Czytaj książkę: «Олимп. Книга 1. Боги с далёких звёзд.»
Глава 1. Планета.
«Олимп» вышел из гиперпрыжка.
Искажённое свечение за обзорными экранами дрогнуло, вытянулось в тонкие нити и исчезло — словно кто-то одним движением стёр из пространства след их пути. На несколько мгновений перед кораблём осталась только чернота космоса: глубокая, бездонная, равнодушная.
А потом в ней появилась планета.
Голубая.
Сначала показался светлый край — мягкая дуга в темноте. Затем проступили тонкие белые полосы облаков, блеск океана и тёмные массивы суши. Земля медленно разворачивалась перед «Олимпом» — спокойная, живая и хрупкая на фоне бесконечного мрака.
В командном отсеке смолкли разговоры. Даже Гермес, обычно не терпевший долгих пауз, не произнёс ни слова. Его руки лежали на навигационной консоли, но взгляд был прикован к планете. Арес стоял чуть поодаль, тяжело опираясь ладонью на спинку кресла, и смотрел на Землю так, будто уже пытался угадать, какие угрозы скрывает её обманчивое спокойствие. Афина первой вернулась к делу: её пальцы заскользили по панели, открывая поступающие данные. Гефест подался вперёд и хмуро прищурился, будто прикидывал, как поведёт себя корабль в атмосфере и насколько безопасной окажется поверхность.
Только Артемида не трогала консоль.
Она просто смотрела на Землю. На океаны. На облака. На свет вдоль изгиба атмосферы.
Зевс стоял у центрального экрана и тоже молчал. Он видел в своей жизни десятки миров — жарких, мёртвых, ледяных, богатых минералами, опасных, красивых, бесполезных. Но в этой планете было что-то иное. Не экзотика. Не стратегическая ценность. Скорее ощущение, что перед ними не просто объект исследования, а место, за которым уже стоит история. Долгая. Чужая. Пока ещё не рассказанная.
Тишину нарушил спокойный, лишённый интонации голос:
— Выход из гиперпрыжка завершён. Все основные системы работают в штатном режиме.
Голос шёл не от человека.
В верхней части центрального экрана появилась светлая надпись:
ARGOS
БОРТОВОЙ ИНТЕЛЛЕКТ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОГО КОРАБЛЯ «ОЛИМП»
Аргос управлял навигацией, сенсорами, связью, вычислительными системами и внутренними контурами безопасности. На дальних экспедициях он фактически был ещё одним офицером — только не уставал и видел корабль целиком.
Зевс медленно выдохнул.
— Аргос, брифинг.
— Принято.
Земля уменьшилась на главном экране и сместилась влево. Справа вспыхнули ряды данных, модели орбиты, спектральные показатели и сравнительная схема двух миров.
— Экспедиция достигла планеты Земля. Предварительные расчёты подтверждены. Атмосфера пригодна для дыхания. Биосфера активна. На поверхности обнаружены крупные водные массивы, растительные и животные экосистемы, а также многочисленные очаги разумной деятельности.
Гермес тихо присвистнул.
— «Очаги разумной деятельности» звучит гораздо скучнее, чем то, что мы реально видим.
— Для отчёта в Центр я могу использовать более эмоциональную формулировку, — ответил Аргос.
Уголок рта Гермеса дрогнул.
— Не надо. Ещё подумают, что ты развиваешься быстрее положенного.
— Это уже произошло, — сухо заметил Гефест, не отрывая взгляда от технических показателей.
Афина даже не улыбнулась.
— Разница по массе?
Аргос вывел сравнительную модель Земли и Авариса.
— Масса Земли существенно ниже массы Авариса. Гравитация поверхности также ниже привычной для экипажа. После посадки будут наблюдаться изменение ощущения веса, повышение лёгкости движений и необходимость краткого адаптационного периода.
— Насколько краткого? — спросил Зевс.
— Если не возникнет осложнений, несколько часов. Для базовой моторной адаптации — меньше.
Гермес откинулся в кресле.
— Прекрасно. Наконец-то планета, где не нужно спорить с собственным телом при каждом шаге.
— Не обольщайся, — бросил Арес. — На чужих планетах это редко помогает.
Гермес повернул голову к нему.
— Ты умеешь обнадёжить.
Артемида всё ещё молчала. Зевс это заметил.
— Что скажешь?
Она перевела взгляд на данные, потом снова на планету.
— Слишком много воды. Слишком много зелени. И слишком мало того, что мы пока понимаем.
Это была типичная Артемида: не восторг и не тревога — наблюдение.
Аргос продолжил:
— Район предполагаемой высадки находится в горной местности. Отдалён от крупных населённых центров. В пределах доступного радиуса обнаружены небольшие человеческие поселения, отдельные дороги, хозяйственные участки и лесные массивы высокой плотности.
Сенсоры развернули трёхмерную модель района: каменистую долину, склоны, полосу реки, лесные массивы и два небольших перевала.
Афина быстро просматривала слои данных.
— Насколько близко ближайшее поселение?
— Около двадцати километров от расчётной точки высадки.
— Культурный уровень? — спросил Зевс.
Появились увеличенные изображения, полученные орбитальными сенсорами: поселения из камня, дерева и глины, поля, стада животных, повозки, лодки на реке, полосы дорог и небольшие укрепления.
— Технологический уровень соответствует раннему железному веку, — сказал Аргос. — В отдельных регионах сохраняются бронзовые изделия. Широко распространены земледелие, скотоводство, торговля, ремёсла, простые фортификационные сооружения, речное и прибрежное судоходство. Наблюдаются вооружённые столкновения ограниченного масштаба между человеческими группами.
Гефест хмыкнул.
— Значит, металл уже есть. Неплохо для такого мира.
— Вопрос не в том, есть ли металл, — заметила Афина. — Вопрос в том, что они с ним умеют делать.
— И насколько быстро учатся, — добавил Зевс.
Следом пошла визуальная выборка: задымлённый очаг кузни, человек с железным наконечником копья, другой — с серпом, дети у ограды, женщины у глиняных сосудов, воины на сторожевой площадке.
Земля медленно вращалась за всеми этими данными, словно не замечая, что её уже разбирают на категории, спектры и прогнозы.
Зевс несколько секунд смотрел на изображения людей. Маленькие фигуры двигались среди своих домов, полей и дорог, не подозревая, что за ними сейчас наблюдают из пространства.
— Они знают, что не одни?
— Достоверных данных нет, — ответил Аргос. — Их астрономические средства крайне ограничены. Признаков систематического знания о внеземных цивилизациях не обнаружено.
— То есть для них небо всё ещё просто небо, — тихо сказал Гермес.
— На текущем уровне развития — да, — ответил Аргос.
Зевс на мгновение задержал взгляд на планете.
— Напомни протокол миссии.
На экране одна за другой появились строки:
ПЕРВИЧНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ПЛАНЕТЫ
СБОР БИОЛОГИЧЕСКИХ И ГЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
НАБЛЮДЕНИЕ ЗА МЕСТНОЙ ЦИВИЛИЗАЦИЕЙ
МИНИМАЛЬНОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО
Последняя строка вспыхнула чуть ярче остальных:
ПРЯМОЙ КОНТАКТ С МЕСТНЫМ НАСЕЛЕНИЕМ НЕ РЕКОМЕНДОВАН
Арес перевёл взгляд с экрана на Зевса.
— Не рекомендован — это не запрещён.
— Потому что запреты работают только до первого сбоя реальности, — сказала Афина. — А дальше начинается оценка на месте.
Зевс кивнул.
— Пока — никакого контакта без необходимости. Мы наблюдаем, собираем данные и не вмешиваемся в развитие местной цивилизации.
— А если они нас обнаружат? — спросил Арес.
Зевс ответил не сразу.
— Тогда это будет уже не протокол, а решение.
Аргос вывел таймер на главный экран.
— До начала снижения — три минуты.
Гермес сразу вернулся к панели управления. Легкомысленное выражение исчезло с его лица. Когда дело доходило до пилотирования, он становился быстрым, точным и внимательным до мелочей.
— Навигационный контур готов. Вхождение в атмосферу по расчётной дуге.
— Сенсоры? — спросил Зевс.
— Внешнее пространство чисто, — ответил Аргос. — Атмосферных аномалий на маршруте нет.
— Орбитальное наблюдение веду, — сказала Артемида. Её пальцы наконец коснулись консоли. — Вывожу в память ближайшие поселения, дороги и водные линии.
— Научный пакет готов, — добавила Афина. — Биология, атмосфера, грунт, вода.
— Высадочный контур в норме, — сказал Гефест. — Дроиды и модули готовы к развёртыванию сразу после посадки.
Арес коротко проверил крепления оружия.
— Безопасность в норме.
Зевс перевёл взгляд с одного лица на другое. Команда была готова.
— Начинаем снижение.
***
«Олимп» вошёл в атмосферу Земли.
Сначала мягко, почти неощутимо, затем корпус вздрогнул под возросшей нагрузкой. Внешние экраны вспыхнули тонким огненным ореолом, по обшивке побежали полосы света. Воздух Земли принимал их с привычной для живого мира силой.
— Высота четыре тысячи, — произнёс Гермес.
Лесные массивы и склоны начали быстро расти на экранах.
— Три тысячи.
Перегрузка усилилась, потом выровнялась. Афина не отрывала глаз от атмосферных диаграмм. Артемида переключала внешние сектора, сверяя рельеф с картой. Гефест следил за распределением нагрузки по корпусу.
— Две тысячи.
— Район посадки подтверждён, — сообщил Аргос. — Биологических скоплений в непосредственной близости не обнаружено. Человеческой активности нет.
— Ближайшее поселение? — спросил Зевс.
— Девятнадцать и семь десятых километра к юго-востоку.
— Подходит, — сказал Зевс.
Гермес вывел корабль над долиной. Внизу показались тёмные полосы леса, каменистые выходы, серебряная нить реки и слой тумана, лежавший в низине. Место было хорошим — достаточно скрытым, просторным и далёким от человеческой жизни.
— Высота пятьсот.
— Сто.
— Сажусь.
«Олимп» мягко коснулся поверхности.
На секунду всё затихло. Только двигатели ещё удерживали остаточную вибрацию, пока автоматика переводила корабль в наземный режим. Потом стихло и это.
Зевс расстегнул фиксаторы кресла и встал первым.
Он сразу почувствовал разницу.
Тело словно стало легче. Не слабее — именно легче. Вес отступил, будто мир на мгновение снял с него часть невидимого давления, к которому он привык с детства.
Арес поднялся следом и недовольно качнул плечами.
— Не люблю такие планеты.
— Потому что на них нельзя жаловаться на гравитацию? — заметил Гермес, поднимаясь с кресла.
— Потому что на них слишком легко забыть, где ты находишься, — ответил Арес.
Основной люк открылся.
Внутрь хлынул холодный воздух — свежий, влажный, пахнущий водой, камнем и чем-то зелёным, живым, непривычным. Не фильтрованный. Не подготовленный. Настоящий.
Зевс сошёл по рампе первым.
Под ногами хрустнула мелкая каменная крошка. Перед ним раскинулась долина: тёмные склоны, лес, река в отдалении, низкий туман над травой. Над вершинами деревьев медленно двигался ветер.
Некоторое время он просто смотрел.
Потом с корабля начали спускаться остальные.
Артемида остановилась на середине рампы и подняла голову к небу. Афина активировала полевой анализатор атмосферы. Гефест оглядывал место так, будто видел вокруг будущую схему лагеря — сектора, линии питания, точки сенсоров. Гермес обошёл опору и проверил внешний контур посадки. Арес сразу посмотрел на ближайшие гребни и линию леса.
— Аргос, — сказал Зевс, активируя командный канал. — «Олимп» на поверхности.
Голос ИИ отозвался сразу — через внешние аудиосистемы и тактический канал в шлемах:
— Подтверждаю. Корабль в наземном режиме. Рекомендую начать развёртывание базы.
— Начинай.
Из нижних отсеков «Олимпа» один за другим двинулись грузовые дроиды. Металлические платформы сошли по рампе, другие машины вышли через боковые технические люки. Всё происходило быстро, без суеты, с выверенной точностью.
Одни дроиды повезли контейнеры к будущему периметру. Другие начали устанавливать энергетические модули. Третьи разворачивали опорные конструкции жилых секций. Над долиной постепенно возникал каркас временной базы.
Артемида подняла в воздух первые разведывательные дроны.
Небольшие тёмные аппараты бесшумно ушли над лесом, разошлись веером в разные стороны и почти сразу начали передавать изображение.
— Северный сектор чист, — сказала она. — Восточный чист. Река в трёхстах шестидесяти метрах. Южный склон удобен для дополнительного сенсорного узла.
— Периметр начинаем от северо-запада, — бросил Гефест, переключаясь между схемами. — И сразу закладываем второй контур маскировки.
— Принято, — ответил Аргос.
На одном из выносных экранов вспыхнула схема лагеря, и линии будущей базы начали расти в реальном времени.
Афина подошла к Зевсу, не отрывая взгляда от анализатора.
— Местная биология уже интереснее, чем я ожидала.
— Чем именно?
— Слишком много различий с нашими моделями. Придётся пересматривать часть базовых допущений.
Гермес, проходя мимо, услышал последнюю фразу и усмехнулся:
— Мы на новой планете десять минут, а ты уже недовольна мирозданием.
— Я недовольна только тем, что оно редко совпадает с прогнозами, — ответила Афина.
Зевс смотрел на главный выносной экран. База поднималась быстро. Настолько быстро, что это даже обманывало: начинало казаться, будто чужой мир можно приручить одними дроидами, сенсорами и выверенными схемами.
Обычно именно в такие моменты и начинались сложности.
Прошло почти сорок минут.
Энергетический модуль вышел на рабочий режим. Первый жилой блок установили. Маскировочный контур начал разворачиваться вдоль северной кромки. Аргос перераспределял дроидов с точностью, недоступной живому координатору.
Зевс просматривал схему лагеря, когда Артемида вдруг сказала:
— Подожди.
Он сразу повернул голову.
Её взгляд был прикован к одному из экранов.
— Что?
— У меня был сбой сигнала.
Гефест, стоявший неподалёку, нахмурился.
— Где?
Артемида вывела карту. На ней вспыхнула небольшая точка в северном секторе, ближе к лесу.
— Здесь. На две секунды пропал канал с дроном.
— Помеха? — спросила Афина.
— Не похоже.
— Повтори участок, — сказал Зевс.
Артемида немедленно повторила маршрут.
Дрон развернулся и пошёл назад тем же маршрутом. Камера снова показала деревья, серые камни и полосу тумана между стволами. Ничего необычного.
— Сигнал стабилен, — сообщил Аргос.
Артемида прищурилась.
— Стоп. Назад.
Изображение отмоталось на несколько секунд.
Лес. Тонкие стволы. Туман. Камень у корней. Тень.
— Ещё раз.
Кадр пошёл медленнее.
И тогда между деревьями мелькнуло что-то тёмное.
Не форма и не различимый силуэт — лишь смещение, слишком быстрое и тяжёлое для ветра, слишком низкое для птицы.
Артемида увеличила участок. Зерно. Стволы. Туман. Пусто.
Арес подошёл ближе.
— Видела?
— Да.
— Что именно?
— Не знаю, — ответила она, не отрываясь от экрана. — Но там что-то было.
Аргос заговорил сразу:
— Повторный анализ кадра не даёт достоверной идентификации объекта. Возможны визуальные искажения, вызванные влажностью воздуха и особенностями рельефа.
— Возможны, — тихо сказала Артемида. — Но это не значит, что так и есть.
Зевс смотрел на экран ещё несколько секунд.
Лес снова казался пустым — обычным и неподвижным.
Слишком неподвижным.
— Усиль наблюдение в этом секторе, — сказал он.
— Уже.
— Тревогу по базе не поднимать. Пока.
Арес бросил на него короткий взгляд, но промолчал.
Зевс отвернулся от экрана и посмотрел на долину. Дроиды продолжали работу. Над рекой стелился вечерний туман, в горах сгущались тени. Всё выглядело так, будто планета принимает их спокойно.
Будто им действительно повезло найти мирную точку высадки на тихой, красивой планете.
Но Зевс слишком давно жил, чтобы верить в совпадения, которые приходят так легко.
За его спиной Артемида всё ещё следила за северным сектором.
На экране не было ничего, кроме деревьев и камня.
И всё же ощущение не исчезало.
Словно там, за пределами их периметра, в глубине тёмного леса, кто-то уже знал, что они прибыли.
Глава 2. Останки.
Ночь на Земле оказалась тише, чем ожидал кто-либо из них.
Не пустой — именно тихой.
Лагерь «Олимпа» стоял в горной долине, почти полностью скрытый маскировочным полем. Над жилыми модулями и техническими секторами висела мягкая сетка приглушённого света. По внешнему контуру работали сенсоры. Дроиды закончили основную часть развёртывания ещё до темноты и теперь двигались реже — только там, где Гефест перераспределял задачи по укреплению периметра.
Аргос вёл дежурный контроль через сенсорную сеть корабля и внешние наблюдательные контуры. Разведывательные дроны Артемиды по очереди проходили над лесом, долиной и ближайшими подступами к человеческим поселениям.
Ничего не произошло.
Во всяком случае, ничего, что можно было бы уверенно назвать угрозой.
И всё же к утру ощущение тревоги не исчезло.
Зевс проснулся рано, ещё до того, как солнце полностью поднялось над восточным гребнем. Выйдя из жилого модуля, он на секунду остановился. Воздух был холоднее, чем ночью, и пах влажной землёй, травой и камнем. Над рекой лежал светлый туман. Лес на дальнем склоне казался почти чёрным.
На Аварисе утро не пахло так.
Там всё было иначе — тяжелее, плотнее, жёстче. Здесь мир словно дышал ближе к поверхности.
Он уже собирался пройти к командному модулю, когда увидел Артемиду. Она стояла у выносной консоли наружного наблюдения и с совершенно неподвижным лицом смотрела на изображение с дрона.
— Ты не ложилась? — спросил Зевс.
— Ложилась, — ответила она. — Ненадолго.
— Было что-то ещё?
— Ничего подтверждённого.
Именно это ему и не понравилось.
Не «ничего». А «ничего подтверждённого».
Зевс подошёл ближе.
На экране было видно человеческое поселение примерно в двадцати километрах от лагеря. Дрон держался высоко, почти вне зоны возможного человеческого внимания. Сверху посёлок выглядел небольшим: несколько десятков домов из дерева, камня и глины, внутренние дворы, хозяйственные навесы, узкие проходы, загон для животных, полосы полей.
Вокруг всего этого поднимался высокий деревянный частокол из заострённых брёвен.
— Уже смотришь на людей? — спросил Зевс.
— Я смотрела на них всю ночь, — сказала Артемида.
Он перевёл взгляд на укрепления.
Частокол был не символическим. Его поставили не для порядка и не для обозначения границы. Его строили всерьёз — с расчётом остановить что-то, способное ворваться внутрь.
— Что у них происходило после темноты?
— Почти то же, что и перед рассветом, — ответила Артемида. — Ворота заперли до наступления полной ночи. Охрана на стенах сохранялась до утра. Люди несколько раз меняли позиции, но лес не выпускали из виду.
Зевс несколько секунд смотрел на крошечные фигуры внутри частокола.
— Покажи.
Артемида вывела ночную запись.
Пламя факелов тянулось вдоль стены неровной цепью. На сторожевых площадках стояли вооружённые люди. Несколько раз по двору проходили мужчины с копьями и короткими щитами. В одном из домов в центре поселения огонь горел дольше, чем в остальных. На другом краю кто-то торопливо закрывал внутренние двери и перегонял скот ближе к жилым постройкам.
— Они готовятся, — сказал Зевс.
— Да.
— Давно?
Артемида не отрывала взгляда от записи.
— Достаточно давно, чтобы это стало рутиной.
В командный модуль вошла Афина, уже с планшетом в руках.
— Вы тоже это видите? — спросила она, даже не поздоровавшись.
— Видим, — ответил Зевс.
Она встала по другую сторону консоли и быстро просмотрела несколько слоёв данных.
— Уровень обороны непропорционален размеру поселения.
— То есть? — спросил Зевс.
— Для защиты от налётчиков люди обычно усиливают ворота, выставляют дозор и рассчитывают на предупреждение, — сказала Афина. — Здесь другое. Они боятся не нападения людей, а чего-то, что приходит извне быстро и регулярно.
— Хищников? — спросил подошедший Арес.
Афина покачала головой.
— Хищники не объясняют такой режим.
Арес бросил взгляд на частокол.
— Объясняют, если они большие.
— И если приходят настолько часто, что община перестраивает весь ночной порядок жизни вокруг этой угрозы, — сухо добавила Афина.
Гефест появился следом, ещё застёгивая верхний слой рабочего комбинезона.
— Кто опять испортил людям ночь?
— Пока никто, — ответил Зевс. — Но они явно ждут, что это случится.
Гермес вошёл последним, с чашкой горячего напитка в руке. Он посмотрел на экран и недовольно скривился.
— Я только проснулся, а вы уже нашли что-то мрачное.
— Мы нашли частокол, который не строят без причины, — сказал Арес.
Гермес сделал глоток и присмотрелся внимательнее. Лёгкость почти сразу исчезла с его лица.
— Ладно. Это действительно мрачно.
Зевс перевёл взгляд на карту района.
— Расширяем наблюдение вокруг поселения. Проверяем дороги, лесные подходы и берег реки. Если люди чего-то ждут, следы должны быть рядом.
— Уже запускаю, — сказала Артемида.
Она одним движением перераспределила дроны. Один поднялся выше и начал просматривать общий сектор. Второй ушёл вдоль кромки леса. Третий направился по дороге на северо-восток. Четвёртый пошёл низко, скользя над деревьями и открытыми участками между ними.
Аргос заговорил через внешнюю акустическую систему консоли:
— Все разведывательные аппараты переведены в расширенный режим наблюдения. Приоритет — фиксация биологических аномалий, следов перемещения и нехарактерных структурных нарушений местности.
— Проще скажи, — попросил Гермес.
— Ищу то, что может нести угрозу людям, — отозвался Аргос.
Гермес коротко кивнул.
— Так понятнее.
***
Первые пятнадцать минут ничего не дали.
Лес тянулся сплошной тёмной полосой. Где-то между деревьями мелькали животные — слишком мелкие и быстрые, чтобы вызывать интерес. Дрон, шедший вдоль дороги, показывал только разбитую землю, колеи, редкие камни и следы повозок. На берегу реки виднелись старые отпечатки копыт, несколько мест для водопоя и сломанные кусты.
Потом Артемида вдруг сказала:
— Стоп.
Никто не переспросил. Все уже заметили, как изменилось её лицо.
Она вывела на главный экран изображение с низколетящего дрона.
Сначала Зевс не понял, что именно перед ними: тёмное пятно между корнями дерева, сломанные ветви, камень, забрызганный чем-то почти чёрным в утренней тени.
Затем Артемида увеличила изображение.
И всё стало ясно.
На земле лежали человеческие останки.
Несколько секунд никто не говорил.
Тело было не просто убито — его разорвали. Одна часть туловища лежала у корней дерева, другая — в нескольких метрах дальше. Руки вывернуты под невозможным углом. Голова находилась отдельно. Тёмная ткань одежды была изодрана и прилипла к крови, уже успевшей потемнеть.
Гермес медленно поставил чашку на край консоли.
— Это человек, — тихо сказал он, хотя подтверждение было не нужно.
— Подтверждаю, — произнёс Аргос. — Вероятность ошибки классификации менее одного процента.
Афина увеличила отдельные участки изображения.
— Покажи череп. Грудную клетку. Ещё ближе.
Её голос стал совсем плоским — признак предельной концентрации.
Арес неподвижно смотрел на экран.
— Хищник?
— Нет, — слишком быстро ответила Афина.
— С чего ты взяла?
Она указала на один из фрагментов изображения.
— Здесь видна чудовищная сила, но нет следов типичного укуса.
Изображение переместилось к плечевому поясу.
— И нет характерного рваного разрушения ткани, которое оставляют зубы.
Затем — к шее.
— Здесь другое воздействие.
Гефест нахмурился.
— Какое?
Афина не ответила сразу. Её пальцы быстро и точно двигались по панели.
— Пока не знаю.
Зевс уже принял решение.
— Готовим выход.
Артемида оторвалась от экрана.
— Я с тобой.
— Афина — тоже. Арес, Гефест. — Он перевёл взгляд на Гермеса. — Ты ведёшь боты и держишь внешний контур.
Гермес кивнул без обычной улыбки.
— Принято.
— Аргос, маскировка на оба аппарата. Полный полевой канал. Никаких широких импульсов. Работаем тихо.
— Выполняю, — отозвался ИИ.
Через две минуты группа уже двигалась к ботам.
***
Небольшие воздушные аппараты поднялись с площадки почти беззвучно.
Лагерь быстро остался позади. Внизу потянулись лесные склоны, серые выступы камня, полосы тумана и медленная лента реки. Свет, огибающий маскировочное поле, делал корпуса ботов почти невидимыми для человеческого глаза — только воздух вокруг них иногда едва заметно дрожал.
Зевс сидел впереди, глядя на тактический экран. Координаты места находки пульсировали мягким красным светом.
Артемида следила за движением дрона, оставшегося над местом. Афина молча готовила переносной анализатор. Арес смотрел вниз, запоминая рельеф. Гефест перебрасывал между экранами карты грунта, веса, предполагаемой глубины отпечатков и схемы возможного развёртывания на месте.
Гермес вёл бот ровно и низко.
— До точки одна минута, — сказал он.
Зевс поднял глаза на лес. С высоты тот казался спокойным. Даже красивым: зелёная масса, тронутая серым утренним светом, редкие открытые каменистые пятна и тонкие просветы между кронами.
Слишком легко было забыть, что красота мира и опасность мира почти никогда не мешают друг другу.
— Высаживаемся в двухстах метрах, — сказал он. — Дальше пешком.
— Понял, — ответил Гермес.
Боты снизились и мягко коснулись земли среди деревьев.
Первым наружу вышел Арес, сразу сканируя ближайший сектор. Следом — Зевс. Потом Афина, Артемида и Гефест.
Гермес остался у управления первым ботом. Второй поднялся выше и завис над лесом, готовый к немедленной поддержке или эвакуации.
Воздух здесь был гуще, холоднее и пах кровью ещё до того, как они увидели останки.
— Дрон в визуальном контакте, — сообщил Аргос через закрытый канал. — Посторонней активности в пределах непосредственного радиуса не обнаружено.
— Ключевое слово «непосредственного»? — тихо спросил Арес.
— Да, — ответил Аргос.
Зевс ничего не сказал.
Они двинулись вперёд.
***
Тело лежало у основания старого дерева, чьи корни на несколько локтей выступали из земли, цепляясь за склон, как узловатые пальцы.
Вблизи всё выглядело хуже.
Намного хуже.
Кровь впиталась в землю, смешалась с листьями, потемнела на коре и камнях. Одежда погибшего была простой — грубая шерстяная ткань, пояс, обрывки дорожного плаща. Судя по сандалиям, ремням и сумке, это мог быть путник, торговец или крестьянин, шедший между поселениями.
Сейчас от него остались только разорванные части тела.
Афина присела первой.
— Ничего не трогать.
Она развернула компактный диагностический модуль. Над телом вспыхнула сетка бледного света.
Артемида уже отошла в сторону и обследовала землю вокруг. Арес занял позицию чуть выше по склону. Зевс остался рядом с Афиной. Гефест медленно обошёл место по кругу, оценивая воздействие на грунт и деревья.
Некоторое время слышно было только тихое жужжание анализатора.
Потом Афина сказала:
— Подойдите.
Зевс и Гефест опустились рядом.
Она направила световой указатель на верхнюю часть черепа.
Даже в крови и грязи линия была видна слишком отчётливо.
Ровная. Чёткая. Аккуратная.
Гефест выдохнул сквозь зубы.
— Это не разрыв.
— Нет, — сказала Афина.
Она увеличила проекцию над черепом. Световая схема поднялась в воздух, показывая направление среза.
— Верхняя часть черепной коробки вскрыта инструментом.
Арес подошёл ближе.
— После смерти?
— С высокой вероятностью — да.
Зевс молча смотрел на изображение.
Афина продолжила:
— Мозг отсутствует.
На этот раз никто не ответил сразу.
Гефест первым отвёл взгляд от проекции и посмотрел на тело целиком.
— Это уже не убийство ради пищи.
— Это не убийство ради чего-либо естественного, — ответила Афина.
Она перевела сканер на грудную клетку и брюшную полость. Свет пробежал по останкам и перестроил внутреннюю модель.
— Здесь тоже.
— Что? — спросил Зевс.
— Извлечены некоторые внутренние органы. — Она сверилась с показаниями. — Не хаотично. Выборочно.
Арес смотрел на тело с выражением, которое Зевс знал слишком хорошо. Так он смотрел не на следствие нападения, а на следствие действий врага.
— Значит, тот, кто это сделал, не просто разорвал человека, — сказал он.
— Да, — ответила Афина. — Сначала была применена огромная физическая сила. Затем с телом работали.
— Знали, что ищут? — спросил Гефест.
Афина на секунду замолчала.
— Или знали, что брать.
Зевс поднял взгляд на лес.
Свет между деревьями уже стал ярче. Где-то в глубине ветви качнул ветер. В любом другом мире это был бы обычный звук.
Здесь он прозвучал как напоминание.
— Артемида? — позвал он.
Она не обернулась.
— Уже нашла.
На земле, чуть в стороне от тела, отпечатались глубокие вмятины. Почва была влажной, и следы читались хорошо — слишком хорошо. Они уходили в сторону леса широкой дугой, сминая листья, вдавливая камни и ломая корни там, где человеку пришлось бы их обходить.
Гефест подошёл и присел.
— Слишком тяжёлый.
Арес встал рядом.
— Насколько?
Гефест медленно провёл пальцами над одним из следов, не касаясь земли.
— Точно не скажу без расчёта. Но вес должен быть намного выше человеческого. — Он взглянул на глубину продавливания. — И это при пониженной земной гравитации.
Артемида переключила сенсорный слой на планшете.
— След не один. Здесь минимум несколько проходов. Но один явно свежий.
Зевс взял у неё планшет.
Следы шли от места гибели человека к лесу. Затем немного меняли направление и уходили на север, между двумя каменными выходами.
— Крупный хищник? — спросил он скорее для порядка.
— Нет, — сразу сказал Арес.
— Почему?
Арес снова посмотрел на след.
— Слишком прямое движение. Слишком уверенный маршрут. И слишком мало беспорядка вокруг тела.
Афина поднялась с колена.
— Я согласна. — Она кивнула в сторону останков. — И хищник не вскрывает череп таким образом.
Зевс ещё раз посмотрел на линию следов.
Теперь картина складывалась в одно целое: страх людей, укреплённое поселение, ночная охрана, аномалии наблюдения, нечто крупное в лесу — и вот это.
— Аргос, — произнёс он.
Голос ИИ сразу отозвался в канале:
— На связи.
— Вынеси все данные по следам, останкам и ландшафту в отдельную модель. Сравни с известными земными хищниками и любыми типами разумной активности, которые мы можем допустить на этой стадии.
— Выполняю.
— И ещё. — Зевс на секунду задержал взгляд на теле. — Отметь это как случай активной угрозы местному населению.
— Принято.
Гермес вышел на связь с борта:
— Я держу воздух. Пока всё чисто.
Арес сразу повернул голову к лесу.
— Ключевое слово — «пока».
— Ты сегодня особенно бодрый, — ответил Гермес.
— Потому что мне не нравится это место.
— Мне тоже, — неожиданно сказал Гефест.
Это было редкостью. Обычно Гефест предпочитал говорить только тогда, когда уже пришёл к выводу. Зевс это отметил.
— Что именно? — спросил он.
Гефест медленно выпрямился.
— Всё здесь выглядит так, будто тот, кто это сделал, не боялся, что его потревожат. — Он кивнул на тело. — Это заняло время. И он работал спокойно.
Афина ответила не сразу:
— Я подумала о том же.
После этих слов тишина стала тяжелее.
Зевс снова посмотрел на лес.
Если Гефест прав — а Зевс подозревал, что так и есть, — значит, тот, кто убил этого человека, действовал не как существо, испугавшееся случайной добычи. Он действовал как тот, кто считал это место своим.
