– Ишь – буркнула старушка и достала из кармана пряник. Отломив небольшой кусочек, она подала его мальчику:
– Бери. Да клади под язык. И зубами не грызи! Жди когда размокнет – уже мягче приказала бабка.
Малыш сделал как она сказала. Рукавом своей кофты он вытер сопли и перестал хныкать. Старуха отломила еще кусочек пряника, сунула себе в рот и молча, рассасывая пряник, смотрела на мальчика. На малыше была одета потрепанная теплая кофта, ему по колено, из под нее торчали худенькие босые ножки в легких штанишках. Увидев покрасневшие от холода пальчики на ногах малыша, старушку словно стукнуло током, она подскочила и начала рыться в куче хлама, раскидывая все в разные стороны.
– Ха, нашла! Ишь, думали не найду! А я нашла! – радовалась бабка. В руках она держала пару потертых детских ботиночек – видимо были красные – пробормотала себе под нос старушка и протянула их мальчику:
– Ну, одевай – строго сказала она.
Малыш сел на пол и принялся обувать ботинки, сделав это, как и все малыши его возраста, перепутав левый и правый.
– Хе, в пору! – впервые за много лет старушка улыбнулась.
Малыш встал, посмотрел на свои ножки в ботиночках, резко кинулся к старушке и обнял ее.
– Хм, ишь чё удумал – бабуля оторопела, у нее кольнуло в груди
– Ну всё, пора уже идти – старушка отодвинула малыша от себя.
– А куда идти?
– В город – буркнула бабка, взяла за руку мальчика и пошла.
Они долго шли вдоль бетонного забора.
– Бабушка, а там, что? – спросил мальчик
– Люди там живут, богатые.
– А зачем им такой забор?
– Ат кель мне знать, мош нас стыдятся?!
– А богатые – они какие?
– Деньги у них есть – со злостью буркнула бабка.
– А головы две или одна?
– По чем мне знать, я на голову не гляжу, ботинки у них блестящие, и воняет от них.
– Как от нас?
– Нет, по-другому.
– А как?
– Вот ведь пристал, ишь любопытный нашелся – она остановилась
– А ну, лезь да погляди – старушка указала мальчику на узкую пробитую щель в бетонном ограждении.
– Вона как раз бак мусорный, пошарь там, да тихо! И гляди в оба! – бабка сунула малыша в щель. Малыш пролез и тихо пополз к мусорному баку.
– Гав! Гав! Гав! – услышала старуха за забором
– А, а, ай – взвизгнул малыш.
У старухи от страха забилось сердце, она сунула руку с палкой в щель и сколько было мочи долбанула собаку по морде, та завизжала.
– Быстро хоть сюды! – крикнула старушка. Мальчик юркнул в щель.
– Ишь тварюги какие! Собаку пустили – бранила бабка, спешно уходя оттуда с малышом. Мальчик всю дорогу хлюпал носом.
– Ты чего эт? – строго спросила бабка
– Больно – заплакал он.
Бабка остановилась, посмотрела на мальчика. На его лбу была кровь.
– Эка невидаль! – старуха достала тряпочку из кармана плюнула на нее и вытерла лоб малышу.
– Ай! – пискнул малыш.
– И нече так реветь, царапина и всё – бабка вытерла ему слезы, подставила тряпочку к носу и приказала высморкнуться.
В городе они подошли к странной, длинной очереди, где стояли такие же как они люди.