– В лунном мире их точно будет не достать! – Выпалила я, внезапно пришедшую на ум идею. – Там, во дворце короля Тарона они будут в безопасности.
Владыка ада.
Вырвавшийся на свободу со своими легионами уродливых бесов и демонов, где-то в бескрайней пустыне, сатана приказал всем своим войскам построиться в колонны, а затем поглубже втянул в себя воздух.
Бесы, демоны и все адские прихвостни со своими зверушками, выровнялись по стойке смирно, но от нетерпения, словно от зуда, топтались на месте, ожидая приказа напасть на людей.
– Что за великолепный запах? – С радостным возгласом, громко проговорил он. – Наконец, я чувствую, как пахнет грехом и хаосом! Приятней этого аромата ничего нет в мире! Я уже и забыл, как он щекочет ноздри и горло!
– Ваше темнейшество! – Из-за войска бесов, ожидающих приказа своего хозяина, вышел некромант, чем прервал усмешки Люцифера.
Абдарх ни Крюгс, ставший свидетелем освобождения своего повелителя, выступил вперед.
– Чего тебе? – Пренебрежительно, словно раздраженный, отвлеканием от очень важного занятия, спросил Владыка ада.
– Теперь вы свободны, мой повелитель, но вы забыли об очень важной детали! – Прохрипел старый маг.
– Говори яснее! – Дьявол состроил удивленное и надменное лицо.
– Ваш сын, мой господин!
Трясущийся за свою жизнь некромант, получивший предсказания от арахнида, не мог все это время спокойно спать и есть, боясь умереть от рук Хеллдригора:
– Его роль сыграна? Он больше вам не нужен? Как вы поступите с ним? – Нетерпеливо, ожидая скорейшего ответа, поинтересовался он.
– Тц! Я уж было из головы выпустил. – Изъяснился повелитель адского легиона и задумался. – Вообще-то теперь его жизнь мало меня волнует, так что можешь распорядиться им на свое усмотрение. А у меня здесь, на поверхности, – он произнес эту фразу с неким удовлетворением, – есть куда более важные дела.
– А как быть с вампиршей, что рядом с ним? Могу заметить, девчонка крайне интересный экземпляр. Могу я забрать ее для своих магических экспериментов? – Хрипел некромант.
– Девчонка? Нет! Я ее никому не отдам! У меня для нее особая роль, так что никому не велено ее и пальцем трогать. Ею я займусь лично, когда подготовлю для этого подходящую почву. Все слышали! – Сатана зловеще ухмыльнулся, обращаясь ко всем отрядам своего войска, и дождавшись от солдат недоуменных кивков головы, приказал. – А теперь, дети ада, мы все так долго томились в подземельях, ненавидимые всем миром, но теперь пришла наша очередь показать этим людишкам, кто настоящий хозяин их жалких жизней! Мы ждали этого момента, и вот теперь он наступил, и нас уже ни что не остановит! – Говоря это с невозмутимым воодушевлением, и присущим только ему высокомерием, дьявол поднял руку вверх, науськивая своих солдат.
Дождавшись какофонии животного улюлюканья от своих подчиненных, он жестом закрыл их рты и продолжил речь:
– Идите же, идите по всему миру, мои дети и утопите это мир в хаосе и агонии!
Войска, после того, как их командиры – уродливые демоны самого высшего ранга, отдали им приказ, с возгласами и хвалебными кричалками, двинулись в противоположных направлениях, по всем сторонам земного шара, оставляя за собой лишь следы на песке.
На вершине бархана, глядя, как стремительно, словно отступающие морские волны, таяли войска в ночи за горизонтом, остался стоять Люцифер и некромант.
– Призови самых могущественных демонов и убей моего сына, а девчонку доставь ко мне! – отдал приказ Владыка ада, сцепляя руки за спиной.
– Призвать демонов? Вы считаете я не справлюсь с мальчишкой один? – Удивился ни Крюгс неверию господина в силы некроманта.
– Не спеши недооценить моего сына, в нем моя кровь. Он научился владеть мечом раньше, чем заговорил, тем более, он упражнялся с самыми сильными демонами и смог победить их всех. Так что, не будь слишком наивен и подстрахуйся, не помешает, ведь он будет яростно защищать свою девушку, потому что влюблен, и это его самая главная слабость! – Предупредил сатана некроманта.
– В таком случае, у меня есть сюрприз для вашего отпрыска! Кхе – кхе! – С хриплым смехом, промычал колдун и упав навзничь на песок, стал произносить заклинание.
Как только последнее слово заклинания на древнем языке было произнесено, песок под ногами завибрировал, а под землей, казалось загрохотали гром с грозой, которые раскачивали желтую сыпучую поверхность земли. Из-под, гулящего ходуном песка стали вырываться живые кости, давно вымерших динозавров.
Покидая свои могилы, существа разных размеров и форм, с мертвецкими хрипами подошли к магу, оживившему их.
Старик в мантии, принявший уже вертикальное положение, приподнял руки и скрючил свои тонкие мумифицированные пальцы и из зеленого пламени на песке появились с десяток полу-разложившихся вестера.
– Надеюсь твои фокусы помогут выполнить мой приказ без происшествий?
– Определенно, владыка, но я потерял много энергии на заклинание и мне необходимо восполнить ее запас.
– Так чего ты ждешь? – Раздраженно спросил Люцифер, а затем пробурчал. – Отправляйся скорей! Благо скоро в мире смертных будет столько отрицательной энергии, что ее можно будет черпать из земли.
– Да, господин! – Ответил некромант и оседлал самого крупного вестера, к сожалению, не с первой попытки.
– Поторопись! И помни, – сказал сатана напоследок. – Ни один волос с головы девчонки не должен упасть!
Мумия в балахоне, поклонилась своему хозяину и, держась неуклюже верхом, поскакала прочь, уводя за собой свое войско, состоящее из трупов.
***
Трое суток спустя, находясь в самом эпицентре догорающего монастыря, стоял Люцифер в своей человеческой ипостаси. Разводя руками и наблюдая как бегают вокруг монахи, отмахиваясь религиозными атрибутами от адской орды, он не мог сдержать свой утробный смех.
Так хорошо и непринуждённо он никогда он себя еще не чувствовал, ведь тот страх, который вырабатывали люди, перед его мощью и силой, наполнял его и дарил ему несказанное счастье.
Повелитель бесов и демонов наслаждался прекрасным зрелищем и глумился над божьими людьми, которые, собрав всю свою волю в кулак, боролись с его солдатами молитвами. Все это очень сильно забавляло его, даже больше, чем пытки грешных душ в аду, так как чувствуя свободу и безнаказанность, он распалялся в своих издевательствах еще сильней, а запах страха возбуждал в нем аппетит.
Внезапно он почувствовал тягу к центру земли и голос сына в своей голове, призывающего его, но отмахнувшись от ощущений, как от писка назойливого комара, он продолжил наслаждаться свободой, не обращая внимания на призыв сына.
«Чего это ему вздумалось беспокоить меня?» – Подумал про себя Владыка. – «Не ужели Ни Крюгс еще не расквитался с ним? Что ж не стоит тратить свое время на того, кто скоро и так станет трупом». – Присвистывая, Люцифер двинулся вперед, переступая через мертвые тела монахов, чтобы не запачкать свои пышные одеяния, и поджигая окружающие его стены.
Хеллдригор.
Как только Черная Роза скрылась за пеленой портала, я попытался догнать ее и сам шагнул в вызванный столб адского огня. Очутившись внутри черного пламени, я ощутил немыслимую боль во всем теле и меня отшвырнуло ударной волной на несколько десятков метров. Поднявшись с пола и отряхнувшись, я снова попытался проникнуть в портал, но все повторилось опять.
Находясь в состоянии полного недоумения, почему все так происходит, я решил испробовать другой вариант и подпрыгнув на стену, стал карабкаться по ней вверх к расщелине, чтобы выбраться наружу как можно скорее. Но как только я достиг трещины в потолке, мое тело обожгло ужасающей болью, что руки мои ослабли и не смогли удержать меня на весу. Я свалился на пол с большой высоты.
«Что же со мной не так?» – Задался я вопросом, перевоплощаясь в свою вторую ипостась. – «Может мое человеческое тело после ритуала освобождения потеряло слишком много энергии, и теперь не поддается?»
Но испробовав всевозможные варианты, выпустив наружу свою демоническую сущность, тоже ничего не вышло. Что я только не пытался делать, чтобы выбраться: взрывал проход, бил заклинаниями, взлетал, накладывал на себя мороки и защитные заклинания – все без толку, из-за заклинания моей вампирши, я не мог покинуть стены ада.
«Неужели ее магия оказалась сильней моей?» – Размышлял я, когда выбился из сил в бессмысленных попытках выбраться наружу. – «Конечно Розочка проявляла свои сверхспособности в учебе и походе, но все же я рассчитывал, что моя дьявольская сила, передавшаяся мне от отца, куда более доминирующая, но оказалось, что это не так. Тогда возникает вопрос, кто же она черт возьми такая и откуда у нее такая мощь?»
Сидя задницей на полу, среди всего погрома, оставшегося после открытия расщелины, я вел своим взором по заброшенному камнями и кусками земли полу зала, и заметил отблеск от гладкой поверхности. Подойдя к сверкающему среди пыли и грязи предмету, я выковырял его из-под завала, обдул от пыли и был приятно удивлен. В моих руках лежал самый настоящий Архад, из-за которого мне пришлось убить короля вампиров.
Мои губы растянулись в довольной улыбке, ведь это значило, что мое здесь пребывание не будет долгим, так как в моих руках сейчас был настоящий козырь, только вот осталось разыскать остальные.
Мой цветочек, покидая меня, совершенно, впрочем, как и я, среди всей этой кутерьмы забыла про артефакты, а зная какая она ответственная, то остается только сидеть среди завала и ждать, когда она вновь появится в аду, чтобы забрать кристаллы и отдать их луномирскому королю. Тут – то она не сможет устоять перед моим обаянием и будет вынуждена пойти на все, чтобы заполучить их.
***
Только сейчас, оставшись один на один со своим одиночеством, я понял значение слов «жить как в аду».
Во круг меня на многие мили ни одной живой души, с которой я мог бы поговорить, и это был мой собственный ад. Находясь в четырех стенах, мысли об Авроре и том, как я поступил с ней, не давали мне покоя, нарастая в голове и оглушая меня. Стены собственной обители давили, и казалось, что огромные залы с их широкими коридорами становились уже, и что в конечном итоге, вовсе раздавят.
Мне было ужасно находиться в собственном доме, ведь здесь, я был абсолютно один, забытый и покинутый всеми.
Теперь я прекрасно понимал, что же чувствовал мой отец, когда, на протяжении тысячелетий находился прикованным к центру земли. Ад поистине стал тюрьмой, не только для заблудших душ, но и для меня.
В моей голове не укладывалось то, что я могу навечно остаться запертым в этих стенах и что сделала это, девушка, которую я больше всего люблю. Конечно, ее трудно было упрекать за все, ведь я убил ее родственников и хитростью добился своего, но смог бы я иначе заставить ее выпустить дьявола на свободу? В ее действиях не было никакой логики, она действовала по наитию, ведомая эмоциями и жаждой мщения, но все равно, ей стоило бы хорошенько подумать, прежде, чем накладывать на меня заклятие и расставаться с таким красавчиком как я, зная то что не может жить без меня.
В течении трех суток я ожидал ее возвращения, рассчитывая на безумную любовь между нами, надеялся на то, что она все же одумается и спустится ко мне со словами: «прости, милый, я погорячилась!», или что-то типа того, но время шло, а она так и не объявилась. Все же ее гордость оказалась куда сильнее нашей любви и значимости Архад.
«Черт с ними с кристаллами, но неужели она смогла позабыть ночи, проведенные со мной, то, как она таяла в моих объятиях, поцелуи, ласки? Нет! Этого не может быть!» – Отдергивал я сам себя от негативных мыслей. – «Роза ни за что не сможет это вырвать из памяти, так как наша любовь была скреплена ритуалом и благословлена, пусть даже неизвестной нам Богиней».
Обдумывая и споря сам с собой, я не заметил, как придался воспоминаниям. Ее образ намертво засел в моей голове: белые шелковистые волосы, вечно выбивающиеся из кос, ее бриллиантовые глаза, мерцающие желанием и страстью, запах ее бледной и шелковистой кожи….
«О, дьявол! Как же мне ее не хватает!»
Вспоминая свою вампирочку я не на шутку завелся, ведь одна мысль о ней приводила меня в возбуждение и заставляла мой орган эрегировать.
«Будь она здесь, я бы заставил ее извиваться подо мной и выкрикивать мое имя. Она точно бы позабыла про все на свете. Уж я бы на этот раз не упустил шанс, вновь расположить ее к себе. Я бы включил все свое обаяние и сексапильность, что бабочки в ее животе взорвались бы от напряжения».
Тем не менее, как бы я не фантазировал на эту тему, кроме моей эрекции больше ничего не происходило. За все эти три ночи, она ни разу не появилась, и похоже и не собиралась.
Осознав это, и потеряв всякую надежду на скорейшее освобождение, я упал на колени в тронном зале, когда, блуждая размышлял над всей этой сложившейся ситуацией, и закричал что было сил. Делал я это не от того, что ощутил на своей шкуре, что такое быть загнанным в угол, а от того, что боялся больше не увидеть свою звездочку и от страха, что я нуждаюсь в ней больше, чем она во мне. От этой мысли сердце было готово просто разораться от боли. Сейчас для меня все вокруг потеряло значимость и яркость, а душевная боль была настолько щемящей, словно кто-то вырвал из меня большую часть. Я хотел только одного, чтобы она была рядом, пусть даже ненавидя меня, но все же со мной, ведь она смысл всей моей жизни, моя любовь, моя надежда и лишившись ее, я лишился и самого себя.
– Агррхххх! – Кричал я, ощутив, как по моему лицу струится странная теплая жидкость, которая остывая, охлаждала мое лицо.
Я плакал впервые в своей жизни.
Стены подземелий содрогнулись от моего рева, да так что с разрушенного потолка на пол свалилась небольшая груда камней с пылью. – «Вот дьявол!» – Чертыхнулся я, смахивая с головы и плеч мелкую каменную крошку.
Тут, неожиданно в мою голову пришла великолепная мысль: «Дьявол! Что если вызвать отца к себе и попросить его о помощи?»
Я откинул всякую гордость, которая на протяжении трех суток теплилась во мне, твердя, что не стоит позориться перед отцом, и как беспомощный младенец звать кого-то на помощь.
Я стал разгребать завал ногой, чтобы расчистить небольшой участок поверхности для пентаграммы. Начертив круг с пятиконечной звездой и иероглифами, мысленно зажег огоньки и приступил к вызову отца.
Долгое время он не откликался на мой призыв, и когда, я уже был готов бросить все, за моей спиной возник труп в балахоне.
– Вообще-то я ждал кое-кого другого, не такого смердящего и немного посимпатичнее. – Высказал я свое разочарование первому же гостю, который посетил меня за время моего заточения. – Чем там занят отец? Почему не отзывается на призыв.
– Повелитель, видишь ли, с легка занят захватом мира и на тебя у него совсем нет времени, поэтому прислал меня. – Проскрипел разлагающийся старик.
– Ну, ладно, коль никого покрасивее и свободней нет, то ты вызволи меня от сюда. – Тыкнул, язвительно я ему, не скрывая своего презрения. – Ну чего стоишь? Приступай!
– О, молодой господин не может выбраться? А как же ваши безграничные возможности? – смекнул старый черт.
– Давай поторопись, у меня нет на тебя времени! – Раздражаясь, гаркнул я на некроманта.
– А где же девушка, что была с вами? – Вглядываясь по сторонам, спросил Ни Крюгс. – Не ужели ты здесь совершенно один?
– Она меня здесь заточила, доволен! А теперь давай, выпускай меня! – Совершено не расположенный на сарказм, злился я, готовый сорваться на его раздражающую рожу.
– Кха —ха —ха! – Раздалось хриплое ржание из-под широкого капюшона. – Лучшего момента и не придумаешь. Оказывается, вы с маленькой вампиршей в соре! Так ведь? И вам на выручку никто не придет?
– К чему ты клонишь, трупный огрызок? – Зарычал я. Подозревая его недобрые намерения, направленные против меня.
– Да к тому, что ты, никому не нужен, и твое время вышло! Ха-ха-ха! – Ржало мумифицированное чудовище, произнося слова, словно приговор.
Некромант вскинул свои костлявые пальцы к верху и произнес заклинание. Сверху, из расщелины в тронный зал посыпалась груда внушительного размера костей, которые, приземлившись собирались в скелеты огромных ящероподобных монстров. Стадо из этих существ двинулась на меня.
– Ах ты, гад! Что ты задумал? – Успел выкрикнуть я, прежде, чем над моей головой сомкнулась челюсть чудовища. – Метишь на мое место? Так учти, когда отец узнает об этом, он уничтожит тебя.
Я увернулся от громадных острых зубов и, перекатившись кувырком, вызвал свои хопеши. Как только мне удалось встать на ноги, чуть было не попал другому скелету в пасть, но смог отбиться, сделав пару зазубрен на черепе врага.
– А по-твоему, кто меня прислал сюда? Ха-ха-ха! – Энергично скрипел предатель в балахоне, предчувствуя свою неуязвимость. – Я вернулся только для того, чтобы все закончить. Включая и твою никчёмную жизнь!
Эта новость меня возмутила, но еще больше возмутило то, что этот полуразвалившийся труп вел себя так надменно, словно в его словах была истина.
Верить в то, что отец сам желает мне смерти, не хотелось, и в глубине души я надеялся на то, что некромант лжет, чтобы ослабить мою бдительность и сокрушить, но все же я не мог смириться с этой мыслью, а поэтому мне нужно было вывести его на чистую воду.
На раздумья и размышления у меня не было времени, так как я пытался выжить в борьбе со скелетными гигантами, но мысленно я успел пообещать себе убить этого раздражающего гада, который, вместо того, чтобы действовать самостоятельно как мужчина, решил разобраться со мной, так сказать «исподтишка».
Мне пришлось вертеться как мухе, угодившей в банку, чтобы не попасться скелетам на зуб. Для этого мне понадобились все мои акробатические навыки, чтобы скакать среди мертвых рептилий кузнечиком, уклоняясь и отпрыгивая, да еще успевать наносить им удары.
Все это время, некромант наблюдал бой со стороны, с энтузиазмом, словно сделал ставки, ожидая победителя. Он предпочел не вмешиваться и просто в стороне потирал руки, ожидая моей смерти.
– Отец никогда бы не допустил, чтоб на его единственного наследника покушалась, какая-то гниющая крыса. Так что, когда я закончу с этой кучей костей, то обязательно займусь тобой! – Выкрикнул я, отражая удар костяного хвоста.
– Покушались? О, нет. Я просто убью тебя, как и приказал мне владыка. – Получил я свой ответ с неприкрытым сарказмом.
Я добился чего и хотел, то есть, раскрутил некроманта на диалог, из которого мог получить тонну нужной информации, но беседовать было не так уж просто, так как драконьи скелеты были сильны и ловки и, все время норовили меня перекусить пополам.
– И зачем же ему убивать меня? – Спросил я, но тут же споткнулся о чей-то коготь и упал на спину.
Огромная челюсть динозавра попыталась меня заглотить, но я успел вставить свой хопеш между верхней и нижней челюстью, прямо между клыков. Чудовище, не сумев разжать пасть, попыталась сжать челюсти, чтобы сломать меч, но у него ничего не вышло, так как мое оружие было заговорено магией, отсюда следовала и их неуязвимость к внешним факторам: их нельзя было сломать, затупить, расплавить или даже перековать.
Встав на ноги я, оставаясь даже с одним хопешем в руках, мог бы стереть эти кости в пыль и прах, но мне было необходимо тянуть время, чтобы не показать своего превосходства и не спугнуть некроманта. Я решил прикинуться проигравшим, чтобы вселить в него уверенность в победе, ведь, обычно все тайны победитель открывает тогда, когда видит своего врага при смерти, и уверен, что тот унесет их с собой в могилу.
Я поддался немного и угодил в пасть одному из реликтовых скелетов, но немного просчитался и поранил бедро об его огромные зубы.
Крик боли вырвался у меня из горла.
– Ты выполнил свое предназначение для которого был рожден и помог дьяволу выбраться из тюрьмы. Больше ты ему не нужен. – Прохрипела старая мумия. – А что касается наследства, так зачем тому, кто живет вечно делить свое могущество с кем-либо? На этот счет у хозяина есть более интересная задумка.
Я должен был выведать у некроманта все, но его «костяные друзья» порядком потрепали меня. Чтобы не растерять свои силы, мне пришлось заканчивать с этой театральной постановкой. Обхватив рукоять хопеша обеими руками, я стал рубить из стороны в сторону изо всех сил, кружась вокруг скелетов и отклоняясь от их зубов. Кости, под натиском моих ударов сыпались как щепки, и когда было покончено с каждой древней рептилией, я остался стоять на горе из камней и костяных осколков.
Глядя победным взглядом из-под лба на колдуна, я выудил свой второй хопеш, не отрывая глаз от врага. Заметил, что эта тварь даже не шелохнулась, чтобы навалить в штаны от страха или хотя бы двинуться с места к отступлению, не говоря уже о побеге. Смекнул, что это значит – останки динозавров ни единственный его козырь.
Издавая воинственный рык, побежал на Абдарха ни Крюгса, но не добежав до него каких-то несколько десятков метров, обнаружил, что этот сушенный хмырь призывает адских вестеров, которые, выходя из зеленого пламени, окружили меня со всех сторон. Оценивая ситуацию, мысленно, был вынужден согласиться с тем, что численное превосходство было за противниками, так как, окинув взглядом, насчитал около тридцати особей. Они медленно расхаживали, глядя на меня, как голодные гиены на раненую добычу, оскалив свои акульи клыки. Их уродливые морды вызывали у меня чувство отвращения, но особенно мерзким, казались их оскаленные пасти, из которых отдельными сгустками стекала слюна. (Не зря же в детстве отец пугал меня вестерами, когда я переставал его слушаться.)
Звери не стали ждать моих действий и атаковали первыми. Все они, со злобным рыком, всем скопом накинулись на меня. Их острые зубы проникали мне в кожу и рвали ее. На пол, брызгами хлынула кровь. Я не успевал уворачиваться от резвых и проворных злобных тварей.
По тронному залу пробежал противный, ехидный смешок некроманта.
Я боролся с вестерами, но как только я скидывал их со спины и плеч, их собратья вгрызались мне в ноги и руки.
Ни Крюгс хорошенько подстраховался, ведь он действительно не желал меня оставлять в живых, так как совладать с бешенными адскими псами была куда сложней, чем со скелетами динозавров, особенно теперь, когда я получил так много ран.
Оружие тоже мало чем помогало, потому как было трудно поднять его и занести над головой из-за висевших на руках вестеров. Нужно было менять ситуацию или бы я истек кровью. Хоть моя регенерация была очень быстрая, но из-за слюны этих трупных тварей раны заживали медленно.
Не долго раздумывая я стал перевоплощаться в свою демоническую ипостась. Адские псы были немного удивлены, как и их хозяин, когда я стал в два раза крупнее и сильнее, и мало походил на человека.
Со своим усовершенствованным телом, я теперь мог потягаться даже с армией вестеров или других подобных тварей. Мне теперь не составило труда скинуть их всех, хлеща их по мордам своим тяжелым хвостом, не давая, подойти ко мне сзади. Тех псов, которые, клыками впились в мои руки и висели, не разжимая челюстей, я с легкостью отрывал от себя, не боясь боли или кровопотери, и переламывал их позвоночники, как сухой тонкий сук. Хруст вражеского хребта был поистине упоителен, он придавал мне злости и сил для убийства мерзких тварей. Конечно эти звери и так были мертвы, но, чтобы восстановиться и снова встать, им понадобиться какое-то время, что было мне на руку.
Переломив несколько вестеров пополам, я поймал за горло еще одного на подлете ко мне, желавшего вцепиться мне в шею. Участь этой адской крысы была не завидной – я оторвал ему голову и пустил ее со всей дури в его собрата и размозжил обе башки. Развертев хопеши с бешенной скоростью, порубил еще нескольких досужих псов, полезших на рожон да так, что от них только гнилые ошметки разметались по тронному залу, окропив пол зелено-коричневой зловонной слизью.
– Кому-то придется убирать весь этот бардак! – Прорычал я утробным голосом, добивая ногой последнего вестера.
Мои слова заставили некроманта разморозиться от ступора, и он, прибывая в состоянии близком панике, начал призывать портал.
Я не мог позволить предателю уйти далеко, и для этого, молниеносно применил заклинание «лассо». В моей руке появилась магическая веревка с кольцом на конце, объятая черным пламенем, которую я, замахнувшись накинул, на некроманта и выдернул его из пламени, готового уже исчезнуть.
Заарканенный маг, потерявший последнюю возможность сбежать, свалился наземь и заорал как дикий мул. Он пытался вырваться из пут, барахтаясь подобно червяку, но чем резче он дергался, тем сильнее на его теле затягивалась удавка.
Магическое «лассо» не позволяло некроманту обратиться к магии и блокировала любое заклинание, делая его уязвим перед опасностью и не давая ему исчезнуть в портале. Этот метод магической атаки я перенял у лунамирских бедуинов, с которыми мы сражались в пустыне.
Корчившийся от негодования высушенный старик в балахоне, издавал всхлипывающие противные звуки, и источал ауру страха, когда я подходил к нему.
– Видимо, я удивил тебя своим новым видом? Не ожидал, что я окажусь таким неотразимым? – Блеснул я сарказмом, растянув улыбку и продемонстрировав острые клыки.
– Что ты такое? – Дрожащим хрипом, мямлил он.
– Я истинный сын Сатаны! Разве тебя это удивляет? По-моему, такая личина подходит мне куда больше, чем человеческая, не правда ли?
Нагнувшись над поверженным врагом, мне стало любопытно, что же некромант прячет под широким капюшоном, поэтому я откинул его, совершенно не ожидая что увижу.
Как только моему взору открылась внешность некроманта, я сразу же пожалел о сделанном, так как под капюшоном балахона было до мерзости отвратительное лицо, иссушенное временем.
– Какая мерзость! – Не сдержал я за языком эпитетов.
Зелено-желтого оттенка облезшая кожа была натянута на черепе так, что открывала полностью редкие зубы и область вокруг глаз, делая их совершенно выпученными. Казалось, что вот-вот она треснет и разойдется на лице как обычная материя. Мертвецкие мутные глаза не выражали никаких эмоций, в них была сама смерть, холодная и неприятная, так же, как в зияющей дыре вместо носа.
Должно быть это существо умерло примерно полсотни лет назад, или просто, что-то поддерживало его тело, не давая умереть окончательно. Чтобы это ни было, но некроманту удавалось жить тысячелетия, тогда, когда другие маги обходились парой сотен лет.
– Не убивай меня! – С всхлипами, умолял он.
– И это заговорил тот, кто только что пытался отправить меня к прародителям? – Удивился я, глядя на то, как существо, которое само вызывает ужас только одним своим видом, трясется от страха. – Теперь-то ты мне все расскажешь!
– Хорошо, хорошо, только не убивай!
– Это будет зависеть от твоих ответов! – Фыркнул я на него и накинул уже капюшон на его лицо, чтобы его мерзкая физиономия не доводила меня до тошноты. – И так, преступим: что задумал отец? Почему он хочет моей смерти?
– Ему нужна твоя девушка – вампирша, а ты его главный конкурент.
– Хм! Моя Розочка? Зачем она ему?
У меня невольно екнуло в груди, так как переживал за свою возлюбленную, особенно теперь, когда она понадобилась отцу.
– Никому не было под силу разрушить Божественное проклятье, но ей удалось это. Она очень сильна и Владыка хочет сделать ее своей, хочет, чтобы она правила весте с ним как Владычица.
Эта новость повергла меня, мягко говоря, в шок, я меньше удивился тому, что отец желает моей смерти, чем тому, что он хочет отнять у меня любимую женщину. Как не крути, это было далеко не по-отцовски.
– Но зачем ему тогда убирать меня?
– Недавно он услышал предсказание о том, что ты будешь причиной его крушения. Люцифер связывает это с тем, что твое влюбленное человеческое сердце не сдастся и ты будешь бороться за девушку.
– Это батя правильно думает, так как я не отдам ее никому. – Высказывая, прорычал я. – он не получит ее.
Не знаю, что разозлило меня больше, но от гнева из моих глаз посыпались искры. Попадись отец мне прямо сейчас, я бы разорвал его на мелкие кусочки. Я прислуживал ему, освободил из заточения, а он решил отплатить мне предательством, вогнав нож в спину. Он пожелал отнять у меня единственное сокровище, которое имело для меня значение, оставив гнить в сырой земле.
Я задался вопросом, «а чему я так удивлен?», ведь это же Дьявол: король среди лжецов и махинатор среди аферистов. Ему не ведомы такие чувства как любовь и доверие, сострадание и жертвенность, которым я научился у Авроры. Удивительно было то, как лихо он прикидывался все сто шестьдесят девять лет, претворяясь идеальным отцом.
Закипая от злобы на собственную беспечность, я сжал посильнее клыки и замахнулся хопешем на некроманта, который завопил во все горло:
– Ты обещал не убивать меня! – Давясь слюной, хрипел живой мертвец.
– Значит, я тебя обманул! – Сказал я и, одним резким рывком перерубил некроманта вдоль, а для верности, чтобы этот труп не восстал к жизни вновь, испепелил его тело адским огнем.
Тело мага объяло черным густым пламенем, а через несколько минут потухло, оставляя на полу тронного зала только темное, выгоревшее пятно, как свидетельство того, что здесь случилось.
Черная Роза.
Мы с отцом покинули свой дом и возвратились в замок. Там было очень тихо, так, что даже слышно было как в подземелье скребутся мыши. Больше по замку не раздавались, ни смех близнецов, ни их недовольный ропот на скучное обучение под надзирательством старухи Бертрам, ни даже строгого голоса с иностранным акцентом гувернантки. Не было слышно и голоса тети Лучии, обычно руководившей прислугой и раздававшей им наказы и похвалу в это время.
Мы успели как раз к ужину, где, за столом сидели мальчики, мадам Бертрам и Сэмюэль. Тети Лучии в столовой не было, так как она отказалась покидать стены своей спальни и пожелала остаться в своей кровати.
Последнее время королева не желала никого видеть и редко принимала кого-либо кроме своих сыновей. Я хотела вместе с отцом навестить ее и попытаться наладить отношение, но отец посоветовал дать друг другу немного времени прийти в себя.
Увидев меня первой, входящую в помещение, близнецы откинули свои кубки и напрыгнули на меня, крепко обняв, словно мы сотню лет не виделись. Я тоже была рада их поддержке, но мне все равно было некомфортно, так как я не могла преодолеть чувство вины, а вот мальчики – напротив, они не злились на меня, оставаясь моими преданными друзьями и в горе, и в радости. Сэмюэль и Бертрам поднялись с места, чтобы поприветствовать нас, как того требует этикет и отвесили нам поклон. Взгляд Орлихи оставался таким же холодным и надменным, в прочем, это ее обычное состояние, а вот недовампир Баттори смотрел на меня хищно, с чувством превосходства, как лев перед нападением: оценивающе и выжидающе удобного момента.