Инга волновалась. Она пыталась скрыть внутреннее смятение, но сегодня у неё это плохо получалось. С каждым движением минутной стрелки на настенных часах в её душе нарастало беспокойство. Она не могла этого объяснить. Молодая женщина подошла к зеркалу. Глядя на своё отражение, она постаралась подавить в себе панику:
– Всё нормально…, сегодня должно быть всё нормально…
Она начала собираться. После трёх процедур химиотерапии Инга выглядела очень плохо. Уже после первой процедуры молодая женщина лишилась своих белокурых волос. Она была готова к этому, и чтобы не травмировать себя лишний раз, Инга сразу же стала носить парик. Её девочки не знали, что происходит, но понимали, что их мама сильно болеет. Дочери, вместе с папой, и вместе с родителями с её и с его стороны, всеми силами поддерживали её моральный тонус. Несмотря на скрытую тревогу, в семье периодически слышался смех, по радио всегда звучала музыка, а вечером, когда девочки ложились спать, супруги включали в своей комнате домашний кинотеатр и лёжа в постели, крепко обняв друг друга, просматривали какой-нибудь фильм. Поэтому, когда Инга чувствовала, что отчаяние и паника в её душе постепенно нарастали, она тут же корила себя за малодушие и трусость, и старалась быстро взять себя в руки. Сегодня всё было иначе. Девочки ушли в школу, Влад уехал на работу. В одиннадцать часов у неё был поставлен четвёртый курс химиотерапии. Ещё немного, и половина процедур будет позади. Врач назначил курс – десять. «Она всё выдержит!», – продолжая одеваться, говорила про себя молодая женщина. Инге так хотелось надеть модное вязаное платье, но она шла на лечение, а потом на приём к врачу, такой наряд был неуместен в больнице. И, тем не менее, она старалась не унывать и продолжала оставаться привлекательной женщиной. Да, ей трудно, ей очень трудно, но нужно быть сильной, даже, если это почти невозможно. Инга снова подошла к зеркалу: серое лицо, потерянный взгляд. И, в этот момент, ей стало страшно. Она отчётливо поняла причину своего подавленного настроения, Инга очень боялась смерти. Мысли о том, что жизнь её подошла к концу, терзали душу молодой женщины с самого утра. Страх однажды не проснуться возник в её душе не просто так. Инга чувствовала, что лечение ей не помогает. Её пальцы непроизвольно задрожали при одной мысли, что сегодня она идёт на приём к доктору. Андрей Константинович должен был озвучить результаты её анализов, и почему то ей казалось, видимо это подсказывало шестое чувство, что эти результаты её не обрадуют. Она надела парик из натуральных волос с причёской каре, нанесла на лицо лёгкий тональный крем и немного подкрасила глаза. С трудом заставив себя улыбнуться своему отражению, молодая женщина застегнула молнию на модном приталенном демисезонном пальто и вышла из дома.
В половине третьего Инга зашла в кабинет своего лечащего врача. Андрей Константинович сидел за своим столом, его уверенная осанка и серьёзный взгляд, произвели на Ингу успокоительный эффект. Врач взял в руки бланки с результатами её анализов и начал их внимательно просматривать. Молодая женщина смотрела то на доктора, то на листы бумаги, которые держал в своих руках врач, а про себя думала, что зря она всё утро придумывала себе различные ужасы, которые без причины травмировали и без того её напряжённую нервную систему. Сейчас врач ей всё объяснит. Инга доверила врачу самое ценное, что есть у человека – свою жизнь, и она верила, что врач её спасёт, обязательно. Она смотрела на доктора и ждала.
Андрей Константинович положил бланки с результатами на стол и, посмотрев на Ингу добрыми, проницательными глазами, медленно произнёс:
– Ну, что вам могу сказать, уважаемая Инга Валерьевна. По результатам видно, что ваш организм борется, но, к сожалению, болезнь сохраняет стабильно-тяжёлую форму, и…, – врач искусственно кашлянул, чтобы сделать паузу и на этот короткий момент подобрать нужные слова, – … пока не отступает.
Инга мгновенно расстроилась так, что на её глаза навернулись слёзы. Андрей Константинович давно работал в онкодиспансере, но за долгие годы своей практики, он так и не смог привыкнуть к слезам своих пациентов.
– Мне тяжело вам это говорить, но, на мой взгляд, пациент должен знать, что с ним происходит.
Инга не выдержала и закрыла лицо руками. Захлёбываясь слезами она спросила:
– Сколько мне осталось, доктор?
Андрей Константинович взял в руки рентгеновский снимок и указал шариковой ручкой, которая служила ему в качестве указки, на тёмное пятно, которое хорошо просматривалось на поражённом органе.
– Инга, постарайтесь успокоиться. Нам с вами предстоит серьёзный разговор, но вы должны взять себя в руки. Взгляните сюда, вот здесь, – доктор обвёл место на снимке, – в этом месте разрастается опухоль. Она практически заполнила собой всё пространство органа и, даже если его полностью удалить, то, к сожалению, в большом количестве, остаются метастазы, которые уже распространились по всей нижней части внутренних органов. Химиотерапия пока сдерживает эти проросшие щупальца, но мы не знаем, сколько сможет справляться с болезнью ваш организм. Это тоже важно, именно поэтому мы советуем нашим пациентам ни в коем случае не отчаиваться до такой степени, что сами того не зная, они, своими негативными мыслями, дают установку организму на ускорение летального исхода.
Инга подняла на врача удивлённые, заплаканные глаза.
–Да-да! – подытожил доктор, – поэтому, сейчас возьмите себя в руки и постарайтесь осознать то, что я вам скажу. Наши методы лечения уже не смогут вам помочь. Болезнь, запустившая обратный отчёт вашей жизни, не реагирует даже на самые мощные и современные препараты. Но, я дам вам телефон одного человека, который изобрёл вакцину от раковой болезни.
Андрей Константинович написал на маленьком листе блокнота-визитки, одиннадцатизначный номер телефона ручкой, которая временно служила ему в качестве указки.
– Честно скажу, ни разу не видел, как выглядит это лекарство, – произнёс он, протягивая Инге листок с телефоном, – советую вам связаться с этим человеком сегодня, в течение нескольких часов.
Инга посмотрела на листок блокнота и спросила:
– А как его зовут?
– Он никогда не произносил мне своего имени.
– А, может быть, я всё-таки останусь под вашим наблюдением? – с надеждой спросила Инга, – вдруг болезнь начнёт отступать, когда я пройду весь курс химиотерапии?
– К моему большому сожалению, Инга Валерьевна, у вас нет иного выхода. Я до последнего момента боролся с вашей болезнью, неоднократно меняя стратегию лечения и назначая разные лекарства, но, как бы я ни хотел, всё же, вынужден со своей стороны признать поражение, и поэтому, чтобы подарить вам шанс на жизнь, направляю вас, лечиться в другие руки. Делаю такой шаг, исключительно из своего врачебного долга и внутреннему зову совести. Я не стал сразу вас пугать, но, исходя из своего многолетнего опыта, могу сказать, что вам осталось жить, от силы, месяц, может быть, полтора, счёт пока идёт на дни, но совсем скоро они превратятся в часы.
Инга больше ничего не смогла сказать. Она снова посмотрела на маленький листок блокнота, который держала в своих руках, затем поднялась со стула и, прошептав сдавленным от слёз голосом слова благодарности, вышла из кабинета.
Она не заметила, как оказалась дома. Приём у врача выбил её из колеи. Весь оставшийся день, молодая женщина была погружена в свои мысли и все свои действия она выполняла на автомате. День постепенно близился к вечеру, но её дочери придут ещё не скоро: обе девочки находились на дополнительных занятиях. Маша после школы ушла в секцию художественной гимнастики, а Марго была на занятиях у частого педагога по электрогитаре, музыкальная студия располагалась недалеко от дома. Влад хотел прийти сегодня пораньше. Мир для Инги остановился, часы тянулись невыносимо медленно. Она с трудом дождалась мужа с работы и, как только он зашёл домой, Инга выбежала его встречать в волнительном настроении:
– Влад! – дрожащим голосом произнесла молодая женщина, – наконец-то! Я жду тебя с большим нетерпением.
В голосе Инги отражался целый спектр различных эмоций: от восторженного трепета, до фатального ужаса, и Влад не смог сразу понять, хорошие его ждут новости или нет.
– Привет, дорогая! Что случилось? Надеюсь, у тебя хорошие новости?
– Не знаю, милый.
Влад удивлённо посмотрел на жену.
– Я тебе за ужином всё расскажу.
Пока Влад с удовольствием поглощал еду, он при этом он внимательно слушал информацию, которую подробно рассказывала его жена. Когда Инга закончила говорить, она задала ожидаемый в подобных ситуациях, вопрос:
– Что ты на это скажешь?
– Тут даже думать не о чем, – уверенно ответил Влад, – давай звонить этому дядьке.
– Мне что-то тревожно, Влад.
– А чего сейчас нам бояться? Тебе врач чётко сказал, что времени у тебя практически не осталось и нужно торопиться.
Влад взял в руки телефон и, глядя на маленький блокнотный лист-визитку, набрал написанный на нём рукой врача, номер незнакомца. Через пару гудков, он услышал слегка глуховатый голос, который коротко спросил:
– Да?
– Здравствуйте! – начал Влад, – мне ваш телефон дал лечащий врач моей жены, Андрей Константинович.
– Если, Андрей Константинович дал вам мой телефон, – начал без приветствия, незнакомец, – значит ваше положение тяжёлое. Перейдём сразу к делу. Для получения лекарства, у меня будет ряд условий. Препарат стоит семь миллионов рублей. Деньги должны быть переведены на счёт ООО «Онкоцентр», это частная клиника, в течение двух недель. Как только деньги поступят на счёт, я позвоню вам и продиктую номер банковской ячейки. Затем, вы, с паспортом идёте в банк, и получаете свой препарат, которые вам выдаст сотрудник банка. Я слушаю ваши вопросы.
– Простите, – начал неуверенно Влад, – а, можно, всё-таки в рассрочку или частями…
– Нет, – перебил его незнакомец, – сумма должна быть внесена полностью. Её можно внести частями, но только в течение одного дня.
– А, почему такая срочность? – спросила дрожащим голосом Инга.
Телефон был включен на громкую связь.
– Потому что, лекарство долго не хранится. В нём содержатся компоненты, которые сохраняют свои целебные свойства, относительно короткий период времени; как правило, это две, самое большее, три недели. Вы должны выкупить препарат в течение двух недель со дня нашего разговора. Если вы этого не сделаете, я, ровно через две недели, не оповещая вас, продаю лекарство другому человеку.
В телефонной трубке возникла тишина. Супруги переглянулись, и, чтобы пауза не затянулась, Влад спросил:
– А, можно хотя бы посмотреть на это лекарство?
– Что вам это даст?
– Вы поймите нас правильно. Ситуация немного странная. Вы предлагаете нам, выкупить у вас препарат за очень приличную сумму денег, при этом, как я понимаю, вы не хотите себя афишировать, да ещё и не собираетесь показать нам лекарство. А если за эти деньги мы получим вакцину, которая нам не поможет, или ещё хуже – вообще ничего не получим? Вы, что, предлагаете нам идти на риск не глядя?
– Ваша жена доверяет своему лечащему врачу? – спокойно спросил незнакомец.
– Да, – ответила ему Инга по громкой связи.
– Думаю, – продолжил общаться с молодой женщиной, незнакомец, – нет, я даже уверен в том, что Андрей Константинович поставил вас в известность, относительно точности вашего диагноза?
– Да. – голос Инги несколько осип от волнения.
Влад увидел, как у жены кисти рук заиграли мелкой дрожью и, чтобы её успокоить, положил на них свою крупную ладонь
– Давайте говорить прямо – сколько вам осталось?
– Это жестокий вопрос! – Вступился за свою супругу, Влад. – Ни один врач не знает точно, сколько отмерено времени его пациенту, даже если тот находится на грани. Некоторые пациенты даже с последней стадией онкологии могут жить несколько лет.
– На последней стадии – нет, – спокойно ответил незнакомец, – самое большее – полгода.
– Месяц, может полтора, – еле слышно ответила в трубку Инга.
– А я даю вам две недели, – твёрдо произнёс незнакомец, – Андрей Константинович пощадил вас. Если он направил вас ко мне, то у вас пошла борьба за выживание в буквальном смысле слова. Думаю, вам осталось меньше месяца. Я не пугаю, а говорю то, что знаю. Выбирайте, либо вы покупаете у меня препарат и живёте дальше, либо продолжаете лечение у своего врача и живёте от силы месяц.
В трубке возникла короткая пауза, и Влад, с расстановкой произнёс:
– Нам нужно обдумать то, что вы нам сказали. Сколько у нас есть времени на размышление?
– Две недели.
Незнакомец тут же завершил звонок, а Влад на автомате, в тишину произнёс:
– До свидания…
Некоторое время супруги молча смотрели друг на друга, затем, Влад ободряющим тоном сказал:
– Не переживай, любимая. Мы найдём деньги и выкупим у этого человека лекарство. В конце концов, семь миллионов это не критичная сумма. Конечно, – продолжил задумчиво он, – сроки поджимают…
В дверном замке повернулся ключ.
– Так, девочки вернулись, – вполголоса сказал Влад, – разговор продолжим позже.
– Мне, почему то, страшно…
– Всё! – добрым, и в то же время, требовательным тоном ответил её муж, – на эту тему, сейчас, я больше говорить не буду. Отложим её на завтра.
Домой пришла Маргарита. Дочь весело вбежала на кухню и сразу же начала рассказывать про новый приём игры, которому её обучили на электрогитаре. Почти следом да Марго, подошла Маша. Девочки наперебой делились своими новостями, которые произошли у обеих за день, а Инга и Влад пили чай, и с удовольствием слушали их весёлую болтовню. Неуёмная внутренняя энергия и хорошее настроение обеих дочек, тут же передались родителям, и уже через несколько минут, супруги погрузились в интересный увлекательный детский мир. Тревожные мысли на какое-то время отступили, освободив сознание и душу.
После ужина, девочки убежали в детскую комнату, Влад ушёл в свой кабинет, где занялся документами, которые давно хотел просмотреть и привести в порядок, а Инга в приподнятом настроении окунулась в интернет, где начала просматривать последние новости из мира моды. Когда вечер подходил к концу, супруги переместились в спальню и перед сном, как сложилось в последнее время, по традиции включили на домашнем кинотеатре, фильм. Инга хотела посмотреть мелодраму «Осень в Нью-Йорке», но Влад наотрез отказался поддержать её выбор. Они ранее уже смотрели этот трагический фильм, и он помнил сюжет этой картины. Сейчас, история главных героев, частично напоминала их собственную жизнь, поэтому Влад настоял на том, чтобы посмотреть не душещипательную драму, а какой-нибудь триллер. Фильмы в подобном жанре, напрочь отбивают хандру и даже дарят бодрость. Конечно, для сна такого плана картины не особо подходят, но, Влад считал, это лучшим средством от тоски, правда, Инга также не одобрила его выбор. После непродолжительных споров в мягкой интонации, супруги поставили красивый по видам и музыке художественный фильм, «Рафаэль».
И всё же, ночь у обоих супругов была бессонная. Оба не могли заснуть до самого утра, и, если Инга не могла сомкнуть глаз, из-за нахлынувших на неё переживаний, то Влад не спал, потому что не спит его жена. Он чувствовал её тревогу, и хоть сам Влад, был спокоен, его организм, из солидарности, решил тоже не спать. Они рано поднялись, в половине шестого, и пошли на кухню пить утренний крепкий кофе. Супруги предпочитали исключительно заваренный молотый кофе без сахара, в сублимированном виде этот напиток в их доме, не присутствовал. Горький бодрящий напиток поднял молодой паре настроение. Влад посмотрел на жену, и деловито произнёс:
– Ну, что, продаём дом?
От неожиданности, рука молодой женщины с маленькой чашечкой кофе, остановилась в воздухе. Глаза Инги расширились, и Влад увидел в них одновременно возмущение и растерянность.
– Ты хочешь продать наше единственное жильё?
В её голосе чувствовалась твёрдость, а вопрос прозвучал как категорический отказ.
– А ты что предлагаешь?
– У нас есть две машины, – ответила она более спокойно, – продадим имущество, а оставшуюся сумму, возьмём кредитом.
– Я не хотел тебе говорить, – сказал серьёзно, Влад, – но у нас возникли сложности на работе и мы со Стасом уже взяли кредит. Сумма, конечно, не такая большая, по сравнению с той, которую запросил незнакомец, но всё же по выплате, достаточно ощутимая. И, потом, какое имущество ты собралась продавать на семь миллионов? Весь твой скарб стоит всего лишь несколько сот тысяч рублей. Даже свои побрякушки, ты не сможешь продать по той цене, за которую я тебе их покупал.
– Я даже не собираюсь продавать украшения, которые дарил мне ты, – спокойно и уверенно произнесла, Инга.
– Ну, вот, тем более. Наши машины уйдут за миллион, обе и, как ты понимаешь, один миллион рублей. Имущества, продадим, пусть ещё на полмиллиона рублей, а остальное мы, где возьмём?
– Тогда, лучше умереть! – Инга заплакала. – Мне так жалко наш дом!
– Другого выхода нет. Дом, в котором не станет тебя, мне не нужен, а, деньги – дело наживное!
– А где мы сейчас будет жить?
– Я думаю, нам временно придётся переехать на дачу твоих родителей, надеюсь, они нам в этой просьбе не откажут. И, скорее всего, чтобы объяснить свой переезд, нам придётся всё им рассказать.
Инга задумчивым взглядом обвела просторную, красивую уютную кухню и закрыла лицо руками. Чтобы поддержать супругу, Влад, слегка усмехнувшись, сказал:
– Мне помнится, ты говорила, что очень любишь природу, считай, что твоя мечта сбылась!
– Не вижу ничего смешного! – Наиграно разозлившись, ответила Инга.
– Я уже всё обдумал. Хорошо бы продать дом за десять миллионов рублей, тогда, оставшейся суммы, нам хватит на двухкомнатную квартиру во вторичном жилье. К зиме нужно постараться переехать в квартиру, а на то время, пока будем искать жильё, поживём на даче. Осень стоит, дождливая, но, на улице относительно тепло, ещё не мороз. В доме, с обогревом мы не замёрзнем.
– Меня не пугает перспектива жить на даче. – С волнением в голосе произнесла, Инга. – Я боюсь полного разорения.
– Иногда, – произнёс, её муж, – чтобы что-то получить, нужно жертвовать многим. В нашем случае, мы рискуем потерять лишь деньги.
– Нет, милый, мы рискуем вообще всё потерять. Мы лишимся дома, опустошим наши и без того, небольшие, счета, чтобы у какого-то неизвестного человека, купить смутного качества, вакцину. А это лекарство, вполне возможно, может мне и не помочь!
– Согласен! – Подтвердил Влад вои подозрения. – Я тоже не знаю, дорогая, поможет ли тебе лекарство, которое предлагает незнакомец, но, в любом случае, я готов рискнуть и выкупить этот препарат, пусть даже шансы на твоё выздоровление, призрачные.
На какой-то момент, супруги замолчали. Чтобы нарушить напряжённую тишину, Влад включил маленькое радио, стоявшее на кухонном столе, рядом с чайником.
– Какой-то кошмар…, – Инга произнесла фразу задумчиво и в то же время, безразлично.
Влад подошёл к жене, подхватил её на руки, и, глядя ей в глаза вполголоса произнёс:
– Милая, ты себе даже не представляешь, насколько сильно я тебя люблю. Я тоже не знаю, что нас ждёт, но, соглашайся. У нас всё равно нет другого выхода.
Молодая женщина долго смотрела в глаза супругу и затем тихонько прошептала:
– Согласна…
Через неделю, большой дом, с мебелью и почти всем оставшимся в нём имуществом, был продан. Молодая пара с детьми переехала, в аккуратный небольшой деревянный дом с садовым участком, который находился в черте города, в густонаселённом дачном кооперативе. Дача сразу же была отдана супругам в неограниченное пользование, как только родители Инги услышали про здоровье своей дочери и про всю ситуацию, сложившуюся у молодой пары на последнее время. Пожилые люди предложили молодым поселиться у них в городе в двухкомнатной квартире, но, супруги наотрез отказались. В среду утром, полученные от продажи дома деньги, Влад разделил на две части: одну, в размере семи миллионов рублей, молодой человек тут же перевёл на указанный незнакомцем адрес, а то, что осталось, положил на свой счёт, для накопления. Через пять минут, на телефон молодого человека поступил входящий звонок:
– Ваша ячейка, – минуя слова приветствия, произнёс незнакомец, – под номером три. Товар можете забрать уже сейчас. И так. Вы должны знать, что лекарство быстро теряет свои свойства, поэтому для того, чтобы его принять, у вас в запасе, есть только две недели. Препарат состоит из двух таблеток, которые принимаются в течение одного дня; одну вы принимаете утром, другую – вечером. Разница во времени приёма, должна быть от десяти до тринадцати часов. То есть, если вы примите первую таблетку, к примеру, в восемь часов утра, то вторую, вы должны принять не раньше шести и не позже девяти часов вечера.
– Мы бы хотели принять препарат уже сегодня. Это возможно сделать?
– Сейчас начало одиннадцатого часа, – как всегда произнёс незнакомец тоном, лишённым эмоций, – да. И, постарайтесь принять препарат до двенадцати часов ночи.
– Почему? – удивился Влад.
– Потому что лекарство действует как снотворное, а спать, лучше ночью. Конечно, заснуть вы можете и днём, но если вы хотите получить максимальный эффект от препарата, то, лучше принять лекарство до полуночи, а то и чуть раньше. Время суток, влияет на биологические часы организма. Днём, сон человека отличается от сна, в ночные часы. Далее, таблетку, нужно растворить в стакане тёплой воды, и, дождавшись полного её растворения, выпить получившийся напиток. И, главное, таблетки нужно хранить в морозильной камере.
– Скажите, – поспешно спросил Влад, – через какое время эти таблетки дадут положительный эффект?
– Спустя сутки после приёма препарата, ваша жена полностью поправиться.
Звонок был завершён, незнакомец снова резко, не прощаясь, отключил телефон. Каждый раз, после разговора с незнакомцем, Влад испытывал смешанные чувства. Это были чувства удивления и инстинктивной неприязни. Его удивлял тон незнакомца, который был лишён каких-либо эмоций, и от которого, веяло холодом и отстранённостью. Незнакомец говорил кратко и только по существу, при этом, человек никогда не здоровался. Но, последняя фраза, вызвала у молодого человека чувство замешательства. Чтобы лекарство вылечило его тяжелобольную жену спустя сутки? Звучало малоправдоподобно, скорее, совсем, неправдоподобно. Погружённый в свои мысли, Влад поехал по названному адресу.
В малоизвестном банке, название которого Влад даже не слышал, сотрудником банка из ячейки под номером «три», ему была выдана небольшая картонная коробка, плотно обмотанная прозрачным скотчем. Коробка была чистая и имела небольшой вес, какая-либо информация на её стенках отсутствовала. Когда он, довольно быстро вернулся домой, в дачный деревянный дом, он вместе с супругой, сгорая от любопытства и нетерпения, поставил коробку на стол, и открыл её, срезав скотч, кухонным ножом. Внутри, в плотном слое полиэтилена лежал небольшой серебристый термос. Влад его аккуратно достал и отвинтил металлическую крышку. Термос был доверху наполнен кусочками льда. Молодой человек наклонил термос и тихонько его потряс. На стол вылетело несколько льдинок и затем, вместе с остальными, холодными, прозрачными камешками из термоса выпал маленький блестящий свёрток в фольге. Влад осторожно развернул его, и супруги увидели на раскрытом мятом листе фольги, две нестандартного размера таблетки бежевого цвета. Молодой человек налил в прозрачный гранёный стакан кипячёную родниковую воду, и поставил его на стол перед Ингой.
– Незнакомец сказал, что их нужно растворить в воде и, по его словам, ты, завтра, должна уже быть здорова, если, конечно, ему можно верить.
Молодая женщина, не отрываясь, смотрела на таблетки, глазами, полными надежды. Затем, она своими тонкими пальцами взяла одну таблетку и осторожно опустила её в воду. Таблетка плавно легла на дно стакана и начала быстро растворяться, окрашивая прозрачную жидкость, в тёмно-пурпурный насыщенный цвет. Вода в стакане ожила, она бурлила и пенилась, и вдруг, успокоилась. Пурпурная масса начала медленно подниматься вверх, будто плотная пенка на квасе, оставляя за собой воду бледно-морковного оттенка. Инга и Влад удивленно смотрели на это маленькое представление. Когда пурпурный цвет полностью растворился, молодая женщина взяла в руки стакан и боязливо попробовала напиток на вкус. Он оказался сладковатым с пикантной горчинкой послевкусия на языке. Не произнося ни звука, Инга полностью выпила лекарство, поставила пустой стакан на стол и посмотрела на своего супруга.
– Что ты чувствуешь? – спросил он жену.
– Мне очень жарко, милый. Очень интересное ощущение чувствую в себе, будто внутри меня проснулась энергия!
– У тебя щеки стали розовыми! В последнее время, твоё лицо стало пугающе бледным.
– Влад, как удивительно!
Через несколько минут, организм молодой женщины успокоился, и она снова вернулась к своему прежнему, болезненному состоянию. Больше ничего не происходило. Влад убрал вторую таблетку в холодильник, в морозильную камеру и супруги занялись своими обычными домашними делами. День прошёл быстро, и, тем не менее, молодая пара с нетерпением ждала вечера. В начале десятого часа, Инга растворила в стакане тёплой воды вторую таблетку и как только вода в стакане приобрела снова бледно-морковный цвет, она, уже не испытывая боязни спокойно выпила лекарство. Молодая женщина вернулась в комнату и легла в постель. Её муж сидел за столом и работал на ноутбуке. Он сосредоточенно смотрел на плоский экран, и его пальцы быстро двигались по клавиатуре, набирая текст. Под мягкие звуки клавиш Инга медленно погружалась в глубокий сон.
P.S.
Прошло три месяца. Давно наступила зима. Память ещё сохраняла фрагменты тех драматических событий, но с каждым разом они таяли, растворяясь в воспоминаниях. Стоял морозный и снежный декабрь. Приближался новый год. В высоком, бледно-голубом небе светило яркое, почти белое солнце. Снег, блестящими, похожими на бриллианты искрами, переливался под его лучами. Инга подошла к окну. Она смотрела на пейзаж за окном и на её лице играла лёгкая улыбка. Она уже знала, она чувствовала. Это были ни с чем несравнимые ощущения с самых первых дней. На этот раз она не ошибалась. Молодая женщина ждала ребёнка…