Czytaj książkę: «Школа чудо-вещей. Летающий зонт»

Czcionka:

Kira Gembri

Die Schule der Wunderdinge. Simsala Schirm

Cover and illustrations by Marta Kissi

* * *

КЛЯТВА УЧЕНИКОВ ШКОЛЫ ЧУДО-ВЕЩЕЙ
Мы хотим стать учениками Школы чудо-вещей.
Мы хотим узнать, как творятся чудеса.
Мы хотим прогнать похитителей чудес.
Мы хотим научиться исполнять добрые желания.

Глава 1

Тилли Какположенная терпеть не могла убираться. Тогда как её родители считали порядок невероятно важной вещью, Тилли со своими бесконечными экспериментами в основном привносила в дом хаос.

Например, однажды она разобрала все велосипеды семейства Какположенных, чтобы собрать из них диваномобиль. Потом чуть не утопила комнату в мыле, проектируя пушку для мыльных пузырей. А её автомат для завтраков на время погрузил кухню в пучину какао. В результате можно было с уверенностью утверждать, что в области уборки Тилли имела невероятно обширный опыт. Однако целый дом, полный чудо-вещей, даже для неё стал настоящим испытанием.

– И ещё одно пятно, – жаловалось старомодное зеркало, которое как раз протирала девочка. – Вот тут, посмотри!

– Где? – переспросила она и тут же сообразила, что у зеркала не было рук, чтобы показать точное место.

– Как ты вообще могла его пропустить?! – возмутилось зеркало, и Тилли заметила, что у её отражения вместо глаз теперь помидоры.

Вздохнув, девочка продолжила протирать зеркало тряпкой. Она уже две недели ходила в Школу Чудес Вильмы Кружепляс, и всё это время вместе с ещё пятью одноклассниками они занимались тем, что приводили виллу в порядок. Точнее говоря, всё это время они разбирали первый этаж, на котором находилась кухня, маленькая гостиная и нечто вроде мастерской со множеством столов и полок. На втором этаже располагались комнаты Вильмы, там чудо-учительница убиралась самостоятельно, а на чердак детей пока что не пускали.

– Поверьте, к этому вы ещё не готовы, – как-то сказала она, подмигнув ученикам своими зелёно-золотистыми глазами.

Но и на первом этаже работы хватало. Больше всего вещей, как обычных, так и чудесных, находилось в мастерской, и все они были покрыты слоем пыли: ковры, чихавшие, когда Тилли пыталась их выбить, старомодные платья, щекотавшие девочку своими рукавами, продавленные кресла, фальшиво напевавшие, пока она их полировала… И множество других вещей, в существование которых ни за что не поверил бы ни один здравомыслящий человек. Тилли никак не могла на них насмотреться, но, разумеется, разобраться во всём этом беспорядке было вовсе не просто. Прежде всего потому, что большинство чудо-вещей вовсе не стремились ей в этом помочь.

– Ты бы меня ещё тухлой рыбой протёрла, – продолжало ворчать зеркало. – Или плесневелой капустой. Грязнее я всё равно не стало бы!

Тилли попыталась было сообразить, чем можно ублажить зеркало, но тут в мастерскую вошли её лучшие друзья. Вернее, их скорее внесло внутрь. Дело в том, что ребята пытались подмести пол. Но чудо-мётлы в Школе чудо-вещей презирали однообразие, поэтому вместо спокойных взмахов туда-сюда они кружились и выписывали бешеные кренделя, а подметающему оставалось лишь поспевать за ними.

– Ты – и-и-и-и-и – скоро закончишь? – выпалила Пип, которую вообще-то звали Филиппа Мацковски. Она была очень низенькой для своего возраста и с трудом удерживалась на метле. Её туго заплетённые чёрные косички резко взметнулись в воздух, когда она сделала двойной оборот вокруг оси.

– Вильма попросила, чтобы мы все собрались на кухне, – объяснил Нико де Лука. Он стоял на своей метле, широко раскинув руки в стороны, будто бы ехал на скейте. Его свитер, как всегда на несколько размеров больше, и огромные наушники отлично дополняли образ.

– Закончит? Как бы не так, – пожаловалось зеркало. – Не забудь про моё пятно-о-о!

– Да нет там давно никакого пятна-а-а! – хотела бы ответить Тилли, но взяла себя в руки. За последние дни она усвоила, что многие чудо-вещи ужасно обидчивы.

– Я вернусь и обязательно закончу с ним, – пообещала девочка и сунула тряпку в карман своих любимых потёртых джинсов. В качестве благодарности зеркало в этот раз снабдило её отражение огромным свиным пятачком.

Пип и Нико оказалось не так-то легко заставить мётлы развернуться и вслед за Тилли выйти из мастерской. В коридоре они встретили остальных чудо-учеников, убиравшихся в гостиной возле кухни.

– С меня достаточно, – прошипела Кларисса фон Розенберг, откинув назад свои светлые волосы. – Не дай бог нам скажут убрать ещё что-нибудь! Дома я никогда не занимаюсь такими делами, за них отвечают чудо-вещи. С чего бы, интересно, именно здесь, в Школе чудо-вещей, это было организовано наоборот?!

Тилли обменялась многозначительными взглядами с Пип и Нико. Они-то отлично знали, в каком роскошном доме обитает Кларисса и как с ней там носятся. Её отец был мэром Бледнингена и к тому же обожал современные исправно работающие чудо-вещи. Он ни за что не согласился бы взять к себе в дом старые и упрямые вещи, населявшие Виллу Чудес.

– Ну, вообще-то, – задумчиво проговорил Бастиан Хальбмайер, – мы здесь учимся заботиться о чудо-вещах…

И тут же умолк и покраснел, поймав ядовитый взгляд Клариссы. Стеснительный Бастиан не любил спорить и уж точно не стал бы возражать Клариссе.

– А я с ней согласен, – заявил Габриэль Ахиллес, шестой ученик Школы чудо-вещей, и поправил на носу свои угловатые очки. – Пришло время Вильме научить нас чему-нибудь. В конце концов, я пропускаю занятия шахматного клуба, чтобы приходить сюда! Порядок – это прекрасно и необходимо, но я ожидал, что в Школе чудо-вещей нас ждут испытания…

Он удивлённо запнулся, заметив, что Пип хихикает. Тилли тоже с трудом сдерживала улыбку. Прямо позади Габриэля возникла маленькая фигурка. Это был Люкс, волшебный подсвечник Тилли, который, кривляясь, передразнивал ужимки мальчика. Затем он выдохнул пару облачков дыма, похожих на буквы «Хр-р-р». Он всегда так делал, когда что-то казалось ему ужасно скучным.

– Ну, ну, кто это у нас тут такой задиристый? – раздалось позади, и Габриэль обернулся.

Из-за двери высунулась кудрявая головка с торчащими во все стороны волосами. Фиолетовыми волосами, если говорить точно. Волосы Вильмы Кружепляс становились невзрачно-коричневыми, лишь когда она собирала их в пучок своей чудо-заколкой. Таким образом она могла незаметно работать в школе Бледнингена заведующей по хозяйству. В те моменты, когда она покидала Виллу Чудес.

Габриэль пристыженно переступил с ноги на ногу. Видимо, он решил, что Вильма услышала его жалобы.

– Я… хм… просто думал, может быть… – начал он, но чудо-учительница уже вышла в коридор и схватила Люкса за его металлическую подставку.

– Давай-ка ты пойдёшь к своей хозяйке, маленький шалун, – сказала она. – Моим ученикам предстоит совершенно особенное задание!

Кларисса скривила рот:

– И что же это? Мытьё окон? Или полировка полов?

Улыбнувшись, Вильма закружилась, так что её халат со множеством карманов распахнулся.

– Нет, конечно, вы отлично убрались, так что я уверена, что чудо-вещи в ваших руках будут в целости и сохранности! А ещё уборка была полезным упражнением, и то, чему вы научились, поможет вам в выполнении вашего следующего задания!

– И что же это за задание? – спросил Нико. Из-за вечно хмурого выражения лица и шрама на левой брови мальчик обычно казался несколько отрешённым, но сейчас глаза его горели от любопытства.

– Я расскажу вам, как только мы соберемся за столом, – пообещала Вильма, и Тилли почувствовала, как по её спине пробежали тёплые мурашки. Её новой учительнице удавалось произносить слова «кухонный стол» так таинственно, будто речь шла о самом редком сокровище в мире. Наверняка она могла бы рассказать и о туалетном ёршике или зубной нити так, что её бы слушали и слушали.

– Угощайтесь! – пригласила Вильма и поставила на стол полные тарелки. Если бы Тилли закрыла глаза, она решила бы, что перед ней пицца с чесноком и расплавленным сыром. У девочки аж слюнки потекли, но она была слишком взволнованна, чтобы есть.

Когда все расселись, Вильма раскинула руки в стороны и заговорила торжественным тоном:

– Мои дорогие ученики и ученицы! Вы доказали, что чудо-вещи и я сама можем на вас положиться. Так что пришло время предложить вам новое… испытание.

Она улыбнулась Габриэлю, тот в ответ смущённо пожал плечами. Тогда Вильма откусила кусок печенья и, чавкая, продолжила с набитым ртом:

– В обфем, мофет быть, вы хотели бы фами софдать чудо-вефь?

Глава 2

– Что-что? – закашлялась Пип. – Ты правда спросила, не хотим ли мы сами создать чудо-вещь?

Вильма невинно заморгала.

– Ну да. Думала, вам это могло бы понравиться. Но я ни в коем случае не настаиваю.

– Да ты шутишь! – Пип взвилась, будто бы собираясь тут же исполнить победный танец. – Мои сёстры постоянно хвастаются чудо-вещами, которые они сделали сами. Если Пия и Мария узнают, что я тоже этому научилась, они от злости покроются зелёными прыщами!

Кажется, воображаемая картина мести ещё улучшила настроение Пип. Она восторженно взглянула на Тилли, и та широко улыбнулась в ответ. Ухаживать за чудо-вещами было, конечно, интересно, но это не шло ни в какое сравнение с тем, чтобы самостоятельно их создавать.

– Что мы должны делать? – воодушевлённо спросила Тилли. – Как вообще можно превратить обычную вещь в волшебную?

– А вот так. – Вильма порылась в паре своих карманов и извлекла из одного из них маленькую бутылочку, которая показалась Тилли знакомой. Ну конечно: с помощью этого состава Вильма полировала волшебную бабочку Клариссы. Девочка сильно потрепала бедняжку, обращаясь с ней ужасно неаккуратно. Но благодаря светящейся жидкости теперь её чудо-вещь выглядела как новенькая.

– Чистая магия, – тихо прошептал Ни-ко. – Отец как-то привёз такую из одной из своих экспедиций.

– Верно, – подтвердила Вильма и провернула бутылочку между пальцев, так что её содержимое засияло всеми цветами радуги. – Она выделяется, когда старая чудо-вещь решает отправиться на покой. Вечно оставаться волшебной ужасно утомительно, знаете ли. И как только чудо-вещь превращается в обычный предмет, его магия отделяется в виде светящегося облачка и собирается в капельку на поверхности вещи. Затем её нужно побыстрее собрать, иначе она испарится. Поэтому для меня так важно знать, что происходит на чердаке. С помощью магии, которую я там собираю, мы можем создавать новые чудо-вещи или чинить старые.

– Но с чего-то же всё должно было начаться, – нахмурив лоб, заявил Габриэль. – В смысле, кто-то же создал самую первую чудо-вещь. Откуда он взял для этого магию?

Вильма с сожалением пожала плечами:

– Увы, это знание утеряно. Поэтому мои запасы настолько важны. И все вы знаете, от кого мы их должны изо всех сил оберегать, правда?

– От по-похитителей чудес! – Бастиан так разволновался, что начал заикаться. У Тилли по коже тоже пробежали мурашки при мысли об этих странных существах. Хранителем чудес вроде Вильмы при наличии определённого усердия и воображения мог стать каждый, но вот похитители чудес рождались с редким даром высасывать магию из чудо-вещей. Так они могли накапливать сверхъестественные силы, которые, впрочем, улетучивались, если не получали регулярного подкрепления в виде новой магии.

– Похититель чудес мог бы запросто выпить такую бутылочку, да? – спросила Тилли. – Для них это должно быть проще, чем высасывать магию из чудо-вещей?

Вильма серьёзно кивнула:

– Когда они высасывают магию из чудо-вещей, то перенимают ещё и их волшебные свойства: например, умение метать огненные шары, видеть будущее, выпускать гигантские пузыри из жвачки и так далее. Но иногда похититель чудес предпочёл бы отказаться от приобретаемых способностей. Прежде всего потому, что чем больше у него волшебных свойств, тем чаще ему требуется новый глоток магии.

– Это как с телефоном: чем больше на нём запущено приложений, тем быстрее сядет аккумулятор? – уточнил Габриэль.

– Приложения. Аккумулятор. Точно, – согласилась Вильма и откашлялась.

– В любом случае, – продолжила она, – чтобы избавиться от ненужных способностей, требуется огромная концентрация. Чистая магия же, напротив, просто делает похитителя чудес сильнее, пока однажды он не станет непобедимым.

– Похитителям чудес здесь появляться нельзя, это мы поняли, – подвела итог Кларисса, достала из волос заколку-бабочку и нетерпеливо принялась играть ей. – Но как использовать эту магию? Нужно что, просто капнуть ей на любой предмет, и всё?

Вильма так сильно затрясла головой, что её фиолетовые локоны запрыгали во все стороны.

– Нет, разумеется это совсем не всё! Сработает ли магия, в первую очередь зависит от вас самих. В тот момент, когда вы наносите магию на предмет, вы должны очень чётко представлять себе желаемый результат, иначе ничего не получится. К тому же вы должны быть абсолютно уверены в том, что делаете! Фантазия и решимость – вот главные составляющие успеха.

– А что из них важнее? – уточнил Габриэль. Тилли впервые видела мальчика взволнованным. А ведь у него всегда были лучшие оценки, к тому же теперь – ещё и чудо-кубик, снабжавший своего хозяина гениальными идеями.

– Скоро узнаешь. – Вильма сунула руку в сервант, не глядя достала оттуда что-то и протянула Габриэлю.

– Присмотрись к этой вещи очень внимательно, – настойчиво сказала она. – Попробуй наладить связь между вами. Может быть, тебе кажется, что она что-то хочет тебе сообщить?

– Хм… картофелечистка? – Габриэль уставился на покрытый ржавчиной нож, затем на Вильму, будто бы пытаясь понять, не шутит ли она.

– Да, – подтвердила она. – Прислушайся к себе! У тебя не появляется никакого особенного чувства, когда ты смотришь на этот предмет?

– Ээ, ну, вообще-то, нет.

– Ну, значит, он не подходит тебе как материал для чудо-вещи. – И Вильма с сожалением убрала картофелечистку обратно в ящик серванта. – Если вы не чувствуете связи между собой и предметом, крайне маловероятно, что вам удастся пробудить в нём волшебные свойства. Таким образом, важнейшей составляющей процесса будет ваша связь.

Люкс, слушавший невероятно внимательно, прижался к ноге Тилли и выпустил в воздух пару колечек дыма в виде сердечек. Казалось, таким образом он хотел сказать: «Как бы то ни было, у нас с тобой совершенно особенная связь!» Растроганная Тилли подняла его и усадила к себе на плечо. А затем спросила:

– То есть если недостаточно сконцентрироваться и не почувствовать связи, то просто ничего не произойдёт?

– Ну, как сказать. В лучшем случае вы просто потратите немного магии впустую. – Чудо-учительница склонила голову набок. – Однако иногда в результате получается нечто одновременно и не обычное, и не магическое, но при этом совершенно безумное. Мы называем такие штуки не чудо-вещами, а юдо-вещами. И они бывают по-настоящему опасными.

– Но не беспокойтесь, – добавила она, заметив, что Бастиан в ужасе открыл рот. – Во-первых, поначалу я буду выдавать вам совсем чуть-чуть магии, и, во-вторых, я же буду рядом. И если что-то пойдёт не так, то мы тут же всё исправим.

Вильма закатала один из рукавов своего халата и взглянула на часы. По крайней мере, Тилли подумала, что это должны быть часы, несмотря на огромное количество стрелок и два торчащих в стороны уха.

– На сегодня вы свободны, но я позвоню вашим родителям и предупрежу, что завтра вы будете заняты целый день после школы и до вечера. А вы пока подумайте, что хотели бы создать! Через два дня мы организуем нечто вроде презентации… Или лучше устроим маленькое соревнование! Кто лучше всего справится с моим заданием, тот получит от меня награду.

– И что это будет? – спросила Пип. Она заёрзала на стуле, а её косички, казалось, вздернулись ещё выше, чем обычно. – Ну скажи нам, пожалуйста, пожалуйста!

– Нет, это я расскажу вам потом, – смеясь, отмахнулась Вильма. – А теперь – вы же знаете, как я всегда говорю: вы готовы отдаться чуду?

Глава 3

Вечером Тилли села писать список. Она всегда так поступала, если нужно было привести в порядок свои мысли, а сейчас в её голове царил абсолютный хаос. Дело было вовсе не в том, что она не знала, что придумать, – совсем наоборот. С того самом момента, как она вернулась домой из школы, идеи так и роились в её голове:

Будильник, который варит горячий шоколад к моменту пробуждения.
Очки, которые делают фотографию каждый раз, как ты распахиваешь глаза от удивления.
Рюкзак, внутри которого все вещи тут же становятся лёгкими, как пух.

Кисточка, которая начинает рисовать тем цветом, к которому её поднесёшь.
Наушники, которые всегда играют подходящую музыку (как будто жизнь – это фильм, сопровождаемый саундтреком).
Ботинки с функцией подогрева и охлаждения и выдвигающимися пружинами.

Все эти идеи казались Тилли великолепными, но сможет ли она реализовать их, будучи всего лишь начинающей чудо-ученицей? И что из этого понравится Вильме больше всего? Как бы сильно ни нравилась Тилли её новая учительница, девочка пока что почти ничего о ней не знала.

– Можно тебя спросить? – повернулась Тилли к маме, вошедшей в комнату с тарелкой овсяного печенья. Люкс спрятался под столом, так что госпожа Какположенная не могла его видеть. – Если бы у тебя завтра был день рождения, что бы ты больше всего хотела получить?

– Я бы не отказалась от бежевой жилетки, – ответила госпожа Какположенная, на которой как раз был бежевый свитер. – Или от пары новых чулок, или…

– Мама! Я имела в виду нечто совершенно особенное, – возразила Тилли.

Госпожа Какположенная задумчиво провела указательным пальцем по нижней губе, а затем её лицо просияло.

– Бывает такая бумага для запекания, которую можно использовать повторно. Вот о чём я давно мечтала!

Вздохнув, Тилли снова склонилась над своим блокнотом. Господин и госпожа Какположенные, конечно, были замечательными родителями, но со странной непоседливой Вильмой у них было так же много общего, как у обычных уток с попугаем. И о Школе чудо-вещей они, конечно, ничего не знали. Тилли с удовольствием рассказала бы им, но увы, это было невозможно.

Отец Клариссы, мэр города Бледнингена, считал ужасным даже то, что в секрет школы была посвящена сама Тилли. Он даже как-то потребовал, чтобы Вильма лишила девочку любых воспоминаний о магии с помощью высасывателя памяти. Чудо-учительница была возмущена, но ей пришлось пообещать, что больше никто, кроме Тилли, не узнает о Школе чудо-вещей.

Так что ей не оставалось ничего другого, кроме как придумывать для родителей девочки новые и новые объяснения её постоянному отсутствию.

– Желаю удачи с проектом по географии! – пожелала на следующее утро госпожа Какположенная, прощаясь с дочерью.

– Исследование горных пород – это звучит очень интересно, – поддержал её господин Какположенный.

Видимо, вчера вечером им звонила Вильма. Тилли постаралась как можно более невинно улыбнуться в ответ. А затем поспешила в школу. В душе же она чувствовала себя так же ужасно, как если б ей и правда предстоял доклад по теме «горные породы». Что она будет делать, если её так и не осенит? Наверняка Кларисса и Габриэль опять подумают, что ей не место в Школе чудо-вещей!

– Ну что, у вас уже есть идеи? – спросила Тилли, едва завидя Пип и Нико. С момента их первого совместного приключения дети каждое утро встречались перед школой.

– Да, – хмуро буркнула Пип. – Я сообразила, что всегда проигрываю в соревнованиях.

Нико поколебался, а потом достал из рюкзака маленький самолётик. Он был сделан из бумаги, соломинок и резинки, которую можно было закручивать. Если её отпустить, она раскручивалась обратно и таким образом запускала пропеллер.

– Папа научил меня строить такие самолётики, – объяснил он. – Может быть, у меня получится сделать так, чтобы этот летал так же хорошо, как бабочка Клариссы, делал мёртвую петлю и всё такое. Но…

Он запнулся и снова сунул самолётик к себе в рюкзак.

– Это наверняка не то, что хотела бы видеть Вильма, так что забудьте.

Тилли прикусила губу. Отец Нико изучал чудо-вещи по всему миру, но не вернулся из своей последней экспедиции. Так что нечего было удивляться, что мальчик так часто выглядел отрешённым. Тилли попыталась придумать что-нибудь ободряющее, но тут прозвенел звонок. Вообще-то, скорее он был похож на монотонное гудение, идеально подходившее их учителю господину Долгонуду. Он как раз подошёл к классу и сказал самым скучным голосом, какой только можно было себе представить:

– А теперь, пожалуйста… быстро… по местам. Сегодня мы будем… тщательно… изучать… правила расстановки запятых!

Затем началось обычное утро в школе Бледнингена. Оно было настолько тоскливым, что Тилли буквально съёживалась от скуки. Обычно девочка коротала время с помощью блокнота с идеями. Но после того, как она сначала записала, а затем вновь зачеркнула столько идей, в голове её было удивительно пусто.

Настроение Тилли не улучшилось и после того, как она вместе с остальными чудо-учениками пришла в подсобку. Отсюда через потайную дверь они попадали в сад Виллы Чудес. Чтобы проход стал видимым, нужно было пощекотать стену возле полки с чистящими средствами с помощью метёлки для пыли. Обычно, слыша хихиканье стены, Тилли и сама принималась смеяться. Но сегодня она совсем не радовалась своему приходу на Виллу Чудес.

Габриэль же, напротив, ухмылялся во весь рот.

– Я вчера уже начал мастерить свою чудо-вещь и довольно неплохо продвинулся, – заявил он. – А вы?

Кларисса вздёрнула носик.

– Что за дурацкий вопрос, – холодно ответила она.

– Хм, у меня уже тоже кое-что готово, – сообщил Бастиан, выглядевший непривычно довольным.

Тилли нервно сглотнула. Кажется, они с друзьями оказались единственными, у кого возникли трудности с заданием! Пока остальные поднимались по узкой лесенке, она поспешно вытащила из рюкзака свой подсвечник и шепнула ему:

– Мне срочно нужна какая-нибудь гениальная идея! Может быть, тебе пришло в голову что-нибудь интересное?

Люкс немного подумал, склонив набок среднюю свечу. А затем выдохнул кольцо дыма в виде квадрата, который тут же сложился в треугольник. Тилли сразу поняла, о чём он: салфетки. Это было любимое лакомство Люкса.

Грустно улыбнувшись, она посадила Люкса на плечо.

– Надеюсь, мы с тобой придумаем что-нибудь получше, – сказала она и поторопилась догнать остальных.

Один за другим чудо-ученики пролезли через люк в конце лестницы и направились по вымощенной камнем дорожке через заросший сад к вилле. Когда из-за деревьев показалось здание с увитыми плющом стенами, украшенное башенками и эркерами, Тилли удивлённо прищурила глаза. На входной двери была приколота бумажка, оказавшаяся при ближайшем рассмотрении письмом. Тилли узнала почерк Вильмы, но буквы на листочке были ужасно кривыми, будто чудо-учительница очень торопилась, пока писала.

– Проклятье! Ничего хорошего это точно не значит, – сказала Пип, первая добравшаяся до записки.

– Подвинься, малявка, – потребовала Кларисса, отодвинув Пип в сторону. И громко прочитала:

Мои дорогие, я получила неприятное сообщение. В одном из соседних городков стали пропадать чудо-вещи. Я обязана заняться этим вопросом. Надеюсь завтра вернуться обратно, и мы сделаем то, о чём договорились.
Всего наичудеснейшего!
Ваша Вильма