Глава 2.
Фух, все хорошо. Не зря мама так бегала, готовя все эти медицинские документы. Теперь мы прямиком едем в «Артек», а там нас всех разделят по отрядам. Надеюсь, мне повезёт, и я попаду в хороший отряд, и у меня будут нормальные соседки…
Все уже разговорились, начали общаться друг с другом. А ещё утром почти никто из нашей делегации не знал друг друга, но за время полета и томительного ожидания медосмотра, все уже перезнакомились.
За окном, отделяясь от неба тонкой полоской, показалось море. Оно того же ясного, воздушно-легкого цвета, что и небо. Две стихии почти сливаются в своей безмятежности, и если не всматриваться, то граница между этими двумя мирами едва различима. Море заслоняют горы, похожие на различных существ. Вот лежит, развалившись у воды, гигантский слон…
Внезапно из-за очередного поворота появился огромный символический костер-стела. Три красно-рыжих языка пламени поднимаются ввысь, приветствуя будущих артековцев. За стелой расположен огромный, округлый экран, на котором написано «Артек».
–Вся ваша делегация из Санкт-Петербурга разместится в лагере «Янтарный», – сказал нам вошедший в автобус вожатый, одетый в красную форменную футболку. Он вошёл сразу же после того, как мы въехали на территорию «Артека».
«В «Янтарный», так в «Янтарный», – подумалось мне. – «Главное, что мы наконец-то на месте!» Хотя нет, я ничего такого не подумала, просто порадовалась, что мы уже почти приехали.
Автобус едет по извилистой дороге, которую будто специально так построили, чтобы запутать незваных гостей. Едет долго. Надо же, какой огромный «Артек»! И вот, автобус, поднявшись наверх по крутой дороге останавливается. Все, мы приехали!
Мы все высыпаем на улицу. Дурманяще-освежающий аромат моря сразу же околдовывает нас. Я пока жду своего чемодана, оглядываюсь – красота! Но в темноте вечера все и не разглядишь, но я твердо уверенна, что в свете дня «Янтарный Артек» намного красивее. Но приглядевшись ещё раз, я пугаюсь. Какие-то старые, неухоженные здания, почти такие же, как и база, на которой был медосмотр. «Куда нас привезли?! – в голове мелькают испуганные мысли. – Что «Артек» такой?! А как же фотографии на сайте?! Или что, они обман?!»
Спускаюсь по лестнице, с трудом таща за собой чемодан.
–Что они не могли продумать спуск для чемоданов?! – возмущаюсь про себя я. Хотя можно и вслух – вряд ли кто-нибудь услышит. Попробуйте спустить чемодан весом почти двадцать килограмм по неровной, старой, будто бы оставшейся ещё с советских времён лестнице!
Фух, спустилась! Какое же счастье, что лестница не очень длинна, ступеней 15-20 – не больше.
Когда мы все спустились, вожатый, сопровождающий нас, попросил оставить чемоданы и взять только ручку. Многие стали недовольно распаковывать свои чемоданы – кто же знал, что ручка может пригодиться, вот и положили всю канцелярию по?! К счастью, у меня одна ручка лежала в маленькой сумочке.
Заходим в старое, даже слишком, здание-коробку. Поднимаемся по лестнице и оказываемся на улице и опять идем вверх. Входим в большой зал, где нам говорят сидеть и ждать… От усталости у меня начинается приступ смеха – смеюсь почти над каждым словом. Обычно у меня такое может начаться только на наших семейных праздниках… Сзади мальчишки смешат меня, повторяя по нескольку раз примитивные шутки, типа «колобок повесился». Скорее бы попасть в свою будущую комнату, помыться и лечь спать. Даже можно без ужина.
Если честно, у меня создаётся такое ощущение, что над нами просто издеваются. Дети усталые, голодные и ждут непонятно чего. Я с шести утра на ногах, а уже поздний вечер. Дома бы уже спала! Хотя нет, ещё даже восьми нет.
Ну, наконец-то! Только что пришел какой-то вожатый и принес нам заполнять анкеты. Хоть какое-то занятие! После позвали всех мальчиков – их меньше, чем девочек, поэтому по отрядам их и распределяют первыми. К счастью, их распределяли недолго, поэтому вскоре к нам обратилась медсестра:
–Есть ли из вас, девочки, кому 12-13 лет?
Конечно же, есть! Я и Агнесса. Нам на бланках-медкарточках написали номера отрядов. Увы, но мы с моей подругой в разных. Я во втором, а она в седьмом.
И вот, после очередного за сегодняшний день медосмотра (будто они думают, что после всех осмотров, у нас может ещё что-нибудь найтись!) нас всё-таки отвели в столовую.
Глава 3.
Я изумлённо оглядываюсь по сторонам. Какая красотища! В «Артеке» столовую и столовой-то назвать как-то не поворачивается язык – настоящий ресторан со «шведским столом». Мы с Агнессой встаем в очередь, берем подносы, на них кладем красивые бумажки с одним из видов «Артека», и двигаемся к овощам. Там огурцы, помидоры, ещё какие-то салаты. Дальше идут основные блюда: картошка, рис, курица, плов – и напитки – чай. Мы садимся за один из длинных столов и начинаем ужинать.
Открываю дверь с номером 210. Вожатый, который помогал мне тащить мои вещи, заносит их в коридорчик и уходит. Я спрашиваю:
–Кто-нибудь есть тут? – ни звука. Хорошо, значит, я смогу выбрать любую кровать. Но, войдя в саму комнату, понимаю, что просто все куда-то вышли. Свободной осталась лишь одна кровать – наискось от входа, верхняя у окна. Ну, надо же, как раз какую я и хотела!
Комната просторная, светлая. Во всю стену – огромное окно, через которое, наверняка, днём проглядывают лучи яркого солнца. Но сейчас светло только из-за включённых мной при входе ламп.
С двух сторон от окна стоят кровати. Зелёно-телесные, полосатые. И, наверное, не деревянные – сейчас же вообще тяжело найти мебель из настоящего дерева, а не дсп. Поближе к выходу стоят по две кровати, а с другой стороны по четыре. Свободной и была одна из тех, что стояла в глубине комнат. Между кроватями – по две лёгкие полочки с ящиком под ними. А у изголовья кроватей, стоящих снизу, просто рядом стоят тумбочки. У окна стол, с ещё задвинутыми синими стульями, какие бывают обычно там, где проводятся какие-то лекции. По крайней мере, у меня с ними такая ассоциация.
По полу протаскиваю огромный пакет (какие обычно используются для переноски каких-нибудь стройматериалов) со своими вещами. Только половиной из того, что я сюда в чемодане привезла. А так, там ещё много осталось! Взяла бы больше, да только в пакет всё не запихнёшь! Что впрочем, и к счастью – «Янтарный» находится выше, чем чемоданная, на очень длинную лестницу. Вещи оставляю у маленькой лесенки, ведущую к «верхним» кроватям.
«Пока никого нет – помоюсь,» – решаю я. Оставляю вещи у кровати, и, захватив все необходимое, до этого найдя это, иду в душ.
Ого, ещё осталось место в ящике! Не ожидала. Потом можно будет положить туда часть одежды, например, ту которую уже одевала, но она еще чистая. Например, спортивную форму. Если окажется, что в шкафу места мало. Занятая раскладыванием вещей, я и не заметила, как в комнату с хозяйским видом вошла девочка со светлыми волосами. Всё лицо ярко накрашено. А на нём, кроме всего прочего, такое высокомерие, от которого можно сразу умереть и не встать. В общем, «королевишна». Но, может, мне так только кажется?!
Мы познакомились. Оказалось, что её зовут Ульяна. Вернее, настоящее имя у неё Катя Смирнова, но ей оно не нравится и откликается она только на Ульяну Рейх. Странно, однако. Мне так кажется, что имя Катя ничем не хуже Ульяны. У нас вот, например, в классе Кати вроде бы более-менее все нормальные, а Ульяна вот противная…
–У нас все общее, – начала она – полотенце, зубная паста, мыло…
–Угу, – сказала я, а сама подумала: «Только одной зубной щётки не хватало! А лучше вообще тогда уж всем одежду вместе носить!»
–Пасту мы оставляем для «королевской ночи» в конце смены, – продолжила «королевна».
Только этого еще не хватало! Сразу чувствуется, что она ни в одном приличном лагере не была, только в социальных, где собирают детей из неблагополучных семей. А тем временем, пока я уже начинала внутреннюю бурю, она всё ещё продолжала:
–Если тебе что-нибудь понадобится, например, тушь или помада, то проси у нас.
Не буду я пользоваться ничем общим! Вот еще перетаскивать на себя чужие микробы! Мне и своих достаточно! Да, и косметикой я не пользуюсь! Максимум, могу губы накрасить и всё. Зачем?! Я считаю, что и так красивая. А косметикой ещё успею попользоваться.
Пока Ульяна читала мне свод «законов», в комнате появились и остальные её обитатели, о чём-то оживлённо болтая. Их было четверо. Одна из девочек черноволосая, такая же высокая, как и я. Неприятная деталь, бросавшаяся в глаза – кривые передние зубы. Звали её Настя. Хотя если приглядеться повнимательней, то можно найти ещё достаточно неприятного. Под её радушной улыбкой скрывалась какая-то неприязнь, чрезмерная придирчивость к окружающим, переходящая все границы. «Наверное, подружка "королевишны", – мелькнуло у меня в голове. – Её "фрейлина". А вдруг – министр?!» Я хихикнула. Ульяна посмотрела на меня так, будто она – библиотекарша, а я – шумела в читальном зале. Укоризненно спросила:
–Ты над чем смеёшься?
–Да так, не над чем. Смешинка в рот попала, – ляпнула я. Девочку, явно чувствовавшей себя в этой комнате единственной полноправной хозяйкой, а нас – максимум гостями (надеюсь, не слугами, а то прислуживать ни за кем я не собираюсь!) ответ, видимо, удовлетворил. Ну не буду же я ей рассказывать, над чем я смеялась – а то нос задерёт, и так выше некуда. А то ещё вырастет длиной, как Китайская стена, как же она жить будет с таким носом!
Так, вот. Девочки…
Следом за Настей вошла хрупкая, маленькая, очень красивая, приятная девочка – Эльвира. В её серых глазах светится искренняя улыбка. Девочка располагала к себе. Но она сразу же, представляясь, попросила называть ее Элей. Да, что-то похоже у них тут проблемы с отношением к своим именам. Ладно, только имя Эльвира мне нравится больше. Третья – Аня – чуть полноватая девочка. В ней было что-то от медведицы… Как и Эля, она из Ленинградской области. Четвертая темноволосая, небольшого роста – Маша. Хотя нет, мне показалось, Маша была нормального роста. Длинная коса, тёмные глаза, выглядывающие из-под аккуратной оправы очков.