Азбука спасения. Том 45

Tekst
0
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Нам, брат мой, не следует смотреть на то, что не требует Он от нас малых деланий, которые презренны, но будем восхищаться тем, что, когда исполняем мы эти малые делания, к великим благам возвышает Он нас благодаря им. Ибо то, что обретаем мы благодаря этим малым деланиям, настолько более возвышено и славно, чем они сами, насколько огонь прекраснее кремня, и железо – того, от чего оно происходит. Эти делания не только предохраняют нас от узких путей, ведущих в пагубу из-за небрежения, но посредством их возвышаемся мы к славным вещам.

Постоянное помышление об этих малых и незначительных вещах рождает в нас помышление о Нем, и благодаря этому обычному помышлению по временам кажется нам, что пребываем мы в просветленном собеседовании с Ним, и наполняются очи наши слезами, и ликует душа наша от радости. А иногда обретаем мы себя словно бы уже достигшими воскресения праведных, и ниспадает на нас изумление, когда изведены мы благодаря созерцанию из мира сего, из жизни и из воспоминания о земных делах, и соединены с Богом тем духовным союзом, который превыше мира. Так благодаря постоянному помышлению о Нем и частому собеседованию с Ним рождается в душе нашей любовь, и любовью той растворяемся мы в Боге во всякое время, и смешивается жизнь наша с Духом Его, и предвкушаем мы жизнь будущего века.

Изумление Богом

Кто удостоился постоянного помышления о Боге, тот удостаивается также и постоянного изумления Богом. Занимайся чтением – не тем, которое способствует приобретению образованности, но тем, которое умерщвляет страсти твои и показывает тебе короткий и прямой путь к Богу: этот путь без всяких и быстро возведет тебя к просветленному служению, которое является целью твоего пребывания в одиночестве. Я имею в виду то чтение, который не говорит сбивчиво, перескакивая с одной темы на другую и время от времени вводя предметы, вредящие и мешающие твоему духовному сверхмирному размышлению.

Не читай:

– то, что содержит ложь;

– или то, что наставляет без разбора и монахов, и мирян;

– или то, чем пользуются при научении людей всех уровней;

– или то, что ведет тебя к приобретению словесной спорливости и научению мудрости мира сего;

– или то, что рассказывает тебе о событиях и столкновениях, происходивших в Церкви, или об установлениях и делах царей, об их победах и подвигах;

– или полемические слова и опровержения мнений той или иной стороны в споре. Такие чтения и подобные им оставим здоровым, сами же, будучи больными, воспользуемся лекарствами, то есть сочинениями, составленными для исцеления страстей наших, и житиями святых, которые были прежде нас, ибо они проводили свою жизнь в одиночестве, которое превыше мира, и рассказами об откровениях, которых удостоились они, и об учении, которое получили они от Бога относительно чина этого отшельнического образа жизни, и о страданиях и борениях, которые происходили с ними для их собственного научения и ради тех, кто следует по стопам их, и о различных победах и поражениях, восстаниях и падениях, которые они претерпели. Короче, займемся только книгами, которые посвящены монашескому пути и говорят нам о его порядке и внешней форме.

Даже хлеб, будучи столь питательным, не может помочь больному желудку: чаще последний исцеляется благодаря другим видам пищи и лекарствам. Причем не хлеб вреден, но принимающий его желудок болен. Все хорошо в своем месте, но для нас это не полезно. Кто, прежде чем приобрел власть над помыслами своими и победил рассеянность, когда чувства его еще больны и совесть его немощна, занимается чтением, которое позволяет ему выглядеть ученым, знатоком, толкователем Писаний и глубокомысленным, тогда как он страстен, – тот недугует стремлением к похвальбе и невежеством. Какое знание лучше чистоты?

Ибо она открывает разуму твоему все, если вся твоя забота – о достижении ее, и приблизит она тебя к дару божественного видения. Стремись научиться всему, что сделает временный мир презренным в глазах твоих и что вооружит тебя мудростью против демонов, уготовляющих тебе погибель. Это принесет тебе озарение помыслов и постоянное ожидание исхода из тела, а также освобождение от похотей благодаря воспоминанию о веке грядущем, созерцанию и видению его.

Отводи разум твой от воспоминания похотей, чтобы было место в душе твоей для откровения в ней достославных благ Божиих, дабы обогатился разум твой богатством духовным, и ты был постоянно пленен любовью Божией.

Благодаря изумлению откровениями Его пьянеют праведные любовью к Богу. Хорошо сказал один из святых, что души, которые взирают на Него, забыли свое жилище. Речь идет о таком видении, воспоминание о котором опьяняет душу. «Видение рождает любовь», по словам одного мужа, облеченного в Бога. А само оно, по обетованию Господа нашего, приобретается благодаря чистоте. Чистота – не такой предмет, который приобретается благодаря чтению о ненужных вещах или множеству учений, но устанавливается она благодаря очищению мысли от воспоминания о ничтожных земных вещах и размышлению о служении безмолвия. Весьма вредят ей множество помыслов и частые воспоминания о новых предметах, рождающиеся от учений и различных размышлений и приводящих душу к рассеянности. Не упускай то, что ценно, и не бросайся на то, что наполняет тебя только знанием, способствующим гордости. Ведь не для того помещены мы в монастыре, чтобы знать многое, но для того, чтобы само знание сияло из нашего подвижничества.

Говоря так, я не восхваляю невежество, но ограничиваю погоню за ненужными вещами, которые не очень необходимы на нашем пути, тогда как> поиск их вредит заботе о чистоте. Взгляни на болезнь свою и воспользуйся лекарствами от нее. Узнай о том, что нужно для путешествия твоего, и тщательно подготовься к нему. Взгляни на борьбу твою и научись искусству ее. Умудрись в учении твоем, и взыщи учителей для него. Хотя весьма просвещенные у тебя учители, посох твой да будет постоянно в руке твоей. В море без посоха не входи и во тьме без жезла не ходи: собак отгонит он, змей поразит он, моря коснется он, диких зверей прогонит он. «Клюкой немощных» называл его блаженный Иоанн. Опирайся на него, и никогда не упадешь, ибо нет помощника, подобного Богу, и те, кто стучится с усердием, получат все. Блажен, кто помнит на всяком месте, что не должен он пренебрегать этим, а именно постоянной молитвой, постоянной памятью о Боге. Кто постоянно молится, тот постоянно помнит о Боге, а кто постоянно помнит о Боге, тот – жилище Духа. Мысль о Боге сама является молитвой, а разум, в котором мысли о Нем постоянно вращаются, постоянно пребывает в молитве и ни на миг не остается праздным.

Молитва есть не только повторение слов, но и, то чувство, которое пробуждается в глубинах ума по отношению к божественному Бытию. Благодаря постоянному размышлению о Нем по временам пробуждается разум, взирая на Него словно в изумлении, и соединяются движения его с Духом, и неизреченным образом видит он Его близко. Блажен, кто постоянно и без смущения ожидает у двери Его! Не уповай на познание себя, чтобы не оказаться тебе оставленным в руках демонов и чтобы не ввергли они тебя в сети ухищрений своих, и чтобы не окружили они тебя мучениями, и чтобы не впал ты в смятение, так чтобы не знать даже, где ты находишься. Без моления не простирай ногу твою в путешествие – особенно на темных путях.

Да не утихнет моление в устах твоих, и да сопутствует ему исповедание немощи твоей и невежества, так чтобы, по крайней мере, за смирение твое получил ты милость, хотя ты и недостоин. Где отсутствует деятельность, там смирение и исповедание полностью принимает Бог вместо нее, и за дела, которые не совершены, получает награду тот, кто смирился.

Служение и смирение

Дорог для Бога тот, кто из-за отсутствия у него необходимого пребывает в смирении, – больше, чем тот, кто по причине обилия деланий своих думает, что делает одолжение Богу. Тот же, кто обладает и служением, и смирением, установил внутри себя два светила, благодаря которым он и себе доставляет удовольствие, и Бога радует на всякий миг. Когда отсутствует первое, вторая добродетель восполнит его недостаток. Если сила смирения властвует в душе, человек несет тяжесть добровольных трудов, вспоминая о содеянных грехах, а без этого невозможно избежать ежедневных грехов или получить прощение за прошлые прегрешения. Хотя и нет у нас трудов, зато можем мы иметь чувство сокрушения в разуме нашем, постоянно помнить о грехах наших, низко думать о себе перед Богом, быть мягкими и мирными по отношению к людям, оказывать всякому честь, быть собранными в себя, не вовлекаться в смех и болтовню, иметь доброе слово для всякого, благодарение в сердце нашем во времена искушений, мудрую тишину, дисциплинированные члены, и вспоминать, что, во всяком случае, мы смертны и покинем мир сей. Эти вещи не требуют телесных трудов, но они суть украшение разума.

Кто же не стремится овладеть тем, что не требует телесных трудов и что достигается не телесными трудами и не телесной силой, но может быть обретено и в немощном состоянии, тот из-за небрежения разума своего оставлен наедине с собой и заслуживает порицания от Бога. Бог не столько нуждается в продолжительном служении, сколько в добродетели воли: добродетельная душа избирается Богом не благодаря делам, но благодаря добродетельной воле, направленной к Нему, и сердцу, страждущему на всякий миг. Подобным образом, не отвергает Он грешную душу на основании дел ее, ибо часто делам возбраняется совершиться по разным причинам. Но и без участия воли совершаются многие дела – как хорошие, так и плохие. Бог же смотрит на устремленность воли – на то, в чем она находит удовольствие. И достаточно для Него добродетели души, даже без дел, если нет возможности для совершения дел, как сказал Блаженный Толкователь: «Господь наш видится в законодательствах Своих делающим тщательное испытание воли души, а не дел».

И в другом месте, как бы от лица Господа, говорит он, в соответствии со смыслом слов Его: Я требую воли и не разузнаю о делах, ибо довольно для Меня души, которая с совершенной волей прилепляется к добродетели. Те, кто под законом Моисеевым, разузнают о делах, испытывая угрызения совести по поводу различных ошибок, даже малых. Те же, кто принадлежат Моему закону, даже если поступают неправильно, будучи людьми, пребывают в радости, зная, что избирают добродетель в совести своей.

 

О самоистощании нет мне нужды напоминать тебе. Нет у нас намерения говорить обо всем, тем более, что не говорим мы с кем-то, кто не знает Писаний. Ибо ты хорошо знаешь, что без отречения этот монашеский образ жизни не совершенен. Этот путь есть путь бедности. И кто в видимых предметах не верует в Бога, ясно, что весьма далек он в разуме своем от надежды на грядущие блага и на те вещи, сила истинности которых только и ощущается разумом благодаря вере: вещи, о которых шла речь в этом слове с самого начала до настоящего момента. Ведь именно надеждой усовершается этот образ жизни. Никто, несущий бремя земных забот, не воспарит на небо, как написано.

Ибо никто, связанный делами мира сего, не может угодить Избравшему его. Но напомню тебе о том, что необходимо. Если решился ты совершенствоваться в добродетели, никогда не позволяй себе смотреть на женщину и не проходи вблизи нее. Враждебны воспоминания о женщинах этому монашескому размышлению, ибо ты – отшельник, чей разум возвышен над тленными вещами. И если помысел о них беспокоит разум, насколько больше – зрение лица их или звук голоса их. Не надейся на старость или на добродетель разума твоего – не потому, что ты по-другому настроен, но потому, что это полезно: ибо то, что уже испытано многими людьми, не должны мы стремиться проверить на себе!

Лучше сиди в келлии твоей и занимайся спасением жизни твоей, ожидая исхода твоего из мира, как человек, который знает, что он смертен. Следи за помыслами своими и не думай о ком-либо плохо, и не смотри ни на кого как на дурного: в другое время по-другому увидишь ты его – того, кто сейчас кажется тебе дурным. Поэтому не следуй помыслам, которые показывают тебе то, что хотят. Если есть у тебя любовь, она покроет также ошибки других, отсутствие же любви происходит от помрачения души.

Любовь к ближнему

Кто ближнего своего не любит, но говорит, что любит Бога, тот, сам того не сознавая, полностью сбился с пути. Ничто так не прогневляет Бога и не противно Ему, как человек, который, сидя в келлии, думает о своем товарище: и сделал он келлию свою судилищем, а сам он – судья, и судит он недостатки других. И при всем том считает он себя кающимся и говорит в молитве: «Как я простил, так и Ты прости меня». Если тот, кто судит должников своих, вызывает на себя великое осуждение правосудия Божия, что же случится с нами, когда судим мы дела на расстоянии? Если не можешь ты видеть недостатки и слабости других, но упорствуешь в таких мыслях, тогда убирайся куда-либо в другое место. Но как возможно нам видеть всех хорошими, если не обладаем мы безмолвием?

Будь мирным и смиренным, дабы для каждого нашлась у тебя милость. В соответствии с деятельностью сердца изменяются внешние обстоятельства – в зависимости от того, настроена ли она на добрые дела, или на искушения. Не будь обличителем или исправителем кого-либо, не будь ревнивцем или раздраженным в душе твоей. Человек, чей разум ревнив и постоянно возбужден против людей, не может удостоиться того духовного мира, в котором зарождаются прозрения относительно доброты Божией к мирам. Ибо от рассеянности разума появляется в человеке ревность, поскольку оставлен он думать о делах всех, словно корабль, не имеющий кормчего.

Человеку, который думает о злых делах людей и возбуждается ревностью, невозможно стать мертвым для мира. По двум причинам бывает человек постоянно облеченным в ревность о поведении других людей: или по гордости, или по глупости. Без этих двух причин человек не может преисполниться ревности. Последнее происходит или потому, что его собственные пороки в глазах его менее значительны, чем пороки всех остальных, – а, может быть, он думает, что у него их и вовсе нет и что поэтому он способен всех приводить к истине; или он считает, что он – друг Божий, когда ненавидит грешников: это поистине безумный образ мыслей, совершенно чуждый всякому познанию Бога. Не знает он, что святые принимали смерть всех родов ради злодеев и убийц – чтобы любовью вывести их на путь к Богу. Те, кто познал Промысл Бога и кто полностью удостоился разуметь волю Его, умирают ради грешников, по подобию Сына Божия.

О Христос! Возвышена сила наслаждения надежды Твоей над человеческой мыслью! Посей же надежду Твою в помыслах моих, дабы через ощущение Тебя освободился разум мой от взирания на земные вещи. Невозможно, Господи, для него освободиться от блуждания по земным предметам, кроме как через размышление о Тебе; и невозможно видеть кого-либо плохим, если только человек не полностью чужд познания надежды Твоей, и зрение его не приковано к земле, как у моли. Удостой меня, Господи, умереть для всего, и в этой мертвости для всего да удостоюсь я восприятия тайны новой жизни. Господи!

Никогда те, кто живет для мира сего, не удостаивались ощутить то знание, но только те, кто стал мертвым во время своей жизни ради этой истинной надежды, уготованной нам, и кто на всякое время молитву со слезами приносит Богу, с сильной любовью молясь о том, чтобы никто из рода человеческого не был оставлен вне того наслаждения. Вот образ мысли святых, и вот причина сокрушения, которое постоянно присутствует в разуме их; и вот молитва их, которую на всякое время приносят они Богу. И с этой волей получают они дар, с которым не может сравниться мир, от той богатой сокровищницы Божией. Блажен человек, который познал то, что рождается от любви к людям, и то, насколько сострадание возвышает душу!

Соблюдай это, брат мой, и будешь ты в смертном теле жить жизнью ангелов. Также и то должен ты знать, брат мой, что вершина всякого блага для человека Божия в мире сем есть чистая молитва. И если не умрет человек по отношению ко всем людям и не будет усердствовать в безмолвии наедине с собой, словно мертвец во гробе, не сможет он приобрести это для себя. Ибо чистая молитва требует отрешенности от всего, дабы благодаря этому целомудренно и без рассеянности предстоял человек перед Богом во время молитвы, а разум его был собран отовсюду внутрь, вглядываясь только в Бога в безмолвии движений своих. В воспоминании о величии Его делается он блистающим, и возвышает его Бог к славе Бытия Своего. Помышляя о милостях Его по отношению к роду словесных существ, разливается он по земле в изумлении и радости. И от непостижимости Бытия Божия вся душа человека наполняется хвалением, будучи движима святыми движениями в страхе и любви к естеству величия Божества Того, Чье Бытие тысячи тысяч духовных существ прославляют, не будучи в силах взирать на облако святого святых сокровенности Его. Бесчисленные миры и естества беспредельные привел Он в бытие, и легионы ангелов, которым нет числа, из ничего сотворил Он.

Пребывая в собственном Бытии, Он, когда не было никого, кто бы побуждал Его, – ибо ничего не существовало, – по Своей собственной воле и по Своей благодати соизволил и восхотел, чтобы миры пришли в бытие, дабы они познали Его. И совершил Он творение по благодати Своей, удостоив также и нас, людей, которые суть прах от земли, естество немотствующее, благодаря творческому искусству Его возвыситься до состояния словесности, дабы могли мы предстоять перед Ним и разговаривать с Ним в молитве, и дабы умом причащались той славы божественного Естества, – если жизнь наша достойна этого, – и дабы примеру бестелесных существ подражали мы на земле. Поскольку же все эти блага и это величие пришли к нам от трезвения и чистоты, – ибо трезвение является причиной чистоты, – будем подвизаться в безмолвии, сделаемся мертвыми по отношению ко всякому человеку, соберемся в помыслах наших от рассеянности во всякое время посредством этих воспоминаний, дабы могли мы без труда во время службы и молитвы приводить ум наш к самим себе и дабы усердно приносили его в жертву Богу.

Устремимся к встрече с божественным знанием, постоянно молясь Ему, возжелаем получить восприятие Его в душах наших во время молитвы. Ибо ясно, что, если возжелаем мы этого и устремимся к этому, и если будет в нас забота о необходимом, благой и милосердный Бог не обманет нас, ибо все эти блага по Своей собственной воле даровал Он нам. Хочу я теперь набросать для тебя также несколько слов молитвы, и тогда уже закончу это письмо. Мне представляется необходимым поместить их в письме, чтобы ты мог пользоваться ими на молитве и чтобы разум твой, постигая смысл их, приобретал смирение и воздерживался от пустого блуждания благодаря сокрушению, содержащемуся в них.

И когда ты ешь или пьешь, стоишь или сидишь, отходишь ко сну или делаешь что-либо, а также когда ты в путешествии или в обществе многих людей, этими словами молитвы, которые я пишу для тебя, должен ты занимать себя в сокровенности сердца своего. Равным образом, когда совершаешь ты поклоны, воспользуйся этими молитвами. Когда в молении твоем произнесешь ты обязательные молитвы, в которых имеешь ты нужду, тогда молись этими словами. Какими движениями пробуждается разум, чтобы всматриваться в Бога во время молитвы? Когда ты молишься, добавь к молитве твоей такие прошения:

Боже, удостой меня ощутить ту надежду, что уготована праведным в пришествии Твоем, когда придешь Ты в теле нашем, дабы явить славу Твою мирам. Боже, принесший любовь Свою миру, когда он не знал Тебя, и открывший Себя праведным частично во всех поколениях, через тени откровений Твоих воскреси мертвость мыслей моих, дабы познали они Тебя, дабы поспешил я прийти к Тебе и не успокоился до того часа, когда смерть положит предел путешествию моему в гавани тишины.

О Христос, гавань милостей, Тот, Кто открыл Себя роду грешному, Тот, Которого поколения праведных ожидали и Который открыл во время Свое радость всему творению, Ты даруй мне иные очи, иной слух и иное сердце, дабы вместо мира видел я, слышал и ощущал блага, уготованные Тобою для откровения славы Твоей роду христианскому посредством того видения, слышания и ощущения, которые необычайны. Пробуди во мне, Господи, вкус к восприятию Тебя, дабы удостоился я исхода из мира сего к Тебе, ибо мир пленил меня радостью своей вдали от Тебя. Пока видению тленных вещей радуются очи мои, и разум мой понимает лишь телесность, невозможно мне полностью освободиться от немощных и тленных чувствований, которые возникают – меня, Господи, встретить то видение, над которым не властно тление, дабы, когда, встретив его, забуду я мир и самого себя, все телесные образы исчезли перед глазами моими.

О Христос, наслаждение рода нашего, утешение в обнищании нашем, поддержка смиренного естества нашего, которое поколебалось и пало, надежда лишенных, досточтимое Имя, которое стало известно среди людей, восстанови меня из падшего состояния, соверши воскресение мертвости моей, да пробудится ощущение жизни внутри меня; выведи душу мою из темницы неведения, чтобы мне славить имя Твое. Вдохни в члены мои дуновение новой жизни, посети тленность мою, что во гробе, и выведи меня из места тьмы. Да посетит меня в шеоле неведения рассвет откровения Твоего. Естество словесное умолкло во мне; Ты, Господи, снова пробуди его в естестве моем, ибо в шеоле нет памятования о Тебе: во гробе кто будет славить Тебя? Нет у меня уст, чтобы произнести эту последнюю молитву, но пусть живые, как я сегодня, возблагодарят Тебя. Онемели чувства, движения умолкли, помыслы иссякли, все действование естества во мне лишено истинной жизни, нет во мне памяти о Тебе, нет благодарности к Тебе в шеоле, в котором я пребываю, нет радостного звучания хвалений Твоих в потерянности души моей, все члены мои, которые мертвы, ожидают родовых мук воскресения! Нет никого, кто пришел бы ко мне в оставленности шеола!

Боже мой, да услышу голос Твой, который воскрешает все таинственно! То, что случилось с Лазарем, другом Твоим, таинственно соверши со мною. Знаю, Господи, что никогда не явил я себя бдительным другом Твоим, но я – из стада Твоего, а враг мой схватил меня и унизил на земле. Боже, удостой меня причаститься того величия, которое уготовал Ты друзьям Твоим в новом веке, и ощущения этого познания любви Твоей, и этого нераздельного союза и этой неразрывной связи наслаждения от видения Тебя. Господи, не отними от меня благодать Твою, да не лишусь я познания Тебя, исполненного надежды. Господи, спаси меня от тьмы душевной! Христос милосердный, да возрадуюсь в надежде Твоей, посей надежду на Тебя в помыслах моих и удостой меня, Господи, милосердия Твоего, когда воссияет откровение Твое с небес. Господи, да не буду я вызван на суд за ошибки мои, когда придешь Ты во славе Твоей! Благодатью Твоей, Господи, привел Ты меня в бытие, и благодатью Твоей удостоишь Ты тело мое воскресения. Да не будет восстание мое из праха для суда и посрамления лица моего!

 

Господи, да не пробужусь для того, чтобы претерпеть осуждение и лишение Тебя. Но пробуди меня, Господи, от праха для наслаждения и для той славы, к которой хотел Ты привести словесную тварь с самого начала, когда Ты создавал ее. Не создал Ты меня, Господи, для испытания в геенне, да не стану сосудом погибели. Погибель же, Господи, заключается в том, чтобы человек был всецело лишен того видения Тебя, которое дарует всякую радость. Удостой меня, Господи, постичь ту надежду, для которой с самого начала, по воле Твоей, создал Ты меня, дабы я узрел вечную славу Твою. Ибо, когда нас еще не было, возжелал Ты в любви Твоей, чтобы творение пришло в бытие для познания Тебя.

Вот о чем должен ты молиться и об этом помышлять во время моления твоего. Пусть движет тобою стремление к Богу и страдание о грехах твоих; горячо молись, согрей сердце твое этими и подобными мыслями в молитве твоей, пока не воспламенится в тебе влечение к Нему и не возникнет в сердце твоем жгучее страдание любви к Нему. При таком и подобном собеседовании с Богом сосредотачивается ум в самом себе по причине наслаждения и мало помалу забывает рассеянность, и поглощается прозрениями, и освобождается от образов. И страдает такой человек в молитве своей, и изливается в разум его страдание, смешанное с верой, и радуется сердце его в Боге, и бьется от радости, и восторгается от любви, и исполняется надеждой и пробуждается от сна. В великом наслаждении предстоит душа во время молитвы благодаря этим собеседованиям сознательной молитвы. Дивные состояния рождаются в человеке во время моления благодаря сильному томлению и многому размышлению разума и постоянному молитвенному собеседованию с Богом, которое сопутствует человеку в мысли его и в молитвенном собеседовании его с Богом.

To koniec darmowego fragmentu. Czy chcesz czytać dalej?