1. Начальная расстановка, чёрного коня поставить у белых пешек. Что может сбить конь? Переставить коня. Задать тот же вопрос;
2. Начальная расстановка, поставить ферзя в центре доски, показать, что может сбить ферзь. Поставить ферзя в гущу фигур, задать тот же вопрос;
3. Пустая доска. На доску выставляется чёрный король. Нужно поставить шах королю всеми белыми фигурами поочередно. (С конём был настоящий короул. Справилась едва ли половина);
4. Для трудных детей: на пустой доске стоит конь. Нужно привести коня из точки А в точку Б. Затем привести слона из точки А в точку Б;
5. Задача: сколько пешек стоит (здесь должно быть название фигуры);
6. Задача вида «что больше: Ф+2К или 2Л+С+2П».
10
А вы знаете, они играют.
Конечно, не всегда и не всё делают правильно, о тактике и стратегии они никакого представления не имеют, но они играют.
Это ли не чудо. В сентябре большая часть из них видела шахматы только в телевизоре или на полке магазина.
А сейчас они играют.
Результаты турнира пока совершенно для меня неожиданные – выигрывают совсем не те, кто должен был выигрывать. Те, кто занимался шахматами «до», не показывают вообще ничего.
Когда я иду домой с уроков, в Медвежино включают фонари, прямо в мой проход.
Красиво. Только что всё погружалось во тьму и сон, а тут бац – и люди вокруг, и деревья каждое отдельно, и хороводы вообще можно водить, столько вокруг жизни.
Туманы стоят в последнее время удивительные. Минск уже пару недель как попал в какое-то облако из которого никак не может выбраться. Так и плывем через вселенную в облаке. Я насчитал три солнечных дня за последних 20 дней – иногда, стал быть, всё же выбираемся.
Но редко.
11
Размышлял я тут о профессиональных шахматистах. И пришёл к выводу, что сам-то считаю таких людей людьми несколько странными. То есть немного пришибленными в каких-ньдь других сферах человеческой жизни. А если человек полноценный будет во всем остальном, дык это будет так себе профессиональный шахматист. Хотя, глядя на Каспарова там или Карлсена такого не скажешь, вроде бы обычные люди. Но вот конкретно мне попадались с прибабахом, если мастер спорта или КМС.
Линейный мат проходим с детишечьками уже два занятия, будет и третье.
Самое в этом главное не впадать в отчаяние, как я люблю это делать. К примеру, на первом уроке линейного мата я пришёл в ужас – кого я тут вообще учу, они же ни хрена не понимают! На перемене вышел покурить, принял валидолу, валокардину, валерианы, отлили меня водой, попросил там прохожих. Полежал на траве, подумал: а не много ли я вообще-то от них хочу? Посоображал, полежал – оказалось, что да, многовато.
Вчера, на втором занятии уже большая часть ставит линейный мат. На следующем занятии, думаю, и остальных доконаю.
На переменах я курю, да-с. За воротами школы.
Со мною вместе из преподавателей никто не курит, курют только детишки. Не мои, естественно, старшеклассники. Курят и учат друг друга курить. При мне девочка, чуть старше моей дочери Маргариты, делала первые шаги. Наблюдал за этим с интересом и горечью – хотелось забрать сигареты и сказать: «Что ты делаешь, дура, потом же никогда не отвыкнешь!» Курят вообще чаще всего только потому, что однажды когда-то попробовали. Такое понимаешь только к сорока годам. Когда никакого уже прикола в сигаретах, если разобраться, нет. А есть только привычка и потребность занять себя чем-нибудь. А тут, о, сигареты, закурил – и уже как бы при деле, как бы не бездельничаешь. Потребляешь.
Но ни у кого ничего не отобрал, конечно же, дети продолжали учить курить друг друга. Странным было бы нотации читать, если у самого сигарета в руках.
Мой шахматный кумир Вадим Сергеич говорит, что шахматы не делают умнее.
Может, оно, конечно и так. Но шахматы, лично у меня, многое расставляют по местам. Систематизируют и упорядочивают.
С линейным матом игр никаких особенно не придумалось – там просто алгоритм нужно соблюдать и поставишь его в итоге обязательно.
Поэтому придумал игру просто на ходы фигур, называется «Сеча».
В центр доски выставляется белая пешка. Против неё ставится чёрная. Дети делятся на команды (можно играть и друг против друга). Команда «белых» нападает на чёрную пешку до тех пор, пока в резерве есть фигуры, которые могут напасть на эту пешку. Команда «чёрных» соответственно нападает на белую пешку. Когда атак больше не осталось, собственно, и начинается сама «Сеча». То есть белые должны с тех мест, где они стоят, перебить сейчас всех чёрных и наоборот. Когда сбития заканчиваются, считаем сколько осталось в пешках у каждой из сторон. У кого больше, тот и выиграл.
12
Вчера с Марго выпустили в Медвежино в естественную среду обитания двух виноградных улиток, которых брали на передержку.
Сегодня по дороге на работу встретил обеих – разговорились. Спрашивали меня, где беру огурцы. Жаловались на ежей. Расставаться не хотелось, но у них были дела – одна уже беременна. Пятнадцатирнёй, вроде бы. А может быть, я что-то не так услышал.
Вот что получается, когда родители посылают детей не в художественную школу, а в шахматную.
К шахматам эта композиция не имеет никакого отношения. Подхожу, спрашиваю, чо тут делаете? Цветочек сделали, говорят.
То есть они не ходили шахматами. Они рисовали.
Ещё у меня третья, последняя группа, приходит после дневного сна. Так Леша А. вставать встаёт, а просыпаться забывает. Уже сколько раз я понимаю, что передо мной человек, который натурально ещё спит. Просто глаза открыты. И разговаривает. Не всегда впопад.
Максим С. (из этой же группы) сегодня пришёл и расставил белые пешки, а к ним чёрные фигуры.
Ещё один мальчик приходит с постоянно расстёгнутой ширинкой – он её забывает закрывать спросонок.
Сегодня думал о том, что вообще всё человечество так и делится, как мои шахматные дети. Кто-то «вилку» конём сегодня сдавал. А кто-то до сих пор пешкой назад бить пытается. А начинали в одно время. Как так получается, интересно?
Как сказал один коллега – очень скоро будет такое деление молодых людей, на две группы. Одни буквы забудут и будут только мемами и эмодзи общаться. А вторые будут читать по 10—15 книг художественной литературы в год – необязательной к прочтению, просто из любознательности.
13
Если играть в шахматы на личессе строго по пятницам и субботам вечером, рейтинг достаточно быстро можно набить до небывалых высот.
Главное самому не садиться выпимшим.
– Итак, дети! – говорю вчера. – Я должен вам сообщить, чьто проигрывал вам и буду проигрывать. Я понятно говорю?
Я смотрю на них и вижу, чьто понятно.
– У меня нет цели обыгрывать вас, дети! – продолжаю. – У меня есть цель научить вас хотя бы тому, что знаю и понимаю в шахматах я. Это не так много, но это гораздо больше, чем есть в рюкзаке каждого из вас. Знаете, что такое гамбургский счёт, дети?
Не знают. Я бы удивился, если бы знали.
– Гамбургский счёт – это, дети, когда всё по-честному. Когда я не даю вам перехаживать, когда я не отдаю вам ферзя в начале игры, когда взялся за фигуру – ходи. Всем понятно?
Вроде понятно.
– С любым из вас я сыграю по гамбургскому счёту, мы расставим и сыграем обязательно, дети. Тот, кто захочет играть со мной по гамбургскому счёту, сообщите мне.
Молчат. Это очень немало, когда эти клопы молчат и слушают. И, вроде бы, понимают.
– Итак, будем чему-то учиться, дети?
Будут.
Теперь будут.
Вы просто не слышали той тишины, которая возникла, когда один из моих клопов произнёс «вам мат».
Я слушал эту тишину и мне бы радоваться, но нет. Я чему-то их всё-таки научил, мне ставит мат мой ученик – и даже ладно, что я играл без ферзя. Радоваться надо, ну же.
Но нет. В этой звенящей тиши я встал и произнёс свои пояснения.
Не уверен, все ли их поняли. Но и не важно.
Это же я не им пояснения я говорил, а себе.
14
На шахматном сайте, где я играю, каждый раз, как не войдёшь, играется одновременно около 10 000 партий.
Когда-то меньше, когда-то больше, но цифра примерно такая – на 10 000 досках сидят 20 000 человек и думают. Думают добросовестно. Думают усиленно.
Страшно представить себе, что можно такой силищей решить, если направить в мирное русло. Мне кажется, уже бы давно долетели до солнца. Или куда там мы ещё не долетели.
Кстати, рецептик хорошего настроения – если проиграли, то играйте снова и снова, до тех пор, пока не выиграете. Выигрыш смывает всю боль целиком от предыдущих партий, сколько бы вы до этого не продули. Ну, только, конечно, градус соперника понижать не спортивно, и, если так делать, не знаю даже, будет ли тот же эффект.
Вот только что осознал, что из трёх претендентов на участие в районном турнире по шахматам у меня два Егора.
Страсти на этот отбор такие, что впервые сегодня дети-детишечьки плакали при проигрыше. Впервые такое на занятиях. Был обескуражен и растерян. «А вы же говорили…", «Но я же хотел по правилам…", «Так ведь время думать ограничено…", «Но почему, я ведь раньше его обыгрывал…» – и так далее.
Какая нервная, оказывается, у меня работа.
Турнир, к слову, проводить буду тоже я – он под эгидой нашего Центра. Ужасно страшно. Никакого опыта в проведении турниров такого рода, всё новое и незнакомое, а ведь это не доску пилить в одиночестве и не роман писать там же, это всё люди, люди, люди: родители, представители команд с усами, малыши эти, в конце концов, – в районе 44 школы и каждой школе предложено выставить команду из двух мальчиков и двух девочек, умножили? Не нужно, если бы у меня было 176 участников, я бы зажал себе руку в межлифтовых дверях и сломал бы её, везите меня в больницу, я болен, вот справка. Участников будет много меньше, но всё равно страшно. Там система настолько многофакторная и столько всего надо учесть, что просто караул.
Играют две команды. Команды отправляют к доске по игроку, я пишу на доске пример рода:
2Ф+3П- 2Л+2К или 2П+К+Ф-Л
Играющие должны ответить, что больше: первое или второе. Если один отвечает неправильно – второй автоматически побеждает (чтоб не гадали).
Польза: быстро запоминают ценность фигур.
С одним ребёнком ничего особенно не меняется – можно либо также писать ему на листке задачи, либо можно брать в правую руку чёрных, в левую белых – и спрашивать, в какой руке больше в пешках.
15
По дороге на работу в парке Медвежино я, не оглядываясь, могу различить, кто настигает меня сзади: мальчик, девочка, дядя или тётя. Могу определить размер ноги, примерный вес и сексуальную ориентацию. Верхом на велосипеде или нет. Состояние лёгких, печени и центральной нервной системы. Кроме шуток. Вчера, например, слышу спиной – ну не так бежит! Ну вот не так, и всё тут. Шаркает, чиркает, шуршит, реет чем-то по ветру. Обгоняет, и правда – не спортсмен. Молодая девка просто опаздывает куда-то, вот и бежит. Опаздывает, судя по времени и прикиду, на работу.
Под вечер сегодня привели пленных.
Самых натуральных, я таких учеников ещё не видел.
Причём сразу, шоб скопом, сразу трое.
Испуганные, молчаливые, покорные, безынициативные, закрытые, в глазах у каждого понимание, что шаг влево или вправо – и расстреляют. Пощады не будет, а будет только боль и страдание.
Тут дело в том, чьто у меня для третьей группы не хватало голов, и я попросил воспитательниц привести кого-ньдь.
Но я попросил привести. А не пригнать.
Таких у меня ещё не было, находился под большим впечатлением.
«Куклы эти» видят впервые. Слово «ферзь» заставлял повторять раз пять каждого, как он выглядит запоминали с 7—8 попытки, когда играли в «вытяни наощупь» боялись ошибиться или признаться, что забыли название, да что ж такое, думаю. Из каких вы застенков.
А дело просто в том, наверное, что всех детей мне до этого или отдавали родители, или они сами просились в секцию. И дети эти были открытые, энергичные, сообразительные, инициативные – ну какие родители сами суют своих детей в шахматы? Да такие. И дети у них, соответственно, такие. А эти, которых мне пригнали, они обычные.
Среднестатистические дети страны.
К концу урока только оттаяли немного, стали более контактными, стали лучше, кажется, соображать, перестали бояться. Выбрались из сугроба своего.
Расстановка такая:
Ферзя чёрных я сместил сознательно, чтобы его не сбили в самом начале.
Ну и всё, белые должны перебить чёрных и наоборот. Кто первый посбивал фигуры соперника, тот и молодец.
16
В Медвежино порой приходят в голову интересные мысли. Свежий воздух, наверное. Вчера шёл на работу, писал сочинение «Кто бы я был, если бы был богат». Вы знаете, выходило, что был бы я гораздо более заносчивым, спесивым, завистливым и гневливым человеком. Деньги бы мне такое право давали, я себя знаю. Ещё и писал бы хуже, чем сейчас. Зачем это было бы мне из кож вон лезть, если у меня и так багацтво. То есть по зрелому такому размышлению наличие денег меня бы сделало только хуже. Тот, кого нет, эту поляну, видать, сечёт и потому деньгами меня не балует – даёт самое необходимое только. Ну и, конечно же, я бы куда как меньше размышлял, кабы было у меня богацтво. Богацтво – его или приумножать, или охоронять, или растрачивать требуется. Всё время только бы на это и уходило, какие там размышления.
Пришёл на работу – уже, оказывается, идут выборы, кому надо досрочно проголосовать. На первом этаже два милициянта, народ шастает незнакомый по зданию, в туалете появилась бумага.
Вчера закончился внутренний турнир среди моих шахматных подопечных.
Миша А. проиграл свою партию тура.
Встал, подошёл к шкафу в классе, опёрся на него и стоял так в задумчивости минут пять. Я решил, что переживает проигрыш, у него выходило теперь только третье место. И только потом сообразил – в шкафу стоял кубок, который Мише теперь не светил. И Миша им то ли любовался напоследок, то ли прощался, а может и ещё чьто. Но трогательный был такой момент, надо сказать, кинематографический.
Взял новый набор детей первого года обучения.
Первогодки мои пополняют коллекцию любопытных «косяков» – вчера один походил ладьёй, как конём. Был таким ходом крайне озадачен. Обычно я понимаю, чьто с чем они путают, тут понадобилось время.
В этом наборе отчего-то массовый тренд – конь, по их точке зрения, должен сносить вообще всё на своём пути. Уже показывал, что конь кабутабы в космос улетает и оттуда возвращается на клетку, куда должен прийти, раз пять. Прошлогодние такого себе не выдумляли. При этом сговор исключён – из разных групп дети. Так же уже не новость для меня – пару человек бьют как в шашках, перескакивают. Такие в каждом наборе есть.
Наблюдая за детьми, словил себя на мысли, что примерно понятно, из кого кто получится.
Вот это будет служитель мэрии, городской глава, может быть, в костюме и с надутыми щеками. Этот будет мошенник и вор, эта девочка будет директором школы, а эта будет обязательна вхожа в богему, готов ставить деньги.
А им то ещё 6—7 лет.
Хотя какая из меня бабка-прорицательница, мы, я думаю, никогда и не узнаем.
Девочки постарше во дворе школы матерятся нещадно, натурально вянут уши.
Никогда бы не подумал, что напишу такое – сам я рос, как мне кажется, гопарём. И мата сам, помнится, старался собрать как можно более ядрёного, как можно более сленгового, такой, чтоб точно на три этажа.
Опять видел с сигаретами совсем ещё мальчиков, думал, какие же вы безмозглые, но подходить и что-то говорить – такого не делаю. Дело тут не в страхе, чьто будут дерзить и слать в ответ, просто я думаю, что это бесполезно. Нет у меня таких слов, которыми я мог бы их убедить.
Внезапно озарило, что детям нужно улыбаться – и как можно чаще. Их лица светлеют буквально на глазах, когда они понимают, шо этот смурной, вечно чем-то недовольный мужик, умеет, оказывается, улыбаться.
Коней клеить перестал, вкручиваю шурупы. Посмотрим, чочочо будет.
Глядя на детей не могу понять одного парадокса – вот я их наблюдаю и понимаю, что я был ровно такой же в 6—8 лет. Я вижу – были, скажем, и у меня зависть, и злорадство, и простота, и умение радоваться жизни. Что-то я у себя вычерпал (хотя бы частично), ложечкой. Что-то ушло само, но я о другом.
Я о том, что, как мне кажется, я помню папу и его друзей в возрасте лет сорока.
Ну это не я и не мои окружающие друзья, хоть тресни! Мы вообще ведь другие. Я в первую очередь другой, совсем на отца не похож. И я – не он в его сорок.
Или я себе всё никак не примерю сорок. Или постиралось уже просто с воспоминаниев.
А дети, я вам так скажу, дают мне право жить, что ли. Я там, в школе, сразу понимаю, что чем-то полезен. Ну, почти сразу же. Сравнивая, скажем, своих первогодок с теми, кто второй год занимается. Или, что нагляднее, два месяца назад первогодок с ними же в ноябре.
Расстановка такая:
Белые должны ловить чёрного ферзя. Если ферзь сделал 30 ходов и его не словили – он выиграл. Ну и, если словили, конечно же, наоборот.
17
Андрей К. (7) подарил мне каштаны.
Протягивает такой перед уроком – это вам, Егор Георгиевич.
Ну спасибо, Андрей, тронул. Сунул в карман. Дома переложил на подоконник в кухне. Забыл.
Вчера клеил окна на кухне, вспомнил.
Потом смотрю на солдатиков, которых купил ув Тбилиси, и думаю – подарю-ка, Андрею К. пирата.
Отвечу, так сказать.
И за секунду, а, может быть, и менее, у меня родилась история про учителя (скорее всего, по каким-то единоборствам), который раздарил в течении своей жизни лучшим ученикам набор солдатиков (8шт), и как потом они все ввосьмерых собрались и спасли мир.
Учитель уже, конечно, мёртвый был, в гробе лежал от старости.
Д- Деформация.
Андрей К., как мне кажется, это будущий гендиректор МАЗа, папку вот только дай под мышку, и уже сегодня можно было бы назначать.
Ещё с персонажей: Энео Ю.
На позапрошлом уроке устроил мне истерику, стал бить себя по голове кулаками, хватать за горло. Говорил, что он никому не нужен, потому что он самый тупой и самый глупый. Потянул его в медпункт, только тогда в сознание пришёл. А за горло себя хватал и задыхался очень натурально, я думал, может реально сейчас чего-нибудь с ним приключится такое, после которого все мои нынешние проблемы померкнут.
Перед прошлым уроком взял с него слово, что больше я такого не увижу. Или просто не буду брать его. Долго колебался, не написать ли маме евоной. Не написал. Я думаю, всё она прекрасно знает и сама.
Вика Е., кст, не так услышала имя «Энео» и называет Энео – Энелой. Мне понравилось, и я тоже так стал называть.
– Энела, прекрати бегать по классу и веди себя тише, ты мешаешь остальным, Энела!
Планируется «открытый урок». На «открытых уроках» я никогда не был иначе, чем как в роли ученика.
Припоминаю некую комиссию, которая приходила на «открытый урок» и садилась позади всех нас с какими-то формулярами.
Нарядную учительницу географии Башкатову Тамару Митрофановну помню, классную нашу по совместительству.
Чота демонстративное припоминаю и пафосное, приготовленное специально для этого урока, едва ли не в стихах. Да-да, на уроке географии. И, по-моему, даже на белорусском языке – вот что делал в школе с учителями «открытый урок».
Впрочем, Тамара Митрофановна всегда у меня находилась под подозрением. А когда однажды она принесла в школу портативный магнитофон и включала всем нам песню, которая её потрясла («Я люблю тебя до слез», А. Серов) – раз, мне кажется, семь включала – так вот подозрения тогда мои окрепли, выросли. В конце классного часа дело было вроде. Она ещё как-то А. Серова комментировала – мол, жесть, нет, вы слышите, вы слышите, дети, это ведь волшебно? Некоторые дети слышали, я – нет.
Так вот я чего хотел сказать – я хотел сказать, что завтра буду давать «открытый урок» сам.
На доске устанавливается какая-то произвольная шахматная композиция. В ней нужно просто посчитать все «сбития» за чёрных, а потом за белых. Чем сильнее дети, тем больше фигур можно задействовать в композиции. И соответственно, наоборот, с самыми начинающими нужно брать по три-четыре фигуры с каждой стороны. Игра развивает внимание.
18
Сегодня меня, когда уже почти дошёл до школы, – в шапке, маске по глаза, в профиль и метров с двадцати – узнала Вика Е. и бурно прореагировала:
– Это же наш тренер по шахматам!
С дедом шла, это она ему объясняла.
Почему-то взяла гордость за себя, прям раздулся. Если меня ученики узнают по прорези глаз в профиль, ну, стал быть, есть, кого узнавать.
Ангелина сегодня так просилась к доске, чьто стала на колени. Офигел от такого факта, сказал немедленно прекратить. Вообще маленькие дети – это совсем нечто отдельное. Они, к примеру, сами просятся к доске расставить фигуры. Столько вот интереса ко всему в жизни. Даже завидно.
Сам же я одного ребенка сегодня не узнал, в коридоре, в пешем строю.
То есть я помню, что мой, но ни имя, ни фамилия не всплывали. Только после того, как он чётко мне пояснил, что был 15 дней в Египте, догадался, что это Рома Б. Загорелый такой, помолодевший.
Он и ещё Андрей А. в последней группе – прям радость для меня и отрада. Вот из кого делают чемпионов, я думаю. Один еврей, а второй армянин – из кого ещё чемпионов делать?