Суэлен
По приезду во дворец, в несколько раз превосходившего дворец Хеймича, мы с Дуель попытались найти хоть одного лекаря, но решив, что в замке никого нет, сестра отправилась в конюшню, за помощью к какому-то придворному. Вернувшись с мужчиной, как мне показалось, немного выпившим, она рассказала ему, что случилось на площади. Увидев состояние Мери, он заволновался о ней не меньше нашего и, взяв сестру на руки, спешно отправился к выходу.
Встретив нас в большой больничной комнате, лекарь замка дал распоряжение уложить сестру на койку и дать понюхать содержимого из маленького флакона, запах которого заставил Мери открыть глаза.
– Мистер Кейтдон, скоро прибудут раненные и думаю их будет много, – взволнованно, оповестил доктор.– Нужно приготовить госпиталь для раненных.
– Сначала она, – помогая лекарю обеззараживать раны сестры, проговорил мистер Кейтдон. – Да и одному тебе не справиться, нужно звать лекарей из города.
– В больничной палате находятся еще двое моих помощников, – обратился ко мне лекарь. – Приведите их сюда, они помогут девочке, а я должен подготовиться к возвращению раненных.
– Мы приведем их, – схватив меня за руку, прокричала сестра.
– Дуель, – отозвала я ее на пути к палатке.
Сестра резко остановившись угодила в мои медвежьи объятия. Она накрепко обвилась руками вокруг моей шеи и истомлено протянула:
– Прости меня, что заставила вас страдать.
– Ты ни в чем не виновата, – пререкалась я. – Ты была права… всегда… у нас еще будет время поговорить об этом, но сейчас я должна вернуться.
– Что? – не поняла меня Дуель. – Куда вернуться?
– На площадь, – ответила я. – Почему никто не возвращается? Почему мы вернулись раньше всех?
– Суэлен, ты с ума сошла? Мы им уже ничем не поможем, надо думать о Мери и надеяться на лучшее.
Дуель снова побежала к палатке, а я, взглянув в сторону башни, вдалеке, увидела приближавшуюся толпу на лошадях. Спустя время, встретив выживших, в том числе Димонта, Макса и Анжели, мы с Дуель начали помогать воинам спускать с лошадей раненых солдат и, предупредив о подготовленной для них палатке, помогли доставить каждого раненного до лазарета. Димонт, увидев меня, не мог поверить, что я вернулась и, завалив вопросами о том, что случилось, обнял так крепко, как только смог.
Познакомившись с Анжели, и объяснив свое исчезновение похищением людьми Хеймича, я постаралась правдоподобно вверить им то, что, несмотря на вывих, я смогла вырваться из плена и сбежать.
– Узнав от болтливой стражи, которая держала меня в замке, что на площади намечается праздник, я, сбежав, отправилась именно туда, – говорила я. – Потому что знала, что на празднике могу встретить вас, Анжели, и попросить о помощи.
– Теперь ты здесь, и тебе не о чем волноваться, – добродушно уверяла меня Анжели. – Хеймичу недолго осталось волочить свое жалкое существование…
– Что вы намереваетесь делать? – поинтересовалась я у нее. – У вас есть план?
– Есть, – уверенно ответила Анжели. – Пришло время положить нашей борьбе конец.
– Не хотелось бы расстраивать вас… – вмешалась Дуель. – Но кроме вашего брата у нас появилась еще одна, в прочем, не малая проблема.
Повисло недолгое молчание, которое заставило понять нас всех, что в борьбе против оборотней, победу будет одержать куда тяжелее, нежели с самим Хеймичем.
– Зачем волки напали на нас? – взволнованно, чувствуя приближение еще одной войны, спросила я у Анжели.
– Оборотни живут своим кланом, в лесах, земли которых нам запрещено посещать, – отвечала она. – Наверное, вы знаете о договоре между волками и людьми. Однажды он был уже нарушен, и сейчас, оборотни все чаще без разрешения выходят в город и беспощадно убивают мой народ, а люди, в отместку охотятся на диких волков, убивая вожаков и главарей стай.
– Видимо, своим нападением они объявили нам войну, – подхватил Димонт. – Мы должны быть готовы ко всему.
– Для начала я должна покончить с братом, – возразила Анжели, нервно сжимая руку в ладони. – Он убил нашего отца, что бы вы чувствовали, оказавшись на моем месте, Димонт?
– Как не странно, я понимаю ваше горе, – сказала я, волнительно, пытаясь не сболтнуть лишнего, чтобы не выдать свое правдивое отношение к Хеймичу. – Но разве оборотни и так не нанесли вам удар? Вы потеряли многих солдат. Неужели снова готовы прийти к таким утратам ради какой-то мести.
– Никто не знает, когда они появятся вновь, – поддержал меня Димонт. – Анжели, вдруг это случится уже завтра, люди в опасности, ваши дела с братом могут и подождать.
– Нет, мы не можем больше ждать, – повысив голос, сказала Анжели, после чего обратилась к одному из главных страж. – Гарет, надеюсь вы готовы…
– Ваше величество, отряд понес огромные потери, тем не менее, наше войско по-прежнему превосходит в числе войско Хеймича.
– Число не главное, – упрекнула его Анжели. – В походе должны участвовать самые сильные и надежные воины, не способные к предательству…
– Уверяю вас, моя госпожа, я сделаю все, что будет в моих силах. А если мы потерпим поражение, я готов ответить за свои ошибки.
Анжели, растроганная такой верностью, смягчилась, и отпустив Гарета, сев на трон, тихо добавила:
– Ошибок больше не будет. На этот раз ему не спастись.
– Она так ослеплена своей ненавистью к брату, – сказала я Димонту, как только мы покинули тронный зал. – Нужно что-то сделать, оборотни уничтожат весь Хендстон, если мы не будем защищать народ.
– В тебе есть задатки правительницы, – заметил Димонт. – Все мудрые правители в первую очередь думают о народе, а не о себе.
– Значит, вы знали? Вы все знали и ничего не рассказывали нам…
– На это были причины, Суэлен, – виновато ответил Димонт. – Но да, я знал.
– Вы рассказали Дуель и Мери?
– Да, но об этом знаем только мы и больше никто.
– Вы побоялись рассказать обо мне Анжели? – поинтересовалась я. – Почему же?
– Не думаю, что это было бы хорошей идеей.
– Снова тайны? – недоверчиво, поинтересовалась я.
– Никаких тайн, – загадочно улыбаясь, отвечал Димонт. – Но пока будет лучше держать это от кого-либо в секрете. Суэлен, теперь ты знаешь, что имеешь полное право на престол. Ты законная наследница, и народ будет рад принять тебя как свою вернувшуюся правительницу.
– Но я этого не хочу, – сказала я, что стало для Димонта неожиданностью. – Я хочу лишь защитить своих сестер.
– Суэлен! – заметив меня в главном холе дворца, прокричала Дуель. – Идем со мной, я хочу познакомить тебя с Винстером Льюисом, моим учителем.
– Учителем? – удивившись переспросила я. – Ты сказала мистер Льюис…
– Да, ты знаешь его?
– Нет, это вряд ли…
–Я решила обучаться магии у него, – произнесла Дуель, радостно теребя свои волосы, скорее от волнения, что такая идея не придется мне по душе.
– Дуель невероятно способная, – подхватил Димонт. – У нее есть дар, который в дальнейшем сможет сделать ее могущественной волшебницей.
– Ты этого правда хочешь? – чувствуя волнение за свою сестру, из-за того, что она связала себя с таким сложным и опасным делом, как магия, спросила я.
– Знаю, ты не захочешь, чтобы я училась, но Суэлен, а вдруг Димонт прав, – пыталась успокоить меня Дуель. – Что, если у меня все же получится открыть в себе такой дар, которым владеют только самые сильные и опытные чародеи.
– Дуель, моя милая, – я остановила сестру, чтобы сказать ей то, что мне хотелось ей сказать еще до того, как попала в плен. – Ты в праве делать все, что хочешь. Если ты считаешь это нужным, пожалуйста, обучайся магии, я не против…
Дуель очень растрогалась, а я взяла ее за руку и тихо добавила:
– Однажды я не поверила тебе. Тем не менее, все, что ты когда-либо рассказывала о Вениакоре, оказалось правдой. Ты открыла нам этот мир, и мы все здесь только благодаря тебе. Этот мир, он твой, я больше не вправе запрещать тебе что-либо делать.
Дуель обняла меня, а я попыталась обнять ее как можно крепче, и сдержаться, чтобы вот – вот не расплакаться. Димонт, предупредил о том, что ему нужно идти в военный лагерь, после чего, если я не буду против, хотел бы поговорить со мной. Мы с Дуель направились к главной лестнице дворца, как и в замке Хеймича, находившейся в самом сердце огромного замка, чтобы подняться на самый высокий, шестой этаж, полностью обоснованный под магический класс. Он состоял из двенадцати комнат, каждая из которых была предопределенна для отдельного предмета магической науки: рунология, искусство защиты, спиритизм, зельесмешение, стихиялогия, пророчествоведение и многое другое. В кладовой комнате, где обычно хранился необходимый инвентарь для обучения, мы нашли одного из учителей Дуель, который сидел в углу крохотной комнаты за старым деревянным столом и просматривал карту.
– Познакомься, это мой учитель по стихиялогии, – представила мне невысокого, светловолосого старика Дуель. – Винстер сам предложил мне обучаться в его классе и уже многому меня научил.
Учитель Дуель странно всматривался в мое лицо, но, тем не менее, был очень рад познакомиться со мною лично.
– Этого не может быть, – сказал он радостно, но в то же время взволнованно, протягивая мне свою руку, чтобы коснуться моей холодной, сильной руки. – Самфира… я помню ее еще юной… как вы сейчас.
– Мы ее дети, – полностью доверившись своему учителю, сказала Дуель.
Мистер Льюис вытер слезу, которая предательски выдала его сентиментальный характер. Он извинился и попросил у нас немного времени, чтобы прийти в себя и осознать, что увиденное им является неожиданной, но приятной правдой.
– Ваша мама была невероятно доброй и справедливой правительницей, – рассказывал он, усаживая нас за свой стол, одновременно сдвигая какие-то бумаги и карты в сторону, чтобы они не мешались. – Но однажды она просто исчезла. Спустя какое-то время я узнал, что Ларинда, самая могущественная за всю историю альфа, переправила их на другой материк, что было запрещено делать любому, даже самому сильному магу или колдунье. Около трех сотен лет назад границы материка были, так скажем, запечатаны, и Вениакор навсегда был сокрыт от глаз людей из вашего мира.
– Хотите сказать, что Вениакорский материк существовал когда-то как седьмой материк света? – предположительно, уточнила я.
– Вы все правильно поняли, – присев рядом с нами, ответил мистер Льюис. – Но как только врата материка были закрыты Маришей Нортдамой от остальных частей света, он перестал существовать для других. Он был стерт с лица Земли и из памяти людей, для защиты самого Вениакора.
– Невероятно, – сказала Дуель. – Но почему я часто видела во сне этот материк, и вообще, смогла попасть сюда, ведь по крайней мере, меня здесь никогда не было, я была рождена в Евразии.
– Тем не менее, вы наследницы, в ваших жилах течет кровь великих правителей, ведь династия Таунов была первой в истории династией Вениакора, после создания грани между частями света.
– Это прозвучит совсем не храбро, но я не хочу связывать себя с этой историей, – сказала я, после чего в воздухе повисла тишина из-за моего неожиданного признания.
– Ты хочешь дать нашей династии вот так исчезнуть? – спустя недолгое время, возмущенно спросила сестра. – Суэлен, разве ты не понимаешь, люди надеялись на наше возвращение. В чем дело? Ты боишься?
– Нет, я не боюсь, не в этом дело, – попыталась заверить я сестру. – Я не смогу сделать то, что никогда не делала. Да и вообще, будь я хоть немного постарше, наверное, было бы проще. Дуель пойми, ведь это не так легко, как кажется, Вениакор, это не просто какой-нибудь город или даже страна, это огромный материк, который заслуживает мудрого и опытного правителя.
– Моя дорогая, вы всему научитесь, – попытался мистер Льюис взять ситуацию в свои руки. – Повторюсь, ваша династия правила около трехсот лет, вы не просто Суэлен, девушка, которая неким образом смогла пересечь возложенную несколько веков назад грань. Вы Суэлен Таун, наследница многовековой династии, единственной в своем роде. Очень жаль, но вся ваша жизнь была посвящена не тому, чему было велено посвятить судьбой, но сейчас появилась надежда и шанс, который дорогого стоит. Запомните…совершить ошибку может любой из нас, но исправить ее лишь немногие…
Слова мистера Льюиса, иной раз, не давая мне покоя, на долгое время впечатались в мое сознание. С одной стороны, наставления учителя и сестры все больше преодолевали мою неуверенность и страх бесчестия, но с другой, мой отказ от своего титула был связан лишь с обещанием Хеймичу о помощи, которое я, не при каких бы то ни было обстоятельствах, никак не могла нарушить.
Вечером, после недолгого разговора с Димонтом, в котором он попытался оправдать себя за свое долгое молчание, за что я, несомненно, его простила, я решила еще раз поговорить с сестрой о том разговоре с учителем. Отправившись в комнату, которую Анжели отвела для Дуель, я на пути к лестничной площадке оказалась схвачена, и тотчас же в своем нападавшем разглядела Акселя.
– Суэлен, тише! – предупредил он. – Это я, мне нужно кое-что показать тебе.
– В чем дело? – тихо потребовала я объяснений.
– Идем за мной, но осторожно, нас не должны увидеть.
Я направилась вслед за Акселем, который взяв с собой свечу, вел меня к тронному залу. За ней следовала потайная комната, ведущая к спуску в подвал дворца, в которой находились заключенные пленники или пойманные в королевстве предатели, тайком находившиеся во служении у Хеймича.
– Что мы здесь делаем? – испугавшись и подумав о том, стоит ли так доверять Акселю, тихо спросила я.
Неожиданно я услышала мужской крик, который доносился из-за железной двери одной из камер. Звук приглушался громкими ударами кулаком в эту же дверь.
– Держись рядом, – заметив мой испуганный вид, прошептал Аксель. – Мы уже близко.
– Куда мы идем? – снова задала я мучивший меня вопрос.
Пропустив еще две двери, Аксель достал небольшой ключ, чтобы открыть камеру. Как только дверь открылась, перед собой я увидела окровавленное, лежащее на холодном, сыром полу, едва дышащее, тело Беркеля.
По моему телу проскочили мурашки, глаза вмиг наполнились жгучими слезами, которые падали на такой же окровавленный, твердый пол, мне казалось, будто я слышу, как они касаются его поверхности.
– Беркель! – громко сказала я. – Что они с ним сделали?
Аксель поставил свечу рядом с нами и, достав из кармана небольшой пузырек с какой-то жидкостью начал медленно поливать ею глубокие раны.
– Он живой, – продолжая дрожащей рукой залечивать раны Беркеля, говорил Аксель. – Его схватили на площади, когда наш план провалился. Он ничего не рассказал…
– Его пытали? – придерживая голову и шею Беркеля в нужном положении, как показывал Аксель, спрашивала я. – Неужели Анжели на это способна?
– Без ее приказа здесь ничего не происходит, – вылив на ватный бинт остатки содержимого пузырька, а за тем сунув его мне, ответил он. – Возьми это и приложи вот сюда.
Я, дрожащей рукой, быстро выхватила бинт из рук Акселя и, приложив к открытой окровавленной, ране, ниже левого ребра, попыталась узнать, что находилось в пузырьке.
– Это сок вербены, – ответил Аксель. – Его резали ножом, пропитанным волчьей кровью, точнее кровью оборотня. Это сильнейший яд, который для обычного человека становится смертельным. Вербена служит противоядием.
– Я слышу, как он дышит, – улыбнувшись и пропустив очередную слезу, сказала я. – Мы ведь не дадим ему умереть?
– Ну что ты, – ответил Аксель. – Он исцелится. У Беркеля есть дар, доставшийся ему от отца. Любая, даже смертельная рана в скором времени заживает.
– Его нельзя здесь оставлять, – уверенно, сказала я. – Мы должны как-то вывести его отсюда.
– Суэлен, это невозможно, – с прискорбием ответил Аксель. – Нам нужно быть осторожными. Если хоть кто-нибудь узнает о том, что мы помогаем ему, нас убьют.
Неожиданно в камеру забежал страж тюрьмы, но к моему счастью, как оказалось, он так же поддерживал сторону Хеймича.
– Вам нужно уходить, – тихо сказал он. – Идите, я присмотрю за ним.
– Вставай, Суэлен, – взяв меня за руку и потянув за собой, сказал Аксель. – Тебе нужно успокоиться, забудь все, что видела здесь.
Поднявшись по лестнице и пропустив входную дверь в подвал, мы с Акселем снова оказались в тронном зале.
– Веди себя так, будто ничего не произошло, – снова обратился он ко мне. – Я должен идти к брату, а ты ложись спать.
Я молча слушала наставления Акселя, который начинал понимать, что своим взбудораженным видом, я могу с легкостью вызвать какие-нибудь подозрения.
– Я все поняла, – уверенно ответила я, действительно представив, будто ничего не случилось.
Но как только я оказалась наедине с собой, в своей комнате, мною овладело желание снова пуститься в истерику. Я плакала так громко, что казалось, будто весь замок стоит за дверью моей комнаты и гадает над тем, что могло произойти со мной в такой короткий, ничем не примечательный, срок.
Утром, проснувшись на полу, я, не теряя ни секунды, направилась к Дуель, чтобы рассказать ей всю правду.
– Суэлен что такое? – пробудившись от моего неожиданного стука, провопила сестра. – Еще ведь рано.
– Послушай меня, Дуель, я врала тебе, – сев на кровать, рядом с сестрой, сказала я.
– О чем ты говоришь? – облокотившись спиной на подушку, спросила Дуель. – Что с твоими глазами, ты плакала?
– Послушай меня, – начала я. – Никто меня не похищал, Хеймич, брат Анжели, не убивал их отца. Это сделал кто-то другой, кто именно, я и должна выяснить…
– Что? Суэлен, они обманывали тебя, ты должна была сразу рассказать все Анжели и Димонту.
– Дуэль да послушай же ты, – занервничала я. – Хеймич невероятно добрый человек, за все время, что я провела с ним, я ни разу не усомнилась в своей верности. Он многое сделал для меня, помог с тренировками и не раз спасал мою жизнь. Разве это похоже на предательство?
– Но Суэлен, почему тогда именно его, даже сама Анжели обвиняет в убийстве отца?
– Потому что его подставили, – ответила я на вопрос Дуель. – Анжели доверяет не тому человеку, в замке находится истинный предатель, возможно и не один. Прошу тебя, пожалуйста, поверь мне. Я знаю, что это сложно, но я прошу тебя…
Дуель, заметив, как я уверенно стою на своем, ничуть не сомневаясь в своей странной верности человеку, которого все считали предателем, в конце концов, поверила мне. Я рассказала все как есть, не упустив историю о том, как Мигель рассказала мне правду о маме.
– Об остальном позже, – вспомнив о Беркеле, сказала я. – Анжели в подвале замка держит того самого человека, который якобы похитил меня. Я боюсь, как бы с ним не случилось что-то плохое, вдруг Анжели прикажет убить его.
– Его можно перенести в замок Хейнича с помощью телепортации, – предложила Дуель, взволнованно теребя руками пряди своих волос.
–Хеймича, – поправила я сестру, а за тем удивленно добавила. – Постой, что? Телепортация?
– Да, ты все правильно поняла, – усмехнулась Дуель. – Удивительно, но телепортация в этом мире используется не реже, чем, например, велосипеды в Калифорнии.
– Точно, – нахмурив брови, промолвила я. – Я и забыла где мы находимся.
– Но это сложно даже мне, – предупредила меня Дуель. – Винстер говорил мне, что перенестись в другое место можно лишь очистив свое сознание о месте, в котором находишься сейчас…
– Что это значит?
– Суэлен, я не уверена. Я не смогу. Мы должны попросить о помощи учителя.
– Ни в коем случае! – испуганно, предупредила я сестру, которая едва ли была готова рассказать все мистеру Льюису. – Этого никто не должен знать…
– Суэлен, я не смогу справиться одна, – протянула Дуель, назойливо доказывая свою правоту. – Этот человек, как ты сказала очень слаб, я не смогу перенести его в другой замок одна, он может не пережить.
Попытки сестры уверить меня в том, что без помощи мистера Льюиса мы Беркелю не поможем, давали мне повод задумываться о возможных последствиях такого разворота событий. Боясь того, что учитель Дуель посчитает неправильными мои действия, я все же просила сестру не обращаться к нему, но после очередного посещения Беркеля, который мучась от боли, стонал, едва ли подавая признаков жизни, я приняла решение рассказать мистеру Льюису правду.
Камеру Беркеля окутал непроглядный мрак, от дикого холода у него еле подвижно дрожали губы и синели пальцы. Дуель, отправилась со мной в подвальный зал, приложив к его ранам заранее приготовленный ею отвар, она тихо сказала:
– Руки сильно отморожены. Если не отнести его в тепло, он потеряет силу и не сможет восстановиться. Он погибнет.
– Мы не можем этого сделать, – встревожилась я. – Это невозможно…
– Тогда он не выживет.
– Нужно придумать что-нибудь. Мистер Льюис сможет помочь?
– Да, но после повторит мои слова. Мы можем спрятать его в моей спальне. Анжели никогда к нам не ходит, да и вообще, без разрешения наши комнаты не посещает никто, это может быть неплохой идеей.
– Даже если так, как мы перенесем его? По всему дворцу расставлена стража, нас поймают и мое задание полетит к чертям.
– Суэлен, я понимаю твой страх, но у нас нет выхода. Если оставим его здесь, он погибнет. Нам нужна лишь пара дней. Он придет в себя и начнет восстанавливаться быстрее.
Дуель пришлось еще немного помучится с уговорами, но решив, еще до начала спора, что возможно это единственный вариант, я перестала ломаться и попросила Акселя помочь нам с нашим планом. Отвлечь охрану было не так сложно, как казалось мне на первый взгляд, Аксель, дал распоряжение страже тронного зала и еще двум, стоявшим у нас на пути стражам, отправится в гарнизон к раненым. Прибывший к нам на помощь, уже знакомый мне Якоб, попытался отнести Беркеля к Дуель, но безуспешно, так как сам Беркель издавал слишком громкие стоны, которые могли бы привлечь страж. Сестра, тем временем отправилась на поиски Макса, чтобы рассказать ему о случившемся.