Они улетели.
Маша сидела дома одна и плакала. Если бы её спросили, почему она плачет, она бы не смогла точно ответить. Просто тоска. Эта тоска сдавливала грудь и выходила слезами.
Ещё вчера они все вместе были у Андрея на даче, в этом чудесном доме, как будто стоящем на другой планете – так там было тихо и хорошо. Никого, кроме них. В этот последний выходной все опять встали рано и по очереди шутили на эту тему. Снова Андрей приготовил омлет и этот свой необыкновенный кофе, а потом все, не спеша, стали собираться в Москву.
Она укладывала сумку, а сама все вспоминала, как они вдвоём ушли от реки и нашли живописную лужайку для съёмок. Он все время говорил. Рассказывал о заповедных местах, в которых побывал, а она делала вид, что увлечена работой. Потом незаметно, как-то само собой, они перешли на "ты". Потом она уже перестала снимать и просто слушала его, как маленькие дети слушают интересные истории из взрослой жизни. Андрей объездил весь мир, где только он ни бывал. И в Индии, и в Африке, и в Тибете. "Рерих ничего не приукрасил, – говорил он. – Там ещё и не такое небо бывает. Ты могла бы сделать замечательные кадры в этих удивительных горах. А какие там люди встречаются! Монахи… Лица, жесты… Тебе надо самой увидеть".
Хотелось слушать ещё и ещё, хотелось, просто, быть с ним рядом. Но день подошёл к концу, надо было идти к Селику, возможно, будить его там, у реки, а теперь и вовсе ехать домой и, может быть, не увидеться больше с этим НАСТОЯЩИМ человеком.
Хотя что-то изменилось в их взаимоотношениях, Маша отчётливо поняла, что это не последняя их встреча. Она даже начала надеяться, что искра, проскочившая в ней, затронула и Андрея.
В овраге они опять проделали тот же фокус, но голова уже не закружилась и чувство единения с природой было приятным и умиротворяющим. В этот раз они обсуждали с Андреем свои ощущения всю дорогу до машины и пришли к выводу, что человек и окружающий его мир, суть, одно целое. Никакой он не хозяин природы, а маленький винтик в этой огромной машине мироздания. Просто жизнь теперь скачет, как сумасшедшая, и все труднее вот так отрешиться от всего и почувствовать себя частью единого организма, ощутить связь с ветром, деревьями, травой, впитать в себя это чувство покоя и бесповоротной уверенности, что все идёт как надо и будет идти вечно. Насчёт "вечно" они тут же поспорили, но без большого энтузиазма. Что спорить о вечности?
Когда они, наконец, добрались до автомобиля, Маше стало зябко, она даже накинула куртку. Предчувствие скорого расставания с этими, теперь уже двумя, дорогими её сердцу людьми, давило на неё почти физически. Тоска, та самая, что теперь сжимала её, начала потихоньку обвивать, как вода, вытягивать тепло солнечного дня и заставлять ёжиться от воображаемой прохлады. А может и не воображаемой – похоже, в лесу стало холодно…
И опять была дорога. Андрей легко вёл эту большую машину, но в этот раз почти все время молчал.
Сначала они завезли её домой. Андрей с Селиком проводили её до подъезда и сказали, что, скорее всего, завтра улетят. Она сказала, что обязательно поедет их провожать, поцеловала Селика, а потом, набравшись смелости, ткнулась губами в щеку Андрея. Тот так же коснулся губами её щеки и они уехали, а она осталась ждать звонка.
Вечером позвонил Селик и сказал, что они решили лететь с утра – разница во времени заставляет. "Мы за тобой заедем часам к восьми. Водитель тебя потом домой отвезёт. Как ты?" – он, конечно, чувствовал, что ей хреново. Маша ответила, что ничего, нормально. Он сделал вид, что верит и попрощался.
А утром они все вместе поехали в Шереметьево. Селик быстро сходил куда-то за билетами и, уже через двадцать минут, началась регистрация. Маша не ожидала, что прощание будет таким быстрым, надеялась, что они проведут в аэропорту больше времени и эта вынужденная пауза, как катализатор, проявит что-то, может быть будет сказано что-то важное и это даст ей больше уверенности в том, что она не ошиблась насчёт искры.
Очередь к стойке первого класса была крошечная, всего два пассажира, и уже через пять минут она опять целовала Селика, а потом Андрея. Маша изо всех сил старалась не заплакать.
Они уже почти ушли за стойку, но Андрей, вдруг, вернулся, взял её за руку и сказал: "Мы скоро вернёмся. Обещаю. Не волнуйся – все будет хорошо". Потом быстро, не оглядываясь, пошёл за Селиком и они затерялись в толпе.
Водитель отвёз её домой и она, как вошла, так и сидела на кухне, а слезы капали на руки. Слова, сказанные Андреем в последний момент, вселили в неё надежду. Едва осязаемую, призрачную, но надежду. И от этого тоска ещё сильнее обвила её и начала давить. Тоска не знала, что выжимая все больше и больше слез, она сама себя убивает, выходя из Маши вместе с этой солёной влагой.
Слезы кончились, Маша ещё несколько раз глубоко вздохнула и поняла, что тишина в кухне не полная, как ей казалось минуту назад. Она услышала часы. Обычная пластмассовая тарелка для кухни – тик-так, тик-так. Но вместо этих привычных звуков, ей опять показалось – Ан-дрей, Ан-дрей, Ан-дрей…
.....
– Трейсеры молчали больше суток. Я докладывал. Теперь опять работают.
– Где они?
– Объекты 1 и 2 уже в пути. Объект 3 на квартире.
– Когда они будут здесь?
– Посадка в Сан-Франциско сегодня в 16:08 по местному времени.
– Группа на месте встречи готова?
– Да.
– Хорошо. Где вы их потеряли?
– В двадцати восьми километрах от города, по Дмитровскому шоссе. Они съехали на грунтовую дорогу. Через четырнадцать минут сигнал исчез. Мы проверили – машина стояла на обочине, у леса – объектов не было.
– Замолчали сразу все трейсеры?
– Да. Все шесть.
– Этого ни вы, ни я не могли предусмотреть.
– Ещё один факт.
– Слушаю.
– Наружное наблюдение подтверждает сильный эмоциональный контакт объектов 1 и 3. Есть записи разговоров в аэропорту. Уже отправлены к Вам обычным каналом.
– Прекрасно. Продолжайте вести Объект 3. Я буду в Сан-Франциско. Держите со мной связь.
Перелёт был долгим и скучным. Сергей порадовался, что они путешествуют первым классом. Когда он первый раз летел в Америку обычным пассажиром, он с трудом смог спуститься по трапу, так засиделся в кресле.
В аэропорту их встретил представитель компании на лимузине и отвёз в, снятый для Андрея, дом. Это был средних размеров коттедж в престижном пригороде. Бассейн, небольшой сад и гараж на три машины.
Первым делом решили посмотреть автомобиль. В гараже уже стоял, заказанный Савельевым, внедорожник. Скупиться не стали – Хаммер с подкачкой шин, двумя лебёдками и реечным багажником на крыше. Огромные колеса, усиленная подвеска – все, что нужно для езды по бездорожью. Рядом, на большом верстаке, лежало остальное. По соседству с этим монстром была обычная машина для города.
Представитель, обильно потеющий коротышка, провёл их по всем помещениям, предложил отдохнуть с дороги и, уходя, отдал Андрею солидных размеров папку.
– Здесь ответы на, интересующие Вас, вопросы о местности и особенностях предполагаемого производства,– пояснил он и протянул свою визитку. – Если что-нибудь понадобится, звоните в любое время. Мне поручено обеспечить вас всем необходимым.
Лимузин плавно отъехал от дома и скрылся в направлении города. Андрей предложил чего-нибудь съесть, а потом заняться осмотром снаряжения.
Холодильник был забит под завязку самыми разнообразными продуктами от авокадо и йогуртов до рождественской индейки и целой горы полуфабрикатов. Сергей сказал, что теперь его очередь готовить и занял кухню. Андрей не возражал, он пристроился на краю стола, чтобы не мешать, и начал читать документы.
Вскоре аппетитные запахи заполнили комнату и на столе появились две тарелки со свиными отбивными, салат в большой стеклянной салатнице и кувшин апельсинового сока. Сергей очень старался не ударить лицом в грязь после того прекрасного сатэ, которым угощал их на даче Савельев. Андрей ел и похваливал. Не то ужин, не то завтрак (разница во времени сбивала с привычного ритма) привёл их в отличное настроение.
– Ну, пойдём посмотрим, что у нас есть, – поднялся из-за стола Андрей.
На верстаке, в больших рюкзаках и спортивных сумках было уложено два одинаковых комплекта снаряжения – по списку, составленному ещё в Москве. Андрей тщательно проверил все, он не пропустил ни одной мелочи. Закончил он GPS навигатором и одобрительно кивнул, обнаружив, что на электронной карте отмечены точки координат, интересующей их местности.
– Прекрасно, – сказал он. – Все по высшему разряду. Можешь передать своим коллегам благодарность. Даже фонарики водонепроницаемые – я этот момент упустил, а они – нет! Ты Маше позвони, скажи, что долетели нормально, что все хорошо, а я ещё карту посмотрю.
– А когда поедем? – спросил Сергей.
– Завтра вечером можно, а лучше послезавтра. Выспаться надо, отдохнуть. Ко времени привыкнуть – все-таки одиннадцать часов разницы! В бассейне поплаваем, опять же надо сначала план разработать. Без хорошего плана можно очень долго провозиться.
– Ясно. Пойду тогда на кухне приберусь. Надо ещё начальству доложить, что и как.
– Маше не забудь позвонить, – Андрей уже расстелили на капоте машины карту.
– Не забуду, не забуду, – проворчал Сергей, выходя.
– Вот и славно,– задумчиво сказал Андрей, вглядываясь в ветвистый рисунок побережья.
* * *
Сергей засунул тарелки в посудомойку, налил себе сока и достал телефон. Он хотел позвонить сестре, но не успел набрать номер – аппарат зазвонил сам.
– Добрый вечер, Серж!
– Здравствуйте, мистер Профит. Как раз собирался вам звонить.
– Все в порядке? Как мистер Савельев?
– Спасибо. Все о ‘Кей – долетели отлично, снаряжение на высшем уровне, Андрей даже просил передать благодарность тем, кто его комплектовал.
– Хорошо, Серж. Я рад, что мы сумели удовлетворить его запросы. Теперь о деле. Через час я жду вас в нашем офисе, в Сан-Франциско. Адрес есть в вашем навигаторе. Приезжайте один.
Сергей удивился.
– Но вы же сами говорили, что мы не должны привлекать внимания, работая над этим проектом, и письменных отчётов будет достаточно.
– Предоставьте мне решать,– отрезал Алек.– Речь не об отчёте. Через час. Жду.
В трубке раздались короткие гудки. "Какого хрена?! – подумал Сергей.– Что ещё?" Внутри него заворочались нехорошие предчувствия. Чего ждать от этой встречи? Алек, явно, вызывал его на серьёзный разговор, раз сам прилетел в Сан-Франциско. Иначе он, просто, позвонил бы.
Делать нечего – надо двигаться. Он вспомнил, что собирался позвонить Машке.
– Привет, сестрёнка.
Машка заорала в трубку так, что ему пришлось отодвинуть ухо.
– Вы меня убить хотите?! Я уже все ногти сгрызла! Самолёт приземлился почти четыре часа назад!
– Прости, Маш. Пока доехали, пока распаковались… Вот я сразу и звоню. Андрей привет передаёт. Все хорошо.
– Можно было и из аэропорта набрать,– она сразу сбавила тон и засыпала его вопросами.
Сергей рассказал ей все – и про полет, и про дом, и про снаряжение, и даже описал представителя компании, этого смешного коротышку.
– Ладно, Маш, мне бежать надо. Шеф вызвал на доклад, потом ещё наберу.
– Ну, беги,– разочарованно протянула она. – А Андрей не с тобой?
– Он там карту изучает, планы составляет. Мы вообще-то работать приехали, забыла?
– Все-все. Иди. Позвоните ещё, обязательно.
* * *
Навигатор привёл Сергея к небольшому зданию недалеко от центра города. Офис компании здесь был пока небольшой. На посту охраны его ждали и объяснили куда пройти. Он легко нашёл нужный кабинет и постучал.
– Вы пунктуальны,– приветствовал его Алек.
– Спасибо навигатору, – улыбнулся Сергей. – Сам бы я ещё не один час искал этот адрес.
– Садитесь. Я пригласил вас сюда, как вы справедливо заметили, нарушая собственные указания, по серьёзному поводу.
Сергей смотрел Алеку в глаза – тот, явно, нервничал.
– Насколько я могу судить, – продолжил шеф. – Вы очень сблизились с мистером Савельевым, я не ошибаюсь?
– Я бы так не сказал, но у нас сложились хорошие отношения.
– Вы осторожничаете, Серж, не хотите откровенно ответить. И это многое мне говорит. Должен вам сказать, что я немного изучил русские обычаи и знаю, что у вас есть форма общения на «ты», которая подразумевает близкие отношения. Не буду ходить вокруг, да около. Я позвал вас, чтобы предупредить.
«Следили за мной, что ли? – подумал Сергей. – Что-то вы, мистер Профит, обо мне забеспокоились?»
– Я покажу вам кое-какие документы, а вы сами делайте выводы. Имейте в виду – я предупреждаю вас в интересах дела. Если вы отнесётесь к тому, что я вам покажу скептически, я не буду переживать – ваше дело.
Алек положил перед ним на стол несколько распечаток. Сергей обратил внимание, что папка, из которой тот их достал, была подписана «Саймон».
Первый лист был копией контракта, похожего на тот, который подписали они с Савельевым. Далее было что-то вроде биографии: «Козлов Анатолий Андреевич, родился…, работал… с… по…, погиб при невыясненных обстоятельствах». Следующая распечатка содержала примерно то же самое, только имя было другое – Кременецкий Эдуард Константинович. Этот Кременецкий тоже подписывал контракт с Савельевым на работы по прогнозу состояния земельного участка, там-то и там-то, после чего исчез и, на сегодняшний день, числился пропавшим без вести, по сводке полиции штата Калифорния. После шли ещё пять распечаток, почти идентичных первым двум. Фамилии были все русские, а их обладатели либо умерли при подозрительных или не выясненных обстоятельствах, либо исчезли. К некоторым листам были приколоты неприятные фотографии.
Сергей дочитал и вопросительно посмотрел на Алека.
– Как видите,– сказал тот. – На лицо некоторая закономерность.
– Вы хотите сказать, что Андрей от них избавлялся?
– Я ничего не хочу сказать. Я показал вам эти бумаги, чтобы вы были осторожны. Что случилось с этими посредниками и почему – не известно. Важно, что все они, по тем или иным причинам погибли. Причастен к этому мистер Савельев или нет, то же не известно, да и не важно! Если вы не заметили, двое из списка пропали до полного исполнения обязательств мистером Савельевым. Я хочу, чтобы наш контракт был выполнен целиком и, в связи с этим, предупреждаю вас об опасности. От кого исходит эта опасность, я не представляю, но вам полезно знать, что она есть – это всё.
Эта речь произвела впечатление. Сергей крепко задумался. Алек, действительно, заботился, прежде всего, о деле, сам он его не интересовал. Этот факт был очень в стиле Алека, следовательно, всё, что он сказал и показал, было настоящим. Следовательно, надо было, теперь, очень осторожно себя вести с Андреем. По крайней мере, пока Сергею не удастся выяснить источник угрозы.
Видя, что тот молчит, Алек продолжил.
– Не в моих правилах заниматься подобными вещами, вы знаете. Но в данном случае, я несу громадную ответственность. Весь проект – моё детище.
«Да, куда уж яснее, – подумал Сергей. – Раз ты всё это придумал, Кросс с тебя живого шкуру сдерёт, если дело не выгорит». Вслух же он сказал:
– Спасибо, мистер Профит. Я буду осторожен, – какие бы мотивы не двигали Алеком, Сергей был, действительно ему благодарен. – Но вы, видимо, не только это хотели мне сказать…
– Приятно видеть, что я не ошибся в вас, Серж, – улыбнулся тот. – Это, и правда, не всё.
Он помолчал немного и продолжил.
– Я прошу вас внимательнейшим образом проследить за тем, как мистер Савельев делает то, что он делает. Если вы сумеете понять как, доложите мне. Лично. Найдите возможность связаться со мной через несколько дней, в любом случае, даже если ничего не выясните. У меня для вас есть ещё одно задание. О нём мы тогда и поговорим.
Алек собрал со стола бумаги и кивнул на дверь – всё было сказано. Сергей поднялся и вышел, на душе у него было тяжело.
Он вёл машину, изредка поглядывая на навигатор. Дорога кончилась пару километров назад, теперь экран показывал только направление. Андрей не в первый раз ехал по компасу и трудностей не испытывал. Джип был выше всяких похвал – шёл плавно, не сильно реагируя на неровности.
Полтора дня отдыха пролетели незаметно, они с Сергеем повалялись на солнышке у бассейна, поплавали и вообще прекрасно провели время. Правда, Андрей чувствовал, что между ними появилось какое-то напряжение. Сергей вёл себя, вроде, как обычно, но после короткой поездки в город (начальство вызывало), их отношения неуловимо переменились и пока Андрей не понял, что, именно, произошло.
Он украдкой наблюдал за ним и видел, что Сергей напряжённо о чем-то размышляет. "Ладно,– подумал он.– Подождём. Сам расскажет. Ну, а не расскажет… Разберёмся".
Сейчас Андрея больше занимало другое – как сходить на разведку? Второй раз тот фокус, который он проделал в овраге не пройдёт, а раньше времени посвящать Сергея в суть дела не хотелось. Да и вообще, надо ли? Он долго думал об этом и, в конце концов, решил – надо. Не должно быть недоговорённости, так как по поводу Маши у него созрели самые серьёзные намерения. А "начинать семью с обмана", как говорилось в одном известном фильме1, нельзя.
Но это он сильно забежал вперёд – надо ещё Машу спросить, а будет ли семья? Он, правда, заметил, что она не равнодушна к нему, но те ли это чувства, которые испытывает он сам? И потом, не смотря на внешний вид, ему ведь скоро восемьдесят пять – старик с молодым телом. Как она это воспримет? Может с криком убежит? Он нервничал, как мальчишка и это лишний раз доказывало, насколько глубоки его чувства. Не важно, сколько тебе лет, если любишь, тебя лихорадит одинаково и в шестнадцать и в девяносто, пока нет уверенности в главном – взаимно ли это?
На этом безответном (пока) вопросе они достигли первой точки координат. Андрей заглушил двигатель и выскочил из машины. Прохладу кондиционера моментально выдуло из-под рубашки горячим ветром. Сергей тоже вылез с пассажирского места и протянул ему карту с многочисленными пометками.
– Можно было подальше проехать,– сказал он.– Тут же ещё, даже не граница участка.
– Точно. Но здесь начинается выход твёрдых пород, видишь?– Андрей показал рукой на северо-запад, там, метрах в пятидесяти, из земли выглядывала первая глыба.
– И сколько ты планируешь пешком протопать?
– На этой метке надо пропахать носом два квадратных километра.
Сергей тихо охнул и закатил глаза.
– А на следующей, – засмеялся Андрей. – Четыре.
Сергей схватился за голову.
– А ещё на следующей…
– Хватит, – взвыл Сергей. – Лучше пребывать в неведении!
– Да ты не пугайся так. До обеда со мной помучаешься, потом лагерь разобьём – я тебя оставлю обед готовить, а сам закончу. Нам сегодня больше трёх меток все равно не пройти.
– А всего их у нас… шестнадцать, – голос у Сергея сел и он выпил воды из фляги.
– Ладно, давай доставай наши мешки и пошли.
Они вытащили из багажника своё снаряжение, Андрей закинул за спину рюкзак и зашагал в сторону первой скалы.
Проблема разрешилась сама собой. Сегодня он, просто, оставит паренька в лагере и спокойно сделает пробный переход, а завтра, или послезавтра, когда надо будет идти надолго, введёт его в курс дела. Точки перехода здесь были, он, даже с этого места, их чувствовал. С одной стороны это было хорошо, но с другой говорило о плохой устойчивости местности. Он шагал и шагал, привычно нагибаясь в нужных местах, кое-где брал образцы породы, фотографировал рельеф и отмечал на карте свои действия.
Андрей делал это тысячи раз, усталости он, почти, не чувствовал. Краем глаза он видел, что Сергей все больше выматывается. "Пора делать привал", – подумал он.
Уже перевалило далеко за́ полдень, когда Андрей присмотрел место возле небольшой группы деревьев, скинул с плеч рюкзак и сел дожидаться, когда его напарник, в буквальном смысле слова, добредёт до него.
– Никогда не думал, что работа геолога такая тяжёлая! – с трудом проговорил Сергей, падая на чахлую траву рядом с Андреем. – А ведь ещё обратно идти.
– Ничего, сейчас передохнёшь и мир заиграет новыми красками. А обратно, по прямой, меньше километра. Если б не жара, можно было бы отсюда машину увидеть.
Сергей молча, большими глотками пил воду из фляги, обильно проливая её себе на грудь. Он даже не скинул лямки с плеч – так и лежал, привалившись к дереву рюкзаком.
– Котелок у тебя, костёр есть из чего сложить. Отдышишься, свари чего-нибудь, а я пока последнюю метку пройду – там немного.
Сергей кивнул и попытался встать.
– Не торопись, – Андрей уже поднялся и вскинул на плечи рюкзак.– У тебя часа два в запасе, как минимум.
И двинулся за деревья, в сторону ближайшей точки перехода.
* * *
Когда Андрей подходил, возвращаясь, к их импровизированному лагерю, солнце прошло приличное расстояние на своём пути к горизонту. Он был очень доволен – почти все его расчёты подтвердились и, если завтра будет так же, то можно будет идти в большой переход уже через пару дней.
Он не сразу заметил Сергея, тот сидел за деревом на пенке2 и что-то читал. Видимо, это было нечто захватывающее, так как Андрея он не замечал и усиленно грыз ноготь. Рядом с догорающим костерком, на траве стоял котелок и пара тарелок. Уже подходя к деревьям, Андрей уловил запах еды и понял, до чего же он проголодался.
– Чего наготовил? – окликнул он Сергея, сбрасывал рюкзак.
– Рис с тушёнкой, – ответил тот, спешно убирая какие-то распечатки. – Я уже беспокоиться начал. Ты чего по рации не отвечал?
– Не включил – увлёкся, – виновато ответил Андрей. – Извини.
Сергей начал накладывать дымящуюся кашу.
– Ты меня так больше не пугай.
– Пахнет вкусно! Как дома. Ох, и проголодался же я!
– У меня тоже все внутри свело. Давай есть, еле дождался тебя, – он уже зачерпнул из тарелки и дул на ложку.
Андрей взял свою порцию и начал есть. "С чего начать?– думал он.– И, что он там читал?"
Котелок опустел в мгновение ока – оба не ели с утра, а день выдался не самый лёгкий. Они напились воды и блаженно откинулись, каждый на своё дерево. Сергей закурил.
– У меня к тебе серьёзный разговор, – начал Андрей.
Сергей настороженно посмотрел на него.
– Насколько я понял, вы с Машей друг у друга единственные родственники.
Сергей кивнул. Он, явно, нервничал, даже заёрзал на месте, пододвигая к себе рюкзак.
– И ты старший.
Опять кивок, насторожённость во взгляде все возрастала, Сергей выбросил сигарету и сжал в руках, висящие лямки.
– То, что я сейчас скажу, тебя удивит, может быть даже, шокирует… – Андрей тщательно подбирал слова. Помолчал и продолжил. – Пожалуй, лучше я сначала кое-что покажу.
Андрей нагнулся, потянувшись к рюкзаку, и в этот момент Сергей рывком бросился вперёд и, с разворота, попытался оглушить его своим мешком. От удивления, Андрей среагировал на долю секунды позже, чем всегда, и тяжёлый снаряд слегка чиркнул его по затылку. Сергей ещё разворачивался, влекомый инерцией мешка, а Андрей уже был у него за спиной. Он поймал левый локоть Сергея и потянул на себя и вниз, а когда тот, под действием все той же инерции, перевернулся в воздухе и упал на живот, аккуратно, чтобы ничего не сломать, придавил его коленом к земле и завёл захваченную руку за спину. Теперь Сергей, едва дыша, корчился под его ногой, пытаясь вырваться из захвата, чем причинял себе сильную боль.
– Ты что, с ума сошёл? – вкрадчиво осведомился Андрей.
– Пусти! Хочешь со мной разделаться – давай! Только мозги пудрить перестань! Ты не самый умный! Есть и поумнее – догадались, что к чему!
"Что за бред?" – удивлению не было предела.
– Слушай меня Серёжа. Не знаю, что ты там напридумывал, но сейчас успокойся и не дёргайся. Я тебя сейчас отпущу. Пожалуйста, не бросайся на меня снова. Вреда ты мне причинить не сможешь, надеюсь, ты это уже понял, а я не хочу тебя случайно покалечить. Это ясно?
– Ясно,– Сергей перестал вырываться и затих.
– Я отпущу сначала руку, потом уберу колено и отойду, а ты спокойно поднимешься, пойдёшь на своё место, сядешь и спокойно, повторяю спокойно, мне все объяснишь. Договорились?
– Да…
– Вот и славно, – с этими словами Андрей осторожно отпустил руку, а потом, поднявшись, убрал колено с шеи Сергея.
Тот встал, сначала на четвереньки, потом поднялся и, слегка пошатываясь, пошёл к своему месту у дерева. Когда он уселся туда, откуда секунду назад бросился в атаку, Андрей сел напротив и кивнул, мол, рассказывай.
Сергей молча достал из-за пазухи распечатки и бросил на землю между ними. Андрей взял их и быстро просмтрел. Глаза его полезли на лоб.
– А теперь объясни, почему ты решил, что это сделал я?
– А кто?! Двое ушли с тобой в поля и их больше никто не видел! А остальные погибли, чуть ли не на следующий день после получения гонорара! Ты – маньяк! Завлекаешь людей в свои сети, а когда они начинают тебе доверять, убиваешь их, да ещё пытаешь! Мне фотографии показывали!
– Так… И других выводов тебе сделать не удалось? Или тебе эту историю подали на блюдечке, разжевали и в рот положили, а ты проглотил? Это ты из-за этого второй день на меня волком смотришь?
– А ты бы, как на меня смотрел? Мне факты изложили – люди, либо мертвы, либо исчезли. Ни денег, ни улик, ничего! И все на тебе сходится.
Сергей говорил уже гораздо спокойнее.
– А теперь скажи мне – если бы я хотел тебя убить, ты сейчас был бы жив?
– А зачем ты в рюкзак полез?! Я у тебя там такой тесак видел в чехле! Им человека пополам разрубить раз плюнуть!
– Это не тесак. Это мачете, называется. Дорогу в джунглях прорубать. Может в самом неожиданном месте понадобится. Ну, и раз уж ты спросил… вот зачем я полез в рюкзак, – Андрей достал непрозрачный файл и протянул Сергею.
Тот помедлил, но взял в руки пластиковый пакет и вынул содержимое. Теперь была очередь Сергея выкатывать глаза. Андрей следил, как тот взял в руки сначала копию метрики на Савельева Андрея Николаевича, родившегося в Москве 7 ноября 1927 года. Отец: Савельев Николай Андреевич, мать…, затем рассмотрел ксерокс паспорта гражданина СССР Савельева Андрея Николаевича, тоже 1927 года рождения, прописка где-то в Казахстане и, наконец, паспорт гражданина РФ Савельева Андрея Николаевича, регистрация Москва, год рождения 1927. Фотографии в документах были, практически одинаковые.
– Что это значит?– очень тихо спросил Сергей, на Андрея он не смотрел – не мог оторваться от фотографий.
– Это значит, что 7 ноября мне будет восемьдесят пять лет.
– Невозможно…
– Возможно, но эту особенность мы обсудим позже. Я хотел, чтобы ты узнал все, начиная с основного моего секрета. А теперь переходим к главному для меня.
Андрей встал и прошёлся перед Сергеем взад-вперёд.
– Как ты теперь знаешь, я человек, достаточно, старомодный. Можно сказать ископаемый. Посему не удивляйся тому, что я сейчас скажу, – он снова взял паузу, собрался с духом и продолжил. – Поскольку ты, Серёжа, единственный родственник Маши и старший в вашей маленькой семье, я официально прошу у тебя руки твоей сестры.
Сергей видимо потерял дар речи, потому что просто открывал и закрывал рот, но звуков не издавал. Воспользовавшись этим, Андрей продолжил:
– Я надеюсь, что мои чувства не безответны, но прежде чем признаться Маше, я должен был спросить твоего согласия на брак. Я так воспитан и считаю это правильным. Но! Должен сказать, что, если ты не одобришь этот союз, я, все равно, сделаю ей предложение, потому что люблю её.
Сергей, наконец, пришёл в себя. Он тоже встал и посмотрел Андрею в глаза. Неизвестно что он там увидел, но после этого он отвернулся и закурил, руки у него дрожали. Андрей молчал, он физически ощущал, как тяжело сейчас Сергею. На того обрушилось столько всего сразу. И этот контракт, и подозрения, и беспокойство за сестру, и последний, самый фантастический факт.
Сергей докурил сигарету до самого фильтра, бросил бычок в потухший костёр и повернулся к нему лицом.
– Ты…, – начал он и осёкся, потом посмотрел Андрею в глаза. – Не знаю, сможешь ли ты меня простить. Я сейчас чувствую себя идиотом. Все так и было – разжевали и дали проглотить, только мне казалось, что я сам делаю выводы.
Сергей достал ещё одну сигарету.
– Он очень хитёр, – пробормотал он, прикуривая. Потом, как-то съёжился и тихо добавил. – Я же тебя чуть не убил… У меня в рюкзаке, на дне, камни… ну образцы твои… которые мы собирали…
Он опять дотянул сигарету до фильтра и тут же достал новую. Андрей взял его за плечо и слегка встряхнул.
– Спокойно, Серёжа. Я на тебя зла не держу. Эти… – он не нашёл нужного слова, махнул рукой. – Они это здо́рово умеют – заставить думать, как им надо. Не ты первый. А насчёт второго, – улыбнулся Андрей. – Не так-то это просто, меня убить.
Он усадил Сергея к костру, подкинул несколько сухих веток и повесил над огнём котелок с водой – сделать чаю. Парень, явно, был не в себе. Надо было вывести его из шокового состояния.
Вода закипела быстро, Андрей заварил покрепче, положил много сахара и заставил Сергея выпить сразу половину. С каждым новым глотком, взгляд того становился все более осмысленным, наконец, руки перестали дрожать и дыхание выровнялось – Сергей почти пришёл в себя.
– Полегчало? Вот и славно,– обрадовался Андрей. – Давай я тебе ещё налью.
Он снова наполнил его кружку крепким чаем. Сергей пил и отдувался, как ребёнок.
– Ну, что? Что ты мне скажешь?
– Я ж говорю, идиот. Вроде, дураком себя не считал, а на самом деле… Ты на меня, правда, зла не держишь? – Сергей опять с надеждой посмотрел ему в глаза.
Андрей отмахнулся.
– С этим всё! Ты мне главное скажи!
– Что? – недоуменно ответил Сергей.
– Вот так ты меня, точно, убить можешь! – в изнеможении воскликнул Андрей. – Да, про Машу же!
Он посмотрел на Сергея и увидел тот же вопрос в глазах.
– Я минуту назад попросил у тебя руки твоей сестры, – медленно и отчётливо проговорил Андрей. – И теперь хочу услышать, как ты к этому относишься. После того, что узнал про меня. Теперь вспомнил?
– Фффууу, – выдохнул Сергей. – А я-то думал… Да, благословляю я вас, лишь бы Машка согласилась, – он помолчал и весело посмотрел на Андрея. – Но тут, я думаю, проблем не будет…
– В смысле?
– В смысле, я её знаю – влюбилась она в тебя с первого взгляда, как всю жизнь мечтала. Ты человек, по всему видно, хороший. Но имей в виду, я Машку люблю, так что, любовь любовью, а если что… в общем, счастья ей желаю и в обиду не дам.
– Вот тут я тебе клянусь всем святым на свете, – сказал Андрей. – За мной, как за каменной стеной будет. Не обижу никогда.
– Всякое бывает… Ты старайся. И помни о своём обещании. Ну, хватит высокопарных слов, пошли к нашему вездеходу, а то ночевать тут придётся.
– Я тебя хотел попросить…