Про суперлуние он слышал по радио. В этом маленьком курортном городке, таких как он и Вероника было несколько существ, по крайней мере он знал пятерых. Перевертыш по способствовавший превращению Вероники, некогда передал ей артефакт, фолиант с историей их «расы» если так можно было выразиться, так вот, она многие годы провела в чтении книги, и теперь, как ей казалось, сделав точный перевод, пришла к разгадке великой тайны, по крайней мере так она считала. И он поверил, что им двоим выпал шанс избавиться от вечного проклятого бремени. Она изучила детали, решили не медлить, следующая серебряная луна по плану спустя десять лет.
Впервые за все время, он подумал, а каково это, когда они вдвоем станут людьми. Возможно они даже полюбят друг друга, ведь между ними точно проскочила искра, это он уже понимал вне сомнений.
Они договорились встретиться на старом городском кладбище, во владениях старика Григория. Чтобы старый не помешал их планам, сидели затаившись у памятника Неизвестному солдату. Старик угодивший в плен несколько веков назад, был злющим типом, он обитал в одном из гаражей при кладбищенском кооперативе, частенько выходил попугать проходящих через кладбище людишек. Что до его кроваво-красных глаз светящихся в темноте, это нечто.
Они подобрались к отрытым заранее могилам, ребят с которыми договорилась Вероника долго не было, они начинали суетится. Внизу виднелись два гроба с сорванными крышками, внутри покоились давно истлевшие остатки.
– Они точно придут? – спросил он, глядя на часы.
– Придут, поверь, для них это очень важно!
Без посторонней помощи нельзя было обойтись, обряд предполагал полную имитацию погребения, что само собой подразумевало присутствие посторонних, на эту роль как никто лучше подходила группа юных сатанистов, увлекающихся чёрной магией и жаждущих острых ощущений, Вероника знала их, и решила предоставить им таинство перевоплощения, они-то ничего и не поймут, но время проведут занимательно, тем-более, она разрешила им снять все на камеру, те вели свою группу в Телеграмме, и ВКонтакте, а потому охотно согласились, диковинный контент, что еще нужно такой компании.
Юнцы в кожаных куртках и черных плащах появились довольно неожиданно, вели себя сдержано, расспрашивали Веронику о деталях, последовательности действий, что делать, что говорить.
Бледное лицо Веры выглядело устрашающе, темные губы выделялись на фоне лунного света и луча подсветки камеры. Костя вновь ощутил трепетное волнение внутри, тепло, лишь на мгновение, возникшее в груди щекотливым потоком, так же быстро растворилось в теле.
Когда черная каемка поглотила край луны, Вероника дала команду жестом, ребята помогли им спуститься к гробам. Девушка в балахоне с остроконечным капюшоном расставила по краям могил свечи, осыпая каким-то порошком площадь вокруг ям, начертала шестиконечную звезду, замыкающую дыры в земле, как бы воедино, затем взяла начертанную фигуру в ромбовидное кольцо.
– Готово! – выкрикнула она.
Константин с Вероникой опустились в гробы, стоящие рядом парни надвинули крышки. Затем подростки выбрались из могил, несколько других парней начали засыпать гробы землей.
Группа оккультистов стала в круг, лишь один находился чуть в стороне фиксируя происходящее на камеру. Ставший во главе толпы, начал читать текст данный Вероникой, его речь походила на проповедь батюшки, отчего у Веры с Костей на лицах возникли улыбки, хотя они не видели друг друга. Все та же невидимая связь, возникшая между ними до этого, передала импульс связав их мысли воедино.
Луна скрылась в черном диске, затмившем её бледный свет. Он словно ощутил её прикосновение, что-то происходило, он видел кадры из её прежней, человеческой жизни, словно всасывал историю её рода, затем видел свое лицо её глазами, в ярких красках совсем несвойственных взгляду полуживых трупов, хотя, кто знает, возможно каждый из них по-разному воспринимал действительность, не зря же они выполняли разные задачи перед властителем тьмы.
Его оглушил неистовый вопль, от которого сжало желудок. Закололи глаза, руки и ноги затряслись так, словно он очутился на холоде. Только сейчас он понял, что испытывает чувства – эмоции переполняли его грудь.
После того как чернь начала отступать, обнажая край луны, оно провернулось в его чреве, тем самым вызвав рвоту, это нечто вырвалось наружу и растворилось в глуши могилы, он же стал свободным, хотя еще не осознавал этого. Очнувшись от страха, он заколотил по трухлявой крышке гроба. Сатанисты как раз откапывали их, спеша освободить погребенных.
Когда в его легкие ворвался свежий воздух он подскочил, по-новому ощутив свое дыхание. Звёзды сияли ему, очертания деревьев приобрели иной оттенок, шум удаляющихся толчков ног звучал несколько иначе. Он не сразу понял – что к чему, Костя остался один в этой тиши. Один, со своею любовью, один со всепоглощающим вечером, ворвавшимся в его сознание новым букетом ощущений. Неожиданно он ощутил себя живым, впервые сердце дало о себе знать интенсивным стуком.
Он оттолкнул крышку гроба в сторону выбираясь из ниши деревянного пенала, плохое предчувствие завладело его сознанием, за все это время, Вера не подала ни единого звука. Вот что его пугало.
– Вера-а, Ве-ра! Эй! Ты чего молчишь?! – выбираясь из могилы кричал он.
Вот чего он не ожидал увидеть, так это следы крови в её гробу. Все было забрызгано кровью. Странное ноющее чувство внутри, говорило об одном, у них получилось, точнее у него, а вот Вероника…
Неподвижный взгляд девушки устремился в небо, луна отражалась в ее глазах. Впервые за полторы сотни лет, у него закололи глаза. Он понял, что любил её все это время, которое они были знакомы, почему оно разорвало её нутро. Почему так вышло, он же стал человеком. Оно прочитало её мысли, возможно, она не учла некий нюанс, тоже вполне, но от этих заключений ему теперь не становилось легче.
Он похоронил ее там же, хотя возникший в его голове голос логики, диктовал новые правила, твердил, что так не должно быть, она заслуживает другого. Но обстоятельства складывались не в их пользу. Ему нужно было отвлечься, и он отправился к единственному существу которого знал в этих местах.
Пройдя улочками кладбища, под тенью полувековых деревьев, молодой человек почти добрался до гаражей, когда за спиной раздался голос.
– Доброй ночи, будьте добры, документы к осмотру! Сбоку ударил луч света.
Костя повернулся, к нему двигался патруль. Он и не думал останавливаться, рывком двинулся вперед и нырнул за угол гаража.
– Стоять!!!
Он слышал, как патрульные сорвались на бег, сам же он заскочил еще за один угол, спустя несколько секунд полицейские выскочили туда же, но беглеца уже не было. Они пробежались вперед, маяча фонарями.
Константин лежал на крыше гаража. Только он заскочил за угол, как сильно оттолкнувшись запрыгнул на нее и затаился. Он удивился сделанному открытию, несмотря на то, что он стал человеком, сила и сноровка осталась от прежней сущности. Разговаривать с полицией он не хотел, в этом не было смысла, сейчас в его голове царил хаос.
Дождавшись пока звуки топчущихся ног удалятся и стихнут, он поднялся. Разбежавшись он спрыгнул на ковер из прошлогодних листьев и пробежался вдоль гаражей. Его организм вызвал выброс энергии, которая теперь искала выход.
Он забрел в тупик, взгляд молниеносно нашел дорогу, на краю ската гаражной крыши он увидел ушко для подъемного крана. Подпрыгнув он ухватился за него, и опять оказался на крыше гаража, ставшего у него на пути.
Из-за облака выплыла луна, ярко осветив множество ржавых, местами черных от смолы и крашенных коробок, по которым он и побежал, перепрыгивая с грохотом с одной на другую. Под одной из крыш кто-то громко выбранился.
Миновав свой путь в двести метров, он вновь спрыгнул теперь на твердую землю, высушенную дневным зноем. Проследовав между гаражами, он свернул в поворот и занырнул под металлический треугольный шлагбаум. Остановившись он прислушался, и вынул из кармана пачку сигарет. Сигарета задымила дрожащей струйкой, он неспешно зашагал по гаражному переулку. Миновав три сектора, он свернул в глухой угол.
Он остановился перед зелеными гаражными воротами, поглядел на уголек тлеющей сигареты, затем откинул ее в сторону и постучал в ворота, три легких коротких и один сильный удар. Изнутри донесся шорох, что-то глухо упало, затем звякнул засов.
Гаражную дверцу отворил худой старик. Даже во мраке ночи, в глаза бросалась бледная голубизна его лица, на котором заметно проступали темные узоры вен. Впавшие глаза блестели стеклом, однако некогда зеленые зрачки сильно помутнели, словно выгоревшие на солнце доски парковой лавки.
– Хорошо выглядишь! – шутливо сказал Костя, про себя думая, заметит ли старик произошедшие перемены. И, если да, что предпримет, какова будет его реакция.
– Гуляешь?! – прохрипел старик, сторонясь.
Впустив его, старик выглянул наружу, затем мягко прикрыл дверь, вновь звякнул засов. Костя прошелся по лачуге, в дальнем углу на столе горела керосиновая лампа, запах сырости смешался с парами горючего, исходящими от осветительного прибора. Костя осмотрелся близ стола и вынул из-под него табурет.
Старик подошел к тумбочке около кресла. Там на пружинной плите паровал чайник. Гараж был завален вещами из советского прошлого, кое-что относилось к дореволюционному периоду. Но, все было размещено по порядку, не было захламленности.
На стенах висели картины, фотоаппараты, фотографии, на полках бюсты и статуэтки, к примеру, выделялся бюст Сталина, рядом красовались большие деревянные часы с курантами, музыкальная техника прошлых лет, знамена, и тому подобное. Кресло, на котором сидел старик было царских времен, как и столик на котором теперь в стаканах с серебряными подстаканниками паровал чай.
– Пожалуйста, – старик жестом пригласил отведать чаю.
– Что новенького? – спросил Константин, придвигаясь ближе к столу.
– Эхэ-хэх, – протянул старик. —А ты смотрю, не утратил юмора, – он хрипло посмеивался. —Да какие новости, как всегда. В последнее время меня тешит одно… Он стих, поднес к губам стакан и отпил чаю, делая короткие глотки.
– Не томи!
– Ну, я стал задумываться. Молодость то им мою не отнять. Усек? Хо-хо. Заскрипел старик покатистым глухим смехом.
– Да, точно, – согласился Костя, стараясь не проявить эмоций. Он взялся за ушко подстаканника.
– Я благо отжил прекрасную жизнь, и попал в эти сети так сказать, на исходе своих дней, не иначе. Я видел смерть всех своих родных. Так-то… Что до дел, дела идут, рекламирую наш мир прохожим – боятся. Хихикающий в тусклом свете лампы старик, походил на графа Дракулу из фильмов, подумал Костя.
– Понимаю. Мои будни такие-же… Главное там довольны, – парень ткнул пальцем в устланный досками пол.
– Тебе-то легче, раз в месяц загнал овец и все, а я каждую неделю на грани. Старик нахмурился, и как показалось Константину, стал еще бледнее и заерзал в кресле.
– Правду ведь говорят, алкоголь вредит здоровью, – осторожно пошутил Костя.
– Да иди ты, – старик отмахнулся, отставил в сторону пустую посуду, и вынул из кармана своего зеленого пиджака трубку. Затем он порылся в кресле около подлокотника, вынул коробочку и принялся набивать её.
Костя знал, как старик угодил в ловушку, он уснул пьяным на портовой лавочке, там то его и настигло нечто, после чего он изменился навсегда. Он очень давно жил в этом гараже, никто из окружающих даже не догадывался, что в этом месте обитает дряхлый старикашка и промышляет довольно странной деятельностью.
Над столом нависло густое табачное облако, молодой человек подумал и вынул сигарету. Старик надрывисто откашлялся, и потянувшись включил радиоприемник. Зазвучала его любимая «Азовская волна».
– Чем планируешь занимать свободное время? – дед Григорий поглядел на парня хитрым взглядом.
– Наведываться буду к тебе, загляну к худому с косым. За неделю с лишним, буду искать добычу, и продумывать им путь к берегам Ахерона, уж Харон то им точно укажет дорогу.
Когда вновь открылась гаражная дверца, часы пробили давно за полночь. Сквозь ветви деревьев пробивался свет дальних фонарей, здесь же было очень темно.
– Ну что, провожу тебя. Может чего перепадет, – прохрипел старик.
Они вышли на просторные пролеты улиц некрополя. Теперь уже старик, подобно гиду рассказывал ему быль задерживаясь у очень старых надгробий, многие из них были выгравированы на немецком языке. Вспомнив свои «экскурсии», он вздрогнул.
– Это Гофман, знал его! Чудный был человек. Этот городок, только приобретал свои черты, а он был купцом, немало полезного сделал. Хм. Добра людям…
– Давно полагаю это было. Костя почесал голову, и поправил копну сбившихся густых волос.
– О, очень давно, лучше не спрашивай.
Они остановились у широких ворот, центрального входа на кладбище. Здесь фонари не горели, лишь ярко тлел уголек трубки зомби старика, а Костя впервые за все время ощутил волнующие нотки страха, только теперь живого, человеческого страха. Старик вперил в него, свои краснеющие в темноте глаза, словно кошачьи которые словили отблеск света. Костя выдержал испытание взглядом кадавра, и тот выдержав паузу продолжил:
– Кстати, занятная история произошла со мной в эту зиму, хе-хе, рассказать?! – старик слегка посмеивался, а затем прокашлялся.
– Валяй, – пытаясь подражать прежней своей дерзости, вальяжно брякнул он, закуривая сигарету.
– Заскучал я значит тогда, ну, думаю сменю обстановку. Старик затянулся трубкой, поднял взгляд на луну и продолжил. Только сейчас Костя ощутил холод, исходящий от старого. —Приехал в одну глухую деревушку, да и попадись мне этот старый пес, пьянь еще та, а рожа, ну моя копия. В общем слово за слово, зашли к нему домой, выпили, я и закусил им. Ха-ха. Ой смеху-то.
Костя тоже слегка хихикнул, однако воображение теперь воспринимало подобные истории иначе, он даже ощутил злобу на старика, желание прибить его, как таракана. Старик на мгновение стих, будто уловил то ли его мысли, то ли запах человеческих гормонов, наполнивших воздух.
– Ну, а дальше что? – Костя перебил его мысли.
– Так, дальше нажрался я как тварь последняя, пришлось неделю отходить. Он то проспиртован был насквозь. Дьявол, как меня кумарило. Хо-хо, тут-то и началось самое интересное. Приехали его внуки.
Костя вновь ощутил жар, прильнувший к его лицу.
– Ты как, нормально все? – внезапно поинтересовался старик.
– Нормально? Да какой-там, срок подходит, нужны жертвы.
– Это бывает, – прохрипел старик. —Внуки говорю пожаловали, я и прикинься жмуриком. А они приняли меня за старика этого Лёхи, вот чудно было. Пару раз подшутил над ними, обосрались мать честная. В итоге, молоденького мяска трепанул, валили они конечно на всех парах. Лёха этот правда, уж больно юркий попался, лопатой меня огрел скажу тебе крепко.
– Маловато… Пробурчал Костя.
– Да, маловато, но убежал он, крепкий человек, хоть и пацан, а силен, – проскрипел старик, и обернулся. —Ладно, пойду, увидимся.
Он исчез в один миг, Костя и глазом не успел моргнуть, лишь услышал треск ветви где-то вдали, вероятно хрустнувшей под каблуком старика. «Точно, чёртов Дракула», – вновь подумал он, и его передернуло.
Впервые, наверное, за всю жизнь его одолевал страх и ярость. Отныне он знал наверняка, он еще наведается к старику, к худому с одноглазым и к прочей черни, и покончит с ними, раз и навсегда. Тем-более он знает все их сокровенные тайны.
Внезапно ему захотелось перекреститься, он окинул взглядом сумрачное кладбище и не стал сдерживать порыв, и кажется ему стало легче, давно забытая свобода заполнила каждую клеточку его тела, вот только теперь, о себе давала знать душа, повисшая ноющим камнем в аккурат под солнечным сплетением.
И все же – оно того стоит.