– Запомнил куда бросил? – строго спросила она
– Ага – ответил мальчик.
Они подождали, когда мужик уйдет подальше и возле мусорных баков никого не будет. Оглядываясь по сторонам, бабуля с малышом осторожно подошли к бакам.
– А ну, шустрей лезь мне на спину – приказала старуха.
Мальчик ловко вскарабкался на старушку.
– Хватай пакет! – с тревогой в голосе, шепотом приказала бабуля.
– Не достать – голос мальчика задрожал, чувствовалось наступали слезы.
– Палку бери! – строго сказала бабка и сунула в бак свою клюку.
Малыш подцепил пакет и потянул его на себя.
– Тяжелый, к нему что-то прилипло – хлюпал малыш, боясь уронить добычу.
– Эй! – вдруг громкий и резкий голос обнаружил их.
Старушка от страха выпрямилась , мальчик повалился с нее, она схватила его подмышку одной руки, второй рукой выхватила палку и побежала, как могла, домой. Не помня, как прибежала в хижину, она свалилась на топчан, продолжая держать малыша.
– Бабушка! Мне нечем дышать – кряхтел под ее рукой мальчик.
Старушка опомнилась и отпустила его.
– Ишь ты, уцелели! – рассмеялась бабуля.
– Ха! С добычей! Ай да молодец! – увидав пакет в руках малыша, она крепко обняла его.
В пакете была чуть заплесневелая булка хлеба, два полу гнилых яблока, кусок прогорклой халвы, и почти свежая булочка, на ней даже чуть-чуть осталось сахарной пудры. От вида этой булочки у бабушки навернулись слезы, она держала ее на ладошке и они вдвоем смотрели на неё как на чудо, затаив дыхание:
– Даже пахнет – сглотнув слюнку, шепотом сказал малыш. Бабушка взяла тоненькую ручку мальчика и осторожно положила в его ладонь булочку:
– Ешь! – приказала она, малыш вздрогнул, словно спустился на землю и с жадностью стал откусывать кусочек за кусочком.
– Ишь ты и вправду что-то прилипло – старушка оторвала от пакета маленький мешочек. Она раскрыла его, в нем лежали, слипшиеся друг к другу карамельки, бабулины глаза засияли как у ребенка:
Ты гляди ка – обратилась она к малышу, который дожевывал булочку.
– Ты знаешь что это? – спросила она.
– Нет – не понимал малыш, но его глаза были наполнены искренней радостью.
– Ну ка ложи в рот – она достала несколько слипшихся карамелек и сунула их в рот мальчику.
– Эй! Старая! – пронзил слух голос Генки-палача. Старуха схватила малыша, и резким движением сунула его в груду хлама в углу хижины, завалив еще сверху попавшими под руку тряпками.
В дверях хижины появилась морда палача.
– Выходи! – приказал он.
Старуха, покряхтывая медленно поднялась, стараясь скорее спрятать пакет под топчан. На улице ее ждали Генка и Косой.
– Слыш чё, говорят, тебя заметили на рынке?! – неуверенно спросил Генка-палач.
– Ишь че удумали! На кой мне туды нос совать? – старалась со злостью ответить бабуля, крепко держась обеими руками за свою палку, чувствуя, что ноги ее дрожат.
– Она? – строго со злобой спросил палач у Косого
– Да вроде нет, та вроде выше была и убегала шустро – сомневаясь, сказал Косой.