Przejdź do audiobooka
– Девушка, присоединяйтесь к нам, – предложил Макс какой-то женщине, сидевшей прямо перед ними, он хорошо умел считать и уже некоторое время чётко осознавал, что две девицы на троих парней – это катастрофически мало.
«Девушка» обернулась и прежде, чем она успела что-то сказать, Макса перекосило, но он нашёлся:
– Дама, мы можем налить Вам элитного крымского вина, если пожелаете!
– Спасибо, я с незнакомыми людьми не пью, – кокетливо произнесла «девушка» лет шестидесяти пяти.
– Как обманчив бывает вид сзади, – разочарованно прошептал Макс на ухо Андрею.
– Да вот твоя девушка, – сказал Колян, кивая на прорывающуюся к ним массивную кондукторшу. Она не шла, а плыла как мощный ледокол, разгребая руками хрупкие льдинки из встречных пассажиров. Её тучная фигура, в которой голова при помощи какого-то плече-грудного пузыря в кофточке с рюшечками переходила прямо в бёдра, раздвигала во все стороны постепенно набежавший в автобус народ.
– Молодые люди, в автобусе запрещено распивать спиртные напитки, покиньте транспортное средство на следующей остановке!
– А мы пьём вишнёвый сок, – галантно ответил Макс, – не желаете ли угоститься? Или может, предложить водителю? Кто у вас главнее?
– Прокурор! Давайте-давайте, а то я вызову милицию!
– С такими аргументами трудно спорить, пехота бессильна против танков, – Колян, ещё не совсем проспиртовавшись, решил не ввязываться в конфликт, – выходим ребята!
– До встречи в Генеральной Прокуратуре, товарищ старший следователь! – прокричал Макс новой знакомой. – Желаю вам высокого коэффициента раскрываемости!
Они вышли на какой-то унылой остановке, улица тоже была унылой – обшарпанные дома с отваливавшейся штукатуркой стояли сплошняком: не имелось никакого минимального благоустройства – ни скверика с парой скамеек, ни столь удобной в подобных ситуациях детской площадки. Продолжать праздник в таком месте было не комильфо, для этого они, наверное, ещё недостаточно выпили. Да и вторую серию бутылочек почти все уговорили, а желанного пространства для совершения очередных манипуляций с переливанием волшебного напитка, цвета бычьей крови, на узком тротуаре не имелось. Дворы же, как водится в наше время, были закрыты на кодовые замки. Андрей, было, ринулся вычислять заветную комбинацию на одних воротах, но его остановил Макс:
– Не надо привлекать лишнее внимание и конкурентов, у нас остаётся меньше полторы канистры, это не так много, как кажется на первый взгляд!
– Немного, – согласился Колян, – всего примерно по три литра на брата, а вечер ещё длинный!
– Надо ловить такси, – сделал вывод Макс.
– Не ловить, а вызвать, – поправил Андрей, – Яндекс-Такси приедет минут через пять. Проверено!
– Не пойдёт, нас пятеро, в одно такси не поместимся. Кто будет платить за второе? – спросил Колян.
– А за первое? – не понял Макс.
– За первое ты, ты же всё равно собирался ехать на такси до того, как я позвонил!
Макс почесал в затылке, получалось справедливо:
– Но тогда вы сами решайте, кто платит за второе.
Тут вступила в разговор Оксана:
– Да все скинемся по сто рублей, говно вопрос!
– Нет, – Колян рассёк воздух правой рукой, как бы отодвигая Оксану в сторону, – девушки не участвуют, это не по-джентельменски.
– Ага, вот отправлять нас в туалет вино разливать, так это по-джентельменски, – хихикнула Маша.
– У Андрея никогда нет денег, у него вся зарплата на ипотеку уходит, – не обращая внимания на Машу, рассуждал Колян.
– Зато ему мама на карманные расходы даёт, как в детстве, – схохмил Макс, – чтоб я так жил.
– Ну, значит, плачу я! Поехали! – Колян зашагал к стоящей рядом чьей-то машине.
– Погоди, это не такси, – уцепился за его руку Андрей, – я ещё не вызвал машину.
– Ладно, так и быть, – сказала Оксана, – я вас научу впятером ездить в одном такси, – вызывай, Андрюха.
– Одно?
– Одно, я за свои слова отвечаю!
– Адрес? – вопросительно сказал Андрей, обращаясь к Максу и уже куда-то тыкая в своём телефоне.
Наступило неловкое молчание, все посмотрели на Макса. Он только развёл руками:
– Не помню!
– Как не помнишь?– стала наезжать на него Оксана. – Так, может, ты и квартиру не покупал!
– Квартиру покупал, могу в деталях её описать, а адрес не помню, документы все в моей комнате у родителей, а они сейчас на даче.
– Но ты же должен помнить! – возопила молчавшая доселе Маша.
– Должен, но не помню! Я там был два раза, когда смотрел и когда вещи завозил, а потом два месяца отпуска, знаете, я после отпуска ничего не помню, никогда. Я на работу как в первый раз прихожу.
– Надо вина меньше пить, – прошипела Маша.
– Кто бы говорил, а не ты ли мою бутылку сейчас допивала, потому что самой не хватило? – усмехнулась Оксана.
– Девочки, не ссорьтесь, решим вопрос, – это Колян, как всегда в трудную минуту, взял управление коллективом в свои надёжные руки.
– И что будем делать? – спросил Андрей.
– Сейчас, – Колян твёрдо держал рычаги управления в своих больших ладонях, – какая улица там?
– Да проспект Народного ополчения, но только мой дом далеко от первой линии.
– Ничего, – Колян достал смартфон, открыл карту, увеличил, – показывай!
– Примерно здесь, вот Торговый центр «Весна», от него минут пять пешком.
– Давай, Андрюха, Народного ополчения, двадцать четыре!
– А мы точно влезем в одно такси, – робко спросил Андрей, – можно заказать восьмиместное, но оно приедет через минут тридцать только!
– Не надо восьмиместное, – твёрдо сказала Оксана, – заказывай обычное!
Такси, действительно, приехало минут через пять. Теперь всем распоряжалась Оксана:
– Машка, на переднее сиденье!
Маша залетела так быстро, что водитель еле успел убрать свой телефон с зарядником из-под единственной части её тела, постоянно привлекавшей взгляды мужчин на улице. Не успел он опомниться от внезапного налёта на свои вещи, как раздалась вторая команда Оксаны:
– Вы все, – она обращалась к мужской части компании, закидывавшей в багажник заветные канистры и рюкзак Макса – на заднюю скамейку, быстро!
Парни расселись, и тогда Оксана, сжав до невозможности своё крупное тело, в буквальном смысле слова нырнула им на колени.
– Поехали, шеф! – крикнула она оторопевшему водиле.
Машина тронулась, а компания продолжала веселиться.
– Как тебе там, Маш, не тесно одной, – пошутил Андрей, ощущая на своей правой коленке мощный бюст Оксаны, – а то у нас тут ещё место найдётся, на третьем этаже!
– Нет, спасибо, тесновато, конечно, но я обойдусь.
– Ладно, а то мне и так на Оксане жениться теперь придётся, как честному человеку! А на двух сразу по закону нельзя!
– А я уже, кажется, женюсь, – смущённо пробормотал Колян, сидевший посередине.
Вся компания разразилась смехом. Не смеялся только водитель, не желая конфликтовать с подвыпившими пассажирами, он выбирал самые тихие улицы, где никогда не стояли гаишники.
– Ребята, признавайтесь, у кого осталось вино? Ехать долго, а в горле сухо. – крикнула Оксана, поворачиваясь на спину.
– Оксан, аккуратней, ты мне там все детали отдавила, – застонал Колян, – а вино только в канистре.
– Нужно наполнить бутылки. Шеф, останови! – командным тоном приказала Оксана, судя по всему, она стала за главного, – Нам надо.
– Мы вообще-то по мосту едем, остановка запрещена и за мостом тоже.
– Это мост, а почему фонари как на Невском?
– А вода как в океане, – сыронизировал водитель.
– Действительно, какая прозрачная в Неве вода, я даже водоросли вижу! – отметил Макс.
– Это не водоросли, это бензиновые разводы, и не Нева, а Обводный канал! – поправил Андрей.
– А я вот вижу одну сплошную Оксану, справа Оксана, слева Оксана и спереди тоже Оксана, весь мой мир состоит из Оксаны, – это поддержал разговор Колян.
– Хочешь, он всегда будет таким, – недвусмысленно намекнула девушка.
– Я подумаю, – галантно ответил Колян, – а пока я хочу, чтобы ты не давила на мочевой пузырь. А то я не доеду.
– Постараюсь, – Оксана слегка обиделась.
Наконец такси выгрузило их около торгового центра «Весна». Кто-то предложил добраться до цели их поездки и там уже с комфортом посидеть. Но остальные члены группы эту пораженческую инициативу единодушно отвергли. Зачем ждать? Друзья быстро отыскали укромный уголок и подоили первую канистру, в ней ещё оставалось заветная жидкость. Теперь каждый опять был снабжён необходимым на первое время запасом драгоценного напитка. Поблизости оказалась подходящая для беседы детская площадка, и друзья с большим удовольствием уселись на скамейке для мамочек. Рядом играли дети, трещали между собой говорливые мамаши, а весёлая компания потягивала вино и вела разговор на совершенно не винные темы. Кто-то вспомнил, что в этом году исполняется десять лет их поступления в университет, а значит и знакомства. Посыпались воспоминания, смешные истории из студенческой жизни, и тут Колян встрепенулся:
– Ребята, а мы чего сюда приехали?
– Точно, – хлопнул себя по лбу Андрей, – Макса домой провожаем, – Макс, а где твой рюкзак?
Тут Макс встал, посмотрел по сторонам и, увидев свой багаж метрах в пятидесяти от скамейки, там, где они разливали вино, авторитетно заявил:
– Спокойно, всё под контролем, пошли, вон там детский сад, за ним три дома буквой «П», мой тот, который посередине, шестнадцать этажей!
Макс забрал рюкзак, и они двинулись к назначенному им дому. Нашли подъезд, где, согласно табличке, на 11-м этаже фигурировала квартира 128. Потому что номер своих апартаментов, Макс, как это ни странно помнил, так же, как и этаж – одиннадцатый, а вот номер дома он выдавить из своей памяти никак не мог. Правда, увидев на доме цифру 36, он уверенно произнёс: «тридцать шестой, я так и думал, просто стеснялся сказать, а то вдруг ошибусь, и вы бы подумали, что я слишком пьяный».
Оставалось немного: открыть подъезд и подняться на этаж. Но тут получилась незадача, ключ почему-то не хотел открывать магнитный замок.
– Вот какая фигня, магнит сломался, наверное, отсырел! – грустно сказал Макс. – Питерский климат!
– Или перепрограммировали замок. Такое бывает, у нас тоже было, – высказала свою версию Маша.
– Что будем делать? – вступила в разговор Оксана, – Может, мы с Коляном напряжёмся, и дверь подастся?
– Не надо ничего ломать, – закричал Андрей, – в подъезде почти полсотни квартир, кто-нибудь да появится.
И точно – не прошло и пары минут, как из подъезда вышла девочка с сеттером, наступал час собаки. Домашние животные просились на улицу перед длинной ночью, дабы украсить общественные места произведениями своего художественного творчества, а довольные хозяева (как же, наконец, можно погулять!), оторвавшись от компьютеров и телевизоров, радостно сопровождали своих питомцев.
Друзья прошмыгнули в любезно придержанную девочкой дверь. Лифт, к счастью, работал. На одиннадцатом этаже, подойдя к квартире с соответствующим номером, Макс стал возиться с ключом.
– Что? Не получается? – поинтересовался Колян. – Давай помогу, я с ключами на «ты», они у меня открывают даже те двери, которые не должны открывать.
– За последнее можно и загреметь туда, где ключей уже не выдают, – сказал Макс.
– Не умничай, лучше скажи – а ты уверен, что это твоя квартира? – спросил Андрей, он, видимо, никогда не пьянел.
– Конечно, сто двадцать восьмая, вон, посмотри даже половик мой, у нас в маминой квартире такой же.
– Так то в маминой квартире, – не унимался Андрей.
Тут дверь внезапно открылась, и в проёме нарисовалась фигура высокого крупного мужчины в трениках и майке.
– Я могу вам помочь, молодые люди?
– Можете, – произнёс Макс, – а что Вы тут, собственно, делаете?
– Живу, уже лет тридцать, а вы ко мне в гости? Так я не приглашал!
– Макс, пошли, кажется, это не твоя квартира, – Андрей потянул друга за рукав.
– Нет, извините, я должен убедиться, это тридцать шестой дом?
– Да!
– А этаж одиннадцатый?
– Да! А лифт напротив, – мужик, встряхнув слегка Макса за плечи, помог ему развернуться задом к квартире и при помощи лёгкого пинка совершить движение в направлении лифтовой шахты.
Выйдя из дома, компания некоторое время переживала своё фиаско. Но, глотнув ещё пару раз, друзья вновь зарядились оптимизмом. Ошибка с домом теперь представлялась досадным недоразумением, которое Макс, конечно, быстро исправит. А встреченные неподалёку одичавшие заросли позволили друзьям освободить место для новых порций волшебного крымского напитка.
На импровизированном военном совете в кустах было решено двигаться в следующий П-образный комплекс зданий, потому что Макс явственно помнил, что он уже проходил мимо сирени, росшей неподалёку. Кажется, сирени в тот день было много на их пути.
В следующем, типовом шестнадцатиэтажном, здании они быстро нашли парадную со 128-ой квартирой на одиннадцатом этаже, но магнитная кнопка снова не хотела открывать входную дверь.
– Макс, ты опять ошибся, – заявил Андрей среди пронзительной тишины, – где детский сад?
– Как где? Вон, смотри, точно такой же, как и там, понастроили, понимаешь, только путаешься из-за них!
– Ну да, могли бы боулинг влепить сюда или пивбар, куда веселее, – поддержала Оксана.
– Кстати, у меня вино кончилось, – заявил Колян.
– И у меня, – это уже Маша вступила разговор.
И они стали разливать остатки первой канистры на глазах у двух изумлённых старушек, сидевших рядом на скамеечке.
– Молодые люди, тут дети ходят! – не выдержала одна из них.
– Дети – наше будущее, – ответил Колян, – им нальём завтра!
Друзья выпили ещё немного и принялись рассуждать на тему тот или не тот дом, но дверь вдруг опять открылась, из неё вышла молодая пара с коляской.
– Вот, я же говорил, дети – наше будущее и настоящее тоже, – сказал Колян уже в подъезде.
Они поднялись на одиннадцатый этаж, и Макс долго колдовал с ключом, который никак не хотел открывать злосчастную дверь.
– Ты на неё плечом навались, – скомандовала Оксана, – моя только так открывается!
Но плечо не помогало.
– Тогда на себя потяни, – посоветовал Колян.
Тоже безрезультатно.
– Дай я, – сказал Колян, – нет ещё таких дверей, которые бы не покорились большевикам!
– Это он о чём? – удивлённо спросила Маша.
– Это из истории, у него по истории всегда пятёрка была, разве не помнишь?
Они ещё минут десять пытались разными способами открыть дверь, она никак не поддавалась, пока Андрей, как самый трезвый, не обратил внимание на небольшую медную табличку на дверном полотне «Профессор И.А. Магометхабибов».
– Макс, твоя фамилия ведь не Магометхабибов, – спросил Андрей, не обратив внимания на инициалы, – и ты ведь не профессор!
– Нет, – удивлённо ответил Макс, уставившись в табличку.
– Ну, всё ясно, пошли искать дальше, – приказала Оксана, её командный голос приобретал всё более железные нотки.
– Ещё пара таких походов, и я не выдержу, канистру придётся бросить, – простонал Колян, тащивший вторую, всё ещё полную канистру.
– Не бросить, а выпить, не дрейфь, я помогу, – поддержал товарища Андрей.
– Выпить или нести?
– И то, и другое, пошли, не ныть, ребята, – это уже Оксана продолжала демонстрировать свои командные способности.
Пока они двигались к третьей подобной конфигурации домов, пропала Маша. Колян, глядя вслед удаляющейся почему-то компаньонше, только и успел сказать:
– Мы её теряем!
И они её потеряли, Маши вдруг не стало, она совершенно растворилась в пространстве.
– Ничего, взрослая девочка, – сказала Оксана, она теперь получала монополию на женский пол, а это, плюс непочатая канистра вина, могло стать заманчивым вариантом, – не потеряется, ребята не отвлекайтесь от главного, нам надо найти квартиру Максу!
– Нет, ты всё путаешь, – встрял Колян, – я вот не пьянею, я всё помню, не надо искать квартиру Максу, она у него есть!
– Не цепляйся к словам. Я знаю, что нам надо!
– Вот, – сказал Макс, – детский садик, а вот мой дом, дом шестьдесят, я всегда считал, что он именно такой номер имеет!
– Подожди, я проверю детский сад, – прервал его самый трезвый Андрей, – что-то мне в нём не нравится, – и он отделился от компании, чтобы прочитать табличку.
Вернулся удручённым:
– Ребята, это районная прокуратура!
– Это ты зря кондукторшу прокурором назвал, вот оно нам и аукнулось, – сказал Колян, с укоризной посмотрев на Макса.
Тот, тем не менее, не терял оптимизма:
– Значит, они перепрофилировали детский сад в прокуратуру, в стране падает рождаемость, а количество преступлений растёт. Логично?
– Железная логика, – согласился Колян. Андрей с Оксаной почему-то молчали, возможно, они владели другими статданными.
– Сейчас-сейчас, вот увидите, – сказал Макс, копошась в своих карманах, – вот!
Он, наконец, достал знакомую всем связку ключей.
Но магнит опять не хотел открывать дверь. Публика заметно приуныла.
– Может, вернуться в квартиру родителей, там найдёшь документы и завтра завалишься к себе, тут все дома одинаковые, а канистра тяжёлая, зараза, – пробубнил Колян, по-прежнему всю дорогу тащивший драгоценный груз.
– От той квартиры ключ-то у тебя есть? – поинтересовался Андрей.
Тут Макс ахнул, хлопнул себя по лбу, выругался и, повернувшись к друзьям, сказал:
– Ребята, это не те ключи, я же свои ключи в рюкзак положил, а в куртке те, с которыми я уезжал из родительской квартиры!
Покопавшись в рюкзаке, Макс вытащил оттуда правильную связку. Компания с облегчением вздохнула и стала напряжённо ждать результата реакции магнитного замка на новый ключ. Увы, дверь не открывалась.
– Блин, опять канистру куда-то тащить, – пожаловался Колян, – а тут камеры хранения поблизости нет?
– Здесь не вокзал, да и понадобится она ещё нам! – запротестовала Оксана.
– И куда нам идти, здесь таких домов много, – грустно заметил Колян.
Тут Андрею, как самому трезвому, пришла в голову мысль:
– Макс, а ты не мог повесить табличку Магомет-как-там-его ради стёба? Это ведь в твоём духе.
Все дружно ухватились за спасительную мысль и посмотрели на Макса. Он ещё в университетское время славился своими приколами и хохмами. Например, изменив голос, звонил кому-нибудь от лица научного руководителя или даже декана и назначал разбор курсовой работы в воскресенье в ресторане «Баку». Потом жертва могла долго обижаться, но Макс ни за что не сознавался, и только близкие друзья знали точно, кто автор радиоигры.
Макс, видя сколько надежды возлагают на него глаза всех присутствующих, постарался вспомнить, а не мог ли он выкинуть подобный номер. Задумался на несколько секунд, потом опять ахнул и произнёс:
– Точно, это он!
– Кто он? – в один голос закричали друзья.
– Игорь Артемьевич, продавец мой, старичок-профессор, книжный червь, это он – Игорь Артемьевич Магометхабибов! Я ещё удивлялся такому странному сочетанию.
– Так пошли же скорей, выпьем, наконец, немного, а то всё на ходу, как бомжи какие-то, – выпалил Колян, и все дружно согласились с ним.
По дороге они встретили Машу, она держала в руках очень милую, пушистую кошку пепельного цвета. Животное имело вполне домашний вид, было ухожено.
– Ты где её взяла? – поинтересовался Макс, и все вместе с ним.
– Тут, она сидела на скамейке лапками вперёд, и ей было очень плохо. Ей нужен хозяин. Возьми её, кошки приносят счастье.
– А с чего ты взяла, что ей было плохо, может, стало плохо, когда ты её загребла в свои объятия, – предположил Андрей, он ведь оставался самым трезвым в компании и к тому же всегда отличался критическим складом ума.
– Возьми, не слушай его, – поддержала Оксана, – видишь какая она несчастная!
Кошка, действительно, чувствовала себя не очень, временами она осуществляла наивные попытки вырваться из цепких Машиных пальцев, но та довольно своеобразно уговаривала её остаться: «Нет, не дёргайся, тебе так неудобно, тебе вот так удобно!» Как животное позволило взять себя в руки незнакомому человеку, было непонятно, но вполне возможно, что некоторые жители двора частенько видели её тут и имели обыкновение гладить красавицу. На этом она и попалась в загребущие руки Маши. А та уже не отпускала кошку, только поглаживала по спинке и со словами «не волнуйся, всё будет хорошо, вот увидишь, Максик тебя возьмёт, тебе будет хорошо с ним!» протянула её Максу.
Макс удивлённо смотрел на эту сцену, вроде даже не понимая, что речь идёт о нём, а бедное животное, наконец прекратив попытки бегства, решила покорно ждать своей участи. Она, наверное, привыкла повиноваться людям и теперь просто ожидала продолжения истории.
– Ребята, так она с ошейником, – обратил внимание друзей Андрей на важную деталь.
– Ну и что? – сказала Маша.
– А, может, она чья-то, погулять выпустили.
– Нет, – наконец сказал, как отрезал, Макс, – будет жить у меня, её бросили!
Сказано – сделано, кошку потащили в квартиру Макса, теперь уже все замки поддавались ключам…
Картину произошедшего потом никто не мог восстановить в памяти полностью. Вспоминались лишь мелкие, ничего не значащие детали – то, как Оксана, смешно выгнувшись, чтобы наполнить вином стакан Коляна, вылила на пол и на свои новенькие джинсы почти пол-литра драгоценного напитка. Как ругался при этом еле успевший отскочить Колян – откуда только такая прыть взялась? Зато все остальные ржали, как лошади, Маша даже захлебнулась смехом и вином и, зажав рот обеими руками, без промедления усвистала в туалет. Отряд не заметил потери бойца и каким-то образом вдруг очутился на балконе, где Макс снова стал доказывать всем, что он изначально помнил номер дома, но только боялся ошибиться, дабы его ошибку не списали на быстрое опьянение – в их компании любили считать, кто дольше всех держит удар. И тут Макс, желая доказать, что есть ещё у него порох в пороховницах вызвался на спор выпить пол-литра вина в один присест. Сказано-сделано. Друзья замерли в ожидании подвига, а Оксана почему-то стала считать глотки – «один, два, три, четыре, пять…». После пятнадцатого пластиковая бутылка опорожнилась, и Макс, вдохнув полной грудью, вдруг позеленел лицом и, приподняв вверх голову, скоренько прижался к балконному ограждению. Его горло совершило импульсивное движение, и из открытого рта под мощным напором ударил фонтан красноватой жидкости. Сила, выбросившая его из нутра Макса, была такова, что струя винного напитка мгновенно рассыпалась на мириады мелких капель, которые чуть зависнув на уровне максова лба, тут же устремились вниз. Рассеянные в усталых лучах закатного солнца частички крымской бодяги образовали малюсенькое облачко жутковатого блестяще-бордового цвета, а западный ветер обильно оросил ими нижний балкон, волнистый шифер барьера которого покрылся оригинальным пятном из множества точек краски непонятного колера, как будто кто-то поработал садовым распылителем. «Настоящий винный дождь», – пробормотала Оксана, она, свесив голову вниз, успела увидеть это редчайшее природное явление.
Потом силы наших героев иссякли, а последующие воспоминания распались на индивидуальные сюжеты. Андрей полночи воевал с каким-то урчащим железным гробом, постоянно почему-то сталкивавшем его с себя. Коляну всё время снилось капавшее ему прямо на лицо вино – кап-кап, кап-кап. Он во сне жадно облизывал губы, но почему-то вино казалось очень пресным, тогда он стягивал капли со щёк ладонями, но по-прежнему не получал желанного вкуса, наконец, утолив жажду и повернувшись на бок, он засыпал. Когда он пробуждался в последний раз, Колян осознал, что откуда-то сверху на лоб сочилась холодная вода, и в полусне подумал, что находится в подводной лодке, один в задраенном отсеке, в котором обнаружилась течь, и теперь надо было пожертвовать отсеком и самой его жизнью, чтобы спасти весь экипаж. Колян уже мысленно приготовился совершить это жертвоприношение, как его окончательно разбудил стук в приоткрытую дверь, из-за которой он услышал Оксанин голос:
– Коленька, я, конечно, предпочитаю тебя именно в таком виде, но сейчас хотелось бы принять душ, это слегка облегчит мои страдания, я уже минут пятнадцать тебя бужу.
Колян разодрал глаза, огляделся вокруг, оказалось, он лежит абсолютно голый в мокрой ванне. Он поискал рукой хоть какую-то одежду, но нашёл только носки, тогда, обернувшись полотенцем, он уступил своё место Оксане. Шёл тяжело, каждое движение отдавалось в голове. Квартира напоминал разгром Руси после Батыева нашествия: пара перевёрнутых стульев лежала на полу, всюду валялись вещи, посуда в самых неожиданных уголках, на полу в нескольких местах было разлито вино. Макс, раздетый до трусов, единственный из всех спал на кровати. На одеяле лежала кошка, увидев Макса, она призывно замяукала и, соскочив со своего ложа, стала тереться о его ноги. «Хочет есть, – сообразил Колян, – ладно, поищу в холодильнике». Но холодильника на кухне он не нашёл, зато во второй комнате обнаружил и его, и Андрея. Оба были в горизонтальном положении, лежавший на боку агрегат был отключён и молчал, а Андрей храпел на нём, подстелив себе какой-то коврик. Рядом, забившись в угол, спала Маша. Она свернулась калачиком и совсем как настоящая кошка лапками слегка перебирала во сне руками. Коляновой одежды, однако нигде не было. «Где же я разделся и зачём голый попёрся в ванну? Неужели у нас с Ксюхой что-то было, на что это она намекала в ванной? Ёлы-палы, теперь же от неё не отвязаться будет!»
Наконец Колян, пошатываясь, добрался до кухни. Там в шкафу он нашёл среди прочего банку консервов «килька в томатном соусе». Колян поставил её на стол, подковырнул ушко крышки и дёрнул на себя, чтобы открыть консервы. Они открылись, но приложенное усилие оказалось несоразмерно большим, и почти всё содержимое полетело на Коляна, на полотенце и на пол. Выругавшись себе под нос, Колян стал искать кухонную тряпку и, найдя её, принялся вытирать. Чистить белое полотенце, вероятно, не имело смыла, теперь оно навсегда получило неожиданный рисунок из ярко-оранжевых пятен. Подтерев пол, Колян сунул тряпку под кран и вдруг осознал, что это были его собственные трусы. Выругавшись ещё раз, он бросил их на пол и выложил не отделившуюся от импровизированной ракеты-носителя последнюю ступень консервов в маленькое блюдечко прямо перед носом кошки. Та обнюхала кильки со всех сторон, но есть не стала, а замурлыкала, и, задрав голову, смотрела на Коляна. В её взгляде явственно читался укор, мол, я просила «Вискас», а ты мне что дал?
Колян, держа руку на раскалывающемся затылке, пробормотал «ну, извини, всё, что могу!» и продолжил поиски своей одежды. В коридоре ему навстречу выплыл ещё сонный Макс, он, не сказав ни слова, подошёл к вешалке и стал хлопать по карманам своей куртки, явно ища что-то. Наконец, вроде нашёл и вытащил из нагрудного клапана паспорт, потом повернулся к Коляну, удивлённо наблюдавшему всю эту сцену, и произнёс:
– Я вспомнил и проснулся, я вспомнил!
– Ой, – простонал Колян, – что ты вспомнил?
– Я же знал свой адрес!
– Ну, конечно, до отпуска ты знал, ты же сам говорил!
– Да нет, и вчера знал! Я же здесь прописался перед отъездом, в паспорте был адрес!
Макс раскрыл паспорт на нужной странице и ткнул ей почти прямо в лицо Коляну. Тот слегка отстранился, чтобы прочитать запись в штампе о регистрации. Там, после слова «зарегистрирован» было красивым почерком выведено от руки «Санкт Петербург, проспект Народного ополчения, дом 48, квартира 128».
– Кошку накорми, – только и ответил Колян.