Итак, Рейша Мог Грик. То, что рейша, значит не всё так просто, как минимум знатный род у этой гоблинши. Это я уже после поняла, знакомясь с учебником по этнографии. Собственно весьма полезный курс и надо было такому случиться, что не прошло и четверти часа, как я со всей безответственностью, на которую только может быть способен студент, уснула, свесив голову сначала на грудь, а потом и вовсе устроилась, обняв талмуд по этнографии. Не подушка. Но за неимением обнимала я учебное пособие нежно-нежно. Нет бы, задремать с открытыми глазами, сохраняя обрывки приличий, или время от времени клевать носом. Так нет ведь, как есть уснула. Крепко. Очень надеюсь, что не сопела, хотя поручиться не могу. Сказались – таки все потрясения и страхи, которые без спроса ворвались в мою жизнь за последние сутки, включая недосып и переход порталом меж Реальностями. Завершающим аккордом был плотный обед, который безапелляционно поставив жирную точку в моём бодрствовании давая организму отмашку, махнуть на всё рукой, говоря: «Хватит! Вы там что хотите, делайте, а я спать!» Не говорю, что к стыду, поскольку после столовой, идя к корпусу по подземному переходу, отчетливо понимала, что хочу только одного – увидеть или, если быть, точнее, ощутить в своих руках подушку и провалиться в сон. Глубокий. Долгий. Должны же были в какой – то момент закончиться мои скромные человеческие силы. И? Чего я должна стыдиться? Того, что я – человек?! Это может гоблины или орки могут по два дня, а то и больше бодрствовать при этом, дестабилизируя свою нервную систему всё новыми и новыми открытиями на грани потрясения, а я человек – для меня существует четкий график, треть суток будь добр поспи. Организм мучить недосыпом ни к чему хорошему не приведёт, да он и не позволит.
Но интересно другое. Меня не то что не разбудили во время урока, как только обнаружили мерно посапывающего вестника в обнимку с учебным пособием, а, по словам Геры, Мог Грик даже голос понизила, стараясь не мешать мне спать. Не! Так не бывает! Представьте кто – то из учеников засыпает в институте, в школе, неважно, главное на уроке, а его не просто не будят со словами, а что ты дома собственно ночами делаешь, а на шёпот переходят, чтобы не помешать, ведь спать за партой так неудобно! А тут бодибилдерша гоблинша, повествующая о тонкостях этнографии шёпотом, что бы ни-ни. Не помешать, не разбудить провалившегося в сон на её лекции вестника. Одним словом мне было и смешно, и неловко за этот полуторачасовой крепкий сон. Гарест Геф Тор Гра – Багол, наоборот, успокоил, сказав, что беспокоиться не о чем, все прекрасно понимают, включая преподавателя, что значит первый переход для письмоносца, когда твоя сущность вскрывается сложнейшим переходом, даже эльфы и те не бузили. А уж, если принимать во внимание тот факт, что я о своей то ли участи, то ли призвании вообще не знала, то не понятно другое, как меня вообще хватило до этого на две пары.
Преподаватель этнографии скромно так, деликатно просила передать, что с меня заполненная тетрадь по уже двум пропущенным урокам. Одного – то честно пропущенного, а другого проспанного. Кроме того эскиз одежды и прочих деталей гардероба для первой в этом семестре экспедиции, которая состоится уже в этом семестре.
А вот с этим мне повезло, честное слово, причем из всей группы именно мне. По совпадению экспедиция, которая запланирована на первом курсе вестников и одно из первых посещений библиотеки, на курс которых ещё надо будет записаться в той же Канцелярии, где меня прикрепляли к месту обучения, будет в одно место. Эллада. Земля. Солнечная система Млечного Пути. Родина? В каком – то смысле да, если не принимать во внимание временной рубеж. Как сказал ректор ещё во время нашего поверхностного знакомства в принимающей башне за минусом пяти тысячелетий. Та же самая планета, на которой я жила до недавнего времени? Да, кто спорит. Но до моей страны, моих родных без малого пять тысяч лет. Не хило?! Не это ли параллельность миров? Параллельные прямые по определению никогда не при каких условиях не пересекаются, это ещё Эвклид и Лобачевский утверждали, правда, в разное время, хотя и со своими оговорками. Так что без вариантов. Хотя допущения как, оказалось, имеются, если параллельные прямые лежат не в одной плоскости, а в иных измерениях, как в случае с переходом по Топи. При наличии доступа к разным измерениям пересекается что угодно как угодно и сколько угодно раз! Разрыв шаблона! Не Эвклид, не Лобачевский к иным измерениям допущены не были, так что откуда этим гениальным математикам было знать, когда они выдвигали свои аксиомы.
Посещение библиотеки же, стоящей в элективном курсе одной из первых гораздо в более ранний временной отрезок, чем экспедиция, был обозначен во временной промежуток в первое столетие до действующей эры исчисления. Но все равно не дотянуться, не докричаться мне до дома. К этому посещению нас должны подготовить на элективном курсе в начале следующей недели.
Если для моих сокурсников и мир, и этнос с его особенностями быта был абсолютно новой информацией, то мне было относительно понятно, что от меня требуется. Впрочем, для них я сейчас была своего рода образчиком. Скорее всего, во время моего сна Мог Грик наверняка ссылалась, что я – человек и на Земле мы встретим именно такую форму существования.
Что касается эскиза одежды – не вопрос, сделаю ещё и другим помогу. Хотя Фрося, после сегодняшних событий, скорее всего не ко мне, а в библиотеку поплетётся за информацией. Что ж, сама виновата. Туда ей и дорога. Как говорил кот Леопольд «Ребята, давайте жить дружно!» Вот ведь такой верный, далеко идущий посыл! Похоже, у них в Светлых Рощах такого то ли не объясняют, то ли и вовсе не держатся. Эльфы, они в Африке были бы эльфами. Ну, ничего, жизнь студенческая объяснит, что дружеские отношения дорогого стоят, никогда не знаешь, кто тебе помочь сможет, кто выручить, а настроить всех против себя своим высокомерием и чванливостью много ума не надо. Это на раз-два-три получается, тут никаких талантов не требуется.
Только чует моё сердце, что простым эскизом мы не отделаемся. Если в экспедицию идти, то однозначно нужно быть одетым так, как в то время одевались. Это же логично! Только вопрос назревал, а за чей счет банкет? Нет, поймите меня правильно, если просто хитон сварганить, так я смогу кусок прямоугольной ткани купить, не разорюсь, поди. Сложить пополам, у плеча перехватить, чем-нибудь скрепить, да подпоясаться. Но, а потом? Миров по их же заверению множество, и что мне искать возможность оплатить для каждого похода обмундирование? Чтобы ладно ещё людей, но и нелюдей не смущать? Оказалось, нет. Спасибо Гера успокоила. Академия вообще старалась финансово вестников не нагружать. Все костюмированные вылазки проплачивались из ВАМПИРского кошелька, кроме того, одежда потом оставалась в пользовании студента. И на том благодарствую.
А эскиз костюма для путешествия в Элладу сделать было и в правду проще простого. Нарисовать можно и за полчаса. По сути это драпированный кусок ткани, скрепленный на плечах застёжками. Эскиз – то я сделаю, но только вот почитать про особенности одежды эллинов всё – таки стоит. Всё, что я помню так это то, что был хитон и как он смотрелся на человеке. Но ведь сами понимаете, были нюансы, начиная с ткани, её фактуры, цвета, орнамента по канту, в конце концов, способов крепления этого самого прямоугольного отреза. Подозреваю, что тут целая наука. А ещё нужна информация по обуви. Сандалии? Да, скорее всего именно сандалии, но детали нужно будет узнать. И причёска! У эллинов особенное отношение было к тому, как укладывались волосы у женщин. Мужчинам проще. Помыл, вытер и готов, ну обруч какой – никакой нацепил. И да, длинных волос у мужчин не было. Как будут эльфы свои хвосты маскировать интересный вопрос. А женщинам всегда во все времена было сложнее. Так что как ни крути, а нужно всё – таки снова сгонять в библиотеку к Делю и попросить помощи в подборке информации по этой тематике. Коли я уж назвалась Афиной, да и в Элладу рванём, так хоть выглядеть прилично нужно. Нечего тёзку богиню позорить. Ещё и Гере с Гермесом объяснить, как их там встретить могут, чтобы морально были готовы, если какой-нибудь эллин ниц падёт, обознавшись.
Когда только я со всеми книгами ознакомляться буду? Вопрос, похоже, риторический. Ответа ни от себя, ни тем более от кого – то другого я не ждала.
Умилил меня Баркус, ожидающий меня и Шрека у выхода из аудитории. Наивный, он думал, я там учусь не покладая рук, а я проспала за партой последние два часа, аж следы на щеке от учебника остались. Вмятины. Думала, прокомментирует. Ан нет, пофигист тьютор промолчал, хотя и заметил. То, что я уже была в библиотеке, для него новостью не было, так что он предложил проводить меня до многоуважаемого господина Эзевеса, ректора ВАМПИРа.
Ну да, к ректору надо, но на счёт многоуважаемого не берусь утверждать, так что опустим, уважение ещё заслужить нужно. Пока у меня к нему был целый ряд вопросов. По большому счёту претензионных. Начиная с правомерности выдёргивания из чужих миров студентов без их согласия и даже без уведомления со стороны администрации сего учебного заведения. Мы ту вас, дескать, ангажировать на пять лет хотели. Не против? Ага. Как бы ни так – промолчали. И только пусть попробуют привести аргумент, что, дескать, цель оправдывает средства? Ну-ну. А что, если я с этой целью не согласна? У нас почему-то эту фразу всегда цитируют, выдирая из контекста, тем самым в прямом смысле безбожно искажая первоначальный смысл. Игнатий де Лойола, испанский инквизитор имел в виду вообще – то совершенно другое, произнося эти слова. «Если цель – спасение души, то цель оправдывает средства». Но почему – то так получается, что правильные слова потом перефразируются и вот уже, пожалуйста, привычная для слуха укороченная версия. Вооружившись уже этим обрубленным лозунгом инквизиция, на минуточку именуя себя святой, пытками выбивала признания в тюрьмах и костры запаливала. Да и в нынешнее время найдутся те, кто будет ссылаться на эту ставшей расхожей фразу, не подвергая сомнению её правомерность и оправдывая выбранные средства для достижения своих целей. А про выбор цели я вообще лучше промолчу.
Заручившись моим согласием, Баркус повёл меня на второй этаж, но в противоположную от библиотеки сторону. Коридор здесь был обставлен, прямо скажем богаче студенческого или того, что вёл в ту же библиотеку, но в другом крыле. На стенах помимо светильников висело несколько картин и зеркал, в массивных багетных рамах, под ногами приличная ковровая дорожка, по углам кадки с цветами, определить название которые я так и не смогла. Иномирные.
Взглянув в одно из зеркал, я старалась больше туда не заглядывать, нечего расстраиваться. Серая мышь, причем хорошенько потрёпанная то ли безумным марш-броском, то ли метаморфозой, которую обеспечило безобидное желание поработать летом курьером. Спать. Этот вывод я сделала, отвернувшись от зеркальной глади. После беседы с ректором нужно добраться до своей комнаты и по-человечески выспаться. Перед этим набраться сил и дотащить себя до ванны, отмокать. Не забыть уточнить у Минервы, что шампунь поменян. Да, кстати я пересеклась с совой после обеда, презентовав ей пирожок, уточнив, есть ли возможность поменять шампунь на идентичный тому, что был у Геры до Фросиных манипуляций. Не хотелось озвучивать то, что эльфийка учудила ни своей соседке, ни другим с нашего курса. Бог с ней, пусть живёт. На что комендантша сурово ответила, не соглашаясь с моими пацифистскими воззрениями, что врага надо, если не добивать, вестников уничтожать нельзя, но всё же стараться нокаутировать, чтобы поползновений больше не было. Ну да, у каждого из нас своя философия. Поживем, увидим, если мои мирные намерения не сработают, и на подставленную щёку Афродита ответит очередной гадостью, то се ля ви, Фросюшка, тогда и сдачу дам. Собственно и щеку подставлять рекомендовано один раз, уподобляться боксёрской груше для битья я тоже не намеренна.
Кабинет ректора меня впечатлил. Во-первых, размером – не просто просторный, по нему при желании прогуливаться можно было. С высокими и отнюдь не узкими стрельчатыми, как большинство в замке окнами. Как следствие он должен быть светлым, но это в утреннее и дневное время. Сейчас же за окнами сумрак, с которым борются вспыхнувшие тёплым ярким светом фонари, придавая защищённой от непогод замковой территории то очарование, что бывает лишь в сумеречное время. Во-вторых, абсолютно никакого аскетизма. Даже намёка. Похоже, Эзевес Диктейский был ещё тот коллекционер и если учитывать, что возможностей у него было более чем достаточно, то результат был налицо. Всё пространство было, заставлено начиная с книжных полок и картин на стенах, заканчивая всевозможными диковинками, как я поняла даже не со всего света, а со всех миров. Сюжеты одних картин были сюрреалистичны, только я допускала мысль, что это не бред художника, а вполне себе списано с натуры одной из реальностей, другие с понятным моему восприятию пейзажем. Как бы то ни было, а взгляд цепляли. Вообще живопись была моею слабостью, хоть я и не нарисую сама ничего путного. Но мне всегда нравилось рассматривать картины, восхищаясь мастерством человека, который лёгким движением кисти, смешиванием красок на своей палитре творил прекрасное. Ещё больше нравилось всматриваться, как на белом нетронутом холсте мазок за мазком ткался целый мир. Пристрастилась ходить на мастер-классы к местной художнице Ольге Соколовой, которая умудрялась поделиться не только своим умением, но и вдохновением.
Посередине ректорского кабинета стоял, занимая добрую половину пространства внушительных размеров стол. Не хиленькое подобие, а основательный монументальный рабочий стол, такой не сдвинешь. Сделанный из дерева, судя по просвечивающей текстуре годичных колец, только вот какой породы? Теплый сочно-бежевый оттенок древесины разбавляли вытянутые красноватые разводы, у нас на Земле такой древесины точно нет. Однозначно она внеземного происхождения. Впрочем, что это я, здесь как раз – таки наши берёзки и лиственницы будут диковинкой, а внеземная флора – это как раз обыденный образчик. По обе стороны и во главе стола кресла с подлокотниками, на один из которых я опустила Шрека, разговор, скорее всего, будет, если и не долгим, то и не пятиминутным точно, так что пусть аргонианин посидит в кресле у ректора ВАМПИРа, будет, что потом вспомнить и внукам рассказать.
Мой взгляд остановился на застеклённом кубе, внутри которого была морская ракушка, средних размеров, но необычного нежного дымчато-голубого цвета. Подойдя ближе, я поняла, что внутри весь куб был заполнен водой, впрочем, воздух, по всей видимости, тоже поступал, так как струйки воздушных пузырьков, как маленькие гейзеры, вырываясь снизу, устремлялись вверх.
Баркус, тем временем, со знанием дела позвонил в колокольчик, что висел у двери, мгновение спустя одна из стен, та, что была заставлена книжными полками, отъехала, открывая проход в соседнюю комнату. На пороге показался хозяин кабинета. Эзевес Диктейский. Утром он показался мне, если не моложе, то однозначно бодрее. Сейчас же было отчётливо видна не только усталость, но и возраст возглавлявшего ВАМПИР ректора. Сделав жест Баркусу, что отпускает его ректор, подошёл ко мне.
– Афина, вы знаете, как образуется жемчужина на глубине моря?
– В морских раковинах на подобие этой. Так происходит у нас, как в других мирах – не знаю.
– Приятно слышать, что у вас из голоса ушли стопорное ноты, и вы приняли факт существования иных миров и реальностей.
– Факт может и приняла, согласитесь, сложно отрицать, когда видишь перед собой представителей этих самых миров, о которых ты раньше и не подозревал.
– Логично. Но вернёмся пока к жемчужине. Всё верно, жемчуг образуется в раковине. Причём во всех мирах процесс схож. Отличие лишь в жемчуге, который можно добыть в мирах, в его размере, фактуре, цвете. Но как? Как это происходит?
– Насколько мне известно, в неё попадает песчинка и со временем формируется жемчужинка. Жемчуг – своего рода защитная реакция моллюска на инородное тело.
– Да. Всё верно. В ракушку попадает то, что там априори не должно быть. Песчинка. Где – то это чешуя русалки или дракона. А в одной из Реальностей, где обитает хищный вид ракушек вполне себе живое существо, вернее то, что от него остаётся. Но в любом случае через определенный отрезок времени в раковине появится уникальная, невообразимо прекрасная жемчужина. Но давайте допустим, что в раковине, всё будет оставаться идеально. Что тогда? А тогда там кроме стерильной пустоты ничего не будет. Пусто, обыденно, серо. В вашу жизнь, Афина, тоже вошло то, что в неё никогда не должно было прийти. Инородное. Чуждое. Не просто вашему восприятию, а миру. Вам хочется отмахнуться и выкинуть это подальше от устоявшейся и такой понятной, привычно – спокойной жизни? Возмутиться, что кто – то безапелляционно вмешивается в вашу жизнь и крикнуть: «Почему я? За что? Почему не кто – то другой!»
– Да, вот именно, с языка сняли.
– Я прав? Но тогда со временем, вы поймёте, что жизнь, за привычный ход, который вы так цепляетесь, станет не только понятной, но ещё монотонной, серой, невзрачной, одним словом скучной. Я уже говорил, что ваш мир сейчас практически полностью техногенный, а это уж поверьте, ограничитель наимощнейший и ваша жизнь должна была протекать мерно, без стрессов и треволнений, если и наблюдались бы колебания, то в весьма скромной амплитуде. Такая же обыденная жизнь, похожая на миллионы, что проживают в вашем мире из века в век. Однотипные цели, схожие радости и печали. Но. Будь так, то и итог жизни был бы абсолютно предсказуем. Всё как у всех. По одному сценарию. По тем же лекалам. Неужели вас прельщает монотонная серость заезженных и столь коротких будней? При большей крепости семьдесят – восемьдесят лет, и большая часть жизни – этот труд и болезнь. Неужели вы будете продолжать цепляться за эту невзрачную перспективу, отмахиваясь даже от рассмотрения предлагаемой альтернативы? В вашу жизнь вошло то, что в неё не должно было входить! Вы оказались по своей сути, по своему естеству письмоносцем, вестником, способным преодолевать пространства меж мирами! И если в морскую раковину попадает что – то непривычно – инородное, то обязательно всенепременно произойдёт рождение чуда, яркого, неповторимого, способного поражать и вдохновлять других. То, судя по вашему потенциалу, так будет и с вашей жизнью. Яркая? Я бы сказал, что свет будет слепящим, а события не просто волновать, а менять, внося правки в историю как грядущую, так и ту, что канула в Лета. Поверьте, не только ваша жизнь претерпит изменения. Но и те, кто, так или иначе, пройдут сквозь вашу орбиту, пусть и по касательной. Мыслители, первоткрыватели, музыканты, художники подчас черпают своё вдохновение и воспринимают сошедшее на них озарение благодаря тому, что в чью – то жизнь когда – то вторглось что – то инородное. Не воспрепятствуйте рождению чуда! Жизнь – прекрасна, жизнь вестника – вдвойне. Не бойтесь неизвестного, Афина! Неужели вы хотите провести свою жизнь как та коза, которую привязывают к колышку, ограничивая не то, что её передвижения, а всю жизнь небольшим, доступным ей клочком земли, поросшей травой? Вы хотите провести свою жизнь у плиты с кастрюлями, возделывая микроскопичный садовый участок или курсируя как челнок дом – работа, работа – дом? Вам открылось больше? Дерзайте!
– Но можно было хотя бы предупредить меня?! Вы ведь представляете, что я пережила, пока по Топи пробиралась! Мне было до безумия страшно! Я теряла себя, чувствуя, как из меня вытекает не то что жизнь, а всё, на чем я стояла, за что держалась! Можно же было обойтись или хотя бы снизить нагрузку от той жути, что меня чуть не расплющило на том болоте?!
– Афина, вы мыслите как та песчинка, что попала в раковину. Наши ощущения, будь то страх, горечь, радость, даже любовь настолько скоротечны, однако способствуют трансформации нашей сущности. Попробуйте отстраниться от них, посмотреть со стороны и оценить то, что они вносят в вашу жизнь и как её преобразуют. Тогда вы обязательно увидите, как они проходят свой путь, достигая кульминации и в какой – то момент рассеиваются, что тот же туман на просторах Большой Топи. Страх! Не бойтесь пережить его! Ведь по сути именно страх, Афина, и есть самый мощный двигатель, катализатор, способный сделать из вас нечто совершенно новое, отличное от того, если бы вы прозябали в тепличных условиях, огражденные от треволнений мира. Запомните, не любовь, не радость и восхищение, не надежда и даже не вера! А именно страх трансформирует, преобразует нас. Задумайтесь, не было бы страха, не было бы и отваги! И именно страх предоставляет нам шанс стать героями!
– Скромный тогда вопрос, господин ректор, сколько мне трястись от страха в ближайшие годы? Предупреждаю, сделать из меня героя – трудная задача, изначальные данные, знаете ли, подкачали. И это не та цель, что я ставлю пред собой.
– Об этом сейчас лучше не думать. И поверьте, я вас прекрасно понимаю. Более того, был когда – то на вашем месте. Меня тоже переполнял гнев, негодование, когда я попал в ВАМПИР, кстати, в отличие от вас, я разбил все окна в портальной башне и даже подрался с охраной Академии, что само по себе нонсенс.
– Вы имеете в виду призрачную охрану? Вы их, что ли отметили?! Серьёзно?!
– Подождите. Вы сейчас про кого говорите?
– Про Призраков, само собой, которые стерегут главный вход замка. А вы? Вы про других охранников? Тогда были другие?
– Да, похоже, про тех же самых. Но их практически никто не видит. На сегодняшний день, кроме меня и госпожи Милей никто их не замечает. Были редкие случаи, когда их видели большее количество, но это сродни мороку, миражу. В Академии слухи ходят, байки, скорее страшилки про охраняющих ВАМПИР призраков, в которые никто, по сути, и не верит.
– Да, они говорили, что их редко, когда видят. Нужны особые условия – сумерки при наличии тумана.
–?!!
– Что – то не так, господин ректор?
– Они с вами говорили?!
– Ну не много, я в столовую на обед опаздывала.
– Не много! Но говорили?!
– Да, мы познакомились, когда я выходила сегодня перед обедом из замка.
– Так значит! Красавцы! Говорят, значит! Ну, я им устрою…
– А что не так – то? Приличные же вроде охранники, вежливые.
– Вежливые?! Сколько сотен лет меня за нос водили?! Я им тут душу изливал, а они мне только на ментальном уровне мысли свои посылали! Скупые. В пару фраз.
Я смотрела на разгневанного не на шутку ректора и пыталась состыковать в мозгах полученную информацию. Он что ли с Фобосом и Деймосом не разговаривал? Или вернее они с ним? А почему? Со мной так они весьма мило беседовали, даже страх прошёл. Ну, почти.
– Так, ну об этом я после с ними поговорю, а теперь всё – таки давайте вернёмся к нашему разговору. Присаживайтесь, разговор долгий, а день у вас выдался сложным.
– Спасибо, – отозвалась я, садясь на стул, который вежливо отодвинул от стола ректор. – К тому же у меня к вам второй вопрос по поводу компенсации. Или подъёмных. Называйте, как вам больше нравится. Если бы я знала, куда и насколько уезжаю из дому, то взяла бы с собой больше денег, а сейчас мои финансы поют весьма скромные романсы в одну октаву не больше.
– Да, мы об этом уже договорились при вашем прибытии. Я помню. Я вам выпишу чек, который вы обналичите в Канцелярии. Но Афина, это разовая помощь. Понимаете? И дело отнюдь не в материальном положении ВАМПИРАа, в моей скупости или жадности. Поверьте. А в том, что нами движут наши же потребности. Если всё будет преподноситься на блюдечке с каёмочкой, то никакого прогресса не будет. С места не сдвинетесь. А если вы будете ощущать настойчивую потребность поправить ваше финансовое положение, облегчить существование ваше и ваших близких, то поверьте, голова начнёт работать в совершенно в ином режиме. У вас появятся идеи, а может статься, вы ими даже фонтанировать начнёте. А это значит движение, прогресс, перемены. Подчас именно в этом режиме происходят открытия в науке, искусстве, в тех направлениях, в которых доселе никто не двигался. Аўт ви́ам инвэ́ниам, аўт фа́циам. Или найди дорогу, или проложи её сам!
– Это латынь?
– Да. Латынь. Древний язык эллинов. Это слова Гая Юлия Цезаря. Вы должны знать, он жил на Земле в первое столетие до начала нового исчисления в Риме, какое – то время в Малой Азии. Покорял одну цель за другой, пока предательство окружающих не поставило точку в его яркой жизни. Открою секрет, если посчастливится, то вы сможете пересечься с ним во время экскурсии в Эфесскую библиотеку, но там Юлий будет ещё совсем юношей.
– Ого! Не шутите!
– Да уж, какие тут шутки.
– Господин ректор, вы хорошо знаете историю моего мира?
– Да. Но я смею уточнить одну немаловажную деталь – нашего мира, Афина.
– Нашего? Вы хотите сказать, что вы с Земли?!
– Да, только время, в которое я стал вестником очень далеко от того, в котором живёте вы. Стазис – великая вещь, дающая нам такую возможность. Наш мир тогда был совершенно иным. Схожими остались только очертания материков, да и то не все. Впрочем, вы и сами скоро в этом убедитесь.
– Так вы тоже, как и я – человек?! Удивительно. Здесь это, как я поняла – редкость.
– Да, Афина, мы с вами соотечественники, все верно.
– Меня так сегодня уже назвали в столовой. Соотечественница. Как вспомню, так вздрогну, мурашки по коже до сих пор в бегах.
– Циклопы? Вы познакомились? Вот я об этом и говорю, наш мир в то время был совершенно иным. Многие популяции живых существ не дожили до ваших дней. В экспедиции, которая состоится уже в конце этого семестра, вы лично сможете убедиться в этом. Существует Чёрные книги каждого мира и реальности, которые, к сожалению регулярно обновляются. В то время, когда я стал вестником, циклопы были пусть и малочисленной, но всё же весьма заметной популяцией Средиземноморья, занимая в основном острова, такие как Сицилия.
– Попробуй не заметь таких. Но постойте, если циклопы обитают здесь, то на Земле они должны были тоже остаться?
– Нет. В определенное время было принято решение об эвакуации данного вида. Не без моего участия. Ректором Академии я тогда ещё не был, но принимал активное участие во всём, что касалось родного мира. Собственно прошение циклопов было обращено ко мне и передано совету тоже через меня же.
– Что же послужило причиной эвакуации?
– Причин на самом деле несколько. Не самая решающая, но всё же – это изменение климата в Средиземноморье, зимы стали холоднее, продолжительней, этому виду всё сложнее и сложнее было приспосабливаться. Но то, что к их популяции стали проявлять агрессию люди – стало решающим фактором в принятии решения.
– Вы шутите? Люди были угрозой для циклопов? А не наоборот?! Да не поверю! Насколько я знаю, чтобы их обидеть, надо было ещё умудриться.
– Почему вы в этом уверены? На чем строятся ваше предположение, Афина?
– Читала.
– Не Гомера ли случаем?
– Ну да. «Одиссея» Гомера. Между прочим, хрестоматийная литература, каждый уважающий себя школьник знает хотя бы в общих чертах, о чем писал Гомер. И если допустить, что циклопы и в правду обитали в Средиземноморье, то и то, как один из них поступил с Одиссеем и его командой во внимание принимать тоже нужно. Со счетов не сбросишь такой ужас!
– А откуда вы знаете, что всё, что вы читали в гомеровском эпосе, соответствует истине? Ведь и Гомер записал то, что в своё время Одиссей умело, запустил в народ. Свою версию, смею заметить не имеющую ничего общего с тем, как на самом деле разворачивались события на Сицилии, пользуясь тем, что циклопы опровергать не будут, попросту не смогут.
– Одиссей оговорил циклопов?! Да ладно!
– Если быть точным, то Полифема. Одиссей оклеветал его, совершенно не подумав, как его клевета отразится на всей популяции этого вида.
– То есть вы хотите сказать, что никто не ел людей на завтрак и ужин тогда в пещере у циклопа?
–Что вы?! Ну, вы же видели их сегодня, уверяю, они практически не изменились за эти годы. Как вам кажется, они способны закусить человеком? Знаете, у вас сейчас распространено очень скользкое выражение, которое как нельзя лучше отражает то, что тогда произошло на Сицилии: «С моих слов записано, верно». Слышали?
– Да, конечно. Если уж самой не приходилось говорить, то в фильмах слышала и не раз.
– Согласитесь, произнести эту фразу, ещё не значит подтвердить, таким образом, свои показания и уже тем более обвинения! Правдивыми их делает отнюдь не это. Обязательно, всенепременно нужно выслушать другую сторону. Если там звучит противоположное утверждение и уж тем более вопль о невиновности, то нужно как минимум задуматься и обязательно поставить знак вопроса под озвученным обвинением. И разбираться. Досконально. Тогда в Элладе никакого разбирательства не было. Все поверили Одиссею. Царь же Итаки, участник Троянской битвы, герой и всё такое. Вы с ним, кстати, в этом семестре не пересечётесь, до него не пять, а три с половиной тысячи лет. Другой временной отрезок.
– Господин ректор, вы хотите этим сказать…
– Вот именно – Одиссей оклеветал Полифема. Добиваясь славы и народной молвы, им двигало желание слыть героем. И неважно, что он после раскаялся в содеянном, видя, что люди устремились на острова Средиземноморья, на поиски сомнительной славы, желая повторить так называемый подвиг Одиссея. Они не хотели замечать очевидного – циклопы были мирны, гостеприимны, готовы идти на контакт с людьми. Людям же мало было лишать зрения мирных существ, подражая Одиссею, они в своей бесчеловечности пошли дальше, убивали с жестокостью, на которую только были способны непохожих на них созданий.
– Получается, это был своего рода геноцид циклопов?! Вот это поворот…
– Афина, а если я скажу, что вы сможете править историю своего мира?
– Почему вы так думаете?
– А вы разве ещё не догадываетесь? Неужели вы думаете, что существует стечение обстоятельств? Причем именно вы из всей группы должны сопоставить факты и прийти к определенному выводу. В вашей группе собралась чудесная компания, не находите? Гератруда, она же Гера, Гермес, Гарест Геф Тор или Гефест, как его часто называют, вы, и про Афродиту тоже не могу не упомянуть.
– Постойте. Вы же не хотите сказать…
Договорить я не смогла. В кабинет ректора ворвался, влетел как шальная пуля сквозь стену, которая, оказывается, была ему не помехой Призрачный Охранник Академии.