–Сын правителей?! – округлил глаза Глери. -Ты – анх?
–Вообще-то нет. – помотала головой Кибаль. – Он – риаг. А чета правителей Аддрила – риг и ригона.
–Риаг Харвиг! – Глери отвесил ему шутливый поклон. Похоже, он уже не так сильно переживал о Бергере, который до сих пор не нашёлся…
Они ужинали в Трапезном Зале. Харвиг полил свою пахлу мушизом под многообещающим названием «Жаркая лань». Та потемнела, неожиданно свернулась в тугой комок, а затем так же внезапно вывернулась, превратившись в маленькую лошадку. Снаружи «Лань» оказалась покрыта золотой корочкой.
–Дашь мне попробовать? – попросила Кибаль. Телери тоже пододвинула через стол тарелку.
Харвиг отрезал им ножом по кусочку мяса.
–А что вы знаете про Ваала? – спросил он.
–Он – один из восьми богов. – ответила Кибаль, пробуя блюдо. – О-о, как вкусно!
Она взяла соус и полила им свою пахлу. Телери напротив, сморщила носик и потянулась к другому кувшину.
–Когда прежний Сеннаар развалился, – продолжала Кибаль, – он очутился в вновь созданном мире. По легенде, там не было никакой еды. Но Ваал был единственным, кто обладал Даром Земель.
–Имрод обладал всеми Дарами. – поправил Глери.
–Верно. – Кибаль кивнула. – Но к тому времени он, увы, был уже мёртв.
–И что это за дар? – поднял брови Харвиг.
–С его помощью Ваал отыскал проход в другой мир. Этот ход таился в пересохшем колодце. Кстати, вы и сейчас можете найти его у прислужного крыла, возле конюшен, но, как понимаете, тут, в Сеннааре, никакого прохода нет.
–Я знаю его! – воскликнул Глери. Телери радостно закивала.
–Так вот…В другом мире колодец оказался с водой. На счастье, Ваалу помогли выбраться.
–Кто? – Харвиг позабыл о «Лани» и жадно слушал рассказ.
–Молодая эвлиска по имени Див. Она работала в прежнем Анкирохе на кухне. Когда всё случилось, она, как и Ваал, и многие, кто был тогда во дворце, оказались разбросаны по новым землям.
Вместе они обследовали город и оглядели с горы окрестности. Увы, эта земля тоже была пуста. Только камни, вода и песок. Нужно было двигаться дальше.
Много дней они странствовали по мирам. Во время этих скитаний к Ваалу и Див присоединились арзыны, мокусы, борки. В основном это были “пустые” люди, без прошлого.
–Как это? – удивился Харвиг.
–Они появились с землями. Также, как деревья, животные, рыбы и птицы.
–И разные мелкие существа. – добавил Глери.
Харвиг подумал, что поспешил с выводом, будто его друг смирился с пропажей Бергера. Глазастая щепка по-прежнему занимала все его мысли.
–И что же было потом?
–Ну… Наконец они отыскали землю, где были почва, лес и луга. – сказала она. – В реках росли водяные растения, на дне лежал ил. Правда, не было ни рыб, ни зверей, ни птиц. На домах в городе не было крыш. Зато там росли огромные, необъятные граты с тёмно-зелёными блестящими листьями и золотой корой. Это и был Аддрил.
–Ух ты! -восхитился Харвиг. – Никогда не видел таких деревьев.
–Видел. Просто забыл. – бесчувственно возразила Кибаль.
–Ладно. – помрачнел Харвиг. – Рассказывай дальше.
–Ну вот. Люди отстроили часть домов в Граттахе, – так сообща было решено назвать город. Потом Ваал путешествовал по соседним землям и приносил оттуда то птиц, то рыб, то разных зверей. Постепенно Аддрил наполнился жизнью. Ваал взял в жёны Див и поселился с ней на горе, в бывшем Анкирохе, который после её смерти переименовал в Дивфед. С тех пор Див почитается в Аддриле наравне с остальными богами и считается покровительницей Граттаха.
–А сюда Ваал приходил?
–Не знаю. Можно спросить у Айфе.
Харвиг задумался. Оказывается, его предок обладал редким даром. Прокладывал путь через Морок. Возможно, заглядывал в Глубину. Интересно, каково это, – по своему желанию перемещаться из мира в мир?
Между тем Кибаль по просьбе Глери принялась рассказывать о сражении, произошедшем в Аддриле несколько десятилетий назад.
–Не помню, говорила ли я, что помимо Граттаха в Аддриле есть ещё города. Это Гриз и Артах. За год до битвы в столице случился переворот. Законный правитель Ройг неожиданно умер, и на престол взошёл Брехт, – его младший брат. Довольно скоро люди возненавидели его всей душой. Он оказался жестоким, злобным и подлым ригом. Но, вместе с Эбом, он держал власть в Граттахе железной рукой.
–А кто такой Эб? – прервал рассказ Харвиг.
Его друзья удивлённо переглянулись.
–Ну как же… – ответил Глери. – Это представитель Бодрых земель.
Отрок вытаращил глаза.
–Тёха-митёха! Хорошенький у них представитель!
–Да уж… – Отозвалась Кибаль. Глери покачал головой.
–Ладно. – выдохнул Харвиг. -Рассказывай дальше.
Девочка отправила в рот ножку «Лани».
–Так вот… Всё это не понравилось жителям других городов. В первую очередь – знати. Там проживало немало валхов, – потомков Ваала. Возможно, не все любили прежнего рига, но Ройг был законным правителем Граттаха и всего Аддрила. Его внезапная гибель вызвала толки. К тому же из столицы ползли слухи о Эбе, рогатом советнике и покровителе Брехта. Для законопослушного народа Аддрила это уже было слишком.
Ваал вместе с Видаром, твоим отцом, собрал ополчение. Им помогал и мой отец Сигмур.
Величайшая битва в истории новых земель состоялась на Лысом поле, недалеко от столицы. Там сошлись обе армии. На подмогу врагу Эб привёл из земель тысячу воинов. Итого, вместе с Клинками Дивфеда выходило одиннадцать сотен. У Видара было около пятисот ополченцев. Конечно, не стоит сбрасывать со счетов Ваала. Помимо дара Земель он обладал даром Стихий. Поэтому в ходе сражения он обрушивал на армию неприятеля град и молнии. Но всё это было возможным, пока войска не сошлись и не началась сеча…
Кибаль взяла кувшин с соусом и принялась готовить десерт.
–Так чем же закончилась битва? – поторопил её Харвиг.
–Разгромом врага, конечно. – словно о само собой разумеющемся, отозвалась Кибаль.
–Как так? – поразился Глери. – Ведь армия Брехта была вдвое больше!
–Ну да. – кивнула отрочица. – Просто в самый тяжёлый момент на Лысом Поле появились несколько сотен соэмов. Они были вооружены луками и клинками. Под их натиском враг бежал.
–Откуда они взялись? – удивился Харвиг.
–Их привел Кех с Девой Бездны. – Кибаль искоса поглядела на него. – А мой отец в битве потерял левую кисть.
Друзья умолкли. Кибаль задумчиво наблюдала, как в её тарелке готовится черничный пирог. Вздохнув, она продолжала:
–Брехта посадили в темницу. По законам Граттаха валхов казнить нельзя. Твоего отца провозгласили ригом. А Сигмур за доблесть в бою был назначен Первым Клинком Дивфеда и возглавил отряд Клинков. В честь героев Лысого Поля горожане преклонили колено.
–Чего? -обернулся к ней Глери.
–Преклонили колено. – повторила отрочица. – Опустились на одно колено, если тебе так яснее.
–Ты же говорила, что Клинки сражались на стороне врага? – наморщил лоб Харвиг. – Как же твой отец стал их вожаком?
–Он набрал отряд заново. Ну и часть уцелевших в битве присягнули Видару.
–А остальные?
–Были казнены на городской площади.
Отроки переглянулись.
– Это были суровые времена. – пояснила Кибаль. – Они сами выбрали свою участь…
Харвиг попытался представить себе битву на Лысом Поле с молниями и градом, обрушивающимися на врага с небес, сверкающими мечами и жужжащими стрелами. Затем бегство врага, чествование победителей-героев и последовавшую за этим казнь упрямых Клинков… Эх, не было его там! Хоть одним глазком поглядеть.
–А Эб? – вспомнил Глери. – Что стало с ним?
–Когда стало ясно, что битва проиграна, он покинул Аддрил. Думаю, уже тогда он решил использовать нермахов.
–Нермахов?! – подскочил Харвиг. – Так это из-за него погибли мои родители?!
–Мало того, – «подкинул дров» Глери, – скоро он будет здесь.
–Что?! – Харвиг едва не опрокинул тарелку.
–Тише! -попыталась успокоить его Кибаль. – Всё, что я рассказывала про Эба – лишь домыслы. С которыми все согласны, но доказательств нет.
–И что с того?
–А то, что на трёхсотлетие земель он будет представлять здесь Бодрые земли.
–Как же Айфе его привечает?
–Эб не сделал для Сеннаара ничего дурного. Наоборот, Бодрые Земли перебросили в этот мир луга, рощи…
–И крыс!
–Послушай… – Кибаль отодвинула свой пирог. -Я ненавижу его не меньше, чем ты. Да и Айфе его не жалует. Но пока у неё нет причин его прогонять.
Харвиг возмущённо покачал головой. «Нет причин!» – думал он. -«А то, что его стараниями погибли мои родители, Сигмур, куча других людей, – пустяки?» Он уткнулся в свою тарелку. Некоторое время все ели молча. Потом Глери, рассеянно ковырявший свой торт, вздохнул и поглядел на друзей:
–Отправимся завтра в Тахгар?
Телери, обрадовавшись, что разговор про Эба окончен, радостно закивала.
–Ладно. – отозвалась Кибаль. – Тем более, что нужно подобрать наряды к предстоящему балу.
–А занятия? – удивился Харвиг.
–У нас два дня отдыха.
Оставшийся вечер Харвиг провёл в своих покоях за книгой. Увы, далеко продвинуться он не сумел. «Исход» был изложен в стихах, да и читал Харвиг пока неважно. Далеко за полночь он добрался до жизнеописания отряда клинков и почувствовал, что глаза слипаются.
–Дочитаю завтра. – подумал он.
На утро после завтрака друзья собрались на дворцовой площади. Мороз отступил, было пасмурно. С неба валил мокрый снег.
–Скоро должна быть карета. – отчего-то волнуясь, произнёс Глери.
И правда, снег не успел облепить их одежду, когда рядом остановился запряжённый парой рыжих коней экипаж. На месте возницы сидел знакомый Харвигу по поездке на полотняную мастерскую мокус.
–Нынче без анха Дервинга? – усмехнулся он.
Дети забрались внутрь. Возница встряхнул вожжи, и карета застучала колёсами.
–Я слышал, на площади Народов сегодня будут бороться йотуны. – по дороге сообщил Глери.
Телери и Кибаль поморщились. У Харвига загорелись глаза:
–Борьба великанов! Вот здорово!
Девочки переглянулись.
–Давайте сделаем так, – предложила Кибаль, – вы пойдёте смотреть борьбу, а мы отправимся в лавку готового платья. Встретимся ближе к обеду в «Даре Небес».
Дети высадились на площади, после чего девочки затерялись в толпе. Харвиг и Глери принялись протискиваться в сторону храма. С той стороны доносился шум.
Наконец они добрались до арены – круглого деревянного возвышения. Доски помоста были выкрашены красным. Зрители теснились вокруг, жадно наблюдая за стоящими на нём великанами.
Те тяжело дышали. На плече дальнего багровела рана, из которой струилась кровь.
–Всего должно быть три схватки. – пояснил Глери. – Если оба борца останутся на ногах, победителя выберут зрители.
Арзын, который стоял рядом с ними, вдруг поднёс к губам дудку и издал пронзительный свист.
Йотуны бросились друг на друга. Раненый великан обхватил противника под колени и, неожиданно разогнувшись, кинул через себя!
Харвигу показалось, что рухнул дом. Помост и земля под ногами людей содрогнулись и тут же толпа грянула криками.
– Вот это да! – пришёл в восторг Харвиг. – Сейчас будет новая схватка?
–Не думаю… – Глери выискивал кого-то в толпе. – Если он не поднимется.
Победитель некоторое время ходил вокруг поверженного соперника. Затем помог ему встать, и они вместе покинули место битвы.
На арену поднялся обнажённый до пояса зол. Он поднял руку и прокричал, перекрывая людской гомон:
–Кто?!
Люди постепенно утихли.
–Кто? – вновь крикнул зол.
–Чего это он? – спросил Харвиг.
–А? – обернулся к нему Глери. – Он ищет противника.
–Я думал, тут сражаются только йотуны!
–Нет… На помост может выйти любой.
На арену поднялся борк. Харвиг ахнул, – это был мельник!
Яльг скинул с себя тулуп. Противники заняли место посреди круга. Наступила звенящая тишина. Потом арзын свистнул и они ринулись друг на друга!
Вначале Харвигу показалось, что чернокожий борец возьмёт верх. Он сразу захватил шею мельника. Но Яльг сумел высвободиться и обхватил пояс зола. Некоторое время они переминались на месте, не в силах сдвинуть друг друга. Потом борк опрокинулся на спину и, упершись ногой в живот поединщика, бросил его через себя. Зрители и глазом не успели моргнуть, как мельник оказался сидящим на груди зола!
Люди захлопали в ладоши. Харвиг старался больше других. Между тем Глери помахал кому-то рукой. При этом он выглядел до странности унылым и жалким.
Яльг поднялся и помог встать своему сопернику. Под одобрительные крики толпы они вместе ушли с арены.
–Пойдём отсюда! – обернулся к Харвигу Глери.
–Куда? – удивился тот.
–Всё равно! Поможем выбрать платья Телери и Кибаль.
Харвиг вытаращил на друга глаза.
–Платья?!
–Ну, я не знаю… Можно занять столик у Снот!
–Погоди, Глери! Сейчас ещё кто-нибудь выйдет!
–Не выйдет! – упрямился Глери. – Пойдём!
–Харвиг! – донёсся до них чей-то крик.
Они обернулись. С арены на них глядел Дервинг.
–Вызываю Харвига! – вновь крикнул анх, указывая на него пальцем.
–Ты можешь отказаться. – Торопливо проговорил Глери. – Никто ничего не скажет. Да и не знает тебя никто.
А Харвигу вдруг вспомнился Перволёд. Побитый Селян, укор в глазах братьев, самодовольная ухмылка на лице Махи. Не успел, не вышел, подвёл…
–Ещё чего! – Харвиг помотал головой. – Вызов принят.
Он одним прыжком вскочил на помост. Сила переполняла его. Острота зрения, слуха и мысли всё ещё были необычайны. Стало тихо. Отроки молча стянули с себя рубахи.
– Вот ты и допрыгался, Жарогрыз. – Дервинг издевательски ухмыльнулся. -Теперь тебе никто не поможет!
Похоже, он ещё не знал ни про родство Харвига с высшим, ни про принятую «тайну восторга три», что даровала новые силы. Про съеденный Харвигом накануне гриб ему тоже врятли было известно.
–Агридиг! -с пренебрежительной ухмылкой ответил Харвиг.
При этих словах Дервинг удивлённо приподнял брови. Тут застывшую тишину надорвал свист арзына.
С быстротой молнии анх кинулся на него. Никогда прежде у Харвига не было такого стремительного противника! Чудом он успел отклониться от летящего в лицо кулака, нырнул под руку и ударил того в ответ. Дервинг отбежал на несколько шагов и ухватился за ушибленный бок.
–Нашла коса на камень! – донеслось из толпы.
Анх побледнел и снова метнулся к Харвигу.
Зрители замерли. На арене мельтешили руки и ноги отроков, за которыми было не уследить. Временами Харвиг и Дервинг разбегались в стороны, утирали окровавленные лица и вновь бросались друг к другу.
Наконец всё закончилась. Харвиг, тяжко дыша, отошёл в сторону от лежавшего на спине противника. Кто-то неуверенно хлопнул в ладони. Дервинг пошевелился. Люди, поняв, что юный анх жив, огласили площадь возгласами восторга.
На помост торопливо забрались Рогуб и Хокри. Они склонились над своим предводителем.
Харвиг устало подобрал с помоста одежду. Возбуждение схватки сменилось болью. Казалось, будто он угодил в мельничные жернова. Улыбаясь, отрок на подгибающихся ногах подошёл к краю арены. Там его поджидал радостный и, вместе с тем, потерянный Глери. Харвиг уже приготовился спрыгнуть вниз, когда послышались встревоженные и возмущённые голоса. Он увидел, как переменился в лице его друг, который указывал на что-то рукой.
Харвиг хотел было обернуться, узнать, что там случилось, но тут страшный удар по затылку накрыл всё вокруг темнотой.
Харвиг открыл глаза. Он был в лечебнице. В окнах чернела ночь. На столике в изголовье тускло светил ночник. Он, да ещё один, в дальнем краю чертога, робко противились обступившему мраку. Рядом, на стуле, укрытая покрывалом, дремала анха Элибет. Стоило Харвигу шевельнуться, как она тут же проснулась.
–Очнулся?
–Что со мной? Почему я здесь?
–Что же, ты ничего не помнишь?
–Помню, что дрался с Дервингом. Потом что-то стукнуло по голове.
–Камень.
–Откуда он взялся?
–Думаю, с мостовой. Сомневаюсь, что Дервинг с приятелями тащили его с Кургал-Дага.
–Так это они меня?
–Швырнул камень Дервинг. Он, кстати, здесь.
Анха Элибет указала рукой в сторону дальнего ночника.
–Что с ним?
–Ну, это ты должен помнить… – Элибет неодобрительно покачала головой. – И сам едва не погиб, и Дервинга калекой оставил.
–Как это? – Харвиг приподнялся в кровати. – Разве Айфе не излечила его?
–В том-то и дело. К тебе она отнеслась снисходительно. Завтра с утра можешь уйти отсюда. А вот Дервингу повезло куда меньше. В другой раз, как сказала Айфе, он подумает, прежде чем затевать драку.
Харвиг вдруг почувствовал слабость и откинулся на подушку. «Значит, Дервинг ударил в спину», – сонно подумал он. – «Поделом ему».
Потом ему пришла в голову мысль, которая уже давно не давала ему покоя: «А сам-то? Разве не толкнул тогда в спину Маху? Получалось, он такой же как Дервинг».
Харвиг застонал и перевернулся на бок. «Нет. Не такой». – возразил он себе. – «Я толкнул его ради битвы. А Дервинг швырнул булыжник, чтобы меня убить».
Успокоившись, он уснул.
На утро Харвиг, как и в прежний раз, обнаружил на лавке стопку чистой одежды. На столике у кровати стоял поднос с соусами и пахлой. Кроме него и спящего Дервинга в лечебнице никого не было.
Харвиг оделся и принялся готовить еду. Он с замиранием сердца прочитал надписи на кувшинах, но это были обычные «Куриный бульон» и «Сливовый пирог». Видимо, Айфе решила, что «Тайна восторга» Харвигу ни к чему. Ему стало интересно, что за соусы стоят на подносе у Дервинга. Позавтракав, он на цыпочках прокрался к его кровати. Однако, стоило ему остановиться рядом с подносом, как анх, лежавший к нему спиной, неожиданно повернулся. Прежде красивое лицо Дервинга теперь превратилось в сплошной синяк.
–А! Ты…– он скривился в ухмылке. Из-за сломанной челюсти и недостающих зубов Дервинг говорил неразборчиво.
– Хочешь добить?
Он проследил за взглядом Харвига и ухмыльнулся ещё шире:
–Нет… Просто сожрать мой завтрак.
Дервинг отвернул голову.
Только теперь Харвиг сообразил, что чудесные серебристые волосы анха стали обычными, русыми. Это его поразило.
Харвиг всё-таки прочитал надписи на кувшинах. Там был тот же куриный бульон, а вместо сливового пирога – кисель. «Тайны восторга» не досталось и Дервингу. Харвигу стало его даже жаль.
В это время дверь отворилась и в лечебницу вошла взволнованная молодая борка. Она быстро подошла к ним и остановилась, глядя на Харвига.
–Ты – тот самый мальчик? Харвиг?
Он кивнул.
–Мне так жаль. Но ты не должен таить зла на моего сына.
Дервинг рывком повернулся.
–Ну зачем ты пришла?! Не хватало мне здесь ещё угов!
Борка прикрыла ладонью свой рот, в синих глазах заблестели слёзы.
–Сынок…
–Уходи!
Мать Дервинга развернулась и побежала к выходу.
–Знаешь…– Харвиг невольно сжал кулаки. – Сейчас мне жаль, что я тебя не убил.
Он вышел в Солнечный Свет. Там уже было пусто.
Грудь наполняла ярость. Ему хотелось броситься обратно в лечебницу и побить анха. А ещё ему было жаль его мать. И откуда только берутся такие как Дервинг?!
Харвиг подошёл к дверям Квадратного Зала. В щёлку было видно учителя Агномана. Он вздохнул и приоткрыл дверь.
–Можно?
Ему показалось, что Агноман озадачен.
–Хок, проходи.
Десятки глаз уставились на него. Внимательный, изучающий взгляд синих глаз Кибаль, сочувствие в глазах Телери. А вот виноватый взгляд Глери. На его плече сидел Бергер. Глери торопливо освободил место, пододвинув в сторону свои вещи. Харвиг шагнул дальше и сел за свободный стол. Прежде тут сидели Рогуб и Дервинг. По классу пробежал шёпот. Глери втянул голову в плечи.
–Ну что ж, продолжим… – сказал Агноман.
Харвиг старался слушать, что говорит учитель, но в мыслях всё время возвращался к последним событиям. Наконец Агноман объявил, что урок окончен.
Вместе с остальными Харвиг вышел из Квадратного Зала. В Солнечном Свете его поджидали девочки.
–Прими мои поздравления! – холодно сказала Кибаль. – Ты изувечил Дервинга и прилюдно унизил Глери.
От такой несправедливости Харвиг не сразу нашёлся, что ей ответить.
–Он же нарочно привёл меня на площадь! – наконец вымолвил он.
Из дверей вышел Глери. Услыхав их, он ускорил шаги и едва не сбил Агномана.
–У него не было выхода. – возразила отрочица.
–С чего бы?
–Дервинг угрожал убить Бергера. Оказывается, тот всё время был у него… Послушай, Глери ни за что бы не повёл тебя туда, если бы не узнал, что ты – потомок Ваала. Только поняв, что ты сумеешь за себя постоять, он решился на это. О чём ужасно жалеет.
Харвиг почувствовал, как лицо заливает краска стыда. Но он упрямо помотал головой.
–Глери следовало обо всём рассказать мне. Он меня предал.
–Или ты помиришься с ним, – в глазах Кибаль зажглись знакомые огоньки, – или я тебя знать не желаю!
–Даже и не подумаю!
Кибаль стремительно развернулась и, ухватив руку Телери, потащила её в Небесный Свет. Там Каридвен собирала учеников на урок танцев.
Харвиг вздохнул и уныло поплёлся в свои покои.
Когда позже он явился в Трапезный Зал, девочки и Глери уже обедали. Но стоило ему присесть рядом, как Кибаль подхватила поднос и перенесла его на другой стол. Глери понуро отправился за ней следом. Что до Телери, то она, поглядев на друзей, и вовсе отсела в другой конец зала.
Несколько последующих дней мало что изменили. Харвиг был повсюду один. Немалая заслуга в этом принадлежала Кибаль. В Трапезном Зале она и Глери обосновались за соседним столом. Телери не стала поддерживать ни одну из сторон и продолжала держаться от всех отдельно.
Единственным, что как-то отвлекало Харвига от мрачных мыслей и скрашивало внезапное одиночество, была книга. Правда, большую часть описанных событий он уже знал из рассказа Кибаль. Но однажды, читая про турниры, которые ежегодно устраивались в отряде клинков, он добрался до места, где описывался вызов соперника. Воин должен был указать на того мечом и сказать: «Джег харденер агри диг».
Харвиг подскочил с тюфяка. Так вот оно что! Наверное, он в детстве присутствовал на одном из турниров. И в памяти накрепко засели эти слова.
Он вновь схватил книгу. В пояснении говорилось, что с языка борков это значило: «Я вызываю тебя на бой». Харвигу захотелось немедленно поделиться открытием со своими друзьями. Но тут он вспомнил, что они в ссоре…
Когда пришёл день занятий ремёслами, Рунольв повёл детей в подземелье. Там, под крылом прислуги, располагалось зерновое хранилище. Это был огромный чертог с светящимися колоннами. Ровный каменный пол был по щиколотку засыпан пшеницей.
–Надеюсь, вы помните, – сказал анх, – что из неё делается пахла.
Отроки закивали. Потом начали по очереди ворошить зерно деревянной лопатой.
–Оно не должно залёживаться. – попутно объяснял Рунольв.
Харвиг заметил в конце зала массивную железную дверь. На ней висел внушительный, заржавевший замок.
Выбрав время, когда Рунольв оказался один, Харвиг спросил:
–А куда ведёт вон та дверь?
Рунольв нахмурил лоб.
–Видишь ли… Под Анкирохом множество пещер и ходов. Но Айфе приказала все проходы к ним перекрыть. Это сделано для вашего блага.
Харвиг вспомнил рассказ Глери про пропавшего мальчика. Видимо после этого случая высшая и решила так поступить.
После обеда Харвиг отправился прогуляться вокруг Анкироха. Он уныло брёл по замощённой голубыми камнями тропе, не обращая внимания на окружающие его красоты. Никогда прежде, даже на мельнице Ножика, он не чувствовал себя столь одиноко. Там его навещали друзья. И даже сам мельник, с его семьёй, были хоть и скверным, но обществом.
Здесь же Кибаль из вредности нарочно не замечала его. Телери, как чувствовал Харвиг, была вынуждена вести себя отчуждённо.
А Глери, который по мнению Харвига и был причиной всего, даже не попытался перед ним извиниться. Конечно и тут не обошлось без отрочицы.
Что до других детей, то они при его появлении цепенели. Мало того, что Харвиг прибыл из Роси, – неведомой им земли, так ещё умудрился за краткий срок натворить здесь лихих дел. То, что вдобавок он оказался потомком Ваала, делало пропасть между ними и вовсе бездонной.
Незаметно отрок добрёл до обрыва, где начиналась лестница соэмов. На лавочке, спиной к нему, кто-то сидел. Заслышав шаги, человек оглянулся. Это был Агноман.
–Харвиг! Не ожидал тебя здесь увидеть.
–По-моему, здесь мне самое место. – с горечью отозвался он.
– Вот как… Садись.
Харвиг опустился рядом на тёплую лавку.
–Отменный вид. – заметил учитель. – Лучшее место, чтобы ощутить, трогу-дат, одиночество.
Харвиг лишь хмыкнул.
–Как я понимаю, – продолжил мокус, – вы с Глери не помирились?
Отрок помотал головой.
–Взгляни на Кургал-Даг. Что бы ты думал, будь этой горой?
Харвиг удивлённо поглядел на учителя.
–Не знаю. Разве гора может думать?
–Наверное нет. И всё же… Разве, озирая всё вокруг сквозь облака, тебя не наполняла бы гордость? То, что ты так высок, противостоишь всем ветрам. И редкая птица достигнет твоей вершины.
–Наверное.
–Но так ли велика в том заслуга горы?
–Нет у неё никакой заслуги…
–Хок… Не каждому суждено быть горой. Кто-то рождён камушком у её подножья.
Он вдруг наклонился и подхватил с земли маленький серый камень.
–Но гора однажды может разрушиться, а камушек – высоко взлететь.
Агноман размахнулся и подкинул камень в синюю высь.
–Учитель, ты сравниваешь меня с горой? А Глери – с камнем?
– Это было бы слишком. Я только хотел сказать, что не стоит судить друга строго за то, что он не оказался таким же сильным и отважным как ты. Важно, что он всё-таки попытался противостоять Дервингу, искал выход.
–Но почему он не рассказал обо всём мне?!
–И что? Разве ты не отправился бы утром на площадь, чтобы первым бросить нашему анху вызов?
–Конечно.
Они помолчали.
–Ты слышал историю, как погибли родители Глери?
Харвиг помотал головой.
–В тот день они гуляли вон там. – Агноман повернулся и указал в направлении жилого крыла Анкироха. – Глери тогда едва исполнилось восемь. Он стоял на дорожке, а мать и отец обрезали у обрыва кусты. Всего там собралось около тридцати человек. Внезапно случился обвал. Айфе ничего не смогла для них сделать…
Учитель вздохнул.
–Думаю, Глери слишком долго был одинок. Он не привык ждать помощи от других. Я надеялся, что ваша дружба это изменит…
Агноман похлопал Харвига по плечу.
–Хок, мне пора. Если хочешь, позанимаемся счётом… Мои покои на втором этаже, серебристая дверь с буквой «А».
–Спасибо.
Харвиг проводил учителя взглядом.
Выходило, что Глери не виноват. Пока Харвиг с Кибаль были у соэмов, Дервинг таскал того за уши, угрожал убить Бергера. Глери, уже привыкший к издевательствам анха, не стал доносить на него ни взрослым, ни Харвигу. Он решил принять удар на себя. И только когда его друг неожиданно оказался потомком Ваала, Глери увидел какой-то выход. Он придумал показаться с ним у арены, после чего затеряться в толпе.
Харвиг зачерпнул пригоршню снега и растёр им лицо.
Вот только как же теперь всё исправить?