– Ириш, я просто хотел сказать, что те два дня с тобой были самыми счастливыми в моей жизни. Я искренне надеюсь, что у тебя все сложится. И я тебя никогда не забуду… И я надеюсь, что и ты… Блин, нет, не так!
Витя маячил перед главным входом в городскую больницу. Ира написала ему, что ее тетя должна приехать за ней в районе одиннадцати утра. Время было идеальным – достаточно рано, чтобы лишний раз не торчать дома, и чтобы успеть на первую тренировку в спортзал, куда они с Сережей записались перед Новым Годом. Правда, после укуса Вите эти самые тренировки были уже особо не нужны – волчьи гены и так сделали его похожим по конституции тела на легкоатлета. Но поддержать друга было надо.
Сейчас, конечно, мысли о спортзале занимали Витю в последнюю очередь. Подвеску он положил в красивый футляр в виде божьей коровки, которую каким-то чудом выцепил вчера в городе. Одиннадцать утра уже как минут пятнадцать канули в лету, и с каждой минутой мандраж охватывал Витю все сильнее. Он совершенно не знал, что вообще стоит говорить сейчас. Все эти два дня, с того момента, как Ира предложила ему еще раз встретиться, он даже и не задумывался хотя бы примерно проиграть в голове диалог. А сейчас он был в абсолютной растерянности, как слепой щенок. Чувство ожидания лишь нагнетало атмосферу. Как назло, в голову начала лезть его последняя ночь в больнице. Их ночь. Витя ничего не мог с этим поделать, мозг настойчиво проецировал в воспоминаниях жаркие поцелуи, ее идеальную фигуру и бесконечно зеленые глаза, которые возбужденно смотрели на него. Если б мог, он бы сейчас закурил, но, вспомнив тот рвотный позыв, мигом отбросил эту мысль.
Минуты тянулись бесконечно медленно. Витя настолько крепко сжимал в кармане вновь вычищенной новой парки футлярчик, что казалось, будто он его того и гляди сломает. Вот дверь больницы снова открылась. Неужели…
Она увидела его сразу. Лицо Иры тут же озарила самая чистая и искренняя улыбка. Следом вышла ее тетя. Они с ней были даже чем-то похожи. Хотя, может это и фантазия у Вити разыгралась.
– Там, как я понимаю, стоит тот самый Виктор, да? – услышал он ехидный голос Ириной тети.
– Да, Юль, это он, – если бы Ира только знала, что Витя их сейчас прекрасно слышит. – Иди к машине, я минут через десять буквально подойду.
Десять минут. Так мало. Действительно ли им стоило встречаться? Вопрос на миллион. И на который оба ответа будут по-своему верны.
– Привет, – тихо поздоровался Витя.
– Привет, Вить, – ответила Ира, слегка отводя взгляд в сторону. – В поход собрался?
Она кивнула на спортивную сумку, которую Витя заблаговременно поставил в ноги – слишком уж она была габаритной, стоять с ней, перекинутой через плечо, на одном месте было совершенно неудобно.
– Да нет, какой уж там поход, мы с Серегой сегодня в спортзал идем, у нас что-то типа первой тренировки. Дурное дело-то оно не хитрое, а в форме себя держать все же надо.
– Что ж, смотрю, ты уже окончательно выздоровел.
– Да мне в принципе некогда хворать, Ириш, вот совершенно, и так до сих пор не могу учительнице по русскому внятно объяснить различие между причастными и деепричастными оборотами, – Витин голос слегка срывался, хоть он и прикладывал все усилия, чтобы этого не показывать.
– Глупый, – добро улыбнулась Ира. – Там же все просто. Причастный оборот – это причастие с зависимыми от него словами при вопросе «какой?» или «чей?», например. А деепричастный оборот – это деепричастие с зависимыми от него словами, при вопросе «что делая?» или «что сделав?». Запомни эти два вопроса и не расстраивай больше учительницу.
– А можно я найму тебя в качестве репетитора? – поинтересовался Витя.
– Готова давать тебе бесплатные уроки, – игриво ответила Ира.
Повисла неловкая пауза. Подростки лишь смущенно переглядывались. Они оба так многое хотели сказать друг другу, но не находили подходящих слов. Да даже если бы они и были, то никто из них не был уверен, что стоит говорить их вслух. Перед окончательным расставанием каждое такое слово, пусть и из самых искренних душевных порывов могло принести очень сильную боль.
– У меня же есть подарок для тебя, ну, я говорила, – прервала тишину Ира. – попросила очень Юлю, ну, тетку мою, купить где-нибудь. Думаю, что это будет очень символично для тебя. Может это и будет выглядеть глупо, я просто не очень знала, что можно тебе еще подарить…
– Ириш, успокойся, – прервал ее Витя. – Мне было бы безумно приятно, даже если бы ты подарила мне оригами.
Покрасневшая Ира, едва не роняя сумку, выудила оттуда небольшую коробочку и радостно протянула ее Вите. Тот аккуратно открыл ее. Увидев ее содержимое, юноша в полной мере осознал значение слова «постирония» – внутри был кулон в виде серебряной пули. И он был восхитителен.
– Ух ты, – присвистнул он. – Неужели настоящая?
– Ага, – энергично закивала Ира. – Не знаю, где Юля ее нашла, но главное, что я все же ее тебе подарила. Слушай, у тебя какой-то взгляд озабоченный. Тебе не понравилось?
– Нет, что ты, – мгновенно ответил Витя, при этом аккуратно надевая кулон. – Это прекрасно. Просто я теперь даже не знаю, как после этого будет выглядеть мой подарок тебе.
– Вить, ну не надо было…
– Нет, нет, не спорь, – настоял Витя, выуживая из кармана «божью коровку».
– Ой, какая миленькая, – хихикнула Ира.
– Открывай, – улыбнулся Витя.
Наблюдать за ее реакцией было неподдельным удовольствием. Вите вообще нравилось именно что дарить подарки. И ни в коем случае не деньги. Смотреть на искренние улыбки людей, которые дороги. Бесценные секунды, которые подтверждают, что хоть что-то в этой жизни ты делаешь правильно.
– У меня просто нет слов, – Ира буквально не могла оторвать взгляд от подвески. – Знаешь, я еще никогда не получала ни от кого подарка, который бы настолько меня восхитил… Как ты догадался?
– Мне немножко помогли, честно говоря, но как только я ее увидел, то сразу понял, что она безусловно будет тебе очень к лицу, – честно ответил Витя. Ему не хотелось врать. Только не ей.
– Я обещаю, что она всегда будет со мной. Как память о тебе…
Остатками сознания они все еще сопротивлялись. Но какой был в этом смысл? Поняли они это одновременно, ибо буквально через мгновение их губы стали единым целым.
– Не надо было… – Витя едва заметил у Иры маленькую слезку, которая быстро скатилась по щеке и растворилась в сером снегу на больничном крыльце.
– Лучше жалеть о том, что сделано, чем… Ну, ты понимаешь, – улыбнулся Витя.
– Да, ты прав. Нам это было нужно…
Держась за руки, они просто молча смотрели друг на друга. Возможно, что последний раз.
– Мне пора, – чувствовалось, с каким трудом Ира выдавила из себя эти два слова.
– Береги себя, Ириш, – Витя все же не выдержал и смахнул предательскую навернувшуюся слезу. – Напиши мне вечером.
Стараясь не оглядываться, Ира пошла к машине. Внезапно остановилась и обернулась. На миг у Вити возникло чувство, будто она не выдержит и скажет ему, что действительно хочет сказать, вместо прощанья. Ира смерила его робким взглядом и, казалось, совсем уж собралась открыть рот, однако затем чуть дернула головой и, бессильно улыбнувшись, поспешила к тете. Витя остался стоять в одиночестве. Редкие снежинки падали на его лицо, тут же тая, скрывая при этом настоящие эмоции. Он проводил взглядом автомобиль, который безжалостно скрылся за поворотом. Кулаки сжались сами собой. В голове что-то неприятно щелкнуло. Нужно было как можно скорее заставить себя думать о чем-то, что могло утихомирить бурю в его груди. А то еще, чего доброго, превратится прямо здесь. Но это была не трансформация. Это просто была боль.
Витя не отдавал себе отчет, сколько он еще стоял возле больницы. Затем, все же взяв себя в руки, двинулся в сторону станции. Скоро электричка, и если он на нее опоздает, то до Белоомутска еще неизвестно когда доедет, а это значит, что Сережа его прибьет за опоздание. И даже, зараза такая, не будет брать в расчет, что у Вити тут вообще-то чувства.
Впрочем, была и другая проблема. Тему выбора Макса в качестве своего наставника он вчера старался больше не поднимать. Не было смысла, да и обстановка была не самой подходящей. Лишь только уже ближе к вечеру, когда их троица вернулась в Белоомутск, Витя решил снова обсудить это с Сережей. Тот своего мнения не поменял. Но его личная неприязнь к Максу Витю не особо волновала. О чем он прямо ему и сказал. Сережа хоть и поворчал, но обижаться не стал. Понимал, что дело чрезвычайно важное и своих личных тараканов лучше отодвинуть на второй план. Ну и после пары минут ругани, посылов друг друга в пешее эротическое и угроз проклясть до седьмого колена, Витя все же уломал своего друга пойти после тренировки в общину, чтобы поставить Макса перед фактом. Отрицательная реакция последнего в планах также не учитывалась.
Спортзал находился на цокольном этаже «Янтаря». Открылся он сравнительно недавно, за место старого и обветшалого, который доживал свои последние дни в подвале одного из таких же старых жилых домов Белоомутска. Сделан новый спортзал был на совесть – различная спортивная утварь для всех типов тренировок и любой группы мышц, беговые дорожки, сауна, бассейн. Все для здорового образа жизни. Из всего вышеперечисленного Витя больше всего хотел уже посидеть и попотеть в сауне, а потом окунуться под раздирающе холодный душ. Но все это после. До этого предстояло слегка поработать. В интернете они нарыли более-менее адекватную программу тренировок, посоветовались с одним знакомым культуристом из старших ребят, он вроде как одобрил. Так что план у них был.
На ресепшне их встретила симпатичная молоденькая девушка лет девятнадцати навскидку. Витя с Сережей так и замерли, слегка потупив взгляд.
– Вам помочь? – необычно добрым голосом осведомилась она у ребят.
– Да, мы тут просто первый раз с другом, еще не освоились до конца, – вернулся в реальность Сережа.
– Для начала разрешите ваши абонементы, а там дальше я вам все объясню, – ответила она.
Витя, практически не моргая, протянул ей свой абонемент, всматриваясь в ее карие глаза. Кудрявые черные волосы делали девушку похожей на одуванчик. На левой руке красовалась аккуратная татуировка в виде лисы. Бейджик на груди выдавал ее имя – Анна. Витина мама как-то утверждала, что девочки с этим именем по большей части несчастны. Витя в эту бурду, что имя как-то влияет на жизнь человека, не верил, поэтому оставил это замечание в свое время без внимания. Да и не мог он представить, чтобы такая красавица была несчастной. Казалось, что это невозможно в принципе.
Пробив их абонементы, Аня вкратце объяснила ребятам, что, где и как. Поблагодарив ее за информацию и дружелюбие, друзья, все еще искоса на нее поглядывая, строевым шагом пошли в зал.
– Не забывайте только сдавать полотенца при выходе, пожалуйста. А то многие забывают, – как-то рассеянно крикнула она им вслед.
– Не забудем! – отозвался Сережа. – Охренеть, и в какой только параллельной вселенной они таких находят? Сто процентов, специально самую красивую на эту должность в нашем районе искали.
– Не знаю, чувак, – пожал плечами Витя. – Я только надеюсь, что мы не очень были похожи на извращенцев, когда на нее откровенно пялились.
Сережино лицо внезапно озарила хитрая улыбка:
– Друг, а как ты думаешь – у молодого оборотня и красавицы с ресепшна есть шанс на совместное будущее?
– Ну, я не… Подожди, что?
– Позови ее на свидание, дурень!
Витя аж чуть не споткнулся, при этом ненароком рассмеявшись:
– Шутишь что ли? Там явно не про мою честь. Серег, ну ты тоже подумай – на кой я ей сдался? Я явно ее младше, причем не просто младше – я школьник. И я даже не знаю, о чем она со мной будет разговаривать. И потом, у нее наверняка уже есть парень, так что…
– Боже, ну что ты за человек такой! – возмутился Сережа. – Скромный, аж зубы сводит, – можно подумать, что та же Ира прям страшная была. Я ее видел, так что не прикидывайся, – она была ничуть не хуже уж точно.
– С Ирой было другое, – парировал Витя, стараясь не вспоминать лишний раз сегодняшнее утро. – У нас с ней как-то сразу связь появилась, и я особо не задумывался. Ну, внутренний волк, конечно, тоже помог, но все же. А тут – ты видишь хоть намек на какую-то связь?
– И вообще, начнем с того, что ты неправильно расставляешь приоритеты – ты не просто школьник, а один из лучших в этой дыре, подающий большие надежды будущий медик. И, самое главное, ты гребаный оборотень. Какие у тебя вообще могут быть комплексы?
– Нет, чувак, – все же отрицательно ответил Витя. – Я реально должен оценивать свои шансы. Я не хочу позориться. А мне сюда еще ходить. Так что нет, все, закрыли тему.
– Идиот, – вздохнул Сережа. – Ладно, как хочешь. У тебя есть шанс замутить с девчонкой, которой ни одна в нашей школе даже в подметки не годится, а ты им не пользуешься.
– Да о каком шансе ты говоришь? – не понимал Витя. – Нет никакого шанса. Даже, допустим, я сейчас к ней подойду и что я скажу? Премного благодарен за то, что пустили меня в тренажерный зал? Это тупо даже по меркам…
Договорить Витя не успел. При входе в зал он сразу приметил знакомое лицо. На одном из тренажеров для дельтовидных мышц сидел Макс. Он был полностью погружен в процесс, поэтому на уставившихся на него подростков внимание не обратил.
– На ловца и зверь бежит, как говорится, – нахмурился Витя.
– Думаешь, прямо сейчас к нему подойти? – на всякий случай уточнил Сережа.
– А почему нет? Если представилась возможность. Или ты прям хочешь идти в общину?
– В саму общину – ни разу, а вот природой около нее я бы с удовольствием еще раз полюбовался. Я бы даже бабушку отвел туда, для вдохновения на новые пейзажи.
Выдохнув, Витя направился к Максу. Проворчав что-то нечленораздельное, Сережа все же поплелся следом. Витя был максимально сосредоточен – нужно было говорить как можно более уверенно, не заикаться, знать, чего хотеть. Апеллировать на то, что у него с Омегой выстроилась какая-то связь, и благодаря ней на него можно будет выйти. Он не откажет.
– Привет, Макс, – сухо поздоровался с оборотнем Витя.
Тот сначала недоуменно взглянул на Витю. Затем в его глазах заиграли нотки откровенного раздражения:
– Вы что, следите за мной?
– Больно вот надо, – фыркнул Сережа.
– Нет, сейчас мы правда случайно на тебя наткнулись, просто решили поздороваться, – Витя старался сохранять хладнокровие. – Все же, мы ведь с тобой как братья, по сути. Скованные одной проблемой.
– Смотрел «Брат-2»? – поинтересовался Макс. – Вот, если смотрел, то вспомни одну цитатку оттуда и отвали от меня. И дружка своего забери. И проблем у меня, кстати, тоже нет.
– Макс, выслушай, пожалуйста, – пропустил его слова мимо ушей Витя. – У меня есть одна небольшая проблема. Мне только ты сможешь помочь. Мне нужен учитель. И это должен быть ты.
– Парень, я тебе ничем не помогу. И я честно тебе говорю, что даже не хочу тебе никак помогать.
– А стоило бы, – Витя уже немного злился. – Я пытался внять твоему совету, но у меня нифига не получилось! Я просто играл в футбол и превратился в ликана в школе, и если бы не Серега, то устроил бы там бойню, чем раскрыл бы всех нас!
– Ну, ты мудак, что я тебе могу на это сказать, – пожал плечами Макс. – Кто же играет в такую агрессивную игру, как футбол, когда ты от любой мелочи можешь превратиться? Сам виноват.
– Макс, я не могу полностью абстрагироваться от своей жизни.
– А у тебя выбора нет, – Макс смотрел прямо на Витю, отчего у того по спине побежал легкий холодок. – Это теперь с тобой на всю жизнь. И тебе придется от чего-то отказаться, если ты не хочешь ужасных последствий. Ты уже ничего с этим не сделаешь.
– Нафига ты носишь женское кольцо на шее? – спросил у Макса Сережа. Витя сначала не понял, о чем он, а затем тоже заметил у него простенькое золотое колечко на цепочке.
– Тебя забыл спросить, – огрызнулся Макс, тут же пряча его под спортивную майку. – Все, парни, поздоровались, поболтали, не рад был вас видеть, не мешайте заниматься.
– Я вчера видел Омегу, – Витя решил выложить все козыри на стол.
Даже невооруженным взглядом было видно, как все мускулы на теле Макса напряглись. На секунду глаза его полыхнули, но тут же снова приняли привычный карий цвет.
– И? – внутри него бушевала ярость. Вите оставалось только удивляться, как ему удается все это сдерживать и не давать волку воли.
– Это произошло случайно – недалеко от заброса. Мы столкнулись практически нос к носу, и он напал. Но он меня просто повалил и затем… Я не знаю, как это точно передать… Он ткнул пальцем себе в грудь и после этого исчез. Мне кажется, что он хотел мне что-то сказать. Я нужен ему. И нужен живым. Поэтому, если ты хочешь выследить ублюдка как можно скорее, то тебе стоит держаться подле меня. Ну, и заодно обучишь меня ликанским премудростям. Мы все в плюсе. Найдем Омегу – и ты меня больше никогда не увидишь. Обещаю.
Макс молчал. Витя мог лишь только догадываться, какое масло сейчас кипит в этом котелке. Ему было немного стыдно, что ему пришлось прибегнуть фактически к шантажу, но иначе было никак. Его одиночное плавание до добра не доведет никого. Макс почему-то этого не понимал. Или не хотел понимать. Витю вообще удивляло его пофигистичное отношение к происходящему. Да, Макс ему был ничего не должен. А скорее даже наоборот. Но неужели просто нельзя хотя бы немного помочь? Тем более, без необходимой на то причины, Витя бы никогда не стал его тревожить.
– Вот что, Макс, – Витя подошел к нему на достаточно близкое расстояние, стараясь смотреть прямо в полные злобы и какого-то отчаяния глаза. – Ты спас мне жизнь. Пусть и не преднамеренно, но это так. За это тебе спасибо. Но тем самым ты обрек меня на вот это вот все. Я не хотел быть ликаном. Я планировал жить нормальной жизнью. Отучиться, сдать чертово ЕГЭ, может как-нибудь извернуться под Выпускной, чтоб симпатичная одноклассница обратила на меня наконец-то внимание… А теперь я такой же как ты. Потому что ТЫ спас мне жизнь. И ты за меня в ответе. Экзюпери читал? Немного перефразируя Лисенка, ну, ты понимаешь. И вот что – у тебя был Игорь. У меня нет никого. Я прошу всего лишь о помощи. Взамен можешь пользоваться мной для поисков Омеги сколько угодно, тем паче нам обоим есть, о чем с ним потолковать. Можешь не отвечать сейчас, я готов подождать. Но давай поступим благоразумно и… по совести, что ли?
– Плоть и кровь, – пробормотал Макс.
– Что? – не понял Витя.
– Этот жест… Игорь рассказывал – таким образом оборотни раньше звали друг друга к себе в стаи. Жест древний, и я даже не уверен, что он сейчас вообще где-то до сих пор имеет какое-то значение. Суть в том, что стая – одно целое. И тем самым мы приглашали себе подобных стать нашей частью, плотью и кровью. Так что да, ты угадал – ты ему действительно нужен. Первый член его собственной стаи.
– Непонятно, на что он рассчитывает, будто Витя побежит к нему впереди своего визга после такого заманчивого предложения и, конечно же, тактично забудет о том, что он долбаный псих, который убивает ради удовольствия. Думаю, что это уже более чем очевидно, – высказался Сережа.
– Вынужден признать, что в твоих словах есть доля правды, – задумался Макс. – Но он может найти рычаг давления. Или если это не кто-то, кому Витя доверяет.
– И не надейся, – отрезал Витя. – В моем окружении убийц нет.
– Верю-верю, малой, не кипятись, – Витя мог поклясться, что даже уловил в голосе Макса какие-то добродушные нотки. – А с момента укуса ты ни с кем не знакомился, кто отчаянно бы пытался добиться твоей дружбы? Или, может, какие-то изменения в поведении ранее знакомого человека, с которым до этого не было особых контактов?
– Так, надо подумать, – напряг голову Витя. – Ну, из новых прям совсем знакомых только если Ира, но это исключено сразу – она… Ну, там много причин. А так… Одноклассник мой один неожиданно реально помог мне вступить в футбольную команду, но, блин, Леха – Омега… В жизни не поверю. Тем более его наверняка Настя попросила.
– Твою мать, – выругался Сережа.
– Что? – хором спросили Макс с Витей.
– Ты когда тогда ушел, ну, в общем, Леха пропал на некоторое время. Я краем уха только слышал, что он якобы пошел поговорить по телефону, и уходил надолго. Минут тридцать его точно не было. Я не предал тогда этому значения, но…
Витя почувствовал, как у него внутри все похолодело. То, что сейчас озвучил Сережа, было иррационально и жутко. Его одноклассник… Друг, можно сказать… Хотя еще вчера он был уверен, что Омега – его родной отец. А в итоге все разрешилось и встало на свои места после откровенного разговора. Так что поспешных выводов делать не стоит и в этот раз. Но если все же допустить, что Леха Омега, то получается, что Настя, находясь рядом с ним подвергает себя огромному риску.
– Значит, мне нужно поболтать с этим вашим… Алексеем, – хрустнул шеей Макс.
– Обожди, – поднял руку Витя. – Это может быть просто совпадением. Нельзя это никак проверить без, так сказать, лишнего привлечения внимания?
– Как повезет, – ответил Макс. – Твой запах, например, я прекрасно чую. Ну, ты его пока и не скроешь никак, ты ликан всего неделю. А вот запах Омеги вполне может отличаться от его запаха в облике человека. Чистая лотерея, смотря, как давно он обращен.
– То есть, мне нужно просто понюхать Леху? – без задней мысли уточнил Витя. Сережа при этом разразился неистовым хохотом, что на них обернулась добрая половина зала. Макс также криво улыбнулся, что в какой-то степени могло считаться за достижение – Витя уже начал думать, что у него атрофировались скуловые мышцы.
– Нюхать ты можешь кого хочешь, но не факт, что это принесет необходимого результата, – Макс почему-то очень силился не рассмеяться. Не хотел, видать, портить образ угрюмого волка-одиночки. – Но, если у тебя фетиш, то не смею возражать.
– Ой, как смешно, – съязвил Витя. – Дай мне время до понедельника, а там дальше уже скооперируемся.
– Ой, Витек, тут такое дело, – Сережа неожиданно вспомнил одну очень интересную деталь, которую забыл сообщить Вите вчера. – Думаю, что можно не ждать до понедельника.
– Не понял? – переспросил Витя.
– Ну, Вика позвала сегодня и Настю к себе, а та сто процентов притащит Лешу с собой, так что…
– По-по-подожди, – оторопел Витя. – И ты только сейчас мне об этом решил сказать?
– Вить, тебе уже пора перерасти это, – Сережа не был намерен сдавать позиций. – Тем более, ты будешь с Ларионовой, вы всегда можете, ну, знаешь, пойти погулять под угасающей луной. Вика не дура, поймет.
– Да ты гений, блин, мысли! – вскипел Витя. – Ох, Вика-Вика, ну чем же ты только думала-то…
– Так, детишки! – повысил голос Макс. – Давайте вы временно засунете свои пубертатные загоны далеко и надолго. Тебе, кстати, раз уж на то пошло, – он ткнул пальцем в Витю. – Сегодня точно не рекомендуется случайно превратиться в ликана и пойти в таком виде гулять по лесу. Так что давай без любовных переживаний, раз они вызывают у тебя такой эмоциональный всплеск.
– А что сегодня? – спросил Сережа.
– Облава. Не хочу, чтобы его пухлые щечки попали под раздачу. Так что пусть лучше отсидится дома, куда бы вы там не собирались. Ну, или выпустит пар, пока никто не видит.
– Какой ты мерзкий, – скривился Сережа.
– Подожди, облава… Мой отец с дядей тоже участвуют? – Витя не уверен, что Макс знал ответ на этот вопрос, но спросить стоило.
– Что, прости? – насторожился Макс.
– Мне мама рассказала – мой дядя снабдил вас некоторым вооружением для поимки Омеги. Сам он тоже рвется в бой, мечтает повесить голову «волка» у себя, видимо, в гостиной. И отца за собой тащит, хоть он и не горит желанием. Ты уж можешь передать Игорю, чтоб он приглядывал за ними? Ну, ты понимаешь, не хочу в семнадцать лет отца потерять.
– Вот, значит, как… – Макс неожиданно уставился на Витю с глубочайшим интересом. – Забавно…
– Что забавного? – нахмурился Витя.
Макс как-то совсем уж не по-доброму оскалился. Вите даже стало немного жутко:
– Да ничего. Забей. Передам я Игорю.
Вите все это переставало нравиться с каждой секундой все больше и больше. Макс явно что-то задумал. И, судя по его реакции, определенно ничего хорошего. Все же Макс, несмотря на то что он вроде как в этой истории персонаж положительный, был непредсказуем и опасен. Как-то геройствовать ради незнакомцев он точно не собирался. Вполне вероятно, что он мог на раз-два и пройтись по головам ради достижения цели. Расслабляться не стоило ни на секунду.
– Ладно, Макс, спасибо за предупреждение… Так ты как, будешь меня обучать?
– Я подумаю, – бросил он. – Но ничего не обещаю. Все, шпана, дайте позаниматься уже. И так проболтал тут с вами уйму времени. Да, Вить, кстати, весьма символичный кулон. Хоть и навеивает тонну стереотипов.
– Как мы состыкуемся? – напоследок решил спросить Витя, непроизвольно покрутив в руках Ирин подарок.
– Если ты мне будешь нужен – я тебя сам найду.
– Вот именно, мы еще увидимся, персонаж DC в видении Снайдера, – подытожил Сережа.
Макс лишь слегка покачал головой и продолжил тренировку.
– Ну вы посмотрите, какая цаца! – ругался Сережа, пока они искали гребной тренажер для разминки. – Это не буду! То не буду! Ломается, как целка на Выпускном. Что ты вот об этом думаешь?
– Я думаю, что он нас сейчас прекрасно слышит, – спокойно ответил Витя.
– Да плевать! Тебя ничего не смутило? Меня вот – да, особенно его лыба под конец разговора. Вдруг он твоих предков решит как наживку использовать?
– Не будет он этого делать, – на самом деле Витя не был до конца уверен в своей правоте. Ухмылка Макса явно значила что-то. Если это подразумевало под собой план, который включал в себя его отца с дядей, то этому нужно было помешать. И прямо сейчас.
– Макс, я знаю, что ты меня слышишь, – прошептал Витя. – Ты ведь не причинишь вред моей семье? Не будешь как-то ими манипулировать для поимки Омеги?
Витя вслушался в тишину, прерываемую лишь скрежетом металла и периодическими вздохами бравших тяжелые веса спортсменов. Ответа от Макса не последовало. Может он и не услышал. Ибо как раз в этот момент Витя увидел его спину, которая покидала пределы зала.
– Если, как он говорит, сегодня облава, то сегодня может все кончиться, – Сережа вполне себе удобно устроился на тренажере. – Последняя ночь Омеги.
– Если только он сегодня высунется, – Витя все еще поглядывал в сторону выхода, пока садился за соседний тренажер. – Да и с другой стороны – наш лес занимает сотни гектаров. Искать Омегу, если он сам того не захочет – как иголку в стоге сена.
– Если только не знаешь, где искать, – неожиданно воодушевился Сережа. – Вчера вечером я, ну, стащил пару маминых отчетов. И получил интересные выводы. Ты, например, знаешь, что первую жертву Омеги нашли на путях как раз аккурат недалеко от тропинки ведущий в сторону заброшенной пятиэтажки? Едем дальше – двое тех подростков находились именно там, в момент, когда… Ну, ты понимаешь. И вчера утром ты встретил Омегу именно в этой точке. Два раза могут быть совпадением, но три – это уже закономерность. Все дороги ведут туда, так что я зуб даю – он тусуется в этой области.
– Предлагаешь самим сделать вылазку? – Вите вся эта затея казалась верным самоубийством.
– Зависит от итогов сегодняшней облавы. Если ничего не выйдет, то мы хотя бы знаем, где его искать. Ты скажешь об этом Максу, он подтянет туда свой десант из оборотней и дело в шляпе.
– Не знаю, друг, как-то все это звучит… Слишком просто, – неуверенно возразил Витя.
– Ну вот зачем? Зачем ты это сказал? Теперь все точно пойдет через жопу. Спасибо, Витя, – возмутился Сережа.
– Все и так пойдет через жопу, когда я весь вечер проведу напротив этих голубков, – внезапно для себя самого прорычал Витя, вспомнив о Леше с Настей, заработав при этом на тренажере с удвоенной силой.
– Слушай, я порой не понимаю, что у тебя в голове творится, уж извини, – Сережа говорил правду. С момента, после укуса, он совершенно потерялся в мыслях своего друга. – Утром ты, задрав хвост, летел к Ире, пару дней назад пытался приударить за Ларионовой, а сейчас опять ревнуешь Настю. Чувак, ну какого хрена, а? Угомони уже свои гормоны.
Витя не знал, что ответить. Все, что он мог сейчас сказать, выглядело бы лишь как жалкие отговорки. В его голове действительно творилась полная неразбериха. И ведь если бы не одна деталь, такая крошечная для мироздания, но такая огромная для уже не самого обычного подростка почти что средней полосы России…
С другой стороны – так ли было все плохо? Витя раньше не задумывался как-то о том, могло ли действительно у них с Ирой быть будущее. Выдержала бы эта мимолетная страсть проверку временем или же ей суждено было потухнуть, так и не разгоревшись до предела. И ведь не то, чтобы подобная ситуация была с ним впервой. Хотя тогда все закончилось куда быстрее и прозаичнее, но ситуации были чем-то схожи. Искра, которая непонятно как вспыхнула и так же растворилась в памяти. Будто ничего и не было.
Он тогда только расстался с Катей. Последние дни лета перед одиннадцатым классом. Сейчас, оглядываясь назад, Витя понимал, что то лето было лучшим в его жизни. Хоть и не сказать, чтобы было прямо очень теплым. Комфортным. Жары как таковой не наблюдалось все три месяца, поэтому потребности в постоянном потреблении жидкостей, а также постоянно потной одежды этим летом не было как данности. Под конец августа Витя так и вовсе рассекал в легкой кожанке. Которая, по его скромному мнению, делала его достаточно брутальным. Однако Сережа говорил, что его добрые глаза портят весь образ, да и вообще брутальным его делает способность читать без помощи переводчика труды Чарльза Диккенса. Витя не спорил, хоть втайне и обижался немного.
Ну и угораздило их в предпоследний августовский вечерок заехать в один бар в городе, где по плану было решено пропустить по паре бокальчиков пива, да и вернуться в Белоомутск на последней электричке. Однако, как это обычно бывает, легкая посиделка превратилась в настоящий загул со всевозможными вытекающими. Там он с ней и познакомился.
Сейчас он бы даже и не вспомнил, как ее звали. По правде говоря, Витя сомневался, что вообще спрашивал. Но она была весьма милой. Они сидели вдвоем с подругой, которая, по словам Сережи, была похожа на Карен Гиллан. Чем вызвала его искренний восторг и томные взгляды. Разговорились довольно быстро, девчонки оказались весьма общительными. Так до утра и проболтали, смеясь, танцуя и изредка потягивая любезно предоставленные баром напитки. О том, что Вите только исполнилось семнадцать, а Сереже на тот момент и вовсе еще было шестнадцать, было принято решение тактично умолчать. На всякий случай.