– Что случилось с твоим домом?
– Он опустел. – Я не понимал, что она имеет ввиду, но видел пустоту в ее глазах и даже ощущал ее всем своим нутром. В горле встал ком, я сел рядом, взял ее за руку и больше никогда не отпускал.
Дом ее не только опустел, но и исчез со всех карт мира, и во всей Вселенной было не найти дорогого сердцу края. Сам я не был одомашнен обществом, поэтому кроме жизни на улице и своей скромной персоны ничего предложить не мог.
***
Не знаю, как нам удалось устроиться на работу, но мы это сделали. Моя вторая половина (следует сказать, что она действительно дополнила меня, я наконец-таки почувствовал себя целым, необделенным) была помощницей на кухне в какой-то низкопробной забегаловке, а я в том же злачном месте разгружал продукты. Нам дали кров и еду, и большего нам было не надо, всё остальное мы уже нашли друг в друге.
У нас не было имен. Нет, мы знали, как нас зовут. Вот только от наших коллег и наставников мы не слышали ничего, кроме как “дрянная девчонка” и “эй, беспризорник”. Не то, что бы нас это устраивало, но от этих людей зависели наши жизни, а это не такая уж и низкая цена для нас. Мы уже знали, что люди, чувствуя власть, превращаются в свиней. Только вот этих свиней мы не съели бы даже с голоду. Бережем честь, так сказать.
Нам удалось сохранить за собой рабочие места в течение трех лет. Нет, мы не были постоянными работниками месяца, но с обязанностями справлялись. У нас было несколько очевидных плюсов: работодатель не платил за нас налоги, ведь мы не были устроены официально (можно сказать, что нас вообще не существовало, документов у нас никаких не было) да и нам не платил вовсе. Деньгами, по крайней мере. От этих “ценных” бумаг мы не зависели. Сложно зависеть от того, чего в руках не держал.
Рано или поздно осознание важности материальных благ должно было прийти. Случилось это как раз в тот момент, когда нас выгнали с работы. Мы не были виноваты, просто пришли какие-то люди с проверкой именно в тот момент, когда кафе было в финансовой яме, поэтому и денег на умасливание не самых маленьких лиц не было.
Мы вновь оказались на улице. В этот раз было легче, мы же прошли до этого курсы выживания. Жаль, что мы так и не получили сертификат. В 16 лет открытых дорог больше, но отсутствие документов расставляло нам шлагбаумы.
***