Андрей сидел в кабинете Игоря и давал отчет по поводу последнего выступления. Оба они понимали формальность происходящего, поэтому и относились к этому соответственно. Тем не менее Игорь пытался с уважением воспринимать полученную информацию и даже задавал наводящие вопросы. Коллега как-никак. В этом плане у Андрея все было намного сложнее. Возором поспособствовал тому, чтобы далекая обида на генерала проявилась именно сейчас, и Андрей никак не мог избавиться от нее. Переполняемый ненавистью, хоть уже и не такой пылкой, он продолжал сотрудничать с Игорем, не понимая, почему до сих пор должен делать это. Артемиусу Вольдемаровичу он доверял уже больше, поэтому считал должным следовать его указаниям, хотя порой и странным.
Вдруг у генерала резко зазвонил стационарный телефон.
– Подожди минуточку, – проговорил Игорь.
Отодвинувшись от стола, Андрей принялся наблюдать за движениями маятника кабинетных часов. Разговор Игоря прекратился довольно быстро, он медленно положил трубку.
– Да чтоб тебя!.. – проговорил генерал с раздражением.
Андрей посмотрел на Игоря в ожидании каких-нибудь объяснений. Тот тяжело вздохнул, постучал по очереди всеми пальцами по столешнице и, закусив нижнюю губу, встал со своего места. Он подошел к двери кабинета, но потом вернулся обратно и снова сел.
– Сегодня можешь быть свободен. Звонил Константин Михайлович, сказал, что мне следует срочно явиться к нему, – медленно проговорил он, четко проговаривая каждое слово.
– А что случилось?
– Самолет с президентом взорвался под Смоленском. С ним летел и премьер-министр. Ума не приложу, как это возможно, но факт остается фактом.
– А они же должны были лететь в разных?
– В том то и штука, что должны. А получилось… как получилось. Извини, но сам понимаешь, что ситуация нехорошая, поэтому встретимся через неделю. На это время ты возглавляешь этот отдел. Вот мой приказ, – и он пододвинул подписанную бумажку, на которой писал после разговора по телефону. – Продолжайте работать в том же духе. Я в тебе полностью уверен, поэтому действуй.
– Так точно, товарищ генерал-майор.
– Хорошо. Если появятся вопросы, то свяжись со мной через… хотя нет, звони напрямую. Я постараюсь отвечать.
Игорь встал и на этот раз уже окончательно покинул кабинет.
Андрей пробежался глазами по приказу Игоря, положил его к себе в папку. Затем почесал гладко выбритый подбородок и откинулся на спинку кресла.
«Что ни день – то ужаснее, – подумал он про себя. – Надо же было такому случиться! За две недели до выборов! Да еще и с премьер-министром. Это же опять по новой людей успокаивать, а они только отошли от отставки предыдущего».
Но думами жизнь не приукрасишь, поэтому вскоре Андрей тоже покинул кабинет. По пути он остановился у стола, где сидела секретарша. Светочка выдала ему ключ от кабинета, и Андрей направился на улицу.
Не успел он пройти и двухсот метров от здания, где располагался офис Игоря, как в нескольких метрах от него остановилась знакомая черная машина. Из нее вышел Джон – тот самый верный водитель Артемиуса Вольдемаровича.
– Mr. Lobanov! – проговорил он, подбегая к Андрею.
Видимо, бегал он плохо, так как преодолел довольно таки небольшое расстояние в поту и с отдышкой. Отдышавшись, он продолжил. – Mr. Libanov, меня прислать за Вами Mr. Vozorom. Он сказать, что это очень срочно и что хотеть с Вами встретиться. Пройти за мной, – и он медленно развернулся в сторону машины, предварительно постояв на месте и еще раз делая передышку.
«Да что за день-то сегодня такой! – думал Андрей, сидя на заднем сиденье автомобиля. – Сначала Игорь, потом президент, сейчас вон Артемиус Вольдемарович. Надо подать рапорт на увольнение и пожить уже спокойно для себя. Заодно и перестану наконец видеть Игоря. А с Артемиусом Вольдемаровичем я как раз сейчас и переговорю. Хватит уже ждать, надоело! К черту эту политику!»
На этот раз дорога до дома Артемиуса Вольдемаровича показалась ему короче. Видимо, на это повлияли его глубокие раздумья. Всегда, когда думаешь о чем-то, время быстро летит. Вот и сейчас: не успел Андрей опомниться, как уже стоял перед двухэтажным голубым домом.
На этот раз Артемиус Вольдемарович встретил его у порога лично, предварительно объяснив Джонни, чтобы тот не беспокоил их.
И снова они сидят у камина, но на этот раз огонь в нем горит менее интенсивно.
– Я полагаю, что Вам уже известно о сегодняшней трагедии, – проговорил Артемиус Вольдемарович, глядя кудато в сторону.
– Так и есть, а откуда…
– Не удивляйтесь, у меня свои каналы, но не об этом речь. Если я правильно понял, то генерал Шумов сейчас в отъезде и передал Вам некоторые свои полномочия?
Осведомленность Артемиуса Вольдемаровича во всех вещах порой пугала Андрея. «Не может человек все так быстро узнавать!» – думал он про себя. Но со временем Андрей привык к этому, хотя и с настороженностью продолжал получать новую информацию.
– Но пригласил я Вас не для этого, – продолжал Артемиус Вольдемарович. – Вы же помните о нашем договоре?
– Я как раз на эту тему и хотел с Вами переговорить. Не поймите меня неправильно, но я не могу больше пребывать в бездействии. Вы заставляете меня работать с человеком, который виновен в смерти моей жены! Мое терпение не бесконечно, а Вы продолжаете держать меня в неведении. Давайте я просто уволюсь, и мы раз и навсегда закроем эту тему. Политика – не мое.
– Погодите, погодите, мы ведь почти близки к завершению процесса. Процесс действительно затянулся, и я этого не отрицаю, но политика – дело тонкое, и если ты не вовремя дернешь за ниточку, то разрушится вся постановка. С сегодняшнего дня нам предстоит действовать уже в нашем направлении. Этому благоприятствуют все факторы, как раз никто не будет нам мешать. Но есть одно но!
– И какое же?
– Действовать предстоит очень быстро. Нам дается всего неделя или даже меньше. Сейчас я не могу Вам объяснить, почему именно столько, просто поверьте мне на слово. Обещаю Вам, что с этого дня Вы больше не будете никаким образом пересекаться с генералом Шумовым.
– Тогда что мне предстоит сделать?
– Ничего сложного. Вы будете так же говорить перед публикой, только с обратным эффектом. Вам нужно создать недовольство текущей ситуацией, а сделать это будет несложно вследствие последних событий. Пока что эта катастрофа не освещена в СМИ, но когда люди узнают о ней, то появится явная растерянность. Нам же всего лишь предстоит направить ее в правильное русло.
– Извините, что перебиваю, Артемиус Вольдемарович, но я до сих пор не могу понять, чего Вы добиваетесь. Что Вы хотите?
– Я хочу создать правильное общество. Знаю, звучит абсурдно, но это так и есть. Политика вашей власти чаще всего основывается на возвращении к прошлому. Правительство начинает порой прибегать к сталинизму. Вас не уважают – вас боятся!
Я же предлагаю исправить это. Русский народ богат своей историей и традициями. Нужно всего лишь помочь им развиться в правильном направлении.
Вы никогда не задумывались, почему в России так мало нобелевских лауреатов? А я Вам скажу почему. Потому что вы не можете предоставить им того, чего они от вас ожидают. Вот они по цепочке и убегают от вас и своими идеями помогают развиваться США, Франции, Германии, но не России, потому что эти страны заинтересованы в их творческом или техническом развитии.
Эту дискуссию можно продолжать бесконечно, и таких идеалистов хватало во все времена, да и сейчас хватает. Но я предлагаю действовать, поэтому, если хотите, можете присоединиться ко мне и завершить начатое. Если же нет, то я продолжу без Вас. Неизбежному суждено случиться. От Вас же зависит лишь то, насколько быстро это случится.
Андрей не знал, но чувствовал, что грядет что-то великое и действительно неизбежное. Вдохновиться утопической идеей и воплотить ее в жизнь или же продолжать быть обычным подчиненным и исполнять волю того, кто так ужасно поступил с супругой, – такой выбор стоял перед ним сейчас.
Немного поразмыслив, Андрей произнес решающую фразу:
– Я готов продолжать сотрудничать. Скажите только, что делать.
– Gut, – ответил Артемиус Вольдемарович. – Тогда за Ваше здоровье, Андрей Дмитриевич.
Перед Андреем встала сложная задача. Предстояло почти полностью перестроить политическую программу, что явно не понравилось бы Игорю. Но последнего не было в Москве, поэтому Андрей обладал всей полнотой власти.
Офицеры же, до этого находившиеся в подчинении у Андрея, были по большей части распущены, дабы не мешать процессу. Осталось буквально несколько человек, которые соглашались с новой политикой. Среди них был и Никита Соснов, у него, как выяснилось, были свои счеты с Игорем, но эта история довольна долгая и запутанная.
Конечно, сейчас Андрею приходилось выступать уже не в военной форме. Но это была не главная проблема. Сейчас его лицо стало известным не только в Москве, но и в России, поэтому предстояло внести во внешность небольшие изменения. Так как времени было мало, то прибегли к искусственным методам. Андрею приклеили бороду и немного изменили цвет волос. А так как вблизи его почти никто не видел, то этого вполне хватило.
Речи, которые он произносил, на этот раз давались ему гораздо проще (сказался предыдущий опыт). Андрей уже прибегал к жестикуляции и говорил более красноречиво. Такую операцию они вместе с Артемиусом Вольдемаровичем провернули за несколько дней. Успех был не сказать что ошеломительный, но сторонников им точно удалось найти. В основном это были мужчины в возрасте тридцати лет, которые не познали голод и разруху конца двадцатого века, и поэтому во многом были не довольны нынешней политикой.
Стоит отметить, что Артемиус Вольдемарович прибегал к правильной пропаганде. Он настоял на том, чтобы дети и подростки никоим образом не были в этом замешаны. Он считал низким прибегать к таким приемам, которыми грешат воспользоваться неумелые пропагандисты. К тому же от неокрепшего ума много пользы не извлечешь, а планы наших героев не ограничивались одной идейной силой.
Постепенно к ним начали стекаться и некоторые военные. В основном это были бывшие товарищи Андрея из части, где он когда-то служил.
– Это как же Вас командир отпустил? – в недоумении спрашивал у них Андрей.
– А ты что, не знал? Шрам (такую кличку дали командиру части военные за характерный шрам на лице, полученный в результате русско-чеченской войны) ведь от инфаркта умер недавно, а новый командир совсем озверел. Вот мы и хотим все по справедливости вернуть, чтобы как раньше.
А в это время между Игорем и министром Виноградовым проходил в Смоленске серьезный диалог.
Игорь Владимирович Шумов только недавно прибыл в Смоленск. С того момента, как он покинул Москву, прошло три дня. Ему предстояла встреча с Константином Михайловичем.
Кабинет, где должна была состояться их встреча, располагался почти в конце длинного коридора, поэтому, пока Игорь шел к нему, успел обдумать план своих действий.
В самом кабинете ничего примечательного не было, так как министр Виноградов должен был пребывать в нем временно по стечению обстоятельств. В середине стоял небольшой стол с парой кресел.
– Разрешите, войти, товарищ генерал армии! – отчеканил Игорь при входе в кабинет.
– Да, присаживайтесь, Игорь Владимирович.
Игорь сел напротив министра, и тот продолжил:
– Извини, что пришлось назначить встречу здесь. В Москве было бы, конечно, проще это сделать, но в настоящий момент мне нужно находиться именно в Смоленске.
– Чем я могу помочь?
– Как раз таки можешь, товарищ генерал-майор. Выяснилось, что этот взрыв самолета произошел не просто так, а в результате атаки определенных лиц.
– Это что же получается – террористическая атака?
– Не совсем, Игорь Владимирович. Здесь все гораздо запутаннее. Тут один товарищ навел справки об интересной личности. Вы, может быть, его не знаете, но он представляет серьезную опасность для российского суверенитета и власти в целом. Он известен под разными именами: Артемиус Вольдемарович, Артемий Владимирович и прочее.
В этот момент Игорь вспомнил, что встречался с этим человеком и даже доверил ему правительственную часть проекта. По его спине пробежала струйка пота, он немного побледнел. Получалось, что он сотрудничал с настоящим преступником.
Вам плохо, Игорь Владимирович? – спросил Константин Михайлович. – Может, воды?
– Нет, нет, – поспешил Игорь успокоить его, а заодно и себя. – Душно просто у Вас здесь, – и он расстегнул верхние пуговицы рубашки.
– Вернемся к теме. Есть подозрение, что именно он является инициатором этого взрыва. Доподлинно еще неизвестно, но мои люди скоро этим займутся. Но и это еще не все. Взгляните… – и Виноградов дал в руки Игоря планшет.
На экране он увидел выступающего перед публикой бородатого мужчину средних лет в гражданской одежде. Голос его Игорю показался знакомым, но внешность мешала соотнести то, что он понял, с тем, что он видел.
– Не узнаете? – в ожидании ответа спросил Константин Михайлович.
– Нет… Нет, не припомню, чтобы я его видел.
– А если так, – и Константин Михайлович нажал на экран.
С лица говорящего исчезла борода, а также изменился цвет волос. Это был Андрей. Игорь теперь полностью осознал это, но не хотел верить.
– Я вижу, что Вы догадались, кто этот человек, – Игорь хотел было что-то возразить, но Константин Михайлович опередил его. – Не оправдывайтесь, что Вы не знаете его.
В ваших же интересах говорить правду.
Константин Михайлович забрал планшет у Игоря.
– Вы сами все прекрасно видели. Антиправительственные лозунги, поднятие революционных настроений, одним словом, наведение беспорядков в стране. Вам ли не знать, Игорь Владимирович, что грядет после таких речей.
Игорь молчал. Он боялся сказать что-то по поводу Андрея, потому что не хотел усугубить и без того бедственное положение полковника.
– Конечно же, он действует не один. Мы считаем, что к этому также причастен Артемиус Вольдемарович, который вполне может быть организатором этих форумов. Скажите мне, Вы точно о нем ничего не знаете?
– Так точно, ничего о нем не слышал, – соврал Игорь.
Константин Михайлович задумался и принялся тереть лоб рукой.
– Что ж, тогда завтра Вам предстоит вернуться в Москву и поговорить с полковником Лобановым. Конечно, у нас демократическая страна, но эти действия с его стороны переходят всякие границы. При малейшем сопротивлении вверенный Вам отряд военного спецназа займется им.
– Как займется?! Даже без задержания?
– Даже без задержания. Ситуация в стране и так шаткая, поэтому нужно действовать решительно. Билет на самолет у Вас на семь утра. И постарайтесь поговорить с полковником как можно скорее. Рассчитываю на то, что Вам все же удастся его остановить.
– А как же Вы?
– Я сейчас буду исполнять обязанности бывшего президента Российской Федерации. Это займет всего две недели. Потом я благополучно приступлю к своим обыденным обязанностям. Находиться я буду в Смоленске, поэтому, если у Вас появятся вопросы, то Вы знаете, куда обращаться. До свидания, товарищ генерал-майор.
Так прошла встреча двух генералов, повидавших на своем веку и войны, и революции, и террористические атаки.
Утром, где-то часов в пять, в квартире Андрея раздался звонок в дверь. Полковник, пытаясь проснуться на ходу, медленно направился к входной двери.
Из нее, как пуля, прошмыгнул в квартиру Артемиус Вольдемарович. По его глазам было видно, что он пришел сказать что-то важное и срочное.
– Прошу меня простить, что так рано наведался к Вам, но у меня очень важная новость. Собирайтесь! Сегодня нам всем следует уехать подальше от Москвы. Скажите, есть у Вас место, где Вы можете переждать один день?
– Погодите, не так быстро, – не понимая, что происходит, приостановил его Андрей. – Почему такая срочность, что случилось?
Через три часа к Вам на квартиру выдвинется военный спецназ во главе с генералом Шумовым. И поверьте мне, намерения у них не самые доброжелательные.
– С чего Вы это взяли?! Игорь никогда не поступил бы так, несмотря на всю его подлость. И почему сразу спецназ?
– А Вы думаете, он просто так ездил в Смоленск?!
Собирайтесь, ну что же Вы стоите!
– Хорошо, хорошо, дайте мне полчаса.
– Джонни будет вас ждать внизу. И да: по поводу места.
Оно у Вас есть? – Найдется.
– Хорошо, тогда до встречи, – и Артемиус Вольдемарович покинул квартиру.
Андрей остался в замешательстве. Мозг отказывался работать в такое ранее время, поэтому Андрей решил просто действовать и уже по дороге узнать, что к чему.
Разбудив Костю, он начал собираться.
– Пап, а куда мы собираемся?
– Мы едем в гости к Екатерине Сергеевне.
– Правда? А почему ты мне раньше не сказал об этом?
– Да я, сынок, сам только что узнал об этом.
– А надолго?
«Да кто ж его знает? – думал Андрей. – Может быть, и навсегда».
– На денек, а может, и больше. Посмотрим.
Наконец, вещи были собраны. Получилось два чемодана, но это были самые нужные вещи.
Напоследок Андрей взял бумажку и что-то быстро черкнул на ней, положив ее на стол в гостиной.
Они погрузились в машину к Джонни и отправились в Рязань к Екатерине Сергеевне.
Рязань еще спала, поэтому до дома Екатерины Сергеевны Андрей с Костей доехали быстро. Джонни хотел было предложить свои услуги, но Андрей настоял на том, что они справятся сами.
Когда машина удалилась, то Андрей с чемоданами в руках направился к подъезду. Екатерина Сергеевна проживала на третьем этаже, поэтому ему пришлось изрядно попотеть над тем, чтобы поднять два набитых чемодана.
Андрею было немного неловко звонить в дверь так рано. Тем более они явились без приглашения, что явно нельзя назвать хорошим поступком с их стороны. Но терять было уже нечего, поэтому Андрей нажал на черную кнопку звонка. По ту сторону раздался громкий и мелодичный сигнал. Ответа не было. Андрей позвонил еще раз, и снова раздался сигнал.
Когда он уже хотел звонить в третий раз, то услышал шаги. Сначала они были тихими, потом становились все громче и громче. К шуму от шагов добавлялось еще и бурчание.
«Ну наконец-то!» – с облегчением подумал Андрей.
Дверь открылась, и из нее выглянула заспанная Екатерина Сергеевна в наскоро накинутом халате.
– Вы к кому? – спросила она довольно громко, так как, видимо, была не уверена в том, что ее услышат.
– Доброе утро, Екатерина Сергеевна, – проговорил немного виноватым голосом Андрей. – Извините, что мы Вас так рано побеспокоили. Можно мы пройдем?
– О, Андрюш, какими судьбами? Да еще так рано.
– Да, я…
– Здравствуйте, тетя Катя! – радостно произнес Костя, подходя к Екатерине Сергеевне и обнимая ее.
– О, привет, Костенька! – и она обняла его ответ. – Да вы заходите, не стесняйтесь. Андрюш, заноси чемоданы.
Они вошли. Екатерина Сергеевна вскоре скрылась где-то на кухне. Костя быстро разделся и шмыгнул в одну из комнат. Андрей же аккуратно пододвинул чемоданы к стенке и отправился вслед за Екатериной Сергеевной.
Когда он вошел, то ему представилась совершенно другая кухня. Обои были обновлены. На подоконниках стояло несколько кашпо с цветами, где даже уже распустилось несколько бутонов. Шкафчики с посудой были заменены, а некоторые покрашены и залакированы. Видно было, что ремонт сделан на славу.
Вы надолго приехали? – спросила Екатерина Сергеевна, поставив на плиту чайник.
– На пару дней. Мы проездом.
– А куда собрались?
Андрей не знал, что ответить, поэтому придумал первое, что пришло ему в голову:
– На юг… На Черное море.
– Я слышала, там красивые виды. И вода там чистая. Одним словом – хорошее место для отдыха. Чай будешь пить?
– Нет, спасибо. Я лучше еще вздремну. Где я могу поспать?
– Да можешь там же, где и всегда. Я пока завтрак вам приготовлю.
Андрей с облегчением, что сможет еще немного поспать, отправился в комнату, где некогда жил Николай Бугарев. Последний так и не объявился за пятнадцать лет, поэтому его просто посчитали пропавшим без вести. Екатерина Сергеевна все еще верила, что он может вернуться живым, пусть уже и не так сильно, как раньше.
Войдя в комнату, он обнаружил мирно сопящего на кровати Костю. Видимо, он тоже хотел спать и поэтому быстро уснул, даже не раздеваясь. Андрей подошел к сыну и легонько погладил его по голове. После тихо вышел и закрыл за собой дверь, сам же отправился в ту комнату, где когда-то жил Вовка. Пожалуй, это была единственная комната в квартире Екатерины Сергеевны, где не проводился ремонт и все осталось на своих местах так, как это было, когда Вовка был еще жив. Там были все такие же светло-синие обои. На столике стоял аквариум с рыбками. Книжки, медали, грамоты – все это лежало на своих местах. Екатерина Сергеевна лишь аккуратно стирала с них пыль.
Андрей, тоже особо не раздеваясь, упал спиной на кровать. Голова его стала настолько тяжелой, что просто не было сил поднять ее с подушки. Глаза его быстро закрылись, и он уснул крепким сном.
Игорь направлялся к квартире Андрея. Он понимал, что полковнику просто так не сойдут с рук его дерзкие выходки. Поэтому Игорь всеми силами пытался придумать, как одновременно помочь Андрею и в то же время выполнить поручение министра обороны.
С ним следовало пять человек из армейского спецназа. Одеты они были в форму, что явно бы насторожило жителей Москвы, и без того обеспокоенных ситуацией в стране, если бы вся компания не ехала в машине.
Когда они поднимались по лестнице, то спускающиеся сразу же пугались их появления и прижимались к стенам, чтобы уступить дорогу идущим. Один пухлый мужчина настолько был удивлен происходящим, что даже не смог сдвинуться с места. Игорю пришлось его легонько похлопать по плечу, чтобы тот очнулся.
Наконец, они пришли к квартире Андрея. Игорь дал знак ребятам, чтобы те подождали на лестничной клетке. Он позвонил в звонок и придвинулся ухом к двери. Тишина. Потом он постучал. Ответа также не последовало.
– Андрей, открой дверь, – проговорил Игорь. – Андрей, нам нужно поговорить, открой!..
После нескольких безуспешных попыток он принялся уже громко стучать в дверь.
– Товарищ генерал-майор, – обратился командир группы к Игорю. – Ломать?
Игорь тяжело вздохнул, посмотрел на часы и только потом ответил:
– Ломайте, – но добавил: – Полковника не трогать! Я сам сначала с ним переговорю.
Пока спецназовцы возились с дверью, Игорь решил подойти к ближайшей форточке и закурить. Но не успел он поднести зажигалку к сигарете, как командир группы потревожил его.
– Товарищ генерал-майор, там дверь открыта была. Взгляните сами, – и он двинулся в направлении квартиры.
Уже через несколько секунд вся группа стояла в коридоре просторной квартиры Андрея. На первый взгляд выглядело все так, будто хозяин недавно вышел и скоро вернется.
Игорь медленно прошел по коридору и заглянул в гостиную. Пока группа спецназа занималась осмотром других помещений, генерал решил осмотреть эту комнату. Его внимание привлек клочок бумаги на столе. Игорь взял его и прочитал:
«Простите, Игорь Владимирович, но это не моя вина, а Ваша».
Игорь оглянулся и, убедившись, что его никто не видит, положил записку к себе в карман. Ему все стало понятно. Он развернулся и вышел в коридор.
– Никого нет, товарищ генерал-майор, – отчитался командир группы.
– Ну и славно, – ответил Игорь, кусая себе большой палец.
– Не понял, товарищ генерал-майор.
– А? Можете быть свободны, майор. Больше нам здесь нечего делать.
– Вы в этом уверены?
– Да, да, идите.
Все члены отряда спецназа вышли из квартиры. Лишь командир группы еще раз заглянул к Игорю и спросил:
– Вас подвезти, товарищ генерал-майор?
– Нет, я сам дойду. Отдыхайте.
– А что передать президенту, если будет спрашивать?
– Скажите, как есть. Мол, не нашли… Продолжаем вести поиск… В общем, придумайте что-нибудь. Я лично ему все потом объясню. Теперь Вам все ясно, товарищ майор?
– Так точно!
– Ну все, идите уже.
Командир спецназа скрылся на лестнице, и группа покинула дом. Игорь тоже вышел. Шагая по тротуару, он думал о том, как будет отчитываться перед Константином Михайловичем. В конце концов Игорь решил, что пока не будет спешить с отчетом. Теперь его голову заняли мысли об Андрее.
«Даже дверь не закрыл! – удивлялся Игорь. – Хотя это значит, что он знал, что мы придем. Где же ты сейчас, Андрей? Ты даже не представляешь, во что ты ввязался».
В таких раздумьях генерал шел по улице, и растаявший снег хлюпал под его ногами. Солнце начинало подниматься и озарять город своими теплыми лучами.