В воде озера водится большое количество рыбы – карасей, которых по весне ловят бреднем, а летом до самой осени заставляют по-мотовиловски морды-мерётки.
С наступлением первых сильных заморозков в ноябре, вода в озере замерзает, покрывается скользким льдом. В этом время для потехи ребятишкам – полная лафа. Целыми днями детвора пропадает на льду. Катаются на коньках или просто так бегают по льду, делая «зыбу». Бывали случаи, молодой лед не выдерживал тяжести непредусмотрительного паренька, проваливался, и несчастный погружался в воду. Тогда очевидцы тревожно закричат: «Тонет! Тонет!» Или же тревожно ударят в набат. Народ сбежится, разными средствами стараются спасти утопающего. Бывали случаи, все усилия оказывались безрезультатными: дети тонули совсем.
Иногда в Масленицу на льду устраивали карусели. Прорубали во льду дыру, вмораживали в нее кол, надевали на него колесо от телеги, прикрепляли жердь, и карусель готова. Забавам, удовольствиям и веселью для детворы нет конца. В Крещение на льду вырубали Иордань – выходили с молебнами.
В конце марта, когда наступят теплые весенние дни, жители села начинают заготовку льда с озера для набивки им погребов на летнее жаркое время для охлаждения молока, кваса и других продуктов. Его колют ломами, подрубают топорами, а иногда и пилят продольными пилами. И большими ковригами отвозят на лошадях к погребам. В начале апреля, когда талые вода из поля с горы, через Ивановский, поступают в озеро, иногда они устремляются под лед. Лед начинает пучиться, трещать, ломается на отдельные глыбы, представляя собой величественную картину, и дает возможность покататься на льдинах парням-смельчакам – отважным «мореплавателям».
В летнее жаркое время озеро превращается в бассейн для купания: излюбленных мест для купающихся два – на Хоревых мостках и «под Курицей» около школы. В этих местах глубина значительная и дно твердое, песчано-илистое. В жаркие дни лета ребятишки кишмя кишат, бултыхаясь в воде: купаются по полчаса, а то и больше. У иного мальчугана не успеют волосы на голове высохнуть, а он уже снова, раздевшись догола, с разбегу, с конца мостков, всем брюхом шлепается в воду, бултыхнет ногами, взбудораживая воду, поднимая над водой брызги. Плавает кто как попало: и саженками, по-утиному, и по-лягушачьи. Некоторые специалисты по нырянию умеют далеко нырять и длительное время находиться под водой к удивлению наблюдателей с берега. По озеру в летнее время стаями плавают утки и гуси, весной залетают мартышки, а под осень при отлете на отдых садятся стайки диких уток, представляя азартный интерес для сельских охотников Сергея Латака, Ивана Додонова с поселка и Федора Лушика, Николая Федоровича Смирнова.
Вокруг всего озера по берегу его разбросано множество амбаров, сараев и бань. Амбары и сараи строились на берегу из противопожарных соображений, а бани из-за того, что вода прямо под руками: бери, грей в котле и мойся, обдавай себя благодарственным паром, нахлыстывай свое простудное тело зеленым, душистым березовым веником.
Озеро является так же водоемом для стирки невзрачного крестьянского белья. Зимой и летом бабы задорно наколачивают вальками, выбивая из рубах, портков и портянок лишнюю грязь. Если случится в селе несчастное бедствие – пожар, то из озера с тревожной поспешностью наливают в лагуны воду и очумело и лихо мчатся к месту пожара, заливать бушующее пламя. Для жителей всего села озеро, конечно, является основным источником питьевой воды, так как в селе колодцев всего-навсего только три, да и то два из них нарушились в начале двадцатых годов. Остался один на улице Кужадонихе. В летнюю жаркую, страдную пору, уезжая в поле, каждый старался прихватить с собой холодной колодезной воды. Весь день огромное скрипучее колесо вращалось, через посредство которого одна бадья поднималась с живительной водой, а в то же время другая опускалась вниз.
Поля
У жителей села Мотовилова земля находится в трех полях. Четвертое поле, простирающееся от места стыка села Михайловки и до самого Шубина, принадлежит Шегальскому обществу.
Первое поле, самое большое, от села оно тянется широкой полосой на юго-восток, мимо села Волчихи и до самой Баусихи, расстоянием не меньше восьми верст.
Второе поле, поменьше первого, расположено смежно с первым, простирается на юг, до деревни Михайловки, протяженностью верст пять.
Третье поле, самое малое, находится на север от села, к лесу, расстоянием всего две версты.
За речкой Сережей, в углу у леса находится небольшое так называемое Анискино поле. В начале нашего века, после выкорчевки и нарушения леса так называемого «Волчий дол», земля, один песок, стала использоваться тоже для посева.
Согласно установившейся исстари трехпольная система севооборота, в этих трех полях поочередно располагались посевы так: если в первом поле на этот год была рожь, то во втором – пар – земля готовилась под посев осенью ржи, то в третьем было яровое. И так ежегодная смена посева по кругообороту. Качество в смысле плодородия, земля считается хорошей только в окружности самого села, так называемая «одворица», которая в первом поле доходит до горы, во втором поле до Большой дороги, а в третьем до поперечной дороги. На горе, в первом поле, как и на всех горах, почва суглинок, хотя гора эта не превышает пятидесяти метров высоты над уровнем воды Мотовиловского озера. За горой до самой Баусихи низина и долы – почва здесь илистая.
Во втором поле за Большой дорогой почва так же илистая, также не плодородная. В третьем поле, за поперечной дорогой, не земля, а супесь, а то и один урезанный песок. За первым лесом у Сережи в 1925 году разодрали целину, посеяли просо, которое на новом вымахало в рост человека. Вообще-то мотовиловская земля любит навоз, которого каждое лето вывозится большое количество: без навоза за большой дорогой и у леса рожь родится низкая, соломой мелкая, с коротким колоском в четыре-пять зернышек.
Земля ежегодно переделывалась: наделялась на каждую семью согласно количества в ней едоков. Все жители разбивались на выти, в которых подбиралось по равному количеству едоков – это для удобства дележки земли во всем обществе. Каждую весну землю приходилось делить дважды: сначала в миру между вытями, а потом внутри выти, на каждую семью.
Земля делилась после снятия урожая ржи на второй год весной под посев яровых, а после уборки яровых, на второй год, каждый хозяин знал свою землю и навозил свой загон по силе возможности под будущий посев озимых.
Ежегодные переделы земли диктовались тем, что население села менялось – в семьях происходило закономерное изменение в количественном составе едоков: в семье престарелые члены умирали, новые нарождались, молодежь женилась, большие семьи делились на несколько семей.
Все эти изменения и заставляли людей ежегодно делить матушку-кормилицу землю, снова переделывать. Что создавало множество неудобств, скандалов, споров и драк.
Некоторые сообразительные люди, а порой и те, у которых дело в хозяйстве не шло, решили по своей охоте выслать из села на отдаленные земли. Так, в 1920 году несколько жителей села выехали и поселились на Запольной земле, и образовали поселок Баусиху. Но сюда выехали люди, не особенно трудовой категории, а подчас и пьяницы. Про них в селе кем-то сложена была песенка: Баусиха хлебородная, весь хлеб пропила, а самая голодная.
А вот такие благоразумные люди, как Додоков Иван Е., Липанов А. и Кустовы выехали на отруба и поселились около деревни Сады. Построив по отдельности свои дома среди березовых кулиг. Земля у них была вся под боком, и все угодья рядом. Они зажили зажиточно, в довольстве, имели по две-три лошади и завели сельскохозяйственные машины.
В первом, самом большом поле, были расположены овраги и долы. Вдали, у самой Баусихи, два обширных, глубоких, с водотеками оврага, два шишкола, дальний и близкий. Они за Баусихой объединялись в один. Ближе к селу – Медвежий дол, не вдалеке еще два суходола с пологими берегами, Репслей и Гусева.
Еще ближе к селу раздвоенный плоский дол и поросший ясенем и орешником так называемый суходол «Ореховые штаны», прозванный, видимо, так за свою раздвоенность и за поросль орешника.
Все эти перечисленные загорные долы и овраги собирают в себя веснами талую воду и через обширный шишкол уносят ее в реку Вадок, а потом в реку Пьяну, а затем в Волгу. Остальная же весенняя талая вода с западной стороны горы, через ключ Мосточки в овраг Осиновку, а затем попадала в Сережу. С северной же стороны горы снег тает позднее и по низинам, и по поросшему ясенем и орешником овражку истоку «Рыбаков», вода стекала к селу, наполняя сначала обширное Фиёшино болото, а потом через проток «Ивановский» устремлялось в озеро.
Из переполненного озера вода через поток Воробейку устремлялась в реку Сережку, из Сережи в Тешу, из Теши в Оку, из Оки тоже в Волгу. На пуповине горы, в окружении величественных дубов, кленов, ясеней, лип и поросли орешника, на полянке находится знаменитый колодезь, поодаль от него когда-то вырытый мужиками пруд. По веснам, когда пригреет по-весеннему теплое солнышко, на самом возвышенном месте горы, здесь у колодца, снег начинает таять всех раньше. С этой же западной стороны горы талые воды через низины сначала наполняют находящееся здесь самое обширное болото «Ендовин», с прудом «Мокрая грань», «Коровье болото», «Курдицы Струбы», а излишки воды попадают в зародившуюся здесь в поле, почти у самой Михайловки, овраг Осиновку.
Из-за отсутствия солнечного припека, после всего, снег начинает таять на северной стороне горы. Здесь путь воды до реки Сережи несколько, иной, а в результате вся вода с мотовиловских полей, только иными путями, попадает в конечном счете все в то же Каспийское море, а из него после испарения, в виде дождя, вода возвращается снова на наши поля, и так по непрерывному кругообороту из года в год.
Вокруг села Мотовилова, кроме Фиёшиного болота имеется еще четыре болота, пополняемые талой водой по веснам: Михалев, находящееся между Поповкой и Бутыркой, Клюково боло то между Бутыркой и Жигулями, это болото по размерам обширно, в нем в начале нашего века росли сосны и ели, растет чахлый березовый кустарник, к осени можно полакомиться краснобокой клюквой; в болоте водятся кулики, бекасы и ужи. У старообрядческой церкви, на задах улиц Слободы и Кужадонихи тоже болото с вырытым в нем прудом.
Недалеко от села, к северу, на задворках, находится «Сосновое болото», оно само по себе невелико, но знаменито тем, что средина его поросла густым непролазным ивняком, в котором веснами распевают соловьи. Ивняк со всех сторон окружен водой, в которой множество лягушек, занесена сюда и рыба – карась, а в ивняковой непролази водятся и утиные выводки. У самого леса находится так называемое «Поганое болото», за леском, оставшимся от «Волчьего дола», находится удлиненное «Моховое болото», в котором с ранней весны и все лето множество пигалиц, а иногда поселяются на его кочках и утки. За бором, за Сережей, вблизи от нее находится обширное лесное болото «Дрянишное». Здесь уткам лафа и бекасам раздолье. Здесь охотники весной и осенью подкарауливают разнообразную дичь и домой возвращаются частенько с трофеями.
Примечательностью для мотовиловцев является речка Сережа, бравшая свое начало где-то около села Палец Перевозского района. В названии Сережи нет имени мальчика Сережи, потому что р. Сережа женского рода – она. Сережа по своему пути вбирает в себя все попутные воды, как с полей, а также из лесных ручьев. Здесь в наших местах, как уже было сказано, весенние воды в Сережу приносят Воробейка и Осиновка. Летом они пересыхают. В Сережу из леса несут воду ручей Сущевка, Дерябник. Сущевка же в свою очередь пополняется лесными ручейками Рамзей, Черемасом, Каменным и Мощёным. За селом Вторусским в Сережу впадает лесной ручей Унёв, славящийся в свое время изобилием рыбы.
В летнее время во время обильных дождей лесные ручьи Рамзей и Черемас и ручейки своей водой пополняют Сережу и сохраняют ее жизнь, препятствуют пересыханию.
Лес
Самый близкий лес в полутора верстах от Кужадонихи находится «Бор», левее от него уступом вдаль «Лашкины Грядки», еще левее бывший «Волчий Дол», от которого остались отдельные низкорослые сосенки, а еще левее Березовая роща – Шубино.
За речкой Сережей у железной дороги Деряба, правее от нее Вязовый лес, где-то здесь Казенный лес с Васькиным полем, а там вдали лес Учоватинская. Березовая роща Шубино раньше принадлежала некоему богачу Шведкину, который здесь выстроил дачу. После революции в ней был организован Дом отдыха, а впоследствии санаторий «Сережа».
В семи верстах от Мотовилова расположен лесной поселок «Прорыв» с паровой лесопилкой и мельницей. В лесу находится три кардона: Жданчиха, Синдальский и Бакшеевский.
Дороги
Село Мотовилово с другими селами соединено проселочными дорогами: дорога на Вторусское, дорога на Волчиху, дорога на Баусиху, дорога на Михайловку, дорога на Ломовку, дорога на Верижки, дорога на Чернуху, дорога на Шубино, дорога (гон) в лес. Дорога из села Вторусского в Чернуху пролегла поперек нашего поля, и поэтому мотовиловцы ее зовут «Поперечной» дорогой. Примечательной дорогой в наших местах является «Большая» дорога – она прошла поперек наших двух полей (первого и второго) на расстоянии трех верст от села.
Во время царствования Екатерины Второй по всей России строились большие дороги для сообщения между большими городами. Вот такая-то дорога и пролегла по нашим полям, которая соединила Нижний Новгород с Арзамасом.
Большая дорога до села Мотовилова не дошла. Она в селе Ломовке повернула на восток, пошла на село Волчиху. Большая дорога имеет ширину сажень двадцать. Обе стороны ее обрыты канавами, и обе стороны обсажены в два ряда березами. К началу двадцатого века березы выросли значительно, и, достигнув огромной высоты, растолстев и основательно окоренившись, являли собой замечательную картину, созданную руками человека. Кроны берез в высоте сомкнулись между собой, образовав сплошную зеленую гущу: между двумя рядами берез идешь, как по аллее.
Но ко дням нашей жизни на Большой дороги, в нашем поле, от величественных берез осталось одно воспоминание: на полугоре чудом уцелели всего-навсего две березы, да и они ежегодно подвергались варварским делам пастухов и пахарей.
Вдобавок к тому, что их кромсала стихия молниями, пастухи их поджигали сознательно и неумолимо: ради своего дикого удовольствия. Вскоре и эти две березы сдались и постепенно рухнули к ногам человека, закончили свое существование.
По ширине большой дороги проделано несколько проезжих колей: их было не меньше десяти, так что езжай по любой и не бойся, что встретившись, негде будет разъехаться.
По дороге этой в былое время было немало езжено, немало было провезено разного груза и товара на знаменитую Нижегородскую ярмарку. Проезжали по ней знаменитые люди, по дороге этой не раз проезжал Александр Сергеевич Пушкин.
Ну конечно же нельзя не упомянуть о железной дороге, построенной в наших местах в 1902 году. Хотя она и не проходит по нашим полям, но она пролегла вблизи от нашего села: с севера на юг, соединила собой Нижний Новгород, прошла через Арзамас, с южными городами России.
Невдалеке от Мотовилова, в двух верстах расположилась станция Сережа, названная так по имени реки Сережа. Со станции Сережа можно поехать по железной дороге в любой город Советского Союза.
На постройке дороги, да и в наши дни на железной дороге работали и работают некоторые люди – жители села Мотовилова. Мой отец в 1918-21 годах работал там водовозом, снабжал водой казармы.
Дом-изба
Дом – это наружность, а внутренность называется избой. Русская изба – это помещение, служащее для жилья и исправления других бытовых нужд семьи. Изба – это помещение, огражденное от внешнего мира четырьмя стенами, срубленными из добротных сосновых бревен, имеющее четыре угла, срубленных в чашку или влапу, и имеющее три или четыре окна. В избе из широких протёсин набирается потолок, на котором сверху для сохранения тепла насыпается древесный лист и земля, и из таких же протесин настилается пол. Под полом вырывается углубление в земле и называется подполом – для ссыпки и хранения в зимнюю пору картошки.
Изба в зимние холода является хранительницей тепла и покоя для членов семьи, а подчас телят, кур и поросят, ягнят и козлят. Над избой чердак, над чердаком при помощи стропил и жердей устроена двускатная крыша, имеющая или железную, или тесовую, или соломенную кровлю. На чердаке зимой хранится ткацкий инвентарь и другой скарб. Значительную часть (1/3) внутренности избы занимает русская печь с чуланом: печь служит для поддержания тепла в зимнюю стужу, а также очагом для приготовления харчей, пищи и выпечки хлеба, а чулан является крестьянской семейной кухней.
На печи сушатся одежда и обувь: лапти, портянки, онучи, валенки; в печурках носки, чулки, варежки. На печи помещается для всхожести тесто, квашня (накануне выпечки хлебов). Печь является основным местом, где спят и вообще находятся большинство своего времени старики. В задней части избы, под потолком, от лестницы и до задней стены подвешиваются набранные из досок полати, служащие для сна детям (чтобы взрослым не мешались).
В переднем свободном углу избы, между окнами, помещаются иконы, указывающие, что в этой избе живет православная христианская семья. В этом же углу под образами, на полу стоит стол, служащий для принятия пищи семьи. Вдоль передней и боковой стены избы поставлены широкие лавки для сидения, а у задней стены (в куту) располагается кутник – это широкая лавка-скамья, на котором спят хозяин с хозяйкой.
В семьях, где есть новобрачные, молодожены, имеется самодельная с точеными ножками кровать. А вышеупомянутой мебели можно причислить самодельный стул, на котором восседает во время еды хозяин дома, и табуретка, традиционное седалище хозяйки-стряпухи.
В избе к печи пристроена голанка для усиления тепла в зимнюю стужу, около голанки помещается лохань с помоями, над которой прикреплен рукомойник для умывания.
Сени. Это холодная пристройка, примыкающая непосредственно к избе – помещение для подсобных хозяйственных предметов и инвентаря: ведер, коромысла, кадушек, корыт, корчаг и прочего мелкого имущества.
Крыльцо. Это придел к сеням вдоль боковой стороны избы – служит для входа и выхода из избы через сени на улицу. Крыльцо имеет небольшую пологую лесенку с промежутками, в конце которой площадка и наружу дверь.
Двор – постройка, примыкающая к сеням, служит помещением для скота, сельскохозяйственного инвентаря: телег, саней, плуга, бороны, а также сбруи и дров.
Во дворе над перекладами настилаются из жердей или досок сушила для помещения сена и соломы на зиму. В заднем углу двора располагается конюшник – теплое помещение для скотины в лютую зимнюю стужу.
Баня и огород. За двором имеется огород: земля, используемая для выращивания овощей. У некоторых в огороде растет три-пять яблонь, черемуха, рябина, смородина, малина. Здесь же в огороде стоит баня с предбанником, в которой по субботам и перед праздниками семья моется, наводит чистоту тела. Бани топятся по-белому и по-черному: в последней можно не только помыться, но и как следует можно испачкаться в саже, которая на стенах и потолке висит ошметками, но зато в такой бане пар особо крепок и живителен. Баня – еще и родильное помещение для рожениц.
Сарай. За огородом, в некотором отдалении от бани, стоит сарай – помещение для запасов на год кормов для скотины. У сарая оставляется лужок – для растряски и подсушивания сена.
Овин. В самом конце усадьбы располагается овин с садилами и ямой для сушки снопов перед обмолотом зимой. У самого овина расчищается ток для сушки снопов и молотьбы летом: на току зерно сметается в ворох и веется.
Погреб. На улице перед окнами избы вырывается и благоустраивается яма с крышкой для хранения запаса овощей, заготовленных впрок на зиму. В погребе холодится молоко и квас в летнее время. На лето в погреб набрасывают снегу или льду.
Мазанки. За погребом у дороги ставится мазанка – деревянный сруб, обмазанный толстым слоем глины. Это кладовая для помещения и хранения семейного добра, одежды и обуви и наряда. В мазанке под большим, надежным от воров и от пожара замком содержится сряда и другие вещи, представляющие собой ту или иную ценность. В мазанке также с ранней весны и до глубокой осени предпочитает спать молодежь – вольготность от отцовых и материнских глаз и спокойствие от клопов и надоедливых мух.
Амбар. Для хранения зерна и зимнего инвентаря летом. Строится он преимущественно около озера для предохранения от пожаров.
Скот
Почти в каждом хозяйстве, где есть мужик, имеется лошадь; в некоторых зажиточных семьях их две, иногда с жеребенком. Почти в каждой семье есть корова, в зажиточных хозяйствах и больших семьях их две, да еще и теленок. У вдов обычно имеется коза и козлята. В некоторых хозяйствах овцы с ягнятами штук до десяти.
Свинья для деревенского хозяйства не редкость, а в больших семьях обязательна для получения мяса – свинины – на питание семье. Куры имеются в каждом хозяйстве, а в иных кур держат штук по пятнадцать. Кошка содержится в каждом доме, без нее быстро появятся надоедливые мыши и будут портить и хлеб, и одежду.
Собаку держат только любители или охотники. Собаки особенно водятся по окраинам села.
Обстановка избы
Кроме всего прочего, что было сказано выше, в больших семьях имелось по две избы: передняя и задняя. Передняя и боковушка, если дом пятистенный; нижняя и верхняя, если дом двухэтажный. В больших семьях всегда имелось по две-три пары молодоженов, и у них непременно были грудные ребятишки, поэтому в избах висела одна, а то и две зыбки на приделанном к потолку скрипучем очепе.
Если в семье занимались токарным производством, то непременно в избе в заднем углу устанавливался токарный станок, от которого во все стороны летела во время работы стружка. В зимнее время в избу вносилась для ремонта сбруя: хомуты, седелки, шлеи, оброты и вожжи. По зимам бабы пряли лен, коноплю или кудель из овечьей шерсти. От пряденья по всей избе разносилась пахучая, едкая пыль.
В зимние трескучие морозы в избу запускались куры, которые жили под печью, откуда разносили вонючий смрад. Если зимой отелится корова, то теленка непременно вносят в избное тепло и держат его до срока, т.е. двенадцать дней.
Зимой на печи, на стенах и в щелях появлялось столько тараканов, что хозяева вынуждены открывать окна и двери избы для того, чтобы тараканы померзли, а сами дня на три перекочевывали жить в шабры.
Летом в избах разрождалось столько мух, что от них не было никакого спасения; они во время принятия пищи так и лезли в рот, заставляя того или иного поспешно выбегать из-за стола на улицу, чтобы выблеваться.
По веснам бабы вносили в избу стан для тканья холстов, заставляя избу сковальниками, мотовилами, вьюрками, гребнями, лыкальниками, воробами, скальницами, вьюшками и прочей дребеденью, нужною для тканья.
Одежда и обувь
Одежда и обувь крестьяне производили сами для себя: из сотканного сукна шили себе пиджаки, кафтаны, чапаны, онучи; из холста шили рубахи, портки, окрашенные ольховой кожурой. Из выделанных овчин шили полушубки, бабам шубы, а для поездок в дорогу овчинный тулуп. Лапти из лык плели сами: сапоги были не у всех и считались роскошью, носились они только по праздникам.
Сатиновая рубаха или «толстовка» и молескиновые штаны надевали только в праздники. Калоши, «коробочные ботинки», брюки клеш были не у всех, а только у зажиточных людей. О костюмах в то время и слыхом не слыхать. Зимой на голове лохматая шапка, или малахай, сшитый из телячьей шкуры. У женихов появились шапки-кубанки, купленные в городе.В летнее время старый картуз с переломленным козырьком, у женихов появились щегольские кепки.
Пища
Крестьянская семья в сутки обычно едят три раза: утром за завтраком, среди дня за обедом и вечером за ужином. Щи или суп, картошка, каша, иногда блины. В постные дни в Среду и Пятницу – постная пища для всей семьи: постный суп, картошка с постным маслом, каша с маслом, огурцы, капуста, грибы. В продолжительные посты ко всему этому прибавлялось: солодушки, пареная свекла или брюква, редька.
Толченое конопляное семя – для забелки похлебки. По большим праздникам и когда разговеется: щи из свинины, картошка с салом, каша с коровьим маслом, лапша, яичница, ватрушки или пироги с молоком – в такие дни обедали из восьми блюд и за столом сидели не мене часа.