Przejdź do audiobooka
– Какого чёрта, Дрю?! – Дирк изворачивается так, чтобы видеть её. – Проваливай!
– Дирк, остынь, – вмешивается Аарон.
– Не буду я остывать! – Дирк не сводит взгляда с Нэнси. – Зачем ты сюда села?
– А это разве не такси? – Нэнси подмигивает Аарону, ловя его взгляд в зеркале заднего вида.
Её расслабленный вид, улыбка и это подмигивание окончательно выводят Дирка из себя. Аарон тянется к нему, наверняка, с желанием остановить. Но прежде чем его рука коснётся плеча, Дирк рывком открывает дверь и выскакивает из машины. Нэнси инстинктивно закрывается от него, вытянув руки перед собой, когда Дирк, распахнув заднюю дверь, нависает над ней. Испуг, на долю секунды промелькнувший на её лице, подстёгивает его. Нэнси вновь пытается играть с ним. Вот только хватит ли ей сил, если он примет вызов? А он примет!
– Ладно, давай так. – Дирк буквально отодвигает её вдоль сиденья, освобождая себе место. При этом придерживая за руку, чтобы она не успела смыться через вторую дверь, пока он устраивается рядом. – Дёргайся, сколько хочешь, – усмехается он, – но ты сама затеяла эту игру. Поехали, Аарон, нас уже наверняка заждалась мисс Лохан.
– Ты – неандерталец, выпусти меня! Я всего лишь хотела пошутить! Аарон, ну ты-то будь умнее!
– Разбирайтесь сами, – доносится до них раздражённый голос Аарона. – Вы взрослые люди.
Дирк довольно улыбается. Уверен, Аарон бы с удовольствием высадил Нэнси, но так задел бы его – своего напарника и друга. И, выбирая между ним и Нэнси, принял правильное решение. Хотя наверняка выскажет ему своё недовольство, но Дирку плевать – это будет позже. Главное, что Нэнси снова рядом.
– Теперь ты в моих руках, Дрю, – шепчет он, наклонившись к её уху. – Ты ведь помнишь, каково это?
Нэнси ничего не успевает ответить. Ни сострить, ни съязвить – Дирк защёлкивает вокруг её запястья наручники.
– Ты что творишь, Дирк?! Ополоумел?! – Нэнси дёргает рукой в отчаянной попытке освободиться.
Дирк, защёлкнув второе кольцо вокруг своего запястья, произносит, хищно улыбаясь:
– Вы арестованы, Нэнси Дрю. Вам зачитать ваши права? Аарон, приоткрой окно, тут становится душно.
Аарон немного опускает стекло, и Дирк выбрасывает ключ в образовавшуюся щель. Он и сам понимает, что шутка выходит за рамки смешной шалости, но адреналин в крови зашкаливает. И он готов зайти настолько далеко, насколько позволит Нэнси… и Аарон.
– Дирк, ты что… Что ты сделал? – Нэнси выглядит обескураженной. Маска сильной и независимой женщины, которую она пыталась нацепить на себя, трескается. И Дирк готов любоваться её растерянным видом бесконечно. Такая Нэнси – с широко распахнутыми глазами и чуть дрожащая от того, что не знает, что ещё он выкинет, привычнее и роднее. – Что ты наделал?
– Дирк, ты бы заканчивал! – не выдерживает Аарон.
– Чего вы так завелись? Покатаемся вместе, вспомним былое.
Нэнси дёргает запястье на себя, пытаясь сложить руки на груди. Но теперь в её личном пространстве оказывается и лапища Дирка. Он обхватывает её плечо, чуть сжимая. Словно давая понять ей, что не стоило садиться в их машину и пытаться уколоть его. Он всегда её обходил, и ничего не изменилось – он по-прежнему будет сверху.
– Не вижу радости на ваших лицах. – Дирк в меру возможности разваливается на сиденье, устраиваясь поудобнее. – Почти как в старые добры времена. Да, Дрю? Отец тебя не хватится?
Дирк тянет руку к себе. Ладонь Нэнси словно тряпичная ложится на его бедро. Он ощущает тепло её тела даже сквозь ткань форменных брюк. Следом ловит её взгляд, и зрачки у неё расширенные – наверняка, как и у него самого. Прошло столько времени, но он помнит каждое её прикосновение. Как она ласкала его кожу, постепенно спускаясь к прессу, а потом и ниже. Он сам её всему обучил – направлял и подсказывал. Возможно ли, что она сейчас думает о том же?
Прикусив губу, Нэнси пальцем обрисовывает контур его колена. А потом поднимается вверх вдоль бедра, постепенно подбираясь к ширинке.
Дирк резко выдыхает, и Нэнси отдёргивает руку. Повернувшись к нему, усмехается, а потом демонстративно поправляет юбку, натягивая её на колени. Опять пыталась показать, что не боится дразнить его? Но ему ничего не светит?
«Посмотрим, Дрю!»
– Вы там в порядке? Что-то подозрительно тихо у вас, – Аарон оборачивается к ним, остановившись на светофоре.
– Я – да, а ты, Дрю?
– Всё ещё хочу избавиться от одного кровопийцы. – Нэнси толкает Дирка в плечо.
– Не получается? – издевается Дирк, в отмеску дёргая её руку вверх, чтобы почесать затылок.
Нэнси демонстративно отворачивается в сторону, Дирк ухмыляется.
Настоящее.
– Ну и что ты хочешь?
Профессор ставит передо мной стаканчик с кофе, проводя по гладкой поверхности стола. Большой и указательный палец перетирают что-то невидимое между собой.
– Чего я… Хочу? – Хмурюсь, пытаясь понять, что он имеет в виду.
– Да. – Он усаживается на рядом стоящий стул, перевернув так, чтобы руками опираться на спинку. – Чего ты хочешь? Я не уверен, что ты готова продолжать. Тебе необходимо сосредоточиться на деле. На очень серьёзном деле. У меня есть новая цель. Сложная, потому что картина стоит целое состояние. Сама понимаешь, охраняется она соответствующим образом. – Он делает многозначительную паузу, буравя меня взглядом. Мне даже хочется поёжиться под ним, но я сдерживаюсь. – Если всё выгорит, мы поможем всем тем, кого ты выбрала в очередь.
Выбрала… Профессор вновь возвращает к сомнениям, которые постоянно терзают меня. Есть ли у меня право выбирать? Могу ли я решать, кого ставить выше, а кого оставлять на потом в надежде, что позже смогу помочь? Каждый раз, когда читаю медицинские заключения детей, надеюсь, что не ошибусь, пытаясь разобраться, какой ребёнок ещё может прожить без операции и дорогостоящего лечения, а у какого почти не осталось времени. Правильно ли я поступаю, считая, что Джон, Аманда и Алекс заслуживают помощи чуть больше, чем другие? Ненавижу это! Ненавижу! Но никогда не перестану этого делать.
– И что у нас на этот раз?
Заталкиваю мысли поглубже в подсознание – не время и не место для них. И увиливаю от ответа на вопрос Профессора. Я готова, пусть он и сомневается.
– Загородный дом семьи Смит. Хорошо охраняется. Территория обнесена забором, есть сигнализация и датчики движения. Тренированные псы, готовые разорвать глотку чужаку, ночью их выпускают из вольера. Хозяева трясутся над своим антиквариатом и картинами.
Не самая простая задача. По какому принципу Профессор выбрал именно их? Чтобы я перестала думать о собственной игре с огнём? Но эта игра слишком мне нравится – будоражит кровь и отвлекает от ненужных мыслей. Теперь, когда Дирк и Аарон пытаются поймать меня, всё стало ещё интереснее.
Опускаю взгляд на стаканчик с кофе. Не нужно, чтобы Профессор видел, как загораются мои глаза при одной мысли о них.
– И каков план?
– Придёшь к ним в качестве консультанта по защите предметов искусства. Все рекомендации и документы я подготовлю.
– Они запомнят моё лицо, данные, я засвечусь на камерах. Когда к ним явится полиция…
Профессор опускает подбородок на сложенные руки. Он выглядит крайне серьёзным, и я немного напрягаюсь.
– Разве не этого ты хочешь? Чтобы тебя поймали?
Он смотрит на меня ещё с минуту, ожидая, что я сдамся и начну себя защищать. Но я молчу. Я знаю, что нарушаю закон, прекрасно осознаю последствия каждого своего действия. И что в итоге я могу – и наверняка должна – оказаться за решёткой. Незаконно воровать у богачей картины и продавать их на чёрном рынке. И в глазах присяжных меня вряд ли оправдает то, что вырученные деньги идут на лечение детей, в семьях которых нет медицинской страховки.
Три года назад я бы и сама не поверила, что влезу в подобное. Но Профессор именно тот человек, который умеет быть очень убедительным. Умеет заражать своими идеями. Особенно если они ложатся на благодатную почву. Три года назад я хотела изменить свою жизнь – и я это сделала. Пошла за ним, зная, что меня ждёт впереди.
– Я не хочу быть пойманной. – Я не вру. Я и правда не хочу попасться, хотя и осознаю, что рано или поздно это может случиться. Но не вижу в этом ничего плохого. Я никогда не была склонна к тому, чтобы жить иллюзиями. – Я согласна, и я готова.
Профессор кивает, а на его лице появляется сосредоточенное выражение. Ему предстоит хорошо поработать. Нужно составить план, просчитать пути отхода, продумать тысячу мелочей, чтобы свести риск к минимуму.
Порой я сомневаюсь, что смогу снова и снова начинать с чистого листа, не совершая ошибок. Маски когда-нибудь закончатся, и на свет появится старая «я». От собственных воспоминаний пробегает холодок по спине. Мне совершенно не хочется быть другой. Сейчас я сильна и опасна, и не хочу расставаться с этим образом. Хочу, чтобы он навсегда въелся мне под кожу.
Профессор опускает стул на то же самое место, с которого его взял. Аккуратно толкает немного вперёд, чтобы ножки ровно встали на место. Подобное давно перестало меня удивлять, вокруг него всё должно находиться в строгом порядке. И его планам я всегда должна следовать, не отступая ни на шаг. Неудивительно, что его злит моя самодеятельность.
Закрыв глаза, представляю что всё могло быть иначе, откажись я от этой жизни. Не последуй за белым кроликом в тёмную нору. Всё могло быть… Но уже не будет. Беру со стола стаканчик с кофе и отпиваю пару глотков. Мне нужно проветриться, вернуться домой и немного пожить нормально. Как все. Стоит переключиться, или я застряну в этом состоянии эмоциональных качелей, когда меня бросает из крайности в крайность.
– Профессор, я домой.
Он никак не реагирует на мои слова. Мыслями он весь в новом деле. Когда план будет готов, сообщит, а пока я ему не нужна. Я всего лишь инструмент в его руках.
Переодевшись, выхожу из дома, прикрывая кепкой лицо. Собранные волосы лишь слегка выбиваются из-под неё, делая меня похожей на подростка. Чёрные очки в пол лица дополняют образ. Спокойно дойдя до машины, сажусь за руль и, заведя мотор, отъезжаю от небольшого дома в тихом районе. Профессор всегда снимает такие дома – милые и неприметные.
На парковке торгового центра пересаживаюсь в свою машину, перед этим сняв рабочую куртку, очки и кепку и бросив в багажник. Теперь я могу быть собой. Провожу пальцем по экрану телефона, снимая режим «в самолёте». Сразу выскакивают несколько уведомлений. Надо же, по мне успели соскучиться. Бросив телефон на пассажирское сиденье, завожу машину, с сообщениями разберусь, как приеду домой. После разговора с Профессором чувствую себя хуже, чем выжатый лимон.
По дороге думаю лишь о произошедшем, хотя и обещала себе не вспоминать об Аароне. О от этих мыслей сладко тянет внизу живота, заставляя давить на газ, превышая скорость. Снова хочется этого драйва. Да, я немного отдохну, успокоюсь и вернусь к игре. Если меня кто-то и поймает, то только Аарон или Дирк.
Придя к решению, удовлетворенно улыбаюсь. Бросаю взгляд в зеркало и цепенею, потому что на заднем сиденье вижу того, кого там быть не должно. Адреналин мгновенно бьёт голову, и словно сквозь вату до меня доносится довольное:
– Ну, привет.
Неделю назад.
Поездка превращается в моральную пытку. Нэнси слишком хорошо знает Дирка, чтобы сразу понять, что стоит сыграть по его правилам, и он расстегнёт наручники. Но от одной мысли об этом хочется закричать. Она вернулась, чтобы доказать себе – ни у Дирка, ни у Аарона больше нет над ней власти. И в эту машину она села, чтобы лишний раз щёлкнуть Дирка по носу. Но в итоге оказалась в ловушке. Забыла, каким может быть Дирк. Это Аарон бы никогда не позволил себе подобной шутки. Она ловит на себе его сочувствующий взгляд через зеркало заднего вида, но знает – сейчас он не станет помогать. Нэнси и сама не уверена, что ей нужна эта помощь. Потому что стоит прикрыть глаза, и картинки прошлого начинают мелькать перед мысленным взором. Прошлого, в котором ей было хорошо.
И никогда больше так не было. Стыдно признаться, но ни один мужчина за последние пять лет не вызывал в ней столько эмоций и чувств, сколько дарили Дирк и Аарон, когда были рядом.
Нэнси прикусывает губы, чтобы не выдать того возбуждения, что окатывает её тёплой волной, концентрируясь внизу живота. Она просчиталась, переоценила себя, решив вернуться. И дело не только в воспоминаниях, а в том, что Аарон и Дирк снова рядом. И до чёрных мушек перед глазами предательски хочется секса. Горячего, необузданного и… С ними двумя.
Но Нэнси признается в этом только под дулом пистолета.
Как же она ненавидит за это Дирка! И его наручники.
Как же она ненавидит за это Аарона! И его взгляд, которым он скользит по ней, стоит машине притормозить у очередного светофора.
И их чёртов запах.
Насмешливый голос Дирка вырывает из водоворота эмоций и мыслей.
– Приехали, Дрю!
Дирк вылезает из машины, утягивая её за собой. Давление наручника отзывается болью в запястье. Наверняка на коже останутся синяки и царапины. Это «приключение» Нэнси запомнит надолго. Ещё один урок, что от Дирка можно ожидать чего угодно. Особенно, если разозлить его. Однажды их игры зайдут слишком далеко. В надежде сделать друг другу как можно больнее, они разрушат и себя, и всё вокруг. И Аарон будет первым, кто попадёт под удар. Но это точно последнее, чего она хочет.
Дирк дёргает за руку с такой силой, что она едва не вываливается из машины. Но он вовремя ловит её и грубо ставит на асфальт, с силой сжав талию.
– Какая ты неуклюжая!
Нэнси в отместку наступает ему на ногу. Делает шаг в сторону, пытаясь перехватить инициативу, но Дирк прижимает её к себе.
– Я вам сейчас всё испорчу, – шипит Нэнси.
Рядом оказывается Аарон, к её удивлению спокойно реагирующий на руку Дирка, лежащую поперёк её груди.
– Нет, не испортишь. – Аарон, коснувшись её плеча, сжимает тонкую ткань кардигана между пальцев. – Твой отец от этого тоже пострадает.
Дирк ухмыляется, его грудь вздымается, когда он делает глубокий вдох. Кажется, ещё секунда и он разразится издевательским смехом над ней. И похоже Аарон на его стороне.
– Ведите себя тихо. Не отсвечивайте. И ради бога, – Аарон дёргает Дирка за рукав, стараясь прикрыть запястье с металлическим браслетом на нём, – спрячьте это!
– И правда, Дрю, ты сама напросилась. У меня всего лишь инстинкты сработали, ничего личного.
Дирк всё-таки смеётся, вызывая у Нэнси волну раздражения. И он прав: она сама напросилась. Вот только признавать это совсем не хочется. Дирк не может быть правым! Он всегда ошибался на её счёт. Впрочем, как и она на его.
– Я могу на вас положиться?
Аарон смягчается, взглянув на неё, и Нэнси сдаётся. Позволяет себе расслабиться. Всё как раньше: Дирк её обидел, Аарон пытается всё сгладить. И словно в подтверждение её мыслей он добавляет:
– Запасной ключ в управлении. Тебе придётся подождать немного, так что, надеюсь, вы не станете убивать друг друга. Я бы даже предложил вам остаться в машине, но боюсь, что наедине вы в итоге возьмётесь за холодное оружие.
– Как хорошо, что у нас есть Аарон, да? Он всегда может решить наши проблемы.
Дирк произносит это, когда Аарон отходит от них на достаточное расстояние. В слове «наши» Нэнси слышится подтекст. И довольно однозначный.
– Я справлюсь со своей ролью, а ты?
Нэнси приподнимает руку, чуть звякнув цепочкой, но быстро отпускает и поправляет рукав кардигана.
– Прижмись ко мне, Дрю, – склонившись к её уху, шепчет Дирк, – по-другому мы с тобой не справимся.
– Только через мой…
– Здравствуйте! Чем обязана?
На пороге шикарного голубого дома их встречает молодая привлекательная женщина. Нэнси ощущает, насколько она блекнет на её фоне. По открывшемуся рту Дирка не сложно понять – хозяйка особняка кажется красивой не только ей.
– Мисс… Лохан? – спрашивает Аарон, делая шаг вперёд. – Я офицер Бойтон, это офицер Рэмл. – Аарон указывает на Дирка, который быстро берёт себя в руки.
– Приятно познакомиться, мисс Лохан. – Расплывшись в широкой улыбке, Дирк протягивает свободную руку.
Нэнси сжимает челюсти. Укол ревности сложно игнорировать, а желание дать Дирку хороший подзатыльник становится почти непреодолимым.
– А эта милая девушка?.. – Мисс Лохан словно невзначай касается сережки с крупным прозрачным камнем, одаривая Нэнси снисходительной улыбкой.
– Наш внештатный сотрудник, помогает в расследовании. Позволите?
Дирк делает шаг вперёд, и Нэнси, чуть не запнувшись, следует за ним. Она так близко к нему, что трётся о его плечо, и это… возбуждает. Словно они в постели – уже разгоряченные – и двигаются в унисон в выбранном темпе, даря друг другу неземное удовольствие.
– Мисс Дрю у нас эксперт по картинам, – продолжает разглагольствовать Дирк. – Не представляете, насколько вам повезло, что она здесь.
– Я бы предпочла со всеми вами не знакомиться и смотреть на картину собственными глазами. – Улыбка мисс Лохан становится сдержаннее. – Прошу в дом, раз уж обстоятельства всё равно свели нас вместе. Только, офицер Бойтон, ваши коллеги были у меня рано утром, и всю необходимую информацию я им предоставила. Ничего нового я не вспомнила, поэтому и не звонила в управление.
– Не сомневаюсь в ваших словах или компетенции коллег, но нам бы хотелось услышать о произошедшем ещё раз. Именно от вас.
– Звучит как раз так, будто вы мне не доверяете. Но кто я такая, чтобы препятствовать закону?
Мисс Лохан резко разворачивается, полы её шёлкового халата взметываются, на пару секунд открывая вид на стройные бёдра. Дирк еле слышно присвистывает, и Нэнси дёргает его за руку.
– Ревнуешь, Дрю? – Его горячее дыхание обдаёт её ухо.
Нэнси демонстративно отворачивается, разглядывая интерьер. И не может не признать, в этом доме есть на что посмотреть. Холл, в котором они оказываются, выполненный в светлых тонах и со вкусом обставленный изящной мебелью, вызывает желание идти на цыпочках. Кажется, одно лишнее движение, и она нарушит царящую вокруг гармонию.
– Располагайтесь. – Небрежным движением мисс Лохан указывает на широкий кожаный диван. – Я налью вам чего-нибудь выпить.
Аарон первым усаживается на диван. Многозначительно смотрит на них с Дирком, одним взглядом говоря: «Не наделайте ошибок».
– Понравилась? – спрашивает Нэнси и тут же прикусывая щеку изнутри, кляня себя за несдержанность и неуместную ревность.
Ведь не собиралась говорить ничего подобного вслух. Уж точно не Дирку, прекрасно понимая, он зацепится за это и не отпустит. Как бульдог.
– А ты всё-таки ревнуешь, Дрю. – Дирк щипает её за ягодицу, притягивая поближе к себе.
Нэнси окутывает его запахом и жаром. И этот жар служит мучительным напоминанием того, как приятно было касаться его мокрой после секса кожи. Пальцем стирать капельки пота, слушая как он восстанавливает сбившееся дыхание. И того, как Дирк подминал её под себя, не выпуская из постели. «Не торопись, Дрю, у нас ещё второй заход».
– … заход… – повторяет она про себя, прежде чем отстраниться и прошипеть ему в лицо: – Было бы кого ревновать!
– Признаться в собственных чувствах не страшно, Дрю. Просто скажи… Я хочу тебя, Дирк, – последнюю фразу он шёпотом выдыхает ей на ухо.
Нэнси кривится и инстинктивно отшатывается. Он лишь усмехается в ответ.
– Психолог из тебя никудышный, пошли! – Она решительно тянет его к дивану, надеясь, что её слова не прозвучали откровенно жалко.
Но не успевает сделать и шагу. Дирк резко дёргает её на себя – браслет врезается в кожу.
– Психолог из меня как раз хороший. И когда ты, наконец, перестанешь смущаться собственных чувств и желания, – прижав её спиной к себе, Дирк медленно проводит от плеча вниз, словно случайно задевая грудь, – дай знать мне и… Аарону.
Будь Нэнси сейчас свободна, она бы рванула назад и больше не оглядывалась. Но глупо убеждать себя в том, что дело только в наручниках. Не только. И все это понимают, только не произносят вслух.
На выпад Дирка она не отвечает. Только перехватывает цепочку наручников, чтобы Дирк больше не дёргал так сильно.
– Здесь и была картина… – Нэнси оборачивается на женский голос. Мисс Лохан стоит рядом с проёмом, в котором скрылась, когда пошла за напитками. В её руках поднос с кувшином и стаканами, а сама она смотрит на стену, чуть приподняв голову. – Самое страшное, что я была в доме во время ограбления. Спала в своей комнате. Этот человек мог спокойно зайти ко мне и… И сделать всё, что заблагорассудится.
Мисс Лохан переводит взгляд на Дирка, явно зная, на кого и как смотреть, чтобы её правильно поняли. Он ухмыляется, и в глазах мисс Лохан загорается многозначительный огонёк.
Нэнси, наблюдая за их невербальным общением, к своему ужасу ощущает, как закипает от злости. Но старается никак не выдать своих чувств.
Аарон прокашливается, привлекая к себе внимание. Перелистывая страницы в записной книжке, произносит:
– Давайте вы нам еще раз покажете все ваши камеры слежения, датчики и сигнализацию.
Мисс Лохан нехотя отвлекается от переглядываний с Дирком:
– Конечно!
На первый взгляд она оживляется, но Нэнси буквально кожей ощущает то разочарование, которое испытывает мисс Лохан, понимая, что Аарон совершенно не обращает внимания на её ужимки.
Нэнси ликует. Словно так он напоминает ей, что для него действительно важно. Не зря когда-то она была искренне к нему привязана не только в силу их необычных отношений. Нэнси всегда знала, что может считать его другом. Рядом с ним всегда было спокойно и безопасно. И даже теперь ничего не изменилось. К ней возвращается душевное равновесие, которого она лишилась из-за «игры» с Дирком.
Какие же они разные – Дирк и Аарон. Две противоположности, но крепко связанные друг с другом. И с нею.
Мисс Лохан наклоняется, чтобы поставить поднос на столик возле дивана. И, лучезарно улыбнувшись, предлагает:
– Может, всё-таки немного лимонада? Впрочем, у меня отличный бар.
Дирк явно собирается что-то сказать, но Аарон предусмотрительно отвечает за всех:
– Мы на службе, мэм. Сначала вы нам всё расскажете, а потом мы выпьем немного лимонада.
– Вы всегда так серьёзны, офицер? – Мисс Лохан останавливается перед Аароном.
В груди Нэнси разгорается пламя. Что она себе позволяет? Деньги, красота и влияние не дают ей права, брать всё, что захочется!
– Я на службе, мисс Лохан, – спокойно повторяет Аарон, успевший подняться с дивана. Он смотрит на неё сверху вниз, не сходя с места ни на дюйм, хотя мисс Лохан вторглась в его личное пространство. – На службе я не отвлекаюсь на светские беседы. И мне всегда казалось, что человек, у которого украли имущество на несколько миллионов долларов, будет очень огорчён. Вы же пока таковой не выглядите.
Мисс Лохан никак не реагирует на сказанное, то ли делая вид, то ли и правда не улавливая смысл, заложенный в последних словах. Может, ей всё кажется игрой? И своей реакцией на её поведение Аарон становится желанным трофеем, потому что лёгкая добыча в лице Дирка ей больше не интересна? Нэнси совсем не уверена в своих выводах, но неприязнь к мисс Лохан становится только сильнее. Смешок, который срывается с губ Дирка, служит лишь подтверждением её мыслям. Он и правда хорошо разбирается в людях и похоже приходит к тем же выводам, что и она сама.
– Пройдёмте, – мисс Лохан, продолжая улыбаться Аарону, жестом показывает направление, – я покажу служебное помещение. Но оно небольшое. Потому предлагаю вашим коллегам подождать нас здесь, чтобы не задыхаться всем вместе в четырёх стенах.
Аарон смотрит сначала на Нэнси, потом на Дирка, словно решая, может ли оставить их наедине. Нэнси еле заметно качает головой, но Аарон или не замечает, или толкует её знак по-своему, потому что к её сожалению, соглашается с мисс Лохан:
– Мои коллеги пока осмотрят дом. Вы не против?
– Конечно, мне скрывать нечего. Да и мы сможем за ними наблюдать по камерам, – довольно улыбается мисс Лохан. Последнее, что хочет Нэнси – отпускать с нею Аарона. – Раньше у меня был человек, который следил за камерами, но мне пришлось отказаться от его услуг.
Аарон и мисс Лохан уходят, и постепенно её голос стихает. Дирк тянет её в сторону лестницы на второй этаж. Задумавшись о своём, Нэнси покорно следует за ним, осторожно поднимаясь по ступеням.
На втором этаже Дирк резко прижимает её к стене, сжимая ладони на её талии. Его губы касаются её шеи. Нэнси вздрагивает, дёргается, пытаясь вырваться.
– Вот мы и одни, Дрю.