Лицо Калеба расплылось в улыбке. Инквизитор давно так счастлив не был. Грея же, наоборот, терзали сомнения, правильно ли поступил инквизитор? Грей не одобрял действия церкви. Да, он, как и его собратья служил трем великим богам, но, порой, церковь ненавидишь больше убийц, разбойников или демонов. По подлости они уж точно превосходят их всех вместе взятых.
– Но, отец-инквизитор, это подло, – запротестовал Грей.
Калеб вздохнул, осведомляя тем самым молодого апостола о его молодости, наивности и глупости. Жизнь заставила старого инквизитора поверить, что для борьбы со злом все средства хороши (А борьба со злом для «Старого глаза» иногда доходила до сумасшествия и фанатизма.), и неважно, подло ты поступаешь или нет. Все грехи будут отпущены после смерти, если совершены они во благо. Ну и парадокс! Грешить ради спасения мира.
– Грей, мальчик мой, вот доживешь до моего возраста, поймешь, почему я так поступаю.
Грей внимательно посмотрел на инквизитора, словно прикидывая, каким апостол станет при достижении такого возраста. Грей что-то сомневался, что он сможет понять фанатизм одноглазого инквизитора.
Разговор прервался неожиданным стуком в дверь. Калеб жестом приказал юному апостолу оставаться на месте, а сам пошел открывать дверь. Замок щелкнул, дверь распахнулась. На пороге стоял другой апостол, Гектор, друг Грея. Он тоже принес весть старому инквизитору.
– Отец-инквизитор, беда! Я видел, как Клод и демон сели в экипаж и уехали куда-то! – Гектор тяжело дышал, видимо спешил сообщить про увиденное.
Калеб нахмурил брови. Это новость его немного огорчила. Теперь придется собирать паладинов (рыцарей церкви) и бросаться в погоню. А это сильно затрудняет планы инквизитора Калеба в очередной раз выслужиться перед церковью.
– Когда это случилось? – спросил инквизитор.
– Минут пятнадцать назад. Я увидел их издалека и сразу побежал к вам.
– Ты правильно сделал, – инквизитор погладил волосы Гектора.
Гектор смущенно заулыбался. В отличие от Грея ему нравилось служить. Монастырь привлекал его. Он уважал церковь и мечтал стать пророком (высший церковный чин, который может иметь мужчина).
Пророком стать не так просто. Хоть церковных чинов не так много, но дослужиться до пророка очень трудно. Во первых все поступки должны быть благочестивы. За всю жизнь человек ни разу не должен согрешить. По крайней мере, чтобы никто про твои грехи не знал. Это обязательное условие. Затем нужно собрать рекомендации инквизиторов и старших инквизиторов всех городов и деревень. В последнюю очередь требуется рекомендация преподобной матери. И уже после этого священник становится пророком. Им может стать каждый, начиная с монаха. То есть необязательно быть старшим инквизитором. Раз уж речь зашла о церковных должностях, то вот их последовательность: Апостол – Монах – Инквизитор – Старший инквизитор – Пророк. Это мужские должности, а вот женские: Апостол – Послушница – Храмовница – Преподобная мать (Мать – настоятельница). Рыцарей на службе церкви называют паладинами и валькириями соответственно. Поскольку городской церковью руководит старший инквизитор, то у женщин на одну должность меньше, зато женщина может дослужиться до матери-настоятельницы. У пророков есть особые привилегии перед церковью. В любой ситуации они вольны действовать по своему усмотрению. Только в конце предоставить отчет матери-настоятельнице. Пророкам отведена определенная область, за которой они обязаны присматривать. Область большая, потому что пророков не так много. Еще в их обязанности входят читать проповеди народу. Это их прямая первозданная обязанность.
Вернемся к Гектору. Он желал стать пророком больше всего на свете. И перед статуей Рамоса поклялся, что будет исполнять волю божью добросовестно. Добросовестно в его понимании было исполнение приказов вышестоящих членов церкви без вопросов. С самого начала он вкалывал, как проклятый, только, чтобы его заприметили. Пока глухо, а прошло уже полтора года. Несмотря на разные точки зрения относительно церкви, Гектор и Грей все равно стали друзьями. Просто Грей с детства привык думать своей головой, прежде чем выполнить приказ.
Грей покинул дом инквизитора, а Гектор наоборот решил зайти в гости. То, что Грей узнал о замыслах инквизитора, не радовало его сердце. Грей не хотел служить церкви, но, как многих его заставили. Однако он не хотел мириться с такой судьбой. Хоть церковь и добра к нему, она не добра ко всем остальным, только сама этого не понимает. Сколько раз Грей видел, как разлучали любящих друг друга людей, как забирали детей у родителей. А сколько было распято, сколько сгорело? Разве это хорошо? Грей не знал, сколько еще сможет это выносить. Не знал, сможет ли вообще это больше выносить. А народ боится. Боится даже попытаться восстать против церкви и убедить их пересмотреть некоторые правила. Однако в случае неудачи огромная толпа окажется на плахе. Да, да, именно огромная толпа. Церкви все равно, сколько людей умрет во имя их правды. Безумие, одним словом.
Миновав несколько улиц, Грей остановился. Сумасшедшая мысль посетила его голову. А что, если самому отправиться на поиски демона, выяснить все подробности, а дальше действовать по велению сердца и наплевать на церковь? Грей так и поступил бы, но вот смелости не хватает. Он постоянно думал, как сбежать от церкви. Задай он такой вопрос кому-либо из товарищей, его моментально бы отлучили от церкви, и пришлось бы всю жизнь сидеть в остроге, а то и на виселице оказаться. Но, если бездействовать, то придется всю свою жизнь мучиться. Что бы выбрали вы?
Поразмыслив еще немного, Грей решил следовать только зову своего сердца, своей души. А сейчас она говорила ему, что нужно разобраться самому. Грей поспешил к воротам, но вовремя опомнился. Апостолам не разрешено покидать город без письменного разрешения инквизитора. Нужно быть рангом не ниже монаха, чтобы беспрепятственно проходить через городские ворота.
Тогда Грей решился на отчаянные меры. Церковь презирала магию. Только магия света была актуальна. Но у Грея была своя тайна. Тайна, которую он скрывал от церкви долгое время и сейчас скрывает. Грей – оборотень. Он мог превращаться в любых животных, птиц, насекомых, даже в статую. Оборотень и вервольф – совершенно разные термины в этом мире. Оборотень по своей воле превращается в животного, а вот вервольфы обречены превращаться в порождение мрака и злобы. Что есть слово оборотень? Это слово от слова оборачиваться во что-либо и не обязательно в волка. Грей был именно оборотнем.
Он достиг 60% силы в искусстве трансформации. Грей решил применить свои способности, превратившись в птицу. Но вся проблема в том, что церковь может узнать о его поступке. Сколдуй он сейчас, кто-то из монахов обязательно это почувствует. Так что сейчас решающий момент – либо пан либо пропал.
Или он превратится в птицу и отправится на поиски демона, или останется навсегда во власти церкви. И Грей сколдовал. Зайдя в закоулок, он произнес заклинание. Раздалась яркая вспышка и на его месте возник прекрасный черный ворон, который оглушительно каркнув, взмыл в небо.
* * *
На улицах Ридлстоуна царил бардак. Солдаты, рыцари, валькирии, инквизиторы, апостолы – все носились туда-сюда. Подготовка к походу на демона шла полным ходом. Столько народу против одного демона и мальчишки. Будто церкви противостояла целая рать демонов. Но инквизитор собирал такой отряд не из-за одного демона. Используя кое-какие магические зелья, он на время обострил свою чувствительность ко всему необычному, в пределах десяти миль.
Что-то не то происходило в Дэмерене. После принятия зелья, инквизитор Калеб сумел уловить различные следы маны. Следы шли отовсюду, почти со всех сторон. В этих следах чувствовалось нечто необычное. Неизвестная мана очень сильно насторожила инквизитора, поэтому он решил поставить на уши всех воинов церкви, что были в Ридлстоуне.
После нескольких часов приготовлений, весь церковный гарнизон был построен на главной площади, где обычно торговцы размещают свои лавки. Место так и называется Рыночная площадь. Инквизитор Калеб вместе со старшим инквизитором стояли напротив толпы. Старший инквизитор жестом показал Калебу. Тот вышел вперед.
– Итак, доблестные войны церкви, я отправляюсь на поиски демона и его помощника! Я беру с собой пятнадцать человек. Пять валькирий, пять паладинов и пять монахов. Братья инквизиторы и все остальные останутся в городе в состоянии полной боевой готовности. Что-то не то происходит в нашей стране (и я имею ввиду не только пропажу людей за последние полгода) и вы должны быть готовы по первому зову явиться, где бы мы не находились! Всем понятно?
Толпа загудела. Калеб приказал седлать коней. Пятнадцать войнов оседлали коней, и отряд вместе с инквизитором Калебом выехал из города. Топот копыт разнесся по всей округе. Пыль летела во все стороны. Горожане в испуге убегали подальше от дороги. Один маленький мальчик едва не попал под копыта лошади, хорошо успели оттащить. Отряд пересек городские ворота и отправился в погоню. Калеб весь дрожал от нетерпения.
– Ну, теперь держись, тихий клинок! – процедил сквозь зубы Калеб, призывая лошадь ускориться.
Амалия и Наблюдатель ушли из Гастории сразу же, как только покинули дом Барбары. Амалия всю дорогу молчала. Тишина счастья играла у нее в душе. Каждая часть крохотной и маленькой души пела и радовалась наступившим временам. Столько всего нового впереди! От этого дух захватывает! Амалия весело мурлыкала что-то себе под нос и своими любопытными детскими глазками разглядывала все, что попадалось на пути. Она снова стала той маленькой любопытной девчушкой, какой была до смерти родителей. Она уже и забыла, как жила в страхе последние годы.
Наблюдатель тоже молчал. Маска не позволяла узнать, доволен он или зол. Его мысли были сейчас о своей новой спутнице. Он впервые не знал, как быть. Бросать девочку нельзя. Это безумие. Какой тогда был смысл ее спасать? Но и брать с собой рискованно. Как многие волшебники, Наблюдатель обладал своей тайной, которая ни коем образом не должна быть раскрыта. Долго соображая, маг пришел к решению на время взять Амалию с собой. По пути в Ридлстоун, а именно туда они и направлялись, вряд ли случится беда. Наблюдатель шел в Ридлстоун по своим делам.
Они шли по бездорожью. Легкий ветерок приятно обдувал. Стоял теплый майский день. Солнце приятно припекало. Красота! Вокруг распласталось множество холмов, оврагов и деревень. По тракту решили не ходить. При свете солнца Амалия сумела получше разглядеть своего нового знакомого. Наблюдатель носил кожаный доспех, поверх доспеха черный плащ с капюшоном. Русые волосы полностью закрывали уши, а золотая маска, окутавшая все лицо, весело блестела на солнышке. Из оружия Амалия ничего не увидела.
Впереди показалась поляна, окруженная мелкими кустиками. Птицы пели, предвещая рассвет, зайцы бегали, стрекотали кузнечики – вся природа как будто очнулась от долгого сна. Путники шли несколько часов. Солнце уже вовсю припекало. Было около полудня, как вдруг Амалия осмелилась заговорить.
– Господин Наблюдатель, я есть хочу, – тихо сказала Амалия.
– Там подальше будет другая поляна, где растут яблоки, – отозвался Наблюдатель. – Потерпишь? И не зови меня господином.
Амалия кивнула. Она была довольна. Впервые за долгое время она стала свободной. Ее переполняла радость. О времени, проведенном с Барбарой, она даже не вспоминала. Они вышли на открытую поляну, со всех сторон окруженной яблонями. Прямо в центре стояла статуя, под ней алтарь. Статуя и вся поляна окружена колоннами, словно тут что-то было раньше. Амалия подбежала к алтарю и с любопытством стала разглядывать его, держа руки за спиной. На камне она увидела высеченные надписи. Что они означали и на каком языке сделана надпись она не знала.
– Юная мисс, добро пожаловать на Яблочную поляну! – воскликнул Наблюдатель. – Это статуя Федоса, эльфийского бога природы. Есть еще Арвис – бог охоты. Но это первый и самый почитаемый бог среди эльфийской культуры. Бог природы. Ему поклоняются все эльфы без исключения.
Амалия подняла глаза на статую. Это был огромный каменный эльф с лопатой в одной руке. Другой рукой он опирался на палку. Рядом с ним стоял каменное животное, очень похожее на медведя. Пасть животного была угрожающе раскрыта, словно медведь готовился к нападению.
– Красивая статуя! – восхитилась Амалия. – А почему у него в руке лопата?
– Федос – бог природы, значит и земледелия. Вот почему каждый, уважающий себя эльф любит что-нибудь выращивать. Яблони вокруг были выращены не ради красоты, а для приношения даров Федосу.
– Да, в самом деле? Как интересно! – пропела девочка. – Он любит яблоки?
– Любит еще как. Самое интересное, что это единственная статуя Федоса в Дэмерене и никто не знает, почему она оказалась именно здесь, ведь большинство эльфов живет в Агроанском лесу.
– А что думаете вы?
– Думаю, что во время Первой торговой войны беженцы с юга забрели так далеко на север, но в итоге их прогнали отсюда и они присоединились к остальным в Агроанском лесу.
Амалия получила истинное удовольствие от пребывания в таком значимом месте. Она жадно впитывала все, что рассказывал ей Наблюдатель. Всегда приятно узнавать что-то новое. А Амалии приятно вдвойне. Она же ребенок.
– А что написано на камне? – спросила Амалия.
Наблюдатель наклонился и обратил свои горящие зеленые глаза на надпись.
– Не играйте с природой, ибо она все равно, в конце концов, отыграется, – перевел он и, поймав недоуменный взгляд Амалии, добавил. – Ну, смыслов много. Каждый понимает по-своему. Я лично понимаю это так: не нарушай основных законов мира сего, так или иначе в конечном итоге пожалеешь. И еще законы природы – это не только биология, растения и животные, но так же и магия. Не нарушай магических законов этого мира и все у тебя будет хорошо. Примерно так.
Наблюдатель пошел в сторону яблонь. На деревьях росли только зеленые яблоки. Вероятно, Федос не принимает красные. Вытянувшись, он сорвал два яблока. Затем вернулся и протянул одно яблоко Амалии. Второе яблоко отправилось на алтарь. Амалия внимательно наблюдала за действиями своего друга. Она подошла к алтарю и вместе с Наблюдателем, помолилась (он рассказал, что нужно для этого делать). Но, когда она хотела положить и свое яблоко на алтарь, Наблюдатель ее остановил. Сказал, что Федосу можно приносить одно яблоко каждые три часа.
– А я хотела было принести дар Федосу, – грустно выдохнула Амалия.
– Прости, не подумал, – извинился Наблюдатель.
Амалия повертела яблоко, осматривая его со всех сторон. Казалось, ее терзают сомнения. Может не стоит есть фрукт? Или все-таки стоит? Выглядел он во всяком случае аппетитно.
– Что такое? Уже не хочешь есть? – спросил Наблюдатель.
– Хочу, просто… А бог природы не разгневается?
– Нет. Я уже позаботился об этом. Это место потрясающее. И удивительны тут не только статуя и яблони. Поразительна идея, замысел. Понимаешь, никто не сможет уйти отсюда, если сорвет яблоко только для себя. Это место обязывает поделиться. Если ты пришел один, поделись с Федосом. Я сорвал яблоко для тебя, но так как я не могу есть яблоки, то положил его на алтарь.
Амалия удивилась. Она посмотрела на своего друга и улыбнулась. Целый мир теперь открыт для нее, столько всего интересного впереди, голова идет кругом. Только, минутку! Амалия через полминуты осознала кое-какие слова Наблюдателя.
– Повторите, что вы сказали…, – Амалия вытаращила маленькие глазки на Наблюдателя. – Как это, вы не можете есть яблоки? Почему?
Наблюдатель ответил не сразу.
– Ой, оговорился! Бывает такое. Я хотел сказать, что не люблю яблоки. Они такие кислые, просто ужас.
– А по-моему они прелесть, – пожала плечами девочка.
Амалия улыбнулась. С удовольствием уплетая свое яблоко, она пошла вслед за Наблюдателем. Покидая Яблочную поляну, она еще раз обернулась, запоминая это место. Каждую его часть, каждую травинку, каждую яблоню. Девочка запоминала все. Они поднялись на холм, а, когда спустились, поляна уже исчезла из виду.
– Господин Наблюдатель, а куда мы идем?
– В Ридлстоун, – ответил тот, затем добавил. – Странные дела творятся. Четыре дня назад там пропал человек. За последний месяц число пропаж достигло пятнадцати. Разные расы, разные города, разные профессии. И нет никакой связи между похищениями. Похищения начались около шести месяцев назад и продолжаются до сих пор. Я долго оставался в стороне, а теперь пришло время вмешаться. И еще, я же просил не звать меня господином.
Довольная улыбка Амалии сразу исчезла. Ведь вести расследование не совсем то, на что она рассчитывала, уходя с Наблюдателем. А с другой стороны, на что можно рассчитывать, когда уходишь с таким странным типом? Уж явно не на прекрасную счастливую жизнь в лесу или на озере.
Наблюдатель прекрасно знал, что рядом с ним ребенок. Спасти ее, а затем подвергать опасности, бессмысленно. Если он и собирался просить Амалию о чем-то, так это просто держаться подальше от неприятностей.
– Все в порядке? – спросил Наблюдатель, заметив выражение лица девочки.
– Да, господин Наблюдатель. Просто… я…, – она замялась.
– Я понимаю твои чувства, Амалия. Но я это скоро исправлю. Знаешь, когда я начинал, тоже думал, что это скучно и никакой радости от наблюдения не испытываешь. Ах, как я был не прав! Много интересного можно узнать, наблюдая и подслушивая.
Амалия пришла к выводу, что придется заниматься расследованием. Назад в Гасторию идти совсем не хотелось. Буквально за пять минут, ее позитивный настрой снова вернулся. Теперь Амалия твердо решила помогать своему другу. Ее сознание расширилось. Она увидела то, что было сокрыто от нее. Весь мир открыт перед ней. В нем столько интересного, что мама не горюй. Убегая с Наблюдателем, она так и подумала, но не была морально готова к этому. Сейчас ее решимость возросла. Казалось, она повзрослела еще на пару годков.
– Вы просили не называть вас господином, – вдруг вспомнила Амалия. – А я буду!
– Хорошо, – вздохнул Наблюдатель. – Тогда не называй меня Наблюдателем.
– Но вас так все называют. Как же тогда? Господин Наб?
– Господин Наб?! – опешил Наблюдатель. – Уж лучше зови меня господин Эн.
– Хорошо, – весело сказала Амалия
Они вышли на тропинку. До тракта, соединяющий Саммерсет и Ридлстоун еще очень долго. Веселое настроение Амалии радовало Наблюдателя, но в то же время раздражало, ведь девочка постоянно разговаривала с ним, задавала вопросы, расспрашивала о вещах, в которых Наблюдатель сам не разбирался. Тем не менее, Наблюдатель терпеливо рассказывал ей обо всем, что знал сам. Он подумал, знания пойдут Амалии только на пользу.
– А с помощью волшебства можно предсказать будущее?
– Конечно, нет, – показалось, что Наблюдатель расстроился. Не знать такой элементарной вещи просто позор. – Это тебе не книга, где можно подглядеть конец. Ты сама подумай, как ты увидишь то, чего еще нет? Вот увидеть былое это другое дело.
– Когда я жила с мамой…, – в душе снова закололо. – В Конроле, я читала книгу о путешествиях во времени. Там говорилось, что некоторые возвращались в свое время и рассказывали всем, что их ждет. Вот я и подумала, что может существует такое заклинание.
– Вот путешествия во времени возможны. Только это не заклинание, а аномалия. Это искажение пространства сопровождаемое самыми разными эффектами. От переноса во времени до мгновенной смерти. А так, нет такого заклинания переноса во времени. А если бы и было, это уже совсем новый класс волшебников. Ни к одному из существующих классов такое заклинание не подошло бы. В будущее или прошлое тебя может швырнуть только архидемон, согласно ленендам.
– Архидемон? А кто это?
– Мы поклоняемся трем богам, так? Архидемон – темное отражение бога. Бог демонов, если угодно. Так, вере противоположна ересь, надежде противоположно отчаяние, а любви противоположна ненависть. Но существует теория, что архидемонов может быть больше.
– И эти… как их… архидемоны могут перенести тебя в будущее? Интересно, какое оно, это будущее.
Последние слова обращены скорее самой к себе, чем к собеседнику, так что Наблюдатель промолчал. Разговор остановился.
День постепенно угасал. Солнце уже касалось горизонта. Нужно искать ночлег. Наблюдатель свернул направо и увидел останки лагеря. Палатки стояли все в дырах. Лагерь опустел уже очень давно. Странно, что палатки еще не уничтожили. Хорошее место для ночлега, лишь бы дождь не пошел.
Амалия осталась в лагере, а Наблюдатель ушел на поиски еды. Девочка тихо сидела на пеньке и слушала звуки природы. Пение птиц, стрекочение кузнечиков, отдаленный вой волков – все это предавало особое ощущение. Радость и печаль одновременно заполняли душу. Девочка просидела примерно час в обществе природы. Наблюдателя все не было. Тогда она решила немного осмотреть лагерь. В одной палатке она нашла мешочек с монетами. Странно, что никто до сих пор не побывал тут. А может как раз побывал и оставил деньги. Деньги ей пригодятся. В мешочке она насчитала тридцать золотых. Аккуратно привязала мешочек к пояску, что дал ей Наблюдатель перед уходом. В другой палатке она отыскала два рубина. Точно, кто-то здесь побывал. Парочка драгоценных камней отправилась к монетам. Еще ее очень заинтересовала книга под названием «Феи – выдумка или реальность?». Красивый переплет книги как-то по-особенному смотрелся в лучах заката. Синие полосы, расположенные по периметру обложки, словно горели. Чем больше это замечаешь, тем больше хочется прочесть книгу. Будто книга зачарована. Может, так и есть? Амалия вернулась на пенек, села, развернула книгу и начала читать.
«Многие считают феи выдумкой, детской сказкой, но на свете живут и такие, кто верит в их существование. Так что же такое фея? Феи – это женщины, размером с перо и с крыльями бабочек за спиной. Эти волшебные создания служат Федосу, живут в цветках, подобно пчелам. Но все это лишь предварительная информация. Точнее никто не скажет, ведь большинство в них не верит. Феи появляются в мифах, историях о сказочных мирах и в легендах о высших расах. Сами по себе эти создания неопасны. Напротив, они очень добрые. Но, если кто-либо пришел не с миром, они могут созвать рой пчел и атаковать обидчика. Это их способ защиты. Если брать в расчет мифы, то фею можно встретить на континенте Агрос. Но сколько там побывало эльфов и людей, и никто не видел никаких фей. Ученые считают, что феи не показываются просто так. Надо что-то сделать или сказать, прежде чем увидишь их. Феи сторонятся посторонних. Они очень недоверчивы. Эти маленькие создания живут в своем маленьком мире, вдали от «большого» мира. Возможно, они правы, что сторонятся нас.
Вот что говорят об этом жители Ауроса.
– Магия реальна, демоны реальны, даже ангелы когда-то существовали. Неужели вы думаете, что все, чего вы не видели или не понимаете, выдумка? Исследователь С. Норт,996 г.
– Я изучал различных существ, но фей никогда не видел. А если я их не видел, значит, их быть не может. Как говорят: «увидеть, значит поверить». А даже, если тайна лицезрения фей и была бы, почему они не оставили ни одной подсказки, хотя бы с чего начать? Профессор М. Велл, 999 г.»
Амалия закрыла книгу. Все это она вычитала, пролистывая страницу за страницей. Феи ее очень заинтересовали. Она даже решила спросить Наблюдателя, что он думает об этих существ. Верит ли в них. Но потом передумала. Решила, что Наблюдателю будет некогда тратить время на поиски мифов и историй о феях.
Амалия отложила книгу. Еще раз обшарив весь лагерь, она нашла другую книгу. «Дикий лес Фасиан». Раскрыла и принялась читать.
«На южных широтах Дэмерена пустило корни множество деревьев. В конечном итоге они превратились в лес. Откуда взялось название Фасиан не знает никто. Кто-то один так назвал это место, затем назвал другой и пошло-поехало. Лес Фасиан славится своим ужасом. Именно там нашло пристанище все зло Дэмерена, а может и всей Аркадии. Подобно Лесогорью (Агроанскому лесу) южный лес, своего рода, маленькое королевство или империя. Империя зла. Там обитает множество злобных существ, таких как: черти, огры, наземные шейкеры (существа с головой ящерицы и ужасно длинным и сильным хвостом, который является их любимым оружием, не считая когтей и зубов). Мары (эти гигантские жуки с двумя огромными мутными глазами чем-то напоминают крабов. У них тоже есть пара клешней, но вот остальные конечности, как у обычных жуков. Мары безобидны, хотя могут напугать своим протяжным и звонким «п-ц-ц-ц-ц». Довольно неприятное шипение. Они травоядные, а мясо для них – яд). Еще в диком лесу можно встретить вампиров, вервольфов и дембергов. Демоны высших классов встречаются в лесу довольно редко…
На этом Амалия завершила чтение. Изучение такого жуткого места явно ей не по душе. Уж лучше феи. Они и интересны и добры и прекрасны. Вот, кого стоит изучать!
Наблюдатель появился только при наступлении кромешной темноты. Амалия уже собиралась ложиться.
– Прости, я задержался. Пришлось потрудиться, чтобы достать это, – он протянул девочке уже готовую кроличью лапку. – И тебе лучше не спать, пока меня нет. Это я так, для сведения.
– Мы же не в лесу, где много диких зверей, – напомнила Амалия, пережевывая мясо. Кстати, оно оказалось сказочно вкусным.
– Все равно, разбойники шастают где попало, а волки? – возразил Наблюдатель. – Совсем не обязательно идти в лес, чтобы с ними встретиться. Наконец, огромные пауки. Кроме того, сдается мне, эта стоянка опустела не просто так.
Амалия поежилась. Она представила перед собой большого и страшного паука, угрожающе клацающего челюстями, готового растерзать ребенка. Аппетит и сон мгновенно пропали. Тем не менее, она через силу дожевала мясо и легла спать. А Наблюдатель остался стоять на страже. Амалия долго смотрела на его темный силуэт. Ветер тихо шевелил его черный плащ и русые волосы.
На следующее утро путь продолжился. Вчера, помимо ножки кролика, Наблюдатель принес еще и четыре больших морковки. Так что позавтракать есть чем. И где он только это раздобыл? Особенно готовое мясо? В лагере нашлось немного воды. Поев и напившись, путники пошли дальше по тракту.
Амалия выспалась хорошо, несмотря на вчерашние слова о пауках и прочих опасностях. Прошел час, и Амалия снова заговорила.
– Господин Эн, скажите, а как вы можете быть в нескольких местах сразу? – спросила она.
Его желтая маска впилась в Амалию. Ей даже показалось, что Наблюдатель удивлен вопросом.
– А с чего ты взяла, что могу? – спросил он.
– Моя тетя говорила о вас с таким страхом, будто вы самый ужасный демон на свете. Вы же не демон?
Наблюдатель ответил не сразу.
– Нет, конечно. Разве демон может быть добрым? Не может. Отвечая на твой вопрос, да, я могу быстро перемещаться в те места, в которых побывал.
– Тогда почему мы идем пешком?! Используйте свое заклинание! Перенесите нас в Ридлстоун! – воскликнула Амалия. Ей не терпелось увидеть хоть одно заклинание в действии.
– Я могу переносить только себя. А бросить тебя одну не могу, – ответил Наблюдатель.
Амалия разочарованно вздохнула. После осознания того, что весь мир открыт перед ней, она только и ждала возможности увидеть что-нибудь потрясающее. Но возможность пока не появилась.
Прошел еще один день. Несколько раз путники останавливались. Наблюдатель снова уходил за едой. На сей раз он вернулся быстро, даже пятнадцати минут не прошло. Принес морковь и пару яиц. Наверное, использовал свое «быстрое перемещение», о котором ранее шла речь. Путники приблизились к северному тракту и свернули на север. Теперь дорога шла прямо. До города еще около двух дней пути.
Северная часть страны была покрыта деревьями, которые так и не смогли сформироваться в очередной лес. Деревья росли в десятке метров друг от друга, но их было очень много. Встречались клен, береза, дубы, реже хвойные деревья. Повсюду текли ручьи, маленькие речушки, которые очень легко перейти вброд. Амалии тут нравилось. Множество птиц кружилось над головами путников. По земле ползали жуки, которые никогда не смогут летать. Амалия едва не наступила на муравейник. Наблюдатель вовремя ее остановил. Дни быстро сменяли друг друга. В последний день путешествия утром Наблюдатель снова лишил девочку мяса. Принес ягод и пару яблок. Амалия расстроилась. Ей очень нравилось мясо. И не важно какому животному оно принадлежит. Но пришлось обходиться, чем боги послали. Откусив кусок яблока, она заметила, что Наблюдатель ничего не ест. Он просто стоял полубоком к девочке, скрестив руки на груди, и смотрел вдаль. Яблоко оказалось не таким сочным, как на той поляне, но все же сладким.
– Погода меняется, – сообщил Наблюдатель. – Скоро пойдет дождь. Желательно добраться до города, пока он не начался. Не очень-то мне хочется мокнуть.
Амалия поняла, что рассиживаться некогда. Она доела яблоко и, нехотя, встала. Путь продолжился. Как и сказал Наблюдатель, дождь пошел поздним вечером, сильный, но короткий. Путники успели добраться до Ридлстоуна и спрятались в местном трактире. Сильно промокшие, они были рады наконец найти сухое место, где дождь не страшен, а так же место, где можно погреться у огня и посушить одежду.
– Итак мы прибыли в Ридлстоун. Но не забывай, что мы тут по делу. Как только рассветет, заберись на крышу дома, любого и наблюдай за происходящим, за любой мелочью. А пока ешь, пей, отдыхай.
С этими словами Наблюдатель исчез. Он просто растворился в воздухе. Амалия решила, что он воспользовался заклинанием переноса, о котором упоминал. Амалия осталась одна в трактире, среди мужчин и женщин. Она молча прошла мимо столов, за которыми сидело множество людей, и села в кресло перед камином.
Вновь пошли в ход размышления о будущем. Ей предстоит помогать Наблюдателю. Но что за игру он ведет? Не опасно ли находиться рядом с ним? Хотя, Амалия все твердо для себя решила, но ее все же терзали сомнения. А стоит ли остаться с Наблюдателем или может лучше отделиться от него? Найти приют в милой деревеньке, у добрых людей и жить себе спокойно. На какое-то время Амалия затерялась среди своих мечтаний и забыла, благодаря кому сидит сейчас в спокойной обстановке и мечтает. Ей стало стыдно за то, что она хочет покинуть своего друга. Как можно вот так покинуть его, никак не отблагодарив за спасение? В конце концов, мысли девочки свелись к тому, что она непременно поможет Наблюдателю. Ее помощь и будет благодарностью. Время шло. Глаза девочки потихоньку начали слипаться. Мир вокруг не спеша погружался в темноту. Амалия заснула прямо в кресле. Никто не обращал на нее внимания.