День был прохладным и ветреным, толчея московского метро вынесла нас на знакомую улицу.
У меня сжалось сердце, кажется, я даже побледнела.
– Даша…
– Всё в порядке, – я упрямо зашагала к крыльцу.
Дверь открылась в незнакомую прежде комнату. Сквозь прозрачную стену было видно, как над дверью Лали зажигается надпись "перерыв 20 минут", а она сама, рыже-белая простушка, заходит к нам из другой двери.
– Привет! Готова?
– Привет! Лали, на пару слов, – попросила я.
– Айда, – она снова вышла за дверь.
– Ты как будто коллекционируешь эти словечки, – подшутила я, входя в знакомый кабинет с огромным экраном. Как раз сменилась картинка, и перед нами предстали горы в окружении бескрайнего леса.
– А то! Образ Эллочки-людоедочки поразил моё воображение. "Шик! Блеск! Красота!". Ты насчёт получателя писем? Кого выбрала?
– Отца.
– Хорошо. Близкая связь, просто установить. Ещё что-то?
Мне было просто необходимо уточнить, чтобы идти со спокойной совестью:
– Ты же помнишь наш договор?
– Даш, не беспокойся. Все данные о тебе, кроме самых необходимых, удалены из системы, – Лали была очень серьёзна, но я всё же спросила ещё:
– И ты никому и ничего не расскажешь, кроме как если отец спросит?
– Обещаю.
– Твой аппарат, – я вернула невидимку, – и спасибо тебе за помощь.
– Квиты, – кивнула она, – пойдём?
Мы вернулись за Олегом и прошли в комнату с аркой. Лали объясняла:
– Ты выходишь в туман. Идти тяжело, большое сопротивление из-за того, что дорожка создана искусственно. Не пугайся и не задерживайся, тебе хватит времени. Вход в Йонис ты не перепутаешь.
Она приложила руку к арке, заклубившейся туманом, и чётко сказала:
– Мы готовы.
На йонисском ответили:
– Готовы.
Я накинула лямки рюкзака, подхватила сумку. Олег облапил меня, целуя и шепча:
– Неделя, Даш, хорошо?
– Хорошо.
Я отошла, посмотрела на него, ставшего таким близким за последние две недели, сейчас бледного и взлохмаченного. Послала воздушный поцелуй, подмигнула Лали и втиснулась в арку.
Туман сожрал даже тень Дашиного рюкзака. Потянулись минуты. Фея терпеливо выжидала положенного сигнала. Она же первой и забеспокоилась.
– Что там у вас?
Ответили на том же языке, который он так и не успел выучить.
– Ждите ещё минуту, – попросила фея.
Парень, стараясь держать себя в руках, подошёл к арке.
– Отойди, она ещё может вернуться, – девушка сердито шипела как кошка.
Он отошёл и в бессилии стукнул кулаком по стене.
Незнакомый голос заговорил. Проводница сердито ответила. Подумала и добавила пару слов. Позвала:
– Лейтенант, помогите.
Он подскочил, схватил девушку за руку, чувствуя, как леденеют пальцы от резкого оттока магии. Стал толчками качать энергию в хрупкие холодные ладони феи.
Белый туман потемнел, исчез, и вместо него возник чёрный провал.
Проводница обессиленно убрала руку, закрывая черноту кирпичной кладкой:
– Всё, больше ничего не сделаешь.
– Что случилось?
– Дарья сошла с тропы.
P.S.:
"Папа, Зоя, Мишка и Денис, всем привет! Надеюсь, это письмо скоро попадёт к вам. У меня всё хорошо. Подробнее напишу позже. Целую, очень вас люблю. Даша"
"Димка, я обещала тебе письмо – выполняю! Пока писать не о чем. Так что просто пишу с приветом! Дарья"
"Дорогие родные, бабушка, дед, дядя Матвей и тётя Галя, Светланка и Андрей! У меня всё благополучно, не волнуйтесь! Напишу, когда будет что. Всех обнимаю. Даша"
Я послала воздушный поцелуй Олегу, подмигнула Лали и втиснулась в арку.
Ну, знаете! Ощущение, будто пробираюсь сквозь желе. Молочно-туманное, подсвеченное широченным лучом в мой рост, исходящим из арки и ведущим, полагаю, в Йонис.
И мне туда не хотелось. Ни капельки.
Блин, как же не вовремя это понимается!
Я застыла на месте. Самый момент одуматься, сделать шаг назад и вернуться на Землю, к родным, поддаться восхитительному сильному чувству, толкающему меня к Олегу. Ещё немного – и я не смогла бы от него уйти. Называла бы любимым, солнышком, варила борщи и постаралась подальше затолкать мысль о том, что его ждёт другая.
Нет, я хочу быть уверенной.
Значит, Йонис.
– Да я устану уже шагов через пять! – заворчала только для того, чтобы услышать свой голос.
Тошка изволил поддерживающе вздохнуть.
– Спасибо, Тош, – я атаковала своим весом очередной метр пути, – ииийх! Уф. Иииийх! Ох, забыла, совсем старая стала, – пришлось возвращаться на два с таким трудом отвоёванных метра. Я вытащила из-за пазухи сложенные листки писем родным и подвесила в этом туманном желе рядом с входом на Землю.
Итак, заново – первый метр, второй… пятый… восьмой… ура! Видна арка Йониса! Но какое же сильное сопротивление!
– Йиииийх!
– Люди всегда обожали трудности, но сейчас-то какой в этом толк? – с интересом спросил юношеский голос.
– Тут ещё и глюки глючат, – проворчала я, одолевая очередные сантиметры, – вопросы вопрошают.
– Да брось! Ты и в самом деле хочешь попасть к этим спесивым маразматикам с мужичьём? – ломающийся басок презрительно фыркнул.
– Идеи? – дожила, старушка, с глюками разговариваю. Остановилась на чуток передохнуть.
– Искать, где получше, конечно! – удивился темноволосый кудрявый парнишка лет четырнадцати, высовываясь из-за моего плеча.
– И как ты предлагаешь?
– У тебя же подарок бога, зачем эти ограничители? Пошли искать своё! – он махнул рукой за пределы луча.
– А что там?
– Неизведанное! Новые земли, клады и сокровища, иные цивилизации, знания и приключения, открытия и богатства! – и снисходительно добавил, – ну и любовь для желающих. Пойдём?
– Страшно, – поёжилась я, – иди первым.
– Давно бы, если б мог! – возмутился вьюнош, – тащусь за тобой, как привязанный.
– Так ты заяц, да? – догадалась я. – А откуда про дар знаешь?
– Слушай, у тебя время истекает, у феи уже ломка начинается, если сейчас не решишь – тебя выкинет с дорожки самопроизвольно!
– Что???
– Шагай быстрее, – он начал подталкивать меня к стенке луча.
– Так выживем? – я всё не решалась.
– Если успеем!
Стенка поддавалась ещё хуже. Мальчишка упёрся в мой рюкзак, и мы, продавив преграду, вывалились в черноту. Луч истончился и исчез.
– Ты где? – темнота наваливалась паникой. Мой голос прозвучал на грани истерики.
– Здесь я, за твоей спиной, давай двигаться!
Тошка согласно курлыкнул.
– Я не вижу, куда! – кажется, я сейчас разревусь. – Чего ты ко мне пристал? Шёл бы, куда собрался!
– Так я с тобой! – удивился пацан. – Сама же звала!
– Когда?
– Слушай, я всё расскажу, только пошли выбираться отсюда, напрягает постоянно за твоей спиной держаться.
– В такой темноте я сама не знаю, где моя спина, так что выходи!
– Не прокатит, – огорченно вздохнул парнишка.
– Ну ладно. Убедил. Как нам выбраться?
– Спроси дар. Можешь глаза даже не закрывать.
– Вот умник, я всё равно ничего не вижу, – проворчала я, не желая так просто воспользоваться подсказкой.
Здесь двигаться было гораздо легче. Дар показывал множество путей. Я вспомнила. Подобное произошло на улицах Питера, когда мне было всё равно, куда идти. Но мне нужно кое-что конкретное, правда?
– Мне нужен мир людей, – половина направлений погасла, – обучение магии, – минус ещё половина, – умеренный климатический пояс, – за спиной отчётливо хмыкнули, – государство драконов, – погасли все огоньки, – ой, назад! Где вообще есть драконы, – осталось достаточно много путей, – где живёт моя судьба, – ну и пусть я покраснела, в темноте не видно! Однако количество путей не уменьшилось.
Мальчишка наставительно сказал:
– В каждом мире есть кто-то для тебя, а то и не один. Что за девчачьи глупости про судьбу?
– Но на Земле… – неизвестно почему попыталась оправдаться.
– Профукала, – легкомысленно известил юный нахал.
– Но…
– Спросишь, когда я буду добрее, – он нетерпеливо перебил меня, – пошли уже, я хочу есть, спать, пить и писать!
– Писай, я не смотрю, – огрызнулась я в темноту.
– Лопну и тебя забрызгаю, – окрысился он. – Проси ещё чего-нибудь. Я вот хочу в мир без заводов и фабрик! И чтоб никакого рабства!
– Ладно. Пусть будет без промышленности, без рабства и чтобы женщина имела равные права с мужчинами!
Всё равно осталось много вариантов.
– Полагаю, пойдём в ближайший?
– В дальний, – из вредности заявила я.
– О, женщина, имя твоё – коварство! – процедил он, явно пародируя взрослых, – ну? Что стоим?
– А что делать?
– Лети, ползи, шагай, что хочешь, лишь бы приближаться!
Теперь, когда было выбрано направление, окружающая темнота перестала подавлять. Отброшенные возможности погасли. Я легко зашагала по выбранному пути.
Как мы понимаем, что находимся в другой точке, чем были за секунду до этого? Изменяется угол зрения на окружающие статичные предметы? Сигналы собственного тела, которое прикладывает усилия, чтобы двигать ногами?
Если бы не ощущение, что цель приближается, наверное, я бы сошла с ума в этой непроглядной тихой темноте и безвременье. Сколько мы шли – минуты? Часы? Но впереди был вход, а сзади еле слышалось сопение парнишки. Появились посторонние звуки, ощущение тепла, под ногами чувствовался камень.
– Наконец-то! – меня обогнала смутно рассматриваемая в темноте фигурка.
Я остановилась, сняла одну лямку безразмерного отцова рюкзака и достала фонарь.
"Тошка, ты как?"
"Хорошо. Активная магия"
Тошка выполз и завис на шее.
– Тош, тебя так увидят.
"Здесь не страшно"
Фонарь осветил смыкающиеся над головой каменные своды пещеры. М-да, надо выбираться.
– Где вы застряли? – непочтительно завопил убежавший мальчишка.
– Идём! – Я заторопилась. Может, он нашёл выход?
На полу увеличилось количество мусора, похоже, скоро выйдем наружу. Тошка внезапно громко зашипел, я вздрогнула и успела заметить в свете фонаря, как от нас скользнула змея.
– Тошка, ты мой спаситель, – с дрожью в голосе прошептала я, замерев. Загнуться неведомо где от укуса иномирной змеи, брр!
Дракоша довольно курлыкнул. Я заставила себя двинуться дальше.
Ближе к выходу потолок и стены пещеры сближались. Пришлось создавать магическую платформу на колёсах и сгружать свои пожитки. Выползала на свет я в полусогнутом состоянии под аккомпанемент указаний:
– Так, давай, давай, ещё чуть-чуть. Упс! Больно, да? Ещё пара шагов. Осторожно спину. Стой-стой! Куда разогналась? Жить надоело?
Почти сразу за выходом из пещеры начинался крутой склон. Мальчишка стоял на нешироком уступчике и держал меня за рукав, видно, не надеясь на мой здравый смысл.
– Видишь? Спуска нет. Как понимаешь, отделения РИЛАССА тоже отсутствуют. Можно идти обратно.
Прямо подо мной колыхались верхушки хвойных деревьев, кое-где ещё лежал снег. На лазурном небе ярко светило одно солнце лишь чуть большего размера, чем наше солнышко. Свежий холодный воздух позволял ясно рассмотреть холмы, поросшие лесом, и реку, освободившуюся ото льда. И даже – я разулыбалась от радости – далёкую ленту дороги.
– Вали, – я отпихнула свои вещи, преграждающие вход в пещеру, – свободен!
– Что? Остаёмся? Класс! Как будем спускаться?
Я покосилась на этого навязавшегося попутчика:
– Сначала объясни-ка мне, дружок, кто ты такой?
– Ангел, конечно. Только воплощенный.
– Ангел? – критически окинула взглядом худощавую фигуру, – допустим. Воплощенный… Кхм… А подробнее?
Он вытаращил глаза:
– Куда ещё подробнее? Ну, вестник, посланец, послушник, служитель, короче, ангел. Воплощённый – во плоти, в теле, очеловеченный, руки, ноги, – он повертел передо мной голыми конечностями, – кстати, у тебя олимпийка была и треники, скинь на бедность, а?
Я в самом деле полезла за спортивным костюмом, запрятав обратно фонарь. Парнишка совсем промёрз в своих условных тряпочках. Взглянула на небольшие пока ступни и добавила тёплые носки с кроссовками, засунутыми втайне от папы. Ветра сильного не было, но температура воздуха была градусов пятнадцать. На видимых с уступа склонах ещё лежал снег, вероятно, ночами не намного выше нуля. Солнце перевалило зенит, значит, скоро день покатится в закат. Поэтому вытащила для себя осеннее пальто, а для парня – палантин. Тошка ускользнул на своё место, в тепло.
– А откуда взялся?
Мальчишка с удовольствием влез в одежду и сразу обмотался палантином на манер бабушкиной шали.
– Сама выпросила у Психопомпа. Читала же, что сопровождает души в мир мёртвых. Что, всерьёз думала, будто всё сам?
Весь в разномастной одёжке, он производил впечатление беспризорника двадцатых годов и вызывал сильное сочувствие. Но, как ни странно, поверила я ему сразу. По крайней мере, это нисколько не выбивалось из невероятных событий прошедшего лета.
– Ясно. А что ты можешь?
– Ну, думаю, что есть, спать. Мёрзнуть могу, оказывается.
– Маловато для выживания, – я невольно подвинулась к пещере, почему-то сейчас оттуда шло тепло.
– Условие такое. В чужой храм со своими ангелами не ходят.
– Круто, – восхитилась я, – и что же, ты теперь всегда со мной?
– Может, когда освоишься, будешь отпускать меня на самостоятельную разведку? – заискивающе улыбнулся он.
– Посмотрим на твоё поведение, – тоном опытной училки пообещала я. – Как тебя называть-то?
– Как хочешь, – он заполз между мной и пещерой, где потеплее. – Нас таких армия, и все ангелы.
– Знаешь, у меня в детстве любимый мультик был про Ёжика и Лошадку. Вот ты очень похож на Ёжика. Согласен на такое имя?
– А ничего, что я кудрявый?
– Так сильно кудрявый, что колючий, – парировала я.
– Кстати, про мультик – ничего удивительного с твоим даром. Небось, любимая сказка была, как Иван-царевич свою Василису ищет.
– Угадал, кудрявый. Хватит на камнях сидеть. Согрелся?
– Угу, а тебя как можно называть?
– Дашей. А дракошу Тошкой.
Я попробовала рассмотреть подножие горы, держась за Ёжика. Нет, не видно.
– Нам бы сегодня наладить спуск вниз, чтобы завтра с первыми лучами покинуть эту гостеприимную пещерку. Сегодня переночуем в ней. Ещё напомни мне, чтобы я время заметила – во сколько стемнеет. А завтра, если повезёт, – во сколько рассвет. Тошка, ты спасёшь нас от змей?
"Спасу. Сама можешь. Защитный круг"
– Точно, спасибо, мой хороший.
– Даш, а ты кормить меня будешь? – Ёжик преданно стоял возле моего рюкзака, где был сложен провиант.
– А ты хочешь есть?
– Ещё с межмирья, я же говорил! – возмутился Ёж, – как можно быть такой забывчивой!
– Мог и сам подготовиться! Не маленький, чай, – проворчала я, снова залезая в сумку и доставая солёные сухарики, заботливо насушенные Зоей.
– Ответственность за меня несёшь ты! – обрадовал мальчишка. – А в виде духа много не подготовишься.
– Грызи пока, – протянула ему пакет, – вечером постараемся набрать дров и сварить кашу. Ну, или шурпу, – неуверенно завершила я. С кашами у меня было не очень.
Он захрустел, всё так же сидя у пещеры и опираясь на рюкзак. Я прошла по уступу три шага туда, три обратно. И ещё раз. Ёжик с интересом наблюдал за мной. Мешочек заметно худел. М-да, аппетит, похоже, ему тоже подростковый достался. Проблема пищи выступала на второй план сразу за вопросом спуска.
Так, если магической петлёй захлестнуть верхушку самого высокого дерева (при условии, что хвоя не будет скользить!), а вторую петлю закинуть на тот валун, то сама я слезть смогу. И сумки спустить будет не проблема. И если первым Ёжика, то всё получается. Надо только разведать, что там внизу. А то вдруг болото?
– Я достану воду? – подал голос мальчишка.
– Достань, – автоматически махнула на рюкзак, пытаясь захлестнуть верхушку иномирной сосны. Петля не хотела долетать, бессильно опадая с полпути. Ладно, рано отчаиваться. Валун был куда ближе. Раза с пятого мне удалось его захлестнуть, на восьмой раз петля закрепилась, и после пары активных проверяний валун сорвался вниз, чуть не утащив меня с собой.
– Ой! – Я испуганно отшатнулась от края, выпустив верёвку из рук. Ёж, наоборот, подскочил поближе, свесился, пытаясь разглядеть следы прохождения камня. Снизу раздался глухой удар. Значит, не болото. Уже радость. Хотя… откуда болото среди холмов и леса?
– Он что, сильно мешал? Или ты от нечего делать? – Ёж вернулся к пещере и уселся на сумку.
– Какая теперь разница? – расстроенно отозвалась я, проминая сумку попой с другого края. – Это был хороший план, увы и ах.
Стало холоднее. Солнце клонилось к горизонту. Скоро придётся заползать обратно в пещеру, если ничего не придумается. А пацана надо накормить чем-то горячим.
– Ты же маг, – наставительно сказал он, – наколдуй лестницу, делов-то!
– Умный какой! А что сам не наколдуешь?
– Я не маг, – он пожал плечами и отвернулся от меня, видно, сожалел об этом. – Кое-какие дары у меня остались, конечно, но в целом – обычный льерис, если тебе так понятнее.
– Мои соболезнования, – сочувственно потрепала его по плечу.
Он с независимым видом задрал нос:
– Я сам подписался. И то повезло. Знаешь, сколько желающих было? После открытий Колумба такого ажиотажа не наблюдалось. Наши тогда чуть не через столетие попали на новые земли. Инквизиция свирепствовала – мама не горюй!
– Расскажешь? – загорелась я.
– Давай позже. Ты хотела лестницу делать.
– Во-первых, это твоё авторство, а во-вторых, куда ты предлагаешь её крепить? Единственный приличный валун уже опробован.
– А ты представь, что она вырастает прямо из камня и оторвать её можно только с горой, – он подскочил и стукнул кулаком место, откуда, по его мнению, должна вырастать лестница.
– Здорово придумал, – похвалила я и начала «выращивать» канатную лестницу из камня.
– Это ты думаешь сложно, а надо проще быть. Хотя все люди такие. Думаешь, когда Гермес алфавит придумывал, то веками мучился над буквами? А ваши историки до сих пор гадают, какая буква на что похожа. Готово?
– Метров пять, – прикинула я.
– Ты что, каждое звено отдельно колдуешь? – ужаснулся Ёжик. – Опять фигнёй страдаешь. Скопировать – вставить, скопировать – вставить. Могла бы вспомнить компьютерные курсы и не тормозить!
– Вот неблагодарный! – рассердилась я. – Для него стараются, а он даже разговаривать повежливей не может!
Ангел надулся и отодвинулся вглубь пещеры.
– Куда? – завопила я. – Там змеи!
– На меня не могут напасть неразумные, у них инстинкты сильнее.
– Давай не будем проверять на змеях, лучше найдём кошку или мышку, – уговаривала я заартачившегося мальчишку, подождала немного, – ну хорошо, я признаю, что твоя идея с копированием была отличной, но разговаривать ты должен вежливо!
Красноречивое молчание.
– Или ты срочно начинаешь меня слушаться и быть вежливым, или можешь возвращаться и отчитаться, что миссия провалена.
Из пещеры послышался шорох и на четвереньках выполз Ёжик.
– Дело проясняется, – протянула я, сматывая всё удлиняющуюся лестницу, – напомни-ка, как именно ты попал в мои сопровождающие? Прошёл по конкурсу?
– По конкурсу прошёл другой ангел, – просветил Ёж, снова обживая сумку.
– Подделал результаты? – Я скинула лестницу смотанным рулоном на склон, быстро разворачиваясь, она затерялась среди камней и кустарника.
– Ммм… подделывали ещё шестеро, – неохотно сдал соперников ангелок. – А я с Тошкой договорился.
"Тошка???"
"Другие не понравились"
– И чем ты его подкупил?
– Обещал слушаться, помогать, не бросать в беде, хорошо себя вести и не врать, не скрывать нужную информацию, – пробурчал Ёжик.
Я многозначительно напомнила:
– Теперь ты обещал это нам обоим! Обещал?
– Обещал, – уныло признал ангел.
– Вот и отлично! – Я поставила ногу на первую ступень, – всё готово, полезла.
Только сейчас я подумала, как буду поднимать дрова для костра. Пусть Ёж не видит магическую верёвку, привязанные к ней палки разглядит же? В первый лестничный проём продела виденный когда-то у папы автомобильный оранжевый трос, обоими концами обмотала свой пояс – дополнительной страховкой будет.
– Жди!
Спустившись на несколько метров, подняла голову и увидела кудри Ёжика. Крикнула:
– Не бойся, я здесь!
– Щит поставь! – донёсся совет бывалого.
Опять он прав.
Спускаться было несложно. Но я не раз пожалела, что не догадалась сделать перекладины деревянными. Ступням было неудобно, а мне хотелось не под ноги смотреть, а вокруг. Любопытно!
Иглы хвойных деревьев оказались куда длиннее, чем у наших сосен, а ниже обнаружилось, что лес у подножия смешанный. Конечно, листьев ещё не было, снег сошёл не так давно, однако почки уже набухли. Земля сырая, но за счёт прошлогодней подсохшей листвы ногам удаётся не разъезжаться.
Валежника было полно. Значит, люди здесь ходят редко. Я придирчиво выбирала самые сухие палки, не удаляясь далеко от лестницы. Солнца отсюда видно не было, но пока не наступила темнота, я торопилась набрать побольше. Получившуюся кучу несколькими вязанками прикрутила к тросу, скрепила концы и начала поднимать. Потом додумалась вдеть трос в большой ворот, чтобы даже ручка крутилась сама.
"Опасность!"
Я автоматически усилила щит и отодвинула от себя на максимум.
Большой серый тигр обиженно взвыл, упав со всего размаха пузом на мою шипастую защиту. Я попятилась, а хищник скатился и исчез, не потревожив беспорядочные завалы сушняка. Окружающий лес теперь не казался безопасным и подходящим для прогулки с подростком. Настороженно оглядываясь, я отступила к лестнице и единым махом одолела метров пять. Зависла, пытаясь отследить путь хищника. Напрасный труд.
– А-а! – донеслось сверху.
– Иду! – закричала я. И добавила негромко, – Тошка, спасибо за предупреждение!
"Стану большим – смогу победить"
– Ты мой герой, – растрогалась я.
Подниматься было сложнее. В итоге я остановилась и таки преобразовала перекладины в нормальные дощечки. Тяжесть не страшна, всё равно канат слит в одно целое с горой!
Чем выше, тем сильнее чувствовался вечерний холод. Солнце заползало за горизонт, расцвечивая стволы сосен в багровые оттенки. Под камнями тёмными лужами расплывались тени, и, прислушиваясь к вечерним звукам леса, я вдруг ощутила себя главным героем триллера. Надо сказать, это здорово придало сил, и наверх я взобралась счастливая от мысли, что сейчас увижу Ёжика, свой рюкзак и сумку с шубой.
Неугомонный ангел развёл небольшой костерок. Кучи валежника, как и моего груза, поблизости не наблюдалось. Только небольшая горка аккуратно наломанной растопки возвышалась на краю уступа.
– Ну как ты тут? Смотрю, всё прибрал.
– Скучновато, – ангел протянул руки к костру, – и есть хочется. А внизу что?
– Внизу смешанный лес, весь в завалах, сырая земля и серый тигр.
– Я бы посмотрел, – завистливо вздохнул Ёж и указал на солнце, – ты просила напомнить.
Я посмотрела на часы. Нужно попробовать установить временны́е ориентиры.
– Если мы пришли сюда в одиннадцать с минутами по земному времени, а здесь было немного за полдень… Возьмём примерно тринадцать часов. Разница – два часа. Заход солнца по местному времени около семи. Середина апреля, может быть? Думаю, выходить раньше шести утра не имеет смысла, поэтому завтра встаём в пять, а по-нашему в три. Обойдёмся без умывания, собираемся, спускаемся и постараемся дойти до реки хотя бы к вечеру.
Ёжик утомлённо кивал в такт моему монологу. Совсем расклеился парень, наверное, он просто ещё не умеет бороться с усталостью, как это вынуждены делать люди на протяжении всей жизни. Но всё же заметил:
– Это если сутки здесь примерно равны земным.
– Ну да, – я с беспокойством сказала, – ты не засыпай, сейчас горячего сварим, тебе обязательно поесть надо, – и попросила дракончика, – Тошка, подстрахуй от змей.
Дракоша перебрался на шею и принялся подсвистывать. Я полезла в темноту каменной щели. Рюкзак обнаружился недалеко от входа, сразу за кучей веток. Достала фонарь (кто мог подумать, что он будет так нужен, спасибо папе, что убедил!), котелок, гречку и соль с травами. Ложка, правда, таки была одна. Зато у нас оставалась полторашка начатой Ёжиком минералки и литровая бутылка кипяченой воды.
Соорудить из магии рогатки с вертелом, подвесить котелок, залить пол-литра и сразу забросить гречку. Авось быстрее сварится, вода и так кипяченая.
Темнело очень быстро. Я подумала и вдоль уступа поставила ограждение. Ёжик клевал носом, весь закутанный в тёплый палантин. Я подкинула веток в костерок и поползла опять в пещеру обустраивать ночлег.
– Тошка, а змея где?
"Далеко"
– Отлично!
Первым делом установила поперёк металлическую защиту от змеи, руководствуясь образом дуршлага. Вдоль стены разложила свёрнутую пенку. Жаль, узковата для двоих. Укрываться будем шубой, а под голову засунем сумку, накрытую палантином. Как там наша каша?
Ёжик уже сопел, приткнувшись головой к камню. Каша кипела и была на грани готовности, правда, жидковата. Я попробовала. Без масла совсем не то, увы. Подсыпала соли и специй, помешала.
Интересно, умеет ли Ёж охотиться? Помнится, Аполлон очень уважал охоту, да и Артемида покровительствовала. Встречный вопрос: смогу ли я что-то приготовить с добычей? Не с абстрактным куском мяса, разделанного, аккуратно рассортированного по магазинным полкам, а реальной добычей с шерстью, шкурой, внутренностями? Похоже, некоторые вопросы не стоит себе задавать. Зато у меня есть крючки с леской, а с рыбьими потрохами я давно справляюсь без трепета.
Пора снимать котелок с огня. Отставила его подальше от Ёжика, чтоб не пнул случайно. Скоро остынет каша, тогда и разбужу. Тошка тоже дремал, свернувшись в браслет.
От котелка поднимался пар, воздух пах лесом и костром, совсем как на Земле. Легко вообразить, что подходит к утру Королевская ночь в детском лагере и ты одна стоически бодрствуешь около затухающих угольков. Друзья разбрелись по палатам, а ты предвкушаешь, как с утра всех потрясёшь заявлением, что не спала всю ночь, и всё подкладываешь веточки в костёр, потому что жаль расставаться так скоро. Наверное, романтика ночного костра неистребима в подростковых душах.
– Ёжик, – позвала шепотом, чтобы не напугать ребёнка, – Ёжик! Просыпайся, каша готова.
Ёж зашевелился.
– Я уснул, да? Наверное, наши не могли больше ждать, – он с удовольствием потянулся.
– Какие наши? Тут только мы с тобой и Тошка. Ложку бери, видишь котелок? Только постарайся палантин не измазать, нам на нём ещё спать.
Ёжик завис в позе лотоса над котелком:
– Вкусно! А можно сюда сухари?
– Неужели остались?
– В рюкзаке, – прошамкал он с набитым ртом.
– Ешь, сейчас принесу, – я включила фонарь и скоро вернулась с сушеным хлебом и минералкой.
– В кашу жалко, я лучше так, – закинул Ёжик горсть сухариков в рот. – А фы фо и еф?
Я промолчала. Он сглотнул и переспросил:
– А ты что не ешь? Я тебе ещё днём сказать хотел – плохо с собой поступаешь!
– Не хочется, – я уселась на подол пальто напротив ангела. Костерок уютно потрескивал, согревая и освещая нашу маленькую площадку.
– Само собой! Тебя иржень с толку сбил, а потом организм привык. Это как сидячая работа. Сначала хочется побегать, потом хотя бы походить, а потом уже лень потянуться. А организм так устроен, что лишнего в нём нет. Вон фараоны довыпендривались. Теперь лежат мумиями со вспоротыми животами, символизируя отсутствие жизненных потребностей. А какие сильные маги были! Почти над каждым такой саркофаг поставили, лишь бы полстраны не угробил, пока помирает. Уф, наверное, наелся, – он отодвинул котелок ко мне, – твоя очередь. Да не боись, я тебе мало оставил.
Осталось ложки три, желудок заворчал, недовольный пробуждением. Однако я решительно дожевала остатки, судьба предыдущих голодающих меня сильно впечатлила. Проблема мытья котелка встала в полный рост. Поскольку грязным был он весь: снаружи в копоти, внутри – в каше, то метод аналогии не подходил. А вода слишком была нужна самим.
– Ёж, ты знаешь, как котёл почистить?
– А ты только по аналогии можешь?
– Могу «Фейри» с железной щёткой, – я постучала котелком об камень в надежде сбить копоть.
– Не пойдёт, – неожиданно серьёзно отозвался на шутку Ёж, – а чем ты ещё можешь чистить?
– Посуду?
– Хоть что.
– Ну, – я задумалась, – шваброй, щёткой, «Ванишем», отбеливателем, содой, кнопкой «Delete», пылесосом, губкой…
– Стоп, стоп. На мой взгляд, самыми перспективными являются пылесос и кнопка "Delete".
– Потому что с остальным ты не знаком? – насмешливо спросила я.
– Потому что до создания веществ ты не доросла, а швабра в котелок не поместится, – парировал Ёж.
– Попробовать пропылесосить? – кажется, я тоже устала, голос прозвучал совсем вяло. – Сейчас.
– Сначала на камешке, – ангел предусмотрительно подсунул мне опытный образец.
Пылесос, состоящий из мешка, надетого на раструб, неожиданно громко загудел и сожрал с камня всю копоть вместе с мохом.
– Ого! Мощненько! – восхитился Ёж, протянул руку и потрогал комок грязи и копоти в невидимом для него мешке.
Через минуту и котелок блистал чистотой, а грязи в мешке прибавилось.
– У тебя уши не закладывает от этого гудения?
– Какого? Ааа! Наверное, мощность у тебя ассоциируется с уровнем шума, – он отхлебнул минералки, с любопытством глядя в небо, – ты уже видела местную луну?
Я вытряхнула грязь за барьер, развеяла пылесос и, только вернувшись на своё место у костерка, подняла голову к звёздам.
Это было удивительно пустое небо.
Сейчас совсем стемнело и стало холодно. В такие ясные ночи на Земле четко видно обычным взглядом звёздное множество. Я, как и любой школьник России, легко определяла Большую и Малую Медведиц, с бабушкиной дачи часто наблюдала за ночным полётом самолётов и спутников Земли. И красавица Луна являла своё непостоянное высочество.
Здесь же редкие крупные звёзды никак не складывались в созвездия, а мелкие, как ни пыжились, не могли создать картинку звёздного кружева. Не было даже луны.
Ночному небу с одинокими огоньками удалось заставить меня почувствовать себя действительно в другом мире, потому что навалилась такая тоска, что хоть беги в пещеру и пробивайся обратно: к Олегу, папе с Зоей, бабушке.
– Наверное, мы совсем на краю галактики или даже вселенной, – заявил Ёж.
Я промолчала и постаралась не шевельнуться, чтобы не заплакать и не побежать сквозь пещеру в закрытую кирпичом арку на Землю.
Ежу быстро надоело любоваться пустым небом.
– Даш, а ты, конечно, втянула верёвку и лестницу?
Я попыталась совладать с голосом:
– Конечно, нет. Завтра всё равно спускать. Да и увидеть их сможет только маг.
– Я вам с Тошкой обещал защищать, так мой совет – втащить их сюда. Мы не знаем, может, именно у этой горы именно сегодня устраивается шабаш. А лестница – отличное средство демаскировки.
– Всё равно мы наследили запахами костра и каши, – отмахнулась я устало.
– Тогда я здесь спать буду, – он поудобнее закутался и поёрзал, подыскивая местечко поровнее.
– Чтобы ворог не пробрался? – ехидно спросила я, но сдалась, подошла к краю и стала затягивать верёвку и лесенку на площадку.
Ёж не ответил, разбрасывая костерок. Я закончила и посмотрела на экран электронных часов.