Акшай, который был главным стражником, представил ребятам незнакомца. Роуз внимательно его слушала, а кулон продолжал тревожно вибрировать.
– Теперь вам составят компанию его превосходительство английский посол и главнокомандующий британской армией, а также уважаемый профессор Кокоболо. Им пришлось покинуть своё купе после того, как туда пробрался незваный гость, проникнув через окно. Из-за этого весь пол теперь усыпан стеклом, и они больше не могут там оставаться. К тому же его превосходительство желали посмотреть, где ещё успел побывать вторженец. Мы скоро прибываем в пункт назначения и…
– Всё, достаточно, – рявкнул генерал, отталкивая стражника.
Акшай вышел в коридор спиной вперёд и поспешил прочь, вертя в руках гребень и что-то ворча себе под нос.
Роуз с содроганием отметила, что на груди его превосходительства висит ключ на цепочке, причём довольно жуткий, в форме змеи. Военный сделал ещё один шаг, и за его спиной обнаружился гладко выбритый, сгорбленный человечек, на вид моложе генерала, в коричневом твидовом костюме и с покосившимся галстуком-бабочкой. Он выглядел совсем неприметным, если не считать блестящих тёмно-бордовых туфель – единственного яркого пятна в его наряде. Профессор робко поднял голову, но, встретившись взглядом с Роуз, широко распахнул глаза и быстро заморгал, словно от удивления. Вероятно, зрение у Кокоболо было слабое.
– Хотелось бы знать, что у вас искал вор? – громко произнёс главнокомандующий, глядя на беспорядок в купе, и сразу же фыркнул, помахав рукой перед носом. – Ну и вонь здесь стоит!
– Эй! – возмутилась Роуз.
– Эй? – переспросил генерал и посмотрел на Роуз сверху вниз. – Это ещё что такое? Вот невоспитанная девчонка! Ты, наверное, хотела сказать: «Прошу прощения», – не так ли?
– Нет, я сказала, что хотела и… – начала было Роуз, но вдруг поезд сильно дёрнулся, и всех мотнуло в сторону.
Руи легонько пихнул подругу локтем, чтобы она не ввязывалась в ссору с его превосходительством.
– Точно! Воняет… обезьяной! – объявил генерал и осуждающе указал хлыстом на Бахулу.
Бенгальский макак поднялся на задние лапы и сердито зашипел на обидчика, оскалив белые зубы. Генерал отшатнулся, явно напуганный, и выпал из купе, плюхнувшись на пол в коридоре.
«Так вам и надо», – с улыбкой подумала Роуз.
Профессор Кокоболо помог товарищу подняться, но тот оказался не особо ему благодарен.
– Не трожь меня, голова ты дырявая, – огрызнулся генерал: он сам встал на ноги, держась за дверной косяк, и отряхнулся, злобно поглядывая на Бахулу. – Макак-резус, если не ошибаюсь? Мне доводилось подстреливать таких – и не раз. Почему он не в вагоне для скота?
Роуз открыла было рот, но с усилием заставила себя сдержаться и сглотнула резкий ответ. Вот уж негодяй ничтожный! Она пока не знала, почему кулон недолюбливал генерала, но полностью разделяла ощущения волшебного амулета.
– Что ж, ваше превосходительство, бенгальский макак Бахула – мой верный спутник, – вежливо произнёс Руи.
– Ага, – поддержала мальчика Роуз, выпятив подбородок.
Генерал снова на неё покосился, и вид у него был такой, словно он смотрит на собачьи экскременты.
– Мастер Руи, я в курсе, что вы племянник махараджи и пользуетесь его любовью, но позвольте узнать, с кем вам не повезло делить купе? Что это за грубая девица? Да, она англичанка, но совсем не благородных кровей…
Прозвучал гудок паровоза, и Роуз вообразила, будто из ушей у неё тоже валит пар. Янтарный кулон шипел под платьем, отражая чувства хозяйки. От страха засосало под ложечкой. Похоже, камень пытался её предупредить. Роуз пока не знала, какую опасность представляет главнокомандующий британской армией, но намеревалась это выяснить.
– Ваше превосходительство, – начал Руи, – познакомьтесь с моей несравненной компаньонкой, мисс Роуз Маддл, наследницей состояния Темплфортов!
Профессор Кокоболо быстро заморгал и улыбнулся.
– Наследница? – фыркнул генерал, дескать, он ничего смешнее в жизни не слышал.
Роуз расправила плечи, уже готовая высказать ему всё, что думает.
– Роуз, – вмешался мальчик, вставая между ними и улыбаясь через силу, – мой дядя пригласил его превосходительство во дворец как почётного гостя, и мы очень рады, что он благословил нас своим визитом. Это влиятельный и уважаемый генерал, посол британского правительства… – Руи понизил голос и добавил едва слышно: – А ещё первоклассный кретин!
– Да-да, – подтвердил генерал, будто соглашаясь с оскорблением, хотя на самом деле и не уловил его.
Роуз хмыкнула.
Генерал опустился на сиденье, вжавшись в мягкую спинку. Он так и сочился нахальством, словно тёмной патокой. Стоило ему ударить по соседнему креслу хлыстом, как профессор Кокоболо, будто дрессированный пёс, поспешно уселся рядом, опустив глаза в пол.
– Дядя упоминал, что вы совсем неожиданно сели на поезд на станции города Кота. Что привело вас сюда? Почему вы направляетесь в Джайпур? – любезно уточнил Руи, надеясь разрядить атмосферу, и наклонился убрать свои вещи обратно в чемодан.
– Хм… Я занимался делами министерства в Дели, потом путешествовал по округу, а затем мои планы внезапно… изменились… – Генерал осёкся, но сразу взял себя в руки и добавил с апломбом: – Мне сообщили о новом захватывающем прожекте, после которого моё имя навсегда войдёт в историю колониальной Британской Индии!
– О, понимаю. Что это за прожект, ваше превосходительство?
Генерал постучал себя пальцем по носу.
– Пока не могу сказать, но скоро вы обо всём узнаете. В Джайпуре я буду присутствовать на открытии нового департамента космологии при музее, который финансировал богатый меценат и мой добрый друг.
– Это связано с вашей должностью главнокомандующего? – уточнил Руи с лёгким удивлением.
– Нет, вопрос, скорее, личного характера, – уклончиво ответил генерал. – Мы взяли в городе Кота важный груз – некий аппарат, над которым работал профессор.
Он махнул хлыстом на Кокоболо, и тот вздрогнул.
– Вас выбрали начальником департамента, верно? – спросил генерал. – Мм?.. Что вы молчите?
– Я, э-э-э… да, – нервно пробормотал Кокоболо. – Скоро произойдёт солнечное затмение, и я надеюсь собрать важные данные с помощью аппарата, который сконструировал в городе Кота, – объяснил он.
Янтарный кулон ударил Роуз слабым зарядом тока, и девочка подпрыгнула на месте. Кокоболо заметил выражение её лица, но промолчал и отвёл взгляд.
– Надо же, – медленно произнёс Руи. – Я и забыл про затмение. Уверен, зрелище будет величественное.
– Да, – с ухмылкой ответил генерал, и ребята заметили широкий промежуток между его передними зубами. – Луна полностью заслонит солнце, и светило будет казаться абсолютно чёрным.
– Чёрное солнце? – прошептала Роуз.
Желудок свело от волнения. Девочка оглянулась на Руи и обнаружила, что он сильно побледнел. Всё-таки это был символ зловещего Братства, с которым они столкнулись в Хоуве. На запястье у каждого из тех негодяев красовалась татуировка в виде чёрного солнца с человеческим лицом.
– Верно, – подтвердил генерал. – Наш благодетель пожертвовал крупную сумму на эксперимент, и я очень надеюсь, что вы нас не подведёте, Кокоболо. Он особенно заинтересован в загадочном феномене – и многое зависит от исхода этого дела.
– А что за эксперимент? – сдавленно произнесла Роуз.
Генерал не обратил на неё внимания. А профессор вдруг поднялся, слабо улыбнулся ребятам и поспешил к двери, пробормотав на прощание короткое:
– Извините.
– Куда вы собрались? – окликнул его генерал.
– Проверить оборудование, не случилось ли с ним чего-нибудь после инцидента с тем чужаком, – жалобно протянул Кокоболо.
– Человек он мозговитый, но совершенно невыносимый, – проворчал генерал, не потрудившись понизить голос. – Страдает от амнезии. Что может быть скучнее? Почти не разговаривает.
Кокоболо сгорбился ещё сильнее прежнего, быстро задвинул дверь и потопал по коридору. Роуз вовсе не винила профессора за то, что он сбежал. «Почти не разговаривает, тоже мне! Да он слова вставить не может!» Девочка сердито посмотрела на генерала. Кстати, и ей не хотелось сидеть здесь и выслушивать глупые речи военного. «Бедный профессор Кокоболо», – подумала она. Мало того что ему приходится путешествовать с грубияном, вдобавок ещё и болезнь его мучает. Роуз не знала, что такое амнезия, и на секунду даже испугалась, нет ли риска подхватить недуг.
– Ух ты! – жадно воскликнул генерал, прерывая её размышления. – Какой великолепный рубин, мастер Руи!
Мальчик задумчиво вертел в руках сокровище мистера Гупты. Услышав возглас военного, он поднял взгляд и сунул камень в карман.
– Да, камень принадлежал моему дорогому другу. К сожалению, он погиб в Англии, и я намерен вернуть рубин его семье.
– Вы хотите отдать драгоценность?! Но я готов заплатить большие деньги, если… – Генерал громко чихнул и прижал к носу платок. – Чёртова обезьяна! Похоже, у меня на неё аллергия.
Бахула покачал головой и свернулся в клубочек на коленях Руи.
Роуз нахмурилась, обдумывая всё, что произошло в последние минуты. Чужак пробрался в поезд через купе генерала… Какое любопытное совпадение! Потом он проник в багажный отсек, где хранилось ценное оборудование профессора Кокоболо. А затем направился прямиком в их с Руи купе и вытряхнул все вещи из чемодана мальчика. Что же надеялся найти сикх? В самом ли деле он искал рубин мистера Гупты – Камень пламени? Но зачем тогда предупреждал об опасности? Это было чересчур странно, но одно Роуз знала наверняка: янтарный кулон боялся генерала. Иначе почему он без конца вибрировал, словно дрожал от страха?
Роуз даже не сомневалась, что это недобрый знак.
– Роуз, мы уже прибываем! – радостно воскликнул Руи, бросая «Ежемесячный журнал иллюзиониста» в чемодан.
Поезд постепенно замедлялся, подъезжая к станции. Долгое путешествие наконец подходило к концу.
Роуз переполняло приятное волнение. Она выглянула в окно, посмотрела на большие розовые здания и открыла форточку, чтобы впустить в купе лёгкий ветерок. Стук колёс стал ещё громче, горячий воздух от поезда вздымал каштановые волосы девочки.
Генерал неодобрительно цокнул языком, проверил карманные часы и вышел в коридор. Роуз сразу же метнулась за ним, стараясь оставаться незаметной. Вероятно, он искал профессора Кокоболо, который пока не вернулся в купе. Но с чего бы ему возвращаться к такому грубияну?
Роуз покачала головой. По крайней мере, теперь она и Руи могли побыть наедине.
– Кулон словно с ума сошёл, когда к нам привели генерала, – прошептала она, прикрыв дверь. – И что он вещал о чёрном солнце? У меня от этого – мурашки по коже!
– Не забывай, здесь ты в безопасности, – сказал Руи, коснувшись её руки.
Роуз кивнула, но в её душу уже начали закрадываться сомнения.
Бахула тем временем увидел компанию торговцев на платформе и с интересом их разглядывал. Они предлагали горячий чай, сладости и фрукты, тропический аромат заморских товаров смешивался с запахом серы от паровоза. Роуз заметила торговца с деревянными игрушками, выкрашенными в яркие цвета. У поделок оказались большие глаза и добрые улыбки. Там были самые разные животные – гепарды, верблюды, тигры. Вот было бы здорово прикупить немного для её подруг из Хоува, которых она вызволила из работного дома, учредив Академию Темплфорт для выдающихся девочек на деньги, доставшиеся в наследство.
Роуз стала копаться в поисках мешочка с монетами, но поезд проехал дальше без остановки, и торговцы скоро остались позади. Теперь через открытую форточку в купе пытались забраться чумазые ребятишки. Они широко улыбались и визжали от восторга, разглядывая чужестранку.
Роуз приветливо им помахала и крикнула, переживая, как бы дети не упали под колёса поезда:
– Осторожно!
А потом вспомнила, что у неё ещё остались кое-какие лакомства, и хотела уже кинуть их прямо в форточку, когда по раме ударил хлыст и разом отпугнул всех ребятишек. Роуз вздрогнула от неожиданности. Она не заметила, как генерал вернулся!
– Не стоит их поощрять, – сказал он. – Жалкие попрошайки! Незачем покупаться на их лживые улыбочки. Что ж, я собираюсь сделать одно важное объявление, которое как раз касается этих вшивых паразитов…
Военного прервал резкий гудок, состав свернул налево. Послышались бодрые крики толпы. Встречающие бросали в воздух лепестки, били в барабаны и дули в рожки, приветствуя махараджу и его гостей. Роуз оперлась ладонями о подоконник и прижалась лбом к стеклу. Под ярким солнцем сверкали белые мраморные стены и колонны, словно они приехали не на железнодорожную станцию, а сразу в рай. Стражники собрались на платформе, вскинув длинные ружья на плечи, на шее у каждого красовалась жёлто-оранжевая цветочная гирлянда. Девочка совсем не ожидала такого горячего приёма.
Руи заглянул ей за плечо и расплылся в улыбке.
– Роуз Маддл! Мы прибыли на нашу станцию – платформу махараджи в Джайпуре! И пусть я буду первым, кто приветствует тебя в этом славном городе!
– Ну и ну, – прошептала Роуз.
Её переполняло сладкое предвкушение. Вот бы скорее сойти с поезда и увидеть все те чудеса, о которых рассказывал Руи!
Дети протиснулись через толпу в коридоре, а их чемоданы взяли работники станции. Руи распахнул дверь, и в лицо Роуз ударил горячий воздух, пропитанный ароматным дымом. Прямо через головы пассажиров на платформу передавали бесчисленный багаж, который складывали в огромную кучу. Роуз обратила внимание на две серебряные вазы размером со слонов и украдкой улыбнулась. Она знала, что в них махараджа брал с собой воду из индийской реки всякий раз, когда отправлялся в путешествие за границу.
Генерал уже стоял на платформе и отдавал приказы стражникам, которые пытались вытащить из багажного отсека тяжёлый на вид ящик восемь на восемь футов[7].
Кокоболо топтался рядом, печально разглядывая свое отражение в маленьком зеркальце. Роуз не видела его с того момента, как генерал рассказал о болезни несчастного профессора. Руи уже объяснил ей, что такое амнезия: это болезнь, когда часто всё забываешь.
– Убери наконец свою идиотскую штуковину, работа не ждёт! – рявкнул генерал, и Роуз поморщилась.
Он совсем не уважал бедного профессора. Кокоболо поспешно спрятал зеркальце и виновато заморгал, словно пёс, стянувший кусок с обеденного стола. А потом вдруг заметил Роуз, слабо ей улыбнулся и робко помахал. Она помахала в ответ.
Но Руи взял её за руку и оттащил в сторону.
– Сюда, Роуз!
– Интересно, что в ящике? – спросила девочка, оглядываясь через плечо. – Может, что-то нужное всаднику в чёрном?
Обсудить это ребята не успели. По станции разнёсся невозможно громкий гул, и Роуз увидела, как три стражника махараджи дуют в громадные трубы. Таких огромных музыкальных инструментов она никогда в жизни не видела: над головами трубачей вздымались гигантские воронки! Чуть поодаль какие-то люди держали платформу с фигурой в сверкающих одеждах. Роуз встала на цыпочки, чтобы получше её разглядеть. Толпа ликовала и осыпала всё вокруг лепестками. На длинных шестах развевались цветные ленты. Вскоре махараджа, который сошёл на станцию, пропал из вида, скрывшись за собравшимся здесь народом. Похоже, он и в самом деле был настоящим правителем Джайпура – все его просто обожали.
Над толпой снова подняли статую на разукрашенной деревянной платформе. Индийский бог Кришна сидел, скрестив ноги, эмалированная синяя кожа мерцала под солнцем. Сухой жаркий день был наполнен ароматом жасмина, яркие краски Джайпура ослепляли маленькую англичанку. Всё тут дышало тайнами и волшебством, и она не могла сдержать восхищения.
– Роуз, скорее! – позвал Руи. – Или они уйдут без нас! А я столько должен тебе показать. Ты глазам не поверишь, когда увидишь дворцовый комплекс и…
Крики толпы заглушили слова мальчика. Со всех сторон на ребят смотрели улыбающиеся лица. К ним тянулись руки, осыпающие детей жёлтыми и оранжевыми лепестками.
Вдруг Руи отшатнулся и воскликнул:
– Азиатский слон!
– Что опять такое? – встревожилась Роуз и оглянулась.
К ним шагал настоящий слон с длинным хоботом, украшенным розовыми, зелёными и жёлтыми цветочными узорами. Роуз ахнула. Живой слон!
– Такого большущего я и сам никогда прежде не видел, – признался Руи, разинув рот от изумления.
Генерал, не обращая внимания на крупное животное, которое шло прямо на него, продолжал отдавать приказы, размахивая хлыстом. Ящик уже загружали в тележку.
– Отвезите его в музей под надёжной охраной! – кричал генерал. – Никому не позволяйте к нему прикасаться! ЯСНО?!
Он разговаривал с грузчиками так, будто они были полными идиотами. Роуз поёжилась. Как неприятно, что этот человек представляет её страну.
Кокоболо стоял подле военного и переводил каждую фразу главнокомандующего на хинди. Роуз надеялась, что профессор старался подавать его реплики вежливо и понятно. Генерал посмотрел на карманные часы, совсем не замечая стоявшего у него за спиной слона. Огромный хобот обвил шлем англичанина и приподнял, чтобы водрузить его себе на голову. Толпа зашлась восторженными криками.
– А? – вякнул генерал, хлопая себя по макушке, и развернулся на каблуках.
– К-Х-Т-Р-Р-Р-О-О-О-О-О-О-О! Г-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Р-Р-Р-Р!
Слон затрубил ему прямо в лицо, взметнув волосы и обдав потоком склизкой влаги. Генерал замер от потрясения и даже выронил хлыст. Роуз и Руи поспешно отвернулись, сгибаясь пополам от хохота. Как раз в этот миг девочка заметила господина в чёрном костюме и цилиндре. Он передал одному из погонщиков – махауту – какой-то мешочек. Махаут неуверенно его принял, а затем повёл самых маленьких слонов, которые уже находились на станции, к ребятам.
– Падма! – ахнул Руи и помчался обнять ближайшего слонёнка. – Она самая юная в нашем стойле и моя любимица, – объяснил он.
Падма ласково обняла мальчика хоботом и любовно сжала. Бахула запрыгнул в седло и быстро устроился на спине слонихи. Он словно сидел в кресле.
– Наша карета ждёт, – Руи показал на маленькую слониху.
Падма опустилась на колени, и Роуз нервно сглотнула. Ей прежде не доводилось ездить верхом даже на лошади! Она погладила кожу слонихи и обнаружила, что та вовсе не плотная и сухая, как можно было подумать, а мягкая и нежная.
– Намасте[8], – прохрипел махаут, складывая ладони в молитвенном жесте.
Роуз заметила, что в Индии все так друг с другом здороваются, и уже начала к этому привыкать.
– Наместе, – сказала она, пытаясь как можно точнее повторить жест махаута, и приветливо ему кивнула.
А потом Роуз забралась в седло и крепко обхватила Руи за пояс, чтобы не свалиться.
Погонщик легонько похлопал Падму по спине, и та выпрямилась.
– О-о-о-о-ой! – взвизгнула Роуз и подумала: «Да, с этим ничто не сравнится!»
На лице у неё заиграла улыбка. Сейчас Роуз почувствовала себя самой счастливой девочкой на планете.
Роуз, Руи и Бахула ехали по широкому бульвару, покачиваясь на маленькой слонихе. Народ собирался на улицах, верандах, крышах и осыпал процессию махараджи золотистыми лепестками, празднуя возвращение правителя. Он уезжал в Англию, чтобы встретиться с королём в Лондоне, а Руи в это время гостил у своей бывшей гувернантки мисс Темплфорт в Хоуве. Там он и познакомился с Роуз.
Джайпур походил на город из сказочной страны. Девочка с восхищением разглядывала розовые здания с узорными архитектурными элементами, сияющие под жарким солнцем, от которого все краски казались ярче. Она слышала непривычную местную музыку, людской смех, и внутри у неё всё бурлило от восторга. Роуз Маддл, прачка из работного дома, стала наследницей богатого рода, а теперь ещё и участвует в торжественной процессии в Индии! На самом деле она чувствовала себя как самозванка, но всё равно широко улыбалась и приветливо махала рукой.
Генерал и профессор Кокоболо ехали далеко впереди, как раз на слоне, который чихнул на британского главнокомандующего. Руи показал на них, едва сдерживая смех. Слон то и дело оглядывался, прикидывая, получится ли снова стянуть шлем генерала. А грубиян только щёлкал хлыстом, отмахиваясь от хобота, и ничему не радовался.
А ещё дальше маршировали стражники, рядом с экипажем махараджи, запряжённым двумя слонами. Все встречали правителя радостными криками и тянулись к нему.
По крышам бегали обезьяны, следуя за процессией, и Роуз поразилась тому, насколько они большие – раз в пять крупнее Бахулы!
Она похлопала Руи по плечу и показала на них пальцем.
– Ну они, конечно, не того вида!
– Очень даже того, – с улыбкой ответил Руи. – Бахула вырастет и станет таким же!
Бахула ухмыльнулся.
– Пожалуйста, не вырастай, – попросила зверька Роуз. – Я люблю тебя таким, какой ты…
Девочка не успела договорить. У одного из торговцев опрокинулась корзина, и на дорогу посыпались спелые плоды манго.
– Держись крепче, – сказал Руи, подаваясь вперёд: он хотел рассмотреть, что там происходит.
Падма неуклюже шагнула в сторону, а Роуз съехала набок.
Она с трудом удержалась в седле и вскрикнула:
– Чтоб меня!
Вслед за манго вдруг выехала телега и отрезала Падму от остальной процессии. Народ бросился подбирать плоды. Люди о чём-то спорили. Махаут закричал, наверное, упрашивая толпу, чтобы их пропустили, но ничего не помогло. В довершение всего на дорогу вышла корова и остановилась, явно не собираясь в скором времени двигаться с места. Падма отшатнулась и затрубила.
Роуз мотнуло вперёд-назад, а Руи похлопал слониху по голове, пытаясь утихомирить.
– Тише, милая подруга. Не волнуйся и не бойся.
Падма немного успокоилась, и Роуз огляделась по сторонам. В толпе мелькнули золотые кудри, и у девочки ёкнуло сердце. Неужели здесь Мисси?! Она сощурилась, вглядываясь в путаницу голов и рук, но увидела только какого-то ребёнка, на макушке которого была корзина, наполненная древесной стружкой.
Это никак не Мисси. Роуз вздохнула с облегчением. Та ей просто привиделась. Наверняка Руи прав. В конце концов, что вредной маленькой леди делать в Индии?
– Ты в порядке? – спросил Руи.
– Да, – ответила Роуз и помотала головой, отбрасывая лишние мысли.
Махаут повёл слониху вперёд, размахивая палкой, чтобы разогнать толпу, и ворча:
– Чаал, чаал[9].
– Куда он нас ведёт? – спросила Роуз.
Они свернули на боковую улочку, и процессия махараджи совсем пропала из вида.
– Думаю, во дворец окольным путём, – предположил Руи.
С обеих сторон от узкой дороги возвышались здания с террасами и с широко открытыми дверьми. Роуз было видно, как люди трудятся: прядут, плетут корзины, чинят обувь. Повсюду блуждали собаки, козы и коровы, никто особо за ними не приглядывал.
– Чьи это животные? – спросила Роуз.
– Они не принадлежат никому, – ответил Руи, широко улыбаясь, – и в то же время всем!
– Как так?
– Мы – индийцы – ухаживаем за животными. И кормим всех, вплоть до муравьёв! Каждый день. Мы считаем, что они особенные – и о них надо заботиться. Даже о шаловливых обезьянках!
С этими словами он пощекотал Бахулу по макушке. Маленький макак принял рассерженный вид, но тоже расплылся в улыбке.
– Даже муравьёв! – хихикнула Роуз.
Всё здесь было совершенно другим – не только язык и цвет, но и само человеческое мышление. И ей это очень нравилось.
Падма прошла под ярко-оранжевыми тряпками, которые сушились на верёвке, протянутой над улицей. Друзья пригнулись, чтобы не задеть их головами. Слониха выбралась на оживлённый рынок, и атмосфера резко изменилась. Высокие розовые здания тянулись высоко в чистое синее небо.
– Мы на базаре! – объяснил Руи, перекрикивая шум. – Дворец прямо за углом.
Торговцы сидели на земле среди разноцветных овощей. Повсюду звучала причудливая музыка, в воздухе витал запах горячего, пряного дыма.
Махаут отвёл Падму в самое сердце общего хаоса. Все протягивали товары: ковры, голубые и белые горшки, безделушки, замысловатые тапочки. Везде бегали смеющиеся ребятишки. Роуз стало не по себе.
– Просто безумие какое-то, – прошептала она.
– Ты быстро привыкнешь, – сказал Руи. – Жизнь налажена как в большом механизме, но шестерёнок очень много, их целые тысячи, все разные, и каждая делает что-то своё. У нас есть особое слово, которого нет в твоём языке. Джугад – то есть изобретательность, если таковая необходима, понимаешь? Именно находчивость и делает индийский народ столь потрясающим!
В небо поднялась стая голубей, громко хлопая крыльями.
– Может, ты наберёшься немного этого джугада и выведешь нас отсюда? – предложила Роуз.
Дзы-ы-ы-н-нь!
Огромные музыкальные тарелки ударились друг о друга, и толпа сразу затихла. Махаут резко замер, Падма остановилась. Роуз вытянула шею и разглядела небольшую платформу, окружённую странными высокими зеркалами, искажающими всё, что в них отражалось. Начали бить в барабаны, снова зазвенели тарелки…
ВШУХ!
Стена пламени пронеслась по платформе. Из-за отражений в зеркалах она казалась во много раз больше.
– Что тут у нас? – сказал Руи, слезая с Падмы.
Бахула запрыгнул ему на плечо.
Мальчик огляделся и крикнул махауту:
– Мы ненадолго!
– Эй! – окликнула его Роуз. – Меня не забудь!
Она перекатилась на живот и повернулась, свесив ноги в ботинках на невысоких каблуках. А потом спрыгнула на землю, отряхнула руки и подула на волосы, упавшие на лицо.
Руи уже продирался через толпу, но получалось довольно медленно. Все спешили к импровизированной сцене, словно мотыльки, летящие на огонь. Роуз быстро нагнала друга и взяла за локоть. Она заметила компанию европейцев, приехавших отдохнуть в экзотическую страну. На фоне ярких красок Джайпура они выглядели очень нелепо в своих тёмных одеждах, высоких шляпах, капорах, зонтах с чёрной бахромой. Прямо на похороны собрались! Роуз опустила взгляд на своё строгое зелёное платье и нахмурилась. Скорее бы от него избавиться!
Дым рассеялся, и на сцене появился сгорбленный артист в цилиндре, закутанный в длинный чёрный плащ. Роуз ахнула. Разве не он давал деньги их махауту? Горбун шагнул вперёд, и перед ним приземлился крупный попугай, тоже в цилиндре, только миниатюрном.
Роуз оглянулась и увидела, как махаут привязывает Падму к столбу и спешит куда-то по улице. Неужели он решил бросить их здесь, на базаре?