Напряжение и задумчивость – вот, что чувствовала Кайли, когда переносилась обратно во дворец. Девушка появилась на мраморной лестнице перед самым входом, и ей на встречу вышла юная девчушка лет пятнадцати. Она доброжелательно улыбнулась наследнице.
– Ваше вы… – начал подросток, но ее прервала поднятая вверх рука.
– Прошу, не надо всего этого, – устало ответила Кай на улыбку. – Давай просто по имени. Я – Кайли, а ты…?
Девочка неуверенно глянула в черные глаза и пробормотала свое имя. Аралита – младшая и, ко всему прочему, незаконно рожденная дочь одной из знатных семей Сангиуса, которую отец и мачеха отправили во дворец, как фрейлину для императрицы. Одилия же решила приставить ее к своей новой подопечной.
– Приятно познакомиться, Аралита.
– Я ваша личная фрейлина, – произнесла девочка с какими-то непонятными Кай нотками в голосе.
Кивнув, Кайли начала подниматься к двери вместе с блондинкой в форменном платье. Стражники открыли перед девушками тяжелые створки, пропуская их внутрь. Милантэ улыбнулась и им, а после они с Аралитой пошли вперед по каменной плитке. Поймав первого попавшегося свободного от службы охранника, будущая императрица попросила вновь отвести ее в тюрьму. Она хотела проверить состояние камер, ведь те двое явно что-то сделали с ними. Нельзя просто взять и выйти из стен карцера, не имея при этом ключей. Кай была такой девушкой, которая стремилась сделать все, чтобы исправить свои и иногда чужие ошибки. Именно поэтому она сейчас хотела восстановить то, что могли разрушить бывшие заключенные. Глубоко в душе она считала это именно своим промахом и чувствовала несвойственную ей вину.
Мужчина со шрамом на лице, не задавая никаких вопросов, с каменным выражением отвел их к новому стражнику на входе в тюрьму. Астодиар уже отработал свою смену, и его сменил более взрослый мужчина. Он кинул на Кайли быстрый взгляд и молча сопроводил к лестнице в карцер.
Колдунья спустилась в мертвую тишину круглого зала, в котором пару часов назад убила некроманта. Дважды. Она попросила Аралиту подождать наверху, чтобы та не увидела последствий того, что здесь произошло. Кайли вышла в центр зала, уловив движение в одной из камер, где сидел старый маг, когда они с Краем уходили. Неожиданно, но он и сейчас был здесь.
– Соскучились по мне, юная леди? – Мужчина весело улыбнулся, сидя на каменной скамье. Он вертел в руках магическую искру, но его взгляд был прикован к Кай.
Хмыкнув, девушка спросила:
– Что же Вы такого сделали, что оказались здесь? И почему не сбежали, когда была возможность?
Вышло так, что он просто разгневал императрицу своими поступками в академии. ДекромАргонс больше пятидесяти лет занимал пост главы учебного заведения, но в последнее время заскучал и начал ставить почти всем студентам палки в колеса. Одилию это раздражало, ведь бесконечные жалобы от разгневанных родителей-придворных приходили именно ей, и она отправила его в камеру, чтобы тот «остыл». Время, что он должен был провести здесь, сегодня закончилось. Одилия собиралась прийти и отпустить его вечером. Именно она исполняла обязанности ректора в Высшей Магической Академии, пока Декром развлекался в камере вместе с настоящими преступниками. И это, к слову, ей очень не нравилось, но иного выхода на тот момент она не видела. Забот во дворце и так много, а тут еще и слежка за не в меру любопытными студентами. Один сжег половину корпуса боевой магии, подпалив платье правящей, другой затопил башню природников, а третий и вовсе отличился – чуть не объявил войну соседней империи на практике по иностранным языкам. Еще и будущий политик…
– А про побег, – мужчина усмехнулся и поправил очки в тонкой черной оправе. – Зачем мне бежать? Я не преступник, я старый маг, который прожил слишком много лет, чтобы не заскучать.
– Если Вы говорите правду… – заговорила было Кайли, но ее прервал ласковый женский голос.
– Он сказал истинную правду. – Женщина с коротко стриженными белыми волосами с голубоватым отливом вышла из стены, окутанная серебристым туманом. – Кайли, нам нужно кое о чем с тобой поговорить. Так что заканчивай здесь, и мы отправимся в путь.
С доброй улыбкой на губах богиня-хранительница Дуодесима присела на созданное из светлой магии кресло и сложила ладони на коленях. Удивленно следя за действиями Азуры, Кайли кивнула и попросила Декрома покинуть карцер. Мужчина в ответ ничего не сказал и просто вышел из своей камеры, наблюдая заинтересованным взглядом за божеством, а после спокойно направился к лестнице.
Милантэ проводила фигуру старика взглядом и осмотрела зал с пятью дверьми под другим углом, оставаясь на месте. Она собиралась восстановить магический блок, надломы в котором отзывались назойливым шумом в ее голове. Два сильных мага сумели разрушить блок карцера всего за несколько часов. Такого больше не должно произойти, так что вместо пусть и проверенной годами, но давно устаревшей системы рун нужно придумать что-то более мощное. Девушка медленно повернула голову к своей гостье и задумалась. Богиня это заметила и вопросительно приподняла бровь.
– Извините? – начала Кайли, спустя пару секунд гляделок. – Не могли бы Вы оказать мне небольшую услугу?
Женщина в ответ улыбнулась еще шире, плавно встала и подошла ближе к брюнетке. Она будто спрашивала глазами: «Что случилось?». В них отражались не только вопрос, но и переживание с ожиданием. Азура, на пару со своим братом близнецом, была главной богиней мира двенадцати империй. Они следили за порядком и равновесием сил в Дуодесиме. Когда-то Астарот обмолвился, что Азул и Азура – самые добрые и ответственные из богов. И он был прав. Они всегда стремятся помочь тем, кого им поручили, и сделать их жизнь чуточку лучше. Вот и сейчас, услышав о том, что девушке нужна помощь, богиня сразу взялась за дело.
– Двое сильных магов за несколько часов смогли снять магический блок со стен карцера, я хочу его восстановить. И усилить.
– Хорошо, – кивнула Азура. – Но сразу после ты пойдешь со мной. – Кайли кивнула, принимая условие, и богиня плавно огляделась, зашевелила пальцами, создавая вокруг них светлые искорки. – Божественную магию никто не сможет снять, даже любой другой бог. Только ее создатель. Так что эта тюрьма станет неприступной.
Когда женщина засверкала, а белки ее глаз поглотила голубизна радужек, серебристый туман окутал круглый зал и проник во все камеры. Через пару минут все стало как прежде, лишь стены переливались слабым белоснежным сиянием, подтверждая наложенные чары, а Азура, весело подмигнув, открыла портал и указала на него. Кайли поблагодарила богиню и послушно вошла в голубой вихрь, исполняя свою часть сделки, после чего за ней сразу последовала блондинка.
Девушки оказались в большом и изящном зеркальном зале, в центре которого стоял круглый стол из светло-серого дерева. В центре столешницы, переливаясь темной и светлой магической энергией, жила своей жизнью созданная богами карта Дуодесима. В паре сантиметрах над поверхностью проплывали пушистые облака, чуть ниже летали еле заметные крохотные птицы, слышно было тихий шум океанов. За магическим столом сейчас сидели все члены Большого Совета, кроме Кариссы, Азул и одна пожилая женщина.
– Кай! Давно не виделись! – весело поприветствовал брюнетку Астарот, отсалютовав ей двумя пальцами. – Добро пожаловать на совет богов, крошка.
Бог смерти подошел к девушке и, приобняв ее за плечи, подвел к одному из кресел. Он заставил ее сесть, а потом вернулся на свое место. Азура впервые за все время стерла со своего лица улыбку и стала хмурой. Она подошла к стоящему Азулу, и взгляды всех присутствующих скрестились на гостье, что напряженно следила за ними.
Молчание затянулось, и наследница прямо спросила, зачем ее сюда привели. Собравшиеся переглянулись, и слово взяла богиня судьбы и создательница всех дивин11. Ее хриплый голос разнесся по комнате с зеркалами.
– Кайли, меня немного настораживает твое будущее. Я не могу видеть его четко, потому что какой-то твой поступок изменит весь строй этого чудесного мира, – она указала рукой на карту Дуодесима, – а твоя судьба очень и очень темная. Причем при любых раскладах. Изменения в ней совсем незначительные.
– Да ты что, дорогая?! – деланно удивилась Карисса, выйдя из большого зеркального портала и подмигивая Кай. – Она – убийца. У нее просто не может быть светлого будущего. По крайней мере в этой жизни.
Черноволосая женщина подошла к своему мужу и положила руку на его плечо. Бог истины и справедливости – Риган – накрыл ладонь жены своей и продолжил сверлить Милантэ хмурым тяжелым взглядом. Кай хмыкнула и скрестила в защитном жесте руки на груди, одновременно с Астаротом. Карисса, заметив это, весело улыбнулась, а бог смерти подмигнул своей наемнице.
– Ты, разумеется, права Карисса, но все не так однозначно. – Азура прошла к одному из кресел и села, богиня лжи и иллюзий последовала ее примеру и заняла место около мужа. Она, приподняв брови, смотрела на блондинку. – Кайли – будущее нашего с Азулом мира, и оно не может быть темным!
Кай внимательно слушала слова богов, и до нее медленно начало доходить следующее: 1) ее ждет плохая судьба; 2) от нее зависит благополучие Дуодесима; 3) похоже, она не нравится Ригану. Интересно, почему? Серые пронзительные глаза бога справедливости сузились в узкие щели, а губы сжались в тонкую линию. Да, она явно ему не нравится.
– Ответь на один вопрос для ясности дела, – мрачно произнес мужчина, перетягивая на себя внимание всех собравшихся. В ответ Милантэ кивнула и выжидающе посмотрела на него. – Почему ты не умерла этой ночью? Тебя насквозь проткнули мечом, после не прошло и часа, ты самолично перерезаешь себе горло, но вот ты здесь… Сидишь и нагло улыбаешься.
Для себя Кай мысленно отметила, что боги не знают о ее стычке на пиратском корабле. А конкретно, о встрече с Эксиной.
– Это легкий вопрос. Потому что я неуязвима. – Девушка чуть наклонилась, будто выдавала страшную тайну, но потом покачала головой и усмехнулась.
Боги начали переглядываться, ведь они совсем забыли об этой особенности их гостьи. Конечно, года два назад она убила посланника, которого Астарот наделил бессмертием. Но во всем этом была маленькая загвоздка – даже на того, кого нельзя убить, можно найти управу. Для этого бог смерти, заручившись помощью Эйлирис, создал кинжал, способный лишить бессмертного жизни. Клинок украли из хранилища судеб, прямо из-под носа Эйлирис. Кайли – ассигнар, поэтому она стала новым посланником, забрав силу и магию своего предшественника. Боги пытались выяснить, где она спрятала оружие, чтобы управлять созданным ими же всесильным чудовищем, но даже ее «босс» не смог расколоть девушку. А уж он очень старался.
– Верно, вопрос простой, – вновь заговорил Риган. – Тогда вот второй: где кинжал?
– Я согласилась ответить лишь один раз, – отмахнулась брюнетка, евинно взмахнув пару раз ресницами. Девушка знала, что Эксина никому не расскажет о своем открытии, поэтому не волновалась на ее счет. Хранительница не стремилась общаться со своими божественными коллегами, так что об их теперь уже общей тайне она не переживала. Кай подняла свои черные глаза на мужчину и посоветовала: – В следующий раз лучше расставляйте приоритеты, Риган.
– А тебе не кажется, что ты забываешься? – прошипела Эйлирис, метая взглядом молнии.
– Уверяю Вас, – насмешливо отозвалась Кай, даже не взглянув на богиню, а рассматривая отросший маникюр. «Надо бы обновить», – пронеслась мысль. – Я никогда ничего не забываю. Помню все и всех, поступки, решения, лица. Забыть – значит лишиться важного кусочка паззла, при сложении которого можно обнаружить страхи и слабые места любого. – Тут уж девушка посмотрела прямо в прищуренные злые полностью белые глаза богини. Костлявыми и сморщенными от старости руками она сжимала деревянный тонкий посох, который венчал маленький человеческий череп, и жаждала наказать девчонку за фамильярность, но не могла. – Возможно, Вы и могли о чем-то позабыть, но не я.
Астарот устало вздохнул и, видя бешенство на морщинистом лице старухи-богини, попросил свою наемницу переговорить с ним наедине. Просьбу услышали и, пусть не рьяно, но выполнили: в мгновение ока в зеркальном зале остались двое. Бог смерти осуждающе посмотрел на девушку и задал риторический вопрос:
– Ты хоть понимаешь, где находишься? – Он начал отбивать какой-то ритм пальцами по столешнице. – Кайли, пойми ты, Эйлирис проверяла твое будущее, ведь ты наследница самой большой из империй Дуодесима. К слову, одного из самых крупных и развитых миров. И оно, как ты поняла, нас совсем не обнадежило. Еще и, ко всему прочему, в тебе начал сомневаться Риг, который обычно вообще ничем не интересуется и не выказывает ни к чему своего отношения. За что мне все это?
– А ты-то тут причем? – также устало и зло спросила Кайли. – Я вообще-то должна была встретиться с Одилией. С чего вы все вообще взяли, что я соглашусь стать наследницей?
– У тебя нет выбора, крошка.
– Выбор есть всегда.
Как только последние слова растворились в тишине зала, в него вернулись все остальные. Черные глаза обреченно оглядели всех, и девушка, помотав головой, их прикрыла. Первой после долгого молчания заговорила Азура. Она говорила что-то про опасность, обязательства и прочее. Милантэ лишь кивала, кивала и еще раз кивала, даже не пытаясь понять хоть слово.
– Глупая девчонка, ты хоть слушаешь? – Эйлирис разочарованно цыкнула и строго произнесла: – Твое будущее не так однозначно…
Кайли хмыкнула и, пропустив мимо ушей оскорбление, кинула взгляд на одно из зеркал. Как же ей это все надоело! Она могла бы сейчас спокойно смотреть очередную серию любимого сериала про то, как писатель детективов с полицией Нью-Йорка расследует запутанные преступления, поедая мятное мороженое из «Martin'sIceCream». Или танцевать в каком-нибудь баре вместе с Эмми и Дорой. Но нет же! Ей приходится сидеть под прицелом нескольких божественных глаз и выслушивать бредни старой свихнувшейся богини, которая якобы видит ее будущее. Не жизнь, а сказка! Взглянув на старуху, скептически приподняв бровь, Кай лишь тяжело вздохнула.
– Ты мне не веришь! – возмущенно воскликнула Эйлирис. – Да как так можно!? Я – одна из самых старших богинь, создательница самых сильных провидиц и…
– И, похоже, Вы лишились рассудка на старости лет, – мило улыбаясь съязвила наемница, не в силах больше сдерживать неприязнь, испытываемую к одной конкретной морщинистой богине.
Астарот усмехнулся, а вот остальные шутки не оценили. Боги не понимали, почему какая-то девчонка не осознает всей серьезности ситуации и ведет себя с ними на равных. Сейчас в руках жалкой певички, каких сотни, оказалась судьба целого мира, а ей все равно. Они, конечно, понимали, что девушка из мира без магии вряд ли станет идеальной императрицей, но и подобного отношения от нее не ждали.
Риган встретился взглядом с Кайли и задал очередной вопрос:
– Ты хотя бы осознаешь в какой ситуации оказалась?
Брюнетка поднялась со своего кресла и, навалившись ладонями на столешницу, наклонилась ближе к мужчине. В ответ она злобно прошипела:
– А вы осознаете, что мне на это плевать? – Девушка резко отстранилась и, приблизившись к одному из порталов, хмуро съязвила: – Я не хотела всего этого. Не я в этом виновна, так что хватит ко мне лезть. Надеюсь, мы с вами больше не увидимся, уважаемые. Прощайте!
Она смело шагнула в зеркальный портал, который перенес их с Азурой сюда, и вернулась в карцер. Кайли прислонилась к холодной каменной стене и сползла по ней вниз. Прикрыла лицо руками и покачала головой. Вот черт! Она сейчас серьезно так разговаривала с богами?
«Молодец, Кай! Просто шикарно,» – подумала девушка, зажмурившись.
Глухое покашливание вернуло брюнетку в реальность. Рядом с ней стояла Азура. Кайли впервые решила окинуть ее взглядом: блестящие белые волосы с голубым отливом, красивые голубые глаза, простая серая блузка, черные штаны из плотной ткани и сапоги на низком каблуке. Вокруг тонкой шеи обмотан легкий шарфик из светлого шелка. На розовых тонких губах играла слабая улыбка.
– Выслушай меня, хорошо? – устало спросила богиня, на что получила чуть заметный кивок головой. – Кай, в твоих руках скоро окажется целая империя, ты это понимаешь? – Еще один кивок. – Я хочу, чтобы у тебя все было хорошо, но, к сожалению, я не знаю, какой именно поступок запустит цепочку разрушающих событий. Возможно, это будет один из принятых тобой указов или плохое знакомство. Но знаешь, я в тебя верю. Поэтому во время коронации я приду и дам тебе свое благословение. Не подведи меня, ладно?
Наследница империи, которая ей и не нужна, шепотом ответила: «Ладно». Азура, улыбнувшись уже более открыто, погладила девушку по холодной коже запястья. Богиня исчезла, а брюнетка поднялась с пола и повернулась на слабый звук шагов. На выходе из карцера появилась фигура Аралиты.
– Кайли, Вы в порядке? – Блондинка оглядела свою госпожу с ног до головы и, взяв за руку, повела к лестнице. – Вас хочет видеть глава рода. Леди Морая ждет у себя в кабинете, я покажу, где он. Там что-то срочное, поэтому, пожалуйста, давайте поторопимся.
– Конечно.
Девушка послушно следовала за своей фрейлиной по множеству петляющих коридоров, размышляя о произошедшем, пока они не вошли в огромный зал с мраморными колоннами. Аралита провела ее к одной из дверей, которую открыла, предварительно постучав по дорогому дереву.
В кабинете на сером диванчике сидела статная женщина, в чьих седых волосах сверкали темные рубины, создавая яркий контраст. В ее изящных руках покоилась фарфоровая чашка с ароматным чаем, а рядом, на столике, стояла вторая для вошедшей гостьи. МораяСангинар поднялась и придирчивым взглядом окинула внучку, которую ее младшая дочь так безответственно скрывала. Женщина удовлетворенно улыбнулась, довольная изысканным нарядом и осанкой девушки, и присела обратно на мягкие подушки, расправляя грифельную ткань своего строгого платья. Указав рукой в плотной перчатке на место подле себя, Морая вновь взяла чашку и сделала маленький глоток горячего напитка. Кайли последовала немому приказу родственницы, а ее фрейлина, поклонившись правящим особам, молча покинула комнату.
Сквозь плотные зеленые шторы в личный кабинет главы рода не мог проникнуть солнечный свет, поэтому в выполненной в темных оттенках комнате царил легкий полумрак, разгоняемый лишь огнем пары свеч. Морая любила это место за атмосферу силы, власти и пустоты. Она стала вдовой много лет назад, а пережить потерю мужа смогла лишь при помощи одиночества. В этих четырех стенах прошли худшие годы ее жизни, они видели все: горе, слезы, злость, отчаяние, страх, стойкость, силу и преданность. Единственными, кто не боялся потревожить покой императрицы, были сестры-близняшки с горящими голубыми глазами. Одилия и Изольда делали все, чтобы мать оправилась от потери и вернулась к ним. Но потом она потеряла и одну из своих драгоценных девочек.
Две женщины, совсем непохожие друг на друга, сидели рядом и молча думали о своем. Кайли – зачем глава позвала ее, а Морая – верно ли ее решение. Разобравшись со своими мыслями, голубоглазая женщина уверенно кивнула, от чего из высокой прически выбилась седая прядка, и сухо произнесла:
– Через три дня состоится бал, на котором тебя представят свету. – Бывшая императрица поднялась и отошла к своему столу, за которым расположились шкафы во всю стену со старыми фолиантами и документами. – На нем ты должна будешь познакомиться с семьями императоров других стран, и я надеюсь, что ты произведешь должное впечатление.
– Я понимаю, к чему Вы клоните, – ответила брюнетка. – Можете не волноваться. Моя работа – нравиться окружающим, так что это я умею.
Хозяйка комнаты разочарованно вздохнула, отвернулась от своей внучки и села в кресло возле стола. Она сложила руки домиком, водрузив локти на столешницу, и опустила на ладони подбородок. Цепкий взгляд впился в черные глаза, разыскивая в них что-то важное.
– Кайли, ты не должна им нравиться, – строго отчеканил мудрый голос. – Ты должна вселить в их головы уверенность, что никто из них, даже с кем-то объединившись, не сможет захватить твою империю! Они обязаны тебя уважать, возможно, даже бояться. Такое впечатление тебе по силам, или ты можешь только «нравиться окружающим»? – тонкая бровь вопросительно изогнулась, в холодном взгляде проблеснула насмешка.
Брюнетка смело встретила и выдержала пронзающий насквозь взгляд льдисто-голубых глаз, после чего впервые за все время попробовала уже чуть теплый чай. Морая пристально следила за всеми действиями своей молодой родственницы и, к слову, была вполне довольна ее манерами. Правда, не долго… Кайли, конечно, не была конфликтным человеком, но на любые выпады легко отвечала. Странно, что за пять лет в прессе не обсуждались скандалы с ее участием. Ведь они были, вот только хорошо скрывались агентами девушки. Если имя певицы и всплывало в новостных статьях, то только когда речь шла о музыкальной карьере.
– Знаете, я могу многое, Ваша светлость, – спокойным голосом начала девушка. – Так что с парочкой императоров, лордов и, кого там еще Вы решите пригласить на этот балаган, справлюсь. Можете не сомневаться.
Она поднялась с дивана, парой неспешных шагов приблизилась к двери, открыла ее и с тихим щелчком покинула ставший ненавистным кабинет главы рода Сангинаров. Аралита застыла в оцепенении, но, отойдя от шока, поспешила за наследницей. Девочка впервые за все время службы во дворце, а именно за шесть лет, видела настолько пугающий взгляд у Мораи. Она не знала, о чем говорили две высокопоставленные особы, но, похоже, это было что-то не самое приятное.
Догнав Кайли, Аралита подстроилась под ее шаг и начала переводить дыхание. Брюнетка чуть замедлилась, чтобы фрейлина смогла успокоиться. Они медленно шли по петляющим коридорам и постепенно приближались к покоям, выделенным Милантэ. Молча войдя в комнату, Кайли рухнула на диван и скрыла лицо в подушках. Вот только не успела она прикрыть глаза, как раздался глухой стук.
Блондинка быстро подошла к двери и открыла ее, впуская в помещение, залитое солнечным светом, полноватую женщину с выкрашенными в яркий рыжий оттенок волосами. Весело улыбаясь, гостья схватила недоумевающую брюнетку за запястья и подняла ее на ноги. После начала осматривать наследницу, бормоча себе под нос комментарии певучим голосом:
– Гладкие и длинные шелковистые волосы. Черные и блестящие, – решила она, пропустив сквозь пальцы несколько прядей. – Раскосые глаза с почти черными радужками и длинными пушистыми ресницами. Светлая алебастровая кожа. Слишком светлая, но мы можем попробовать это исправить. Так, пойдем дальше… Тонкая нежная шея, идеальные ключицы. Не слишком выпирают, но все же виднеются. Можно смело использовать в эскизах любые вырезы! Аккуратные руки с тонкими музыкальными пальцами и длинными и острыми ногтями. Ой! – чуть вскрикнула женщина, помахав пухлой ладонью. – Очень острыми! Дальше… Шикарные грудь и талия, милочка! Красивые ноги. – Она наконец-то отпустила Кайли и отошла от девушки на пару шагов. После непродолжительного молчания, был вынесен приговор: – Мы поладим, красавица. Я сошью тебе самое лучшее платье, что только видела Сангинарийская империя!
В удивлении распахнув глаза, Кайли уставилась на болтливую и жизнерадостную швею. Распознав во взгляде вопрос, гостья залилась легким румянцем и тихо хихикнула.
– Прошу прощения, забыла, что Вы немного не местная. Меня зовут КаранаТуссэйнт. Я главный кутюрье двух империй: Сангинарийской и Ксенобийской. Если на каком-нибудь балу, званом ужине или любом другом мероприятии Вы увидите шикарные наряды, то они, скорее всего, окажутся моими.
– И это не самомнение, Кайли, – подала голос Аралита, воодушевленно улыбаясь. – Госпожа Туссэйнт – лучшая!
Карана засмеялась и послала фрейлине воздушный поцелуй. Кай осела на мягкие подушки кресла, обитого светлой шелковой тканью с вышитыми золотой нитью узорами, переводя взгляд с фрейлины на швею и обратно.
– Я рада нашему знакомству, леди Карана, – проговорила брюнетка, получив в ответ счастливую улыбку. – Кайли Милантэ, но Вы скорее всего уже знаете мое имя.
– Уже завтра – Сангинар, крошка! Ритуал принятия в семью такой красивый! Жаль я не смогу присутствовать, – заявила Карана.
Женщина с лучистыми серыми глазами во время снятия мерок без конца болтала и сплетничала. Кай пропускала все мимо ушей, пока не услышала знакомое имя. КраймелСэрпент – самый старший из племянников Караны. Его просто обожают все пять ее дочерей, да и муж тоже. Сомэн даже сейчас общается с пиратом, когда тот находится в столице. Швея мило щебетала, расхваливая девочек и Края, но как только она упомянула о том, что парень ушел из семьи ради свободы, ее голос сразу потускнел, и в нем появились нотки грусти. Мужчину объявили предателем, и всем членам рода Сэрпент было запрещено с ним общаться и тем более видеться. Вот только Карана не смогла оставить его, просто взять и вычеркнуть из жизни. Поэтому под предлогом работы переехала в Сангиус, зная, что ее любимый племянник тут частый гость.
Закончив со всеми измерениями, Карана записала результаты на страницу кожаной записной книжки, вверху которой было написано имя наследницы с фамилией правящего рода Сангинарийской империи.
– Кайли, буду ждать вас в моем салоне на первую примерку завтра вечером, – подмигнув, сообщила женщина, стоя у двери. – Ради такой красавицы не жаль и всю ночь проработать!
Попрощавшись с Караной, Кай попросила Аралиту проводить леди Туссэйнт и осталась в одиночестве. В тишине гостиной, наполненной приглушенным светом солнечных лучей, девушка прошла в спальню, а после в купальню. Оглядев свое уставшее лицо в зеркале, она покачала головой и быстро умылась, избавив себя от слоя макияжа, нанесенного еще вчера утром, который стойко выдержал все события сложного дня, только кончики стрелок слегка размазались, а тушь начала осыпаться комочками. Кайли медленно вернулась в спальню и прилегла на мягкую кровать, не убирая покрывала.
Два дня и две бессонные ночи дают о себе знать. Девушка с самого утра скрылась ото всех в студии и за 15 часов непрерывной работы написала новый текст песни и музыку для нее. Следом было горячее вечернее свидание, которое перетекло в кровавую ночь. Итогом стало выполненное задание, часовой доклад Астароту во всех подробностях и пылкие благодарности от молодой и «очень опечаленной» вдовы. Следующий день стал настоящим адом с уймой фотосессий, встречей с дизайнером, деловым обедом и интервью с Готье. Сейчас она просто выбилась из сил и, закрыв глаза, погрузилась в царство Ноэль – богини сновидений и кошмаров, надеясь, что та сжалится и вовсе к ней не придет, подарив простое забвение на несколько часов.