«Тебя погубит лень твоя», – мне говорят друзья.
Я отвечаю: «Глупости не надо говорить!
Ведь ежели и вправду это лень моя,
То будет лень ей, думаю, меня губить…»
Нет, никому я не желаю зла,
Но с возрастом я истину постиг:
,Жить надо так, чтобы депрессия была
От зависти у недругов твоих!
Мне снился сон: я по каменьям шел босой,
И встретилась старуха мне с косой.
Она сказала: «Я тебя должна предупредить,
Забыл ты переписку в телефоне, дурик, удалить.
Заскочишь на секундочку домой?
Но не советую… Уж лучше сразу, глупенький, со мной».
Исаак Ньютон был очень падок на толстушек.
Я это понял из его же сочинения3.
Нет, я не вру. Цитирую, послушайте:
«Чем больше масса, тем больше сила притяжения».
За всех, кого мы приручили, мы в ответе…
И здесь неважно, блин, насколько беден ты!
Но если честен ты и у тебя жена и дети,
Тебе не выбиться ни в жисть из нищеты…
О покаянье я не забывал,
Я в проруби грехи свои смывал!
Я на морозе сбросил одеяния,
Нырнул, не пробыл там секунд пяти…
И тяжкий грех (грех прелюбодеяния)
Так спрятался, что час его не мог найти.
Лентяй и разгильдяй, короче – ай-яй-яй!
Таких моих характеристик было – масса.
Но маленький поэт словечко butterfly
Переводил – «летающее масло»!
«Ну наведи ты в платежах порядок, Греф!
На кассах пишут, что все карты принимают.
Когда ж я предъявил шестерку треф,
Пришли охранники и руки мне ломают!»
Душа обречена пытаться и метаться,
Мы то борцы, то жертвы, то слепцы…
А шрамы на душе от ран и ампутаций
Рубцами зарастают. Это мудрости рубцы.
Моя душа окружена «колючкой» и заборами,
И напряжение – по проволоке – искрами.
Но беззащитны все ворота и запоры
От добрых гномиков – Любви и Искренности.
Случается, ты средь приятелей, сынок…
Тревоги топишь ты в веселье и вине.
Но в этот миг ты так бываешь одинок,
Как не бывал с самим собой наедине.
Эмоции порой снедают душу нашу,
Нам надо что-то делать, дергаться, бежать…
О Господи, дай в этот миг испить Покоя чашу,
А после этого уже что-нибудь решать.
Как только солнышко появится в окошечке,
Тут сразу в спаленку мою врывается десант.
То лучший в мире антидепрессант —
Собачки добрые и ласковые кошечки.
Вдруг спала пелена, себя как-будто я со стороны увидел,
Я жажду по-другому, братья, жить.
И если я когда-нибудь кого-то чем-либо обидел…
И поделом! И нефиг было меня злить!
Тот или та, о ком ты думаешь, проснувшись,
Кого ты видишь в снах помимо воли,
О ком ты думаешь, к подушке прикоснувшись, —
Причина счастья твоего…
А может, боли.
Когда нерв памяти надрывно напряжен,
Мой оптимизм его всегда остудит:
«Зачем ты в прошлое, дурашка, погружен?
Не напрягайся, тебя больше там не будет…»
Уже почти в конце пути узнал я цену Верности, мой Боже.
И осветилась Ее светом жизнь моя.
Но сколько раз до этого с моей души сдирали кожу
И сколько в поисках Ее предательств видел я.
Не всем понятна твоей мысли нить,
Все чаще это начинаю замечать…
И в этом смысле лучше кратко говорить.
А может, даже лучше промолчать.
Любовь ты ищешь, чтобы счастье обрести любя,
И долго будешь в этом заблужденье находиться,
Пока ты не поймешь: оно – внутри тебя.
Любовь мы ищем, чтобы счастьем поделиться!
В духовной сфере все подобное устремлено к подобному,
А материальный мир таких чудес не знает.
И если к людям ты относишься по-доброму,
То Бог тебе таких же чудиков и посылает.
«Пусть чудо мне твой Бог явит, тогда я верить буду» —
Сказал мне в споре весьма неглупый оппонент.
«А мыслящий комочек жира4 – это ли не чудо?» —
Привел я грубый, но достойный аргумент.
Ох, бабоньки мои и мужички,
Я буду только к понедельнику свободен.
Я в лес хожу, чтоб заготавливать снежки,
Январский снег для заготовок очень годен.
Я в этом деле дока и знаток:
Снег под березой – это снег лечебный,
Из снега талого всего один глоток
Дает для мужиков эффект волшебный.
Снег с веток ели – то особый снег,
Замешан он на волшебстве метели.
Секрет открою вам: его из века в век
Пьют бабы, что от ворчанья охренели.
Для деток маленьких с озер полезен снег.
Из талого – всем шалунам полезна клизма.
А поедание его в них вызывает смех,
Способствуя развитью организма.
О, сколько тонкостей подобных знаю я,
Запоминал я и записывал их с детства.
Мне их открыла бабушка моя,
Она их тоже получила по наследству.
Я передам их дочери своей,
Пора настала, мы это скоро с ней обсудим
И будем вместе с ней лечить людей,
И денег брать за это мы не будем.
А летом, изнывая от жары,
С женой мы снег из морозильника достанем,
Ко лбу приложим снежные шары
И словно дети радоваться станем.
Ох, дорогие мои Мишенька и Саша,
Наивные вы лохи, вашу мать!
Не буду повторять ошибки ваши,
Я начал в тир ходить. Учусь стрелять.
Сегодня хорошенько жизнь меня ломала,
Я бегал, бегал, бегал, блин, пока не отключился.
А в довершение всех бед еще и секс со мной случился,
Приходится признать, в конце концов, она меня поймала…
Чтоб стресс и напряженье снять
В наш сумасшедший век,
Рекомендуют в день обнять пятнадцать человек.
Всего-то надо – ничего:
На пять секунд прильнуть…
А мне б хватило одного…
Лопатой звездануть!
Какой же орган в организме все другие возглавляет
И главное имеет средь них значенье,
И в тех процессах, в коих он себя являет,
Он все другие бьет без исключенья?
Через него мы мир воспринимаем
И часто принимаем им решения,
Его мы интуиции внимаем,
И он способствует к работе отношению.
Он дарит нам разнообразье ощущений,
Он так разнообразит нашу жизнь, родной,
Себя и нас ввергая в массу приключений,
И это все, заметьте, плюс к работе основной!
Мы приключенья ищем на него упрямо,
Да так, что из него клубится дым!
Когда же приключенье переходит в драму,
Мы сообщаем людям всем, что в нем сидим…
Короче, вас устал кормить словесной кашей,
В нее подмешивать словесную халву…
Давайте же восславим попу нашу
И воздадим ей по заслугам похвалу!
Как счастье в этом мире распознать?
Вопрос тупой, и на него ответ один,
Его я буду многократно повторять:
«Оно тогда, когда ее щеке твой нос необходим…»
И пусть такая дружба век продлится,
Я не люблю, чтобы мужчины много говорили.
С друзьями собрались, я не успел еще проблемой поделиться,
Обнять их не успел – они уже налили…
Лишь с возрастом приходит понимание
И формулируется четко эта мысль:
«Мои ошибки – как знаки препинания,
Без них неясен будет книги моей жизни смысл…»
Воспоминаниями жить я погожу,
Нет, вспоминать былое вовсе не противно.
Я их пока еще произвожу
И, должен вам сказать, весьма активно.
И все ж непредсказуема ты, женская природа!
Я знал одну, любовь так в ее сердце полыхнула,
Что в мужичка в сердцах она метнула
Увесистый будильник ереванского завода.
Все внешне вроде было хорошо,
Она вязала, он побренькивал на лире.
Потом вдруг: «Уходи!»
Ну он пошел…
Ушел примерно метра на четыре.
Сегодня вырвусь я из бытовых оков!
Сегодня День проветривания черновиков.
Сегодня я открою свой сундук,
Наверно, даже и на завтрак не пойду.
Надеюсь, на шедевры набреду,
Что написал в полуночном бреду.
Не исключаю, что обнаружу ерунду,
Но есть надежда, что что-нибудь найду.
В любом раскладе их проветрить есть резоны,
Заплесневелые листки не ценят высоко аукционы…
Прошу тебя, жена, будь человеком
И не дари на день рожденья мне носки!
Мне подари букет из чебуреков!
Без них я умираю от тоски…
Все знают: истина – в вине, коньяк содержит благородство,
А в водке приключенья могут быть…
В воде ж мы на микробы можем напороться.
Тогда не спрашивайте: «Что ты будешь пить?»
Я получил подарок от Судьбы.
Ее я встретил! Девушка моя
Уже входила в три горящие избы…
И тормознула без труда на всем скаку – меня.
«Ну как на личном фронте все прошло?..»
Я отвечаю, что почти закончились патроны,
И в рукопашный бой уходят батальоны,
И слишком много наших полегло…
Какой мужчина женщине сегодня нужен?
1. Чтоб пылесосил, мыл посуду и готовил ужин.
2. Чтоб торс накачан был, чтоб попка – как орех
И чтоб его не утомлял любовный грех.
3. Чтоб говорил он: «Деньги – ерунда!»
И чтоб заваливал подарками всегда.
4. Чтоб от ума его в отпаде были все подруги.
И главное!!!
Чтоб эти четверо не знали друг о друге.
Коньяк и кофе мне доктор запретил.
Давление. Они теперь не лезут в глотку.
Но разум мой меня ж и восхитил:
Да, доктор прав, но ведь остались чай и водка!
Бардак на ваших партах, малыши,
Есть следствие, уверен, хаоса души.
Вы посмотрите, как чист и пуст мой стол!
А впрочем, что-то я сказал не то…
Хотим мы, чтоб все в мире было хорошо,
Чтоб каждый каждого легко всегда нашел!
И вышки связи, и GPS, и, блин, ГЛОНАСС…
…теперь ты, сука, не спрячешься от нас.
Зайдешь в «Фейсбук»5 – и прям на сердце праздник,
Как много мудрецов разнообразных!
А я признаю мудреца лишь в том,
Кто, зная истину, не спорит с дураком.
Чтоб радовалась и цвела душа,
Жизнь всем желаемым должна быть переполнена, как в сказке.
Но в эту логику закрались неувязки…
Так почему ж бывал я счастлив без гроша?!
Уже тогда, когда я был еще незрелый малышок,
Я не любил насилье и горшок.
«Какой гордец! – мне говорили. – Посмотри,
До трех считаем, какай: ван, ту, сри…»
Как жалко мне бывает этих меленьких людей,
Им выпало заботиться о судьбах мира,
Они же думают об украшении сортира,
Себе при жизни воздвигая «мавзолей».
Им счастие великое дано:
Заботу проявить о сирых и о нищих,
Дать им тепло и хлеб, построить им жилища…
Они же обрамляют золотом свое …о.
Им предоставлен уникальный шанс:
Искоренить болезни и улучшить нравы,
Но души их наполнены отравой,
И ей они нам ездят по ушам…
Их слава, алтари их и дворцы
Уйдут в песок, как в золотой толчок уходят их потуги.
И люди Будущего скажут: «Что вы, други?!
Букашки это были, а не нации отцы…»
Сегодня был я посрамлен как мастер слова,
Я выдал только семь синонимов к наречию «х… во».
Сосед-сантехник посрамил меня,
Он знает сто один предмет с названием «х… ня».
Выхожу один я на дорогу
И смотрю тревожно на часы.
Ты сказала: «Задержусь немного,
Чтоб купить одесской колбасы».
В небесах торжественно и чудно!
Звездочки горят, как светлячки.
Знала б ты, как мне сегодня трудно
Было есть морковь и кабачки.
Уж не ждал от жизни ничего я,
Проклинал я жизненный свой путь.
Мне кругом мерещилось мясное,
Целый день с утра мечтал заснуть.
Но не тем холодным сном могилы,
Коим спит веган, шпинат поев.
Сном другим, что пробуждает силы,
Падаешь в который, охмелев…
Чтоб всю ночь и день, мой нюх лаская,
Под подушкою лежал колбаски шмат…
Где же ты, такая-рассякая?!
Дальше я перехожу на мат.
Он говорит так зажигательно, как-будто он артист,
Логичен в построеньях он, как шахматист,
И фактами манипулирует, как иллюзионист!
Короче, балабол он и энциклоп (из) дист…
А всех подонков, что меня достали,
Я обязательно, поверьте мне, прощу.
Вот только камни, что с души упали,
Я напоследок заряжу в свою пращу…
Тревожно мне с утра, какая-то в башке застряла хрень,
Все ходишь, думаешь, все вспоминаешь, маешься…
Потом дошло: сегодня же Татьянин день!
«О, – говорю жене, – ты проставляешься!»
Любуясь перед зеркалом собой,
Либидо своему я говорю: «Спокойно! Это свой».
У оптимистов, вне зависимости от знака гороскопа,
Но следующей неделе будет ж… па.
Им совершенно точно ничего не светит,
Но оптимисты это не заметят.
У пессимистов все наоборот:
На той неделе просто им попрет,
Вовсю для них Фортуна расстарается…
Но, как обычно, им это не понравится.
Скажу, что очередь ко мне стоит аж до Мытищ.
Беру недорого за предсказание на год я – пять тыщ…
Дерутся в очереди и ломают мне калитку.
Пенсионерам и военным – скидка.
Гаданьем, вуду, ворожбой не занимаюсь.
Оплата только картой, извиняюсь…
Свой разум уподобь стреле летящей,
Она не ведает ни страха, ни сомнения.
Не парься ни о прошлом, ни о настоящем,
А наслаждайся радостью парения!
Я помню всех их… Тех, кто в странствиях моих
Так или и'наче пересекал мой путь земной.
Но даже самая железная из них
Мечтала слабой стать за сильною спиной…
Когда к нам наша дочь приходит за советом,
«Тьфу-тьфу, – я говорю жене, – не сглазь.
Она у нас не просит денежек при этом,
А значит, наша жизнь, старушка, удалась!»
«Женатый» – неполиткорректное название.
Вас уверяю, скоро с этим будут сложности.
Как правильно, я сообщаю вам заранее:
«Мужчина с ограниченными (блин, увы!) возможностями…»
Да уж, витийствовал я сегодня рьяно:
«Пусть именин твоих день будет радостен и светел!
Пусть в этот день великомученицы Татианы…» —
«Да, – прервала жена, – ты это точно, как всегда, подметил…»
Сказал Сократу Цицерон:
«Не жри так много макарон».
Сократ ответил Цицерону:
«Люблю я очень макароны!»
Вам по секрету сообщу:
Сократ умел навешивать лапшу…
В конце признаюсь:
Я вам с три короба наврал,
А вы поверили мне, словно лохи.
Ребята эти жили в разные эпохи,
Я для прикола их в стишок собрал…
День случайных направлений —
Праздник истинных поэтов,
Ведь родились стихотворенья
Не потому и не поэтому.
Час пыхтишь над словом каждым,
Чушь царит в черновике.
Вдруг – летишь, куда укажет
Компас бешеный в башке.
И паренье, и паденье,
Ниоткуда – вдохновенье!
Ангелов прикосновенье,
В суть вещей проникновенье…
Вдруг – щелчок… исчезновенье,
Грусть, вина употребленье,
От похмелия мученья
И жены предупрежденья.
Каждый день мой, без сомнений, —
День случайных направлений.
Сплю в электричке, а соседка-тварь
Бубнит в мобилу о работе что-то.
Спросонья непонятно: «зелени косарь» —
Зарплата или название работы?..
Воронка жизни – уже, уже, уже…
И все не так, как в юности уже.
Все с возрастом работает похуже.
Но если честно, мне это пох… уже…
Метелька за окошкам закружила,
Я у окна стоял и все понять не мог,
Как грань найти меж фразами «пошел снежок»
И «сука, сколько снега навалило!».
Крутой iPhone хотели подарить, но откажусь наверняка.
Возможно, всем вам мысль моя покажется убогой:
На крышке там – изображение надкушенного яблока
Как символ неповиновенья Богу.
Я понимаю, что это дурь и чепуха,
Но не лежит душа, не тянется рука.
А вы не слушайте тут рассужденья дурака.
Своим умом живите…
Всем – пока…
Как только умный пробирался к власти,
Он заставлял тупых учиться и работать.
Тупым не нравилось такое в их судьбе участие,
Оно рождало в них печали и зевоту.
Они страдали и сопротивлялись,
Но демократия – всему первооснова.
Как большинство, они к вершинам власти подобрались,
И умным стало, соответственно, хреново.
Теперь умом своим ты оскорбляешь дурака,
А толерантность это запрещает.
И доля умников печальна и горька,
Теперь они страданья ощущают.
Но, к счастью, их всего один процент,
И в целом, значит, что страданий в мире стало меньше.
Так поприветствуем же позитивный сей процесс!
Путь к счастию, как видим мы, уже намечен.
Я помню на резинках рукавички.
В них – теплота… их невозможно потерять.
Но мысль моя скакнула по привычке,
Об истинных друзьях хотел я рассказать…
Такая у мужчинок этих мерзких есть фантазия,
Они обдумывают ее долгие часы:
Чтоб женщины несчастные вели себя как страусы.
Подкрался, напугал…
Нет! Я не буду дальше об этих безобразиях!
Идут закономерные процессы.
Я в школе списывать давал балбесам,
И в благодарность мне (а в соответствии с прогрессом,
Банкирами заделавшись, балбесы)
Ссужают щедро мне деньги под проценты.
Питбуль, продемонстрировав все шрамы и рубцы,
Сказал шарпею: «Мы – отважные бойцы».
Шарпей, не обладая дерзостью и хваткой,
Стал расправлять на своем теле кожи складки…
Питбуль в восторге был: «Да у тебя тут след от пули! Опа!» —
«Да нет, – сказал шарпей, – там просто попа…»
Где секретный полигон,
Откуда взялся омикрон?
И какой там, блин, gandon
Варит дьявольский бульон?
Я как новый Пинкертон
В ту загадку погружен:
Желтопузый скорпион6
Шлет его со всех сторон!
Байден, старый охломон,
В версиях своих смешон,
Как и Джонсон, и Макрон.
Mudaki они, пардон.
Знаю я, что есть шпиен —
Не один, а легион.
У них с собой всегда флакон,
Там этих вирусов мильон!
Я отнюдь не Цицерон,
Мне пугать вас не резон,
Но мир кати'тся под уклон,
И я предупредить должо'н:
Только добрый самогон,
А на закусочку лимон
Победят этих «корон»!
Сдохни ж, толстосум-масон7!
Хрен тебе, старик Харон!
В связи с отъездом на долгое лечение
Отдам хорошим людям даром, по приколу
Шары для боулинга, что катал я с увлеченьем
Ночами у себя на пятом этаже по полу.
В какой из мировых культур
Котов боготворят, пожалуй, даже чересчур?
Ответ: по-шведски мама – «мур»,
А бабушка: «мур-мур».
Снимаю я железные доспехи
И полностью разоружаюсь перед вами.
Я абсолютно холоден к успеху,
Сейчас я постараюсь это объяснить словами:
Зачем пишу? Я вас прошу дослушать…
Не знаю сам, ну просто прет и прет,
Мне просто хочется, чтоб родственные души
Сказали мне: «Твоя душа не врет…»
Их очень мало, чудиков, что на меня похожи.
И перед ними я за стишки свои в ответе.
Для остальных я лишь задумчивый прохожий,
Который промелькнул в толпе, их тоже не заметив.
Мои противоречья – частый повод для семейной ссоры.
Еще есть вспыльчивость и лень, еще есть разные грешки…
Я честно выложил вам, из какого сора
Растут мои нелепые стишки…
Бывает – бац!.. И на всю жизнь запомнишь.
Я от сантехника услышал с удивлением:
«Когда ты крутишь гайку в нужном направлении,
То вся Вселенная спешит тебе на помощь…»
Расселись эти чуваки за свой инопланетный стол,
Их главный говорит: «Людишкам передал послание посредник?» —
«Да, но они уверены, что это Элисбарыч бредит,
И по «Ватсапу» пересылают как прикол».
Эх, наша жизнь! Бурлит она, кипит.
Никто не знает, блин, что будет завтра.
Гулял, бывалыча, для завтрака искал я аппетит,
Теперь ищу я при наличье аппетита завтрак…
Моя жена сидеть не любит дома.
Я говорю ей: «Ты, глупышка, обалдела!
Тебе процесса этого вся прелесть незнакома,
Ты просто не умеешь это делать!»
Бывает так, что от стыда дотла сгораешь.
Я был в гостях и заскочил по делу в туалет,
Но в дверь забарабанил тут двухлетний шкет
И закричал: «Ты там, наверно, какаешь и попу вытираешь?..»
Впитал я мудрость за прожитые дни
И знаю, если человек тебе нагадил,
Добром его расслабь, а после сзади
Тихонько, нежненько лопатой е… (простите) долбани…
Жена спросила: «Для чего отклеиваешь ты наклеечки с банановых кожурок?»
Ответил я: «Чтоб во Вселенной сохранить баланс!
Ведь в Африке такой же точно есть придурок,
Который их наклеивал для нас…»
Дождался вожделенного я мига!
Цель графомана – вышедшая книга.
В продажу поступил очередной толстенный том,
И он не хуже предыдущих всех притом.
Я понимаю: это всем по барабану,
Но вы мою не бередите рану.
Не жду я восхищений и наград,
И как писал один: «…я сам обманываться рад…»
Короче, жлобства вы не проявляйте,
Погуглите – и потихоньку покупайте.
Копейки эти не пойдут в мою заначку,
Они на корм пойдут бездомненьким собачкам.
Боюсь, что феминистки тут заплачут,
Но все все ж скажу я, только истиной влеком:
Если мужчина властвует над женщиной – он мачо,
Когда наоборот, то баба просто дура, поскольку замужем за слабаком!
Я не боюсь проблем и передряг.
Пример: жена бубнит, что надоело ей сидеть без денег,
Все потому, что графоман я и бездельник…
А я ей говорю: «Ты не сиди, приляг…»
Когда качаюсь я на поэтических волнах,
Меня хранит мой покровитель – Данунах.
Он дарит мне восторг и удивленье
И недоверие к своим твореньям.
Когда же кто-то мне мешает в моих снах,
То к нам спешит его брателла – Идинах…
Предисловие:
Поется с душой, с надрывом на известный мотив: «А на черной скамье, на скамье подсудимых…»
Поутру привели, и захлопнулись двери.
Громко лязгнул зубами железный замок.
Эх, маманя моя, зря тебе я поверил,
И по полному я отмотаю свой срок.
У дверей медсестра осмотрела мне гланды,
А кругом фраера улыбались мне зло.
В алюминиевой миске поднесли мне баланды
И за стол посадили среди этих козлов.
А потом повели по пустым коридорам,
Посадили за парты и стали учить.
Я ж смотрел сквозь решетки на забор, на котором,
Как охранники в черном, сидели грачи.
Нас построит конвой, поведет на прогулку…
По периметру бдят воспитатели-псы.
Что-то вспомнилось мне, как в кривых переулках
Мы с братвой фраерам разбивали носы.
И заныла душа, и душа заболела,
Захотелось душе перепрыгнуть забор.
Из окна наверху директриса глядела
И грозила нам пальцем, как злой прокурор.
А когда отвернулась воспиталка в сторонку,
Фраера окружили и взяли в кольцо.
Если, мама, тебе принесут похоронку,
То от горя твое постареет лицо.
Я достал свой совочек пластмассовый красный
И пошел на прорыв, как в последний свой час.
Ведь не зря я ношу погоняло Опасный…
Вдруг услышал я: «Суки! Не возьмете вы нас!»
И косички мелькнули из-под шапочки синей.
«Я прикрою тебя!» – закричала мне ты.
И как жалкие псы фраера затрусили,
Охлаждая снежками разбитые рты.
Так я встретил любовь своей жизни, брателлы,
На свободу со мною Танюха ушла.
Так уж карта легла, так судьба захотела…
Но еще повстречаю я вас, фраера!