Вите едва удавалось сдерживать внезапно участившееся дыхание. Она правда в него верит? Или это лишь глупое заигрывание? И для чего, в таком случае, спрашивается?
– Ладно, уговорили, – сдался Леха. – Поговорю я с Петровичем сегодня, завтра подойди к нему тогда перед физрой. Но я ничего не обещаю.
– Спасибо, кэп, – обрадовался Витя.
– Да не за что, – ответил он. – Чего, пойдем на историю?
– Да, я только Серегу дождусь, – Витя поставленную цель выполнил и пока больше в компании Насти находиться не собирался.
– Ладно, увидимся в классе.
Витя успел заметить, как Настя подмигнула ему на прощание. Зверь внутри радостно заурчал. Ну, вот зачем она это делает? Знает ведь прекрасно, скорее всего, что Витя к ней до сих пор неровно дышит. Или тут действительно нет никакой подоплеки, просто безобидный дружеский жест, а Витя себе уже нафантазировал? В любом случае, сердце немножко, но ликовало. Причем само не знало, от чего.
– Ну чего, ты слышал, как я его уломал? – подошел к нему Сережа.
– Да, ты молодец, – ответил Витя, все еще смотря Насте вслед. – Я вот чего подумал – может мне стоит попробовать с…
Витя не успел договорить, как мимо прошла Ларионова собственной персоной. Витя рефлекторно улыбнулся и дружелюбно помахал рукой. Та лишь про себя фыркнула и, стараясь не смотреть в его сторону, пошла в направлении кабинета истории.
– Серьезно? – в силу обстоятельств, Сережа не совсем верно раскусил движение его мысли. – Все же решился? Это твое желание или похотливого волчары внутри тебя?
– Да я сейчас не совсем об этом… Сергей, вот что Вы все опошляете? Да, я считаю, что мне нужно двигаться вперед в том числе, – невозмутимо ответил Витя. – А Ларионова, в принципе, действительно весьма симпатичная. Может, если я узнаю ее получше, то и мнение о ней поменяется.
– Насильно мил не будешь, – заметил Сережа. – А ты сейчас, как мне кажется, больше стараешься убедить себя в том, что она в твоем вкусе. Не, она, конечно, действительно весьма сексуальна, но я ведь тебя знаю, ну не нравится она тебе. И никогда не понравится как девушка.
– Да знаю я, – резко ответил Витя. – Просто мне нужно не думать о Насте, которая маячит перед глазами с Лехой под ручку… Я ужасный человек, да?
– Ну, смотря, с позиции какого гендера смотреть, – глубокомысленно заметил Сережа. – Лично я считаю, что в твоих действиях нет ничего противоправного.
– Спасибо, друг, – улыбнулся Витя. – Пропустим по пивку после школы?
– А тебе колоться разве не… А, ну да, прости, не подумал.
– Я вот чего подумал – а вдруг это мутировавший Rabies virus? – рассуждал Сережа.
– Бешенство? – переспросил Витя.
– Ну да. Сам смотри – очевидно, что это группа зооантропонозов. Заражение происходит посредством укуса. Я могу ошибаться, но вроде как бешенство – единственная болезнь, передающаяся подобным образом от млекопитающих.
– Инкубационный период слишком мал, – не согласился Витя. – Минимум дней десять должно пройти. Если это действительно инфекция, то она распространилась по организму меньше, чем за двадцать четыре часа. Ну и мы не можем говорить точно о патогенезе.
– Интересно будет узнать, насколько вирус оборотничества чувствителен к температурам, раз уж речь зашла о патогенезе, – подхватил Сережа. – Насколько он устойчив при высоких температурах, допустим, градусов сто? Или, наоборот, низких?
– В деревне у меня в баню сходим и проверим, – хмыкнул Витя, отхлебывая свое любимое чешское темное.
– Да, давно мы к тебе не ездили.
Они стояли на безлюдной платформе в абсолютной тишине, лишь изредка прерываемой товарными поездами. До ближайшей электрички еще много времени, так что никто им не мешал вести активную беседу. Раньше тут часто много кто тусовался из молодежи, но после всех событий жители Белоомутска натурально боялись подходить к лесополосе ближе, чем на пушечный выстрел. Но Витя с Сережей, которые знали чуть больше, чем весь остальной поселок, были сейчас абсолютно спокойны. Омега наверняка сейчас где-то там, в поселке, в облике человека. А, может, и нет. Может он и не из Белоомутска вовсе, а из каких-нибудь соседних районов. Но думать сейчас об этом не хотелось. Вечерний зимний лес внушал умиротворение и безмятежность. Его ослепительная белизна буквально кричала о бессмысленности любых переживаний. Морозный воздух держал голову в тонусе, а еловый запах, который Витя чувствовал особенно сильно, расслаблял, будто хороший чай.
Когда Сережа подкурил, Витя непроизвольно поморщился. На немой вопрос он объяснил, что в связи с обострившимся обонянием сигаретный дым для него теперь, мягко говоря, неприятен. Да и вообще – родители у него не курят, крестный недавно тоже бросил, а он чем хуже? Сережа лишних вопросов задавать не стал, а молча отошел на приличное расстояние, чем заслужил Витину бесконечную благодарность.
Первый учебный день заставил Витю задуматься. Он понимал, что Леха в какой-то степени прав – в футбол он играть не умел никогда. Но сейчас есть реальная возможность для новой жизни. Доказать, что Витя Соколов не просто подающий надежды милый мальчик, мечтающий о поступлении в медицинский. Доказать… Кому? Родителям? Одноклассникам? Или все же одному единственному человеку по имени Анастасия Цветаева? Цветик… Он так ее называл, когда они близко общались. Витя поймал себя на мысли, что многое бы отдал, лишь бы ее еще раз так назвать.
Ужасное чувство, когда разум говорит одно, а сердце совсем другое. Вите хотелось зайти в самую чащу леса и просто кричать в пустоту. До хрипоты. Выплеснуть эмоции. Главное только при этом не превратиться и не зашибить в эмоциональном экстазе какого-нибудь зайца. Или, чего доброго, лося.
Витя приметил замаячившую вдалеке неясную мужскую фигуру. Она не торопясь дошла до железной дороги, на секунду остановилась, словно оглядываясь вокруг, перешла пути и направилась дальше в лес, как ни в чем не бывало.
– Господи, какой идиот решил по лесу прогуляться? – вернувшийся Сережа тоже заметил того человека. Витя еще раз пригляделся. Бородатое лицо, чуть прикрытое воротом серого пальто, казалось каким-то до ужаса знакомым.
– Кажется это Макс, – нахмурился он.
– Какой Макс? – не понял сначала Сережа. – А, стоп, тот самый второй оборотень, который тебе вчера люлей отвесил?
– Именно, – ответил Витя. – И сейчас мы пойдем за ним.
– Ну нет! – запротестовал Сережа. – Мне вчера хватило жителей общины на свою психику. Одного оборотня мне вполне достаточно для веселой жизни.
– Слушай, мы вчера убедились, что Макс не Омега, да и вроде как даже не особо опасен, – Витя не хотел сдавать позиции. В памяти у него, конечно, все еще крепко стояли события вчерашнего вечера, но сейчас он был уверен, что все будет иначе. – Ну, ладно, я убедился, по крайней мере. Серег, нам нужны ответы. И, хочешь ты этого или нет, но я на сто процентов уверен, что оборотень сможет куда лучше ответить на вопросы об оборотнях, чем любые книги, как бы хорошо они не были написаны. И единственный наш вариант – это Макс. Ибо Омега вряд ли станет нам что-то доходчиво объяснять.
– Терпеть не могу, когда ты прав, – недовольно буркнул Сережа. – Как думаешь, а его те друзья, они тоже…
– Вот и узнаем, – ответил Витя, одним глотком допивая пиво и отправляя бутылку в мусорку. – Пошли.
– Взять след! – весело скомандовал Сережа.
– Как оригинально, – закатил глаза Витя.
Впрочем, именно это ему и пришлось сделать. Когда друзья добежали до места, где Макс переходил пути, Витя принюхался. Они могли пойти по его следам, но на снегу еще остались признаки их вчерашней вылазки. Проще было выслеживать Макса по еле уловимому запаху. Как только Витино обоняние зацепилось за невидимые тонкие нити, сразу взыграли инстинкты. Они будто направляли его по верному пути, буквально нашептывая его в подсознании подростка.
Так далеко в лес Вите еще не доводилось заходить. По крайней мере, без родителей. Они уже давно миновали заброшенную пятиэтажку, углубляясь все дальше и дальше. Среди заснеженных крон деревьев друзья себя чувствовали будто под куполом. Лишь изредка пробивались лучи угасающего солнца. Сугробы, не тронутые цивилизацией, словно непреодолимые крепости, возвышались со всех сторон, будто скрывая что-то. Того и гляди – сейчас из-за них заяц выскочит в такой же белоснежной шкурке. Или еще какой-нибудь зверь. В таком диком лесу можно было ожидать чего угодно. Но пока стояла благоговейная тишина, лишь изредка прерываемая вороньим карканьем, да мерным постукиванием дятла о древесную кору. Вот друзьям под ноги упала шишка – Витя непроизвольно поднял голову вверх и едва успел заметить беличий хвост, который скрылся среди ветвей.
Волк внутри отчаянно хотел играть. Ему явно нравилось то, что он сейчас видит. Витя чувствовал это. Хотелось носиться сломя голову, прыгать через эти сугробы, изредка зарываясь в них носом в поисках чего-нибудь съестного. Все эти ощущения заставляли юношу улыбаться во весь рот, отчего Сережа даже пару раз спросил – все ли с ним в порядке.
– Это все инстинкты, – отвечал Витя. – Я не знаю, как это объяснить так чтобы ты понял. Я просто… Просто чувствую, будто я дома.
Вдалеке показался просвет. Видимо, лес там заканчивался и начиналась более равнинная местность. Но на самом деле друзья вышли к небольшому покрытому льдом озеру.
– Вау… – им только и оставалось, что восхищаться.
Они слышали об этом озере. Но даже не представляли, что пейзажи здесь настолько красивые. Как завороженные, они оглядывались по сторонам, словно пытаясь вдохнуть красоту каждой снежинки, каждого дерева и каждого дуновения прохладного зимнего ветра. И вдалеке, за озером, они, наконец, увидели ряд деревенских домиков, будто сошедших с иллюстрации к русским народным сказкам. Они были маленькие и аккуратные, укутанные в снежную шубу. Вите почему-то вспомнились пряничные домики. Вне всяких сомнений – это было именно то, что они искали. Наконец-то они достигли общины.
Гой ты, Русь, моя родная,
Хаты – в ризах образа…
Не видать конца и края —
Только синь сосет глаза.
Есенина Витя процитировал почти непроизвольно. Настолько это сейчас было подходящим по атмосфере.
– Ну, что я могу сказать, – заключил Сережа. – Эти лесники умеют выбирать живописное место проживания.
Вблизи община была точно такой же, какой казалась издали. Милые заснеженные домики, которые, судя по выходящему из каждого дымохода дыма, отапливались вручную. Сама территория общины была обнесена легким проволочным забором. Лишь на входе стояли недавно покрашенные железные ворота с надписью «Добро пожаловать!» и рядом открытая дверь на вход и выход. Местные, видимо, совершенно не боялись и не стеснялись того, что к ним могут нагрянуть поселковые или еще кто-нибудь. Да и вообще община выглядела совершенно не так, как представлял себе Витя – вместо полуразрушенной деревни, перед друзьями предстало вполне себе ухоженное подобие садоводческого товарищества. Дорожки были старательно отчищены от снега, вдалеке можно было видеть пару человек, которые шли куда-то по своим делам, почти в каждом окне уже горел свет. Община производила максимально приятное впечатление, да так, что Витя даже поймал себя на мысли, что был бы не против и сам тут поселиться.
– Уверен, что нам прям именно внутрь надо? – уточнил на всякий случай Сережа.
– Ну, вход открыт, – сказал Витя. – Раз открыто – значит можно.
– Просто я сейчас вспомнил фильм «2001 маньяк» и мне немного не по себе, – Сережа беспокойно озирался по сторонам.
– Слушай, прекращай панику наводить, – мягко улыбнулся другу Витя.
– У меня есть для этого все основания, – Сережа если и не боялся жителей общины, то относился с подозрением уж точно. – Господи, в какой дурдом превратилась моя жизнь! И на кой я тебя только к Насте потащил, лучше бы ты действительно математику в ту ночь зубрил.
– Твоя жизнь превратилась в дурдом? – с иронией уточнил Витя.
– Да! Моя! Ты получил ачивку в виде волчьей силы, а я теперь сиди и за обедом с Гришей общайся! – выругался Сережа и с максимальным достоинством прошел на территорию общины.
– Кстати об общении, – Витя нырнул следом за другом. – Ты созванивался с Катей?
– Да, – ответил Сережа. – Пообещали друг другу погулять в городе, как только ее выпишут.
– Ну, это главное. Я рад за вас.
– Присоединишься к нам с Ларионовой? – как бы невзначай спросил Сережа. – Будет двойное свидание.
– Обязательно, друг мой, – Витя старался вложить в эту фразу как можно больше артистизма.
– Простите! – услышали подростки мужской голос. – Молодые люди, я могу вам чем-то помочь?
Обращался к ним низкорослый и довольно коренастый мужичок средних лет. Несмотря на явный деревенский стиль в одежде, выглядел он весьма опрятно. Элегантная эспаньолка придавала ему некой аристократичности среди деревенских пейзажей. Голос был жесткий, но в то же время располагающий к себе и по-отечески добрый. Да и взгляд этого мужичка ясно говорил, что перед Витей с Сережей сейчас стоит человек, максимально уверенный в себе.
– Нуу, – замешкался Витя. – Мы тут ищем одного человека…
– Что ж, тогда вы по адресу, – улыбнулся мужичок. – Я, как основатель этого небольшого, но уютного поселения, обязан знать всех его жителей.
– Вы Игорь Семенов? – спросил Сережа.
– Он самый, – кивнул мужичок. – Так кого вы ищете? Помогу чем смогу.
– Молодого такого парня, – начал Витя. – Фамилию уж не знаю, но зовут его Максим. Бородатый такой. Надеюсь, что Вы поняли, о ком речь.
– Как же не понять, – просиял Игорь. – Что ж я, сына своего не узнаю?
– Он Ваш сын? – хором спросили Витя с Сережей.
– Ну, не родной, к сожалению, – уточнил Игорь. – Но с таким, как Максим, никакие родные не нужны. На все руки мастер. Всегда был очень целеустремленным мальчиком. Ну и я его многому обучил. А зачем он вам?
– Ох, знаете, это очень долгая история… – Витя не успел придумать, как все максимально завуалированно объяснить, но Игорь ему такой возможности и не дал:
– Раз долгая, то нечего твоему другу тут стоять и мерзнуть, пройдемте ко мне в, так сказать, офис. Я Максиму оттуда наберу, он сейчас должен быть где-то недалеко. А пока посидим, чай попьем, а может и чего покрепче, если желаете.
Игорь либо сам по себе был настолько радушным человеком, либо просто проникся к двум заблудшим подросткам симпатией. Витя не мог не заметить, что напряженный до этого Сережа явно расслабился. Особенно после того, как Игорь упомянул про «покрепче».
– А что у Вас есть?
– Самогон, естественно. Не переживайте, качественный. По лету заготавливаем, настаиваем на черной смородине. Сам его с мужиками распиваю порой, гости-то у нас явление не частое. Только вам восемнадцать-то есть? – неожиданно серьезно спросил Игорь, но, заметив смятение друзей, звонко рассмеялся. – Да шучу я, вижу, что парни вы уже взрослые. Главное, когда выпиваешь – знать меру и с головой дружить, я вот так считаю. А по сколько вам на самом деле, если не секрет?
– По семнадцать нам, – ответил Сережа.
– Пф, ну так тем более – семнадцать, восемнадцать, существенной разницы никакой. Так, ну пройдемте уже, нам туда.
Игорь указал на ближайший от ворот домик. Единственный, не обжившийся участком, он, скорее всего, выполнял функции сторожки. Ну и раз Игорь сравнил его с офисом, то еще и личного кабинета основателя общины. Это Витино предположение подтвердилось, когда они оказались внутри. Прихожая вела в две комнаты – одна большая и просторная с большим дубовым столом посреди нее, за которым сидел человек и что-то усердно печатал в ноутбуке, сверяясь с какими-то бумажками по правую руку от него. Обставлена комната также была и книжными шкафами – Витя успел разглядеть огромное количество философских трудов – от Освальда Шпенглера до Канта.
– Ну чего там, поселковые заблудились, Игорь Владимирович? – не глядя в их сторону, подал голос человек за столом.
– Почти, – ответил Игорь. – Два молодых человека хотели о чем-то поговорить с Максом. Так что, Жень, если тебе не трудно, то можешь пока прерваться с отчетом? Все равно НИИ у меня его требует только к концу недели, к жене вон пока сходи.
Коротко кивнув, Евгений быстро захлопнул ноутбук, собрал бумаги и вышел из сторожки, по пути бросив странный взгляд на друзей, от которого Витя слегка поежился.
– Так, – продолжил Игорь. – Присаживайтесь за стол, можете не разуваться, я пока в соседнюю комнату, за стопочками. Ну и Максиму заодно позвоню.
Игорь удалился, а подростки остались наедине со столом и большим количеством книг. И слегка в небольшом недоумении.
– Знаешь, какая-то очень странная община, – высказал мысль Сережа, которая также посетила и Витю. – Я чего-то думал, что здесь все, ну, совсем уж дико, а тут прям цивилизованно.
– Ну, люди может просто хотят жить ближе к природе, что такого? – Витя сам не заметил, как подсознательно начал уже оправдывать местных.
– Они могли приобрести какой-нибудь дом за городом, – не согласился Сережа. – Вот и жили бы себе ближе к природе. А тут люди сознательно забрались максимально в глушь. Будто боятся кого-то или скрываются.
– Мне кажется, что ты уже додумываешь, – ответил Витя. – Меня больше занимает вопрос, почему Игорь именно тебя отметил, когда пригласил нас сюда. Я настолько не произвожу впечатления мерзлявого человека?
– Не знаю, может он решил, что я слишком холодно одет, – выдвинул мысль Сережа, присаживаясь за стол. – Он отчасти прав, я действительно немного замерз.
«Возможно», – подумал про себя Витя, присоединяясь к Сереже. Но какое-то внутреннее чувство странной тревоги не покидало его. Именно его собственное чувство, а не волчье. Оно-то было на удивление спокойным. Община слишком уж к себе располагала. Все происходящее было до неправильного правильным. Будто это местные обитатели живут нормальной жизнью, а не Витя с Сережей, да и все проживающие в Белоомутске.
В комнату вернулся Игорь с подносом с тремя рюмками на нем и тарелкой с малосольными огурчиками. Все так же мило улыбаясь, он любезно поставил две рюмки перед друзьями, а сам сел напротив них.
– Ну, за знакомство, – предложил он тост. – Максиму я отзвонился, он с минуты на минуту должен подойти.
Витя быстро осушил рюмку. Самогон теплым комком прошелся по горлу и опустился в пищевод. Он действительно был весьма хорош – с приятным запахом и совершенно без ощущения спирта. Даже закуска не очень-то и нужна была. Хотя Сережа, напротив, тут же после глотка захрустел. Слегка поморщившись, Витя все же последовал его примеру – лишним не будет, да и отказываться как-то было не очень культурно.
– А чем община живет? – этот вопрос его интересовал еще с того момента, как он впервые про нее вообще услышал.
– Да всем понемногу, – ответил Игорь. – У нас каждый волен заниматься тем, чем сочтет нужным. Макс, например, работает на каком-то предприятии, связанном с продукцией животного происхождения. Я кроликов развожу. На том конце общины шеды. Около тысячи голов. Сейчас, правда, небольшие проблемы с популяцией, Женя, вы его видели, помогает мне, связал с ближайшим кролиководческим НИИ.
– Кроликов? – заинтересовался Сережа. – Какие породы?
– Белые великаны и Советская шиншилла в основном, – перечислил Игорь. – Есть еще Калифорнийская порода, Чернобурка. Я еще немного гибридизацией балуюсь.
– А что за проблемы с популяцией? – Сережа почувствовал себя на своей территории.
– Основной доход с моего кролиководства держится на Белых Великанах, а самки в последнее время плохо случаются. А многие крольчата из исходных пометов погибают. Может, какая инфекция, может еще что. Поэтому НИИ и запросил отчет о случках, чтобы они могли составить более цельную картину.
– Может Вам стоит перейти с Белых Великанов на Белых Паннонов? – предложил Сережа. – Они более неприхотливы, выше коэффициент оплодотворения, рождаемость тоже. Да и мясной выход около 60%.
– А ты, смотрю, разбираешься, – похвалил его Игорь. – Рассматривал я возможность приобретения этой породы. Но не сдавать же из-за временных трудностей все поголовье Великанов на мясо? Может быть, со временем я закуплю несколько голов Белых Паннонов для эксперимента, но пока меня и эти устраивают.
– И Вы, получается, собственноручно все это построили? – продолжил расспрос Витя, пока Сережа окончательно не заболтал Игоря.
– Я? Построил? Ох, нет, мальчик мой, я ничего не строил. Реставрировал – вот более точное слово. При Союзе здесь была заброшенная деревня. Я всего лишь выкупил ее территорию. Собрал энтузиастов со всей России и совместными усилиями мы создали то, что вы сейчас видите.
– Но зачем? – не понимал Витя. – Что вдруг заставило Вас бросить все и перебраться сюда?
– Когда-то константой моей жизни были деньги, но в один момент я понял, что это все липа. Захотелось создать особое место, безопасный островок, для таких, как мы, – при этих словах, Игорь, не отрываясь, смотрел на Витю.
– Таких, как… мы? – осознание всей ситуации дошло до него не сразу. Даже когда Витя на долю секунды заметил, как у Игоря изменился цвет глаз, он все еще пытался переварить сказанное. Испугаться он не успел – входная дверь открылась, и на пороге показался жующий булочку Макс.
– Ну и чего ты от меня хотел? – спросил он, не заметив сначала подростков. Затем, осознав, что в комнате они отнюдь не вдвоем, да и лица у гостей знакомые, манерно закатил глаза. – Да ладно, опять вы?
– Привет! – жизнерадостно помахал ему Сережа. Витя не отреагировал никак – он все еще ошеломленным взглядом смотрел на Игоря. Тот был явно доволен собой.
– Сынок, эти двое молодых людей очень хотели с тобой поговорить. Не знаю уж, о чем, да мне и не очень интересно. Вынужден откланяться, все же это ваши личные беседы. Макс, будь вежливым. Бутылка открытая если что – в соседней комнате.
– Чтоб я еще раз повелся на твое «срочно», – пробормотал Макс, провожая своего приемного отца недовольным взглядом. Затем перевел его на друзей. – Ну и какого хрена вам надо?
– У меня… – Витя пытался собраться с мыслями. – У меня есть вопросы. И, так уж вышло, что только ты на них сможешь ответить.
– Боже, что за новообращенные пошли – ничего сами не могут, – вздохнул Макс. – Ладно, тебе нужна информация, окей, уделю тебе полчаса своего времени, постараюсь ответить на все, что тебя интересует. Только давайте сделаем так, чтобы эта встреча была нашей последней? Честно вам скажу – не хочу возиться со школотой.
– Ой, вы посмотрите на него, взрослый нашелся, – возмутился Сережа. – Тебе самому-то сколько лет? Девятнадцать?
– Двадцать три, – спокойно ответил Макс. – Слушай, парень, – обратился он уже к Вите. – Прости, не знаю, как тебя зовут…
– Витя, – ответил он.
– Вить, можно я сперва один вопрос задам? Нафига ты припер с собой этого? – кивнул он в сторону Сережи.
– А я подстраховка, – выпятил он грудь.
– Ты? – Макс был готов расхохотаться. – Мальчик со щенячьими глазами и в шапке с Миньоном? Хороша у тебя, Вить, подстраховка.
– Знаешь, – Витя уже приготовился к тому, что Сережу уже с минуты на минуту потребуется срочно затыкать. – Твой приемный отец интересный и культурный человек. А у тебя никакого такта. Он вообще в курсе, чем ты по ночам занимаешься?
– Имеешь в виду, знает ли он, что я ликан? – настроение у Макса очевидно поднялось. – Знает, не переживай.
– Ммм, и как он к этому относится? – не унимался Сережа.
– Думаю, что положительно, – Витя решил встрять в их диалог и заодно вывести разговор в нужное для него русло. – Он ведь тоже оборотень, правильно?
– Что? – Сережа в шоке уставился на Витю.
– Предпочитаю слово «ликан», – поправил Витю Макс. – Оборотень – это слишком размыто. А ликан – это именно что оборотень-волк. Сам догадался или он тебе как-то намекнул?
– Второе, – кивнул Витя. – Он намекнул не только на это. Ну и сколько вас тут?
– Что?? – повысил голос Сережа.
– Да, знаешь… – протянул Макс, не без удовольствия поглядывая на Сережину реакцию. – Человек сорок. Вся община, в общем. А твой друг думал, что у нас тут клуб натуралистов-любителей?
– ЧТО? – невооруженным взглядом было видно, как Сережа побледнел. – У меня под боком живут больше сорока оборотней? Мне плохо…
– И ты уверен, что никто из ваших не слетел с катушек и начал убивать? – спросил Витя, не обращая внимания на Сережины стенания.
– Я обсуждал этот вопрос с Игорем, но он уверен, что нет, а значит и я тоже, – твердо ответил Макс.
– Ты абсолютно ему доверяешь? – Витя понимал, что Макс очень привязан к Игорю. Но все же, вот так просто верить человеку, особенно после всех секретов, которые, как выяснилось, есть у его родителей – немного глупо.
– Слушай, – Макс неожиданно стал очень серьезным. – Игорь нашел меня буквально побирающимся на улице. Выходил и сделал приличным членом общества. Так что если и есть в этом мире человек, которому я абсолютно, как ты говоришь, доверяю – то это он. И если он говорит, что… Омега не из общины, то это так.
– А что с твоими настоящими родителями? – Витя на всякий случай постарался задать этот вопрос как можно более аккуратно.
– Не знаю и знать не хочу, – в голосе Макса проскользнула злоба. – Следующий вопрос.
Ну, раз уж Витя вспомнил о родительских секретах…:
– Я вчера слышал, как мой отец разговаривает с твоим – ты не знаешь, какие у них могут быть общие дела?
– Парень, я тебя-то пару минут назад узнал, – напомнил Вите Макс. – Думаешь, я в курсе, кто твой отец?
– Ох, точно… Соколов Константин Геннадьевич, ни о чем не говорит?
Макс на секунду задумался. Нахмурился каким-то своим мыслям.
– Нет, ни о чем, – наконец выдал он. – Слушай, Игорь много с кем контактирует с поселка и города, вопреки расхожему мнению. Не думаю, что тут есть что-то такое, о чем тебе следует париться. У тебя есть вопросы по поводу превращений и все такое?
– Это можно контролировать, ведь так? – главный вопрос.
– Да, – ответил Макс.
Витя вздохнул с облегчением. Это было самым важным для него.
– И долго этому учиться?
Макс лишь неопределенно пожал плечами:
– Зависит от тебя. Скажу лишь одно – тебе нужно будет найти что-то, что будет удерживать твою человеческую сторону. Такой своеобразный «якорь» для нее. И эта мысль должна сосуществовать в гармонии с волком внутри тебя. Тогда и только тогда он не возьмет верх.
– И что это за мысль?
– Ну откуда же мне знать? Это может быть что угодно – девушка твоя, семья, это вот чудо…
– Я, кстати, Сережа, ну так, если ты не в курсе, – ядовито вставил он.
– Спасибо за важную информацию, – улыбнулся Макс. – Вопрос самоконтроля, как я понимаю, единственное, что ты хотел знать, Вить? Потому что вряд ли тебя волнуют экзистенциальные вопросы бытия ликанов. Да я и не отвечу на самом деле – я сам не знаю, откуда мы взялись, и в связи с чем люди заражаются от укуса.
– Ну, на самом деле у меня есть пара подобных вопросов – фазы луны на нас как-то влияют?
– Бред сивой кобылы – выкинь из головы и больше не вспоминай.
– Да ладно? – расстроился Сережа. – Ну вот, а такая красивая легенда была…
– Но ведь это не имеет смысла, – Витя сейчас впал в ступор. – Меня укусили в полнолуние. Да и я сам чувствовал прилив сил, когда смотрел на луну…
– В тебе играли инстинкты дикого животного, которое хотело на волю, – пояснил Макс. – Остальное ты сам додумал. А то, что ты был укушен в полнолуние – просто глупое совпадение.
– Разрыв шаблона – луна не при чем, серебро не действует… Кстати о серебре – а оборотня можно убить? – Витя боялся этого вопроса, поэтому был отчасти рад, что его задал Сережа.
– Конечно же можно, – кивнул Макс. – Но сделать это почти нереально. Обычному человеку без предварительной подготовки уж точно. А так мы в среднем живем чуть дольше обычных людей. Надеюсь, это все вопросы? Ибо я рассказал уже все, что тебе, Вить, по сути нужно знать.
Витя с Сережей молчали. Основное, что хотел, Витя правда узнал. Ну, или почти – вопрос о его родителях все еще витал в воздухе. Но Макс либо правда не знал, либо не хотел ему говорить. Впрочем, выпытывать сейчас что-то у него Витя не видел смысла. Все равно не скажет.
– Что ж, прощальное напутствие – я тебе очень советую поскорее найти эту мысль, сохраняющую твою суть. Волка с каждым днем будет становиться все сложнее контролировать. Любая конфликтная ситуация, даже самая незначительная, может привести к непоправимому. И будет риск того, что ты убьешь всех, кто будет у тебя на пути. Вообще, ликаны не убийцы, но новообращенные начинают искать свое место в пищевой цепи. И лучше волку внутри не знать свою истинную роль в ней.
Витя коротко кивнул. С вопросом об этом внутреннем стержне можно было не переживать – это либо Сережа, либо Ира. Настю он тут даже не рассматривал – при мысли о ней он точно кого-нибудь убьет.
– Раз ликаны, как ты говоришь, не убийцы, то почему Омега убивает? – с тенью сомнения спросил Сережа. – Получается, ради удовольствия? Или зверь внутри нашел свое место?
– Ради его же благополучия, – Макс обнажил огромные когти на руках. – Надеюсь, что не первый вариант. В противном случае я убью его с куда большим наслаждением.
Уже в дверях Витя вспомнил еще кое-что. Вопрос, который он хотел задать первым, но ситуация слегка направляла его в другое русло:
– Почему ты меня спас?
– Не обольщайся, – криво улыбнулся Макс. – Тебе просто повезло. Мне нужен был Омега. И только он.
– Ты хочешь отомстить ему за смерть той…
– Мы закончили, – прервал его Макс. – Прощай, Вить. А, ну и тебе, Сереж, тоже не хворать.
– Взаимно, – вяло ответил он.
Витя еще раз взглянул на Макса. Хотелось сказать что-то еще, продолжить беседу… Но он лишь развернулся и последовал за Сережей за пределы общины.