Эльф приподнял голову и показал свою белую кожу с легким зеленоватым оттенком около шеи и ушей, которые были тоже остренькими. Хотя они был длиннее, чем у парнишки, который их провожал. Он радушно улыбнулся и встал из-за стола, демонстрируя свой немалый рост. На удивление этот эльф не выглядел как глава общины или директор. В представлении Оксармы он должен был быть солидным мужчиной в возрасте, с длинной бородой и слегка согнутой спиной. Этот эльф дышал молодостью и здоровьем, как юноша.
– Добрый, Виктор! Я так понимаю это та самая Оксарма?
Он подошел к ней вплотную, и нежно прикоснувшись пальцами к ее руке, приподнял на уровень своего лица и изобразил поцелуй.
– Меня зовут Сальвадос Фабиус. Я являюсь директором магической академии, главой нашей общины и сюзереном эльфийского дома.
– Как много званий… – почти шёпотом сказала гостья – Как меня зовут, вам уже известно!
– О да! Ведь, наша община немногочисленна. И новости разлетаются мгновенно, особенно, такие как появление таких, как вы и ваша дочь.
– Неужели, появление людей, обладающих магией, извне такая редкость?
– Не редкость – нонсенс!
– Как это? – лицо иномирянки немного вытянулось от удивления.
– Прошу. – Он пригласил своих гостей присесть на диван около стены. – Много веков назад, когда в мире людей магия начала исчезать, ну а если быть совсем точным, люди стали терять к ней интерес и забывать настоящие слова, такие, как мы ушли в безопасный мир, в магическое измерение. Это было нелегкое, но правильное решение. Со временем появились желающие вернуться к корням в родной мир, вот только за это они поплатились жизнями. И лишь единицы сумели вернуться. Они составили свод правил, в котором строго настрого запрещается возвращаться в мир людей. Как оказалось за те века, что прошли, магия в вашем мире полностью исчезла. Хотя не так – решил исправиться эльф – о ней просто забыли. А магические существа стали чем-то вроде забавных зверушек и на них открывали охоту.
Вот только проход между нашими мирами закрыть невозможно. И потому если есть желающие пройти на ту сторону, они ни в коем случае не должны раскрывать своего происхождения, и скрывать истинный облик. Иначе можно погибнуть. Благо таких путешественников единицы, за которыми мы пристально следим, и помогаем в случае необходимости.
– Так за госпожой Фриппо вы тоже следите?
– Конечно! Жюльена моя давняя подруга. Она еще та авантюристка. Еще во времена учебы в академии, мечтала пожить среди людей, но так и не решилась. Семья и обязанности не позволяли. А сейчас, выйдя на пенсию, все же смогла. Я за нее даже немного рад. – Улыбнулся Сальвадос.
Оксарма с трудом сдерживала челюсть, которая так и норовила отпасть. Внешне этот эльф казался ее ровесником, но по факту оказался гораздо старше.
– Простите, Сальвадос, а сколько вам лет? – еле слышно спросила девушка, и услышала, как Виктор прыснул от смеха.
– Шестьдесят два, а что?
– Хорошо сохранился! – на вдохе произнесла она.
– Спасибо!
– Ой! – она поняла, что сказала лишнего – Извините за бестактность, я была немного удивлена.
– Ничего страшного. – Сальвадос радушно улыбался ей. – Давайте все же поговорим о том, как быть дальше.
Оксарма положительно кивнула в ответ.
– Насколько я осведомлен, вам и вашей дочери удалось использовать магию без должной подготовки. Могу я узнать, при каких обстоятельствах это произошло?
– На счет дочери, могу лишь пересказать то, что я услышала от нее. Но думаю вам это и так известно. А вот я… – она замолчала, припоминая те события – Я просто произнесла слова, которые мне озвучил Изакеиль. Даже не поняла, что произошло. Тело женщины, напавшей на Габриэлу, просто перестало двигаться.
– А вам известно о том, кто мог быть из магического племени в вашем родстве?
– Родственники? – она горько усмехнулась – Я всю свою жизнь прожила бок обок с мамой, и единственное, что от нее слышала – это гневные отзывы в адрес дедушки тирана. Но кто он, где живет, или работает – ни единого слова. Мой отец – такая же тайна, как и то, куда мой муж пять лет назад исчез, ни сказав, ни слова. Он оставил меня и ребенка без каких-либо объяснений или записок. Признаюсь честно – о нем я тоже мало, что знаю.
Сальвадос искоса поглядывал на Виктора, который во время этого рассказа как-то притих. Но акцентировать внимание на нем не стал.
– А как так вышло, что вы мало знаете о собственном муже? – Сальвадос выглядел очень заинтересованным. Он подался вперед, сложил руки домиком, уперев локти в колени, и не сводил пристального взгляда с гостьи.
– Мы полюбили друг друга чуть ли не с первого взгляда, и эта эйфория, застилающая глаза, не располагала к расспросам. Вскоре я забеременела Габриэлой и с головой ушла в новую для меня сферу – воспитание ребенка. Муж в это время много работал и часто пропадал по командировкам. Как вы понимаете, это тоже не располагало к допросу о его личной жизни до встречи со мной. А потом он исчез. Просто вышел за хлебушком и не вернулся!
На лице Оксармы сверкала радушная улыбка похожая на оскал, за которой скрывалось то ли разочарование, то ли тревога.
– А вы не думали, что с ним могло что-то произойти? Травма, к примеру? Ну, или семейные дрязги не позволяют ему с вами встретиться? – он минуту помолчал, ожидая реакции, но Оксарма не спешила отвечать. – А если он внезапно вернется в вашу жизнь, будет ли все как прежде?
– Что вы! – на этот раз отмахнулась гостья – Этот гад, будет у меня на коленях ползать и умолять о прощении за те пять лет, за которые я чуть не посидела от волнения за него. И за слезы дочки, которая каждый вечер спрашивала о том, когда вернется папа. И лишь потом я соизволю подумать – а стоит ли прощать. И вообще, давайте закроем тему моей личной жизни!
– Поймите, Оксарма, я хочу понять природу сил, которая таиться в вас и вашей дочери. Если вы смогли без должной подготовки использовать магию подчинения, то в ваших жилах течет кровь аристократов. Таких в нашем мире осталось очень мало.
– Почему?
– Не так давно разразилась гражданская война. Это был период разногласий и дележа территорий. Скажем так – в монархическом обществе те, кто был слабее, возжелали равноправия. В первую очередь атаковали аристократов, которые были очень сильными и свободно владели магией. Подпольная борьба, интриги, обман и хитрость уничтожили многих достойных. И лишь крупицы смогли спастись благодаря Вергилию, королю Личу. Сейчас его считают опасным убийцей, некромантом, и потому он изгнан в Мертвую долину. А тогда он был тем, кто остановил кровопролитную бойню, восстав против всех. Это длинная и печальная история, о которой вы если захотите то узнаете попозже – на веселой ноте закончил Сальвадос.
Оксарме очень хотелось узнать намного больше, вот только время и место не располагали к этому. Виктор сразу ее предупредил, о том, что Фабиус обычно очень занят, и отнять у него много времени не выйдет. А значит нужно переходить к важным вопросам, что она собственно и сделала:
– Я так понимаю вариант вернуться в обычный мир – не рассматривается? – задала она вопрос в лоб, без излишних расшаркиваний.
– А вы хотите вернуться? – ухмыльнувшись добродушно, ответил вопросом на вопрос эльф.
Оксарма задумалась над этим вопросом и поняла, что на самом деле там ее мало что держало. Родственники? Мать умерла много лет назад, а других она и не знала. Работа? Не такая уж и хорошая она была. Друзья? Друзья живут каждый своей жизнью и не факт, что заметят ее исчезновение. Дом? Дом жалко, но это всего лишь вещи.
– Наверное, я все же хочу попробовать изучать магию. Для того чтобы порадовать дочь, да и себя тоже. Гены страшная штука – любопытство у нас в крови.
– Вот и замечательно! – директор поднялся со своего места и отправился к рабочему столу. Он выбрал какую-то бумагу и начал в нее всматриваться. – У нас полагается небольшое испытание перед началом занятий. Оно будет проходить через два месяца, а до этого вы с дочерью должны освоить основы. Виктор, – директор обратил к виконту уже более требовательный взгляд – как я уже говорил, это важное задание ложиться на ваши плечи.
Виконт Архэм лишь покорно кивнул в ответ. Оксарма заметила, что между этими мужчинами была странная натянутая атмосфера, а точнее грубая субординация.
Троица ребят, весело переговариваясь, прогуливалась по огромной территории магической академии. Изабелла и Изакеиль с удовольствием рассказывали своей подруге о разнообразных проказах, которые устраивали студенты в той или иной ее части. К примеру, учебный полигон имел особую защиту в виде купола. Здесь отрабатывались магические заклинания боевой направленности. Он нужен для того, чтобы из-за неумелых практикантов не пострадала прочая территория. Причем этот купол имел материальную форму, напоминающую стеклянные панели с узорами в виде снежинок.
– Так этот купол магический? – задумчиво осматривая огромное строение, спросила девочка.
– Да, его мастерил сам директор. Он создавал каждую панель, в отдельности собирая из элементов нужный материал, достаточно прочный, чтобы выдержать любую атаку. – Изакеиль подпирал указательным пальцем очки, когда начинал свои пояснения, тем самым придавая себе более серьезный вид.
– В прошлом году, выпускники устроили такой фейерверк на итоговом практическом тесте, что прежняя защита полигона рассыпалась в прах. Об этом событии все газеты шумели недели три. – Изабелла от души хохотала вспоминая события того дня.
– А вы это видели?
– Да, – ответил Изакеиль – итоговые тесты проходят в виде командных соревнований, по результатам которых и выставляются оценки. А победителю директор вручает поощрительный бонус.
– И что это за бонус?
– А это все узнают в самый последний момент, своеобразный сюрприз.
– А можно войти внутрь?
Ребята как раз стояли у парадного входа арены и любовались ее величием и радужным сверканием купола в лучах яркого солнечного света.
– Сейчас там только сторож, так что проблем быть не должно.
Изакеиль вошел первым, он переговорил со старичком невысокого роста в зеленом костюме. Тот, поприветствовав новую ученицу, и отдал им связку ключей.
– А это кто? – тихонько спросила Габриэла, тайком оглядываясь на старичка, который вернулся на свой пост.
– Это Гикфрем Зельц, он гном. Работает хранителем этого места и преподает бытовую магию.
– Бытовую? – уточнила Габриэла – Это как?
– Ну, – Изакеиль задумался, но быстро сообразил, как это можно объяснить – ты же в быту пользуешься различными приспособлениями для того, чтобы упростить или ускорить процесс?
– Конечно!
– Так вот на уроках бытовой магии мы изучаем заклятия (а нужные слова это уже заклятия) с помощью которых мы можем упростить свою бытовую жизнь, к примеру: застелить постель, нагреть воду для чая, погладить или высушить одежду…
– Но это же можно сделать и вручную? – фыркнула Габи.
– Можно! – захихикала Изабелла – Но можно же и упростить себе жизнь, используя заклятия?
– Ну, да… Наверное. – Габи вновь задумалась над услышанным.
Она все еще с трудом представляла, как это колдовать на самом деле, пытаясь подойти ко всему с практической точки зрения.
– Твое мышление пока что слишком «человечно», ты все примеряешь к обычной жизни. Постарайся не сравнивать наши миры и тебе будет легче. – Предложил Изакеиль.
Миновав длинный коридор и пару закрытых дверей, ребята вышли на светлую и огромную песчаную площадку окруженную трибунами из белого камня. Габриэла таким себе представляла Колизей в Риме. Эта арена заставляла трепетать от восторга. Радужные отблески купола отсвечивали прямо на песок, от чего казалось, что он блестит. Трибуны стремились вверх и могли вместить небольшой городок.
– Как же тут классно! – восторженно подпрыгивая, кричала Габриэла, а голос ее отбивался от трибун и разносился эхом куда-то вверх. – А можно что-нибудь наколдовать?
– А что ты хочешь попробовать? – спросила Изабелла.
– Даже не знаю, что-нибудь эффектное! – она хаотично жестикулировала руками, что наглядно показать размер желаемого колдовства (насколько это вообще было возможно).
– Может фейерверк? – спросила Изабелла.
– Можно попробовать. – Ответил ее брат.
Изакеиль вышел в центр арены, прикрыл глаза, расставив руки в стороны. Маленькие вихри начали формироваться на его ладонях. Он тихонько повторял слова заклинания. Когда же вихри начали приобретать форму серых шариков, он произнес levition (левитация) от чего они поднялись вверх на пару метров. Затем он посмотрел на них, оценивая степень готовности, и произнес ignis (огонь), после чего мелькнула искра около двух шариков и они мгновенно начали взрываться, разлетаясь разноцветными искрами, осыпаясь ярким дождем на песок к ногам Изакеиля.
Изабелла и Габриэла торжественно хлопали в ладоши, знаменуя победу в сложной формулировке заклятия.
– Я тоже хочу! – закричала Габриэла и подбежала к парню – Расскажи, как это сделать!
– Фейерверк это заклятие из разряда «очень сложных». Для начала ты должна понимать, какие вещества участвуют в создании пороха, и как ему придать цвет, так сказать структуру петарды. Затем нужно призвать нужные элементы и собрать их в правильной пропорции, чтобы в момент зажигания он правильно сработали, и уже потом отправить их в полет и поджечь.
– Мдя, – скривилась девочка от досады – а казалось все таким легким в твоем исполнении.
– Я учил эту формулу три месяца, и еще месяц практиковался.
– Да, – нахмурившись, подключилась Изабелла – три раза Иза попадал в больницу с ожогами, так как не правильно рассчитал пропорцию веществ, и они сильно вспыхивали.
Изабелла немного погрустнела, вспоминая это, но брат ее ободряюще обнял за плечи.
– Это цена практики – ты абсолютно не застрахован от травм, даже на поле этой арены. На старших курсах студенты изучают энергетические поля, с помощью которых можно создать щиты. Накидывая их на свое тело, чтобы обезопасить себя от ожогов или физических травм.
– А вы, на каком курсе?
– Последний курс средней академической школы. Нам преподают пока теоретические основы магического мастерства, бытовую магию и лишь изредка позволяют практиковаться на этой арене и то, в материализации или манипуляции.
– То есть, если я хочу изучать воздействие на человека и сложные формулы, то мне нужно для начала пройти курс начинающего мага?
– Как бы да, – задумавшись, выдал Изакеиль – но ты уже достаточно взрослая, чтобы идти в начальную школу. Скорее всего, тебя назначат на текущий курс, но под присмотром одного из руководителей, с которым ты будешь изучать основы. Ну а практика тебе будет доступна лишь, когда сдашь тесты.
Габриэла присела на песок, сложив ноги в позу лотоса, руки на груди и надулась как шарик.
– Ты чего? – Изабелла присела на корточки напротив подруги.
– Да вот думаю, что моего терпения явно не хватит на лекции нудного педагога и, тем более, если не дадут шанса практиковаться. Это же самое классное в магии!
Изабелла от души расхохоталась и упала назад. Она села в такую же позу, как и Габриэла, и потрепала подругу по ее короткой стрижке.
– Не переживай! Мы же друзья?
– Угу! – ответила девочка.
– Мы обязательно поможем тебе наверстать упущенное. Тем более, ты точно из аристократов, и такие мелочи должны даваться тебе с легкостью. И еще – она перешла на шепот – никто не узнает, если изредка мы будем практиковаться тут самостоятельно.
– Это как? – так же заговорщицки начала шептать Габи.
Изабелла воровато посмотрела на брата, и помахала подруге, чтобы та подставила ухо:
– А как ты думаешь, откуда Иза знает такую сложную формулу? Между прочим, их преподают только на старших курсах.
Габриэла с восхищением посмотрела на своего друга.
– Так вот как ты получил звание «самого умного» на своем курсе?
– Ну да… – Изакеиль немного засмущался и отвел взгляд в сторону.
– А теперь пошли, мы покажем тебе учебный корпус.
Изабелла схватила подругу за руку и буквально потащила ее за собой. Она, совершено не обращала внимания на возмущения по поводу того, что та хотела попрактиковаться самостоятельно.
Оксарма и Виктор вернулись обратно в академию, где их ожидал Гринфус. Хоть его взгляд и казался пустым, но весь его внешний вид говорил о том, что он сердится.
– Господин Гринфус, что-то случилось? – поинтересовался Виктор.
– Да господа, случились ваши племянники и ваша дочь! – он разговаривал грубо, на повышенных тонах.
– Эм, а что они натворили? – решила уточнить Оксарма.
– Это нужно показывать, а не объяснять на пальцах. Прошу за мной!
Заместитель директора развернулся и широкими шагами направился в сторону главного учебного корпуса. Виктор таким же уверенным шагом последовал за ним, по-видимому, уже привыкший к таким раскладам. А Оксарма немного озадаченно похлопала ресничками, провожая мужчин взглядом, но потом все же нагнала их.
На третьем этаже, они увидели то ли ветки, то ли корни, которые буквально захватили весь коридор. Эпицентр этого зеленого нашествия был в одной из аудиторий. Гринфус и Виктор, проговаривая заклинания, расчищали путь, расщепляя растение неуместное в здании академии. Когда же они вошли в аудиторию то увидели, как троица молодняка, захваченная, как оказалось, все еще растущим растением, была скованна по рукам и ногам. Изакеиль, Изабелла и Габриэла были в подвешенном состоянии и усилено пытались освободиться из живых оков, но это им давалось плохо.
– Что здесь произошло? – неожиданно громко, с металлической ноткой в голосе, крикнул виконт.
Ответить было некому, так как ребята обмотанные вьюном были даже на лице. Заместитель директора стоял в стороне, давая возможность своим спутникам оценить всю сложность сложившейся ситуации. А Оксарма не знала, то ли ей тревожиться за детей и бежать за секатором, чтобы освободить их из пут, или же смеяться от души, так как это действительно было забавно.
– Я полагаю, ваши племянники вместе с новой подругой, осваивали навыки влияния магии на растения, и немного увлеклись.
Виконт скрипнул зубами, и чтобы не сотрясать за зря воздух повернулся лицом к Францису Гринфусу и с покорным выражением лица начал извиняться:
– Примите мои извинения, за этих оболтусов. Я немедленно займусь этой проблемой лично!
– Будьте так любезны, виконт… И проведите разъяснительную беседу с молодежью, иначе санкции с моей стороны будут не только по отношению к ним, но и к вам тоже.
– Понимаю… – Виктор замялся – Еще раз извините!
Заместитель директора кивнул и удалился прочь.
– Уважаемая Оксарма, – обратился Виктор к своей подопечной, не поворачиваясь к ней лицом – как видите, это яркий пример того, как не стоит поступать.
– Я понимаю. – Хихикая, ответила она.
– А теперь давайте я вам расскажу, что же тут произошло. Во-первых – в наше отсутствие ребята решили попрактиковать магию, что на их уровне обучения без надзора старших, категорически запрещено. Иначе могут быть плачевные последствия, которые мы и наблюдаем сейчас.
– А, что конкретно они практиковали? – решила она подыграть Виктору, и тоном заинтересованного слушателя задала вопрос.
Все это время ребята продолжали трепыхаться в своих зеленых коконах, но с каждой минутой эти судорожные движения становились все слабее.
– Магия это неотъемлемая часть природы, или скажем так – воздействие на различные элементы в обиход привычным для нас законам. В данной ситуации – ребята пытались вырастить растение, ускорив процессы деления клеток. Процесс этот сложный и требует концентрации и четкой дозировки сил, которой они пока не обладают. В итоге, процесс деления клеток, а как следствие и активный рост растения, они обеспечили, а вот проконтролировать его и остановить в нужный момент не смогли.
– Понимаю, магия действительно великолепна… А как же нам их освободить? – продолжала Оксарма в выбранной манере речи.
– Сегодня мы испробуем метод уничтожения путем расщепления ненужного нам элемента на составляющие частицы.
– И как это делать?
– Вы же помните, что мы используем заклинания, а точнее правильные слова?
– Да, конечно!
– Так вот для этого мы будем использовать слово perdere (уничтожить). Ваша задача сконцентрироваться на конкретном предмете – в данном случае это ветка, и произнести слово perdere (уничтожить) прикоснувшись к нему рукой. Учтите, если в этот момент вы прикоснетесь к чему-то другому – этот предмет тоже исчезнет и восстановлению подлежать не будет.
– Я должна это сделать? – искренне удивилась Оксарма.
– Конечно, это будет первым и важным уроком. А детей освобождать буду я – а то мало ли…
На лице Оксармы отразился испуг, когда она представила, что случайно прикоснувшись к дочери, расщепит ее на составляющие. Виктор, приглашающе махнул ей в сторону небольшой ветки. Оксарма не спеша подошла, тяжело выдохнула, и, прикоснувшись пальчиком, произнесла perdere (уничтожить). В одно мгновение ветка превратилась в труху и осыпалась на пол.
– Вау! – выдала она.
– Браво! Продолжайте. – Разрешил виконт.
Виктор убедился в том, что его подопечная может эффективно использовать только что выученное слово. Теперь можно заняться освобождением непоседливых детей. Он подошел к первому кокону и, выбрав самую толстую ветку, произнес emittam furorem (развяжись) от чего растение зашевелилось и, ослабив хватку, выронило ослабевшее тело Изабеллы. Виктор помог ей встать и велел выйти к двери, но никуда не уходить. Затем он повторил то же самое со вторым и третьим заключенным. Ребята были немного испуганными и тяжело дышали. На лицах читались благодарность и ожидание наказания.
Оксарма все это время, как маленькая, с восторгом на лице избавлялась от растения. Она как-то упустила тот момент, когда детей освободили. Виктор подошел к ней со спины и привлек внимание, положив руку на плече:
– Достаточно! – она немного обижено покивала и ушла в сторону к детям – А теперь я продемонстрирую быстрое уничтожение последствий вот таких вот неудачных экспериментов.
Он развернулся к горшку, из которого торчал ствол растения – положил на него руку и, прикрыв глаза. Произнес ante (назад) от чего растение-захватчик начало не просто уменьшаться, складывалось впечатление, что оно регрессирует. Это продолжалось какое-то время, пока на поверхности земли в горшке не осталось семечко, из которого и выросло это чудовище.
– Кто мне скажет, что я сделал? – нравоучительным тоном начал Виктор.
Все скромно молчали. Руку поднял Изакеиль, как и полагается самому лучшему ученику.
– Да, прошу. – Разрешил виконт.
– Вы использовали слово ante (назад), что вызвало у растения регрессию, (иначе – развитие в обратном порядке).
– Правильно. А что делала Оксарма до этого? – он пристально уставился на племянницу и Габриэлу, которая робко подняла руку, показывая, что готова отвечать.
– Да, Габриэла…
– Мама использовала слово расщепления? – она скорее спрашивала, нежели отвечала, так как была не до конца уверена в ответе.
– Правильно! – обрадовал ее виконт – А теперь расскажи-ка мне Изабелла, почему же у вас получился вот такой вот печальный исход?
Девушка замялась и с пунцовыми щеками опустила взгляд в пол.
– Просто это была сложная комбинация, к которой мы были не готовы…
– Кто колдовал?
Троица нашкодивших молчала как партизаны, и в этот раз руку подняла Оксарма, на что Виктор искренне удивился.
– Я так полагаю, что это моя дочь колдовала.
– Мам! – возмутилась Габриэла.
– Почему вы так думаете?
– Я просто знаю, насколько моя дочь умеет увлекаться интересным процессом.
– Да? Тогда понятно. Изакеиль…
– Да! – парень выпрямился по струнке, когда услышал свое имя.
– Ты же ответственный молодой человек, так почему не предложил девушкам более безопасный вид практики?
Виктор понимал, что любопытные дети будут практиковать запрещенные заклятия, не смотря ни на что – сам таким был. А потому запрещать им это, значит вызывать еще больший интерес.
Парень молчал, не зная, что ответить. Ему просто не хотелось спихивать ответственность на девушек, которые и были инициаторами этого инцидента.
– Вместо длительных нравоучений у меня для вас есть замечательная альтернатива – во взгляде Виктора проскользнула лукавая искорка, от которой Изабелла и Изакеиль нервно сглотнули подступившие комки, а Оксарма и Габриэла непонимающе на них поглядывали.
Наказанием оказалась депортация домой – в родовое имение Архэмов, чему Изабелла и Изакеиль были не сильно рады. На расспросы Габриэлы на этот счет ребята молчали как партизаны, желая сделать подруге сюрприз, так как ее и ее маму виконт Архэм тоже пригласил погостить.
Добирались до Draco nidum tuum (Драконьего гнезда – а именно так называлось родовое поместье) около часа на большой транспортной сфере. Хотя этот вариант местного транспорта больше походил на эллипс, так как располагал большой вместимостью пассажиров. Передвижением управлял специальный человек, и Габриэла предположила, что это водитель. На переднем стекле был выгравирован символ, как объяснил Виктор – их родовой герб.
На проплывающие пейзажи Оксарма реагировала спокойно, так как уже имела возможность их наблюдать до этого. А вот ее дочь поначалу охала и ахала от восхищения, а потом когда свыклась с обстановкой, прилипла к стеклу и мучила допросами своих друзей. Оксарма наблюдала за дочкой с умиротворенной улыбкой на лице, на что Виктор обратил свое внимание:
– Довольны, что не вернулись в свой мир? – прошептал он ей на ухо, так чтобы дети не услышали.
– Угу. – Не оборачиваясь к нему, ответила она – Давно уже я не видела ее такой счастливой. После того как муж исчез, она редко позволяла себе расслабится и вот так вот наслаждаться детством.
– Почему?
– Считала, что должна мне помогать. Хлопоты по дому она взвалила на свои хрупкие плечики, научилась готовить, стирать и убирать, чтобы я после тяжёлого трудового дня могла расслабиться.
Оксарма улыбнулась еще теплее, не сводя взгляда с дочери. Она могла бы любоваться этой картиной вечно…
– Она замечательная девочка! – по-прежнему, шепотом сказал Виктор.
– Она мое сокровище… – вторила ему гостья.
Родовое поместье Архэмов располагалось в горах, так сказать вдали от шумного города. Причем, лицевая часть каменного замка стояла на скалистом парапете, а все остальное пряталось внутри природного монолита. С первого взгляда и не скажешь что это чей-то дом, скорее убежище в горах. Высокие стены из черного камня сливались с горной породой. Резные фигуры драконов украшали верхушки башен. Когда же транспорт подлетел ближе, девушки оценили габариты этого сооружения – замок был огромным.
Транспортная сфера приземлилась перед парадным входом, у которого их встречал дворецкий в ярком кителе с золотой вышивкой. Он помог дамам спуститься, подавая каждой руку. Изабелла на это реагировала как должное, а вот Оксарма с дочкой смущено краснели.
За огромными дубовыми дверями, которые больше походили на ворота с двумя резными драконами на створках, располагался приёмный зал. По-видимому, его часто использовали для проведения полномасштабных мероприятий. К гостям вышли две женщины на удивление очень похожие друг на друга с небольшой разницей в возрасте.
Первой выступила вперед женщина постарше. Она была в строгом платье коричневых тонов. С копной золотых волос уложенных в высокую прическу. Маленькие рожки придерживали скромную диадему с зелеными камнями, которые оттеняли такие же изумрудные глаза. Она радушно улыбнулась, и потянулась обнять Виктора, нежно поцеловав его в обе щеки. Затем она подошла к Оксарме, прошлась по ее внешнему виду твердым взглядом от чего гостья поежилась, застегивая верхние пуговицы рубашки.
– Рада приветствовать вас в Draco nidum tuum (Драконьем гнезде). Меня зовут Юстиния Архэм, я хозяйка этого дома и мать Виктора.
– Очень приятно, я Оксарма, а это моя дочь Габриэла.
Она высвободила руки, чтобы указать на девочку стоящую за ее спиной. Графиня прошлась суровым взглядом и по ее одежде, но все же улыбнулась, приветствуя гостью.
– Ребята, а вы не обнимите бабушку? – строгим тоном, но все с той же улыбкой выдала графиня.
– Да бабушка! – в унисон воскликнули близнецы, вытянувшись по стойке смирно и быстро выполнили нехитрый ритуал приветствия.
– Добрый день! – в разговор вступила вторая женщина, которая, как и графиня имела копну золотистых волос и изумрудные глаза, но черты ее лица были немного другими. – Я Виктория Фраппо, урожденная Архэм, сестра Виктора и мать этих непосед.
Она, как и ее мать поздоровалась вначале с братом, а уже потом с гостями и детьми. Все эти расшаркивания заняли долгих полчаса, в течение которых графиня Юстиния выпытывала подробности и детали появления новых обладателей магии в их мире. Все же такие находки редкость для их общества и естественная реакция – познать детали.
Последующее общение старшее поколение продолжило в небольшой столовой с натюрмортами на стенах, коричнево-желтых тонах и с огромным столом, над которым нависала тяжелая хрустальная люстра. Стулья с кривыми ножками равномерно выстроились вокруг накрытого к ужину стола. Для такого большого замка и комната приёма пищи была соответствующей. Молодняк же в сопровождении одного из гувернеров был отправлен в библиотеку для профилактических работ в виде наказания.
На стол подали чай с трехъярусным подносом сэндвичей и различной выпечки.
– Оксарма, дорогуша, где же ваш муж?
От этого вопроса гостья поперхнулась чаем, а Виктор, нахмурив брови, молча, уставился на бестактную женщину.
– Он исчез… пять лет назад… – с натянутой улыбкой ответила она на заданный вопрос.
– Исчез? Как это? – удивилась графиня.
– Мам! – негромко, виконт попытался напомнить своей родительнице о манерах, но та его игнорировала.
Оксарма справилась с эмоциями и неловкостью и уже более небрежно ответила:
– Просто ушел, не сказав ни слова. Я бы сама хотела знать куда. И почему он это сделал?
– Как печально! – вздохнула с сочувствием Виктория – Мой муж постоянно пропадает в своих исследовательских командировках, и поэтому мы видимся редко. Но так, чтобы исчезнуть, ничего не сказав…
– Можно ли считать вас свободной? – с равнодушным и слегка холодным голосом спросила Юстиния.
– В смысле? – уточнила Оксарма.
– Ой, деточка, в нашем обществе идет негласная битва за сильные магические способности, в которых вы, скорее всего, примете непосредственное участие. Вот, к примеру – мой сын заядлый холостяк…
Тут уже поперхнулся Виктор. Закашлялся, и еще раз кинул на мать гневный взгляд. Но та упорно продолжала его игнорировать.
– С тех пор, как он стал главой семьи, женщины его перестали интересовать полностью. Я, конечно, пытаюсь наладить его личную жизнь в меру своих возможностей: устраиваю встречи, приёмы и просто посиделки… Но этот упертый чурбан сбегает при первой же удобной возможности. А я не могу позволить, чтобы наш дом остался без наследников.