Меня растолкали. Незнакомый мужчина нависает надо мной.
– Пошли, покажу где спать (англ), – сказал он.
Я послушно встал и пошел за ним. Он привел меня к свежесрубленному дому, только поменьше, чем остальные.
– Твой дом, общество выделило (англ), – сказал он и показал на дом рукой.
– Спасибо (англ), – быстро сказал я.
– Пожалуйста (англ), – ответил он и ушел к остальным.
В доме не оказалось ни кровати, собственно пустые стены. Напомнило куб, там в первой комнате такой же интерьер, хотя нет, там есть растения повсюду, а здесь только деревянные стены по бокам, крыша из ветвей и земля вместо пола. Я забрался в самый дальний угол и заснул.
Следующий месяц ко мне к дому приносили умиротворенных. Первый раз закинул в дом, но я попросил, чтобы оставляли перед входом. Навык псила вырос до 0,041. Оказалось обязательным присутствие на ежедневных расчленениях. Смерть тела, оторванные конечности мне это самому приходилось много раз пережить, но здесь те же факты выглядели совершенно иначе. Люди были изощреннее зверей и именно это пугало.
– Пошли, – сказал Людвиг, один из общества.
Я поднялся, вышел из дома и без надзора дошел до места казни. Оказывается срок развлечения палача вышел и на его вакантное место избрали другого. Новичок не выделялся такими рельефными мышцами, но как оказалось также способен отрывать людям руки и ноги.
На этот раз я неудачно встал и новый палач задел меня пленников по дороге к столбам. На мгновение ледяной холод космоса показался желанной постелью, прибой океана великолепной музыкой, а лучи солнца братьями.
Наваждение пропало также быстро как и появилось.
Пленник не сопротивлялся. Даже не вскрикнул, когда ему оторвали руку, а затем ногу. Новый палач был проворнее прошлого и успел оторвать и вторую ногу. Изуродованное тело повисло на целой руке на столбе. Народ привычно радостно орал, но я обратил внимание, что тело вздрогнуло и немного приподнялось. Многие тоже заметили и шум стих. Несчастный посмотрел на нас, отдельно его взгляд остановился на мне. Посмотрел не человек. Через секунду из изуродованного тела вышел цельный полупрозрачный человек. совершенно не похожий на несчастную тушу. Посмотрел сквозь нас и чему-то улыбнулся. Его призрачный силуэт пошел трещина, а затем без звука разлетелся, туша висящая на столбе стала разлетаться черными хлопьями.
– Сдох (англ), – кто-то выкрикнул из толпы.
У меня подкосились ноги. Я стал настоящим убийцей. Этот человек может быть смог бы в умиротворенном состоянии дожить до конца срока, но я раз за разом его вытаскивал, что в конечном итоге он предпочел умереть. На этот раз по настоящему. Скоро из камеры в реальности достанут труп. И я его убил. Осознанно и без сожаления я довел его до реальной смерти. Что же я за тварь такая!
Душевная мука стала невыносима и я заорал. Стал бить кулаками в землю, рыдать. Сильный удар ногой сбил меня и я прокатился пару метров.
– Хватит орать, ты нам всю радость портишь (англ), – возмущенно заявил прошлый палач.
Я глянул на него. Огромное тело перевитое тугими мышцами. Вспомнил с какой легкостью он отрывал руки и ноги, шкура давно стала черной от обилия впитавшейся крови, невыносимый запах смерти. На секунду вместо его лица, я увидел свое. И что таким мне суждено вернуться к своей дочери. Не человеком, зверем. Такого отца моей дочери не надо. Лучше пусть не будет никакого, чем такой.
Я уверенно подскочил и с кулаками бросился на здоровяка. Он с ухмылкой принял мои удары. Ненависть затмила разум. Я ощутил каждый сантиметр тела ростка, его сердцевину внутри себя и перехватил контроль над его телом. С жаждой крови вытащил из себя корни и воткнул в здоровяка. Тот охнул и попытался меня оторвать. Я напротив обхватил его за шею и прильнул, что было сил. Автоматически вошел в состояние невесомости. Цельная сущность огромных размеров нависла надо мной. Я посмотрел в звериные глаза, там даже не зрачок человека, а что-то несуразное. Подлетел к лицу великана. Он попытался меня поймать рукой, но не смог, я быстрее. С ходу воткнул руки по краям глаза и в этот момент великан меня схватил и сильно дернул. У меня хватило сил не разжать руки и вырванный глаз остался у меня в руках. Сознание великана перестало быль цельным. Движения стали замедляться. Я толкнул глаз от великана и подлетел к тому, что еще на месте. Моих сил не хватило его вырвать, но великан вновь пришел на помочь. Желая от меня избавиться, он сдавил, я захрипел, но выдержал. В этом мире или состоянии я уже что-то да значу, тогда он опять дернул и я отлетел со вторым глазом. С особой радостью я толкнул подальше и второй глаз, заметил, что первый глаз благополучно улетает в заданном направлении. Вряд ли теперь великан сможет их найти.
Сильный удар оторвал меня от здоровяка и я очнулся на земле.
Новый палач с удивлением посмотрел на меня. Я медленно пришел в себя. Зрение прояснилось и я разобрался не только палача, но и окружившую толпу. Здоровяк безвольной тушей сидит на земле.
– Что ты сделал? (англ) – со злостью спросил новый палач.
– Убил, (англ) – с улыбкой ответил я.
– Разбуди его (англ), – потребовал новый палач и для наглядности закатал рукава.
– Давай, подходи, будешь следующим, (англ), – без страха ответил я и засмеялся.
Меня охватила легкость и безразличие. В эту секунду я точно знал, что делать. Как разорвать сознание человека, сделать его мешком с костями.
Новый палач не испугался, подхватил меня за руку. Я направил в него корни, росчерк каменного топора больно обрубил все корни. Меня очень быстро подвесили на столбах. Я заметил глаза Раджу над частоколом и не заметил больше в них ненависти. Хотелось сказать прости друг, но не успел. Каменный топор перерубил мое тело, нижняя часть упала, кровь хлынула, сознание помутнело и через секунду я очутился в кубе.
Когда вышел из куба, то оказался недалеко от своего нового дома. Меня быстро заметили и народ со всем сторон побежал. С ходу меня атаковать не стали. Странно, но безумие меня не желало отпускать, мне без разницы сколько раз меня убьют. Я приметил не столь накачанного среди жителей и сам прыгнул на него. Еще в прыжке вытащил корни и пришил себя к нему. Он заорал. Я быстро впал в состояние невесомости. У этого тело немногим больше моего. Человеческого тело в пространстве увидело меня и по взгляду я понял, что оно боится. Я быстро подлетел и сразу атаковал. Он пытался защититься руками, но я уже наученный горьким опытом, сначала вырвал глаза, затем оторвал голову и раскидал как можно дальше.
Сильная боль выдернула меня из невесомости, я успел увидеть половину своего тела рядом с также разрубленным жителем поселка.
Куб встретил гнетущей тишиной. Я побыстрее выбрался из него, правда ушло на преодоление уже 5 часов 3 минуты.
Очнулся среди деревни. Местные меня окружили, но встали далеко, все выставили оружие. Я подождал пока соберутся все. Они о чем-то шептались, но я не разобрал. Неожиданно приняли какое-то решение и все разом умолкли.
– Уходи, (англ) – сказал новый палач. – Мы тебя отпускаем.
– Нет, (англ) – быстро ответил я. – Мне без разницы, я вас всех уничтожу.
Толпа недовольно загудела.
– Ты не сможешь (англ), – уверенно заявил палач.
– Проверим, (англ), – пообещал я и зловеще улыбнулся.
По пробежавшей тени по лицу палача я понял, что он поверил.
– Чего ты хочешь? (англ) – вдруг спросил он.
Я подумал.
– Я забираю всех пленников, (англ) – произнес я. – Вашего оставляю вам. Можете за ним ухаживать.
Народ недовольно зашумел, но очень быстро смолк. Из толпы один приблизился к палачу и что-то шепнул ему на ухо.
– Хорошо, мы согласны (англ), – сказал он.
Я улыбнулся. Безумие придавало сил и уверенность. И они это видят.
Меня на расстоянии проводили до загона, я вошел и показал на открытую дверь. Ни один пленник не пошевелился. Тогда пришлось каждого поднять и при прикосновении я ощущал, что каждый мечтает о смерти.
– Фигушки вам, – пообещал я по-русски. – Еще поживете.
Каждого силком поднял и пинками выпроводил из загона. Лишь Раджу пошел самостоятельно. Пленники на выходе столпились, прижались друг к дружке.
– Ведите (англ), – потребовал я.
И толпа расступилась, а один пошел впереди показывая кратчайшую дорогу к выходу. Мы медленно миновали поселок. Пленные с безразличием смотрели на происходящее. Почти час ушел на подъем по дороге наверх. Охранники вверху далеко отступили.
Мы отошли на десяток метров, я обернулся. Достал меч и пригрозил всей толпе.
– Если хоть кто-нибудь пойдет за нами. Я вернусь (англ), – сказал я и направил на них меч длиннее моего тела в два с половиной раза.
Мне даже показалось, что они забыли об угрозе, глядя на меч.
– Повторить? (англ) – грозно крикнул я.
– Нет, мы поняли (англ), – прилетел ответ от нового палача. – Никто из нас не пойдет за вами.
Я убрал меч и медленно погнал людей в лес.
Возле первого дерева я подошел к Раджу и хотел было спросить, но вспомнил, что он ничего не поймет.
На всяких пожарный я наказал ему как смог, чтобы они продолжали идти. А сам подождал три дня, чтобы проверить нет ли хвоста. Никто из поселка не пришел. Раджу и остальные должны были уже достаточно далеко отойти. Я заснул на пару часов и направился в другую сторону. Друзьями с пленниками мне уже никогда не стать.
Глава 3
Все же есть прелесть в хвойном лесу. На земле никакой травы, только острые иголки, от которых меня защищает росток. И при том так далеко видно, что становится спокойно, ведь неожиданный монстр не выпрыгнет из засады. Напоенный смолой воздух стал казаться лечебным. Постепенно стал улетучиваться страх от постоянного опасения, что в любую минуту за мной придут и разорвут на части. Как же хорошо порой быть одному, подальше от людей.
Раньше я так боялся встречных монстров, что они убьют. Теперь это почти благо. Ведь смерть перенесет меня в другое место, а там совершенно иные условия, есть шанс начать все заново. Главное не попадаться людям.
Постепенно вернулся к воспоминанием о походе с Адамом. Вынужден теперь признать, что смерть моих друзей и большинства из поселка, которых разбросало по миру ничто по сравнению с попаданием в плен к некоторым людям. Теперь понимаю почему Адама не так трогало, как меня, разбрасывание людей по необъятному миру. У каждого оставался шанс начать жизнь заново, а у попавших в плен – нет. Вспомнил с какой быстротой согласились все в поселке, неужели все прошли через подобное? Не верю. Отказываюсь верить. И все же я теперь еще больше благодарен Адаму за опыт жизни в его поселении. Там я смог вырасти, понять, что есть нормальные люди, даже в мире заключенных и что они придут на выручку. Да, шансов вернуться туда не много, но одно понимание, что они есть уже радует.
И все же мне не место в поселке МирРос. Там нормальные люди, не убивающие других. Нужно искать свое место в этом огромном мире. Тем более я не просто будил людей, а дважды собственноручно разорвал сознание, превращая людей в растение. Может быть они и смогут собраться в единое целое. Я не до конца знаю возможности и нюансы состояния невесомости. Но одно то, что я осознанно убивал людей делает меня совершенно другим человеком.
Громкий вой выбил из раздумий. Я сосредоточился, но никого не увидел. Все те же огромные деревья, длинные ветки с иголками над головой, закрывающими почти все солнце. Наст из иголок и бесконечная череда стволов насколько хватает зрения.
Вой повторился и правее я услышал скрежет костей по дереву. Из опыта знаю, что если монстр напал на след, то в этом мире не выжить. Поэтому лучше сразу знать с чем или кем имеешь дело. Не опасаясь, что буду замечен, я побежал к источнику шума. Тихий хруст иголок не слышен дальше пары шагов. Обогнул дерево и увидел, как огромный волк с двумя головами роет лапами подкоп под дерево. Периодически запускает в яму морду и пытается что-то схватить. Комья земли вылетают из под лап, тварь с остервенением пытается до чего-то добраться. Я сделал шаг, иголка подо мной хрустнула. Двухголовый волк обернулся на меня. Четыре желтых глаза окинули меня бешенным взглядом, из пасти потекла обильная слюна. Тварь развернулась и в два прыжка оказалась рядом со мной.
"Меч, – промелькнула у меня в мыслях, – нет, не поможет"
Зловонная пасть обнажила клыки, капли слюны упали в пару метрах от меня. Из широких ноздрей шумно вылетел воздух, пару иголок поднялось в воздух.
Тварь ринулась на меня.
"Корни, – промелькнула мысль". Я вновь взял под контроль корни ростка и рывком вытащил их из себя, разорвал тело, обильно закапала кровь. Волчья пасть заклацала перед ощетинившимися корнями, больно укололась носом и отступила чуть назад. Я подождал пока регенерация справиться с повреждениями.
Волк потерял контроль и жадно распахнул пасть, захватывая меня целиком. Мне совершенно не хотелось оказаться внутри, два тонких корня выпрямил вверх и когда пасть оказалась рядом, то воткнул их сверху в нос, морда отодвинулась назад и меня подхватила. Рядом вторая голова с ненавистью посмотрела на меня и попыталась укусить, я быстро выдернул корни и побежал к голове. Перед лбом вновь пришлось повторить трюк с двумя корнями и закинуть себя наверх. На месте перед глазами секундой спустя клацнули зубы второй головы.
"Разорвать, как людей, – промелькнула мысль".
И я рухнул плашмя на затылок первой головы и впился двумя корнями в голову. Твари это не понравилось и она начала мотать головой, но корни надежно меня закрепили. Оставшимися корнями защитил спину и рывком вогнал себя в состояние невесомости.
Огромнейшая тварь предстала передо мной в несколько ином обличье. Здесь у нее также две головы, но и два тела, лишь хвостами они едины. Одна сущность меня увидела и они синхронно прыгнули на меня. Я рефлекторно выставил перед собой руку, и одна сущность волка впилась в нее зубами. Начала мотать головой. Нестерпимая боль начала терзать тело и я в отместку что было силы ударил по зубам. Раз, другой третий и на четвертом ударе зуб обломился. Тварь замедлилась. Я принялся быстрее бить по другим зубам. Удалось выбить второй. Тварь остановилась. Я сумел освободить руку и отпрыгнул. Рана не желала зарастать. Вторая сущность псины с ненавистью на меня уставилась. Я увидел под пастью первой ее зуб. Цельность сознания нарушена. Вторая сущность заскулила и к моему удивлению зуб начал медленно подыматься.
Я вынырнул из невесомости и ощутил себя за затылке, где и прикрепился. Волк лежит на земле и с закрытыми глазами поскуливает. Вспомнил, что зуб скоро встанет на место и быстро достал меч и прыгнул на землю. Подбежал к горлу второй головы и что было силы рубанул. Меч проник на пару сантиметров и застрял. Я попытался его вытащить, но он не шелохнулся. Тогда забрался по шерсти на верх и прыгнул на лезвие, предварительно подложил корни под стопы. Древесный сок брызнул в разные стороны, но и лезвие погрузилось глубже. Пожалел, что у меня обоюдоострый меч, но выкинул все мысли и прыгнул еще дважды. Меч с хрустом разрезаемой плоти прошел дальше и к моему удивлению выпал из раны. Кровь обильно хлынула. Я спрыгнул за мечом. Фонтан крови окатил меня с головы до ног. Вторая начала открывать глаза. Я подбежал к ней и с помощью двух тонких корней забрался к ней на морду и двумя быстрыми ударами рассек ей глаза. Вновь воспользовался двумя корнями и закинул себя ей на лоб, пробежал к затылку и воткнул в нее меч, крепко схватился за рукоять. Тварь начала мотать остервенело головой, но меч с каждой секундой погружался все дальше. Я начал опасаться, что не смогу его достать. Вдруг послышался громкий хруст и голова завалилась в бок. Я повис на рукояти меча. Под моим весом, меч очень медленно стал выползать из раны. Дождался пока он полностью выйдет и вновь забрался на тварь по шерсти. Первая голова безжизненно осталась валяться, а у второй обильно продолжала выливаться кровь. Но показалось, что стала значительно меньше течь, то ли регенерация стала справляться, то ли кровь закончилась. Во второй вариант плохо верилось, перебежал через шею на вторую голову и выбрал место для удара за ухом на шее. Воткнул меч под углом, чтобы опять с помощью веса сделать рану побольше. С хрустом распарываемой плоти удалось сделать широкую рану, кровь вновь меня окатила. Я облегченно вздохнул. Видимо был прав, крови в твари еще полно, значит регенерирует. О первой голове больше не беспокоился, продолжил кромсать вторую из которой кровь продолжала хлестать, создавая все большую лужу, натекло уже на среднего размера бассейн. Ощутил мечом кость, но перерубить не получилось. Вдруг по всему волку прокатилась волна судорог, затем вторая, а далее еще три, но с каждым разом все мельче и мельче. Тварь затихла. Я прислушался. Спустился на пузо, разгреб шерсть и припал ухом к брюху. Тишина, не слышно сердцебиения. Позволил себе расслабиться. Уселся на задницу и нервно рассмеялся.
Вы убили Двутелого волка ур 169.
Вы получили 16900 опыта.
Вы получили уровень.
Вы получили грейд.
Я глянул в меню, росток тоже поднял уровень, стал шестым. Захотелось кричать и я заорал.
Грейд я сразу же вложил в телосложение. Жизни мне нужны больше всего. Остальное можно прокачать, а жизни очень долго и муторно приходится тренировать.
Залез в настройки ростка и недолго думая выбрал навык "основа", что в прошлый раз мне таким чудесным образом позволил выживать, добавив аж 5000 здоровья. Следующий уровень обещал добавить 10000. Я на мгновение задержал взгляд на выпирающих корнях из тела, как бы не разорвало, но вроде бы не должно. Ткнул в навык.
Боль стегнула по всему телу. Каждая клетка загорелась. Захотелось вырвать сердце и выкинуть, чтобы только быстро умереть. Начал кататься по волку, ощутил падение на землю, но это ничто по сравнению с обжигающей болью. Глаза сами хотели выпрыгнуть, руки и ноги страстно захотелось оторвать. Обжигающая волна прокатилась по телу, доказывая, что прошлая боль ничто с ее мощью. Я потерял сознание.
Очнулся рядом с тушей огромного волка. Вокруг длинные корни. Сначала подумал, что от рядом растущего дерева, а затем глянул на себя и увидел, что торчать из меня. Попытался встать, но длинные корни не желали гнуться и я завалился.
– Ты чего? – простонал я.
Росток не ответил. И я увидел как по корням пробежало зеленое свечение и решил подождать. Через десять минут корни пошевелились. Я решил встать. Корни не хотя, но все же гнулись. Чтобы оценить масштаб, перекинул корни вперед. Приличный кустарник не иначе. Когда-то у меня перед окнами росла сирень, доставала до второго этажа. Сейчас я с ней мог бы поспорить объемом ветвей. Глянул на характеристики. Здоровья стало 15020. Я ухмыльнулся двадцать это моя десятка плюс надышал. Мне и правда придется лет сто тренироваться, чтобы в будущем обходиться без ростка, если он решит меня покинуть. Перебросил корни за спину, а то спереди тогда ничего не видно.
Попытался идти, но они быстро подняли сугроб иголок. Попробовал их поднять, но их масса перевешивает меня. Присел подумать, как же теперь перемешаться. Вспомнил клоунов, что ходили на длинных ходулях.
– Сможешь? – спросил у ростка.
Он ничего не ответил, но зашевелил корнями. Меня подняло в воздух на полметра. Вокруг каждой ноги закрутились два корня и далее перевились до земли, а там вновь приняли форму, которой защищали раньше от корней. Сейчас я при всем желании не достану до земли, но площадочка получилась хорошая. Оставшимися корнями росток оплел тело, оставил только голову. Я попросил, чтобы парочку корней все же держал чуть выше, чтобы внезапно мне ее не откусили. Получился почти идеальный навес от дождя.
Я попытался пройтись. Получилось очень медленно, и правда как на ходулях. Пошевелил руками и рассмеялся. Длинные ноги, все тело защищенное и из всего этого торчат коротенькие ручки. Попросил поменять пропорции, чтобы на руки было выделено столько же длины корней, как и на ноги. Росток начал перестраиваться. Внутри все зачесалось, но решил молчать. Он и так пытается понять, чего я хочу. Обмоткой вокруг тела и головы пришлось пожертвовать, лишь пару линий корней, как каркас, а вокруг ног и рук скрутились корни, создавая импровизированные конечности. Я нагнулся, потрогал корнями землю, подхватил иголки и подбросил как фантики. Засмеялся. Забавно ощущать и использовать корни как часть своего тела. Росток почти полностью отдал мне контроль над ними, хотя это его тело. За что я ему был благодарен. И он это понял. Через секунду проявилась картинка как легкий ветерок играет с кроной дерева, а затем подымает мелкую пыль. Понял, что ему весело.
С трупом волка и чуть погодя можно будет разобраться. Интересно, что же он там пытался отрыть. Волк уже достаточно большую яму вырыл перед огромным корнем, но у него все больше получилось в глубину. Сильные когти оставили царапины на корне, но это ему не помогло. Интересно скрывается дальше, а не глубже.
Я убрал корни за спину, не меняя структуры, как бы завел лишние ноги и руки назад. Прошелся по рыхлой земле и заметил маленький лаз вдоль корня. Волку понятное дело туда было не попасть, но не мне с маленьким детским тельцем. На секунду показалось, что там кто-то есть. Перекинул древесную руку вперед, лезть собственным телом в неизвестность показалось глупостью. Нащупал что-то мягкое, потянул на себя. Раздался отчаянный женский визг. Я отдел древесную руку.
– Эй, кто там? – спросил я.
В ответ тишина.
– Извини, я не хотел тревожить. Я ухожу, – сказал я и подхватил себя на древесные ноги и направился к туше волка.
Кто бы не сидел под корнем, но волк это моя добыча, и хотя бы мяса я могу запасти. Да и пока половину не съем, с места не сдвинусь. Достал меч и вложил его в древесную руку, попытался рубить, но корни хоть и крепко, но рукоять все же выскальзывает. Пришлось вновь перебросить массу корней на ноги и защиту тела, а самому взяться за меч.
Лицезреть сизые внутренности у меня не возникло желания, решил отрезать ногу и из нее настругать кусочки в инвентарь. Но оказалось все не так просто. Меч я лишь считал острым. Он годен лишь чтобы размахнуться и ударить, почти как дубина, лишь лучше в плоть входит, а для разделки мяса совершенно не пригоден. Так и пришлось рубить по миллиметру ногу волка. Захекался, кровь из туши давно вытекла. Большую часть времени ожидал восстановления выносливости, благо с пищей проблем не было. Откусил кусочек и работай дальше. Хоть и сырое, но зато питательное.
Наконец-то удалось перерубить сухожилия и хрящ соединяющий ногу с телом. Принялся нарубать первый кусок мяса впрок в месте с кожей и шерстью. Оказалось мечом срезать кожу так же легко, как сбегать из Москвы до Пекина.
Ощутил чужой взгляд, обернулся. Голая женщина пристально на меня смотрит. Я постарался не делать резких движений, повернулся и помахал рукой. На всякий случай убрал меч в инвентарь.
– Привет, – сказал я и еще раз помахал рукой.
Она нервно повторила мой жест.
Я убрал древесные конечности за спину, опустился не землю. Она с любопытством меня продолжила рассматривать. Решил ей не мешать. Я бы тоже был в шоке, если бы такая ряха попыталась меня выковырять из под корня. Я бы полгода наверно не вылезал наружу, все же женщины быстрее отходят. Незнакомка сделала пару шагов в мою сторону.
Я поднял руку и помахал.
– Avez-vous tuИ? – спросила она и показала на волка.
– Извини, – пожал я плечами, – ничего не понимаю.
Повернулся к волку, затем к ней и провел пальцем по своему горлу и кивнул. Она неуверенно сделала еще пару шагов ко мне. Я присел, а то весь путь до меня так может занять пол дня. Она по большой дуге обошла меня и волка. Вернулась к своей землянке и опять стала медленно подбираться ко мне.
– Qu'est-ce qui se cache derriХre votre dos? – спросила она.
Я пожал плечами и показал на уши, мол, не понимаю. Она показала за спину. Я понял, что она про корни спрашивает.
– Это мой пет, животное, растение, – ответил я. Задумался и погавкал.
Она улыбнулась. Гавкнула и показала себе за спину. Я кивнул. Показал пальцем на себя, гавкнул и показал за спину. Медленно встал. Она замерла. Я воздел себя на древесные ноги, обхватил туловище корневой броней. Женщина широко раскрыла глаза, даже рот приоткрылся. Я опустился на землю, убрал корни за спину. Она подошла ко мне. Я удивился смелости женщины. Она обошла меня, потрогала корни. Вышла передо мной и спросила:
– йtes-vous humain?
Я виновато развел руками.
– Не понимаю.
Решил, что не к чему заниматься лингвистическими изысканиями. Вид голой женщины постоянно заставлял напрягаться, а не думать о построениях фраз. Я повернулся к туше волка, махнул ей, чтобы присоединялась. На такой добыче всем места хватит, а я не жадный. Все равно сам съесть не успею, протухнет быстрее.
Принялся рубить куски мяса. Краем глаза пару раз замечал, что она кружит вокруг, но решил не обращать на нее внимания.
Выпало сообщение.
Я глянул в батл-чат.
Вы выполнили тренировку тела 3 уровень (повторяемо)
Затем посмотрел на сообщение.
Вы можете выбрать:
– Увеличить силу удара мечом на 0,001
– Увеличить силу на 0,001
Выбрал силу, она мне тоже нужна, а чем конкретно буду бить не всегда важно. Пришлось периодически дожидаться восстановления выносливости. Не волей приходилось отвлечься. Женщина все ходила вокруг и никак не могла сообразить как ей отщипнуть мяса от волка. Голыми руками у нее не получалось, а никакого оружия по всей видимости она не имела.
Я тяжело вздохнул и показал ей на уже подготовленный кусок мяса. Она шустро прибежала, заставив меня против воли смотреть на ее голое тело. Я указал на кусок мяса и немного подвинул в ее сторону. Она что-то защебетала. Выносливость восстановилась и я с облегчением углубился в работу. Женщина как настоящая самочка уже приготовилась получить следующий кусок. Я не собирался и ее мясом обеспечивать, но она уже все решила за меня. Второй и третий кусок пришлось также отдать ей. На четвертом она замешкалась. Попробовала засунуть в инвентарь, но видимо перегруз и нехотя достала, положила обратно. Еле удалось спрятать усмешку.
Следующие сорок минут нарубил и себе мяса, засунул в инвентарь. Присел подумать. С одной стороны туша волка, почти неделю можно питаться свежим мясом, затем оно начнет попахивать, а когда уже совсем станет плохим, то можно перейти к запасам в инвентаре. Вот только какой смысл сидеть возле куска еды, даже если этот кусочек очень большой. Я не хочу здесь оставаться. Хотя, конечно же, соблазнительно. Красивая женщина, при том голая, щеголяет передо мной. Любуйся сколько влезет. Не думаю, что даже секс с ней можно считать за измену. Двести лет это не срок, который можно пережить, это охренеть какое количество времени. Это несколько жизней. Я, конечно же, люблю свою жену в реальности, но отнюдь не идиот, чтобы просто так мучиться.
Поднял глаза к небу. Зеленые огромные ветки с иголками далеко вверху, солнца практически не пропускают. Я откинулся на брюхо волка, у него мягкая приятная шерсть. В поселке МирРос из нее бы смогли изготовить одежду, а я могу мечом только рубить. Посетила мысль. Я вскочил, выбрал место на пузе волка, мысленно нарисовал прямоугольник и приступил вырубать кусок. Получился огромный пласт мяса с кожей и шерстью, только от мяса мне необходимо избавиться. Крикнул женщину. Она прибежала, вновь приковав мой взгляд к своим прелестям. Я показал на вырубленный кусок и показал, чтобы отгрызала куски мяса. Она замотала головой.
– Вот дура, – в сердцах сказал я.
За полдня удалось отгрызть все мясо с куска, благо его не было необходимости есть, откусил и сплюнул. Полученным результатом остался доволен. Затем аккуратно сделал надрез в центре и накинул на себя, получилось вполне сносное пончо.
Глаза женщины сверкнули радостью, протянула руку. Я засмеялся и показал на волка. Она погрустнела и отошла на пару шагов. Я тяжело вздохнул и забрался на волка, вырубил рядом такой же пласт мяса с кожей и шерстью. Кинул перед ней. Она обиженно на меня посмотрела, но я не собирался за нее выгрызать одежду. Не понравилось, что даже за предоставленную возможность не благодарит. Мысленно сплюнул и отошел. Все же не стоит бросаться на первую встречную бабу, я еще не настолько оголодал по сексу.
Незнакомка постояла, подумала и все же решилась. Есть она тоже не хотела, поэтому откусывала и сплевывала в сторону. А я задумался. Кусок мяса в инвентаре хорошо, а вот запасная накидка будет куда лучше. В лесу можно покормиться чем угодно: грибами, цветами, кореньями и червяками, а вот шерстяная накидка это ценность и такую в запасе всегда надо иметь. Все же прав был великан Егор, что в инвентаре всегда лучше держать неприкосновенный запас оружия, теперь бы я добавил, что и одежды. Хотя при наличия оружия и одежду смострячить не так долго. Подумал, что надо бы и пояс вырезать, уж как получится, но посмотрел на свои корни и передумал. И так они отовсюду торчат, мне от накидки не большой теперь и резон, так по привычке хочется одеться. Скинул пончо и подрезал, чтобы получилась накидка как у мушкетеров, только спереди и сзади, а по бокам голо. Попросил росток передвинуть корни в теле, чтобы теперь выходили сбоку. Он долго не мог разобраться как быть. Пришлось терпеть все возможные варианты. Наконец удалось найти подходящий. Основную массу корней я все же оставил на руки и защиту тела, а на древесные ноги пустили всего четыре корня, которые сплелись попарно, сначала вокруг ног, а затем до земли и там сформировали импровизированные стопы. Протестировал ноги, походил, даже подпрыгнул на пару сантиметров. Оказалось, что корни не могут быстро сгибаться, потому о прыжках можно забыть. Росток обиженно вывел картинку, которой намекнул на параметр "гибкость". Пришлось извиниться. А вот вокруг тела под пончо получилась хорошая броня, пару витков сделал и вокруг головы, уж очень не приятно, когда много здоровья, а убивают банальным откусываем головы. Но больше всего мне понравились древесные руки. Ощущения они передавали своеобразные, разбирают только мягкое, твердое, длинное, короткое. Но все же мне они нравятся. И по солнечным картинкам от ростка понял, что ему приятно, что я нахожу симбиоз с ним чем-то хорошим. Я задумался, ведь он мне не друг, не родственник, а что-то более близкое. Не сам я, то уж точно стал какой-то частью. Он читает мои мысли, знает меня, помогает, спасает. Подумал, что пора бы его как-то назвать.