Objętość 740 stron
1859 rok
Происхождение видов путем естественного отбора, или Сохранение благоприятных рас в борьбе за жизнь
O książce
Этот труд Чарлза Дарвина – не только основа эволюционной биологии, но и дневник путешественника-натуралиста, побывавшего в Южной Америке, на Галапагосских островах и в Австралии еще в конце XIX века. Его научные и досужие наблюдения – это документ эпохи – эпохи в жизни людей, наземных улиток, утконосов, кенгуру, лавра и акаций. Автору, обладавшему интеллигентным юмором, удалось собрать замечательный «этнографический» материал о живой природе, рассказав об удивительных особенностях физиологии и поведения живых существ и передав слухи о занятных происшествиях, имевших место в их биографии.
Книга для всех и на все времена.
Книга времен и народов. Именно такая литература позволила понять нам многие вопросы и сподвигла людей на совершение глобальных действий результат которых привел к развиию общество в целом.
Книга прекрасна. Наконец-то осилил то чего не мог в силу своей на тот момент неосведомленности.
Когда обращаешься к первоисточнику, сразу все встаёт на свои места. И после этой книги, обращаясь к современным авторам, легко понять где научные труды и мысли, а где только слова ради слов. И понимаешь как мало в современном мире слова научного.
Ещё со школы много слышал об этой книге, а также отзывов на неё. Но всё время хотелось обратиться именно к источнику, но долго не получалось. Очень рад, что теперь наконец-то смогу ознакомиться с этим трудом. Приятно также, что удалось взять его по абонементу. Значит, если тщательно поискать, то иногда и в специальной подборке можно найти весьма ценную книгу.
Тот случай, когда вроде и не дура, а чувствуешь как болит мозг от прочитанного...
С популярнейшей книгой Дарвина давно хотела познакомиться, но дальше предисловия не продвигалась. Думала, вот возьму в игре, и точно прочитаю, но... Страницы вгоняли в такое уныние и тоску, что словами не передать. Самое обидное, что вот ты своим скудным умишком вроде и понимаешь, что написано, и осознаешь все, но, боже, какой же стиль был в то время! Ей богу, как Диккенса читала...
Но, я все же одолела сей фундаментальный труд! Да, понятно от чего полыхали религиозные умы, считающие, что нас сотворил Бог и т.д. и т.п. Дарвин же проделал невероятную работу, приводит примеры и доказательства. Консультировался с другими видными учеными, прокладывающие тропу к раскрытию тайны происхождения всего и вся. Я просто восхищаюсь такими людьми, так усердно работающих в данной области!
Давайте смотреть правде в глаза, не смотря на сложность восприятия написанного, Дарвин популярным языком собрал и донес то, что ранее было по отдельности. Но книга дается не так, легко как хотелось бы.
4 из 5
Не вижу смысла углубляться в саму теорию, наверняка есть более актуальные и доступные современному читателю-неспециалисту изложения. У меня в старших классах была отличная учительница по биологии, благодаря которой я не столько вникала в труд Дарвина, сколько вспоминала подзабытые за ненадобностью положения. Так что – просто впечатления от этой книги. Почему-то я не ожидала такого охвата и проработанности вопроса. В своем труде Дарвин пишет о свойственной организмам изменчивости (благодаря которой вообще возможен отбор), об искусственном, естественном и половом отборе, борьбе за выживание, инстинктах, стерильности и фертильности гибридов, географическом распространении и изоляции, трудностях систематизации, геологической летописи, о трудностях самой теории, в конце концов. Он пишет о различных взглядах, бытовавших в его время среди натуралистов, ведет с ними заочную дискуссию. Сетует на то, что у него нет места, чтобы привести еще тысячу или около того различных примеров, иллюстрирующих ту или иную догадку. Отрабатывает возражения против теории эволюции. Описывает уйму собственных наблюдений и экспериментов. То он изучает различные виды голубей. То вымачивает семена в морской воде, после чего высаживает их в землю и смотрит: прорастут ли? То замеряет различные части тел у птенцов. То считает всходы сорных трав на клочке земли в три фута длиной и два шириной, вскопанном и расчищенном:
оказалось, что из 357 взошедших не менее чем 295 были истреблены главным образом слизняками и насекомыми
Скрупулезность его исследований, его увлеченность подкупают и восхищают. Ну просто во все части света заглянул и всю флору и фауну охватил. Конечно, читать тяжеловато. В целом, ничего запредельного, сам по себе текст написан простым языком, и основную мысль выделить несложно. Но видно, что книга написана ученым для таких же ученых и натуралистов. Проявляется это скорее в приводимых автором примерах: одно дело читать про жирафа и кита, например, и совсем другое – углубляться в колонии муравьев или, еще хлеще, моллюсков с их авикуляриями и вибракулами. Скучновато, что уж там. Плюс такой книге весьма не помешают качественные иллюстрации, то и дело приходится либо гуглить, либо верить на слово. Не знаю, как в других изданиях, а в моем отношение именно к иллюстрациям отвратительное, лучше бы их вообще не было. Актуальных ровно две, в остальном совершенно непонятно, что и зачем нарисовано. Написано про жирафа? Влепим цветочек. Интереснейшая тема о белках-летягах, летучих мышах и летающих лемурах? Полюбуйтесь на птичку. Еще все так подписано по латыни каллиграфическим почерком, кто бы перевел. В общем, исключительно для антуража влепили абы чего. В целом, ознакомиться оказалось интересно. Это наблюдения, выводы и дискуссия в спокойном тоне, несмотря на увлеченность и убежденность в собственной правоте.
Я очень хорошо сознаю, что нет почти ни одного положения в этой книге, по отношению к которому нельзя было бы предъявить фактов, приводящих, по-видимому, к заключениям, прямо противоположным моим.
Размышляя о борьбе за выживание, мы можем утешать себя уверенностью, что эти столкновения в природе имеют свои перерывы, что при этом не испытывается страха, что смерть обыкновенно разит быстро и что сильные, здоровые и счастливые выживают, множатся.
(...) в некоторых частях света существование скота обусловливается насекомыми. Пожалуй, Парагвай представляет самый разительный пример этого: в нем не одичали ни лошади, ни рогатый скот, ни собаки, хотя южнее и севернее его они кишат в диком состоянии. (...) это зависит от встречающейся в Парагвае в громадных количествах известной мухи, (...). Дальнейшее возрастание численности этой мухи, как она ни многочисленна, должно обычно сдерживаться каким бы то ни было образом, вероятно, другими паразитическими насекомыми. Отсюда, если бы количество некоторых насекомоядных птиц убавилось в Парагвае, количество паразитических насекомых, вероятно, увеличилось бы, а это уменьшило бы число мух, (...); тогда рогатый скот и лошади могли бы одичать, а это несомненно сильно изменило бы (как я действительно наблюдал в некоторых частях Южной
Америки) растительность; это в свою очередь сильно воздействовало на насекомых, что опять-таки, (...) повлияло бы на насекомоядных птиц — и так далее, все возрастающими по сложности кругами. В природе отношения никогда не будут так просты. Столкновения за столкновениями непрерывно повторяются с переменным успехом, и, однако, в конце концов силы так тонко уравновешены, что облик природы в течение долгих периодов остается однообразным, хотя какая-нибудь мелочь несомненно дает победу одному органическому существу над другими. И тем не менее так глубоко наше невежество и так велика самонадеянность, что мы удивляемся, когда слышим о вымирании какого-нибудь органического существа и, не видя тому причины, взываем к катаклизмам, чтобы опустошить землю, или сочиняем законы продолжительности существования жизненных форм!
Здоровье мое далеко не цветущее.
Есть величие в этом воззрении, по которому жизнь с её различными проявлениями Творец первоначально вдохнул в одну или ограниченное число форм; и между тем как наша планета продолжает вращаться согласно неизменным законам тяготения, из такого простого начала развилось и продолжает развиваться бесконечное число самых прекрасных и самых изумительных форм.
Opinie, 7 opinie7