела вернуться обратно на диван, как тут ее внимание привлекла другая вкладка в браузере. Пробежав по тексту глазами, Арсеньева слегка нахмурила брови. Татьяна подыскивает новую работу? На должность администратора в один из салонов красоты, который находится в самом крупном торговом центре города. В данный момент вакансия занята, но освободится через два месяца. Скидка на пользование услугами специалистов салона в 30%. Три выходных в неделю.
Видать, Татьяне надоело сидеть в душном кабинете, или ее достало бесконечно вводить эти несчастные пароли?
Заметив углом глаза движение где–то рядом, Арсеньева свернула окно браузера и виновато улыбнулась Миле, которая уже успела приблизится к территории ресепшена.
–Добрый день, я тут решила почту проверить, жду срочного письма, а на телефоне закончились все мегабайты…
–У меня для тебя чудесная новость, – перебила ее дочка хозяйка, – ты очень понравилась Довженко, даже больше чем Яна! Так что я тебя поздравляю с первым клиентом, который, скорее всего, теперь будет твоим регулярным! – Мила сжала руки в кулачки и потрясла ими, как ребенок, получивший чудесный подарок на Новый Год.
–Спасибо, – поблагодарила Тая, но изобразить такую же искреннюю радость в голосе не смогла, – я вот хотела спросить как раз…
–Давай сережки!
Гостья вложила мешочек начальнице в ладонь.
–Я бы хотела уточнить, звонил ли кто-нибудь в агентство, чтобы меня найти?
–Кто-нибудь? – Мила игриво подмигнула, – ты на вечеринке уже стала свои визитки раздавать?
–Нет, просто…
–Я лично ни с кем говорила, так что не знаю, спроси у Тани. Кстати где она? – Мила оглянулась вокруг.
–Отошла на секунду, к холодильнику.
–Ну, разумеется, куда еще? – буркнула Гаршина-младшая, – скоро щеки на плечи лягут, как у хомяка… Слушай, но самое же главное, – заместитель Илоны взяла Таю за руку и проникновенно заглянула ей в глаза, – я решила, как отблагодарить тебя за Довженко!
Арсеньева стиснула зубы, чтобы погасить искру зарождающегося гнева.
–… у нас через неделю большой праздник. «Эстер» исполняется 16 лет. Отмечать будем в ресторане, шведский стол, открытый бар и все такое. На празднование приглашены только самые лучшие сотрудницы и, разумеется, кое-какие клиенты. Тебя бы туда ни за то не впустили, так как твоей фотки еще даже и сайте нет, – лицо Милы приблизилось к уху гостьи, – но я все устрою. Так что хорошая еда и приятные знакомства тебе обеспечены!
Тая сжала руку начальницы в ответ, стараюсь удержать от того, чтобы не сделать той больно.
Не нужна Арсеньевой эта пьянка! Пусть лучше даст пароль для файла «Клиенты, а свой шведский стол и «приятные знакомства» оставит для себя.
–Ой, я так.. рада, – безэмоционально ответила Таисия, – я правда, не знаю, будет ли у меня время.
–Будет, – пообещала за Таю Мила, – а-а-а, ну вот и мы, наконец-то, – язвительно отреагировала Гаршина-младшая на появившуюся за столом Татьяну, – а то ходим где-то весь день, холодильники посещаем, а посетители ждут по два часа.
–Простите, Мила Романовна, – с постным лицом проговорила администратор, – могу я чем-то помочь?
Тая вытащила квиток из химчистки:
–Это для платья. Заведение тут недалеко, «Снежок» называется.
–Таня, – Мила щелкнула пальцами, – забрать завтра до обеда.
Секретарь кивнула, взяв бумажку из рук Таисии, и положила его на стол перед собой.
–Ну все, Татьяна отошлет тебе адрес и время, одевайся красиво, но со вкусом! – развернувшись на каблуках, начальница покинула лобби.